МЕЖДУНАРОДНАЯ ЖИЗНЬ

Джаннатхан ЭЙВАЗОВ


Джаннатхан Эйвазов, заместитель директора Института стратеги­ческих исследований Кавказа, от­ветственный секретарь журнала "Цен­тральная Азия и Кавказ" (Баку, Азер­байджан)


Введение

В 2006 году внешнеполитический курс Азербайджанской Республики не претерпел особых изме­нений. Сохранились основные внешнеполитические приоритеты и геополитические ориен­тиры страны: разрешение затянувшегося противостояния с Арменией, развитие региональных энергетических и коммуникационных проектов, интеграция в европейские и евро-атлантические структуры.

По своей форме перемены были связаны с общим усилением государства, в частности со стабили­зацией политической власти после выборных перипетий 2005 года, беспрецедент­ным экономическим ростом и соответствующим увеличением политического веса АР, что выража­лось в относительно более последовательной, решительной и активной деятельности, касавшейся решения стоящих перед республикой задач.

Несмотря на паузу в электоральных процессах, внимание к Азербайджану со стороны междуна­родного сообщества не уменьшилось. С некоторыми отличиями от предыдущего года этому в существенной степени способствовал ряд макрофакторов, обусловленных в основном отношениями США с Ираном и ЕС с Россией. Вместе с тем повысился уровень учета интере­сов страны "сильными мира сего" при формировании их внешнеполитического курса в отноше­нии Кавказско-Каспийского региона. 

Урегулирование армяно-азербайджанских отношений

Урегулирование отношений с Арменией, краеугольным камнем которых является нагорно-кара­бахский конфликт, осталось на повестке дня азербайджанской внешней политики и в 2006 году. Несмотря на то что 2005 год запомнился достаточно интенсивными контактами двух респуб­лик — как на уровне руководителей внешнеполитических ведомств, так и глав государств, — дос­тичь разрешения данной наболевшей проблемы региона не удалось и в 2006-м. 

Международные посреднические структуры и наблюдатели весьма позитивно оценивали пер­спективы урегулирования конфликта в 2006 году. Это связывалось с некоторыми благоприятст­вующими условиями, в частности с тем, что как в Армении, так и в Азербай­джане в данном году не было запланировано общенациональных выборных процессов, которые, как показывает практика, приводили к чрезмерной политизации проблемы. Именно поэтому 2006-й характеризовался как "окно возможностей" для разрешения нагорно-карабахского противо­стояния.

Сделать вывод о серьезности перспектив достижения уже в 2006 году долгожданного про­рыва в процессе урегулирования позволяло прибытие в регион (декабрь прошлого года) Группы высо­кого планирования ОБСЕ в целях оценки ситуации и разработки условий размещения миротвор­ческих сил на случай принятия политического решения по проблеме. Отметим, что как след­ствие этого вопрос о дислокации миротворческих сил в зоне конфликта стал в 2006 году предметом серьезной общественной дискуссии в АР. По словам министра иностранных дел Азербай­джана Эльмара Мамедъярова, "это является одним из компонентов обсуждений, проводи­мых в рамках мирного процесса. Однако наша страна не рассматривает этот вопрос в отдельности от реализации ряда других компонентов, обсуждаемых в рамках освобождения на­ших оккупированных территорий, возвращения беженцев и вынужденных переселенцев на свои родные земли и мирного процесса. Это комплексный вопрос"1.

Внутриполитические дискуссии в данном контексте были сфокусированы большей частью на том, где именно должны разместиться миротворческие силы в случае достижения соответствую­щих соглашений. Естественно, что азербайджанская сторона делала упор на необходи­мость дислокации основного контингента миротворцев на границе двух республик, что было озвучено заведующим отделом внешних связей Администрации президента АР Hоврузом Мамедовым2. Вместе с тем, по его словам, "…в целях предотвращения возможных конфлик­тов не исключено размещение сил между населенными пунктами, где проживают представи­тели армянской и азербайджанской общин Нагорного Карабаха"3.

Вследствие упомянутых благоприятных условий большие надежды возлагались на первую в 2006 году встречу глав двух стран в Париже (10—11 февраля), однако безрезультатность париж­ского диалога стала достаточно ощутимым ударом по переговорному процессу. Возможно, если бы на данную встречу не были возложены столь большие надежды со стороны как общественно­сти обеих республик, так и международных посредников, то ущерб от "провала в Рамбуйе", нанесенный всему переговорному процессу, мог бы не быть таким серьезным. Име­ются все основания полагать, что это в существенной мере повлияло на то, что 2006 год, назван­ный "окном возможностей" для нагорно-карабахского урегулирования, так и не принес ожидав­шихся результатов.

Фактически после этих переговоров президенты двух стран оказались в весьма сложной ситуа­ции. На фоне атмосферы общественных ожиданий "прорыва", к тому же стимулирован­ных различными заявлениями и активностью международных посреднических струк­тур, было довольно непростой задачей объяснить сложившееся положение и наметить вы­ходы из него, сохранив при этом консолидированность социума. В данном отношении не было неожиданностью то, что после "несостоявшегося прорыва" как в Армении, так и в Азербай­джане усилилась тенденция к политизации проблемы, то есть то, чего, по мнению многих наблюдате­лей и посредников, не должно было быть в 2006 году, и в связи с чем этот год должен был оказаться благоприятным для урегулирования конфликта. В Армении "эффект Рам­буйе" вызвал заявление президента Р. Кочаряна "о возможности принятия Арменией трех шагов: признания Нагорного Карабаха, определения правовой ответственности за него, укрепле­ния пояса безопасности вокруг Карабаха"4, а в Азербайджане — усиление дебатов по по­воду военного решения проблемы. Все это, естественно, не могло способствовать потеплению отношений между двумя республиками.

Для международных посредников такой исход переговоров также оказался неожиданным (фак­тически для них это было такой же неудачей, как и для непосредственных участников кон­фликта). В течение года их активность проявлялась при явном доминировании процесса над результа­тами — иными словами, то, что им действительно удалось сделать в отмеченный период, так это содействовать поддержанию достаточно высокой интенсивности контактов президентов и министров иностранных дел двух стран5. Тем не менее весь этот достаточно динамичный про­цесс (при активном участии сопредседателей Минской группы) в итоге не привел к существенным подвижкам в области нагорно-карабахского урегулирования. Создавалось впечатле­ние, что международные посредники пытаются в определенной мере завуалировать свою фактическую нерезультативность поддержанием "высокой частоты" встреч конфликтую­щих сторон и периодическими заявлениями о работе над очередными "новыми" предложениями по решению проблемы. Весьма показательными в этом плане стали комментарии замести­теля министра иностранных дел Азербайджана Араза Азимова, сделанные им 24 мая, неза­долго до бухарестской встречи президентов двух республик: "Заявления о подготовке сопредседате­лями Минской группы ОБСЕ каких-либо новых вариантов разрешения армяно-азербай­джанского, нагорно-карабахского конфликта не дают основания для оптимизма… Подоб­ными заявлениями сопредседатели хотят лишь повысить значимость своей деятельности в гла­зах общественности. Безусловно, им необходимо оправдывать свои действия, поэтому каж­дый раз слышны заявления о все новых и новых идеях"6.

Вероятно, неудачи в переговорном процессе, имевшие место в начале многообещающего 2006 года, явились одной из де-факто причин смены американского сопредседателя МГ ОБСЕ Стивена Манна (в июне его функции были возложены на Мэтью Брайзу). Вслед за этим про­изошла и ротация в дипломатическом представительстве США в Азербайджане. Вместо Рино Харниша, отличавшегося чрезвычайной активностью — как в вопросе нагорно-карабахского урегулирования, так и во внутриполитическом измерении АР (особенно накануне и после парламентских выборов 2005 г.), новым Чрезвычайным и Полномочным Послом в респуб­лике была назначена Энн Дерс. 

В 2006 году нормализация армяно-азербайджанских отношений была осложнена пожарами на оккупированных территориях и связанным с ними ущербом, нанесенным уникальной био­сфере региона. Азербайджан возложил ответственность за это на страну-агрессора, что выгля­дело в глазах международного сообщества достаточно убедительно — по меньшей мере ввиду фактической неподконтрольности данных территорий азербайджанским властям и, соответст­венно, полного де-факто контроля над ними со стороны Армении. Этот вопрос поднимался АР на различных международных форумах, и наибольший эффект был достигнут в рамках Организации Объединенных Наций. Так, 7 сентября Генеральная Ассамблея ООН консенсусом приняла резолюцию "Положение на оккупиро­ванных территориях Азербайджана"7, в которой была выражена серьезная обеспокоен­ность "пожарами на пострадавших землях, наносящими обширный экологический ущерб". В документе подтверждалась необходимость командирования в регион миссии ОБСЕ "для оценки кратко- и долгосрочных последствий пожаров для окружающей среды в качестве шага к подго­товке экологической операции". Кроме того, ГА ООН обратилась к действующему председателю ОБСЕ с просьбой "представить государствам-членам Генеральной Ассамблеи к 30 апреля 2007 года доклад по этому вопросу"8.

Данная тема — как и в целом проблемы в отношениях с Арменией — были объек­тами высокой политической активности АР в рамках Организации Исламская конференция9. В Бакинской декларации, принятой ОИК на XXXIII сессии Совета министров иностранных дел (19—21 июня), отмечалась "глубокая обеспокоенность по поводу недавних сильных пожаров на оккупиро­ванных территориях", а оккупационным силам предъявлялось "требование принять срочные меры для предотвращения экологической катастрофы"10. Здесь же была утверждена резолюция № 9-33Р "Об агрессии Республики Армения против Азербайджанской Респуб­лики"11.

Определенным стимулом к урегулированию конфликта в 2006 году должно было стать обсужде­ние этого вопроса на Санкт-Петербургском саммите глав государств "Большой вось­мерки", прошедшем 17 июля. В заявлении председателя отмечалось: "Мы подтвердили, что "Группа восьми" поддерживает посреднические усилия сопредседателей Минской группы ОБСЕ (Россия, Соединенные Штаты, Франция), и подчеркнули необходимость скорейшего согласова­ния основных принципов мирного урегулирования конфликта уже в 2006 году. Мы призываем Азербайджан и Армению проявить политическую волю, достичь договоренности и готовить свои народы к миру, а не к войне"12. Однако эффект этого опять-таки выразился в интенси­фикации взаимодействия участников процесса урегулирования, а не, к сожалению, в конкрет­ных результатах, достижение которых было рекомендовано "восьмеркой сильных мира сего".

Отношения с другими соседями

Грузия и Турция. 2006 год характеризовался дальнейшим развитием реальных партнер­ских связей Азербайджана с Грузией и Турцией. Это проявлялось в достаточно высокой интенсивно­сти взаимодействия официальных структур и — в отличие от азербайджано-армян­ских отношений — в достижении конкретных позитивных результатов в формировании интегрирован­ного подхода указанных стран к решению своих основных политических проблем, а также обеспечению безопасного экономического прогресса.

Несомненно, что основные успехи кооперативного взаимодействия в "треугольнике Азербай­джан — Грузия — Турция" были связаны с дальнейшим наращиванием региональ­ного транспортно-энергетического потенциала — как по "западному", так и по "восточ­ному" векторам. В этом отношении год запомнился прежде всего вводом в эксплуата­цию основного экспортного нефтепровода Баку — Тбилиси — Джейхан, официальная церемония пуска которого состоялась 13 июля в Турции.

Весьма существенным моментом данного события явилось то, что региональная геоэкономиче­ская функция указанного трубопровода была расширена в восточном направлении. Так, 2005—2006 годы характеризовались интенсивными азербайджано-казахстанскими контак­тами, в результате чего 16 июня 2006 года президентами Азербайджана и Казахстана был подпи­сан договор "О содействии транспортировке нефти из Казахстана через Каспийское море и территорию Азербайджана на международные рынки посредством системы БТД", согласно которому Казахстан официально присоединился к проекту нефтепровода. "Договор предусматри­вает организацию танкерной перевозки казахстанской нефти из Актау в Баку через Каспий и ее дальнейшую транспортировку по нефтепроводу БТД. На первом этапе Казахстан намерен отгружать по БТД до 7,5—10 млн т нефти в год"13. Соответственно, для Азербай­джана это означало, что его превращение не только в регионального экспортера нефти, но и, бо­лее того, в страну, выполняющую трансрегиональные энерго-коммуникационные функции, ус­пешно претворяется в жизнь.

Другим важным результатом партнерского взаимодействия между Азербайджаном, Гру­зией и Турцией стал пуск Южно-Кавказского газопровода Баку — Тбилиси — Эрзе­рум, предполагавшего доставку голубого топлива с азербайджанского месторождения на Кас­пии Шах-Дениз в Турцию. Продолжалась реализация транспортного проекта Карс — Ахалкалаки — Тбилиси — Баку, а также имели место весьма активные обсуждения, касавшиеся возможного присоединения к нему Казахстана.

Очевидно, что энергетические и транспортно-коммуникационные сферы сохранили за со­бой функцию ключевых звеньев кооперативной взаимозависимости трех государств, которая привела к соответствующим координации и взаимопомощи, проявившимся в отмеченном году наряду с прочим в сферах внешней политики и политики безопасности упомянутой триады. Весьма показательной в этом плане является ситуация, сложившаяся вокруг грузино-российских от­ношений, в частности так называемого "газового конфликта", продолжавшегося с различ­ной степенью интенсивности с конца 2005 года.

На протяжении рассматриваемого года Россия пыталась использовать вопрос о повышении цен на экспортируемый ею в Грузию газ в качестве средства политического давления на власти этой республики. Фактически после "тяжелой зимы" 2005—2006 годов, когда РФ приостановила поставки газа в Грузию, руководство последней попало в весьма сложную ситуацию — либо согла­ситься с новой ценой на российский газ14, либо вступить в серьезный энергетический кризис с непредсказуемыми последствиями для социально-экономической сферы страны и, соответст­венно, политической стабильности в ней. Собственно, именно глубокие кооператив­ные связи Грузии с Азербайджаном и Турцией помогли ей найти достаточно эффективный вы­ход из этой тупиковой на первый взгляд ситуации. Вопрос решился за счет того азербайджан­ского газа, который изначально должен был поступать в Турцию согласно проекту Баку — Тбилиси — Эрзерум15.

В целом укрепление в течение года кооперативных связей между Азербайджаном, Грузией и Турцией, а также соответствующая интегрированность в их политическом "поведении" способство­вали, по меньшей мере, поддержанию стабильности региональной безопасности. Пре­жде всего это выражалось в реальном балансирующем эффекте "треугольника Азербайджан — Грузия — Турция". То, как разрешилась "газовая проблема" Грузии, фактически оказалось пер­вой серьезной и конкретной контрмерой по пресечению попыток усилившейся России восстано­вить свои "прежние" сферы влияния на юге постсоветского пространства.

Скандально известен тезис Анатолия Чубайса о "либеральной империи"16, построение кото­рой, по его мнению, является в сегодняшнем мире наиболее приемлемым для России. В че­реде "газовых конфликтов" 2005—2006 годов было нетрудно рассмотреть очертания его практиче­ской реализации, однако последняя была де-факто предотвращена на кавказском направле­нии консолидированными усилиями Азербайджана, Грузии и Турции. Наверное, это следует оценивать как одну из наиболее примечательных и важных геополитических особенно­стей года, свидетельствующую о реальном наличии региональных механизмов, способных предупре­ждать угрозы безопасности соответствующих стран, в частности те из них, которые связаны с попытками реанимировать некогда существовавший внешний контроль над регионом.

Россия и Иран. Хотя отношения Азербайджана с двумя другими соседями — Россией и Ира­ном — не претерпели в 2006 году кардинальных изменений, однако на протяжении года имели место определенные события и тенденции, которые, на наш взгляд, могли бы уже в ближай­шей перспективе привести к указанным переменам. Прежде всего отметим, что, пожа­луй, самой главной "стабильностью" отношений в обеих диадах (Азербайджан — Россия и Азербай­джан — Иран) была стабильность доминирования "формы" над "содержанием". Пони­мая существование серьезнейших проблем в их взаимоотношениях, стороны как бы пытались сберечь эфемерную устойчивость и видимую позитивность последних за счет интенсивных контак­тов и политической риторики. Азербайджану, в отличие от Грузии, было легче поддержи­вать это хрупкое состояние в силу декларированной сбалансированности подходов и многовекторно­сти внешнеполитического курса. Тем не менее события  года свидетельство­вали, что становилось все сложнее и сложнее "подпитывать" внешнюю положительность при сохранении достаточно значимых противоречий интересов. 

К наиболее примечательным позитивам в сфере российско-азербайджанских отноше­ний можно, пожалуй, отнести открытие Года России в Азербайджане, официальная церемо­ния которого прошла в Баку (21 февраля) с участием президентов двух государств17.

При всем этом к концу года все четче и четче стали обозначаться тенденции к осложнению вы­шеупомянутых взаимоотношений. Вполне не удивительным представляется то, что данный негатив начал проявляться именно по тем вопросам, которые обусловили обострение отноше­ний России с Грузией, — о поставках российского газа и его цене. Кстати, возникнове­ние аналогичных проблем с Азербайджаном позволяло еще яснее убедиться именно в "политиче­ском назначении" этих вопросов. Трудно не разглядеть "зловещую" политическую связь между событиями конца 2006 года, как-то: повышение цены на российский газ, подаваемый в Грузию, нахождение последней "азербайджанской альтернативы", увеличение цены и сокраще­ние поставок российского голубого топлива в АР. Иными словами, фактически требова­лось оказать политическое давление на Грузию, изолировав ее от всех альтернативных источников импорта газа.

Намерение России поднять цену на голубое топливо со 110 до 235 долл. за 1 000 куб. м вызвало в Азербайджане достаточно резкую общественную и политическую реакцию. В ответ на требования РФ президент И. Алиев заявил, что "такая цена диссонирует с духом и сущно­стью российско-азербайджанских отношений"18. Более того, было объявлено о приостановке прокачки азербайджанской нефти по маршруту Баку — Новороссийск, и именно на это время прихо­дится информация о возможном прекращении вещания на территории АР двух крупней­ших российских телеканалов: ОРТ и РТР19. Несмотря на то что обе стороны попытались дать соответствующие экономические объяснения своим шагам, было очевидно, что речь идет о нали­чии ощутимых политических проблем, вуалировать которые с каждым разом становится все труднее и труднее.

Отношения Азербайджана с Ираном развивались — как и в 2005 году — под постоян­ным влиянием внешнего "американского" фактора. В условиях сохраняющейся напряженности американо-иранских взаимоотношений и возможности применения военной силы против Ирана во взаимодействии последнего со своими соседями явно чувствовалось стремление достичь хотя бы временной нормализации. Можно сказать, что такая активность ИРИ в отношении Азербай­джана была в течение 2005—2006 годов сравнительно плодотворной. Вместе с тем нерешенность ряда серьезных проблем двух стран — таких, как положение этнических азербайджанцев в Иране, ста­тус Каспия, сотрудничество ИРИ с Арменией, а также с сепаратистским режимом Нагорного Карабаха и др. — предполагает незначительные шансы для оценки долгосрочности азербай­джано-иранского "потепления" 2005—2006 годов.

На официальном уровне сторонам в целом удалось сохранить в 2006 году стабильность своих взаимоотношений, хотя в течение года имели место ситуации, которые могли вывести двусторонние отношения из "состояния текущего равновесия". В качестве приме­ров можно привести критические замечания в адрес Ирана, сделанные на II съезде азербай­джанцев мира председателем Конгресса азербайджанцев мира Джавадом Дерехти (Баку, март), что стало причиной протеста посла ИРИ в Азербайджане, или же появление информации о визите представителей Ирана в Нагорный Карабах (сентябрь). И в том и в другом случаях офици­альные круги обеих республик старались не придавать этим фактам общественного резо­нанса и поскорее "сгладить" их, переведя на уровень неофициальных заявлений и контак­тов. 

Отношения с европейскими и евро-атлантическими структурами

Европейский союз. В рассматриваемом году основным вопросом взаимоотношений Азербай­джана с ЕС было принятие Плана действий в рамках "Политики европей­ского соседства". Этот вопрос был актуальным для всех трех кавказских государств (напом­ним, что планировалось их "пакетное" присоединение к упомянутой программе Евросоюза, что и про­изошло впоследствии).

12 декабря 2005 года был дан официальный старт консультациям Азербайджан — ЕС. В тече­ние 2006-го стороны провели несколько раундов переговоров, и в октябре — во время визита внешнеполитической "тройки" ЕС в регион — было принято решение о подписании плана действий20. Соответствующая официальная церемония состоялась 14 ноября в Брюсселе. Указанный план рассчитан на пять лет; в частности, в нем отмечается: "План дейст­вий ЕС — Азербайджан — это политический документ, определяющий стратегические цели сотрудниче­ства между Азербайджаном и ЕС… Его имплементация поможет выполнению усло­вий Соглашения по партнерству и сотрудничеству, будет поощрять Азербайджан и содейство­вать достижению его цели — дальнейшей интеграции в европейские структуры"21.

Вполне объяснимо, что в процессе переговоров по поводу деталей плана одним из основ­ных пунктов для АР было присутствие в нем обязательств, касающихся уважения территориаль­ной целостности в качестве принципа взаимодействия двух сторон в рамках имплементации дан­ной политики, что и было четко сформулировано уже в преамбуле документа22. Это же было отме­чено в совместном заявлении Азербайджана и Евросоюза, которое было сделано после приня­тия Плана действий в рамках "Политики европейского соседства".

Другим и, вероятно, не менее важным событием, предшествовавшим официальному на­чалу взаимодействия Азербайджана и ЕС в рамках "Политики европейского соседства", стало подписание 7 ноября президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым и председателем Европейской комис­сии Хосе Мануэлем Баррозо Меморандума взаимопонимания о стратегическом партнерстве ме­жду Азербайджанской Республикой и Европейским союзом по энергетическим вопросам. Верхов­ный представитель ЕС по внешней политике и безопасности Хавьер Солана охарактеризовал значение этого документа следующим образом: "Меморандум о взаимопонимании, целью кото­рого является создание партнерства в энергетической стратегии, отражает растущую важность Азербайджана как главного поставщика энергоносителей в ЕС, а также как важной транзитной страны для ресурсов Каспийского бассейна"23.

НАТО. В отличие от предыдущего года, 2006-й оказался не столь примечательным в плане ак­тивности и результативности взаимодействия АР с Североатлантическим альянсом. Хотя стороны и поддерживали кон­такты на высшем уровне, однако это не привело к особым изменениям в намеченных годом ра­нее взаимоотношениях. Данный процесс в основном выстраивался в соответствии с принятым в 2005 году Планом действий индивидуального партнерства (ПДИП), и главные вопросы двусторон­них консультаций были связаны в течение года с имплементацией этого документа.

Наибольшая активность НАТО в Азербайджане пришлась на июль. Это было связано с очередной "Неделей НАТО" в АР (3—8 июля), в рамках которой был запланиро­ван ряд мероприятий, в частности организация Международной школы Альянса, проведение Международного симпозиума по проекту "Ме­ланж" (уничтожение в Азербайджане ракет, оставшихся от бывшей Советской Армии) и Семи­нара по борьбе с терроризмом в рамках Совета по евро-атлантическому партнерству24. К дан­ному событию был приурочен визит заместителя Генерального секретаря HАТО Жана Фурне (3—4 июля).

Вместе с тем актуализация вопросов энергетической безопасности, в частности недавние про­блемы с поставками российских энергоносителей в государства ЕС, а также необходимость формирования и обеспечения функциональности альтернативных источников не могли не повли­ять на отношения НАТО со странами, обладающими энергетическими и коммуникацион­ными возможностями. И хотя 2006 год не привел к каким-либо важным договоренностям по этому поводу между НАТО и АР, в их взаимодействии все более чувствовалась тенденция к усилению внимания к данным вопросам, что было также обозначено в ходе переговоров Жана Фурне в Баку25.

Отношения с США

Существенным обстоятельством, влиявшим на отношения США и Азербайджана в 2006 году, оставалась ситуация с американо-иранской напряженностью. Это вполне можно было бы охарактеризовать как "базовый внешний фактор", хотя параллельно с ним существовало еще несколько важных макрофакторов, воздействовавших на состояние азербайджано-американских взаи­моотношений, например актуализация вопросов энергетической безопасности, противобор­ство с окрепшей после депрессии 1990-х годов Россией за влияние в Центральной Евразии и др. В конечном счете комбинация этих реалий (при доминировании "иранского во­проса") ощутимо повлияла на стабильность и изменчивость отношений США и АР в характеризируе­мом периоде. Как показали результаты года, факторы внутреннего характера — такие, как политические процессы в Азербайджане и активность армянской диаспоры в США, — сыграли куда более второстепенную роль в формировании в 2006 году американской политиче­ской линии в отношении АР, нежели упомянутые макрофакторы.

Как следствие этого повестка дня взаимоотношений двух государств сохранилась (по сравне­нию с 2005 г.) без серьезных изменений. Прежде всего назовем вопросы, связанные с участием Азербайджана в "антитеррористической кампании" (особенно при возможно­сти ее "расширения" на Иран), урегулированием армяно-азербайджанского конфликта, а также развитием энергетических и коммуникационных проектов (включая вопросы обеспечения их безопасности). Активность в АР американских эмиссаров (в том числе представителей воен­ного ведомства) также осталась на достаточно высоком уровне.

Наиболее примечательным событием года явился официальный визит президента Азербай­джана И. Алиева в США, состоявшийся 25—28 апреля. В ходе визита глава АР помимо перегово­ров с президентом Дж. Бушем провел встречи с вице-президентом Д. Чейни, министром энерге­тики С. Бодманом, министром обороны Д. Рамсфельдом, министром торговли К. Гутьерресом, первым заместителем госсекретаря США Р. Зеликом, заместителем госсекретаря К. Хьюз, директо­ром Национальной разведки США Дж. Hегропонте, председателем палаты представите­лей Конгресса США Д. Хастертом, представителями еврейских организаций США и др.26

Напомним, что это был первый официальный визит И. Алиева в Соединенные Штаты со вре­мени его избрания на пост президента Азербайджанской Республики в 2003 году. Данное событие — несмотря на его несколько запоздалый характер — имело достаточно большое значение для обеих стран. Оно явилось своего рода этапом достижения определенности в плане готовности к углубленному геополитическому сотрудничеству американской администрации с Азербайджаном после прихода к власти И. Алиева. В условиях усиления вышеназванных макрофак­торов обоим государствам (особенно администрации Дж. Буша) было архи­важно достичь этой определенности, ибо Соединенным Штатам это давало возможность обозначить те лимиты взаимодействия, на которые может пойти действующее руководство АР в "иранском вопросе", а Азербайджану — уровень поддержки США в решении нагорно-карабахской проблемы.

ГУАМ

Наряду с изменением названия, для нынешней "Организации за демократию и экономиче­ское развитие — ГУАМ"27 2006-й стал также годом консолидации. Весьма примечательно, что выход из данной структуры Узбекистана не повлиял на ее функциональность негативно. Скорее наоборот: "ГУАМ-2006" все более напоминала не аморфную "региональную группу", а ре­ально действующую организацию. Конечно, этому способствовали те же ранее упомянутые макро­факторы. Соответственно, кроме структурных преобразований в организации деятель­ность стран-участниц была сфокусирована на решении вопросов, связан­ных с конфликтами на их территориях и реализацией энергетических проектов.

Что касается указанных коллизий, то в 2006 году усилия этой структуры были направ­лены на внесение данного вопроса в повестку дня Генеральной Ассамблеи ООН. Одной из первона­чальных целей этого было признание мировым сообществом неэффективности деятельно­сти российских миротворцев в зонах приднестровского, абхазского, а также югоосетин­ского конфликтов и необходимости их замены, для чего государствами-участниками ГУАМ предусматривалось создание собственных полицейских сил28. На  состоявшейся 25 сентября встрече министров иностранных дел стран ГУАМ в Нью-Йорке был согласован стратегический план совместных мероприятий "по расширению международной поддержки в вопросах мирного урегули­рования затяжных конфликтов на территориях стран ГУАМ", основная цель которого заключалась в том, чтобы добиться принятия Генеральной Ассамблеей соответствующей резолю­ции29.

Разумеется, череда проблем, связанных с поставками российских энергоносителей в государ­ства ГУАМ, сделала неизбежной консолидацию их усилий по решению вопроса об альтерна­тивном и безопасном источнике. Фактически данная тема была не менее обсуждаемой на официальных саммитах этой организации, чем вопрос о конфликтах. Так, в 7-м и 8-м пунктах Ки­евской декларации, в частности, говорилось "о недопустимости экономического давления и монополизации энергетического рынка", подчеркивалась "необходимость активизации усилий в це­лях обеспечения энергетической безопасности, в том числе путем диверсификации маршрутов транспор­тировки энергоресурсов Центрально-Азиатского и Каспийского регионов на европей­ский рынок", а также заявлялось о поддержке максимального использования "международного транзитного потенциала государств ГУАМ, в том числе для обеспечения стабильных поставок энергоносителей"30.

Наиболее интенсивное взаимодействие на этом направлении отмечалось между Азербайджа­ном и Украиной. В 2006 году динамика контактов двух стран на официальном уровне была высокой; на этот же период пришелся и первый официальный визит президента Украины В. Ющенко в АР (7—8 сентября)31. На церемонии подписания Меморандума о партнерстве с ЕС в энергетической сфере (7 ноября) президент И. Алиев заявил, что "Азербайджан подтвер­ждает свою заинтересованность в реализации проекта Одесса — Броды — Плоцк с усло­вием участия в переработке и реализации нефтепродуктов"32. Отмечалось также, что этот во­прос обсуждался с президентом Украины В. Ющенко, создана рабочая группа Украина — Азербайджан для изучения экономических преимуществ данного проекта и возможных механиз­мов сотрудничества33.

Пожалуй, главным для Азербайджана международно-политическим результатом 2006 года стало значительное усиление позиций АР как важнейшего актора в центральноевразийской энергети­ческой и коммуникационной системах. Как ни странно, но определенную и не самую последнюю роль в этом сыграла Россия, точнее — то, как ее властями использовались доминирую­щие позиции РФ в качестве поставщика энергоносителей в Европу.

Политическое использование Россией энергетических возможностей в 2005—2006 годах сов­пало с завершением прокладки и началом эксплуатации нефтепровода Баку — Тбилиси — Джей­хан, а также Южно-Кавказского газопровода. Эффект сложившейся ситуации был значительно усилен присоединением к БТД Казахстана и возможностью расширения проекта ЮКГ для транспор­тировки туркменского газа. Естественно, что Азербайджанская Республика, будучи не только инициатором и участником, но и ключевым геополитическим звеном функционально­сти этих проектов, оказалась в центре внимания стран ЕС, заинтересованных при таком положе­нии дел в диверсификации путей импорта энергоносителей. Совершенно не удивительным в этом плане является Меморандум о партнерстве в энергетической сфере, подписанный ЕС и Азербай­джаном в конце года, что, кстати, произошло почти одновременно с подписанием этими же сто­ронами Плана действий в рамках "Политики европейского соседства".

В целом внешнеполитическая ситуация на "западном направлении" складывалась для АР в дос­таточно благоприятной атмосфере. Отношения Евросоюза (как и в общем Запада) с Россией — с од­ной стороны, и США с Ираном — с другой, сулят немалые возможности реализации националь­ных интересов Азербайджана. По всей вероятности, возрастание противоречий в указанных взаимоот­ношениях будет в перспективе стимулировать расширение отмеченных возможностей для АР. При прочих равных условиях это может существенно способствовать, скажем, ускоре­нию процесса интеграции азербайджанского государства в евро-атлантические структуры.

В региональном измерении важными итогами года стали начало и усиление фактического функ­ционирования геополитической консолидации по вектору Азербайджан — Грузия — Турция. Кон­солидированная деятельность трех стран в ситуации "газового конфликта" Грузии с Россией про­демонстрировала, что позитивная взаимозависимость в сфере безопасности Азербайджана, Грузии и Турции достигла уровня, при котором их кооперативные отношения и взаимопомощь приобретают постоянный, системный характер. Иными словами, это позволяет говорить о реаль­ном существовании механизмов, на базе которых возможно формирование более широкой и, самое главное, более эффективной системы коллективной безопасности — в сравнении с теми, которые планировались или же "существуют" сегодня на постсоветском пространстве. Веро­ятно, данные возможности будут расти, если учитывать развитие энергетических и коммуникацион­ных проектов и их расширение как на "западном", так и на "восточном" направле­ниях. 

Параллельно с отмеченными результатами 2006-й был также и "годом ожиданий" — ожида­ний, связанных с решением наиболее серьезной проблемы безопасности Азербайджана — на­горно-карабахского конфликта. К сожалению, благоприятствующие этому внутренние и внеш­ние условия, о которых систематически заявляли международные посредники, не способство­вали реализации добрых надежд. Если взять за основу относительную стабильность "набора" фак­торов и соотношения их влияния, то в ближайшей перспективе возможна менее благоприят­ная обстановка для урегулирования этой наболевшей проблемы региона.


1 Информационное агентство "Тренд", Политический обзор января, 8 февраля 2006 [http://news.trendaz.com]. к тексту
2 См.: Информационное агентство "Тренд", январь, Политический обзор второй недели, 17 января 2006 [http://news.trendaz.com]. к тексту
3 Там же. к тексту
4 "Zhamanak" Armenian-American Political Daily, 3 March 2006 [http://ru.zhamanak.com/news/475/], 28 February 2007. к тексту
5 Кроме переговоров в Рамбуйе, в течение года было проведено еще две встречи на уровне президентов двух стран — в Бухаресте (июнь) и Минске (ноябрь). На уровне министров иностранных дел состоялось шесть встреч. к тексту
6 Информационное агентство "Тренд", Политический обзор мая, 8 июня 2006 [http://news.trendaz.com], 2 января 2007. к тексту
7 По инициативе Азербайджана Генеральная Ассамблея одобрила резолюцию о тушении пожаров на пострадавших территориях // Служба новостей ООН,  8 сентября 2006  [http://www.un.org/russian/news/fullstorynews.asp?newsID=6155]. к тексту
8 См.: Текст Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН "Положение на оккупированных территориях Азербайджана" [http://daccessdds.un.org/doc/UNDOC/LTD/N06/489/32/PDF/N0648932.pdf?OpenElement]. к тексту
9 В 2005—2006 годах отношения Азербайджана с ОИК были достаточно динамичными. В частности, 2006 год запомнился двумя мероприятиями, проведенными этой организацией в Азербайджане, — XXXIII сессией Совета министров иностранных дел и V заседанием министров туризма стран-участниц Организации Исламская конференция. к тексту
10 Baku Declaration Adopted by the Thirty-Third Session of the Islamic Conference of Foreign Ministers. Р. 3 [http://www.oic-oci.org/baku2006/english/BAKU%20Dec-En.pdf ], 13 March 2007. к тексту
11 Resolution No. 9/33-p, On the Aggression of the Republic of Armenia against the Republic of Azerbaijan, The Thirty-Third Session of the Islamic Conference of Foreign Ministers (Session of Harmony of Rights, Freedoms, and Justice), held in Baku, Azerbaijan, from 23—25 JUMADA AL-AWWAL 1427H (19—21 June 2006) к тексту

[http://www.oic-oci.org/baku2006/english/33-icfm-pol-en.htm#RESOLUTION%20NO.%209/33-P], 13 March 2007.

12 G8 Summit Saint Petersburg 2006, Заявление Председателя [http://g8russia.ru/docs/25.html], 26 February 2007. к тексту
13 "24 января 2007 года казахская национальная компания "КазМунайГаз" подписала меморандум о взаимопонимании по проекту создания казахской каспийской системы транспортировки нефти, которая позволит экспортировать нефть с месторождений Кашаган и Тенгиз через Каспийское море в Европу по маршруту Ескене — Курык — Баку — Тбилиси — Джейхан. На начальном этапе система трубопроводов должна обеспечить ежегодную транспортировку 25 млн т нефти, а впоследствии — до 38 млн т. Проектирование, строительство и ввод проекта в эксплуатацию должны быть приурочены к началу добычи на Кашагане в 2010—2011 годах" (Нефтепровод Баку — Тбилиси — Джейхан, Википедия [http://ru.wikipedia.org/wiki/Нефтепровод_Баку_–_Тбилиси_–_Джейхан], 2 марта 2007). к тексту
14 Российский газовый монополист "Газпром" намеревался повысить с 2007 года цену на экспортируемый в Грузию газ со 110 до 235 долл. за 1 000 куб. м. к тексту
15 Турция уступила часть своей доли газа, которую она должна была получить по трубопроводу Баку — Тбилиси — Эрзерум в 2007 году. Договоренность об этом была достигнута 8 декабря в Тбилиси — в ходе переговоров министров энергетики Турции, Грузии и Азербайджана (см.: Турция уступает часть своей доли природного газа по проекту Баку — Тбилиси — Эрзерум Грузии и Азербайджану // Информационное агентство Regnum, 8 декабря 2006 [http://www.regnum.ru/news/752598.html?forprint]). к тексту
16 Подробнее об этом тезисе см.: Papava V. , Starr F. In the Caucasus, a "Neo-Imperial" Russian Revival // The Daily Star, 20 January 2006. к тексту
17 В целом же в течение года президенты И. Алиев и В. Путин встречались трижды — в Баку (на указанной церемонии), в Алматы (16 июня) и в Москве (9 ноября). к тексту
18 Кусов О. "Газпром" оттолкнул Азербайджан от России, 5 января 2007 // Svobodanews [http://www.svobodanews.ru/Article/2007/01/05/20070105133930510.html], 4 марта 2007. к тексту
19 См.: Расулзаде З. Азербайджан на перепутье — спасая Грузию и отворачиваясь от России // ПРАВАЯ РУ, 12 января 2007 [ http://www.pravaya.ru/govern/123/10515], 4 марта 2007. к тексту
20 См.: Внешние отношения Европейского союза // Вестник ЕС, 2006, № 48 [http://n-europe.eu/content/?p=814], 5 марта 2007. к тексту
21 EU/Azerbaijan Action Plan [http://ec.europa.eu/world/enp/pdf/action_plans/azerbaijan_enp_ap_final_en.pdf], 5 March 2007. к тексту
22 См.: Там же. к тексту
23 Разрешение замороженных конфликтов является существенным фактором для развития Южного Кавказа. Эксклюзивное интервью "Тренда" с Верховным представителем ЕС по внешней политике и безопасности Хавьером Соланой, 10 ноября 2006 [http://www.consilium.europa.eu/ueDocs/cms_Data/docs/pressdata/RU/sghr_int/91756.pdf], 6 марта 2007. к тексту
24 См.: Агаева С. Около 70 представителей стран СЕАП примут участие в Бакинской международной летней школе HАТО // Информационное агентство "Тренд", 1 июля 2006 [http://news.trendaz.com]. к тексту
25 В частности, обсуждались вопросы обеспечения безопасности трубопровода Баку — Тбилиси — Джейхан и возможный вклад НАТО в обеспечение безопасности энергопроводов стратегического значения (см.:  Информационное агентство "Тренд", июль, Политический обзор первой недели, 11 июля 2006 [http://news.trendaz.com]). к тексту
26 См.: США и Азербайджан — стратегические партнеры // Наш Век, 28 апреля — 4 мая 2006, № 17 (360) [http://nashvek.media-az.com/360/aktual.html], 8 марта 2007. к тексту
27 Такое решение было принято в Киеве на саммите глав государств ГУАМ 23 мая 2006 года (см.: Киевская Декларация о создании "Организации за демократию и экономическое развитие — ГУАМ" [http://www.guam.org.ua/188.565.0.0.1.0.phtml], 8 марта 2007). к тексту
28 См.: ГУАМ, Википедия [http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%A3%D0%90%D0%9C], 8 марта 2007. к тексту
29 См.: Там же. к тексту
30 Киевская декларация о создании "Организации за демократию и экономическое развитие — ГУАМ". к тексту
31 В ходе визита был подписан ряд соглашений, в том числе и Соглашение о долгосрочном сотрудничестве между Государственной нефтяной компанией Азербайджанской Республики и "Нафтогаз Украины". к тексту
32 Информационное агентство "Тренд", ноябрь, Политический обзор первой недели, 14 ноября 2006 [http://news.trendaz.com]. к тексту
33 См.: Там же. к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL