ПОЛИТИКА

Аскар ШОМАНОВ, Алишер ТАСТЕНОВ


Аскар Шоманов, кандидат философских наук, первый заместитель директора Института мировой экономики и политики при Фонде первого Президента РК (Алматы, Казахстан)

Алишер Тастенов, ведущий научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при Президенте РК (Алматы, Казахстан)


Несмотря на некоторое поствыборное затишье, в 2006 году общественно-политическая жизнь республики в целом протекала активно. При этом основные политические события разворачивались на партийном поле страны и вокруг деятельности Государственной комиссии по разработке и конкретизации программы демократических реформ, созданной при президенте РК в начале года. Поэтому можно сказать, что лейтмотивом развития внутриполитического процесса в стране стали работа  этой комиссии, в ходе которой обсуждались мероприятия по основным направлениям дальнейшей политической модернизации, а также трансформация партийно-политического пространства республики, сопровождавшаяся активизацией как в пропрезидентском лагере, так и среди оппозиции. Все это придало внутриполитическому процессу некоторую публичность, и на протяжении всего года общественность пребывала в ожидании того, что страна стоит на пороге очередного витка политических реформ. Последнее определенным образом сказывалось на характере и специфике всей жизни страны.

Говоря об особенностях этих процессов, нельзя обойти вниманием два важнейших исторических события, послуживших началом политического сезона-2006 в стране. Так, 11 января состоялась торжественная церемония инаугурации президента Республики Казахстан Н.А. Назарбаева, чему сопутствовало принятие нового Государственного гимна и формирование нового правительства.

Вскоре, 1 марта, глава государства выступил со своим ежегодным Посланием народу страны, в котором он провозгласил Стратегию вхождения Казахстана в число 50 наиболее конкурентоспособных стран мира. Послание обозначило ряд новых стратегических направлений развития РК, нацеленных на повышение ее конкурентоспособности в глобальном масштабе. При этом основной акцент был сделан на социально-экономические факторы, а в числе приоритетов были обозначены следующие аспекты: успешная интеграция Казахстана в мировую экономику, дальнейшая модернизация и диверсификация его экономики, социальная политика, защищающая наиболее уязвимые слои населения, развитие образования, непрерывное повышение квалификации и переквалификация кадров и др.

В то же время в перечне основных приоритетов продвижения РК в числе наиболее конкурентоспособных и динамично развивающихся государств мира были названы дальнейшее развитие демократии и модернизация политической системы страны. И это не случайно: проблема конкурентоспособности начала определять многие, в том числе политические, аспекты развития республики. Другими словами, эта проблема стала подразумевать конкурентоспособность не только экономической, но и политической системы страны. Ведь за любыми важными политическими решениями так или иначе кроются экономические интересы. А экономическая конкуренция рано или поздно приводит к тому, что борьба за экономическое влияние плавно переходит в политическое влияние. Следовательно, нормальная конкурентная среда в экономической жизни требует соответствующей конкурентной среды и в политической сфере, что возможно лишь при демократической системе. Логика здесь предельно проста: сегодня конкурентоспособной может быть только та политическая система, которая стремится стать демократичной.

В более глобальном масштабе к важнейшим особенностям провозглашенной Стратегии относятся как ее новая качественная составляющая (постановка конкретных целей на основе конкретных достижений), так и формирование новой идеологической атрибутики страны, посредством которой казахстанскому обществу были сделаны важные месседжи. Главный из них заключается в том, что от реализации Стратегии конкурентоспособности, фактически охватывающей все стороны жизни РК, выиграет все население. Это обусловлено тем, что стратегическое видение конкурентоспособного прогресса государства означает формирование казахстанцев в качестве конкурентоспособной нации, то есть предполагает развитие ее конкурентоспособных качеств и способностей к созданию инноваций. Отсюда следует, что идея конкурентоспособности призвана культивировать в массовом сознании стремление повысить не только качество жизни, но и гражданскую активность, социальную мобильность, дух либерализма и свободы, то есть все то, что становится возможным лишь в открытом демократическом обществе. Очевидно, что столь предметно и четко оформленная программная установка президента РК стала не только стратегической задачей, но и важнейшей идеологической константой дальнейшего развития страны.

Таким образом, можно сказать, что положения Стратегии конкурентоспособного развития Казахстана заложили идеологическую основу для активизации политического процесса в стране в 2006 году. Точкой отсчета в этом можно считать начало работы Государственной комиссии по созданию и конкретизации программы демократических реформ, продуктивность которой в течение года ощутимо возрастала. К концу года был подготовлен широкий спектр предложений по основным направлениям политической модернизации страны. При этом одним из главных итогов работы Госкомиссии стала доработка проекта Концепции развития гражданского общества, первый вариант которого был подготовлен еще летом 2005-го. В мае — июне для доработки проекта этой Концепции в рамках Госкомиссии была сформирована специальная экспертная группа, после завершения ее работы проект Концепции представили на заседании Госкомиссии. А 25 июля глава государства утвердил Концепцию развития гражданского общества в Республике Казахстан на 2006—2011 годы.

В тексте документа отмечено, что целью Концепции "является дальнейшее совершенствование законодательной, социально-экономической и организационно-методической базы для всестороннего развития институтов гражданского общества и их равноправного партнерства с государством и бизнес-сектором в соответствии с международно-правовыми инструментами в рамках международных договоров и пактов в области прав человека и человеческого измерения". Практическое решение вопросов развития институтов гражданского общества в этих двух основных плоскостях представляется важным. С одной стороны, необходимо учитывать, что гражданский сектор РК сегодня представляют 12 политических партий, 5 820 НПО, 3 340 общественных фондов, 1 072 ассоциации юридических лиц, 471 национально-культурное объединение, 3 340 религиозных объединений, 6 646 средств массовой информации11, что требует совершенствования условий для их полноценного развития. С другой стороны, необходимо создать и развивать систему более эффективного взаимодействия этих субъектов гражданского сектора с органами власти всех уровней и бизнес-структурами в интересах всего общества.

Выдвинутые в рамках Госкомиссии инициативы по продвижению политических реформ поставили на повестку дня вопрос о том, насколько положения действующей Конституции страны будут соответствовать предусматриваемым политическим преобразованиям. В зависимости от ответа на этот вопрос в политических кругах и в экспертном сообществе развернулись публичные дискуссии по поводу возможностей и пределов использования действующих конституционных норм и перспектив реформы Основного закона в контексте дальнейшей политической трансформации страны.

Бесспорно, решение такого неоднозначного вопроса является непростым делом, а сама идея о целесообразности внесения возможных изменений в действующую Конституцию таит в себе много подводных камней. В этой связи в рамках Госкомиссии была создана рабочая группа по дальнейшей реализации потенциала Конституции Республики Казахстан. Во втором полугодии рабочая группа провела ряд заседаний, на которых обсуждался опыт проведения конституционных реформ в других государствах, состоялся обмен мнениями относительно дальнейшей реализации потенциала действующего Основного закона и определения перспектив конституционного развития страны. Дискуссии вокруг этих вопросов в рамках рабочей группы и вне ее постепенно привели к пониманию, что при оценке потенциала нынешней Конституции прежде всего необходимо исходить из того, насколько она в качестве главного нормативного документа страны адекватно регламентирует и определяет перспективы развития государства и всего казахстанского общества. С этой позиции стали приобретать более ясные очертания и перспективы конституционной реформы.

В центре внимания одной из рабочих групп Госкомиссии вновь оказались вопросы формирования системы местного самоуправления. В течение года состоялось несколько заседаний рабочей группы по обсуждению законопроекта "О местном самоуправлении", который закладывал основы формирования этого важного института гражданского общества. Участники рабочей группы пришли к общему мнению, что органы местного самоуправления (кенесы) могут создаваться только по инициативе самих граждан в аулах, городах и городских районах, что полностью соответствует Конституции Казахстана, Европейской хартии и международному опыту. Однако большинство членов рабочей группы посчитало, что гражданская активность населения еще низка и нельзя надеяться на скорое (сразу после принятия закона) создание гражданами республики кенесов. Поэтому было предложено сначала провести эксперимент в нескольких районах — сформировать кенесы и показать местным жителям, для чего нужны эти органы самоуправления, какие у них плюсы.

Наиболее сложный вопрос, вызвавший немало споров, — финансирование органов местного самоуправления. Основательно поработав над этим разделом законопроекта, эксперты рабочей группы добавили норму, согласно которой кенесы смогут получать деньги из республиканского бюджета. Кроме того, была поддержана инициатива разрешить кенесам создавать предприятия и организации, которые, в свою очередь, станут источником дохода. Предполагалось, что кенесам передадут десятки разных функций, которые сейчас находятся в ведении местных органов исполнительной власти (акиматов).

По плану законопроектных работ на 2006 год подготовленный и представленный в мае Министерством юстиции базовый законопроект "О местном самоуправлении" планировали внести в парламент страны в июне. Однако этот процесс затянулся. Эксперты рабочей группы Госкомиссии еще несколько месяцев законопроект изучали и дорабатывали, лишь осенью представив его в парламент. Однако после непродолжительных дискуссий депутаты не утвердили данный законопроект, и он был отправлен на доработку. Таким образом, несмотря на предпринимавшиеся с 2001 года попытки, законопроект о местном самоуправлении в очередной раз не приняли,  все еще не поставлена точка в решении этого весьма важного вопроса, выступающего существенным фактором децентрализации системы государственного управления в РК.

В то же время процесс децентрализации государственной власти заметно продвинулся в другом направлении: 20 октября состоялись выборы руководителей 30% административно-территориальных единиц республики — акимов районов и городов областного значения (45 районов и 10 городов). Они прошли на основе косвенного избирательного права при тайном голосовании, кандидатов выдвигали акимы областей на альтернативной основе (не менее двух претендентов на должность акимов районов и городов). Выборщиками акимов были депутаты местных представительных органов власти (маслихатов). Акима района, города областного значения избирали сроком на четыре года.

Эта избирательная кампания стала принципиальным и стратегическим шагом к значительному расширению принципа выборности в стране, фактически была введена выборность органов исполнительной власти, что само по себе должно способствовать повышению эффективности всей исполнительной вертикали управления. Однако нельзя не отметить, что косвенные выборы минимизировали участие широких слоев населения в избирательном процессе, в результате чего интерес электората к этим выборам оказался на низком уровне.

На развитии политических процессов сказалась  и непростая ситуация, сложившаяся на информационном поле страны в последние годы, что напрямую связано с накопившимися проблемами в сфере взаимоотношений СМИ и государства. Дело в том, что для информационного пространства РК была характерна ситуация, когда средства массовой информации выражали интересы тех или иных групп. При том, что механизм обеспечения равновесия свободы СМИ и их ответственности перед обществом и государством оставался незакрепленным, это приводило к постепенной монополизации информационного рынка страны. Другими словами, возникла необходимость разработать и принять новый закон, который регулировал бы деятельность СМИ. Вполне естественно, что это не могло не вызвать очередного обострения дискуссий среди заинтересованной в этом общественности.

Однако решительные действия Министерства культуры и информации РК поставили (хотя бы на какое-то время) точку в этом вопросе: 5 июля вступил в силу закон "О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам средств массовой информации". Безусловно, стремление государства к большей "зарегулированности" СМИ, которое выразилось в новом законе, было отрицательно встречено частью журналистского сообщества и вызвало некоторое размежевание участников Госкомиссии по их отношению к свободе слова. Но в конце концов предложенный правительством законопроект парламент одобрил, дискуссии по этому поводу постепенно сошли на нет.

Кроме того, в рамках Госкомиссии рассматривались такие важные вопросы, как совершенствование деятельности парламента и обеспечение более широкого представительства политических партий в Мажилисе парламента РК. На этих направлениях политической модернизации страны-члены соответствующих рабочих групп Госкомиссии также подготовили ряд предложений, которые должны лечь в основу будущей Общенациональной программы демократических реформ.

В то же время дискуссии о повышении роли политических партий в жизни общества косвенным образом привели к кардинальному изменению партийного ландшафта республики — к трансформации ее партийной системы, обусловленной объединением четырех пропрезидентских партий: РПП "Отан", РП "Асар", Гражданской партии Казахстана и Аграрной партии Казахстана. Объединение этих партий и последующее становление на их базе Народно-демократической партии "Нур Отан" в качестве субъекта, доминирующего на партийно-политическом поле страны, стало крупным структурным сдвигом на партийном пространстве РК. Очевидно, что этот сдвиг, подразумевающий формирование в стране так называемой "партии власти", не мог возникнуть на пустом месте. Он имеет свою предысторию. 

Начнем с того, что инициатива о возможном объединении пропрезидентских партий была выдвинута на повестку дня в июле 2006 года. В целом она имела под собой разумные основания, учитывая тогдашнее состояние партийного поля страны, представлявшее довольно аморфное образование (за отдельными исключениями). По признанию самих лидеров партий, на этом поле "играли", скорее, политические субъекты, обладавшие разными весовыми категориями и технологиями ведения политической борьбы при несущественном различии заявляемых ими идеологических ценностей и электоральных ориентаций. Прежде всего это относилось к партиям пропрезидентского блока, которые не образовывали взаимодействующий и сбалансированный пул, призванный способствовать реализации принятой стратегии развития страны. С этой точки зрения качество и эффективность партийной системы оставались невысокими, учитывая, что пропрезидентские партии занимали доминирующее положение на партийном поле республики.

Да и в целом сформировавшаяся в стране мультипартийность отнюдь не означала наличия эффективной многопартийной системы. Разобщенность казахстанского общества, нечеткая, размытая выраженность политических интересов широких его слоев, отсутствие исторических традиций партийной приверженности той или иной идеологии — эти объективные факторы весьма осложняли создание приемлемой и эффективной для РК модели партийной системы. Однако это отнюдь не означало, что все стояло на месте. Проблема выбора оптимальной модели партийной системы, которая в ближайшие годы могла бы быть адекватной масштабу и характеру политического процесса в стране, всегда стояла на повестке дня. К этому подталкивали процессы, наблюдавшиеся в последнее время на партийно-политическом поле республики.

Развернувшаяся после последних парламентских и президентских выборов политическая борьба между пропрезидентскими партиями чрезвычайно остро поставила вопрос именно о формировании партии власти, что напрямую соприкасается с такими понятиями, как стабильная модель политического управления, предотвращение внутренних конфликтов, консолидация общества. Другими словами, вопрос об утверждении в стране партии власти на легитимном уровне рано или поздно необходимо было решать. И в условиях роста влияния партий в ближайшем будущем из всех имеющихся альтернатив наиболее приемлемым оказался вариант партийной системы, при котором есть одна доминирующая партия (партия власти), окруженная двумя-тремя партиями так называемого "второго уровня".

Для реализации такой модели было гораздо больше возможностей, нежели при других вариантах, в числе которых в первую очередь — отсутствие четкого идеологического разделения в среде пропрезидентских партий. Поэтому формирование на их базе одного мощного блока, который в дальнейшем преобразуется в отдельную партию, выглядело весьма вероятным. Да и сама конструкция политической сферы общества позволяла создать партийную систему именно по такому сценарию. Наличие в обществе двух уровней, слабо связанных между собой, — простых избирателей и политической элиты — делали реальным построение партийной системы, архитектоника которой опиралась бы прежде всего на провластную элиту и конкурирующие с ней другие группы, апеллирующие к электорату лишь во время выборных кампаний.

Следует отметить, что и ранее вопрос о партии власти изредка ставили некоторые партийные лидеры. Однако в условиях недостаточного участия партийных структур в процессе принятия решений он не получил своего развития, и его сняли с повестки дня. Но в 2006 году, когда в лагере пропрезидентских партий постепенно нарастала борьба за влияние на власть, "партизация" последней и переход к концепции правящей партии (или партии власти) выглядели вполне ожидаемым событием. Более того, стали выгодны для сложившейся в стране системы властных отношений. Ведь легитимное утверждение партии власти позволяло сохранить эффективность функционирующей властной вертикали на фоне ожидаемой административной реформы, предполагающей децентрализацию системы государственного управления. Иначе говоря, партия власти могла стать одним из механизмов дальнейшего обеспечения легитимности сложившейся в стране системы властных отношений, которая продемонстрировала свою эффективность в ходе рыночных преобразований.

В то же время при вхождении партий в сферу реальной политики появление на легитимном уровне партии власти оказалось выгодным не только для самой власти, но и для страны в целом, так как в тогдашней непростой ситуации только такая партия могла консолидировать вокруг принятого курса развития РК интересы политико-экономических субъектов, разбегающихся в разные стороны. Создание такой партии позволяло сформировать в системе представительной власти Казахстана надежное лобби, призванное интегрировать в целостную структуру всю систему государственного управления, которая фактически была поделена между политико-экономическими элитами на зоны влияния. Таким образом, можно было обеспечить в парламенте законодательную поддержку для публично согласованного принятия стратегически важных для страны решений. Очевидно, что это становилось возможным не только при решающей позиции такой партии в представительной ветви государственной власти, но и при повышении роли парламента в системе разделения властей в целом.

Появление партии власти могло положительно сказаться и на состоянии самой партийной системы страны. Как партия "зонтичного" типа, она могла объединить под своим началом все идеологически близкие ей пропрезидентские партии, каковых в республике было достаточно. Это позволяло избавиться от размытой мультипартийности пропрезидентского поля. А наличие еще двух-трех сильных структур "второго уровня", в том числе оппозиционного толка, позволяло "скрепить" партийную систему, сделать ее более структурированной, полновесной, гибкой и динамично развивающейся.

Все указанные преимущества институционализации модели партийной системы, предполагающей наличие нескольких партий с одной доминирующей партией власти, выглядели наиболее привлекательными. Это привело к тому, что наиболее крупные пропрезидентские партии объединились в относительно короткие сроки — буквально за одно полугодие. Несмотря на неоднозначные оценки некоторых экспертов, в результате образования НДП "Нур Отан", которая постепенно обретала атрибуты партии власти, удалось добиться главного — установить баланс интересов в политической элите страны. В перспективе можно ожидать, что степень приближенности элитных политических группировок к источникам и ресурсам власти и отсюда — к процессу принятия решений во многом обусловится тем, насколько они будут разделять позиции, отстаиваемые набирающей силу партией власти, или же тем, насколько эффективно они смогут выстраивать свои отношения с ней.

Таким образом, тенденция объединения пропрезидентских партий в 2006 году привела к самому крупному структурному сдвигу на партийном пространстве республики за последние несколько лет, который может оказать решающее влияние на характер дальнейшего развертывания политического процесса в стране. И в этом плане вполне закономерно, что такие структурные перемены активизировали оппозиционные организации не только радикального, но и более умеренного толка.

Одним из главных событий, касающимся деятельности оппозиционных сил страны, стало создание новой организации на базе существующего оппозиционного блока. 19 июля 2006 года экс-кандидат в президенты Ж. Туякбай официально заявил о намерении создать Общенациональную социал-демократическую партию (ОСДП), независимую от РОО движения "За справедливый Казахстан". И уже 7 августа в офисе последней состоялось собрание региональных представителей инициативной группы граждан по созданию ОСДП, на котором было принято решение об образовании оргкомитета по созданию новой партии, были обсуждены ее основные программные цели и задачи. А 10 сентября состоялся учредительный съезд Общенациональной социал-демократической партии, в работе которого участвовало свыше 2,5 тыс. делегатов.

Представляется, что создание самостоятельной политической партии понадобилось для непосредственного выражения политической воли членов и сторонников движения, что ранее им было не под силу в связи со статусом РОО "За справедливый Казахстан". В свою очередь, выбор новой оппозиционной партией социал-демократической платформы обусловливался определенной идеологической привлекательностью, вызванной ориентацией на государственное регулирование экономики, достижение социальной справедливости, защиту интересов широких слоев населения и пр. С учетом ментальности определенной части электората, еще не избавившегося от патерналистских настроений, представляется, что перечисленные программные установки могут иметь определенный отклик в сознании отдельных групп избирателей. В силу же возможного расширения в среднесрочной перспективе состава парламента РК и дальнейшего усиления его полномочий становится очевидной нацеленность ОСДП на долгосрочное функционирование. И если эта структура получит государственную регистрацию, то сможет перестроить свою тактику в пользу большего конструктивизма в отношениях с властью. Таким образом, умеренное крыло оппозиции, вступив с властью в открытый диалог, сумеет занять доминирующее положение в лагере оппозиционных сил.

Появление ОСДП обозначило не только консолидацию левоцентристов вокруг Ж. Туякбая, но и раскол движения "За справедливый Казахстан", поскольку бывший спикер нижней палаты парламента начал самостоятельно входить в формируемую партийно-политическую систему страны. Здесь следует отметить, что для становления Ж. Туякбая в качестве самостоятельного и влиятельного лидера оппозиции есть определенные основания. Можно вспомнить, что на последних президентских выборах его фигура в качестве достойного конкурента действующему президенту страны представлялась наиболее предпочтительной, так как, судя по результатам проводившихся в то время социологических опросов, он был наиболее перспективным кандидатом от оппозиционной части электората. Необходимо учитывать и то, что Ж. Туякбай имеет достаточно солидный опыт государственного управления. Помимо спикерства в парламенте страны он много лет занимал в республике различные высшие государственные посты, к тому же достаточно быстро завоевал авторитет среди других лидеров оппозиции. Это может свидетельствовать о его качествах самостоятельного деятеля, способного решительно выступать на поле публичной политики (в этом плане весьма симптоматична его недавняя встреча с президентом страны).

Что касается других лидеров РОО "За справедливый Казахстан" — сопредседателей партии "Настоящий Ак жол" Б. Абилова и О. Жандосова, то по ряду причин в 2006 году они не смогли особо проявить  себя в сфере публичной политики и не определились со своими дальнейшими планами. На их фоне заметную активность проявил другой лидер оппозиции — руководитель партии "Ак жол" А. Байменов. Основным событием в деятельности этой партии стал проведенный ею 24 сентября съезд, на котором было принято решение использовать мандат, полученный партией на выборах в Мажилис РК в 2004 году.

Наряду с этим ДПК "Ак жол" (в лице своего лидера) активно участвовала в деятельности Государственной комиссии по разработке и конкретизации программы демократических реформ. А. Байменов, возглавив одну из групп комиссии, продемонстрировал свою однозначную настроенность на диалог с властью, что она достойно оценила, когда четко показала свою готовность выстраивать диалог с лояльной и конструктивной оппозицией, примером которой является партия "Ак жол". Благодаря этому можно сказать, что из всех представителей оппозиции политический сезон-2006 стал наиболее выигрышным именно для А. Байменова и его партии.

В целом же своей деятельностью в 2006 году партия "Ак жол" заявила, что она может претендовать на статус системной оппозиции. В нынешних условиях это оправдано не только с точки зрения тактической целесообразности, но и с позиции политической выживаемости в обостряющейся конкурентной борьбе на партийном поле страны. Думается, что для А. Байменова (бывшего представителя государственного топ-менеджмента) оказывается как никогда полезным его продолжительный опыт пребывания на высших государственных постах, в том числе руководителя администрации президента страны. После ухода с работы во властных структурах А. Байменов сразу же примкнул к оппозиции, а в последние пять лет достаточно успешно пытался ассоциироваться с ней. Его довольно респектабельный имидж конструктивного оппозиционера был немного подпорчен лишь однажды — в начале 2005 года он публично отмежевался от лидеров оппозиции. Достаточно продолжительное время А. Байменов больше ассоциировался с одним из главных виновников ее раскола. Однако благодаря умело выстроенной организационной и информационно-идеологической работе по укреплению своей партийной структуры, личной активности ему удалось не только подправить свой публичный имидж, но и стать самодостаточной политической фигурой.

Трансформация партийной системы была ознаменована и появлением политической партии "Атамекен", учредительный съезд которой прошел 27 октября. Председателем партии был избран член одноименного Союза предпринимателей Е. Досмухамедов. Судя по программным установкам данной партии, в которых отражены основные аспекты создания в РК правового демократического государства, она намерена защищать интересы частного предпринимательства, не допускать коррупционизации экономики, бороться против коммерциализации государства и усиления его вмешательства в хозяйственную деятельность. В ряды партии вошли представители не только бизнес-сообщества, но и профсоюза угольщиков, а также социально уязвимых слоев населения. Скорее всего, привлечение в ее ряды представителей потенциально левого электората объясняется стремлением придать партии некий общенародный характер в целях обеспечения максимальной поддержки у населения.

На этом фоне несколько парадоксально, что "Атамекен" называет себя правоцентристской партией. К тому же в силу максимальной однородности программ действующих партий и незавершенности процесса социальной стратификации казахстанского общества общепринятая в мировой практике схема деления партий на "правые", "левые" и "центр" в РК пока не сложилась. Тем не менее появление этой структуры можно воспринимать как ответ оппозиционной Общенациональной социал-демократической партии  и попытку идейного выстраивания партийно-политического поля Казахстана. В принципе, уже сам факт, что "Атамекен" защищает интересы представителей частного бизнеса и выступает за сокращение вмешательства государства в сферу экономики, определяет "правую" позицию этой партии.

Подводя итоги 2006 года, можно сказать, что кардинальное изменение партийного ландшафта страны на фоне развернувшихся в рамках Госкомиссии дискуссий о перспективах демократизации ее политической системы еще больше усложнило расстановку политических сил в РК. И это не случайно, ведь в последние годы на политическом поле республики отмечаются существенные внутриэлитные подвижки. Во многом они вызваны тем, что за годы либеральных реформ в стране сформировался достаточно сильный класс собственников. Для защиты своих экономических интересов его представители объективно начинают трансформироваться в политических субъектов. Другими словами, для обеспечения своей экономической безопасности они вынуждены обращаться к политической сфере, в которой можно на легитимной основе обеспечить прозрачность принятия решений.

Под влиянием этих процессов идет становление многополярной конструкции элитных группировок, через которую новый экономический класс пытается защитить свои интересы, тем самым обеспечивая уже свою политическую безопасность. Образующиеся в результате этого так называемые "политические центры влияния" постепенно начинают (так или иначе) играть определенную роль в развитии политических процессов, все больше выражая свою заинтересованность в их либерализации. В такой обстановке единственный способ избежать излишней дестабилизации политической ситуации по сценарию "революционной ротации элит" — переговорный процесс между элитами с целью выработать "общие правила" ведения конкурентной борьбы для всех игроков, действующих на политическом поле страны. При этом не столь важно, какими темпами общество переходит к демократии: при максимально возможном учете интересов всех политических игроков постепенный дрейф политического режима в РК к демократии неизбежен.

Недавние события в Грузии, Украине и Кыргызстане убедительно показывают, что "цветные революции" не только не ускоряют процесс демократизации в том или ином транзитном обществе, но и создают дополнительные сложности на пути его системной модернизации. Ведь любая смена или перегруппировка элит автоматически требует установления нового баланса интересов между элитами, на что необходимо достаточно много времени. Данные обстоятельства заставляют все политические силы РК по-новому взглянуть на сам процесс демократизации. Для большинства политических игроков становится понятным, что для дальнейшей политической модернизации страны "игру в демократию" должен заменить иной, то есть взвешенный и прагматичный подход. Это, пожалуй, и является главным итогом развития внутриполитической жизни в Казахстане в 2006 году.


1 Информационное агентство "Kazakhstan Today", 29 июля 2006. к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL