ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА

Виктор КОРГУН


Виктор Коргун, доктор исторических наук, заведующий сектором Афганистана Института востоковедения Российской академии наук (Москва, Российская Федерация)


Страна вступала в 2006 год со смутными ожиданиями перемен и тяжелым грузом нерешенных проблем. Но уже в начале февраля ее ожидал прорыв: состоявшаяся в Лондоне международная конференция по Афганистану и принятый на ней основополагающий документ, получивший название "Афганский пакет", вселили видимую надежду на ускорение процесса восстановления государства. Однако продолжающееся в нем ухудшение военно-политической ситуации по-прежнему служит серьезным препятствием на пути процесса.

"Афганский пакет" — своеобразный пакт, заключенный между Афганистаном и мировым сообществом, который предусматривает реализацию принятых зарубежными спонсорами обязательств и увеличение их финансовой помощи стране на сумму 10,5 млрд долл. сроком на 5 лет. Афганское правительство, в свою очередь, приняло обязательства, основными целями которых обозначены укрепление демократических институтов, обеспечение безопасности, борьба с наркобизнесом, экономическое развитие, торжество закона, доступ афганцев к основным материальным благам, защита прав человека. По прошествии четырех лет после Боннских договоренностей этот документ становится своего рода новой "дорожной картой" для Афганистана на ближайшее пятилетие.

Незадолго до Лондонской конференции завершилось формирование афганского парламента (Национального собрания), выборы в который прошли в сентябре 2005 года. Как и предполагалось, около половины мест в нем заняли бывшие полевые командиры моджахедов (часть из них — исламские радикалы), контролирующие ситуацию в провинциях и составившие оппозицию президенту Х. Карзаю и его правительству. В парламент вошли также представители левых сил (в том числе из бывшей НДПА), либеральных кругов и перешедшие на сторону правительства талибы. 68 мест в нижней палате занимают женщины. Острая борьба велась за место спикера парламента, на которое претендовали известные политики: А. Саяф, Б. Раббани и Ю. Кануни, М. Мохаккек, Р. Башардост. В результате продолжительных торгов и закулисных переговоров место председателя нижней палаты (Народного совета) занял бывший министр переходного правительства Х. Карзая Ю. Кануни. С течением времени в парламенте обозначились контуры трех неформальных коалиций: первая, возглавляемая Ю. Кануни, противостоит президенту и его команде, добиваясь больших полномочий для парламента; во вторую вошли независимые депутаты, поддерживающие президента; в третьей преобладают левые и либералы, занимающие промежуточную позицию. Поскольку выборы прошли на беспартийной основе, процесс формирования фракций затянулся. На сегодняшний день явственно проявилась лишь фракция М. Каземи, представляющая преимущественно интересы хазарейцев.

Парламент развернул законодательную деятельность, приняв Положение о регламенте работы нижней палаты и приступив к рассмотрению важных вопросов, касающихся разных сторон общественно-политической жизни страны: права женщин, порядок утверждения органов исполнительной власти, повышение зарплаты государственным служащим, утверждение годового бюджета. Однако идеологически пестрый состав парламента обусловил острую политическую борьбу на его заседаниях. Так, уже на первой сессии депутат от провинции Фарах Малалай Джуя потребовала призвать к судебной ответственности многих членов парламента, бывших полевых командиров, виновных в преступлениях перед своим народом. Она выступала с жесткой критикой и на последующих заседаниях, вызывая гнев, раздражение, даже угрозы с их стороны.

Такой расклад сил в парламенте обусловил сложность принятия решений по многим вопросам, в частности при обсуждении и утверждении членов нового кабинета министров, который в марте был предложен президентом. Утверждение новых министров проходило в острых дискуссиях и затянулось на несколько недель. Не все предложенные президентом кандидатуры были утверждены. Так, парламент отказался утвердить кандидатуру верховного судьи Ф. Шинвари, известного своим исламским радикализмом. В числе проигравших был и министр иностранных дел д-р А. Абдулла. С его уходом из правительства завершился этап противостояния между президентом и лидерами Северного альянса, вокруг которых стремились объединиться бывшие полевые командиры. Наиболее одиозные из них в рамках борьбы с "уорлордизмом" получили посты в государственных структурах и обрели статус публичных фигур. Другие лишились ключевых постов во властных структурах и потеряли свое влияние в провинциях. С уходом д-ра Абдуллы завершился период политического доминирования Северного альянса, который практически перестал существовать.

Весной активизировалась общественно-политическая жизнь и за пределами парламента. Страна втянулась в "карикатурный скандал", вызванный публикацией в датской газете карикатуры на Пророка Мухаммада. В городах прокатились демонстрации протеста, вылившиеся в столкновения их участников с полицией и повлекшие человеческие жертвы. Вслед за этим в центре общественного внимания оказалась история некоего Абдуррахмана, перешедшего из ислама в христианство. Консервативные круги во главе с высшими судебными органами заняли жесткую, бескомпромиссную позицию, требуя для него смертной казни. И только вмешательство западных лидеров и самого Х. Карзая спасло его от смерти. Этот случай еще раз наглядно свидетельствует об острой борьбе между исламом и либерализмом, между ортодоксальным духовенством и реформаторами, о борьбе, которая накладывает серьезный отпечаток на общественно-политическую жизнь страны.

В конце мая Кабул был потрясен дорожным происшествием в столице, когда военный грузовик США столкнулся с легковыми автомашинами афганцев, что повлекло за собой человеческие жертвы. В городе вспыхнули антиамериканские демонстрации, сопровождавшиеся погромами и новыми жертвами и ставшие сигналом всеобщего разочарования деятельностью правительства Х. Карзая и его западных партнеров.

В этой тревожной обстановке по-прежнему главную угрозу режиму Х. Карзая и национальной безопасности продолжали представлять талибы и их союзники, активизировавшие вооруженную борьбу. После начала войны в Ираке в 2003 году они осуществили реорганизацию и перегруппировку своих сил, переняв методы борьбы у своих иракских собратьев. Одним из основных методов их действий стали взрывы, осуществляющиеся террористами-смертниками, — явление, прежде для Афганистана не характерное. Первый крупный акт такого рода в 2006 году был совершен в январе в Спинбулдаке, где в результате взрыва погиб 21 человек. В дальнейшем эти самовзрывы стали повторяться весьма часто. И хотя их целями были в основном военнослужащие войск НАТО, жертвами главным образом становились мирные жители. К концу года террористы-самоубийцы осуществили более 100 таких акций.

Наряду с ними талибы все шире использовали другие методы: минирование дорог и автомобилей, крупные нападения на полицейские посты и базы международных коалиционных сил, убийства представителей местных властей, запугивание населения, похищения. К концу лета масштабы военных вылазок талибов приняли угрожающий характер: исламисты имели доминирующее влияние в четырех южных и двух восточных провинциях. В поисках путей эффективного противодействия экстремистам командование международной коалиции произвело перегруппировку сил: в августе они перешли под командование НАТО, на юге страны были дислоцированы британские, голландские и канадские войска, большая часть американцев продолжает вести боевые действия на юго-востоке и востоке Афганистана. Однако и эти меры не обеспечили перелома в военной ситуации в стране.

Правительство Х. Карзая и его натовские союзники усиленно искали альтернативные пути решения проблемы. Одним из них стала амнистия боевиков, сложивших оружие и перешедших на сторону правительства. Амнистия объявлялась неоднократно с 2004 года. Но и она оказалась неэффективной: к концу 2006-го прекратили вооруженную борьбу 1 400 боевиков, что, впрочем, не повлияло на масштаб боевых действий. Кабул внес коррективы в стратегию борьбы с терроризмом: была создана Комиссия по национальному примирению во главе с председателем верхней палаты парламента С. Моджаддиди, Х. Карзай призвал заняться поисками и ликвидацией источников финансирования, пропаганды, а также баз подготовки террористов. Президент обратился даже к лидерам последних (мулла Омар и Г. Хекматьяр) с предложением вступить в диалог, однако это его предложение натолкнулось на отказ.

Становилось все более очевидным, что угроза миру в Афганистане исходит с территории Пакистана, где нашли убежище экстремисты, получающие поддержку со стороны ханов местных племен, религиозно-политических партий радикального толка, Межведомственной разведки Пакистана (ISI) и части армейского генералитета. Объектом острой критики в Афганистане все чаще становился президент Пакистана генерал П. Мушарраф, ближайший союзник США в войне с террором. По мнению афганского руководства, он формально ведет борьбу с террором, на практике же негласно поддерживает афганских экстремистов. К концу лета Х. Карзай и министр иностранных дел Д. Спанта громогласно обвинили П. Мушаррафа в тайной поддержке террористов. Отношения между лидерами двух государств приняли открытый конфронтационный характер, скатываясь на грань враждебности.

К тому же в сентябре П. Мушарраф заключил соглашение с главами племен "независимой полосы" Пакистана о прекращении вооруженных столкновений с частями пакистанской армии, дислоцированными в этом регионе. В ответ на их обещание он выпустил из тюрем 132 экстремиста и вернул им оружие. Однако дальнейшие события показали, что это соглашение лишь укрепило позиции местных талибов, которые в пакистанском округе Северный Вазиристан все чаще берут на себя функции законодательной и исполнительной власти. В ходе визита Х. Карзая и П. Мушаррафа в Вашингтон, состоявшегося в сентябре, президент Соединенных Штатов Дж. Буш пытался примирить их. Визит увенчался новой идеей — созвать джиргу (совет) пуштунских племен по обе стороны границы, что могло бы воздействовать на талибов в направлении поиска приемлемых компромиссов. Однако ее реализация может иметь непредсказуемые последствия: в Кабуле опасаются, что, используя джиргу, Пакистан попытается навязать Афганистану свое влияние в стремлении сделать режим Х. Карзая более пропакистанским, а талибы, как и ныне, останутся рычагом давления Исламабада на Кабул.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL