ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА

Виктор КОРГУН


Виктор Коргун, доктор исторических наук, заведующий сектором Афганистана Института востоковедения Российской академии наук (Москва, Российская Федерация)


Минувший год прошел в непрестанных попытках правительства Х. Карзая и поддерживающего его международного сообщества справиться с накопившимися проблемами, связанными с затянувшимся переходом от гражданской войны, завершившейся в 2001 году, к миру и возрождению на новой, демократической основе. А главное событие года — парламентские выборы, состоявшиеся 18 сентября. Они завершали очередной этап политической истории Афганистана, определенный Боннскими соглашениями (декабрь 2001 г.), в рамках которого проходил процесс нового государственного строительства и создания условий для последующей демократизации общественно-политической жизни общества. Формирование новых законодательных структур государственного управления (парламента и провинциальных советов) придало окончательную легитимность всему механизму правящего режима и юридически закрепило сложившуюся систему центральных и местных органов власти. Кроме того, появление парламента и советов открывает возможности (хотя пока ограниченные) для вовлечения в большую политику различных политических и социальных сил, а в дальнейшем и широких слоев населения, для их непосредственного участия в развитии общества.

Другие важные события ушедшего года также в определенной мере были связаны с выборами. В первую очередь это касается проблемы безопасности, главную угрозу которой представляют три фактора: вооруженная борьба талибов и боевиков "Аль-Каиды" против правительства Х. Карзая и войск международной коалиции; всевластие и произвол полевых командиров; производство и контрабанда наркотиков.

В результате боевых операций международной антитеррористической коалиции и Национальной афганской армии, талибы и выступающие на их стороне зарубежные силы значительно ослабли. Они уже не могут радикально влиять на ситуацию и политические процессы в стране, прижаты к приграничным с Пакистаном районам, не способны организовать и провести крупномасштабные военные операции. Тем не менее экстремисты сохранили значительный потенциал военного, финансового, идейно-пропагандистского и психологического характера. К тому же их действия обрели новые формы и масштабы. Главная цель противников режима Х. Карзая в минувшем году — срыв парламентских выборов, а основные мишени — сотрудники международных организаций, в первую очередь связанных с проведением выборов, а также полиция и священнослужители, сотрудничающие с властями. К осени экстремисты освоили новую для Афганистана тактику — организация взрывов террористами-смертниками, среди которых большинство составляют иностранные наемники. Во второй половине года от их рук погибло свыше 30 чел., в том числе 7 кандидатов в депутаты парламента и 8 священнослужителей. Всего же в течение года террористы убили более 1 400 чел., включая 46 военнослужащих США.

По-прежнему серьезную тревогу вызывает противостояние центральной власти и неуправляемых, полуавтономных "разнокалиберных" лидеров (локальных и региональных), которые управляют большей частью страны. Обладая всей полнотой власти на контролируемых ими территориях, они лишь номинально подчиняются Кабулу. К тому же многие из них занимают посты губернаторов провинций, хотя зона их фактического контроля зачастую распространяется далеко за пределы соответствующих административных единиц. Пользуясь слабостью правительства, они безнаказанно злоупотребляют властью и чинят произвол, попирают права человека, безжалостно подавляют недовольство местного населения, тесно связаны с наркоторговлей, что позволяет им содержать свои вооруженные отряды. Несмотря на то что в рамках финансируемой Японией кампании по разоружению, демобилизации и реабилитации частных вооруженных формирований в 2005 году сдали оружие 65 тыс. чел., влиятельные полевые командиры сохранили значительную часть своих отрядов и оружия. И хотя в последние два года глава государства смог нейтрализовать или даже вытеснить из большой политики наиболее авторитетных и одиозных из них (бывшего министра обороны маршала М.К. Фахима, лидера афганских узбеков генерала А.Р. Дустома, гератского губернатора Исмаил-хана), большинство полевых командиров сохранили свое влияние в провинциях.

Не меньшую угрозу безопасности страны представляет проблема наркотиков. Она связана не только с собственно наркопреступностью, подрывом национальной экономики, коррупцией государственного аппарата, угрозой соседним государствам, но и с тем, что местные наркобароны финансируют криминальные группировки, талибов и "Аль-Каиду". В 2004 году Афганистан оказался крупнейшим производителем героина (87% мирового объема) и его поставщиком на мировой рынок. В сотрудничестве со странами-донорами правительство разработало комплекс мер по ликвидации производства наркотиков — от уничтожения опийных плантаций до создания альтернативных хозяйств по выращиванию традиционных сельхозкультур. Однако эти усилия еще не принесли желаемых результатов. Правда, благодаря мощной международной финансовой поддержке кампании по борьбе с производством наркотиков (только в минувшем году США выделили на эти цели 780 млн долл.) площади под посевами опия удалось сократить на 21%. Но в связи с благоприятными погодными условиями урожай уменьшился лишь на 2,5% — до 4 100 т (в 2004-м — 4 200 т).

Даже при значительной зарубежной финансовой помощи (8,2 млрд долл. на 2004—2009 гг.) процесс восстановления Афганистана, его экономики и социальной сферы развивается крайне медленно. Наибольшие успехи достигнуты в области государственного строительства: после нескольких лет мракобесия, вызванного правлением талибов, страна была вынуждена начинать "с чистого листа". В январе 2004 года была принята новая, либеральная конституция, провозгласившая основной задачей страны строительство демократического общества. В октябре того же года на всеобщих, тайных и равных выборах был избран президент страны. Им стал Х. Карзай, набравший в первом туре 54% голосов. Наконец, как мы уже отмечали, в сентябре 2005-го прошли парламентские выборы (первые после 36-летнего перерыва), завершившие процесс формирования легитимных структур управления государством.

Формируется новая политическая система, в рамках которой реализуются основные гражданские права и свободы: неприкосновенность личности и частной собственности, свобода слова, печати, равенство мужчин и женщин и т.д. Сейчас в стране выходит в свет около 300 независимых периодических изданий, наряду с государственным радио и телевидением функционируют частные, созданы и действуют более 100 политических и общественных организаций, многие из них представлены в парламенте.

Более скромны успехи в экономике, основную роль в восстановлении которой играют страны-доноры. Пока заметны сдвиги лишь в области инфраструктуры: восстанавливаются и строятся новые дороги, электростанции, ирригационные системы. В перспективе Афганистан может стать транзитным государством, перекрестком путей из Европы в Индию и далее — в Юго-Восточную Азию, из Центральной Азии — в Южную. На ближайшие годы намечено строительство трансграничных железных дорог, которые через территорию Афганистана свяжут страны Персидского залива и Пакистан с Центральной Азией. Наконец, реанимируется проект строительства газопровода из Туркменистана (через афганскую территорию) в Пакистан и, возможно, далее в Индию. Транзит туркменского газа станет весьма заметным источником валютных поступлений в афганский бюджет.

Но все это пока существует лишь в виде многообещающих планов и проектов. На фоне весьма скромных достижений ситуация в других сферах экономики и социальной жизни остается удручающей. Не решена проблема беженцев, которые покинули страну в период советской оккупации (1979—1989), в годы гражданской войны (1989—1996), во время правления талибов (1996—2001). После крушения режима талибов в страну вернулись 3,8 млн беженцев, в основном из Ирана и Пакистана, однако за ее пределами остается еще около 2 млн чел. Большая часть вернувшихся не смогла обрести жилье и средства производства, увеличила население крупных городов и живет на грани нищеты. Не решена и проблема временно перемещенных лиц, бежавших во время боевых действий из сельской местности в крупные города и пополнивших в них армию безработных.

Экономическая отсталость обусловила нерешенность и других социальных проблем: страна остается одной из самых бедных в мире — в соответствии с индексом развития человеческого потенциала, принятого ООН, она занимает 173 место (из 178). В худшем положении находятся лишь несколько африканских государств, расположенных южнее Сахары. Средняя продолжительность жизни афганцев составляет 44,5 лет, то есть на 20 лет меньше, чем в соседних странах. Детская и материнская смертность — самая высокая в мире, 53% населения живет за чертой бедности. Бедность в Афганистане — многомерная проблема, которая включает в себя неравный доступ к средствам производства и социальным услугам; низкий уровень образования, здоровья и питания; слабые системы социальной защиты; проблемы с жилищем; неравенство полов. Страна находится на грани кризиса здравоохранения, о чем наглядно свидетельствует медицинская статистика: только 40% детей вакцинируют от основных болезней, лишь 25% населения имеет доступ к чистой питьевой воде и к нормальной санитарии, 1 врач приходится на 6 тыс. пациентов, 1 медсестра — на 2,5 тыс. чел., 20% детей не доживают до 5-летнего возраста.

Что касается внешнеполитических позиций страны, то в минувшем году они заметно укрепились, приоритеты в этой сфере определяются преимущественно объемом оказываемой помощи. Важнейшим игроком на афганском поле по-прежнему остаются США, возглавляющие антитеррористическую коалицию, а также оказывающие масштабное военное и экономическое содействие восстановлению Афганистана. Вашингтон во многом определяет внешнеполитический курс официального Кабула. США имеют в этой стране долговременные политико-экономические и геостратегические интересы, а двусторонние отношения подкреплены Соглашением о стратегическом сотрудничестве, подписанном в мае 2005 года в столице Соединенных Штатов.

Афганистан поддерживает тесные связи и с соседними государствами, в первую очередь с Ираном, Пакистаном, Индией. Находясь в центре субрегиона Центральной и Южной Азии, они используют его территорию как транзитный путь на рынки Центральной Азии. При этом каждая из этих стран, оказывая значительную экономическую помощь, стремится получить в Афганистане доминирующие позиции, нередко действуя на грани вмешательства в его внутренние дела. Это в первую очередь касается Пакистана, который весьма остро соперничает с Индией за влияние на официальный Кабул. Кроме того, в минувшем году Афганистан активизировал свою внешнеполитическую деятельность в рамках региональных и международных организаций. Так, в ноябре 2005 года в Кабуле состоялась конференция стран-членов Организации экономического сотрудничества, в которую входят Турция, Азербайджан, Иран, Туркменистан, Узбекистан, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Афганистан и Пакистан. Участники этой встречи обсудили вопросы расширения экономической помощи Афганистану. В том же месяце Афганистан присоединился к Ассоциации регионального сотрудничества Южной Азии (SAARC), членами которой являются Индия, Пакистан, Непал, Бутан, Бангладеш, Шри-Ланка и Мальдивы. В 2006 году Афганистан имеет реальные шансы присоединиться к Всемирной торговой организации (ВТО), а также к Шанхайской организации сотрудничества, в которую он уже вступил в качестве наблюдателя в 2005 году. В ноябре прошедшего года ШОС и официальный Кабул создали Контактную группу. Динамично развиваются отношения с Европейским союзом, который оказывает широкую экономическую помощь стране. В ноябре минувшего года официальный Кабул подписал с ЕС Соглашение о партнерстве.

Таким образом, в 2005 году Афганистан заявил о себе как о важном субъекте международных отношений и региональной геополитики. Внешнеполитическая деятельность и позиции страны будут оказывать существенное влияние как на расстановку и баланс сил в регионе, так и на общие процессы политико-экономического развития его государств.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL