Николай ДЖАВАХИШВИЛИ


Николай Джавахишвили, доктор исторических наук, профессор, главный научный сотрудник отделения новой и новейшей истории Института истории и этнологии имени И. Джавахишвили (Тбилиси, Грузия).


ИЗ ИСТОРИИ ЕДИНОЙ ФИНАНСОВОЙ СИСТЕМЫ РЕСПУБЛИК ЦЕНТРАЛЬНОГО КАВКАЗА

РЕЗЮМЕ

В статье рассматриваются ключевые аспекты истории единой финансовой системы Центрального Кавказа, которая в 1918—1924 годах функционировала дважды. Она создавалась и распадалась в связи с политической обстановкой. Цель исследования — изучение ключевых вопросов истории единой финансовой системы данного региона, которые до последнего времени не становились объектом специального изучения. Исследуемый материал впервые включается в научный оборот на русском языке1.

Введение

Финансовая унификация стран Центрального Кавказа2 впервые была проведена в начале 1918 года. Этому явлению предшествовали довольно сложные политикоэкономические процессы.

С марта 1917 года, из-за событий, развивавшихся в России, в окраинных регионах бывшей империи, в том числе на Центральном Кавказе, постепенно затруднилось поступление наличных денежных знаков (особенно мелких номиналов) из Государственного банка страны. А с ноября 1917-го вообще прекратилось их поступление в регион. Для преодоления дефицита в этой сфере правительство Центрального Кавказа решило выпустить в обращение временные денежные знаки — боны.

Боны Закавказского комиссариата (1918—1919 гг.)

29 января 1918 года Закавказский комиссариат — временное правительство стран Центрального Кавказа — утвердил положение о выпуске собственных денежных знаков. В оборот были выпущены купюры бон достоинством в 1, 3, 5, 10, 50, 100 и 250 рублей, на которых центральные надписи в основном выполнены на русском языке, чтобы они были понятны для всех народов региона. Кроме того, на бонах есть надписи на грузинском, азербайджанском и армянском языках. Проект этих бон подготовил тбилисский архитектор Гавриил Тер-Микелов.

С точки зрения художественного оформления боны Закавказского комиссариата весьма оригинальны. По содержанию и внешнему виду они были синтезными, имели общезакавказский характер, поэтому в равной степени относятся к грузинской, азербайджанской и армянской бонистике. И все же на бонах больше заметен грузинский национальный элемент. Например, на них встречаются отдельные детали грузинского орнамента — плодоносная лоза с налитыми гроздьями, борджгали (один из весьма распространенных грузинских символов процветания) и др. Вместе с тем на этих бонах, за исключением рублевых и трехрублевых, изображена эмблема мира — самшитовая ветвь с сидящими по обе ее стороны голубями, рисунки и надписи четкие, хорошо читаются. Можно утверждать, что боны Закавказского комиссариата отпечатаны на высоком полиграфическом уровне.

Боны эти изготовляли в Тбилиси, в Экспедиции по печатанию денежных знаков, расположенной в здании тогдашнего Окружного штаба Кавказской армии. Их печатание в неизменном виде продолжалось и в период существования независимой Федеративной Республики Закавказья (9 апреля — 26 мая 1918 г.)3.

26 мая 1918 года Сейм принял свое последнее постановление о распаде Закавказского федеративного государства и самороспуске4. В этот же день была провозглашена независимость Грузии, а в последующие дни — Азербайджана и Армении.

Следует отметить, что председатель Национального совета Грузии, лидер грузинских социал-демократов Ноэ Жордания (с 24 июня — председатель правительства Грузинской Демократической Республики) 25 мая того же года поручил проработать пять вопросов, которые Совет должен был рассмотреть и утвердить 26 мая. Под вторым номером был внесен вопрос о финансовой системе. Предполагалось, что временно, до разработки национальной финансовой системы, останется старая система, и в этот период Азербайджан и Армения будут иметь своих представителей в финансовых учреждениях Грузии5.

Национальный Совет Грузии 26 мая единогласно принял постановление о сохранении унифицированной финансовой системы Центрального Кавказа.

Грузинское правительство, которое с 26 мая по 24 июня 1918 года возглавлял социал-демократ Ноэ Рамишвили, на второй же день после провозглашения независимости начало переговоры с правительствами Армении и Азербайджана о временном сохранении унифицированной финансовой системы6.

Следует отметить, что в Национальном Совете Грузии многие сопротивлялись идее сохранения единой денежной системы, считая, что Грузия должна создать собственную финансовую систему7. В конце концов 23 июля 1918 года Национальный Совет принял Закон об ответственности за боны Закавказского комиссариата на 300 млн рублей и новой эмиссии бон на 200 млн рублей8.

Согласно этому закону боны Закавказского комиссариата на общую сумму 300 млн рублей, выпущенные с 29 января по 26 мая 1918 года, считались долгом всех трех республик Центрального Кавказа. Однако ответственность за боны на 200 млн рублей до конкретного определения доли каждой из них по специальному договору берут на себя Грузия и Армения. Кроме того, заново напечатали боны на 200 млн рублей, из которых 120 млн пришлось на Грузию, 80 млн — на Армению9.

В конце июля представители правительств всех трех республик региона договорились, что до введения собственной денежной единицы сохранят единые боны Закавказья и будут руководствоваться следующими финансовоэкономическими положениями:

1) жестко регламентировать планомерную, целенаправленную эмиссию бон Закавказского комиссариата и импорт предметов роскоши из-за рубежа;

2) не допускать утечки капитала за рубеж;

3) ограничить оборот российских государственных кредитных билетов в Закавказье и принять меры по постепенному их изъятию из оборота;

4) в основу экспорта товаров из Закавказья заложить или ответный импорт, или передавать государству валюту, вырученную за вывезенный товар;

5) прерогативой купли-продажи зарубежной валюты должны обладать лишь государственные учреждения, а курс ее соотношения к закавказскому бону следует устанавливать по соглашению между тремя республиками10.

Сохранение в обращении бон Закавказского комиссариата и продолжение их печатания в то время, когда Закавказье как единое государство уже не существовало, обусловливалось рядом факторов, имело как положительные, так и отрицательные стороны. По сравнению с отдельными денежными единицами каждой республики у закавказских бон было множество преимуществ. Во-первых, они имели гораздо больший ареал распространения, чем денежные единицы отдельных республик. Во-вторых, люди уже свыклись с тем, что эти денежные знаки свободно обращаются по всему Закавказью, зачастую и за его пределами (в основном в Батуми, в то время оккупированном Турцией, и на Северном Кавказе), а это существенно расширяло ареал их обращения. В-третьих, закавказские боны способствовали расширению торгово-экономических связей с зарубежными странами. Например, для иностранцев, приезжающих с целью торговли, а также заинтересованных в приобретении сырья (в основном грузинского марганца, азербайджанской нефти, армянской соли и т.д.), было гораздо удобнее рассчитываться единой закавказской валютой, чем различными валютами трех стран11.

Таким образом, временное сохранение унифицированной финансовой системы обусловливалось особой необходимостью — боны должны были выполнить своеобразную функцию переходных денег для трех стран.

Следует отметить, что в то время аналогичное положение наблюдалось в Польше, Литве, Латвии, Эстонии и ряде других стран, в которых после восстановле­ния независимости до создания собственной денежной системы довольно долго в обращении находились иностранные валюты или местные боны.

Эмиссию бон Закавказского комиссариата проводили на основании специальных постановлений компетентных учреждений трех республик, которые ратифицировались их правительствами. Иногда две республики, например Грузия и Азербайджан или Грузия и Армения, подписывали специальные соглашение, к которым позже присоединялась и третья страна12.

В целом на основании межреспубликанского соглашения с июля 1918 по июль 1919 года было проведено пять эмиссий бон: 20 июля 1918-го было достигнуто соглашение об эмиссии бон на 280 млн рублей, 15 ноября — на 160 млн рублей, 12 февраля 1919 года — на 320 млн, 7 мая того же года — на 200 млн и 4 июня — на 100 млн рублей13.

Общее количество бон, выпущенных Закавказским комиссариатом, составило 1 млрд 60 млн рублей. Если к этому добавить боны на 300 млн рублей (из которых 100 млн выпустил Закавказский комиссариат, а 200 млн — независимая Закавказская Федеративная Республика), то получится 1 млрд 360 млн рублей, из них Грузии передали 540 млн руб., а Армении и Азербайджану — 820 млн14.

И если первая эмиссия прошла в обстановке понимания между республиками, то затем положение изменилось; в частности, с октября 1918 года правительство Азербайджанской Демократической Республики начало печатать собственные деньги. Со временем вопрос о сохранении унифицированной денежной системы Центрального Кавказа становился все острее.

Таким образом, несмотря на определенную пользу, которую приносило существование единой финансовой системы, это ограничивало независимость суверенных республик в денежно-кредитной сфере, поэтому и не могло долго сохраняться. В связи с этим в Национальном Совете Грузии (8 октября 1918 г. его переименовали в парламент) с каждым днем увеличивалось число сторонников печатания собственных денег, хотя бы в виде бон15.

Надеясь получить помощь от союзников, в начале декабря 1918 года правительствен­ные круги Армении решили развязать войну с Грузией. В решении территориального спора с соседним государством руководство Армении рассчитывало и на поддержку со стороны Добровольческой армии генерала А. Деникина. В 4 часа утра 7 декабря армянские войска неожиданно, без объявления войны вторглись в пределы Грузии. Но уже к концу декабря грузинские войска начали наступление по всему фронту, разгромили противника и продолжали наступление. Однако Великобритания, как со­юзница Армении, предъявила руководству Грузии ультиматум о немедленном прекращении военных действий, которые и были завершены 31 декабря. А 1 января 1919 года войска Великобритании заняли часть территории Лорийского и Борчалинского уездов, объявив эту территории Грузии нейтральной16. Несмотря на то что грузинское правительство имело возможность монополизировать право на эмиссию бон Закавказского комиссариата, оно не воспользовалось им и не стало печатать деньги для покрытия собственных военных расходов.

Чтобы изъять большую массу наличных денег, накопившихся у населения, правительство Грузии попыталось провести эмиссию облигаций Государственного внутреннего займа. 24 декабря 1918 года парламент республики принял Закон о выпуске краткосрочных 5%-х обязательств Государственного казначейства. Однако из-за пассивности населения в приобретении облигаций изъять наличные деньги не удалось17.

9—17 января 1919 года в Тбилиси состоялась конференция уполномоченных правительств Грузии и Армении, в которой приняли участие и представители командования союзников. На конференции председательствовал полковник армии Великобритании Р. Стюарт. Основная цель конференции — рассмотрение спорных вопросов между Грузией и Арменией, а также выяснение будущих отношений между ними. В одном из пунктов постановления, принятого конференцией, говорилось:

"Финансовый вопрос.

1. Армения получает боны на 80 млн, что равно сумме, полученной Грузией и Азербайджаном в отдельности, в соответствии с договором между ними от 15 ноября 1918 года.

2. Выпускается четвертая серия закавказских бон, количество которых устанавливается по взаимному согласию, о чем уведомляют миссию союзников. Эта серия будет напечатана вместе с бонами для Армении"18.

В 1919 году в парламенте Грузии увеличилось число сторонников перехода на грузинские боны. И все же по многим причинам правительство предпочло воздержаться от этого шага до лета того же года. На 34-м заседании Учредительного собрания Грузии, состоявшемся 8 июля 1919 года, член фракции социал-демократов Давид Ониашвили попытался обосновать необходимость выпуска грузинских бон. Затем в официальной газете грузинских социал-демократов была опубликована статья "Грузинские боны". В ней характеризовалась критическая ситуация, которая ускорила необходимость их выпуска19. Через несколько дней, 11 июля, на 35-м заседании Учредительного собрания был принят декрет № 101 "О выпуске бон Республики Грузия"20. Тем самым завершился первый этап функционирования унифицированной финансовой системы Закавказья.

Таким образом, единая денежная система региона просуществовала с 29 января 1918 по 11 июля 1919 года. Общие денежные знаки с 29 января по 26 мая 1918 года выпускали Закавказский комиссариат и Закавказская Федеративная Республика, а с 26 мая 1918 по 11 июля 1919-го боны печатали на основе финансового соглашения закав­казских республик, которое в основном сыграло позитивную роль в их жизни.

Боны Закавказской Советской Федеративной Социалистической Республики (1923—1924 гг.)

Второй раз унифицировать денежную систему Центрального Кавказа попытались через четыре года. Сторонники введения единой федеральной валюты считали, что этот шаг окажет плодотворное влияние на возрождение экономики Азербайджана, Грузии и Армении, а также будет способствовать повышению уровня жизни их населения21. 10 января 1923 года Союзный совет Закавказской Советской Федеративной Социалистической Республики принял декрет "О выпуске Закавказских единых денежных знаков"22.

В 1923—1924 годах были выпущены купюры бон 18 различных номиналов — от 1 000 руб. до 10 млрд руб. В частности, в 1923 году напечатали боны достоинством в 1 000, 5 000, 10 000, 25 000, 50 000, 100 000, 250 000, 500 000, 1 000 000, 5 000 000 и 10 000 000 рублей, к которым в 1924 году добавились 25-, 50-, 75-, 100- и 250-миллионные купюры, а также купюры достоинством 1 и 10 млрд рублей.

В основу закавказского федерального рубля был положен курс грузинского рубля, поскольку в то время он равнялся 100 азербайджанским и 150 армянским рублям23. Проект бон Закавказской Советской Федеративной Социалистической Республики создал грузинский художник Дмитрий Шеварднадзе.

Федеральную валюту изготавливали в Тбилиси, в уже упомянутой нами Экспедиции по печатанию денег, расположенной в здании тогдашнего Окружного штаба Кавказской армии. Боны ЗСФСР — четырехъязычные. На них имеются надписи на русском, грузинском, азербайджанском и армянском языках. На аверсе бон, выпущенных 1923 году, помещены факсимиле подписей представителей Президиума Союзного Совета ЗСФСР — Буду Мдивани (Грузия), Наримана Нариманова (Азербайджан) и Александра Мясникова (Ар­мения).

С художественной точки зрения большинство бон ЗСФСР, несмотря на незначительную трансформацию, идентичны 5000-рублевой купюре Грузинской Демократичес­кой Республики, выпущенной в 1921 году, проект которой создал вышеупомянутый Д. Шеварднадзе. На ней изображен Дворец правительства ЗСФСР (ныне Дворец молодежи, расположенный в центре Тбилиси, на проспекте Шота Руставели).

75- и 250-миллионные, а также 1- и 10-миллиардные купюры значительно отличаются от других бон ЗСФСР. Некоторые номиналы федеральных бон печатали в Москве. На них встречаются водяные знаки в форме звезды, на некоторых из них в грузинских словах допущены ошибки. На аверсе бон, выпущенных в 1924 году, имеются факсимиле подписей председателя Совета Народных Комиссаров ЗСФСР Мамии Орахелашвили (Грузия) и народного комиссара финансов Мирзы Давуда Гусейнова (Азербайджан).

Финансовая унификация не смогла оказать существенного влияния на возрождение экономики стран, входящих в Федерацию. Более того, финансовый кризис начал углубляться, инфляция переросла в гиперинфляцию, цены начали хаотически возрастать24. Например, 31 марта 1923 года 10-рублевая золотая монета царской чеканки на тбилисской валютной бирже стоила 6 млн 400 тыс. рублей ЗСФСР, английский фунт стерлингов — 3 млн 800 тыс. рублей, доллар США — 820 тыс. рублей, турецкая лира — 650 тыс. рублей25. 17 апреля на тбилисской валютной бирже цены составили: золотых 10 рублей — 11 млн рублей ЗСФСР, фунта стерлингов — 5 млн 800 тыс. рублей, доллара США — 1 млн 350 тыс. рублей, турецкой лиры — 1 млн 55 тыс. рублей26.

В конце 1923 года падение курса федеральной закавказской валюты приняло катастрофический характер и привело к гиперинфляции. Так, если 2 января 1924 года 1 червонец стоил 465 тыс. закавказских рублей, то уже 14 апреля — 125 млрд рублей27.

Следует отметить, что в то время аналогичная ситуация наблюдалась во многих странах. В этом плане выделялась Германия, где инфляция побила все рекорды. В условиях существования твердого общесоюзного червонца существование отдельной закавказской финансовой системы становилось нецелесообразным, тем более при гиперинфляции. Поэтому по рекомендации Москвы 18 февраля 1924 года Совет Народных Комиссаров ЗСФСР принял постановление "Об обязательном обращении государственных казначейских билетов СССР на территории ЗСФСР"28, исходя из которого федеральное правительство Закавказья развернуло в прессе активную пропаганду финансовой реформы29. Так, в статье "О денежной реформе", опубликованной в трех номерах газеты "Коммунист", власти разъясняли населению, что финансовая реформа преследует цель заменить обесцененные деньги Закавказской федерации твердой валютой СССР30.

Декретом от 4 апреля 1924 года по поручению руководства СССР правительство Закавказья начало денежную реформу. С 14 апреля прекратили печатать местные деньги — 125 млрд закавказских рублей обменивали на 1 червонец. Общая сумма федеральных бон ЗСФСР, находившихся в обращении, составляла 16 183 952 656 345 000 рублей. 15 июня 1924 года было принято решение прекратить обращение закавказских рублей, а 30 июня — их обмен. Впоследствии первое мероприятие перенесли на 30 июня, второе — на 31 июля. Всего было обменено местных денег, эквивалентных 1 216 188 союзным рублям. В Грузию попало 66,7% этой суммы, в Азербайджан — 28,8%, в Армению — 4,5%31.

С 1 июля 1924 года единственными деньгами, находящимися в обращении на Центральном Кавказе, стали советские рубли, которые в Азербайджане заменены в 1992 году, в Грузии и Армении — в 1993-м.

Заключение

Таким образом, единая финансовая система Центрального Кавказа функционировала дважды: в 1918—1919 и в 1923—1924 годах.

Первый этап ее существования продолжался с 29 января 1918 по 11 июля 1919 года. В годы, когда Закавказье как единое государство уже не существовало, сохранение в обращении бон Закавказского комиссариата и продолжение их печатания обусловливалось рядом факторов, имело как положительные, так и отрицательные стороны. По сравнению с отдельными денежными единицами каждой республики, у закавказских бон было много преимуществ. Однако со временем, несмотря на определенную пользу, которую приносило сохранение в регионе финансового единства, это ограничивало независимость суверенных республик в денежно-кредитной сфере, поэтому не могло сохраняться дальше. С 29 января по 26 мая 1918 года общие денежные знаки выпускали Закавказский комиссариат и Закавказская Федеративная Республика, а с 26 мая 1918 по 11 июля 1919 года боны печатали на основе финансового соглашения закавказских республик.

Второй раз унифицировать денежную систему Центрального Кавказа попытались через четыре года. Сторонники введения единой федеральной валюты считали, что этот шаг окажет плодотворное влияние на возрождение экономики Азербайджана, Грузии и Армении, а также будет способствовать повышению уровня жизни их населения. 10 января 1923 года Союзный Совет Закавказской СФСР принял декрет о выпуске единых денежных знаков.

Финансовая унификация не смогла оказать существенного влияния на возрождение экономики республик, входящих в Федерацию. Более того, финансовый кризис начал углубляться, инфляция переросла в гиперинфляцию, цены начали хаотически повышаться. Но главной причиной окончательного упразднения унифицированной финансовой системы Центрального Кавказа (наряду с обесцениванием федеральной валюты Закавказской СФСР) послужила позиция местных властей, которую диктовали из Москвы.

По поручению руководства СССР декретом от 4 апреля 1924 года правительство Закавказья начало денежную реформу. С 14 апреля прекратили печатать местные деньги. Федеральная валюта обменивалась на рубли СССР. Но в целом единая финансовая система Центрального Кавказа сыграла позитивную роль в жизни Азербайджана, Армении и Грузии.


1 См.: Джавахишвили Н. Грузинская бонистика. Тбилиси, 1996 (на груз. яз.). к тексту
2 О категории "Центральный Кавказ" см.: Исмаилов Э., Папава В. Центральный Кавказ: от геополитики к геоэкономике. Стокгольм: CA&CC Press, 2006. С. 20. к тексту
3 См.: Джавахишвили Н. Указ. соч. С. 12—17. к тексту
4 См.: Документы и материалы по внешней политике Закавказья и Грузии. Тифлис, 1919. С. 330. к тексту
5 См.: Центральный государственный исторический архив Грузии. Ф. 1836, оп. 1, д. № 49. С. 3 (на груз. яз.). к тексту
6 См.: Центральный государственный исторический архив Грузии. Ф. 1836, оп. 1, д. № 12. С. 127—128 (на груз. яз.). к тексту
7 См.: Эртоба (Единство), 21 июля 1918 (на груз. яз.). к тексту
8 См.: Сакартвелос республика (Республика Грузия), 26 июля 1918 (на груз. яз.). к тексту
9 См.: Там же. к тексту
10 См.: Джавахишвили Н. Указ. соч. С. 23. к тексту
11 См.: Канделаки К. Национальное хозяйство Грузии. Книга вторая. Париж, 1960. С. 64—67 (на груз. яз.). к тексту
12 См.: Джавахишвили Н. Указ. соч. С. 27. к тексту
13 См.: Канделаки К. Указ. соч. С. 67. к тексту
14 См.: Джавахишвили Н. Указ. соч. С. 28. к тексту
15 См.: Эртоба, 17 ноября 1918. к тексту
16 См.: Мархулия Г. Армяно-грузинская мирная конференция 1919 года и создание Лорийской не­йт­ральной зоны. Тбилиси, 2005. С. 5—6. к тексту
17 См.: Джавахишвили Н. Указ. соч. С. 31—32. к тексту
18 Сакартвелос республика, 28 января 1919. к тексту
19 См.: Эртоба, 10 июля 1919. к тексту
20 См.: Сборник правовых актов Демократической Республики Грузии (1918—1921 гг.). Тбилиси, 1990. С. 290 (на груз. яз.). к тексту
21 См.: Комунисти (Коммунист), 17 декабря 1922 (на груз. яз.). к тексту
22 См.: Трибуна, 11 января 1923 (на груз. яз.). к тексту
23 См.: Центральный государственный архив новейшей истории Грузии. Ф. 612, оп. 1, д. № 142. С. 2. к тексту
24 См.: Джавахишвили Н. Указ. соч. С. 104—106. к тексту
25 См.: Комунисти, 1 апреля 1923. к тексту
26 См.: Комунисти, 18 апреля 1923. к тексту
27 См.: Джавахишвили Н. Указ. соч. С. 107. к тексту
28 См.: Комунисти, 20 февраля 1924. к тексту
29 См.: Комунисти, 5 апреля 1924. к тексту
30 См.: Комунисти, 6—9 апреля 1924. к тексту
31 См.: Васюков А., Горшков В., Колесников В., Чистяков М. Бумажные денежные знаки России и СССР. СПб, 1993. С. 52—55. к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL