ПОЛИТИКА

Парвиз МУЛЛОДЖАНОВ


Парвиз Муллоджонов, директор Общественного комитета по содействию демократическим процессам в Таджикистане (Душанбе, Таджикистан)


Некоторые политические события года во многом определили характер социально-экономического и политического развития республики, как минимум, на 10 лет.

Безусловно, в этом плане в первую очередь следует отметить выборы в Маджлиси намояндагон Маджлиси Оли (парламент) республики, состоявшиеся 27 февраля 2005 года. В них приняли участие шесть политических организаций, прошедших официальную регистрацию в Минюсте РТ: Национально-демократическая партия (НДПТ) — партия власти, уже имевшая подавляющее число мест в предыдущем составе парламента; Компартия (КПТ); Партия исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ); Демпартия (ДПТ); Социал-демократическая партия (СДПТ); Социалистическая партия (СПТ). По прогнозам большинства экспертов, борьба за места в парламенте должна была развернуться в основном между НДПТ, которая сосредоточила в своих руках административный ресурс; КПТ — наиболее опытной и традиционно располагающей симпатиями значительной части избирателей; и ПИВТ, достигшей наиболее значительных успехов на пути партийного строительства. Демпартия к тому времени была обезглавлена и значительно ослабла, Социалистическая раскололась на два лагеря и к выборам допустили только один из них. Что касается СДПТ, то недостаток средств и времени для подготовки к выборам значительно осложняли ее шансы пройти в парламент, хотя многие полагали, что она в состоянии получить в нем минимум одно-два места. В результате НДПТ получила 74,9% голосов, КПТ — 13,64%, ПИВТ — 8,94%, ДПТ — 1,17%, СДПТ — 0,5%, СПТ0,3%1. Недействительными признаны 0,34% бюллетеней, против всех партий проголосовали 0,2% участвовавших в выборах.

Таким образом, на первый взгляд итоги выборов не особенно отличались от прогнозируемых оценок. В целом полученные НДПТ голоса гарантировали ей около 84% мандатов, 4 места получила КПТ, 2 — ПИВТ2. Следовательно, НДПТ могла праздновать убедительную победу, ибо она не только сохранила доминирование в парламенте, но и укрепила свое численное превосходство в нем. Что касается депутатов от двух других прошедших в Маджлиси Оли партий, то в связи с их незначительным представительством в парламенте, они даже не в состоянии создать в нем фракции, что делает их присутствие в высшем законодательном органе в значительной степени номинальным. А для НДПТ столь существенное упрочение своих позиций в Маджлиси Оли имеет особое значение с учетом предстоящих президентских выборов.

Разумеется, надежды других политических партий не оправдались. Ни СДПТ, ни демократы и социалисты не сумели преодолеть 5%-й рубеж и завоевать хотя бы по одному депутатскому мандату. Впрочем, и партии, преодолевшие этот барьер, достаточно резко выражали свое недовольство результатами выборов. Сразу же после оглашения их предварительных итогов с резким протестом выступил председатель КПТ Шоди Шабдолов, который заявил, что считает незаконными действия структур исполнительной власти, оказавших давление на электорат и членов избирательных комиссий, приведшее к массовой фальсификации итогов выборов. Его заявление поддержали Демпартия, Социал-демократическая партия и Партия исламского возрождения. Каждая из них осуществляла свои подсчеты голосования, результаты которых весьма отличались от официальных данных. Так, по утверждению аналитиков ПИВТ, их партия вышла на второе место, опередив Компартию, и лишь вмешательство властей, скорректировавших подсчет голосов в пользу коммунистов, позволило КПТ оттеснить ПИВТ. О фальсификации итогов выборов говорили и некоторые кандидаты в депутаты, баллотировавшиеся по одномандатным округам. Четыре из шести политических партий требовали провести повторное голосование, угрожая в ином случае выйти из Общественного совета при президенте РТ.

В то же время диссонансом прозвучали заявления наблюдателей от стран СНГ, представителей дипломатических миссий и посольств государств, аккредитованных в республике. Особенно положительной была оценка российских дипломатов. "Выявленные незначительные недостатки в ходе подготовки к выборам, при организации голосования, на наш взгляд, не оказали существенного влияния на свободный выбор избирателей", — отметили в посольстве РФ в РТ3. Однако реакция большинства международных организаций была в основном критической. Так, представители ОБСЕ заявили, что нарушены многие положения не только существующего законодательства, но и права избирателей. Глава миссии Отделения ООН по поддержке миростроительства в Таджикистане (ЮНТОП) Владимир Сотиров, в частности, отметил: "Выборы были своего рода политическим испытанием для таджикского общества, показав, что оно находится на ранней стадии развития демократии"4. Он также выразил беспокойство в связи с возможным выходом ряда политических партий из Общественного совета: "Приостановление диалога на уровне Общественного совета само собой было бы опасным шагом, угрожающим общенациональным и межпартийным усилиям по постконфликтному развитию страны"5.

И все же, несмотря на отмеченные недостатки, эта критика не поставила под сомнение сами выборы, то есть фактически признала их состоявшимися. Тем не менее в связи с тем, что власти проигнорировали требования ПИВТ, КПТ, СДПТ и ДПТ пересмотреть результаты выборов, эти партии заявили о своем выходе из Общественного совета. Но в целом эта избирательная кампания показала, что большинство оппозиционных партий весьма преувеличили свои возможности: так называемая "правая или демократическая оппозиция" не прошла в парламент, а считавшаяся одним из фаворитов КПТ практически провалила выборы. С другой стороны, оказалось, что потенциал Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) значительно выше, чем считалось до выборов.

Как бы то ни было, все большее количество сторонников оппозиции теперь считает, что в будущем выборы станут еще менее прозрачными, а у правительства появится и ряд других возможностей для их фальсификации. Многие, даже достаточно умеренные политические противники нынешнего руководства страны, все чаще высказывают мнение, что им будет еще труднее пробиться к власти легальным путем. Таким образом, в результате прошедших выборов начался процесс некоторой радикализации части оппозиции. Что же касается правительства, то оно оказалось перед необходимостью осмыслить новый расклад сил в стране, в соответствии с которым в ближайшие несколько лет ПИВТ будет практически единственной влиятельной оппозиционной партией.

После выборов особо крупных событий во внутриполитической жизни республики не происходило: основной вектор политической деятельности переместился в сферу внешней политики. И все же следует отметить ряд громких судебных процессов, имевших явно политический оттенок. К ним прежде всего относится арест и суд над Махмадрузи Искандаровым, лидером Демпартии, в прошлом полевым командиром оппозиции, а затем руководителем газовой отрасли страны. В 2004 году, когда его сместили с этой должности, он перешел в жесткую оппозицию, затем переехал в Москву, где его похитили при до сих пор не выясненных обстоятельствах и доставили в Душанбе. Здесь он предстал перед судом по ряду обвинений — от финансовых злоупотреблений до попытки государственного переворота. В начале октября М. Искандарова приговорили к 23 годам тюремного заключения6.

Но еще до того, в апреле, к 15 годам лишения свободы приговорили Якуба Салимова, бывшего министра внутренних дел РТ. Во время гражданской войны он был полевым командиром и одним из лидеров проправительственного Народного фронта. Назначенный на должность руководителя Таможенной службы РТ, Я. Салимов в 1998 году поднял мятеж, после подавления которого он бежал в Россию, где его выдали таджикским правоохранительным органам7. К той же категории следует отнести и ныне продолжающийся суд над Гаффором Мирзоевым (Седым), также бывшим полевым командиром Народного фронта, много лет занимавшим должность командующего Национальной гвардией. Смещенный с должности, он отказался подчиниться приказу; после долгих переговоров его назначили председателем Агентства по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, однако вскоре арестовали по обвинению в нарушении ряда статей Уголовного кодекса страны. К пяти годам тюрьмы приговорили Р. Файзиева, заместителя руководителя партии "Тараккиет" ("Развитие"), которая пыталась оспаривать влияние НДПТ в Кулябском регионе, традиционно считающимся основным оплотом партии власти.

Данные судебные процессы являются продолжением общей тенденции централизации власти, целенаправленной политики отстранения от нее бывших полевых командиров и устранения вероятных политических соперников. Бывшие полевые командиры и региональные лидеры "добровольно" (фактически — принудительно) уходят из большой политики в бизнес и в другие виды деятельности, не связанные с политикой, или, при наличии у них политических амбиций, рано или поздно оказываются на скамье подсудимых. Необходимо также отметить, что политическую подоплеку в большинстве подобных случаев трудно доказать: как правило, правоохранительным органам не составляет труда найти аргументы для привлечения бывших полевых командиров по сугубо уголовным статьям.

Одна из особенностей года — реакция властей на феномен "цветных революций". Так, "революция роз" в Грузии, "оранжевая революция" в Украине, особенно "революция тюльпанов" в соседнем Кыргызстане и события в Узбекистане оказали сильное влияние практически на все аспекты внутренней и внешней политики РТ. Судя по всему, власти Таджикистана считают, что, во-первых, события в Кыргызстане стали возможными вследствие слабости, проявленной руководством этой страны; во-вторых, сильное гражданское общество, третий сектор, развитая многопартийная система представляют опасность для стабильности и в РТ.

Исходя из этого, руководство республики приняло ряд мер, направленных на предотвращение подобных сценариев. В частности, парламент инициировал ряд дополнений в законодательство, расширяющих полномочия правоохранительных органов. Другим обсуждаемым проектом были поправки к законам РТ "О печати…" и "О телевидении и радиовещании". На основе изменений, внесенных в закон "О печати…" в конце ноября, все издатели обязаны предоставлять госструктурам для ознакомления очередные номера своих газет и журналов (разумеется, до их распространения), иначе учредители понесут наказание. Наиболее жесткий контроль над прессой в первую очередь ощутили на себе явно оппозиционные и независимые СМИ.

С другой стороны, правительство постепенно усилило контроль над деятельностью международных организаций, местных НПО и иностранных представительств, работающих в республике. Так, Министерство иностранных дел обратилось к международным организациям с просьбой информировать власти о планируемых мероприятиях и семинарах, а отечественным НПО сегодня намного труднее получить разрешение местных властей на проведение того или иного мероприятия. После прозвучавших в прессе РФ и республик Центральной Азии обвинений в адрес западных стран в организации "цветных революций" правительственные органы с особым подозрением стали относиться к деятельности посольства США в РТ, связанных с ним агентств (USAID, USAED, NDI), а также к Фонду Сороса (ФС). Правительственные органы инициировали ряд проверок местного офиса ФС, но не смогли найти в его работе нарушений законодательства. Напряженность в отношениях между правительством и местным представительством этого фонда была снята с повестки дня только после личной встречи президента страны с Джорджем Соросом (15 сентября) во время визита делегации РТ в Нью-Йорк.

Возможно, именно под влиянием событий в соседних республиках правительство задержит реализацию ряда реформ и утверждение законов, направленных на создание развитого гражданского общества. Так, уже отложено принятие закона о децентрализации системы управления и развитии органов местного самоуправления, разработанного с помощью международных организаций.

В течение года правоохранительные органы провели ряд акций по нейтрализации нелегальных экстремистских организаций, в первую очередь партии "Хизб ут-Тахрир". На севере страны в мае осудили семерых членов этой организации, в сентябре задержали еще 17 ее активистов, а в октябре арестовали руководителя регионального отделения партии. В мае же к длительным срокам заключения приговорили семерых жителей Согдийской области, обвиненных в принадлежности к подпольной исламистской организации "Байат".

* * *

Выборы в Маджлиси Оли закрепили общую тенденцию централизации власти, проявляющуюся на протяжении последних 10 лет. Если еще несколько лет назад на политической сцене республики было несколько центров влияния, являющих собой противовес центральному правительству, то ныне их количество резко уменьшилось или они растеряли существенную часть своего потенциала. В целом на определенном этапе постконфликтного развития страны централизация власти необходима как оборотная сторона процесса стабилизации. Однако последние выборы ясно показали, что в республике практически уже не осталось сильной оппозиции, хотя именно ее наличие — одно из основных условий развития демократического общества. В настоящее время Маджлиси Оли практически полностью подконтролен правительству, присутствие в парламенте оппозиционных партий (даже если считать таковой КПТ) настолько минимально, что не способно оказать влияние на его деятельность.


1 Информационное агентство "Азия плюс" [[email protected]]. к тексту
2 См.: Парламентские выборы // Вароруд, 9 марта 2005, № 10 (148). к тексту
3 Там же. к тексту
4 Там же. к тексту
5 Там же. к тексту
6 Центразия, Персоналии [http://www.centrasia.ru/person.php4]. к тексту
7 Там же. к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL