Богуслав ЛИТЕРА


Богуслав Литера, Старший научный сотрудник Института истории Чешской академии наук (Прага, Чешская республика).


НЕФТЬ И ГАЗ В БАССЕЙНЕ КАСПИЙСКОГО МОРЯ: СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ

РЕЗЮМЕ

После распада Советского Союза в 1991 году появились серьезные надежды на возможность добычи нефти и газа в Каспийском регионе, охватывающем территории пяти государств: России, Казахстана, Туркменистана, Ирана и Азербайджана. Эти ожидания до некоторой степени подогревали власти и коммерческие структуры самих этих стран, которые стремились усилить интерес западных компаний и привлечь инвестиции: руководители прикаспийских государств быстро поняли, что в экономическом отношении они зависят от добычи энергоносителей. Тогда Каспийский регион нередко рассматривали как возможного (в будущем) конкурента Ближнего Востока в качестве источника энергоресурсов. Вновь, с некоторыми вариациями, развернулась так называемая "большая игра", в рамках которой на протяженииXIX столетия Великобритания, Россия и Китай соперничали за влияние в Центральной Азии. На сей раз участники "игры" стремились получить доступ к энергоресурсам региона, а также контроль над их добычей и соответствующими транспортными маршрутами. В число соперничающих акторов вошли международные нефтедобывающие компании, государства региона, руководители европейских стран, ЕС и США. В последние годы большую активность проявляет и Китай.

Текущая ситуация на Каспии

В 1990-х годах первоначальная эйфория постепенно сменялась более трезвыми оценками объемов запасов, возможностей извлечения и проблем с транспортировкой добытых энергоресурсов на мировые рынки. Выяснилось, что полноценным конкурентом Ближнему Востоку Каспий так и не станет, но все же его запасов будет достаточно для снабжения не только соседних регионов, но и более отдаленных стран Европы и Азии. Эта оценка относится к Азербайджану и особенно Казахстану. К серьезным разведочным и изыскательским работам на их территориях приступили недавно, но они уже позволили обнаружить несколько важных нефтеносных площадей в северной части бассейна Каспийского моря и месторождений газа в южной его части. По объему запасов газовые месторождения Каспия вполне могут оказаться важнее месторождений нефти. Однако нефть легче транспортировать, а проекты по ее добыче сулят более быструю окупаемость, так что нынешняя инфраструктура в основном ориентирована именно на добычу нефти, пользующейся в настоящее время высоким спросом на мировых рынках. Поэтому основной прирост добычи энергоресурсов на Каспии в предстоящие 10 лет будет обеспечен главным образом за счет разработки залежей нефти.

Динамика добычи сырой нефти в странах Каспийского бассейна (без России и Ирана) после распада Советского Союза выглядела следующим образом:

Таблица 1

Добыча нефти в регионе(млн т в год)

После распада Советского Союза добыча нефти в большинстве стран на какое-то время снизилась. Но уже во второй половине 1990-х годов ситуация в этой сфере резко изменилась: добыча нефти стала расти быстрыми темпами. Безусловно, крупнейший производитель нефти — Казахстан, добывающий ежегодно 60 млн т.

Однако для понимания перспектив гораздо важнее оценки доказанных запасов (см. табл. 2).

Таблица 2

Нефтяные запасы региона(млрд т)

Достоверность оценок нефтяных запасов растет с каждым годом, а сами они повышаются в связи с обширными разведочными и изыскательскими работами, ведущими к обнаружению новых нефтеносных полей. Весьма важный показатель — отношение R/P, то есть величины доказанных запасов к объемам добычи: оно отражает, сколь долго еще запасы в той или иной стране позволят поддерживать текущий уровень добычи. В этом плане самое выгодное положение среди государств Центральной Азии занимает Казахстан, поскольку оценки его доказанных запасов весьма повысились даже с учетом высокой изменчивости доступных данных. По оценкам экспетров, запасы в российском секторе Каспийского моря составляют около 0,3 млрд баррелей нефти, в Иранском — 0,1 млрд баррелей, что не так много с учетом общих объемов нефтедобычи этих двух стран.

Ситуация с добычей газа несколько иная (см. табл. 3).

Таблица 3

Добыча природного газа в регионе(млрд куб. м в год)

Объемы добычи голубого топлива относительно высоки лишь в Туркменистане и в Узбекистане. Последний, однако, почти весь добываемый газ потребляет сам. Аналогичная картина наблюдается и в других странах. Таким образом, единственным значительным его экспортером является Туркменистан, внутреннее потребление которого составляет приблизительно 15 млрд куб. м. Поэтому Туркменистан способен экспортировать до 40 млрд куб. м, главным образом в Украину, Россию и Иран. Объемы добычи газа начинают резко расти и в Казахстане.

Как видно из таблицы 4, оценки доказанных запасов газа выглядят поистине многообещающими.

Таблица 4

Запасы природного газа в Каспийском регионе на конец 2004года(трлн куб. м)

Перспективы

Перспективы добычи нефти в регионе во многом зависят от мировых цен. Затраты на добычу и транспортировку каспийской нефти к рынкам сбыта равны примерно 8—10 долл. за баррель. Это означает, что мировая цена должна быть не ниже 18 долл. за баррель. Если же она опустится ниже этого уровня, то дополнительные капиталовложения в добычу будут нерентабельны. Долгосрочные оценки исходили из предположения, что цена на нефть стабилизируется в пределах 22—27 долл. за баррель, однако в 2004 году средняя цена на нефть марки "Брент" составляла 38,27 долл. за баррель, а в последующие месяцы относительно устойчиво держалась на уровне около 60 долл. за баррель и выше. По оценкам, в 2015 году в регионе (без учета России) можно будет добывать почти 4 млн баррелей нефти в день, причем свыше 50% этих объемов — в Казахстане, еще 15—30% — в Азербайджане. Туркменистан, по этим прогнозам, не будет экспортировать нефть в сколько-нибудь заметных объемах, а Узбекистан, скорее всего, превратится в ее нетто-импортера1.

Вот некоторые оценки Международного энергетического агентства, выполненные в начале нынешнего века. При условии, что инвестиции в добычу нефти удержатся по крайней мере на нынешнем уровне и будет создана необходимая инфраструктура, в 2010 году (по оптимистическому сценарию) Азербайджан, Казахстан, Узбекистан и Туркменистан вместе смогут добывать 3,9 млн баррелей нефти в день (194 млн т в год). Согласно пессимистическому сценарию, который предполагает некоторые проблемы с обнаружением новых нефтеносных площадей, добыча вырастет лишь до 2,7 млн баррелей в день (приблизительно 135 млн т в год). Это означает, что доля каспийского региона составит примерно 4% мировой добычи нефти, а доля Ближнего Востока, по оценкам, должна превысить 50%2.

Согласно базовому сценарию, экспорт нефти из бассейна Каспийского моря должен увеличиться с 1,5 млн баррелей в день (75 млн т в год) в 2005 году до 2,5 млн баррелей в день (приблизительно 120 млн т в год) в 2010-м. Пика своих экспортных возможностей регион был бы способен достичь в 2015 году, когда совокупный объем экспорта всех его стран мог бы составить приблизительно 3 млн баррелей в день (150 млн т в год). Однако нынешние планы Казахстана по наращиванию добычи нефти кажутся чрезмерно амбициозными, и в конце концов реальный показатель может оказаться не столь высоким. В 2020 году, как ожидается, экспорт упадет до приблизительно 2,7 млн баррелей в день.

Учитывая, что в настоящее время объем добычи нефти в регионе целиком зависит от нескольких огромных нефтеносных полей и в ближайшем будущем ситуация не изменится, любая задержка с подготовкой и разработкой какого-то из этих месторождений может самым серьезным образом сказаться на совокупных объемах добычи. Если высокий уровень мировых цен на нефть сохранится надолго, то и привлекательность нефти этого региона возрастет. В этом случае пик нефтедобычи может наступить не в 2015 году, а уже в 2010-м. Только Казахстан планирует довести уровень добычи нефти в стране уже в 2015 году до 150 млн т3.

Приток каспийской нефти сам по себе не способен существенно повлиять на мировые цены, но в сочетании с совокупным объемом добычи в России его эффект может быть заметным. К 2010 году доля стран ОПЕК в мировом производстве нефти, вероятно, повысится, поскольку объемы добычи в ряде государств, не входящих в эту структуру (например, в странах побережья Северного моря), начнут падать и приток каспийской нефти, скорее всего, сможет лишь на 50% компенсировать это снижение.

В отличие от добычи нефти, рост добычи газа зависит в основном не от величины доступных запасов, а от потребностей рынка. Запасы голубого топлива в регионе относительно велики, а объемы добычи не достигнут пика до 2020 года. В предстоящие 10 лет экспорт газа из Туркменистана будет играть существенную роль не только на постсоветском пространстве (в Украине, России) и в Китае, но и в снабжении стран Европы, поскольку он может составить конкуренцию постоянно дорожающему российскому газу4. Экспортные возможности Казахстана за этот период несколько ослабнут, поскольку республика предполагает отказаться от импорта российского газа.

Одно из главных препятствий к полному использованию потенциала Каспийского региона — слабость инфраструктуры, сдерживающая экспорт. По оценкам, для создания в регионе всей инфраструктуры, необходимой для добычи и транспортировки нефти и газа, нужно инвестировать приблизительно 200 млрд долл. В то же время страны Каспийского региона вынуждены конкурировать между собой за прямые иностранные инвестиции (ПИИ). А для инвесторов благоприятный инвестиционный климат — и в стране инвестирования, и в транзитных странах — не менее важен, чем технические и геологические условия. В настоящее время лучшие условия зарубежным инвесторам предлагают Азербайджан и Казахстан.

В 1999 году ПИИ в энергетический сектор новых независимых государств Южного Кавказа и Центральной Азии составили 5 млрд долл., а по контрактам, подписанным на перспективу, должны превысить 60 млрд долл. Только Казахстан в 2004 году получил в виде ПИИ 8,4 млрд долл. Однако эксперты предупреждают, что для мелких инвесторов капиталовложения в страны региона со столь высокими политическими рисками и угрозами для безопасности могут быть весьма ненадежным бизнесом5.

Хотя потенциальная прибыль для иностранных инвесторов в регионе высока, столь же высоки и барьеры для успешных капиталовложений. Таких барьеров множество: от дефицита информации о местных компаниях и неэффективности государственной бюрократии в сочетании с неясно очерченными сферами компетенции административных органов до неразрешенных споров о собственности на нефтяные месторождения, расположенные на Каспийском шельфе или на отдаленных автономных территориях. Дополнительные проблемы возникают из-за слабости инфраструктуры транспорта и связи, вопиющей непоследовательности в политике властей, а также обусловливаются политической нестабильностью и этническими конфликтами.

Большинство зарубежных фирм действует сразу на нескольких месторождениях.В 1999 году в добыче нефти лидировал "Шеврон" (он добывал 88 тыс. барр. в день), за ним следовали "Эксон-Мобил" (68 тыс. барр. в день), "ЛУКойл" (64 тыс. барр. в день),"Бритиш петролеум" (33 тыс. барр. в день) и ряд других ("Аджип", "Бритиш гэс", "Статойл"). В добыче газа лидировал "Аджип", за ним шли "Бритиш гэс", "Шеврон" и "ЛУКойл"6.

Нефте- и газопроводы

Система нефте- и газопроводов в регионе, за исключением Ирана, с самого начала предназначалась для обслуживания потребностей централизованного Советского Союза. Это означало, что главную роль играли маршруты в европейскую часть страны. После распада СССР трубопроводы из Каспийского региона стали пересекать территории ряда независимых государств, прежде всего России, и до недавнего времени страны Каспия не имели прямого выхода во внешний мир. Это историческое наследие сохраняется по сей день, и избавляются от него постепенно.

Самая большая проблема, с которой сталкиваются в регионе зарубежные инвесторы, — отсутствие необходимой инфраструктуры экспортных трубопроводов, позволяющих доставлять углеводороды на мировые рынки. Таким образом, строительство новых трубопроводов — задача номер один.

Главные нефтяные экспортные маршруты сегодня следующие.

  •   Нефтепровод Атырау — Самара. Эта магистраль, протяженностью 690 км, построена свыше 30 лет назад. В Самаре она соединяется ссетью нефтепроводов "Дружба". Ее пропускная способность — 10,3 млн т в год, ныне нефтепровод реконструируют, чтобы довести его пропускную способность до 15,4 млн т в год.
  •   Трубопровод Тенгиз — Новороссийск (протяженность 1 900 км) в свое время построен Каспийским трубопроводным консорциумом. Стоимость строительства на первой стадии проекта (в 2001 г.) составила 2,4 млрд долл., пропускная способность — 28 млн т в год. На второй стадии реализации проекта она, по плану, достигнет 66 млн т.
  •   Нефтепровод Баку — Тбилиси — Джейхан, который лоббировали Соединенные Штаты, поскольку эта трасса не проходит ни по российской, ни по иранской территории. Ее протяженность — 1 764 км, пропускная способность — 50 млн т в год (может быть увеличена до 85 млн т). Стоимость строительства составила 3,6 млрд долл. Нефтепровод сдан в эксплуатацию в конце мая 2005 года, осенью того же года на Средиземном море начали заполнять нефтью танкеры.
  •   Проектируемый нефтепровод Казахстан — Китай протяженностью около 3 000 км и пропускной способностью примерно 20—40 млн т в год. Предварительное соглашение было заключено в 1997 году, но в дальнейшем работы приостановили. Вместо этого приступили к строительству новой трассы из Казахстана в Западный Китай. Этот трубопровод протяженностью 960 км и первоначальной пропускной способностью 10 млн т в декабре 2005 года соединил месторождение Кумколь, расположенное в центральном Казахстане, с ажиотажным китайским рынком7.
  •   Транскаспийский проект — трубопровод протяженностью 590 км. Как предполагается, он свяжет Актау на казахстанском побережье Каспия с Баку, где может соединиться с трассой Баку — Тбилиси — Джейхан. Работа над технико-экономическим обоснованием была завершена в конце 1990-х годов, но решение о начале строительства до сих пор не принято.
  • Что же касается экспорта газа из Прикаспия, то его главные направления таковы:

  •   Маршрут Средняя Азия — Центр, соединяющий Туркменистан с Россией и Европой через территории Узбекистана и Казахстана. В нем используется уже имеющаяся инфраструктура, созданная во времена Советского Союза. Его пропускная способность — 110 млрд куб. м в год. Он, в частности, обеспечил с 2002 года поставку в Украину в общей сложности до 50 млрд куб. м туркменского газа.
  •   Магистраль Туркменистан — Иран с пропускной способностью до 10 млрд куб. м в год. Сдана в эксплуатацию в декабре 1997-го. Несколько раз предлагалось увеличить ее мощность, однако потенциал данного газопровода ограничен, поскольку Тегеран — главный конкурент Ашхабада в экспорте газа.
  •   Трубопровод "Голубой поток", соединяющий южную часть России с Турцией, проложен по дну Черного моря. Поставки голубого топлива по этой магистрали (ее протяженность составляет 400 км) начались в декабре 2001 года, но реально по ней перекачивают лишь несколько миллиардов кубометров в год, хотя планировалось перекачивать 16 млрд куб. м ежегодно.
  •   Проектируемый Транскаспийский газопровод протяженностью 1 686 км, который должен соединить Туркменистан, Азербайджан, Грузию и Турцию. Предпроектные исследования по этому газопроводу (его стоимость оценивается в 3 млрд долл.) завершены, однако перспективы реализации проекта пока не ясны.
  •   Проектируемый газопровод Баку — Эрзерум, по которому газ предполагается транспортировать от азербайджанского месторождения Шах-Дениз в Турцию и далее — в Европу. Этот проект, предложенный"Бритиш петролеум", несколько раз откладывался из-за неопределенности в оценке перспектив добычи на данном месторождении и перенасыщенности турецкого рынка.
  •   Проектируемый трубопровод Туркменистан — Китай. Предусматриваемая протяженность — 8 000 км, стоимость строительства, по оценкам, — около 12 млрд долл. Пока завершены лишь предпроектные исследования, но проект был подтвержден китайско-туркменским соглашением о поставках голубого топлива, подписанным в апреле 20068.
  • Ценовой спор между Россией и Украиной и кратковременные приостановки поставок газа в зимние месяцы 2005— 2006 годов побудили Европейский союз уделять больше внимания безопасности импорта. Один из предложенных вариантов — проект"Набукко" одноименного консорциума пяти компаний из пяти стран Центральной и Юго-Восточной Европы. Предполагается построить газопровод (3 400 км) с начальной пропускной способностью 4,5 млрд куб. м в год, которая со временем может возрасти до 25—30 млрд куб. м в год. По этой магистрали газ из республик Центральной Азии, Азербайджана и Ирана планируется перекачивать в Европу. Однако реализация проекта не начнется раньше следующего десятилетия9.

    Суммарная пропускная способность всех нефтепроводов, по которым каспийская нефть доставляется в Россию, в 1998 году составляла 18,5 млн т в год, и эти магистрали уже тогда использовали почти на полную мощность. С тех пор объемы перекачиваемой нефти значительно возросли. Еще сложнее оказалась ситуация с поставками газа. Располагая фактическим контролем над экспортными трубопроводами, Москва имела возможность не допускать на прибыльные рынки газ республик Центральной Азии, способный заменить российское голубое топливо. Экспортные возможности Узбекистана и Туркменистана (особенно) ограничивались неплатежеспособностью постсоветских стран (главным образом — Украины). Азербайджан и другие страны даже импортировали газ РФ. Однако на рубеже столетий Москва и ее компания "Газпром" стали корректировать свои позиции. Причина в том, что "Газпром" хочет закупать в больших количествах туркменский и казахстанский газ, а также вновь утвердить контроль над энергетической инфраструктурой Южного Кавказа и Центральной Азии.

    С 2010 года государства ЦА (вместе с Азербайджаном) намерены ежегодно экспортировать около 120 млн т нефти и 80 млрд куб. м газа. Пропускная способность ныне работающих трубопроводов недостаточна для перекачки нефти и газа в таких объемах. В связи с этим во второй половине 1990-х годов началось строительство новых трубопроводов и реконструкция действующих. Трассы большинства из них проходят через территории, подверженные кризисам, или пролегают в опасной близости от таких мест, что создает угрозу для безопасности этих магистралей. Другие возможные маршруты проходят через территорию Ирана, их использование сдерживают санкции со стороны США и общий политический курс Вашингтона по отношению к Тегерану. С другой стороны, Соединенные Штаты пытаются диверсифицировать экспортные маршруты из Центральной Азии, чтобы уменьшить зависимость стран этого региона от РФ.

    Каспийская нефть способна успешно конкурировать с российской нефтью, так как ее качество выше (в российской высокое содержание серы), а добыча обходится дешевле. Нефтеперерабатывающие заводы Германии, Чехии и других стран проявляют большую заинтересованность в такой нефти. Наряду с государствами Европы потенциальным рынком центральноазиатских энергоресурсов в среднесрочной, а также и в долгосрочной перспективе может стать Китай, который уже участвует в добыче нефти в Казахстане. Строительство нового внутрикитайского нефтепровода, соединяющего Северо-западный Китай с Шанхаем, поможет связать Центральную Азию с рынком КНР. В июле 2002 года было подписано соответствующее соглашение о строительстве трубопровода длиной 4 000 км и стоимостью 20 млрд долл. с консорциумом во главе с"Ройал Датч Шелл"10.

    Крупнейшими потребителями газа из Азербайджана и республик Центральной Азии, вероятно, останутся постсоветские страны (Узбекистан, Украина). Немалую роль на этом рынке неизбежно будет играть и Россия. Перспективы наращивания объемов экспорта ее голубого топлива в Западную Европу (они могут дойти до 200 млрд куб. м в год) еще не вполне ясны. Поставки туркменского газа в РФ могли бы освободить ее собственный газ для экспорта в Европу. Однако в среднесрочной перспективе весьма многообещающе выглядят возможности поставок из этой республики ЦА в Западный Китай, что продемонстрировало соглашение о строительстве газопровода и поставках энергоресурсов, подписанное Ашхабадом и Пекином в 2006 году. Газ из Азербайджана будет поступать в Грузию, а в долгосрочной перспективе, возможно, и в Европу. К числу его покупателей могут также присоединиться другие соседние страны, особенно Турция, даже при том, что подобному развитию событий могут воспрепятствовать политические соображения. В случае Турции особенно сильной будет конкуренция российского газа11.

    Интересам РФ больше всего соответствует нынешняя система нефте- и газопроводов. Почти все страны Центральной Азии с известным недоверием относятся к намерениям России в целом, особенно в сфере энергоресурсов. Кроме того, в последние годы двусторонние отношения осложнялись множеством споров и конфликтов. Поэтому с начала 1990-х годов операторы каспийских нефтяных месторождений ищут альтернативные транспортные маршруты, которые позволят республикам ЦА ослабить зависимость от России. Но хотя рассматривались различные варианты, пока ни один проект не реализован. Главная причина — сложная обстановка с безопасностью в регионе. К тому же предпроектные работы требуют больших затрат времени и денег. Освоению трубопроводных маршрутов из Центральной Азии и Каспийского бассейна мешает и наличие в зоне пролегания возможных трасс очагов серьезных конфликтов. Свою роль играют и проблемы охраны окружающей среды12.

    Внутриполитическая нестабильность, проблемы с безопасностью и постоянная напряженность в отношениях между Пакистаном и Индией (как и ситуация в Афганистане) не позволяют считать юго-восточное направление разумным выбором для альтернативных трубопроводных маршрутов. То же относится и к проектам трубопроводов, проходящих по территории Ирана, поскольку Вашингтон уже неоднократно продлевал санкции против Тегерана. Маршруты, ведущие из Западного Казахстана или Туркменистана в Китай, не сопряжены с особыми рисками для безопасности, однако расстояния между месторождениями нефти и газа Каспийского бассейна и рынками Восточного или Юго-восточного Китая, Кореи и Японии слишком велики. Но, похоже, власти КНР все же решительно настроены на то, чтобы реализовать эту альтернативу13.

    Среди маршрутов, проходящих по территории России, главным является трубопровод, построенный Каспийским трубопроводным консорциумом, объединившим ряд компаний Казахстана, США, России и других стран. По этой магистрали нефть с прикаспийского месторождения Тенгиз перекачивают в российский порт Новороссийск. Однако затем ее приходится перевозить на танкерах по перегруженным Черноморским проливам. Трубопровод Одесса — Броды обеспечит казахстанской нефти альтернативный маршрут через территорию Украины и далее — от г. Броды по нефтепроводу "Дружба" в Центральную Европу, хотя в настоящее время по трубопроводу Одесса — Броды компания "ТНК-БП" перекачивает небольшое количество нефти в реверсном режиме. Обсуждается возможность продлить эту магистраль до Гданьска (Польша), что позволит доставлять нефть из Центральной Азии практически всей Европе. Трубопровод Одесса — Броды — часть евразийского маршрута транспортировки нефти. Этот международный проект облегчит доставку в Европу каспийской нефти в обход России14.

    Нефтепровод Баку — Тбилиси — Джейхан связывает Азербайджан (через территорию Грузии) с турецким портом Джейхан на Средиземном море. Он построен консорциумом, возглавляемым компанией "Бритиш петролеум", для его сооружения пришлось решить ряд серьезных технических проблем. Однако экономическая целесообразность магистрали остается под вопросом, к тому же есть угрозы ущерба окружающей среде. По трубопроводу должна транспортироваться азербайджанская, возможно, также казахстанская и российская нефть (добываемая "ЛУКойлом" и "ТНК-БП").

    Наряду с этим Казахстан стремится уменьшить свою зависимость от поставок российской нефти в восточные области республики и с этой целью планирует построить внутренний нефтепровод, соединяющий западную часть страны с восточной. Это позволило бы Астане отказаться от дорогостоящих обменов нефтью с Москвой, из-за которых часть казахстанской нефти приходится экспортировать в Россию. Вместе с тем Казахстан вел переговоры с Турцией и Ираном о строительстве трубопроводов, которые должны были связать его с Европой. Но эти планы натолкнулись на сопротивление США. Белый дом пытается убедить президента РК Нурсултана Назарбаева использовать для экспорта казахстанской нефти магистраль Баку — Тбилиси — Джейхан15.

    Что касается весьма ограниченного набора маршрутов экспорта газа, то лишь Ашхабад сегодня располагает некоторым выбором. Тегеран продолжает утверждать, что в свое время Вашингтон оказывал давление на ныне покойного президента Туркменистана С. Ниязова, чтобы заставить его направлять экспорт республик в западном направлении — не через Иран, а через Азербайджан и Грузию, хотя первый и предлагает намного более низкие тарифы за транзит. Самым важным из предлагаемых Туркменистану альтернативных вариантов оказался проект Транскаспийского трубопровода, ведущий в Турцию по территории Южного Кавказа, откуда впоследствии туркменский газ можно перекачивать в Европу. Планы по газопроводу Иран — Турция — Европа уже "сверстаны", но политические проблемы не позволяют приступить к их реализации. Однако трубопровод длиной 144 км, соединяющий месторождения западного Туркменистана с северным Ираном, был сооружен еще в 1997 году. Рассматриваются и маршруты в Пакистан (по территории Афганистана), но эти возможности в настоящий момент остаются чисто теоретическими.

    Самые большие объемы своего газа Туркменистан экспортирует по российским трубопроводам в Украину и собственно в Россию, поскольку "Газпром" весьмазаинтересован в долгосрочных поставках голубого топлива Ашхабада. В долгосрочной перспективе (по крайней мере на ближайшие 10 лет) необходимо учитывать зависимость Туркменистана и других республик Центральной Азии от российских газопроводов, даже при том, что, как мы уже отмечали, Ашхабад и Пекин заключили соглашение об экспорте газа в КНР.

    Узбекистан рассматривал планы строительства ряда новых газопроводов. Однако, согласно оценкам, в среднесрочной перспективе республика превратится в нетто-импортера газа. Только открытие новых газовых месторождений могло бы вселить надежды на будущий экспорт.

    Энергетическая политика и стратегия в Каспийском регионе

    Казахстан

    Казахстан — самая большая по территории страна в ряду новых независимых государств Каспийского региона и вторая по численности населения республика Центральной Азии. В настоящее время добыча нефти в РК сконцентрирована на трех основных месторождениях: Тенгиз (консорциум во главе с "Шеврон Тексако"), Карачаганак ("Бритиш гэс") и Кашаган ("Аджип"). Ни одно государство региона, за исключением Азербайджана, не предоставляет зарубежным инвесторам таких благоприятных условий, какие обеспечивала РК в первые годы своей независимости. Они включали подготовку и утверждение соответствующих законов, формулировку независимой национальной энергетической стратегии, даже устранение бюрократических и других барьеров. Глава государства Н. Назарбаев лично контролировал ход важных переговоров. Из доходов от экспорта нефти и зарубежных инвестиций финансируются его проекты, отдающие гигантоманией, в том числе строительство Астаны — новой, с иголочки, столицы страны. В последние несколько лет экономический рост в республике составлял в среднем 9% в год, главным образом благодаря увеличивающимся объемам добычи нефти и высоким мировым ценам на нее16.

    Обычным делом стало создание совместных предприятий бывшей государственной компании"КазахОйл" с западными фирмами. Самые большие многонациональные компании, вроде "Шеврона", вкладывали средства в такие месторождения, как Тенгиз, — по объемам запасов (2,4—2,9 млрд т нефти) оно занимает первое место в стране. Совместное предприятие "Тенгизшевройл", в котором РК принадлежат 20%, американским компаниям "Шеврон" и "Эксон-Мобил" — 50% и 25% соответственно, российскому "Лукарко" — 5%, ежегодно добывает на этих залежах 12 млн т нефти17. Другой консорциум финансировал строительство нефтепровода в Новороссийск — российский порт на Черном море. В 2002 году основана корпорация "КазМунайГаз", которая распоряжается принадлежащим государству акционерным капиталом в новых проектах.

    В последние годы правительство пыталось пересмотреть ряд контрактов с нефтяными компаниями, чтобы обеспечить рост доходов государственного бюджета. Оно предпочитает действовать в рамках межправительственных соглашений, а не объявлять международные тендеры на разведку и разработку отдельных блоков. Таким образом, иностранные нефтяные компании оказываются перед дилеммой: потенциал богатых нефтяных месторождений велик, но растет и давление со стороны государства18.

    Азербайджан

    Ситуация в Азербайджане, традиционно нефтедобывающей республике региона, уже анализировалась достаточно подробно19. Проблемой для страны является тот факт, что разведочное бурение в ее секторе Каспийского моря часто давало нулевые результаты или позволяло обнаруживать лишь газоносные поля20. Кажется, единственная надежда для страны — контракт (срок его действия — 30 лет) сконсорциумом АМОК по месторождениям нефти Азери, Чираг и Гюнешли, подписанный в 1994 году и тогда же получивший название "контракт века". Крупнейшим акционером выступает "Бритиш петролеум". Первую нефть добыли в 1997 году, но переломным стал 2005-й. Тогда вступил в эксплуатацию трубопровод Баку — Тбилиси — Джейхан, оператором которого является консорциум во главе с той же "Бритиш петролеум". Чтобы заполнить нефтепровод, АМОК начал увеличивать добычу — с 130 тыс. баррелей в день в конце 2004 года до нынешних 220 тыс. баррелей, что, по оценкам, может подстегнуть рост добычи в 2007 году до 754 тыс. баррелей в день. На 2008 год поставлена цель довести добычу до 1 млн баррелей в день. На этом пиковом уровне объем добычи стабилизируется, после чего в начале следующего десятилетия ожидается снижение — до 800 тыс. баррелей в день, в конце же десятилетия добыча, как ожидают, упадет до 250 тыс. баррелей в день21.

    При нынешнем нефтяном буме Азербайджану необходимы новые нефтяные месторождения. Однако перспективы здесь не слишком радужны, поскольку при разведочном бурении на многих скважинах нефти не выявлено, в связи с чем реализацию ряда проектов пришлось приостановить. При этом основные надежды возлагаются на северную часть азербайджанского сектора Каспийского моря, где разведочные скважины бурит российская компания"ЛУКойл", а также на районы, примыкающие к иранской и туркменской границам национального сектора. Но в обоих случаях принадлежность соответствующих районов Баку оспаривается. Открыть нефтеносные поля для бурения могло бы лишь соглашение о совместной добыче, составленное по образцу российско-казахстанского соглашения. Отсутствие подобного документа и малая вероятность его подписания в ближайшей перспективе приводят к выводу, что объемы добычи и экспорта нефти, обеспечивающие соответствующий приток финансовых ресурсов, будут целиком зависеть от положения дел на трех упомянутых выше месторождениях.

    В долгосрочной перспективе добыча нефти могла бы дополниться разработкой залежей голубого топлива, поскольку в ходе разведочного бурения вместо нефти несколько раз обнаруживали газ, особенно часто — на месторождении Шах-Дениз.

    Туркменистан

    Туркменистан — ведущий производитель и экспортер газа, по объемам запасов которого он занимает восьмое место в мире, а на постсоветском пространстве — второе, уступая только России. Дальнейшее геологическое изучение территории, вероятно, еще повысит эти оценки. Свыше 50% газа республика добывает в газоносном районе Довлетабад, на востоке страны. Главное препятствие к увеличению объемов добычи — географическая изоляция государства. Не приходится рассчитывать на бум добычи, пока нет надежных маршрутов транспортировки газа на европейский, турецкий, даже китайский рынок. В этом отношении в предстоящие годы Ашхабад будет зависеть от благосклонности Москвы.

    Аналогичная ситуация складывается и в отношении добычи нефти, хотя после падения производства в начале 1990-х годов Туркменистан ныне добывает лишь немногим более 7 млн т нефти в год. Изоляционистский курс, взятый в свое время президентом страны С. Ниязовым, а также сочетание ряда экономических и политических факторов, не позволяют западным и российским компаниям действовать в стране активнее. До сих пор Туркменистан в небольших объемах экспортировал газ в Иран и — в связи с отсутствием альтернативных вариантов — в Украину, которая, как предполагается, между 2002 и 2006 годами получила 250 млрд куб. м туркменского газа, хотя до сих пор остается практически неплатежеспособной. Соглашение между Москвой и Ашхабадом предусматривает, что с 2009 года "Газпром" будет постепенно увеличивать закупки туркменского газа до 80 млрд куб. м в год (в 2006-м объем закупок уже достиг 30 млрд куб. м). При таких объемах экспорта в Россию вряд ли Туркменистан сможет поддерживать свои поставки в Украину на нынешнем уровне. К тому же С. Ниязов обещал с 2009 года поставлять в Китай еще 30 млрд куб. м в год. В соответствии с китайско-туркменским соглашением от 2006 года этот газ пойдет по новому трубопроводу, а обеим сторонам необходимо организовать совместные геологические исследования и разведочное бурение в бассейне Амударьи22. Однако, по всей видимости, в конечном счете масштабы реализации соглашения окажутся намного скромнее.

    Узбекистан

    Узбекистан расположен в географической сердцевине Центральной Азии и служит основным узлом в ее энергетической и транспортной инфраструктуре. С начала 1990-х годов добыча нефти (7,5 млн т в 2000 г.) в республике удвоилась, что позволило ей освободиться от импорта нефти для производства электроэнергии. Сегодня страна даже экспортирует нефть, правда в небольших количествах.Контролируемая государством компания "Узбекнефтегаз" занимается разведкой и разработкой новых месторождений и добычей остаточной нефти на разрабатываемых и истощенных месторождениях.

    Иран

    Иран настаивает на равной 20%-й доле акватории Каспийского моря для всех прибрежных государств, что вызывает серьезные возражения у его соседей23. В 2003 году Россия, Казахстан и Азербайджан выработали единый подход к решению этой проблемы и подписали соответствующие документы. Если принятые ими принципы делимитации границ признает и Туркменистан, то на долю Ирана реально придется лишь 13% акватории моря. И все же, несмотря на эти конфликты, Иран проявляет прагматизм и продолжает наращивать объемы добычи нефти на своих месторождениях. Его цель — к 2010 году увеличить эти показатели с недавнего уровня в 110 тыс. баррелей в день до 1,6 млн баррелей в день.

    Россия

    Нефтеносные районы в российском секторе Каспийского моря остаются в значительной степени нетронутыми, так как основные интересы нефтяных компаний РФ сосредоточены в других регионах. Однако в 1990-х годах Москва активно отстаивала свою позицию в дипломатических и юридических спорах о правах на месторождения Каспия. С первых дней своего правления президент страны В. Путин стал проявлять больший интерес к их разработке. Несколько соглашений с Казахстаном и (позже) с Азербайджаном открыли путь к дальнейшему росту добычи, поскольку формализовали процедуры делимитации границ по дну Каспийского моря и позволили создавать совместные предприятия.

    Важным аспектом энергетической стратегии администрации В. Путина стала мощная поддержка российских компаний, стремящихся восстановить свои позиции и влияние на Южном Кавказе и в Центральной Азии (особенно). Наряду с уже упомянутой выше договоренностью с Туркменистаном"Газпром" подписал соглашения о сотрудничестве в газовом секторе с Таджикистаном и Кыргызстаном, предусматривающие организацию геологоразведки территорий, возможную добычу газа и его закупки "Газпромом". Такое же соглашение подписано и с Казахстаном24.

    Через два года, в ноябре 2005-го,"Газпром" подписал соглашение с компанией "КазМунайГаз" о закупке в течение пяти лет всего газа РК, экспортируемого в Россию по трубопроводу Бухара — Урал. Соглашение затрагивает также транзит газа с месторождений Туркменистана и Узбекистана. А в сентябре того же года "Газпром" подписал другой контракт с узбекской компанией "Узтрансгаз", фактически предоставивший ему права на все мощности узбекских транзитных газопроводов, по которым экспортируется газ из Узбекистана и Туркменистана (особенно)25. Поддержка Владимиром Путиным режима президента Узбекистана Ислама Каримова во время волнений в Андижане в 2005 году имела прямые экономические последствия. Как часть стратегического партнерства между Москвой и Ташкентом был подписан контракт с российской компанией "ЛУКойл" относительно разведки и прав на добычу голубого топлива в Хивинской и Бухарской областях.

    Цель"Газпрома" очевиднаполучить максимальный контроль над добычей газа на Каспии и над его экспортом в Европу. Направление газовых потоков в Россию — часть этой стратегии, поскольку поставки голубого топлива из республик Центральной Азии освободили бы больше российского голубого топлива для экспорта в Европу. Это ослабило бы давление на "Газпром" с целью заставить его открыть для зарубежного бизнеса доступ к большей доле мощностей по добыче и транспортировке газа в самой России. По мнению некоторых экспертов, в ближайшее время эта цель может быть достигнута благодаря ряду соглашений с Казахстаном, Узбекистаном и ранее подписанному контракту с Туркменистаном. Этим стратегическим подходом обусловлено весьма активное возражение России против строительства газопровода по дну Каспийского моря, поскольку данная магистраль, проект которой поддерживают США, соединила бы месторождения стран Центральной Азии с Азербайджаном и позволила бы в дальнейшем перекачивать газ на европейские рынки через территорию Грузии и Турции26.

    В настоящее время нет признаков того, что в ближайшем будущем что-то сможет серьезно поколебать позиции России как фактического монополиста в транспортировке голубого топлива из Центральной Азии и важной транзитной страны для центральноазиатской нефти. В предстоящие годы правительствам государств региона и компаниям, действующим в их энергетическом секторе, необходимо преодолеть множество препятствий, чтобы увеличить объемы добычи энергоресурсов и обеспечить их безопасную доставку на региональные и мировые рынки, что невозможно без зарубежных инвестиций. В то же время капиталовложения в добычу и транспортировку нефти и газа способны значительно увеличить доходы республик ЦА, содействовать поступлению инвестиций, развитию других секторов экономики. Это позволит государствам региона обеспечить свою финансовую независимость. Однако для решения этих задач руководители данных республик должны создать благоприятный инвестиционный климат, который включает формирование необходимой законодательной и административной среды, дееспособные государственные учреждения, а также персонал с достаточным уровнем образования и профессиональной подготовки. Поэтому необходимо провести еще немало реформ.

    Выводы

    1. Добыча энергоресурсов, особенно нефти, в регионе Большого Каспия сопряжена с множеством политических, а также экономических рисков и угроз, связанных с безопасностью, однако представляет большой интерес для международных компаний, инвестирующих в этих целях значительные средства. Регион станет новым поставщиком энергоресурсов, но, скорее всего, масштабы производства будут не настолько велики, чтобы повлиять на мировой уровень цен.

    2. Главные препятствия в развитии добычи нефти и газа в регионе — слабость инфраструктуры и непрекращающиеся споры о статусе Каспийского моря.

    3. Главным производителем нефти в регионе по-прежнему считается Азербайджан. Однако добыча нефти на его месторождениях в ближайшем будущем достигнет своего пика, и нефтяной бум там продлится относительно короткий период времени. В этом плане у Казахстана больше возможностей, но страна демонстрирует все более жесткий подход к международным нефтяным компаниям.

    4. За исключением Туркменистана, где будущее развитие неразрывно связано с природным газом, перспективы добычи и экспорта этого сырья в регионе остаются весьма неясными, поскольку центр тяжести зарубежных инвестиций явно приходится на нефтяной сектор.


    1См.:Smith R. Politics, Production Levels to Determine Caspian Area Energy Export Options // Oil and Gas Journal, 28 May 2001, Vol. 99, No. 22. P. 33—38.к тексту
    2См.: Ibid., p. 37; Caspian Oil and Gas: 1999 Update. Paris: IEA, 1999. P. 3; Caspian Energy Resources. Implications for the Arab Gulf. Abu Dhabi: The Emirates Center for Strategic Studies and Research, 2000. P. 133.к тексту
    3См.: Alexander’s Gas & Oil Connections, 23 March 2006 [http://www.gasnadoil.com/goc/nawes/ntc61245.htm].к тексту
    4См.:WoolenI.Central Asian Gas Crucial to Future Russian Gas Supply // Oil and Gas Journal, 13 August 2001, Vol. 99, No. 33. P. 61—65.к тексту
    5[5]См.:McCutcheon H., Osbon R.Coming to Terms with Risk in Caspian Region // Oil and Gas Journal, 21 August 2000, Vol. 98, No. 34. P. 54; Caspian Oil and Gas. The Supply Potential of Central Asia and Transcaucasia. Paris: IEA, 1998. P. 35; Caspian Oil and Gas: 1999 Update. P. 6;Adams T. Caspian Oil Realities // Briefing Paper RIIA, September 2001, No. 23. P. 5; Alexander’s Gas & Oil Connections, 10 May 2005 [http://www.gasandoil.com/goc/news/ntc51936.htm].к тексту
    6См.:McCutcheonH., Osbon R.Risk Management Financing Availability Key to Winning in Caspian Region // Oil and Gas Journal, 24 July 2000, Vol. 98, No. 30. P. 39, 42. Относительно отдельных контрактов и проектов см.:Rybář J. Kavkaz, Rusko a "nová velká hra" o kaspickou ropu. Praha: Eurolex Bohemia, 2005. P. 60—62, 67—69;Neff A. Caspian Nations Pursuit Oil Exports at Greatly Varying Paces // Oil and Gas Journal, 13 June 2005, Vol. 106, No. 22. P. 36.к тексту
    7См.:Dorian J.P. Oil, Gas in FSU Central Asia, Northwestern China // Oil and Gas Journal, 10 September 2001, Vol. 99, No. 37. P. 21;Wolowska H. Caspian Oil and Gas: the Facts at the End of the Year 2000 // Prace OSW/CES Studies, 2001, No. 1. P. 49;Smith R. Op. cit. P. 38; Trend, 24 June 2005, No. 21. P. 19;Roberts J.Caspian Oil and Gas. How Far Have We Come and Where are We Going? В кн.: Oil, Transition and Security in Central Asia / Ed. by Sally N. Cummings. London — New York: RoutledgeCurzon, 2003. P. 153—154.к тексту
    8См.:Dorian J.P. Op. cit. P. 26;Wolowska H. Op. cit. P. 49—50;Smith R. Op. cit. P. 38.к тексту
    9См.: Alexander’s Gas & Oil Connections, 17 August 2005 [http://gasandoil.com/goc/news/ntc53362.htm].к тексту
    10См.: Hospodářské noviny, 8 July 2002.к тексту
    11См.: Caspian Oil and Gas. The Supply Potential of Central Asia and Transcaucasia. P. 92—93;Shenoy B., Gulen G., Foss M.M. Caspian Oil Export Choices Clouded by Geopolitics, Project Economics // Oil and Gas Journal, April 1999, Vol. 97, No. 16. P. 29—35; Kaspická ropa a Slovensko // Trend, 18 June 2001, No. 29. P. 8—9.к тексту
    12См.:ClarkM. The Bosporus Bottleneck // Petroleum Economist, June 2004, Vol. 71, No. 6. P. 28—29.к тексту
    13См.: Caspian Oil and Gas. The Supply Potential of Central Asia and Transcaucasia. P. 133—144; The Politics of Caspian Oil / Ed. by B. Gökay. Houndmill: Palgrave Macmillan, 2001. P. 121—125; The New Economy of Oil. Impact on Business. Geopolitics and Society / Ed. by J. Mitchell. London: Earthscan Publications, 2001. P. 131—138. Относительно обсуждения потенциальных трубопроводов также см.:Olcott M.B. Pipelines and Pipe Dreams: Energy Development and Caspian Society // Journal of International Affairs, Fall 1999, Vol. 53, No. 1. P. 305—323;Miles C. The Caspian Pipeline Debate Continues: Why not Iran // Journal of International Affairs, Fall 1999, Vol. 53, No. 1. P. 325—346.к тексту
    14См.: Trend, 12 June 2002, No. 24. P. 6.к тексту
    15См.: Alexander’s Gas & Oil Connections, 6 July 2005 [http://www.gasandoil.com/goc/news/ntc52755.htm].к тексту
    16См.:GorstI.Papa Knows Best // Petroleum Economist, January 2006, Vol. 73, No. 1. P. 4.к тексту
    17См.: Oil and Gas Journal, 5 April 2001 [http://ogj.pennet.com/news].к тексту
    18См.:GorstI.Op. cit. P. 5.к тексту
    19См.:Wanner J.Kaspické energetické suroviny a jejich význam pro střední Evropu. В кн.:Litera B.,Hirman K., Vykoukal J., Wanner J.Ruské produktovody a střední Evropa. Praha: Eurolex Bohemia, 2003. P. 47—80;Rybář J. Op. cit. P. 52—62.к тексту
    20См.:WatsonN.J.To Boldly Go // Petroleum Economist, October 2005, Vol. 72, No. 10. P. 21—22.к тексту
    21См.:Neff A. Op. cit. P. 35—36.к тексту
    22См.:Łoskot-Strachota A., Jarosiewicz A. Gazociągowe plany Chin w Azji Centralnej, Komentarze OSW [http://www.osw.waw.pl/publ/koment/2006/04/060412.htm].к тексту
    23Относительно споров о статусе Каспийского моря см.:Croissant C.M., Croissant M.P.The Legal Status of the Caspian Sea: Conflict and Compromise. В кн.: Oil and Geopolitics in the Caspian Sea Region / Ed. by M.P. Croissant, B. Aras. Westport: Praeger, 1999. P. 21—42 (см. также:Hirman K.Kaspické more stále čaká na svoj štátus // Trend, 18 July 2001, No. 29. P. 9.к тексту
    24См.:Siekierzyński J. Gazprom uzyska monopol na rynku dostaw gazu z Azji Centralnej do Evropy. Komentarze OSW [http://www.osw.waw.pl/publ/koment/2005/11/051124b.htm].к тексту
    25См.: Там же.к тексту
    26См.: Alexander’s Gas & Oil Connections, 5 April 2006 [http://www.gasandoil.com/goc/news/ntr61472.htm].к тексту

    SCImago Journal & Country Rank
    Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL