РЕЛИГИЯ

Эльмир КУЛИЕВ


Эльмир Кулиев, кандидат философских наук, директор департамента геокультуры ИСИК (Баку, Азербайджан)


Введение

На фоне продолжавшихся переговоров по нагорно-карабахскому конфликту и социально-экономических реформ религиозная жизнь Азербайджана в 2006 году оставалась большей частью малозаметной. Тем не менее, как и в предыдущие годы, на развитие религиозной ситуации и общественно-политические взгляды многих верующих существенное влияние оказали события в стране и мире, а также увеличение значимости религиозного (цивилизационного) компонента мировой политики. Военные конфликты в Афганистане, Ираке, Палестине и Ливане, угроза распространения насилия на другие государства Ближнего Востока спровоцировали противоречивые и трудно обратимые процессы в мусульманской умме, способствовали активизации и консолидации религиозно-политических сил, повлияли на характер религиозности в целом.

Политика государства в сфере религии

Свобода вероисповедания в стране гарантируется 48 статьей Конституции, согласно которой каждый гражданин имеет право "свободно определить свое отношение к религии, самостоятельно или совместно с другими исповедовать какую-либо религию или не исповедовать никакую религию, выражать и распространять свои убеждения, связанные с отношением к религии".

Деятельность религиозных общин регулируется законом "О свободе вероисповедания", ограничивающим свободу вероисповедания "только по соображениям государственной и общественной безопасности и в случаях необходимости защиты прав и свобод согласно международным обязательствам Азербайджанской Республики" (Ст. 1). Закон запрещает пропаганду лишь тех религиозных взглядов, которые унижают человеческое достоинство, поддерживают религиозное насилие или сеяние раздора между людьми в целях изменения их религиозного образа жизни.

В последние несколько лет религиозная ситуация характеризовалась, с одной стороны, ужесточением контроля над деятельностью религиозных организаций, с другой — усилением государственной заботы о верующих. В этой сфере главным событием года стало назначение новым председателем Государственного комитета по работе с религиозными образованиями (далее — Комитет) Идаята Оруджева, до того занимавшего должность госсоветника по работе с национальными меньшинствами и религиозными образованиями.

Новое руководство Комитета провело ряд встреч с лидерами религиозных общин и представителями СМИ, приступило к созданию базы данных о специалистах-теологах. Проводя в жизнь государственную политику в отношении религии, глава Комитета заявил о своей заинтересованности в углублении связей со всеми религиозными общинами, действующими в рамках закона и не подрывающими общественную стабильность. Положив конец трениям между возглавляемой им структурой и Управлением мусульман Кавказа (УМК), И. Оруджев положительно решил вопрос о регистрации ряда религиозных общин, в том числе крупных столичных мечетей "Тезе-Пир", "Гаджи Аждар-бей", "Джума" Сабаильского района.

Однако Комитет — не единственная государственная структура, осуществляющая политику в отношении религии. Многие проблемы, имеющие отношение к религиозной жизни, не находятся в ведении Комитета, и их разрешение требует согласованных действий различных министерств и ведомств.

В ряд таких вопросов входит совершенствование законодательства в сфере государственно-религиозных отношений. Закон "О свободе вероисповедания" был принят в 1992 году и, несмотря на поправки, внесенные в него в 1996—2002 годах, значительно устарел. В связи с этим во второй половине 2006 года Комиссия по правам человека парламента страны приступила к разработке нового законопроекта. В 2006 году документ не был вынесен на общественное обсуждение, но публично высказанная депутатами готовность обсудить его с руководителями религиозных общин позволяет надеяться, что в нем не будут ограничены свободы верующих. Между тем отношение общественности к возможным изменениям в законодательстве неоднозначно. Бóльшая часть граждан поддерживает ужесточение правил регистрации малочисленных нетрадиционных течений, предпринимающих попытки установить контроль над верующими и подчинить себе их политическую волю. С другой стороны, потенциальное усиление государственного контроля беспокоит религиозные меньшинства, особенно религиозных лидеров, которые хотели бы заняться публичной политикой.

Предметом оживленных дискуссий оставался вопрос альтернативной воинской службы по причине религиозных убеждений1. Высказывалось мнение и о необходимости принять закон "О церемониях". Однако наиболее актуальной темой общественных дискуссий было введение в учебную программу общеобразовательных школ занятий по основам религии. Пропаганда национальных нравственно-этических ценностей относится к приоритетным направлениям внутригосударственной политики, а нравственное воспитание школьников многими расценивается как один из путей сохранения национальной самобытности и духовности в условиях глобализации. Данный вопрос стоит на повестке дня последние пять лет, и прежнее руководство Комитета выступало сторонником преподавания основ религии, мусульманской культуры и истории ислама в средних школах. Противоположную позицию занимало Министерство образования, ссылавшееся на светский характер системы обучения и дефицит квалифицированных преподавательских кадров в данной сфере2.

В 2006 году ситуация несколько изменилась. В начале марта в Баку прошла Международная научно-практическая конференция "Ислам и молодежь: образование, наука и просвещение", организованная Фондом Гейдара Алиева, Министерством образования, Международной исламской благотворительной организацией и Министерством вакуфов и исламских дел Кувейта. Возобновленные на ней дискуссии о роли религиозных ценностей в образовании продолжались на протяжении всего года. Обсуждался и российский опыт преподавания в средней школе "Основ православной культуры". В конечном счете министр образования М. Марданов выразил готовность включить преподавание религии в школьную программу в очередном учебном году3. Но, если это и случится, проблема обеспечения средних школ — а их свыше 4,5 тыс. — педагогами-теологами еще долго будет оставаться актуальной.

Наряду с нехваткой специалистов в области теологии, оставляет желать лучшего качественный уровень их подготовки. Немало нареканий вызывают учебные программы Бакинского исламского университета (БИУ) и факультета теологии Бакинского государственного университета (БГУ), в которые не включен ряд важных светских дисциплин. Практически нет учебных пособий на азербайджанском языке. В настоящее время около 30 выпускников факультета теологии БГУ продолжают обучение в Турции, что позволяет надеяться на повышение уровня преподавания религиозных дисциплин в ближайшем будущем.

Вместе с тем религиозное образование за рубежом чаще всего не улучшает, а усложняет религиозную ситуацию. Большинство теологов, получивших образование в Иране, Саудовской Аравии, Ливии и других странах, отправились на учебу не по линии Министерства образования. Некоторые из них по возвращении занимаются пропагандой нетрадиционных взглядов. Попавшие под их влияние люди нередко вступают в конфликты в семьях и на работе, что приводит к недовольству граждан и росту социальной напряженности. По неофициальным данным, приблизительно 2 000 граждан республики ныне получают религиозное образование в зарубежных учебных центрах. Сколько всего теологов в стране и кто из них может быть допущен к преподаванию в средней школе, пока остается неясным.

Правительство проявляет заботу о сохранении культовых архитектурных памятников, создавая условия для их использования в качестве храмов. В рамках государственной программы по социально-экономическому развитию регионов осуществляется реставрация мечетей в ряде районов страны. В Балакяне восстанавливается архитектурный памятник XIX века "Минаряли месджид". В декабре 2006 года завершены реставрационные работы в комплексе "Асхаби-кехф" в Нахчыване. Ремонтно-восстановительные и строительные работы проведены в столичных мечетях "Аждар-бей", "Гасым-бей" и мечети в пос. Биби-Эйбат. На территории главной мечети страны "Тезе-пир" начато возведение трех новых зданий УМК и БИУ. Первого февраля президент страны И. Алиев принял участие в церемонии закладки первого камня новой мечети в Баку.

Влияние религии на общественно-политическую жизнь ощущалось и во внешнеполитическом курсе республики. Азербайджан, будучи светским государством, ориентированным на интеграцию в европейские структуры, активно участвует в работе Организации Исламская конференция (ОИК), поддерживает тесные связи с такими международными структурами, как Исламский банк развития и Лига исламского мира. В минувшем году в Баку были проведены XXXIII Конференция министров иностранных дел (19—21 июня) и V Конференция министров туризма стран-членов ОИК (11—12 сентября). В сентябре президент И. Алиев принял участие в открытии штаб-квартиры молодежного форума ОИК "За диалог и сотрудничество" в Стамбуле. Форум был создан по инициативе Национального совета молодежных организаций Азербайджана и Евразийской ассоциации международного развития, а учрежден в декабре 2004 года на конференции в Баку, его Генеральным секретарем был избран Эльшад Искандеров. Все это указывает на стремление политического истеблишмента страны укреплять связи с мусульманскими государствами, расширять с ними сотрудничество в политической, экономической и культурной сферах.

Важным событием в религиозной жизни стал визит в Азербайджан специального докладчика по вопросам свободы религии и вероисповедания Комиссии ООН по правам человека Асмы Джахангир (26 февраля — 5 марта). По итогам встреч с официальными лицами, руководителями религиозных общин и представителями правозащитных организаций А. Джахангир выразила удовлетворение положением в сфере свободы вероисповедания в целом, но отметила, что в некоторых случаях государственный контроль приводит к ограничению прав религиозных общин и порой принимает форму репрессий4. Приходится констатировать, что в этом заявлении есть большая доля истины и действия различных государственных структур в отношении религиозных общин не всегда носят согласованный характер, приводя в отдельных случаях к нарушениям прав верующих. Однако подобные проблемы, как правило, быстро находят разрешение.

В конце ноября при посредничестве уполномоченного по правам человека Э. Сулеймановой были восстановлены права студенток Сумгаитского государственного университета, которых не допускали к занятиям в хиджабе. В целом же государственная политика в сфере религии оставалась умеренно либеральной.

Деятельность религиозных общин

По состоянию на конец января 2007 года государственную регистрацию прошли 370 религиозных общин, в том числе 31 община неисламской направленности, в числе которых 13 протестантских, 4 православные (включая албано-удинскую), 7 еврейских, 3 бахаи, 3 молоканские и 1 кришнаитская. В стране функционирует около 1 300 мечетей, из них свыше 500 паспортизировано и состоит на балансе государства, а также более 50 церквей, молитвенных домов и синагог. В столице продолжается строительство церкви Непорочного Зачатия Девы Марии, принадлежащей немногочисленной римско-католической общине (около 150 местных прихожан).

Самым крупным религиозным центром является Управление мусульман Кавказа. Согласно действующему законодательству данная неправительственная структура объединяет общины мусульманской направленности и регулирует их деятельность, а также представляет их к регистрации в Комитете. Несмотря на это, многие исламские общины лишь формально признают духовное лидерство УМК, а имамы некоторых крупных мечетей проводят независимую политику. К их числу можно отнести столичные мечети "Шяхидляр", "Илахийят", "Джума" Наримановского района, "Джума" Сабаильского района и др.

УМК слабо занимается просветительской деятельностью, в основном ограничивая ее выступлениями мулл на поминках и пятничных проповедях в мечетях. Главные обязанности мулл — отправление ритуальных обрядов, связанных с бракосочетанием и похоронами. Муллы в большинстве своем лояльны действующей власти и не выступают за политические перемены, что объясняется желанием сохранить за собой источник материальных доходов. С этим же связано их недовольство распространением христианства, а также реформаторских и обновленческих взглядов в исламе.

При УМК функционируют Совет кадиев и Научно-религиозный совет, которые лишь изредка выражают свое мнение по религиозным вопросам. Гораздо чаще руководство УМК разъясняет свое отношение к общественно-политическим процессам, не всегда сохраняя приличествующий духовенству политический нейтралитет. Руководство УМК слабо поддерживает связи с религиозной общественностью. Ни отделения этой организации, ни действующие при ней структуры не имеют сайтов в Интернете.

Как и в предыдущие годы, председатель УМК Шейхульислам А. Пашазаде уделял большое внимание общественной деятельности. Он представлял интересы мусульман страны в ходе визитов в Саудовскую Аравию, Иран, Грузию, Россию и другие государства, часто встречался с иностранными политическими и религиозными деятелями. Так, на встрече с католикосом-патриархом Грузии Илией II в Тбилиси он поднял вопрос о возвращении в Азербайджан въездных ворот города Гянджа, доставленных в Грузию в XII веке в качестве военного трофея. Этот вопрос неоднократно поднимался азербайджанской стороной, но до сих пор не решен. В свою очередь, Патриарх Грузии регулярно обращается к руководству УМК с просьбой содействовать передаче Грузинскому патриархату церкви в Гахе (XVIII в.) и церкви в селе Амбарчай. Последняя была построена на месте древнего албанского храма, разрушенного в XVIII веке. Многие эксперты негативно относятся к перспективе передачи этих храмов в ведение грузинской церкви (в обмен на ворота Гянджи).

На пресс-конференции, состоявшейся в августе по итогам встречи с королем Иордании Абдуллахом II, Шейхульислам выразил готовность "объявить джихад для освобождения оккупированных территорий Азербайджана"5. Это заявление было с удовлетворением воспринято как религиозными деятелями, так и широкой общественностью республики. Многие верующие страны публично выразили готовность примкнуть к джихаду, если он будет объявлен.

Другим крупным религиозным центром страны является Бакинско-Прикаспийская епархия Русской Православной Церкви, воссозданная 28 декабря 1998 года. В ее ведении находится пять православных церквей: три — в Баку и по одной — в городах Гянджа и Хачмас. Центральным храмом считается Бакинский кафедральный собор Святых Жен-мироносиц, где богослужения проводит епископ.

Остальные духовные центры не имеют большого количества последователей и не оказывают существенного влияния на общую религиозную ситуацию в стране.

Правительство придает большое значение поддержанию традиций веротерпимости, сложившихся в результате совместного проживания на территории Азербайджана последователей разных вероисповеданий. Между религиозными общинами различной направленности, как правило, складываются конструктивные и дружелюбные отношения. За последние годы они вступили в новую фазу социальной активности, достигли достаточно высокого уровня взаимопонимания, приобрели опыт совместной реализации благотворительных проектов, заложили фундамент для развития концептуальных принципов межрелигиозного диалога в будущем. Свыше 50 религиозных общин, принадлежащих к разным конфессиям, являются членами религиозного объединения "Во имя мира и согласия" (основано в 2004 г.).

Совместно с международными структурами объединение успешно реализовало ряд программ, в том числе проект "Религиозные общины против СПИДа". В январе на встрече резидента-координатора Программы развития ООН М. Борсотти с председателем Комитета обсуждались перспективы привлечения религиозных общин в сельских местностях к профилактике птичьего гриппа. Однако после смены главы Комитета у руководства Объединения возникли трудности и оно оказалось на грани распада6.

Большинство религиозных общин испытывают трудности организационного и финансового характера. Незначительный интерес большинства политиков и предпринимателей к религии ставит многие общины в зависимость от зарубежных центров и благотворительных обществ. Отсутствие правовых механизмов создания и регулирования работы религиозных фондов (вакфов) лишает религиозных деятелей финансовой самостоятельности и ограничивает их возможности. В таких условиях преимущество получают группы, решающие свои финансовые вопросы за счет зарубежных спонсоров, и это одна из важнейших причин распространения в Азербайджане нетрадиционных религий.

Многие сложности в отношениях религиозных общин с государством и обществом обусловлены отсутствием у первых социально-религиозных программ, разъясняющих основные вопросы вероучения и религиозной практики, а также отношение данного течения к светской государственности, государственной символике, воинской службе и т.д. Наличие таких программ повысило бы прозрачность работы религиозных объединений, позволило бы усовершенствовать механизмы ее правового регулирования, уменьшило бы недопонимание между религиозными деятелями и общественностью, препятствовало бы распространению религиозного экстремизма и тоталитарных сект. Однако окончательно решить этот вопрос можно только на законодательном уровне, что требует внесения соответствующих дополнений в порядок государственной регистрации религиозных общин.

Отношение к религии в обществе

Результатом государственных гарантий свободы вероисповедания и в целом толерантного общественного отношения к нетрадиционным религиям стало повышение интереса граждан к различным верованиям. За последние годы значительно пополнились ряды последователей как традиционных (шиизм, суннизм, православие, албанское монофизитство), так и нетрадиционных течений. Вместе с тем главными участниками религиозного возрождения остаются мусульмане.

Согласно официальной статистике, ислам исповедуют 96% жителей страны, но лишь малая их часть (точных сведений нет) выполняет обязательные предписания религии. Тем не менее все больше и больше представителей интеллигенции, научной и политической элиты отдают дань религиозным традициям. Праздники Гурбан-байрам (Ид аль-адха) и Рамадан-байрам (Ид аль-фитр) отмечаются благотворительными акциями, организуемыми при участии местных органов исполнительной власти.

В 2006 году праздник Гурбан-байрам, связанный с завершением хаджа, отмечался дважды — 10 января и 31 декабря. В начале года в паломничество отправились около 3 450 граждан страны, а в конце — уже почти 4 500 верующих. В их числе были руководители политических партий и депутаты Милли Меджлиса.

Интерес к религиозной культуре проявляют и представители искусства. В начале года была завершена работа над документальным фильмом "Небесные отзвуки", посвященным религиозной музыке в Азербайджане (режиссеры — А. Джаббаров и М. Агазаде). Фильм снимали по заказу ЮНЕСКО. В сентябре началась работа над короткометражной лентой о традициях веротерпимости в Азербайджане. Съемки проводили в селении Киш, где в сентябре 2003 года был открыт музейный комплекс храма св. Елисея — древнейшего христианского памятника на Кавказе.

Возврат к духовным ценностям сопровождался постепенным увеличением численности прихожан мечетей. Бóльшую их часть составляют мусульмане с умеренными взглядами, для которых религия — личный выбор и способ духовного обогащения. Как правило, они активно участвуют в экономической и общественной жизни страны.

Среди прихожан мечетей гораздо меньше тех, кто специально изучает религию и пропагандирует соответствующий образ жизни. Это, как правило, пассионарные молодые люди, с энтузиазмом обратившиеся в религию, однако отсутствие в стране исламских центров, в которых можно было бы удовлетворить потребность в духовных знаниях, вынуждает многих из них обращаться к пропагандистам, чьи идеи пропитаны проиранскими, проарабскими или протурецкими настроениями.

Несмотря на прилагаемые государством усилия, ислам все еще не превратился в составную часть национальной идеи, вследствие чего религиозность нередко становится причиной социальных конфликтов и противоречий. Ситуация усугубляется низким уровнем религиозной культуры, отсутствием организованного духовного просвещения, нерешенными социально-экономическими проблемами, открытой пропагандой массовой культуры и нравственных пороков. Вследствие этого постепенно увеличивается число последователей радикального ислама различных толков. Другая причина этого процесса кроется в латентном радикализме, культивирующемся некоторыми религиозными деятелями. Они эксплуатируют такие социально-психологические ценности, как религиозная солидарность, преданность внешним атрибутам веры, фанатичное неприятие всего, что противоречит религиозным убеждениям, признание харизмы их духовного наставника.

Отдельные группы пытаются использовать ислам в политических целях, рассматривая прихожан мечетей как силу, способную превратиться в реальную оппозицию правящей партии. В 2006 году подобные политические лозунги были неактуальны, однако религиозная проповедь, построенная на противопоставлении религиозной общественности властям, не прекращалась. Перспективы усиления политического ислама периодически обсуждались в ряде оппозиционных СМИ. Так, 6 апреля газета "Ени Мусават" перепечатала статью из американского еженедельника "Weekly Standard", посвященную росту политической активности мусульман в Азербайджане. В ней особо подчеркивалась активизация салафитского движения, имеющего, по данным автора П. Черча, 20 тыс. последователей, и Исламской партии Азербайджана, в рядах которой на момент отмены государственной регистрации в 1995 году состояли 50 тыс. человек. В статье отмечалось, что Азербайджан находится "в центре нескольких мощных геополитических тектонических плит", а также в поле зрения Комитета внешней разведки Ирана, при котором в том же 1995 году был создан отдел по работе в Азербайджане7.

В апреле — мае при помощи Национального фонда поддержки демократии (США) был проведен социологический опрос, показавший, что около 20% населения Азербайджана являются сторонниками введения законов шариата, а около 50% — сторонниками религиозно-консервативных нравственных ценностей. Кроме того, 40% жителей республики готовы проявить солидарность с исламскими странами в любом спорном международном вопросе против немусульманских стран8. Вместе с тем религиозные деятели, которые еще год назад (накануне парламентских выборов) вели активную политическую пропаганду, несколько смягчили свою позицию и заговорили в прессе о невозможности в стране исламской революции9. С чем же были связаны эти перемены? С одной стороны, опыт предыдущих лет продемонстрировал слабость социальной базы политического ислама, с другой — после смены руководства Комитета исчезли разногласия, существовавшие между данной структурой и УМК и вселявшие надежду на получение "дивидендов" от политической борьбы.

Однако было бы неправильным рассматривать сделанные в 2006 году заявления как окончательный отказ религиозных лидеров от политической активности. Не случайно, что выступление председателя парламентской Комиссии по правам человека Р. Аслановой против существования в стране происламских политических партий вызвало резкое недовольство как функционеров Исламской партии Азербайджана (ИПА), так и руководителей многих религиозных общин и НПО10.

Влияние международной обстановки на религиозную ситуацию

Пробуждение и активизация в Азербайджане религиозно-политических сил может стать реакцией на обострение межконфессиональных отношений в мире и публичные проявления неуважения к исламу в ряде стран Запада. Подтверждение тому — скандал, разразившийся из-за публикаций в некоторых западных газетах карикатур на Пророка Мухаммада. Реакция азербайджанской общественности была жесткой, но в целом сдержанной.

Представители интеллигенции и научной общественности практически единодушно выразили возмущение посягательствами на религиозные чувства мусульман, а религиозно-политические силы использовали эту возможность для организации массовых акций. 27 февраля ИПА организовала "круглый стол" с участием ряда лидеров общественных движений и политических партий, которые резко осудили публикации карикатур и взрыв мечети в иракском городе Самарра. Высказывались мнения, что взрыв шиитской святыни был осуществлен в то самое время, когда мусульманский мир объединился против попыток оскорбить и очернить ислам. Раздался призыв вывести азербайджанский воинский контингент из Ирака.

Столичная мэрия отказалась санкционировать митинги-шествия и пикеты перед офисами международных организаций. Несмотря на это, 7 февраля около 300 человек собрались на площади перед зданием МИД страны. Официальное разрешение на проведение акции было дано лишь тогда, когда сотрудники полиции предложили ее участникам покинуть площадь. В результате обращение митингующих было зачитано и акция прошла без инцидентов. В тот же день состоялся митинг в пос. Нардаран (пригород столицы).

В целом такие протестные акции проходили под наблюдением правоохранительных органов. Выжидательная позиция властей позволила оценить организационные возможности радикальных происламских сил. С другой стороны, западному миру было показано, какая перспектива может ожидать Азербайджан в случае коллапса демократических и экономических реформ. Наиболее умеренной и осторожной была позиция официального духовенства и суннитских групп, которые ограничились критическими заявлениями и призвали верующих не поддаваться на провокации.

На фоне призывов сохранять самообладание выделилась публикация в еженедельнике "Ени хебер" (11 февраля 2006 г.), в которой прозвучали оскорбительные высказывания в адрес Пророка Иисуса и Девы Марии, почитаемых как христианами, так и мусульманами. Автор публикации объяснил свои действия желанием ответить на оскорбления в адрес Пророка Мухаммада. Однако религиозные деятели жестко осудили его выпады.

Другим событием, вызвавшим волну протеста в стране, стало вторжение армии Израиля в Ливан. Позиция израильских политиков и военных была встречена резкой критикой, несмотря на то что общий политический фон предполагал неоднозначное отношение к этим событиям. В Азербайджане помнят, что "Хизбуллах" причастна к организации в Ливане ряда террористических актов, финансируется клерикальным режимом ИРИ, который поддерживает экономические и политические отношения с Арменией и ответственен за притеснения азербайджанцев в Иране. Кроме того, в Ливане проживает сильная армянская диаспора, и в свое время именно там проходили подготовку боевики армянской террористической организации АСАЛА. Наконец, между Азербайджаном и Израилем налажены динамично развивающиеся дружественные отношения.

Тем не менее в июле и августе шиитские группировки провели широкую пропагандистскую кампанию, организовали "круглые столы" с участием политиков и общественных деятелей, пытались провести пикеты перед посольствами Израиля и США в Баку.

В сентябре объектом резкой критики религиозных деятелей страны стало высказывание Папы Римского Бенедикта XVI в адрес ислама и Пророка Мухаммада. Оно было расценено как очередная провокация с целью обострить отношения между мусульманами и христианами, вызвать новую волну массовых протестов и волнений в мусульманском мире. В принятом по этому поводу заявлении УМК отмечалось: "Создается такое впечатление, что высказанные мысли — это звено в цепи целенаправленных злобных выступлений, направленных в последнее время в западном мире против ислама"11.

19 сентября в Азербайджан прибыл временный поверенный Апостольской нунциатуры Ватикана Р. Макритскас. На встрече с Шейхульисламом он выразил сожаление по поводу недоброжелательной реакции мусульманского мира на выступление Папы Римского, однако не принес извинений, которых требовало исламское духовенство. В публичных заявлениях представителей интеллигенции выражалась обеспокоенность по поводу возможного окончания эпохи примирения и диалога, начавшейся в годы понтификата Иоанна Павла II.

Высказывание Папы Римского вдохновило отдельных публицистов на резкие антиисламские высказывания. Так, 1 ноября малоизвестная даже в республике газета "Сенэт" опубликовала статью Р. Таги, в которой содержались оскорбления в адрес Пророка Мухаммада. Публикация вызвала значительный резонанс, а ее автор подвергся осуждению со стороны религиозной общественности и интеллигенции. Однако в целом критика была умеренной и конструктивной: основной акцент делался на недопустимости злоупотребления свободой слова, посягательств на религиозные чувства и убеждения граждан.

Ситуация обострилась после того, как два иранских богослова вынесли Р. Таги смертный приговор. Призывы к расправе над провинившимся журналистом прозвучали и на митинге, состоявшемся 11 ноября в пос. Нардаран.

15 ноября Насиминский районный суд города Баку приговорил главного редактора газеты "Сенэт" С. Садагатоглу и журналиста Р. Таги к двум месяцам лишения свободы за разжигание межрелигиозной ненависти и вражды. Расценив этот приговор как конкретную попытку подавления свободы слова, небольшая группа журналистов и деятелей искусства в знак протеста заявила об отречении от ислама. Однако их акция не получила поддержки в обществе. Скоротечный скандал вокруг публикации в газете "Сенэт" вновь продемонстрировал, что ни государственные органы, ни религиозная общественность, ни интеллигенция не намерены попустительствовать попыткам подорвать межконфессиональный мир и согласие в республике.

Заключение

Религиозная жизнь страны протекает в основном в спокойном русле и характеризуется увеличением интереса к религиозным верованиям и практике. Главными факторами, дестабилизирующими ситуацию, остаются влияние зарубежных религиозных центров и миссионерских организаций, некоторые события международной жизни, а также цели нетрадиционных религиозных групп, пересекающиеся с интересами большей части населения, индифферентной к религиозной практике.

Важнейшими проблемами остаются низкий уровень религиозного просвещения и недостаточная системность политики властей по защите национально-культурных ценностей. В Азербайджане нет исламского культурного центра, пропагандирующего нравственно-этические ценности ислама в контексте традиций светской государственности.

Еще одна серьезная проблема — отсутствие правового толкования принципа отделения религии от государства. На фоне энергичных попыток реформировать государственные институты деятельность религиозных общин остается непрозрачной и во многих отношениях неподконтрольной государственным и общественным структурам.

Тем не менее существующая в стране атмосфера веротерпимости позволяет религиозным институтам трансформироваться в духовных хранителей гражданских свобод и беспристрастных критиков общественно-политических перемен с точки зрения их соответствия морали и справедливости, понимаемых не только в религиозном, но и в демократическом контексте.


1 Принятие закона "Об альтернативной службе" — одно из обязательств, взятых перед Советом Европы. к тексту
2 Точки зрения основных участников этой дискуссии были, в частности, изложены в электронной газете "Азербайджанские известия" 30 апреля 2007 года [http://www.azerizv.az/article.php?id=6527&print=1]. к тексту
3 См.: Бюллетень Агентства "Интерфакс-Азербайджан", 30 января 2007 года [http://www.interfax-religion.ru/judaism/?act=news&div=16363]. к тексту
4 См.: Зеркало, 7 марта 2006. к тексту
5 См.: Зеркало, 24 августа 2006. к тексту
6 Создание Объединения отрицательно восприняло мусульманское духовенство, стремящееся сохранить за УМК положение единственного центра общин исламской направленности (см.: [http://www.islam.com.az/modules/news/article.php?storyid=156]). к тексту
7 См.: Church P. The Azeri Edge: With Oil, Questionable Elections, and a Rising Islamic Presence, Azerbaijan May Be at a Crossroads // The Weekly Standard, 28 March 2006 [http://findarticles.com/p/articles/mi_m0RMQ/is_2006_March_28/ai_n16346215]. к тексту
8 См.: Бюллетень Информационного агентства "Туран", 12 июня 2006 [http://gender-az.org/shablon_ru.shtml?doc/ru/news/12_06_2006_01]. к тексту
9 См.: Рашидоглу А. Ислам все больше овладевает умами рядовых азербайджанцев // Зеркало, 15 апреля 2006. к тексту
10 См.: Уч ногте, 12 августа 2006. к тексту
11 См.: Информационный бюллетень Агентства "Regnum" от 20 сентября 2006 года [http://www.regnum.ru/news/707844.html]. к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL