МЕЖДУНАРОДНАЯ ЖИЗНЬ

Дина МАЛЫШЕВА


Дина Малышева, доктор политических наук, ведущий научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук (Москва, Российская Федерация)


Введение

В 2007 году внешняя политика и общие геополитические ориентиры Узбекистана концентрировались на решении проблемы выхода из международной изоляции, куда страна попала вследствие андижанских событий мая 2005 года.

Главным событием, оказавшим влияние на международную жизнь республики, несомненно, стали президентские выборы 23 декабря, на которых, как и ожидали, победил действующий глава государства И. Каримов. Выборы получили неоднозначную оценку в мире. Так, Россия признала их законность, а миссия наблюдателей СНГ назвала свободными и транспарентными, соответствующими действующему в стране законодательству и общепризнанным нормам проведения демократических избирательных кампаний. Однако правозащитники и отдельные политики на Западе назвали сам факт выдвижения И. Каримова на третий срок нарушением Основного закона страны и действием, ничего общего не имеющим с демократией. Сами выборы западные наблюдатели (небольшие группы наблюдателей от Бюро по демократическим институтам и правам человека Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе) и средства массовой информации оценили как несправедливые, несвободные и недемократические. Но в целом лидеры США и ЕС ограничились лишь критическими замечаниями, за которыми не последовало серьезных санкций или шагов, поскольку в западных столицах готовы признать безальтернативность на сегодняшний день режима И. Каримова, хотя и авторитарного, но по крайней мере светского. К тому же официальный Ташкент на протяжении всего года подавал западным столицам сигналы о возможности сближения.

Вместе с тем отказ Узбекистана после андижанских событий от западного вектора ориентации повлек за собой необходимость поддерживать систему безопасности в рамках Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Это означает, что ныне республика ориентируется не только на Россию, но и на Китай, а с помощью этих двух региональных силовых центров надеется реализовать долгосрочную цель своей международной политики — стать ведущей региональной державой.

Отношения с Россией и Китаем

Узбекистан довольно долго проводил линию если не откровенно антироссийскую, то, во всяком случае, не вполне дружественную РФ. Практически во всех аспектах международного сотрудничества Ташкент демонстрировал явную ориентацию на Вашингтон и страны Евросоюза. Именно их он считал своими основными внешними партнерами. В 2006 году многие в России полагали, что Узбекистан "сжег мосты" в отношениях с Западом и стал пророссийским. В рамках действующих региональных организаций Москва пыталась вовлечь Ташкент в новые проекты и установить с ним более тесные военные и военно-технические связи. Однако 2007 год показал, что заключенные двусторонние договоренности во многом остались на бумаге: Узбекистан не стал стратегическим партнером РФ, уклоняется он и от активного участия в структурах безопасности в рамках ОДКБ и ШОС, патронируемых Россией, отдавая предпочтение развитию экономического сотрудничества. Однако и здесь не все складывается столь гладко, как хотелось бы российской стороне. В частности, мало результативным оказался состоявшийся 6—7 марта официальный визит тогдашнего главы правительства РФ Михаила Фрадкова в Узбекистан. Основной темой его встречи с Исламом Каримовым были стратегические вопросы, связанные с наполнением Договора о союзнических отношениях конкретным политическим и экономическим содержанием. Но итоги визита были более чем скромными: стороны подписали лишь соглашение о создании совместного авиапредприятия "УзРосАвиа", согласовали (на уровне премьер-министров) ряд двусторонних соглашений, которые упорядочивают вопросы трудовой миграции. Оценивая итоги визита в Ташкент, М. Фрадков заявил о готовности России развивать союзнические отношения с Узбекистаном, вкладывая "в эти союзнические представления более весомое, прежде всего экономическое, содержание".

Рабочий визит в Ташкент 4 июля первого заместителя председателя правительства России Сергея Иванова также не стал прорывным в сфере развития связей между Москвой и Ташкентом. Одна из целей этого визита состояла в выявлении позиции Узбекистана в отношении американской базы "Манас" в Кыргызстане. Как предполагают некоторые эксперты, визит С. Иванова был одним из пунктов подготовительных мероприятий, направленных на возобновление обсуждения вопроса о длительности и целесообразности пребывания военнослужащих США в республиках Центральной Азии. Обсуждал ли российский политик эту проблему с И. Каримовым, неизвестно. Но на поверхности переговоров осталось лишь подписание не особо значимых для двусторонних отношений договоренностей (Соглашение о трудовой деятельности и защите прав трудящихся-мигрантов, являющихся гражданами Российской Федерации в Республике Узбекистан, и трудящихся-мигрантов, являющихся гражданами Республики Узбекистан в Российской Федерации; Соглашение о сотрудничестве в борьбе с незаконной миграцией; Соглашение о реадмиссии; Контракт между компанией "Ильюшин" и Ташкентским авиационно-производственным объединением имени Чкалова на производство двух самолетов Ил-76 МФ для Иордании).

29 октября министр обороны России Анатолий Сердюков провел в Ташкенте переговоры со своим узбекским коллегой Русланом Мирзаевым, в ходе которых они обсудили вопросы региональной безопасности, перспективы связей в военной сфере и подписали план сотрудничества на 2008 год.

Очевидно, что Россия планирует и в дальнейшем развивать контакты с Узбекистаном в политической, военной и торгово-экономической областях. Принимая во внимание низкую продуктивность деятельности региональных организаций СНГ, Москва намерена уделять большое внимание расширению двустороннего сотрудничества как с Узбекистаном, так и с другими республиками региона.

Гораздо большая динамика прослеживалась в узбекско-китайских отношениях. Они развивались на фоне общей серьезной политической и экономической активизации Пекина в ЦА. Так, в апреле Узбекистан посетил председатель Государственного комитета по делам развития и реформ КНР Ма Кай, который на встрече с президентом И. Каримовым высказал заинтересованность Китая в дальнейшем расширении двустороннего экономического сотрудничества. В конце апреля было подписано важное соглашение о строительстве и эксплуатации 530-километрового трубопровода для транзита туркменского газа по территории Узбекистана пропускной способностью 30 млрд куб. м газа ежегодно, что составляет около половины всего объема голубого топлива, добываемого сегодня в Казахстане, Узбекистане и Туркменистане.

Взаимодействие с Европейским союзом и США

Убедившись в неэффективности наложенных на республику после андижанских событий санкций, в 2007 году Запад начал активно подавать Ташкенту сигналы о готовности пойти на мировую. Об этом свидетельствуют включение Узбекистана в центральноазиатскую энергетическую стратегию сотрудничества, принятую ЕС, а также визиты американских и европейских дипломатов в Ташкент, в ходе которых Узбекистану давали понять, что готовы как можно скорее наладить отношения с ним, вернуть себе возможность влиять как на него, так и на другие страны ЦА, вытеснив из региона Россию и Китай.

Да и руководство Узбекистана предприняло значительные усилия, чтобы наладить испорченные после Андижана отношения с США и ЕС. Так, 7 декабря в докладе на торжественном собрании, посвященном 15-летию Конституции республики, президент И. Каримов заявил: "Узбекистан в своей внешней политике всегда был и остается сторонником взаимовыгодного сотрудничества и взаимного уважения со всеми близкими и дальними соседями, в том числе США и Европой. Мы никогда не свернем с этого пути"1. Это был лишь один из многих сигналов Вашингтону, что Ташкент изучает возможности оздоровления двусторонних отношений.

Второго марта заместитель помощника госсекретаря Соединенных Штатов по делам Южной и Центральной Азии Эван Фейгенбаум прибыл в Узбекистан с трехдневным визитом после получения известия от властей республики, "что они заинтересованы в улучшении отношений с США". Американский дипломат встречался с вице-премьером А. Ариповым, главой МИД В. Норовым, министром обороны Р. Мирзаевым. Э. Фейгенбаум заявил, что США готовы возобновить американо-узбекские отношения в сфере образования и торговли, для чего следует "устранить возведенные узбекскими властями барьеры".

Выступавший 13 апреля в Вашингтонском университете посол Узбекистана в США Абдулазиз Комилов оценил геополитическую ситуацию в Центральной Азии и место, которое регион занимает в мире. В частности, он отметил, что Вашингтон и Ташкент имеют общие взгляды по вопросу открытости Центральной Азии для мира по проблемам, связанным с наркотиками, терроризмом и региональным взаимодействием, подчеркнув, что все это может составить основу для сотрудничества двух стран.

Катализатором сближения стало назначение в конце сентября нового посла США в Узбекистане Ричарда Норланда, который сменил на этом посту Джона Пурнелла. Первого ноября новый посол встретился с уполномоченным парламента Узбекистана по правам человека Сайерой Рашидовой. Как отмечалось в репортаже о встрече, опубликованном на сайте UzReport.com, Р. Норланд выразил желание развивать новые двусторонние отношения и найти общий язык в подходе к гуманитарным вопросам, включая права человека, признал факт нарушения Соединенными Штатами прав человека в иракской тюрьме "Абу-Грейб" и на военной базе Гуантанамо на Кубе, примирительно заметив, что "ни одна страна не обладает монополией" на хорошее поведение в сфере соблюдения прав человека.

В конце октября Р. Норланд выступил в Ташкенте с речью в Американской торговой палате. Цель этого выступления заключалась в том, чтобы возродить интерес инвесторов к Узбекистану. Как отмечалось в заявлении посольства США, Р. Норланд с одобрением отозвался о предпринимателях, участвовавших в этом мероприятии, назвав их "отважными капиталистами", и остановился на мерах, которые необходимо принять для улучшения двусторонних отношений: "возродить доверие, создать большую прозрачность и активизировать процесс реформ". Примечательно, что посол практически не затронул вопрос о необходимости улучшить ситуацию в сфере прав человека в Узбекистане.

В отличие от своего предшественника, редко покидавшего Ташкент, Р. Норланд стал проводить более динамичную политику. Так, в середине октября он совершил поездку в Самарканд, где посетил Государственный центр санитарно-эпидемиологического надзора и Центральноазиатскую компанию, занимающуюся обработкой хлопка-сырца, что указывает на возможные направления двустороннего сотрудничества в случае потепления отношений.

Позднее уполномоченный по политическим вопросам посольства США в Ташкенте Р. Фицморис совершил поездку в г. Джизак, расположенный примерно в 170 км к юго-западу от Ташкента, где провел переговоры с представителями "Истикболли Авлод" ("Будущее поколение"), организацией по борьбе с торговлей людьми, созданной в 2005 году при содействии Агентства США по международному развитию.

Начал осторожно налаживать отношения с Узбекистаном и ЕС. В центре внимания европейских лидеров стоял вопрос о политических и экономических санкциях против Узбекистана, введенных в ноябре 2005 года в ответ на чрезмерное применение силы при подавлении беспорядков в Андижане 13 мая 2005 года и отказ Ташкента провести независимое международное расследование этих событий. А на состоявшемся 28 февраля заседании постоянных официальных представителей стран-членов ЕС, аккредитованных в Брюсселе, было принято решение сохранить санкции.

В числе европейских стран, призвавших к расширению диалога с Узбекистаном и выступивших за отмену санкций, была Германия, ставшая в 2007 году председателем Совета Европейского союза. У Берлина давно сложились прочные военные контакты с Ташкентом, связанные в основном с наличием военно-воздушной базы бундесвера возле узбекского города Термез. Эта база отвечает за материально-техническое снабжение военных операций НАТО и США в Афганистане, да и сама немецкая сторона, активно участвующая в миротворческой миссии в соседнем с Узбекистаном Афганистане, заинтересована в сохранении своего военного присутствия в этой центральноазиатской республике.

В марте посол Германии в Узбекистане Маттиас Майер заявил о намерении выступить посредником между Евросоюзом и Ташкентом. В тот же период депутат Европарламента от Германии, член делегации по связям со странами Центральной Азии и Монголией Элизабет Йеггле посетила Узбекистан, где провела ряд встреч в Олий Мажлисе, Министерстве иностранных дел, Комитете женщин и других ведомствах страны. По ее мнению, ЕС и занимающий стратегическое положение в Центральной Азии Узбекистан нуждаются друг в друге.

А власти Узбекистана, в свою очередь, организовали в феврале визит в Берлин многочисленной делегации членов парламента республики и представителей силовых министерств из числа тех, на кого ЕС после событий в Андижане не распространил запрет на въезд в Европу. Этот дипломатический "десант", возглавляемый министром юстиции Ф. Отахоновым, презентовал свежие законодательные инициативы президента И. Каримова, направленные, по официальной версии Ташкента, на демократизацию узбекского общества: проект конституционного закона "Об усилении роли политических партий в обновлении и дальнейшей демократизации государственного управления и модернизации страны" и закона "О внесении поправок в отдельные статьи Конституции Республики Узбекистан". Присутствовавшие на презентации немецкие дипломаты и общественные деятели, в основном бывшие депутаты бундестага, указали на необходимость дальнейшего развития двустороннего сотрудничества. И все же до конца года Германии не удалось убедить других членов ЕС, в частности Великобританию и Скандинавские страны, которые более последовательно выступают за соблюдение гражданских свобод, отменить наложенные на Узбекистан санкции.

Пятого марта Совет министров иностранных дел Евросоюза принял решение продлить еще на три месяца санкции против Ташкента, а 19 марта начался четырехдневный визит делегации Европарламента в Узбекистан, в ходе которого она встретилась с министром иностранных дел страны В. Норовым, а также посетила г. Фергану, Маргилан и Андижан. В рамках визита 19 марта в Законодательной палате Олий Мажлиса Республики Узбекистан в Ташкенте состоялось шестое заседание Комитета парламентского сотрудничества: "Европейский союз — Республика Узбекистан".

Третьего апреля делегация ЕС, возглавляемая представителем ФРГ Р. Шульце, посетила Узбекистан, где встретилась с его официальными лицами для обсуждения проблемы прав человека и ознакомления с материалами следствия и судебного процесса над участниками событий в Андижане.

14 мая Совет ЕС снял запрет на выдачу виз для ряда высокопоставленных узбекских должностных лиц, хотя сохранил еще на один год эмбарго на поставки европейского оружия Узбекистану и другие санкции. В ряд получивших возможность передвигаться по Европе вошли Р. Мирзаев, бывший секретарь Совета национальной безопасности, ставший министром обороны Узбекистана; С. Бегалиев, бывший губернатор Андижана; И. Эргашев, бывший высокопоставленный чиновник Министерства обороны; К. Ахмедов, бывший командующий войсками Восточного военного округа, в который входит Андижан. Совет ЕС призвал власти Узбекистана обеспечить представителям международных организаций неограниченный доступ к заключенным, освободить правозащитников и прекратить их преследование, а также разрешить неправительственным организациям, включая "Хьюман райтс уотч", работать в стране.

За несколько дней до совещания ЕС узбекские власти предприняли шаги, призванные убедить Евросоюз снять санкции. Одним из самых заметных среди этих шагов стало освобождение из-под стражи известной правозащитницы Умиды Ниязовой, которую в свое время суд Ташкента приговорил к семи годам лишения свободы. В Узбекистане между тем были разочарованы половинчатым решением ЕС, и МИД республики в своем заявлении от 15 мая посчитал, что это решение носит "необоснованный, предвзятый характер и ставит своей целью, прикрываясь правозащитной риторикой, продолжить использование санкций ЕС как средство систематического давления на Узбекистан".

С осуждением данного решения ЕС выступила и Ассоциация "Права человека в Центральной Азии". Однако, по мнению правозащитников, с 2005 года ситуация с правами человека в этой стране не только не улучшилась, но даже ухудшилась.

Отношения с ближайшим окружением

Отношения Узбекистана и Казахстана остались на прежнем уровне, с той только разницей, что в 2007 году прослеживалась определенная динамика по сближению взаимных региональных амбиций, поскольку оба государства, во-первых, заинтересованы в сотрудничестве в энергетической сфере; во-вторых, у обоих есть основания опасаться китайской экспансии.

Отношения с Таджикистаном улучшились, так что отмечавшаяся в предыдущие годы напряженность между двумя странами, усугубленная экономическими разногласиями, конфликтом интересов из-за использования водных ресурсов и пр., сохранилась.

Однако улучшились связи с Туркменистаном (в прошлом они не всегда развивались гладко). В 2007 году развитие масштабных региональных проектов в топливно-энергетической сфере связало обе республики общими прагматическими интересами, концентрирующимися прежде всего вокруг проекта строительства Прикаспийского газопровода, который в перспективе даст возможность в два раза увеличить поставки газа из республик Центральной Азии в Россию. В мае 2007 года президенты трех стран (Туркменистана — Г. Бердымухаммедов, России — В. Путин и Казахстана — Н. Назарбаев) на саммите в городе Туркменбаши договорились об основных принципах реализации этого проекта. При этом подразумевалось, что к этому плану присоединится и Узбекистан, заинтересованный как в транзите туркменского, так и в расширении экспорта своего голубого топлива. Однако в декабре Ташкент не участвовал в подписании соглашения о начале строительства данного трубопровода.

18—19 октября И. Каримов посетил с официальным визитом Ашхабад. В центре внимания двух президентов были планы строительства новых газопроводов, от реализации которых во многом зависят реальные двусторонние связи, а также отношения Узбекистана с другими ближайшими соседями по региону. В рамках этого визита были подписаны договоры об экономическом сотрудничестве на 2008—2012 годы и о дальнейшем укреплении дружественных отношений. Итогом переговоров стали и другие документы, в частности, Совместное коммюнике. А Министерства иностранных дел обеих стран подписали Соглашение о пунктах пропуска через государственную границу. Оно имеет особое значение для узбеков Хорезмской области, граничащей с Туркменистаном и являвшейся некогда единым этнокультурным регионом, а также и для проживающих в Туркменистане узбеков (около 10% его населения). Все они вынуждены получать визы и платить за них, когда пересекают границу, чтобы навестить родственников.

Кроме того, в ходе этого визита глава Туркменистана Г. Бердымухаммедов подписал указ о присвоении президенту Узбекистана И. Каримову звания "Почетный старейшина народа".

14 декабря Узбекистан ратифицировал Договор об укреплении дружественных отношений и всестороннего сотрудничества с Туркменистаном, подписанный в Ашхабаде 18 октября.

Азиатский вектор международной жизни Узбекистана

Наряду с центральноазиатским вектором Узбекистан уделял внимание развитию контактов и с "дальним" азиатским зарубежьем.

Приоритетным направлением здесь по-прежнему оставалась Южная Корея — один из основных партнеров Ташкента в области торговли и инвестиций на континенте.

27 февраля Чрезвычайный и Полномочный Посол Республики Корея в Узбекистане Мун Хаёнг был принят президентом Узбекистана в его резиденции Оксарой. В ходе их встречи Ислам Каримов вручил Мун Хаёнгу орден "Дустлик" за заслуги в деле укрепления двусторонних отношений, в том числе расширения научного, культурного и гуманитарного сотрудничества. И. Каримов отметил схожесть взглядов по вопросам развития сотрудничества и международной политики, что служит важным фактором дальнейшего расширения связей двух государств.

Динамично развивается и взаимовыгодное узбекско-пакистанское сотрудничество. Исламабад заинтересован в присоединении своих коммуникаций к новым транспортным сетям стран Центральной Азии, тем более что выход Узбекистана через пакистанские коммуникации на берег Аравийского моря перспективен для обеих сторон. Пакистанские компании проявляют интерес к разведке и изучению нефтегазовых месторождений Узбекистана, с большим вниманием относятся и к проектам по созданию магистралей, выходящих в Пакистан через Афганистан. Это способствовало бы продвижению пакистанских товаров на рынки других стран через Узбекистан, который получил бы возможность расширить объем экспорта на пакистанский рынок.

В марте премьер-министр Пакистана Шавкат Азиз нанес свой первый официальный визит в Узбекистан, где обменялся мнениями с Исламом Каримовым относительно дальнейшего укрепления сотрудничества в торгово-экономической, гуманитарной сферах, борьбе против международного терроризма. В частности, Шавкат Азиз провел переговоры с представителями спецслужб Узбекистана. Важность этих переговоров определялась тем, что в провинции Южный Вазиристан пакистанская армия вела в этот период ожесточенные бои с вооруженными группами пуштунских племен и иностранными боевиками, в числе которых были и военизированные отряды, сформированные из узбеков, членов Исламского движения Туркестана (ИДТ), реорганизованного из Исламского движения Узбекистана (ИДУ). Эта вооруженная организация, предпринимавшая вооруженную интервенцию против Узбекистана и запрещенная во многих странах, с середины 1990-х годов считается главным внешним противником правительства Ислама Каримова. Визит Шавката Азиза закрепил и вывел на новый этап предварительные договоренности, достигнутые весной 2005 года в ходе официального визита в Ташкент президента Пакистана Первеза Мушаррафа, а разгром в зоне племен в Южном Вазиристане основных сил ИДТ также способствовал серьезному упрочению связей Ташкента с Исламабадом.

В отличие от Пакистана усилия турецких властей возобновить полномасштабный диалог с официальным Ташкентом успехом не увенчались. Так, Узбекистан не вошел в число стран, которые президент Турции А. Гюль посетил в декабре во время своей первой после вступления в должность поездки по республикам Центральной Азии. Основное препятствие к установлению полноценных двусторонних отношений — пребывание на территории Турции лидера запрещенной в Узбекистане оппозиционной партии "Эрк" Мухаммада Салиха (Салая Мадаминова), которого на родине обвиняют в подрывной деятельности и участии совместно с ИДУ в организации террористического акта в Ташкенте 16 февраля 1999 года.

Отношения Узбекистана с Японией оставались на высоком уровне и после того, как Ташкент рассорился с Западом из-за Андижана. Узбекистан — единственная страна Центральной Азии, с которой Япония подписала отдельное соглашение об экономическом сотрудничестве. В Узбекистане функционируют девять узбекско-японских совместных предприятий, открыты представительства Японского агентства по международному сотрудничеству (JICA) и Организации внешней торговли Японии (JETRO), а также более 20 крупных корпораций, включая "Mitsui", "Mitsubishi", "Sumimoto", "Nishe Ivai", "NEC", "Toyota Suse".

В январе состоялся ставший уже традиционным Токийский диалог в рамках формирующейся стратегической концепции "Центральная Азия + Япония". Его участники сконцентрировали внимание на проблемах энергетики и водопользования — с учетом возможного участия Токио в решении вопросов, значение которых выходит далеко за рамки региона.

Президент Узбекистана Ислам Каримов 27 апреля принял в резиденции Оксарой министра экономики, торговли и промышленности Японии Акиру Амари. Приветствуя гостя, он отметил, что Япония — надежный партнер Узбекистана, который последовательно развивает двусторонние связи во всех сферах.

24 января И. Каримов отбыл с государственным визитом в Сингапур, маленькую, но богатую страну, в последнее время закупающую узбекский хлопок и энергоносители. Этот визит И. Каримова мог быть организован при дипломатическом содействии Китая, в сфере влияния которого пребывает Сингапур. Так или иначе, Ислам Каримов предпочел приглашение президента Сингапура Селлапана Рама Натана поездке на Всемирный экономический форум в Давосе, где обсуждали вопросы экономического развития стран Азии, проблемы энергоносителей и глобального потепления, а также ситуацию в Ираке и в других государствах Ближнего Востока.

Назначение послов и открытие дипломатических представительств

30 марта Исан Мустафоев официально вступил в должность главы миссии Узбекистана при НАТО, вручив верительные грамоты Генеральному секретарю Альянса Яап де Хооп Схефферу.

На ХI пленарном заседании Сената, состоявшемся 25 августа, были утверждены кандидатуры чрезвычайных и полномочных послов Узбекистана в ряде зарубежных стран. Руководство дипломатической миссией в Кыргызстане возложено на Зиядуллу Пулатходжаева; дипмиссию в КНР возглавил Алишер Салахитдинов; Отабек Акбаров назначен Чрезвычайным и Полномочным Послом в Соединенном Королевстве Великобритании и Северной Ирландии; должность посла в Сингапуре получил Алишер Курманов; Жахонгир Ганиев стал Чрезвычайным и Полномочным Послом в Италии.

Основные выводы и тенденции

По образцу Казахстана, визитной карточкой внешней политики которого стала "многовекторность", власти Узбекистана попытались использовать разнообразие направлений сотрудничества, предоставляемых этой республике ее выгодным географическим положением. Разыгрывая различные "карты" (российскую, американскую, китайскую, европейскую), официальный Ташкент старался извлечь максимальную выгоду от частично инициированной им же конкурентной геополитической борьбы.

Однако, в отличие от Казахстана, Узбекистан не имеет широкого пространства для "многовекторных" маневров и такой же, как Казахстан, экономической базы, позволяющей балансировать между различными "центрами силы". Да и положение с правами человека в Узбекистане остается на прежнем уровне, не привели к их кардинальному улучшению и проведенные властями в 2007 году косметические реформы. Западные правительства — как бы им, возможно, в силу экономической и стратегической заинтересованности в сотрудничестве с Узбекистаном ни хотелось не замечать нарушений в сфере прав человека — под давлением правозащитных организаций вынуждены реагировать на эти нарушения.

В долгосрочной перспективе внешнеполитические приоритеты Узбекистана в условиях неизбежной (по естественным причинам) смены правящей элиты страны выглядят туманными. Россия надеется, что лояльное отношение к ней сохранится, но все может измениться — и не только в случае, если к власти придут оппозиционеры, но даже если правящий клан сохранит бразды правления. Опыт показывает, что режимы, приходящие на смену постсоветским правителям (а президент И. Каримов принадлежит к их числу), оказываются более прозападными, нежели их предшественники. Тем более что отношения с Москвой, несмотря на многочисленные декларации и прогнозы, так и не стали для Ташкента приоритетными: его так называемый "пророссийский крен" в 2005—2006 годах был, похоже, вынужденной мерой и своеобразной "картой" в торге за благосклонность других геополитических игроков. С ними Узбекистан не намерен порывать, выражая одновременно готовность развивать новое сотрудничество с Китаем, Пакистаном, Южной Кореей и другими региональными силами. Таким образом, маятник узбекско-российско-западных отношений, который выглядит сегодня относительно сбалансированным, в перспективе может неоднократно менять амплитуду.


1 См.: Доклад Президента Ислама Каримова на торжественном собрании, посвященном 15-летию Конституции Республики Узбекистан  [http://uzmetronom.com/2007/12/08/print:page,1,nazad_k_amerike.html]. к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL