Гусейн ГУСЕЙНОВ


Гусейн Гусейнов, кандидат политических наук, Второй секретарь Представительства Азербайджанской Республики при Европейском Союзе (Баку, Азербайджан).


ОПЫТ РАЗРЕШЕНИЯ ЭТНОСЕПАРАТИСТСКИХ ПРОТИВОСТОЯНИЙ В ЕВРОПЕ И ЕГО ВОЗМОЖНОЕ ПРИМЕНЕНИЕ В УРЕГУЛИРОВАНИИ АРМЯНО-АЗЕРБАЙДЖАНСКОГО НАГОРНО-КАРАБАХСКОГО КОНФЛИКТА

РЕЗЮМЕ

В современные политические процессы с угрожающей быстротой "вписались" такие факторы, как международный терроризм, распространение оружия массового уничтожения, прогрессирующий национализм и все настойчивее заявляющий о себе этнический сепаратизм.

Этносепаратизм на Южном Кавказе — локальное проявление глобальной битвы за новый передел мирового рынка. Анализ перспектив развития региона неминуемо затрагивает вопросы урегулирования существующих там этносепаратистских противостояний, ключевое место среди которых занимает армяно-азербайджанский нагорно-карабахский конфликт. В этом плане внесение ясности в ответ на вопрос о том, как международный опыт урегулирования этносепаратистских конфликтов можно применить в разрешении данного противостояния, представляет несомненный интерес.

Этносепаратистская проблема не может служить поводом для расчленения страны. Решение ее должно основываться прежде всего на неукоснительном соблюдении территориальной целостности государств, сохранении и поощрении самобытности проживающего на его территории нацменьшинства.

Введение

Распад ряда полиэтнических государств, высокий деструктивный потенциал дезинтеграции народов, долгое время проживавших в рамках единой государственности, дают основания считать, что этнический сепаратизм выходит за границы не только национальной, но и региональной безопасности, приобретая все более глобальный характер. По оценкам специалистов, проблема этнического сепаратизма — одна из главных. В ее разрешение мировое сообщество неминуемо будет вовлечено в первые десятилетия XXI века.

Как правило, этнический экстремизм обостряется в периоды социально-экономической нестабильности, сопровождающиеся социальной дифференциацией граждан, ожесточенной борьбой за власть и растущим уровнем преступности. Мощная питательная среда для этносепаратизма — разжигание национальной розни внешними экстремистскими структурами в горячих точках планеты.

В процессе урегулирования этносепаратистских кризисов мировое сообщество применяло различные меры — от дипломатических до силовых; от односторонней поддержки одной из конфликтующих сторон до интернационализации конфликта, используя при этом международных наблюдателей и миротворческие силы ООН. В ряде случаев были найдены положительные решения и конфликты удалось локализовать. Однако все более очевидно и другое: мировое сообщество сегодня не имеет действенных инструментов — правовых норм и механизмов их реализации, — при применении которых разрешение этносепаратистских конфликтов стало бы управляемым и сопровождалось системой санкций к нарушителям.

Хотя феномен этносепаратизма на Южном Кавказе имеет определенное сходство с аналогичными движениями в других частях мира, но порожден специфическими причинами. В данном регионе он — локальное проявление глобальной битвы за новый передел мирового рынка. Из этого следует, что борьба за политический и экономический контроль над Южным Кавказом — один из определяющих факторов современной ситуации. В таком контексте несомненна актуальность вопроса о том, как международный опыт урегулирования этносепаратистских противостояний можно соотнести с проблемами разрешения конфликта между Арменией и Азербайджаном.

Этнический сепаратизм в Европе

Аландские острова

Первым основным прецедентом в урегулировании территориальных споров стал вопрос о статусе Аландских островов — территорий, в 1920-х годах оспариваемых Швецией и Финляндией. После обретения государственной независимости (1917 г.) Финляндия столкнулась с проблемой шведоязычного населения, компактно проживающего на этих островах, исторически и административно находящихся в финляндской сфере интересов и более 100 лет составляющих часть Великого княжества Финляндского.

Международный экспертный комитет Лиги Наций, рассматривавший данную проблему, подтвердил суверенитет Финляндии над островами и в итоговом документе зафиксировал: "Международное право не признает право национальных групп как таковых на отделение от государства, частью которого они являются, посредством простого выражения такого намерения... Вообще говоря, предоставление или отказ в праве части населения определить свою политическую судьбу плебисцитом или каким-либо другим методом является исключительным атрибутом суверенитета каждого государства... Предоставить меньшинствам, либо языковым, либо религиозным, или любой части населения право на выход из общества, к которому они принадлежат, из-за их желания или добрых намерений означало бы разрушение порядка и стабильности внутри государства и поощрение анархии в международной жизни; это означало бы поддержание теории, несовместимой с самой идеей Государства, как территориальной и политической целостности"1.

Таким образом, согласно решению Лиги Наций, население Аландских островов в конечном счете получило автономный статус, аландцы обрели то, что хотели, возможно, даже больше, чем если бы они присоединились к Швеции: четко определенный статус от самой высокой на то время инстанции (Лиги Наций); автономию, вместо того чтобы стать еще одной шведской провинцией с применением к ее жителям шведских законов. Население Аландских островов, сохранившее свою культуру, экономически выиграло от того, что оно осталось в составе Финляндии.

Вероятно, этнические армяне Нагорного Карабаха (НК) могли бы достичь того же, что и этнические шведы в составе Финляндии, если бы пожелали остаться в составе Азербайджана.

Балканы

Как известно, за последние столетия самым беспокойным регионом Европы остаются Балканы, исторически именуемые "пороховой бочкой континента". Из имевших место в этом регионе методов разрешения конфликтов примечательна политика Хорватии в отношении сербских сепаратистов. Воспользовавшись тем, что бывшая югославская армия оказалась под сербским контролем, краинские сербы заявили о своем отделении от Хорватии, в дальнейшем нанесли хорватам военное поражение и выдворили их с этой территории. Бывший президент Хорватии Ф. Туджман, трезво оценив ситуацию, согласился на прекращение огня и ввод разделительных сил миротворческого контингента ООН. Затем, опираясь на прямую поддержку Германии и скрытую — США, он сумел вооружить и переформировать хорватскую армию. Через некоторое время Ф. Туджман предложил краинским сербам экономическую, политико-административную и культурную автономию. Однако самонадеянные сербы, уверенные в своем военном превосходстве, отклонили эти предложения. Тогда Туджман задействовал свои вооруженные силы и разгромил (при молчаливом согласии Запада) краинских сепаратистов.

Выступая на одном из брифингов, проведенных в Центре стратегических и международных исследований в Вашингтоне, министр иностранных дел Армении В. Осканян провел аналогию между событиями в Косове и в Нагорном Карабахе. В частности, он сказал, что армяне НК так же, как албанцы в Югославии, подверглись этнической чистке, а Армения проделала работу НАТО по предотвращению этнической чистки армян НК2.

Если подойти к сравнению проблем Косова и НК не столь непредвзято, то прежде всего следует отметить, что в Нагорном Карабахе этнической чистке подверглось не армянское, а все коренное азербайджанское население области, насильственно изгнанное с мест своего проживания. Армянские сепаратисты НК при непосредственном участии Армении и иных внешних сил захватили (наряду с территорией бывшей НКАО Азербайджана) семь близлежащих крупных административных районов Азербайджана и изгнали с мест постоянного проживания около 1 млн азербайджанцев. Таким образом, следуя элементарной логике, армянское население Нагорного Карабаха не могло быть объектом этнической чистки со стороны азербайджанцев. Массовые расстрелы мирных жителей в населенных пунктах Малыбейли, Гушчулар, ходжалинский геноцид — наглядный ответ на вопрос, кто на самом деле стал в НК жертвой этнических чисток.

Вследствие армянской агрессии против Азербайджана и этнических чисток азербайджанцев как в Армении, так и в самом Азербайджане, фактически возник самый острый на всем европейском пространстве гуманитарный кризис. Именно поэтому, четко осознавая содеянное в период военной операции НАТО в Югославии весной 1999 года, в Армении прошли массовые выступления против действий Североатлантического альянса. В числе наиболее часто используемых армянским населением транспарантов и лозунгов были следующие: "Нет бомбардировкам Белграда", "После Белграда — Степанакерт".

В то время как Азербайджан всегда был готов предоставить армянам НК самую высокую степень самоуправления, официальный Белград отказывался предоставить албанскому населению края Косово аналогичный статус. Тем не менее сегодня международное сообщество признает Косово в качестве составной части Сербии, о чем свидетельствуют соответствующие резолюции Совета Безопасности ООН и решения других международных организаций. В отличие от ситуации с Черногорией Сербия выступает против выхода края из своего состава. В первом случае (с Черногорией) официальный Белград согласился признать результаты референдума, проведенного в Черногории по ее выходу из состава общего государства Сербии и Черногории. Иными словами, данное отделение произошло с согласия Сербии, которая в соглашении об образовании Сербии и Черногории изначально допустила наличие положения о возможности отделения последней в случае соответствующего волеизъявления ее народа.

За исключением положения дел на Балканах этнополитическая ситуация в Европе оценивается как сравнительно устоявшаяся. Однако этнический сепаратизм на континенте все же проявляется.

Западная Европа

Среди основных очагов этносепаратизма в Западной Европе можно выделить Каталонию (Испания), остров Корсика (Франция) и Северную Ирландию (Великобритания).

Каталония

Баски, крупный по европейским меркам народ (около 1 млн чел.), населяющий горы и предгорья Пиренеев по обе стороны испано-французской границы, заслуженно считаются главными возмутителями спокойствия в Европе. Уже почти 50 лет баскские сепаратисты из группировки ЭТА (Эускади Та Ас-катасуна, что можно перевести как Отечество и свобода) пытаются при помощи террора добиться от испанских и французских властей признания независимости своей родины.

Баски — уникальный этнос, говорящий на языке, который не имеет ничего общего с другими европейскими языками. Территория басков была полностью подчинена Испанией в XIV—XV веках. Этот народ никогда не отличался преданностью испанской короне и верностью испанским законам. Идея независимого государства вызревала в умах басков очень долго. С конца XIX века в Стране Басков начало формироваться национально-освободительное движение, требующее автономии в составе Испании, а в 1931 году баски получили автономию из рук республиканского правительства. Однако после прихода к власти в Испании франкистов эту автономию ликвидировали, а язык эускеро запретили использовать не только в официальных учреждениях, но и в личном общении. Такая политика вызвала обоснованное возмущение басков. С тех пор прочного мира в Стране Басков не было.

Террористическая группировка ЭТА возникла, как мы уже отмечали, в конце 1950-х — начале 1960-х годов, когда основные силы партизанского движения басков были разгромлены войсками Франко. Боевики специализировались на терроре, что отнюдь не мешало им заниматься и банальными грабежами. Похищения с целью выкупа, вымогательство денег на нужды революции, в том числе у предпринимателей-басков, были не менее важным направлением деятельности ЭТА, чем борьба с диктаторским режимом.

Построенный на терроре бизнес группировки оказался достаточно прибыльным. По крайней мере, когда баскам вернули автономию (1979 г.), ЭТА не успокоилась. Отныне целью своей деятельности она объявила борьбу с испанскими властями за создание независимого государства. Восстановление автономии внесло в жизнь группировки лишь одно существенное изменение: ЭТА обзавелась политическим крылом — партией "Ери Батасуна" (Народное единство), которая могла участвовать в выборах и представлять интересы террористов в парламенте Страны Басков. Власти Испании вели себя по отношению к ЭТА последовательно, ни при каких условиях не вступали с ней в переговоры, но и не пытались ограничить автономию Страны Басков.

В 1998 году ЭТА объявила о полном и бессрочном прекращении террористической деятельности. В ответ власти страны провели с боевиками конфиденциальные переговоры в Цюрихе и освободили ряд активистов организации. Однако через 14 месяцев сепаратисты нарушили перемирие. По одной из версий, причиной тому стало усиление радикального крыла в руководстве ЭТА.

Наиболее жесткой политической мерой правительства по отношению к сепаратистам стал запрет деятельности партии "Батасуна" (август 2003 г.).

22 марта 2006 года ЭТА заявила о постоянном прекращении огня и желании начать мирный диалог с Мадридом. В июле того же года состоялись первые официальные мирные переговоры между представителями правящей партии Испании и запрещенной партией "Батасуна". Главная их цель — мирное урегулирование баскской проблемы, нерешенность которой в течение последних 38 лет стоила жизни свыше 850 человек. На первом этапе от лидеров "Батасуны" ожидали официального порицания терроризма и отказа от насильственных методов борьбы. В результате состоявшихся переговоров партия впервые публично осудила насилие как средство достижения политических целей.

Разумеется, предлагая в качестве разменной монеты официальное признание "Батасуны", в Мадриде прекрасно осознавали, что легализация и последующее подключение партии к политическому процессу развяжут ей руки, чтобы законным путем добиваться проведения референдума об определении жителями Страны Басков своего будущего. Поэтому в качестве упреждающего удара руководство государства неоднократно давало понять, что максимум, который позволят Стране Басков, — более широкая автономия, но никак не независимость.

Примечательно, что, по данным последних опросов, от 75% до 80% испанцев верят, что путем переговоров с басками можно достичь мира3.

Корсика

Другая горячая точка современной Западной Европы — остров Корсика, площадью 8,7 тыс. кв. км. Его население, составляющее приблизительно 300 тыс. человек, говорящее на одном из диалектов итальянского, уже несколько десятилетий добивается независимости от Франции.

Корсика — один из самых отсталых районов Европейского союза. При этом корсиканцы и в XXI веке сумели сохранить крайне архаичные формы общественного устройства. Остров вошел в состав Франции в XVIII веке. Однако органичной частью французских владений Корсика так и не стала, центральная власть всегда была здесь довольно условной.

Требования корсиканцев о предоставлении автономии острову Париж долго оставлял без внимания. Законодательство Франции вообще не предусматривает существования в стране каких-либо национальностей, кроме французов, что в практическом плане означает, в частности, запрет на изучение родного языка в школах.

Крупнейшая на острове террористическая организация, выступающая под сепаратистскими лозунгами, "Фронт национального освобождения Корсики", была создана в 1976 году. Счет ее жертв, главным образом представителей французских властей, идет на тысячи. Кроме "Фронта национального освобождения Корсики", на острове действуют еще около 20 террористических организаций. Подготовка терактов поставлена буквально на поток: ежегодно происходят десятки взрывов. Власти пока бессильны в борьбе с террором. Недавние уступки сепаратистам — предоставление Корсике автономии — не привели к желаемым результатам, боевики даже стали требовать большего.

Следует отметить, что за последние 25 лет статус Корсики уже дважды пересматривали. Так, в 1982 году острову предоставили особый статус, согласно которому местные органы самоуправления получили полномочия в решении вопросов сельского хозяйства, энергетики, жилищного строительства, транспорта, образования и культуры. А в 1990-м Корсика была выделена в особую административно-территориальную единицу с расширенными полномочиями выборных органов местного самоуправления.

В недавнем прошлом Национальное собрание Франции провело серию парламентских дебатов о будущем Корсики. Выдвинув законопроект, правительство заявило, что он поможет установлению гражданского мира на острове. Однако часть депутатов, не согласившись с этой точкой зрения, отметила, что в процессе предоставления прав и полномочий местным органам управления Кабинет министров зашел слишком далеко. Позиции политических сил страны по корсиканскому вопросу достаточно полярны.

Корсика действительно остается одной из самых трудных проблем страны. Теракты на острове носят регулярный характер — от взрывов в общественных местах до громких политических убийств.

Поднимая вопрос о расширении полномочий властей острова, в правительстве надеются таким образом "выйти из круга насилия". Судя по всему, руководство страны полагает, что выбить почву из-под ног террористов будет легче, лишив их лозунгов защиты национальной самобытности и прав корсиканцев.

С точки зрения одних наблюдателей, проект по острову отвечает "современному взгляду на демократию" и является "наименьшим злом" по сравнению с продолжающимися беспорядками. Другие эксперты, напротив, полагают, что своими действиями правительство поощрило сепаратистов, выдав им "премию" за насилие.

И все же, как показывают опросы, 46% французов не верят, что предложенные меры восстановят мир на острове, 61% респондентов выступают против передачи законодательных полномочий корсиканцам, а 66% — возражают против обязательного преподавания корсиканского языка в начальной школе4.

Северная Ирландия

Из всех перечисленных выше этносепаратистских конфликтов наиболее известен в Европе ирландский. Но сегодня он уже не считается острым (каким был, по крайней мере, в 1970-х гг.) и, в сущности, близится к своему разрешению, особенно если вспомнить о многовековой истории страны. Пример Ирландии (а также Северной Ирландии) и опыт разрешения подобных конфликтов, накопленный в этом регионе, могли бы служить уроком для стран, где подобные проблемы возникли недавно.

Следует отметить, что остров Ирландия — самостоятельное государство (точнее — конгломерат государственных образований, некая федерация с номинальной центральной властью), которое существовало еще в начале нашей эры.

В XII веке началось англо-норманнское вторжение на эту территорию. В тот же период Папа римский объявил Генриха II, короля Англии, также королем Ирландии. На протяжении следующих 200 лет здесь протекала в общем успешная ассимиляция ирландцами англо-норманнских пришельцев. Однако в XVI веке Генрих VIII решил восстановить на тот момент носившую номинальный характер власть Англии над островом.

Когда же Генрих VIII порвал все связи с Ватиканом, чем положил начало англиканской церкви — английской версии протестантизма, к национальному противостоянию добавилось и религиозное. Католичество в Ирландии стали всячески притеснять, а затем искоренять.

Необходимо отметить, что в Ирландии всегда были очень сильны позиции церкви, в частности, и потому, что христианство здесь никогда не насаждали сверху и почти не боролись с местной языческой культурой. Не следует забывать и о том, что Ирландия была второй после Рима христианской (католической) страной Европы, в силу чего подчиниться и перейти в протестантство было абсолютно неприемлемым для всего населения. Очевидно, что мирным путем такой процесс развиваться не мог. Последовали века английского владычества, полные восстаний, сопротивления и повальной эмиграции.

Во время Первой мировой войны ирландцы попытались использовать затруднения Великобритании — вспыхнуло ирландское восстание. Ирландская республиканская армия (ИРА) начала активные боевые действия против английских войск и полиции. В 1921 году противоборствующие стороны подписали мирный договор, по которому Ирландия получила статус доминиона, а в 1949-м она была провозглашена независимой республикой и вышла из состава Британского содружества.

В то время как Южная Ирландия обрела полную политическую независимость, значительная часть провинции Ольстер (Северная Ирландия) осталась под английским господством. Ольстер — историческая область Ирландии, включающая в себя 9 графств, 3 из которых ныне принадлежат Ирландии, 6 — Великобритании.

Население Северной Ирландии (1,5 млн чел.) — в основном протестанты, не считающие себя ирландцами. К тому же у них есть некие проблемы с самоидентификацией: они определяют себя как ольстерцы, лоялисты, унионисты, реже — англо-ирландцы. Такое положение дел отражает последствия заселения Ирландии англичанами и шотландцами в XVII веке. Эта кампания проводилась в рамках английской политики колонизации: землю отбирали у ее ирландских владельцев и передавали английским и шотландским поселенцам.

Различия в вероисповедании имеют не только религиозное, но и социальное значение. Протестанты и католики образуют две общины, каждая со своим жизненным укладом, возможностями получить образование и работу, часто со своим районом проживания.

В связи с хитроумной избирательной системой, благоприятствующей протестантам, католики, имеющие очень мало представителей как в парламенте, так и в муниципалитетах, почти 50 лет были к тому же жертвами дискриминационных мер в сферах трудоустройства, жилищной политики, а также в системе общего образования. Школы в Ирландии делятся по религиозному принципу. Как правило, протестантские имеют лучшее (частное) финансирование, отсюда и более высокий уровень образования; католические же финансируются только на муниципальном уровне. В связи с этим выпускники последних получают образование такого качества, что до 1970—1980-х годов для них были практически закрыты колледжи и университеты. Отсюда и дискриминация в сфере трудоустройства, и более низкий уровень жизни.

Данная ситуация была полностью спровоцирована неспособностью британского правительства даже подумать о пересмотре положения Северной Ирландии. На протяжении 400 лет своей истории Великобритания не вела ни с кем переговоров о возможной дезинтеграции государства.

В 1960-х годах в Северной Ирландии возникло множество террористических и полутеррористических структур, при этом протестантские зачастую были не менее, а то и более агрессивны, чем католические. Для выхода из критического положения, сложившегося из-за резкого накала насилия и террора, Лондон предложил ряд реформ по улучшению социально-политического положения жителей провинции. В связи с этим за последние десятилетия в обеих общинах (как в протестантской, так и в католической) происходили важные изменения (правда, весьма медленно). Другими словами, имел место процесс своеобразного "окультуривания" экстремистских течений, придающего им социально осмысленный характер и в принципе открывающего возможности для сотрудничества и поиска компромисса с противоположной стороной конфликта. В течение десятилетий формировались важнейшие предпосылки для мирного процесса — изыскания методов прекращения противоборства и решения проблем государственного устройства Северной Ирландии путем переговоров всех политических партий и групп при участии правительств Великобритании и Ирландской Республики.

В апреле 1998 года переговоры между правительством и партиями Северной Ирландии приводят к достижению исторического Соглашения "Страстной пятницы": Северная Ирландия оставалась частью Великобритании, а Ирландская Республика отказывалась от территориальных претензий в регионе. В дополнение к этому было решено создать Североирландскую ассамблею с определенными правами самоуправления и некоторые общеирландские органы власти. Были запланированы выборы североирландского парламента, формирование министерского совета Север — Юг для развития сотрудничества между Белфастом и Дублином, а также британо-ирландского совета.

В июле 2002 года Ирландская республиканская армия официально попросила прощения за гибель и увечья, нанесенные мирным людям во всех проведенных ею операциях, а 28 июля 2005-го группировка официально объявила о полном и окончательном прекращении вооруженной борьбы, длившейся свыше 30 лет.

История противостояния в Северной Ирландии может служить примером тому, что любые конфликты такого рода необходимо решать лишь цивилизованными (мирными) методами. Если даже в данном конфликте, осложненном многовековой историей взаимоотношений Англии и Ирландии, при нетерпимой позиции, занятой Лондоном в отношении сепаратизма и терроризма (Великобритания ни при каких условиях не ведет переговоры с сепаратистами) и иных проявлений ирландских протестов, в конце концов предпочтение было отдано мирному политико-культурному поиску решений, то такое возможно в любом конфликте подобного рода.

Заключение

Обобщая результаты анализа причин этносепаратизма и роли международного сообщества в его разрешении, можно отметить следующие направления усилий, которые необходимо предпринять для предотвращения возникновения этнических конфликтов:

  • активизация и углубление глобального и регионального (особенно) сотрудничества, объединение усилий государств в борьбе с этносепаратизмом;
  • создание международной и национальной правовой базы как эффективного средства нейтрализации этого явления;
  • определение и признание четких критериев того, когда целесообразно применять силу для ликвидации таких конфликтов, опираясь при этом на международное право;
  • формирование региональных антитеррористических центров, привлечение вооруженных сил и других органов для борьбы с этносепаратизмом и экстремизмом;
  • оздоровление социально-экономической ситуации в странах и регионах, являющихся основными источниками этноконфликтов;
  • моделирование различных сценариев возникновения и развития этноконфликтов, своевременное принятие оперативных мер по их нейтрализации на глобальном и региональном уровнях.
  • Только при этих условиях можно обеспечить целостность и суверенитет государств, соблюдение их национальных интересов в XXI веке, который, судя по всему, отнюдь не обещает стать "эрой милосердия".

    Очевидно, что разрешение этносепаратистской проблемы не должно служить расчленению единства страны, а основываться в первую очередь на восстановлении и неукоснительном соблюдении территориальной целостности государств, сохранении и поощрении самобытности проживающего на его территории меньшинства. Решением проблем последнего не может и не должно быть создание для каждой этнической группы своего собственного "очищенного" государства или полугосударства. Важным условием недопущения этой угрозы должно стать не расчленение государств, а их укрепление, а также усиление влияния международных институтов в повсеместной защите и поощрении прав человека.

    Все конфликты разворачиваются не только в пространстве, но и во времени. Именно оно придает изменениям, даже осуществленным насильственным образом, легитимный характер. Мировое сообщество стремится сохранить установившийся статус-кво и редко поддерживает попытки проигравшей стороны добиться восстановления собственных попранных прав ценой новой войны. Нельзя приучать мир к тому, что Азербайджан может обходиться без оккупированных территорий, на которых к тому же не осталось населения, способного своей непримиримой борьбой привлекать внимание мировой общественности. Необходимо выработать долговременную стратегию, предусматривающую укрепление Вооруженных сил, восстановление хозяйственной деятельности, развитие экономических и политических связей. Азербайджан должен стать демократически сильным государством с эффективно развивающейся экономикой.

    Самосохранение государства как определенной культурно-исторической общности жизненно важно для него. С геополитической точки зрения эта задача приобретает особый смысл. Поскольку территория является имманентной частью государства, то самосохранение — прежде всего защита данной территории, иными словами — сохранение территориальной целостности государства. Без этого не может быть и речи о политической и экономической независимости. Если в отношениях с внешним миром какая-либо страна отдает приоритет другим факторам: идейно-нравственным, эмоциональным и т.п., — то рано или поздно она терпит поражение и оказывается в зависимости от других, более сильных государств.


    1 Цит. по: Курбанов Э. Международное право о самоопределении и конфликт в Нагорном Карабахе. В кн.: Материалы конференции "Этнополитические конфликты в Закавказье: их истоки и пути решения". Мериленд (США) [http://www.geocities.com/Capitol Hill/Senate/5521/self-determination.htm]; Report of the International Committee of Jurists entrusted by the Council of the League of Nations with the task of giving an advisory opinion upon the legal aspects of the Aaland question, League of Nations Off. J., Special Supp. No. 3, October 1920. к тексту
    2 См.: Oskanian V. Foreign Policy of Armenia [http://www.csis.org]. к тексту
    3 См.: Михаилов З. Баски долой [http://www.dialogs.org.ua]. к тексту
    4 Текущий архив Министерства иностранных дел Азербайджана. к тексту

    SCImago Journal & Country Rank
    Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL