МЕЖДУНАРОДНАЯ ЖИЗНЬ

Д-р Махмуд ШИНВАРИ


Д-р Махмуд Шинвари, независимый исследователь (Кабул, Афганистан)


В 2008 году важнейшее место во внешней политике Афганистана занимали его отношения с США и НАТО, которые все в большей мере определяли и характер политических процессов в стране. В их основе лежали возросшие масштабы угрозы безопасности ИРА: расширение деятельности террористических и экстремистских сил, тотальная коррумпированность чиновников государственного аппарата, силовых структур и системы правосудия, организованная преступность, производство и распространение наркотиков, неэффективность военной кампании Соединенных Штатов и Североатлантического альянса, снижение уровня жизни населения и падение популярности правительства Х. Карзая.

Главным стратегическим партнером Кабула оставался Вашингтон. Обострение политической ситуации в Афганистане вызывало не просто тревогу и обеспокоенность истеблишмента, но и явные признаки пессимизма среди американских политиков. Лейтмотивом таких настроений стали сентенции типа "США выигрывают битву, но проигрывают войну в Афганистане". Тем не менее в афганской политике Белого дома по-прежнему доминировало стремление убедить официальный Кабул в своей приверженности всем принятым обязательствам. В частности, это нашло подтверждение в ходе визита вице-президента США Дика Чейни в Кабул в марте, в преддверии саммита НАТО в Бухаресте. "Обязательства США (в отношении Афганистана. — М.Ш.) тверды и непоколебимы", — заявил Д. Чейни на встрече с Х. Карзаем.

Заверения американского вице-президента были вскоре подкреплены важным документом: 13 мая 2008 года госсекретарь США Кондолиза Райс и глава МИДа Афганистана Рангин Дадфар Спанта подписали в Вашингтоне декларацию, подтверждающую решимость сторон укреплять "долгосрочную безопасность, демократию и экономическое процветание" Афганистана. Декларация продемонстрировала приверженность двух стран подписанному ими еще в мае 2005 года Соглашению о стратегическом партнерстве.

На фоне растущего пессимизма в США относительно военных успехов в Афганистане стала проявляться тенденция к пересмотру соответствующей стратегии Вашингтона. 30 января в Конгресс были представлены три доклада ведущих политиков, в которых признавалась безнадежность ситуации в Афганистане и предлагались конкретные меры по пересмотру стратегии Белого дома. В частности, в докладе помощника президента по безопасности Дж. Джонса и бывшего посла США в Москве Т. Пикеринга (Центр изучения президентской системы) под рубрикой "Афганистан игнорировался и сейчас находится в опасной близости от коллапса" подчеркивается, что прогресс, достигнутый за шесть лет нашего участия, сталкивается с серьезной угрозой со стороны возрастающего насилия, слабеющей международной решимости, увеличивающихся региональных вызовов и растущей неуверенности части афганского народа в отношении дальнейшего пути развития страны". США и международное сообщество, убеждены авторы доклада, пытались победить в афганской войне слишком малыми военными силами и недостаточной экономической помощью, без ясной, всеобъемлющей и последовательной стратегии заполнения вакуума вне Кабула, а также без адекватного ответа на комбинированные вызовы со стороны возродившихся сил "Талибана" и "Аль-Каиды" в Афганистане и Пакистане.

Авторы документа предлагают разработать всеобъемлющую стратегию, включающую военный и гражданский аспекты, привлечь к ее реализации все заинтересованные страны и организации — США, ООН, НАТО, ЕС и афганское правительство, сменить "легкую прогулку" в Афганистане (так в 2001 г. оценивали операцию "Несокрушимая свобода" в администрации Дж. Буша) на "правильную прогулку", рассматривать войну в Ираке и Афганистане как самостоятельные миссии.

В докладе Атлантического совета, также представленном Конгрессу, признано, что в Афганистане сложилась тупиковая ситуация, а провал усилий мирового сообщества будет катастрофой для Европы, Северной Америки и региона Центральной Азии. США, значится в документе, должны принять всеобъемлющий план по спасению Афганистана, сблизить региональные государства и преодолеть тупик в сфере безопасности. "Пока заинтересованные стороны не поймут, — убеждают авторы доклада, — что необходим региональный подход, тупик будет сохраняться. Сближение заинтересованных сторон и соседей Афганистана целесообразно осуществить с помощью конференции, которая могла бы включать участие ШОС, Индии, Ирана и конечно же Пакистана"1.

Тем временем афгано-американские отношения развивались под сильным воздействием набиравшей силу предвыборной кампании в США, где претенденты на высший пост в стране в своих дебатах в значительной мере затрагивали афганскую проблему. В частности, оценки и предложения упоминавшихся выше докладов Конгрессу нашли практическое воплощение в инициативе одного из кандидатов в президенты сенатора Барака Обамы, который вступил в предвыборную гонку еще в 2007 году. 19 марта 2008 года он выступил с речью в Файетвилле (Северная Каролина), в которой изложил свое видение ситуации в Ираке и предложил план выхода из кризиса в Афганистане. "Центральным фронтом", по его выражению, в случае его прихода к власти будут Афганистан и Пакистан. Численность американских войск в Афганистане будет увеличена по меньшей мере на 7 тыс. человек. Предполагается убедить руководство стран НАТО также увеличить воинский контингент в стране. Будут предприняты новые усилия для укрепления Вооруженных сил Афганистана и расширения их участия в операциях США и НАТО. Планируется увеличить невоенную помощь Кабулу до 3 млрд долл. ежегодно, чтобы предотвратить сползание Афганистана в хаос. К тому же конкретизировалось, что эти средства пойдут на финансирование восстановительных работ, подготовку армии и полиции, местные проекты в интересах простых афганцев и перевод крестьян, выращивающих опиум, на альтернативные хозяйства. При этом предоставление помощи увязывалось с эффективным функционированием афганского правительства, включая антикоррупционные инициативы и распространение законности по всей стране.

Б. Обама выделил Пакистан как страну, наравне и вместе с Афганистаном представляющую реальную угрозу региональной и международной безопасности, предложив более тесное сотрудничество США, НАТО и Афганистана в борьбе с этой угрозой. "Не делайте ошибки, — предостерегал сенатор, — мы не добьемся успеха в Афганистане и не защитим собственную страну, если не изменим нашу политику относительно Пакистана. Мы должны ожидать большего от пакистанского правительства, но мы также должны предложить нечто более существенное, чем пустой чек генералу (Мушаррафу. — М.Ш.), потерявшему доверие народа. Пора укрепить стабильность и пойти навстречу чаяниям пакистанского народа. Поэтому я выступаю вместе с сенаторами Джо Байденом и Ричардом Лугаром коспонсором предложения утроить невоенную помощь народу Пакистана и последовательно предоставлять ее в этом объеме в течение 10 лет, гарантируя, что предоставляемая нами военная помощь направляется на войну против талибов и "Аль-Каиды"2.

Кроме того, новая стратегия сенатора Б. Обамы предусматривала широкий спектр практических мер глобального характера во внешней политике США. В частности, для борьбы с мировым терроризмом он предложил создать фонд в размере 5 млрд долл., чтобы координировать деятельность американских и зарубежных спецслужб и правоохранительных органов, радикально улучшить образ США в арабском мире в рамках "народной дипломатии" путем открытия "Американского дома" в разных странах, создать Глобальный фонд образования в 2 млрд долл. как альтернативу радикальным медресе, предпринимать шаги для предотвращения ядерного терроризма и др.3

В июле Б. Обама совершает визит в Афганистан, куда он прибыл в рамках международного турне, включавшего Кувейт, Израиль, Палестину, Иорданию, Пакистан, Германию, Францию и Англию. Несмотря на критику политики Х. Карзая, сенатор снискал симпатии афганцев, которые предпочли его более опытному оппоненту Дж. Маккейну за то, что он отдал приоритет проблемам Афганистана: Б. Обама считает, что борьба с терроризмом в Афганистане важнее для США, чем кампания в Ираке. Кстати, еще в 2002 году он выступил против военной операции в Ираке. На встрече с президентом Х. Карзаем Б. Абама заверил, что в случае победы на президентских выборах он сохранит намеченный им курс.

А его соперник по демократическому лагерю Хиллари Клинтон предложила на состоявшейся 6 марта пресс-конференции в Вашингтоне свою программу по Афганистану. Она выступила с критикой афганской политики Дж. Буша и заявила, что в случае победы на выборах возьмет обязательство увеличить численность войск США в этой стране и будет убеждать партнеров по НАТО сделать то же самое. Она также обещала удвоить усилия в борьбе с наркобизнесом в Афганистане, помочь восстановлению страны путем увеличения иностранных инвестиций в образование, инфраструктуру и другие сферы4.

В то время как претенденты на пост президента США разрабатывали свою стратегию вывода Афганистана из кризиса, администрация Дж. Буша, признавая сложность обстановки в этой стране, повышение военной активности талибов и неспособность сил международной коалиции нанести им поражение, а также то, что исключительно военным путем решить проблему невозможно, тем не менее продолжала делать ставку на расширение военного присутствия в стране. Вашингтон наглядно продемонстрировал это на саммите НАТО в начале апреля в Бухаресте, попросив союзников по Альянсу направить в Афганистан дополнительные войска. К тому же Дж. Буш еще до того, в конце января, принял решение об отправке 3 200 морских пехотинцев в Афганистан, из них 2 200 — в южные районы страны в помощь британскому и канадскому контингентам. Саммит в Бухаресте был примечателен тем, что на нем в качестве гостя присутствовал президент России В. Путин, заключивший соглашение с НАТО о предоставлении территории РФ для транспортировки невоенных грузов Альянса в Афганистан.

Между тем в Бухаресте выявились разногласия среди стран — членов НАТО в вопросе о расширении военного присутствия Альянса в Афганистане. Несмотря на нажим со стороны США, ряд государств, в том числе Германия, отказался увеличивать численность своих воинских контингентов, а также использовать их в боевых операциях на юге страны. Тогда на помощь Соединенным Штатам пришла Канада, которая предупредила, что, если страны Альянса не направят дополнительные силы на юг Афганистана, она начнет вывод своих войск (2 500 чел.), хотя незадолго до этого канадский парламент утвердил решение о продлении пребывания войск страны в Афганистане до 2011 года. Требование о расширении военного присутствия НАТО поддержал и Б. Обама.

Еще накануне саммита в Бухаресте увеличить свой воинский контингент на 1 000 человек согласилась Франция, о чем в ходе визита в Лондон президент Н. Саркози сообщил премьер-министру Великобритании Г. Брауну. Развивая идею президента, глава французского правительства Франсуа Фийон потребовал от стран НАТО увеличить государственные программы помощи Кабулу, выработать график поэтапной замены международных сил частями афганской армии и "синхронизировать" обещания других стран в отношении подкреплений. В интервью французским СМИ премьер-министр подчеркнул, что Париж готов к дополнительным усилиям при трех условиях, международная помощь должна вырасти, "афганизация" — ускориться, а союзники — взять на себя одновременно обязательства о направлении дополнительных сил. К Франции на саммите присоединилась Венгрия, принявшая решение направить в Афганистан дополнительно 100 человек, и Великобритания — соответственно 450 чел., доведя общую численность своих войск до 8 200 военнослужащих. Всего 20 стран НАТО выразили готовность направить в Афганистан дополнительные силы, однако они предложили явно меньше того, что ожидал от них президент США.

В развитие нового подхода Белого дома к Исламабаду в августе президент Дж. Буш дал негласное указание военным США в Афганистане наносить удары по базам талибов и "Аль-Каиды" на территории Пакистана. Он мотивировал это тем, что террористы не признают национальных границ, поэтому Соединенные Штаты вправе атаковать их на любой территории. Первая такая акция была предпринята задолго до решения президента посредством дронов — самолетов-беспилотников или ракет с территории Афганистана. Они повлекли за собой значительные жертвы среди мирного населения и вызвали бурную реакцию Исламабада. Президент П. Мушарраф неоднократно выступал с протестом и заявлял, что Пакистан не допустит нарушения своего национального суверенитета. В поддержку действий США выступил президент ИРА Х. Карзай.

В условиях растущего пессимизма американских военных в Афганистане и осознания ими невозможности добиться прекращения конфликта исключительно военным путем в военных кругах США начали обкатывать идею выхода на контакт с талибами и их союзниками и проведения переговоров с ними, чтобы добиться национального примирения. Эту идею поддержали командующий Центральным командованием США на Ближнем Востоке и в Центральной Азии (СЕНТКОМ)  генерал Д. Петреус и командующий американскими войсками в Афганистане генерал Д. Маккирнан. При этом последний подчеркнул, что переговоры должно вести афганское правительство как суверенная структура, а иностранные военные — оказывать ему содействие.

Победа Б. Обамы на президентских выборах в США обнадежила как афганских политиков, так и простых граждан. "Я аплодирую афганскому народу… и надеюсь, — звучали слова поздравления Х. Карзая в адрес нового американского президента, — что приход к власти Обамы принесет мир в Афганистан. Мы просили США уже долгое время и обращаемся с просьбой еще раз: изменить стратегию борьбы против терроризма, в том смысле, что она должна идти не в афганских деревнях и не в нашей стране".5 При этом Х. Карзай, вероятно, в стремлении набрать очки в идущей в Афганистане предвыборной гонке, а может и безотносительно к ней, коснулся болевых точек афганцев: "Первое, что я потребую от президента США, — предотвратить потери среди мирных жителей в Афганистане и вести войну там, где существуют очаги терроризма и центры их подготовки".6 Предсказуемой оказалась и реакция талибов: "Новый американский президент должен завершить долгую эпоху войн и открыть эру мира… Если он (Б. Обама) реально изменит политику Дж. Буша, то будет победителем, в противном случае кризис в мире будет разрастаться"7. Однако надежды, возлагавшиеся на нового президента США, не помешали Х. Карзаю высоко оценить заслуги прибывшего в Кабул 15 декабря с прощальным визитом Дж. Буша в борьбе с терроризмом и в оказании помощи народу Афганистана и наградить его высшей правительственной наградой — медалью Гази Аманулла-хана.

На фоне сложных, но вместе с тем относительно стабильных связей с США и странами НАТО Афганистан стремился развивать многосторонние отношения со своими соседями. И если со странами Центральной Азии, Китаем и Индией у Кабула не было проблем, с Ираном были как определенные успехи, так и сложности, то связи с Пакистаном зачастую доходили до грани откровенной враждебности. Наличие надежного убежища у афганских талибов и "Аль-Каиды" в северо-западной пограничной провинции Пакистана (СЗПП), в том числе лагерей по подготовке террористов, весьма тормозили борьбу международной коалиции и правительства Афганистана против экстремистов. В последние два года под влиянием окопавшихся в Пакистане афганских талибов и действий войск Исламабада, воевавших против экстремистов в полосе независимых пуштунских племен, а также под влиянием религиозных партий экстремистского толка местное население в значительной мере радикализировалось и процесс "талибанизации" вышел за пределы Афганистана, распространившись в СЗПП. В результате, в декабре 2007 года здесь возникло движение местных талибов — "Техрике Талибан Пакистан" во главе с Байтуллой Мехсудом. Оно оказалось тесно связанным с движением "Талибан" и "Аль-Каидой".

Таким образом, в последнее время афгано-пакистанские отношения носили крайне напряженный характер. Нашедшие убежище в СЗПП афганские талибы пользовались негласной поддержкой части генералитета Пакистана, ISI (Межведомственной разведки) и пакистанских радикальных исламских партий. В этих условиях боевые отряды талибов беспрепятственно переходили через практически прозрачную границу в Афганистан, где нападали на войска международной коалиции и части афганской армии. Кабул неоднократно требовал от Исламабада закрыть базы и лагеря талибов на территории Пакистана, пресечь инфильтрацию экстремистов через границу. Однако президент Пакистана П. Мушарраф категорически отвергал обвинения в свой адрес и, в свою очередь, упрекал руководство Афганистана в неспособности справиться с экстремистской оппозицией у себя в стране. Однако пребывание талибов на пакистанской территории со временем стало настолько явным, что уже ни для кого не составляло секрета то, что руководство движения "Талибан" и его штаб-квартира обосновались в г. Кветте, административном центре пакистанской провинции Белуджистан, и оттуда координируют действия отрядов боевиков в южных афганских провинциях Фарах, Кандагар, Гильменд и Урузган.

Фактически Исламабад вел по отношению к Кабулу двойную игру. Как близкий союзник Вашингтона в войне с террором он действительно преследовал террористов из других стран, объединившихся в рядах "Аль-Каиды", но смотрел сквозь пальцы на действия талибов, оценивая их как рычаг давления на Кабул. После ухода США из Афганистана — а когда-нибудь это произойдет — Пакистан надеется привести к власти в Кабуле дружественное ему правительство, реализовав мечту президента Айюб Хана, выдвинувшего в 1956 году идею о создании пакистано-афганской федерации, в которой доминировал бы Пакистан.

С приходом к власти в Пакистане после парламентских выборов 18 февраля нового коалиционного правительства во главе с Ю.Р. Гилани появилась надежда, что курс Исламабада в отношении Кабула будет пересмотрен, Пакистан станет более тесно сотрудничать с соседом в борьбе против терроризма и экстремизма, тем более что в законодательном собрании СЗПП доминирующие позиции получила Национальная народная партия Пакистана, жестко ориентированная против экстремизма талибов. В ходе визитов в Исламабад министра иностранных дел ИРА Р.Д. Спанты (апрель) и его пакистанского коллеги Ш.М. Куреши в Кабул (июнь) стороны договорились подвести своего рода черту под противоречивым и конфликтным периодом в двусторонних отношениях, попытаться начать их с чистого листа.

Однако эти надежды стали улетучиваться в ходе последующих шагов правительства Гилани. Новые власти Пакистана планировали сократить масштабы вооруженной борьбы с экстремистами и предпочли переговорный процесс. В рамках такого курса 21 мая Исламабад заключил соглашение с талибами в долине Сват, в соответствии с которым он обязался отвести войска с этой территории. В ответ на это талибы обещали закрыть центры по подготовке боевиков, в том числе террористов-смертников, и отказаться от нападения на органы безопасности. Однако они получили право ввести в регионе шариат в качестве местного законодательства. Кабул болезненно отреагировал на эту акцию. "Мы уверены, что любая эксклюзивная сделка с талибами только ухудшит ситуацию, — заявил пресс-секретарь МИДа Афганистана С.А. Бахин. — Мы уверены, что соглашения такого рода с террористами нанесут ущерб обеим странам"8. Свою озабоченность по этому поводу выразил и президент Афганистана.

Тем временем реальная власть президента П. Мушаррафа быстро таяла, трансформируясь в декоративные функции. Слабое правительство, раздираемое внутренними противоречиями, оказалось неспособным контролировать ситуацию в регионе. В этом безвременье реальными игроками в стране оставались ISI и армия, которые и инициировали переговоры с экстремистами, не особо консультируясь с правительством. Разочарование Кабула в деятельности Исламабада было настолько велико, что в июне Х. Карзай выступил с заявлением направить войска в приграничные районы Пакистана для ликвидации руководителей пакистанских талибов. Он потребовал от Исламабада решительных действий против элементов, "подрывающих безопасность в Пакистане и Афганистане". В начале июля Х. Карзай заявил о причастности пакистанских спецслужб к теракту в посольстве Индии в Афганистане 7 июля, повлекшему за собой большое число жертв. Исламабад отрицал свою причастность к этому трагическому событию и, в свою очередь, призывал Кабул отказаться от "игры в обвинения". 14 июля Кабинет министров Афганистана решил приостановить все переговоры с Пакистаном.

Несмотря на возросшую напряженность в отношениях двух стран, их лидеры продолжали поиск путей к нормализации двусторонних связей. 3 августа 2008 года Х. Карзай и пакистанский премьер Ю.Р. Гилани встретились в Коломбо на саммите Южно-Азиатской ассоциации регионального сотрудничества (СААРК). Они согласились с тем, что двум странам нужна единая стратегия в противостоянии террору и экстремизму, и договорились о следующей встрече.

Серьезный поворот в афгано-пакистанских отношениях наметился с уходом П. Мушаррафа с поста президента 27 августа. Это событие вызвало позитивный отклик в Кабуле и надежду, что уход Мушаррафа укрепит демократию в обеих странах. Образовавшийся вакуум власти в Исламабаде сразу же использовали талибы в СЗПП, которые атаковали форт в пакистанской области Баджаур, с помощью террориста-самоубийцы организовали взрыв на собрании шиитов. Практически вся эта территория, кроме Пешаварской долины, оказалась под контролем экстремистов. Обозреватели полагают, что эти акции стали ответом на заседание трехсторонней комиссии НАТО — Афганистан — Пакистан, на которой был принят скоординированный план по противодействию инфильтрации боевиков через границу.

Политическая неопределенность в Пакистане продолжалась недолго: 8 сентября лидер Народной партии Асиф Али Зардари принял присягу в качестве нового президента. Он заявил, что будет активно работать с соседями, в первую очередь с Афганистаном. Х. Карзай стал единственным иностранным главой государства, приглашенным на инаугурацию нового президента Пакистана. Оба лидера заявили о намерениях совместно бороться с терроризмом и экстремизмом, чтобы обеспечить мир в регионе. Зардари заверил Карзая в том, что с этого дня правительство Пакистана будет действовать с учетом интересов региона. Президент ИРА, в свою очередь, заявил, что Афганистан и Пакистан — "сиамские близнецы". Обе страны страдают от одних и тех же проблем, отметил он, подчеркнув необходимость совместной борьбы. И добавил, что Афганистан продолжит предпринимать меры по искоренению терроризма в регионе и будет поддерживать усилия, предпринимаемые Пакистаном в этом направлении.

Однако старые проблемы в двусторонних отношениях оставались нерешенными. В их числе — базы экстремистов в ФАТА, которые подвергались ракетным ударам посредством американских самолетов-беспилотников (дронов). Это стало сильнейшим раздражителем в отношениях между Кабулом и Исламабадом, который считал такие акции нарушением национального суверенитета. Стремясь снять напряженность в этом вопросе, в сентябре министр обороны ИРА генерал А.Р. Вардак предложил создать объединенную оперативно-тактическую группировку с участием войск США (НАТО), Афганистана и Пакистана, которая в соответствии с ее статусом могла бы преследовать боевиков по обе стороны афгано-пакистанской границы. Аргументируя свою идею, Аон заявил: "Каждый должен осознавать, что у нас общие угрозы, общий враг и общие цели". Однако предложение министра Исламабад не поддержал.

Тем не менее декларации лидеров двух стран о сотрудничестве получили продолжение: 27—28 октября в Исламабаде состоялась афгано-пакистанская джирга, в которой участвовало по 25 делегатов от каждой стороны (она должна была состояться еще в августе 2007 г. в Кабуле). В ходе ее работы были обсуждены вопросы, касающиеся возможностей вступать в переговоры с талибами, и сформирована группа делегатов с обеих сторон для ведения этих переговоров.

А в начале декабря президенты двух стран встретились в Стамбуле на трехстороннем саммите с участием президента Турции А. Гюля. Это была вторая встреча лидеров двух стран, спонсором которой выступила Турция (первая — Х. Карзая и П. Мушаррафа — состоялась в Анкаре в апреле 2007 г.). В Стамбуле президенты трех стран подтвердили, что их приоритетом является борьба с терроризмом, обсудили политические и экономические проблемы, а также вопросы безопасности в регионе. По поручению президентов Афганистана и Пакистана министры иностранных дел двух государств приступили к разработке общей стратегии борьбы против "Аль-Каиды" и других экстремистских сил. По общему мнению, встреча в Стамбуле способствовала снижению напряженности в отношениях между Кабулом и Исламабадом. Наконец, по приглашению Х. Карзая президент Пакистана согласился нанести официальный визит в Кабул, который состоялся 6 января 2009 года.

Определенный сдвиг наметился и в едва тлевших в последние годы отношениях Афганистана с Россией. Пессимизм председателя Комитета по международным делам Государственной думы К. Косачева, высказавшегося в конце марта о преждевременности подключения России к усилиям НАТО в Афганистане, в апреле сменился на упомянутое нами выше соглашение о транзите невоенных грузов Альянса через территорию РФ, заключенное президентом В. Путиным на саммите Альянса в Бухаресте. 28 мая глава МИДа РФ С. Лавров заявил об "участии России в международной миссии в Афганистане в той степени, в какой этот процесс будет отвечать нашим интересам и принципам равного сотрудничества"9. А в июне на заседании российско-американской рабочей группы по борьбе с терроризмом стороны пришли к принципиальной договоренности о поставках российского оружия Национальной армии Афганистана.

Августовские события на Кавказе и последующее признание Россией независимости Южной Осетии и Абхазии привели к обострению отношений РФ с Западом, в первую очередь с НАТО (фактически эти отношения были заморожены). Однако Москва давала понять, что это не касается договоренностей о транспортировке невоенных грузов НАТО в Афганистан через территорию РФ. Впрочем, охлаждение отношений с Западом не повлияло на политику Кремля в Афганистане, о чем свидетельствовала встреча президента РФ Д. Медведева с Х. Карзаем, состоявшаяся в конце августа на саммите ШОС в Душанбе. Вскоре были восстановлены и отношения Москвы с НАТО, которая сигнализировала о возобновлении сотрудничества по Афганистану.

Таким образом, Афганистан в силу слабости и некомпетентности его правительства, неудач во внутренней политике, в первую очередь в борьбе с наркобизнесом, экстремизмом, коррупцией, безработицей, организованной преступностью не смог укрепить свои международные позиции и продолжал оставаться политически и экономически зависимым от международных доноров.


1 Three Independent Reports Conclude Efforts in Afghanistan are Failing and Call for Urgent Action // National Security Network, Washington, 31 January 2008. к тексту
2 См.: Obama’s Remarks on Iraq and Afghanistan // The New York Times, 15 July 2008. к тексту
3 См.: Obama B. The World beyond Iraq. Speech in Fayetteville, NC, 19 March 2008. к тексту
4 См.: Jensen K. Clinton Says She Would Commit More U.S. Troops to Afghanistan // Bloomberg, 6 Marсh 2008. к тексту
5 Salahuddin S. Afghanistan Welcomes Obama Win, Wants New Strategy // KABUL (Reuters), 5 November 2008. к тексту
6 Afghanistan Demands Obama's Govt Ends Civilian Casualties // KABUL (AFP), 5 November 2008. к тексту
7 Salahuddin S. Op. cit. к тексту
8 Pakistan Signs Peace Deal with Pro-Taliban Militants // PESHAWAR, Pakistan (AFP), 21 May 2008. к тексту
9 Bhadrakumar M.К. Russia Joins the War in Afghanistan // Asia Times Online, 25 June 2008. к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL