Керим ШУКЮРОВ


Керим Шукуров, доктор исторических наук, доцент кафедры истории Азербайджана (для гуманитарных факультетов) Бакинского государственного университета (Баку, Азербайджан).


К ВОПРОСУ ОБ АВТОНОМИЗАЦИИ НАГОРНОГО КАРАБАХА: УРОКИ ИСТОРИИ

РЕЗЮМЕ

В статье рассматривается процесс автономизации Нагорного Карабаха (1920—1923 гг.), по-новому интерпретируются факты и документы, предпринимается попытка восстановить объективную картину исторических событий. Автономизация Нагорного Карабаха не была естественным историческим процессом, она — результат продолжения старой имперской политики со стороны нового "Центра", то есть Центрального Комитета Российской Коммунистической партии (большевиков) и Кавказского бюро РКП(б). Именно с осуществлением этой политики было связано ущемление прав азербайджанцев, проживавших не только в Нагорном Карабахе, но и в других регионах Кавказа: Армении, Грузии и Дагестане. На основе исторического опыта в статье доказывается, что насильственно навязанная Азербайджану автономизация Нагорного Карабаха в дальнейшем стала основой для трансформации данного региона в очаг этнического экстремизма и сепаратизма.

Введение

Политическая практика свидетельствует, что в решении конфликтных вопросов современности использование исторического опыта имеет неоценимое значение. В этом плане не является исключением и армяно-азербайджанский нагорно-карабахский конфликт. Автономизация Нагорного Карабаха, проведенная в чисто советско-большевистском стиле, — составная часть всей истории этого конфликта. Именно поэтому всестороннее исследование вопроса автономизации Нагорного Карабаха представляется сегодня крайне актуальным.

Следует также отметить, что история рассматриваемого нами вопроса полностью фальсифицирована армянскими историками. Так, в соответствующей справке по проблемам Нагорного Карабаха их представители пишут: "Закономерно возникает вопрос: почему автономная область была образована спустя два года после решения Кавбюро? Дело в том, что шовинистическое руководство (?) Азербайджана под различными предлогами (?) не намеревалось реализовать даже такое, противоречащее воле и чаяниям армян решение проблемы (?) Нагорного Карабаха. Лишь благодаря настойчивости (!) руководителей Закфедерации оно было реализовано"1. Авторы справки забывают, что в тот период руководителем Азербайджана был С. Киров, которого очень трудно обвинить в "азербайджанском шовинизме". А о каких "предлогах" идет речь — об этом в справке авторы намеренно не пишут. Или другой пример: "Армянская автономная область (?) была образована декретом ЦИК Азербайджана…"2. Ни в одном официальном документе не отмечено, что эта территория называется Армянская автономная область, и т.д. К сожалению, надо признать, что и азербайджанские историки не до конца смогли раскрыть суть автономизации Нагорного Карабаха, ту негативную роль, которую она сыграла в современной истории Азербайджана.

Таким образом, возникает необходимость в новом, объективно-взвешенном изучении вопроса. С этой целью автор данной статьи ставит несколько задач. Во-первых, рассмотреть исторические аспекты переселения армян на территорию Азербайджана, в том числе в Карабах. Во-вторых, проанализировать сущность и ход самой "автономизации" Нагорного Карабаха в 1920—1923 годах, ставшей впоследствии институциональной основой для развертывания армяно-азербайджанского конфликта в регионе. В-третьих, извлечь уроки из истории "автономизации" для более адекватного осознания современных реалий карабахского конфликта, предложить свое видение путей его урегулирования.

Переселение армян в Азербайджан — историко-политическая предпосылка автономизации

Карабах, в том числе его нагорная часть, всегда был неотъемлемой частью Азербайджана и во все периоды исторического развития находился в его составе. При этом армяне в Азербайджане и, естественно, в Нагорном Карабахе, не являлись автохтонным населением. В истории переселения армян в Азербайджан особенно выделяется период царствования Петра I (1672—1725 гг.). Именно с того времени вопрос о переселении армян стал одним из приоритетных направлений политики России на Кавказе, в частности в Азербайджане. В высочайшей грамоте армянскому народу от 10 ноября 1724 года Петр I писал: "Объявляем вам… чрез отправленных от вас попа Антония и Кевха Челебии ваше покорнейшее доношение получили, и от оных пространное изустно донесено о желании вашем, дабы Мы вас с домами и фамилиями вашими в высокую Нашу Императорскую протекцию приняли и для жилища и свободного вашего впредь пребывания в новополученных Наших персидских (азербайджанских. — К.Ш.) провинциях, по Каспийскому морю лежащих, удобные места отвести повелели ... и потребные указы от Себя послали к управителем Нашим тех новополученных персидцих провинцей, дабы они вас как в Гиляне, в Мизендроне, так и в Баку и в другия удобныя места, когда кто из вас туда прибудет, не токмо приняли, но и для жития и поселения удобныя места отвели и в протчем во всякой милости и охранении содержали"3.

Суть этой политики состояла в том, что Россия хотела создать для себя этноконфессиональную и военно-стратегическую опору в лице армян. Политику Петра I в дальнейшем продолжила Екатерина II (1762—1796 гг.). Эту свою роль армяне-переселенцы полностью выполнили во время завоевательных войн России на Кавказе в XIX веке. После заключения Туркманчайского (1828 г.) и Адрианопольского (1829 г.) договоров начался новый этап в переселении армян на вновь завоеванные Россией территории. Известный русский писатель и дипломат А.С. Грибоедов, публицист С. Глинка и др. составили особые записки, опубликовали материалы о переселении армян в Азербайджан4.

В своей "Записке об армянах" А.С. Грибоедов писал: "Также мы с ним (руководителем переселенцев. — К.Ш.) немало рассуждали о внушениях, которые должно делать мусульманам, чтобы помирить их с нынешним их отягощением, которое не будет долговременно, и искоренить из них опасение насчет того, что армяне завладеют навсегда землями, куда их на первый раз пустили. В том же смысле говорено мною и полицмейстеру, членам правления и ханам, которые у меня здесь были"5. Армянский историк Ц.П. Агаян пишет, что в 1828 году в Закавказье из Персии переселилось более 40 тыс. армян, а в 1829-м — около 90 тыс. из Турции6. Один из чиновников персидского правительства, Аскер-хан, пожелал знать, добровольно ли желают армяне переселиться. "Да! — ответили они, — лучше будем есть траву русскую, чем хлеб персидский"7.

В 1978 году в Нагорном Карабахе даже установили памятник в честь 150-летия переселения армян в Азербайджан, в том числе в Нагорный Карабах, после Туркманчайского договора 1828 года. Правда, позже, во время событий конца 1980-х годов, для сокрытия "неудобных" фактов, этот памятник умышленно разрушили.

Массовое переселение армян продолжалось и после Туркманчайского договора, в результате чего была искусственно увеличена их численность в регионе. Русский кавказовед Н. Шавров отмечал: "…из 1 300 тыс. проживающих ныне в Закавказье армян более 1 000 000 душ не принадлежит к числу коренных жителей края и поселены нами. Насколько велико число переселившихся к нам за последние 13 лет армян, видно из сопоставления следующих двух цифр: в 1896 году ген.-ад. Шереметьев в своей Всеподданнейшей записке определяет численность армян, проживающих в Закавказье, около 900 000 человек, а в 1908 году их было уже 1 300 000 душ обоего пола, т.е. за это время они увеличились не менее, как на 400 000 человек. Если исключить естественный прирост, то окажется, что мы вселили за 13 лет свыше 300 000 армян"9.

Российская империя не только переселяла армян в Азербайджан, но и создавала для них все необходимые условия для проживания. Не случайно, что на основе высочайшего указа Петра I от 10 ноября 1724 года вскоре были приняты и другие аналогичные законодательные акты, включая такой важный документ, как "Высочайшие указы местным властям в прикаспийских областях об отводе удобных земель для поселения армян и об оказании им всякого вспоможения"10 и др. А в период правления Екатерины II даже составили план, в котором предписывалось "на первый случай утвердиться в Дербенте, овладеть Шемахой и Гянджой, и тогда из Карабаха и Сигнаха, собрав достаточное число войска, можно легко овладеть Эриванью"11. Но тогда этот план выполнен не был.

Тем не менее этот курс имел продолжение, что стало отчетливо видно во время русско-иранской войны 1826—1828 годов, когда были завоеваны территории Нахчыванского и Эриванского ханств. На основе указа Николая I (1825—1855 гг.) от 21 марта 1828 года была создана Армянская область12. Она просуществовала 12 лет (ее упразднили в период административной реформы 1840 г.).

Все это свидетельствует, что создание для армян благоприятных условий во всех сферах жизни до самого конца Российской империи оставалось одним из важных направлений политики царизма. Американский историк Т. Свиетоховский писал: "…под крылом России армянское население начало развиваться значительно быстрее мусульманского (азербайджанского. — К.Ш.). Соответственно, армяне были лучше подготовлены к использованию возможностей, открывавшихся с началом роста экономики Азербайджана. На аукционе 1872 года по аренде нефтеносных участков доля, приобретенная "татарами" (т.е. азербайджанцами. — К.Ш.), составляла всего 5 %, в то время как армянским предпринимателям удалось получить почти в 10 раз больше… К 1900 году из 115 промышленных компаний, действовавших на территории Бакинской губернии, 29 % принадлежали армянам и только 18 % — татарам"13. Более того, усилив свои позиции в социально-экономической и политической жизни во всем Азербайджане, армяне в 1905 году открыто выступили против азербайджанцев14.

После установления Советской власти в России в 1917 году благоприятствующий курс в отношении армян был продолжен. Это имело своим следствием образование в ноябре того же года в Баку большевистско-дашнакской власти, апогеем деятельности которой стал осуществленный здесь в марте 1918-го акт геноцида азербайджанцев со стороны армян. Только образование Азербайджанской Демократической Республики (28 мая 1918 г.) создало условия для защиты страны от армянской экспансии. Одновременно с созданием АДР на исторической территории Западного Азербайджана была образована Республика Армения. С этого момента территориальные претензии Армении к Азербайджану приобрели уже характер государственной политики. И хотя на протяжении почти двух лет АДР смогла защитить Карабах от армянской агрессии, после установления советской власти на всем Кавказе возникла новая историческая обстановка, позволившая Советской России (с 1922 г. — СССР) навязать Азербайджану автономизацию Нагорной части Карабаха.

"Нагорный Карабах оставить в пределах Азербайджанской ССР, предоставив ему широкую областную автономию…"

По своему рельефу Карабах делится на низменную (равнинную) и верхнюю (нагорную) части. В своей статье "Карабахский кризис" А. Скибицкий писал: "Вся нагор­ная часть Карабахского ханства (1747—1822 гг. — К.Ш.) в то время называлась Нагорным Карабахом. На востоке Карабахские горные хребты, на западе земли между Зангезурскими горами, а также Карабахское плато, отделяющее верхний и низменный Карабах, входили в состав этой тер­ритории"15. В период вхождения в состав царской России территории бывшего Карабахского ханства понятие "Карабах" утратило свое перво­начальное административно-политическое значение. Однако в годы Азербайджанской Демократической Республики слову "Карабах" воз­вратили прежнее значение. Именно в то время и появляется созданное дашнаками наименование Нагорный Карабах16.

С того момента термин "Нагорный Карабах" стал приобретать не только географическое, но и полити­ческое значение. С завоеванием Северного Азербайджана большевиками (28 апреля 1920 г.) это словосочетание начали упот­реблять и в административно-политическом значе­нии, оно стало одним из основных понятий в политическом лексиконе армяно-азербайджанских отношений и вме­шивавшейся в них Советской России. В это же время произошли изменения в географическом пределе Нагорного Карабаха. Как пишет А. Скибицкий, "в 1923 году Карабахское плато получило автономию и было названо Автономная Область Нагорного Карабаха или в рамках новых границ Азербайджана коротко Нагор­ный Карабах"17.

После установления советской власти в Азербайджане (наряду с созданием Совета Народных Комиссаров — СНК Азербайджанской ССР) были назначены и чрезвычайные комиссары на местах. А.Н. Каракозов (1890—1938 гг.) стал чрезвычайным комиссаром по Нагорному Карабаху18. 30 апреля 1920 года правительство Советского Азербайджана в своей ноте правительству Республики Армения потребовало от нее вывести свои войска с территорий Зангезура и Карабаха19. В мае того же года было провоз­глашено установление Советской власти в Карабахе.

В тот период Советская Россия, продолжавшая советизацию Кавказа, предполагала осуществить разрешение имевшихся территориальных конфликтов посредством специальной комиссии. Этот вопрос был затронут в инструкции Кавказского бюро Центрального Комитета Российской Коммунисти­ческой партии (большевиков) — РКП(б) — Военно-революционному совету Кавказского фронта от 7 июля, где говорится о необходимости создания "смешанной комиссии под председательством Представителя России, причем Смешанная будет руководствоваться этническим составом населения и его волей"20. Однако следует указать, что этот принцип впоследствии не проводился в жизнь при территориальном устройстве Армении.

29 ноября 1920 года была установле­на советская власть в Армении, а уже через месяц, 28 декабря, Ревком Армении в своей декларации, отражая волеизъявление населения края, отказался от притязаний на Нахчыван21. Однако притязания на Нагор­ный Карабах оставались неизменными. Во время обсуждения вопроса о границах между Азербайджаном и Арменией вновь на повестку дня был поставлен пункт о Нагорном Карабахе. На состоявшемся 27 июня 1921 года заседании Политбюро и Оргбюро Центрального Коми­тета Азербайджанской Коммунистической партии (большевиков) — АКП(б) — был обсужден вопрос о работе комиссии в Тифлисе по оп­ределению границ между Азербайджаном и Арменией, было принято постановление из пяти пунктов. В третьем пункте зафиксировано: "3. Единственным разрешением вопроса (о Нагорном Карабахе. — К.Ш.) может быть широкое вовлече­ние армянских и мусульманских масс в дело советско­го строительства (как явствует из декларации т. На­риманова)"22. В тот же день министр иностранных дел Азербайджана М.Д. Гусейнов (1894—1938 гг.) сообщил о данном событии Кавказскому бюро ЦК РКП(б). Было принято пос­тановление о созыве чрезвычайного пленума Кавказ­ского бюро для решения данного вопроса, с пригла­шением в Тифлис Н. Нариманова и А. Мясникова (Мясникяна)23.

4 и 5 июля 1921 года в Тифлисе прошел пленум Кавказского бюро. Учитывая особое значение этого пленума, мы приводим текст выписки из протоколов его вечернего заседания от 4 июля и заседания от 5 июля24.

Окончательное решение Кавказского бюро по этому вопросу, принятое на заседании от 5 июля 1921 года, гласило: "…Нагорный Карабах оставить в пределах Азербайджанской ССР, предоставив ему широкую областную автономию…"

Декрет "Об образовании Автономной области Нагорного Карабаха": критический анализ

После принятия решения Кавказского бюро от 5 июля 1921 года руководству Азербайджана предписывалось претворять его в жизнь. В связи с этим на заседании Президиума Центрального исполнительного комитета Азербайджанской ССР [Аз.ЦИК] от 19 июля 1921 года были одобрены итоги поездки Н. Нариманова в Тифлис, а на заседании Политбюро и Оргбюро Центрального Комитета АКП(б) от 20 июля было принято решение о создании комиссии для подготовки конституции автономной области26[26].

Здесь необходимо выяснить следующее. В решении от 5 июля 1921 года о предоставлении автономии Нагорному Карабаху решающая роль отводилась АКП(б). Видимо руководствуясь данными соображениями, в июле 1921 года С. Кирова назначили первым секретарем Центрального Комитета АКП(б). Именно с того времени в руководстве Азербайджана официальная позиция относительно предоставления автономии Нагорному Карабаху изменилась, данный процесс затянулся еще на два года.

В этом плане необходимо разобраться в позиции Кирова по данном вопросу, а также в факторах, повлиявших на него. Если внимательно читать выписку из протокола заседания от 4 июля, то можно убедиться, что Киров выступил против того, чтобы нагорную часть Карабаха оставить в составе Азербайджана (5 а), и проголосовал за его передачу Армении (5 в). Киров также участвовал в заседаниях Президиума Аз. ЦИК от 19 июля, Политбюро и Оргбюро ЦК АКП(б) от 20 июля, где были приняты соответствующие решения. Однако мы видим изменения в позиции Кирова на заседании Политбюро и Оргбюро ЦК АКП(б) от 26 сентября, проходившем под его председательством. Семь человек из девяти, принимавших участие в заседании (Киров, Нариманов, Ахундов, Караев, Эфендиев, Стукалов, Мирзоян, Буниятзаде, Гусейнов), предложили обратиться в Кавбюро с просьбой пересмотреть решение о выделении Нагорного Карабаха как автономной области, и лишь два человека (Нариманов и Буниятзаде) выступили за проведение в жизнь в кратчайшие сроки решения Кавказского бюро. Была создана комиссия, которой поручили собрать соответствующие материалы по данному вопросу27. На заседании ответственных работников Карабаха от 21 октября с участием членов Оргбюро ЦК АКП(б) Буниятзаде поддержал позицию Кирова, в специальном примечании указывалось на нецелесообразность решения выделить Нагорный Карабах в автономную область28. С.М. Киров 30 июля 1922 года информировал телеграммой ЦК РКП(б): "Территория Карабаха входит в состав Азербайджана и парторганизация является частью АКП (Азербайджанской Коммунистической партии)"29.

Таким образом, именно при участии Кирова возникает новый подход в вопросе о предоставлении автономии Нагорному Карабаху. Это было не случайно: Киров понял ошибочность не только своих позиций, но и Кавбюро, которое, вместо того чтобы признать Нагорный Карабах неотъемлемой частью Азербайджана, заняло неправильную позицию, принимая решение о предоставлении ему автономии и претворении этого решения в жизнь в кратчайшие сроки.

Даже через четыре месяца после принятия декрета о предоставлении автономии Нагорному Карабаху на за­седании Президиума Центрального Комитета АКП(б) от 8 октября 1923 года под председательством С. Кирова было отмечено, что популяризация постановления среди населения, особенно тюркского (азербайджанского. — К.Ш.), об образовании Нагорно-Карабахской ав­тономной области не закончена30.

Подобный ход событий вызвал обеспокоенность в Кавказском бюро, в связи с чем нача­лось давление на Азербайджан с целью проведения в жизнь решения от 5 июля. Это осуществлялось двумя путя­ми. С одной стороны, перед руководством Азербайджана ставились требования о выполнения постановления Кавказского бюро; с другой — в Нагорный Карабах направлялись армянские кадры для "укрепле­ния" здесь руководства и ослабления позиций Азербай­джана в регионе.

Предоставление Нагорному Карабаху автономии шло параллельно с процессом образования Закавказской Федерации и СССР. Однако позиция руководства АКП(б) в вопросе об автономизации Нагорного Карабаха не изменилась. Наоборот, Закавказский Краевой Комитет РКП(б), председателем которого на сос­тоявшемся в феврале 1922 года I съезде Коммунистичес­ких организаций Закавказья избрали Г. Орджоникидзе, вновь (как и в случае принятия решения от 5 июля и его реализации) предпочел командно-административный метод. На заседании Закавказского Краевого Комитета от 27 октября 1922 года Центральному Комитету АКП(б) было предложено проводить в жизнь решения от 5 июля. Было принято решение назначить Каракозова председателем Исполнительного Комитета и команди­ровать армянина Шадунца в распоряжение АКП(б) для после­дующего направления его на ответственную работу31. В соответствии с этой установкой решением ЦК АКП(б) от 15 декабря при СНК Азербайджана были созданы Центральная Комиссия (Киров, Мирзабекян, Каракозов) и Комитет (из семи чело­век) по делам Нагорного Карабаха (этот Комитет функционировал до 24 июля 1923 г.). Несмотря на это, давление на Азербай­джан продолжалось32. 22 декабря Союзный Совет Закфедерации принимает специальное постановление об ускорении решения вопроса о предоставлении автономии Нагорному Карабаху33.

Стремление Москвы во чтобы то ни стало добиться реализации "армянской автономии" вызвало усиление армянского национализма в республике. Дошло до того, что выступавший на XII съезде (17—25 апреля 1923 г.) РКП(б) один из видных большевистских деятелей Карл Радек (1883—1939 гг.) даже заявил о наличии в Азербайджа­не армянского шовинизма34.

После образования СССР требования Закавказско­го краевого комитета по данной проблеме стали носить более жесткий характер. В мае 1923 года доклад Комитета по Нагорному Карабаху был включен в повестку дня пленума Закавказского краевого комитета35. 1 июня 1923 года на заседании Пре­зидиума Центрального Комитета АКП(б) было принято пос­тановление о декретировании автономии и представле­нии ее проекта в Центральный Комитет в трехдневный срок36. Это постановление удовлетворило Закавказский краевой комитет. На его пленуме, состоявшемся 27 июня, на основе докладов Каракозова и Шадунца было принято постановление, в котором Цен­тральному Комитету АКП(б) поручалось в месячный срок обеспечить предоставление автономного статуса Нагор­ному Карабаху37. Уже 1 июля Президиум Центрального Комитета АКП(б), обсудив Карабахский вопрос, принял постановление из шести пунктов. Азербайджанскому Центральному исполни­тельному комитету было рекомендовано принять решение о предоставлении автономии Нагорному Карабаху и создании там "Карабах­ской Автономной области" с центром в Ханкенди. Для решения вопроса об определении границ области была создана специальная комис­сия (Караев — председатель, члены: Каракозов, Свиридов, Илдрым и Буниятзаде) и т.д.38

7 июля 1923 года АзЦИК за подписью председателя М.Б. Касумова (1879—1949 гг.) и секретаря М. Ханбудагова (1893—1937 гг.) принял декрет "Об образовании Автономной области Нагорного Кара­баха"39. Декрет состоит из преамбулы, четырех пунктов и заключения, предусматривающего создание смешанной комиссии. Как видно, между постановлением Централь­ного Комитета АКП(б) и декретом есть разница, так как вместо выделения в целом низменного и нагорного Карабаха в декрете был выделен лишь Нагорный Карабах. В декрете обращает на себя внимание название автономии — Автономная область Нагорного Карабаха (АОНК), которая позже стала называться Нагорно-Карабахской автономной областью (НКАО). Дек­рет отличается довольно примитивным содержанием и не носит характера серьезного правового документа. В преамбуле нарушается историческая хронология, недостаточно обосновывается необходимость предоставления автономии Нагорному Карабаху. В первом пункте: "Образовать из армянской части (?) Нагорного Карабаха автономную область, как составную часть АССР, с центром в местечке Ханкенды" допускается грубая политико-правовая ошибка: умышленно вычленяется некая армянская часть единого Карабахского региона. Согласно третьему пункту, до созыва съезда Советов создается Временный революционный комитет. Бесспорно, подобное положение предоставляло широкие полномочия армянскому руководству области. 16 июля (через 10 дней после принятия декрета) Президиум Центрального Комитета АКП(б) постановил включить город Шуша в состав Нагорно-Карабахской автоном­ной области40. К ней применяется Положение о губернских исполни­тельных комитетах 1923 года41. Положение о Нагорно-Карабахской автономной области принимается лишь 26 ноября 1924 года42.

Таким образом, неотъемлемую часть Азербайджана — Карабах в административно-управленческом плане принудительно расчленили и переселившимся в Нагор­ный Карабах армянам предоставили автономию. Причем это решение приняли без учета мнения проживавших здесь азербайджанцев, что стало грубым нарушением их прав. Как видим, наряду с активной реализацией проекта "армянской автономии" в Азербайджане почему-то никогда не рассматривался вопрос о предоставлении автономии азербайджанскому населению, компактно проживающему в отдельных областях Армении, Грузии или России.

Касаясь положения азербайджанцев, которые проживали на территории бывшей Араратской Республики, А. Микоян в своей статье "Армянский империализм" (1919 г.) писал: "Факт наличия армянского империализма является для армянского народа удивительным и комичным, даже трагикомичным, во всяком случае, выделяетcя своей специфичностью, реакционным характером и содержанием. Ныне Армения фактически занимает территорию Эриванской губернии, мусульманское население которой чуть меньше армянского. Но это единственная территория, где армяне живут сравнительно компактно и составляют большинство населения. В результате реакционно-шовинистской политики армянского правительства мусульмане, составляющие две пятых всего населения, не только отстранены от каких либо форм участия во власти и управления страной, но и наряду с иностранцами попали в бесправное положение"43. Этот же курс был продолжен и в период советской власти в Армении: всех азербайджанцев депортировали или уничтожили во время их геноцида со стороны армян в 1948—1953 годах и в конце 1980-х — начале 1990-х годов44.

Заключение

В своем выступлении (5 мая 1924 г.) на VI съезде АКП(б) С. Киров, подводя итоги по вопросу о предоставлении автономии нагорной части Карабаха, выразил серьезные сомнения относительно правильности решения этого вопроса в таком аспекте, и эти сомнения были обоснованны. Тем не менее на съезде он выразил уверенность: "Этот вопрос мы, в конце концов, разрешили и несомненно, сделали совершенно правильное дело. Не подлежит никакому сомнению, что перерешатъ в основном этот вопрос нам не придется"45.

Однако все оказалось иначе — и армяне в дальнейшем не раз безуспешно поднимали этот вопрос. С распадом СССР "Нагорно-Карабахская формула Армении" (от предоставления автономии Нагорному Карабаху вплоть до вывода ее из подчинения Азербайджану и присоединения к Армении) мирным путем реализована не была. Экспансионистская политика Армении привела к необъявленной войне против Азербайджана, оккупации территории Нагорного Карабаха и семи азербайджанских районов вокруг этого региона.

Сегодня вопрос о статусе Нагорного Карабаха является одним из основных вопросов в решении конфликта. Прискорбно, но факты показывают, что история вновь повторяется. На сей раз уже Минская группа ОБСЕ выступает в роли не посредников, а фактически тогдашнего Центра. Азербайджану предлагают различные проекты, ущемляющие его интересы. В то же время история автономизации "по-советски" учит, что такой подход глубоко ошибочный, поскольку, согласно нормам международного права, определение статуса Нагорного Карабаха является неотъемлемой прерогативой суверенного государства — Азербайджанской Республики.

Бывший президент Азербайджана Гейдар Алиев во время обсуждения армяно-азербайджанского, нагорно-карабахского конфликта в парламенте Республики отмечал, что в результате проведенных им переговоров, предложений, представленных Минской группой, ему стало ясно одно: они хотят разрешить конфликт на условиях предоставления Нагорному Карабаху статуса, близкого к независимости, или же полностью предоставить им независимость. Это видно из всех предложений Минской группы46.

На основе вышеизложенного можно сделать следующие выводы:

— территория Карабаха, в том числе Нагорного Карабаха, является неотъемлемой частью Азербайджана;

— автономизация Нагорного Карабаха 1923 года была навязана Азербайджану насильственным путем;

— НКАО с первого дня своего создания стала очагом этнического сепаратизма и экстремизма в Азербайджане;

— "новое" выделение Нагорного Карабаха как отдельной административно-географической единицы в современных исторических условиях не даст устойчивого решения вопроса, и угроза повторения сепаратистских притязаний армян опять будет висеть над Азербайджаном как дамоклов меч;

— один из оптимальных путей решения нагорно-карабахской проблемы возможен на основе создания местного самоуправления этнически смешанных, азербайджано-армянских районов, только в таком совместном управлении можно восстановить единство низменного и нагорного Карабаха, достичь нормальных взаимоотношений между азербайджанцами и армянами в регионе;

— дальнейший уровень социально-экономического и политического развития Армении непосредственно связан с характером отношений с Азербайджаном, прежде всего с конструктивным решением нагорно-карабахского конфликта.


1 Карабахский вопрос. Истоки и сущность в документах и фактах. Степанакерт, 1991. С. 7. к тексту
2 Там же. к тексту
3 Эзов Г. Сношения Петра Великого с армянским народом. Документы. СПб, 1898. С. 392—393. к тексту
4 См.: Грибоедов А.С. Сочинения в двух томах. Т. 2. М., 1971. С. 339—341; Глинка С. Переселения армян аддербиджанских в пределы России. М., 1831. к тексту
5 Грибоедов А.С. Указ. соч. С. 340. к тексту
6 См.: Агаян Ц.П. Победа Советской власти и возрождение армянского народа. М., 1981. С. 26. к тексту
7 Там же. С. 27. к тексту
8 См.: Махмудов Я., Шукюров К. Карабаг: реальная история, факты, документы. Баку, 2007. С. 35. к тексту
9 Шавров Н. Новая угроза русскому делу в Закавказье. СПб, 1911. С. 64. к тексту
10 Эзов Г. Указ. соч. С. 394—397. к тексту
11 Собрание актов, относящихся к обозрению истории армянского народа. Ч. II. М., 1838. С. 69. к тексту
12 См.: Полное собрание законов Российской империи. Собр. вт. Т. III, 1828. СПб, 1830. С. 272—273. к тексту
13 Свиетоховский Т. Русский Азербайджан. 1905—1920 // Хазар, 1990, № 1. С. 99. к тексту
14 См.: Маевский В.Ф. Армяно-татарская смута на Кавказе, как один из фазисов армянского вопроса. Тифлис, 1915. к тексту
15 Скибицкий А. Карабахский кризис // Союз, 1991, № 7. Отд. изд. Баку, 1991. к тексту
16 См.: Шадунц С. Карабах // Бакинский рабочий, 21 декабря 1922; К истории образования Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР. 1918—1925. Документы и мате­риалы. Баку, 1989. С. 135—137. к тексту
17 Скибицкий А. Указ. соч. к тексту
18 См.: Очерки истории Коммунистической партии Азербайджана. Баку, 1963. С. 334. к тексту
19 См.: К истории образования Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР. С. 41. к тексту
20 Карабахский вопрос. С. 49—51. к тексту
21 См.: Гулиев Д. Следовать истине, а не амбициям. В сб.: Конфликт в Нагорном Карабахе. Баку, 1990. С. 48. к тексту
22 Здесь речь идет о выступлении председателя Азревкома Наримана Нариманова на торжественном заседании Бакинского совета по поводу установления советской власти в Армении от 1 декабря 1920 года. В армянской историографии сфальсифицированы основные положения этого выступления (см.: Кочарли Т. Необходимое уточнение. В сб.: Конфликт в Нагорном Карабахе. С. 32—34). к тексту
23 См.: К истории образования Нагорно-Карабах­ской автономной области Азербайджанской ССР. С. 86—90. к тексту
24 См.: Там же. С. 90–92. к тексту
25 Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович (1879—1953 гг.) — в тот период являлся народным комиссаром по делам национальностей (1917—1922); Орджоникидзе Григорий Константинович (Серго) (1886—1937 гг.); Махарадзе Филипп Иесеевич (1868—1941 гг.) — председатель Ревкома Грузии; Нариманов Нариман Кербелаи Наджаф оглы (1870—1925 гг.) — председатель СНК Азербайджана (1920—1922 гг.); Киров (Костриков) Сергей Миро­нович (1886—1934 гг.); Мясников (Мясникян) Александр Федорович (1886—1925 гг.) — председатель Ревкома Армении; Назаретян Амаяк Маркарович (1889—1937 гг.) — в 1920—1922 гг. был секретарем Кавбюро, членом Ревкома и ЦК КП(б) Грузии; Орахелашвили Иван (Мамия) Дмитриевич (1881—1937 гг.) — с марта 1921 года являлся членом Ревкома Грузии, секретарем ЦК КП(б) Грузии и председателем СНК; Фигатнер Юрий Петрович (Яков Исаакович) (1889—1937 гг.) — с марта 1921 года — секретарь Кавбюро (см: Гражданская война и военная интервенция в СССР. Энцикло­педия. М., 1983). к тексту
26 См.: К истории образования Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР. С. 94—95. к тексту
27 См.: Там же. С. 96—97. к тексту
28 См.: Там же. С. 99—101. к тексту
29 Кирилина А. Неизвестный Киров. Мифы и реальность. СПб — М., 2002. С. 90. к тексту
30 См.: К истории образования Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР. С. 191—194. к тексту
31 См.: Там же. С. 127. к тексту
32 См.: Там же. С. 132—133. к тексту
33 См.: Мартиросян Г. Образовать из армянской части Нагорного Карабаха автономную область. В кн.: Карабахский вопрос. С. 57 к тексту
34 См.: Двенадцатый съезд Российской Коммунистической партии (большевиков). Стенографический отчет. М., 1923. С. 565—568. к тексту
35 См.: К истории образования Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР. С. 148. к тексту
36 См.: Там же. к тексту
37 См.: Там же. С. 149. к тексту
38 См.: Там же. С. 149—150. к тексту
39 Там же. С. 152—153; Собрание узаконений и распоряжений рабоче-крестьянского прави­тельства АССР за 1923 г. Баку, 1923. С. 384—385. к тексту
40 См.: К истории образования Нагорно-Карабах­ской автономной области Азербайджанской ССР. С. 154—155. к тексту
41 См.: Там же. С. 165—166. к тексту
42 См.: Там же. С. 268—270; Собрание узаконений и распоряжений рабоче-крестьянского прави­тельства АССР за 1924 г. Баку, 1926. С. 333—335. к тексту
43 Цит. по: Гасанлы Дж. СССР — Турция: от нейтралитета к холодной войне. 1939—1953. Баку, 2008. С. 454. к тексту
44 См.: Файгл Э. Правда о терроре: Армянский терроризм — истоки и причины. Баку, 2000; Преступления армянских террористических и бандитских формирований против человечества (XIX—XXI вв.). Баку, 2002. к тексту
45 К истории образования Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР. С. 241. к тексту
46 См.: Газ. "Азербайджан", 24 февраля 2001 (на азерб. яз.). к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL