Ибрагим ГУЛИЕВ


Ибрагим Гулиев, доктор геолого-минералогических наук, профессор, академик Национальной академии наук Азербайджана, заместитель директора Института геологии Национальной академии наук Азербайджана, главный редактор журнала "Азербайджанское нефтяное хозяйство" (Баку, Азербайджан).


УГЛЕВОДОРОДНЫЕ РЕСУРСЫ КАСПИЙСКОГО РЕГИОНА В ГЛОБАЛЬНОЙ СИСТЕМЕ ЭНЕРГООБЕСПЕЧЕНИЯ

РЕЗЮМЕ

В статье на основе авторских и других экспертных оценок рассмотрено состояние углеводородной ресурсной базы Каспийского региона, показан его значительный углеводородный потенциал, сопоставимый с важнейшими нефтяными регионами мира.

Введение

События конца ХХ — начала ХХI веков свидетельствуют, что открытие одного гигантского месторождения нефти влияет на судьбу государства и его эволюцию больше, чем сумма всех других факторов. С этой точки зрения на протяжении последних 200 лет Кавказ был и остается в настоящее время в эпицентре мировых процессов. Это прежде всего связано с открытием и эксплуатацией нефтяных месторождений Апшеронского полуострова, а также в районах Грозного и Ставрополя.

На рубеже тысячелетий регион вновь оказался в центре мировой геополитики. Открытие таких гигантских месторождений, как Астраханское, Тенгиз, Кашаган, Шах-Дениз, Азери — Чираг — Гюнешли, на десятилетие определили данный регион как крупную сырьевую базу углеводородов мирового класса, со всеми вытекающими из этого последствиями. Проблемы добычи, транспортировки, переработки и сбыта нефти и газа из разряда технологических перешли в геополитическую плоскость.

Некоторые тенденции развития нефтегазовой индустрии мира

Время абсолютной гегемонии углеводородов в истории цивилизации завершается. Оптимисты заверяют, что ближайшие 30—40 лет беспокоиться не о чем, но люди, более осведомленные и, значит, более осторожные, называют 10—15 лет, не более. По данным Международного энергетического агентства, добыча нефти в мире постоянно сокращается на 580 из 800 крупных нефтяных месторождений. В последние 10 лет в мире было добыто в два с лишним раза больше углеводородов, чем их содержится на вновь открытых месторождениях, которые обнаруживают все реже, к тому же они становятся все более мелкими. За этот период самые крупные месторождения выявлены в Иране, России, Азербайджане и Бразилии. Пик открытия крупных месторождений приходится на 1961—1975 годы. Но, по мнению ряда экспертов, кризис наступит гораздо раньше, чем закончатся промышленно значимые запасы нефти. Чтобы мировая экономика пошатнулась, достаточно лишь более или менее длительного дефицита углеводородного сырья, в первую очередь нефти, либо ограничение доступа к нему. Если цена нефти превысит некий пороговый уровень, последствия могут быть самыми печальными.

Несмотря на очевидность ограниченности запасов углеводородов, существуют две точки зрения на перспективы развития нефтегазодобычи в мире. Первая — пессимистическая — состоит в том, что пик мировой добычи уже пройден и больше половины мировой нефти уже извлечено. Кинг Хабберт, геолог компании "Шелл", еще в 1956 году предсказывал, что объемы нефтедобычи в США вырастут до максимума к началу 1970-х годов, после чего начнется их постепенное уменьшение. В то время его предсказания выглядели нереальными, однако время доказало справедливость этих прогнозов. Известно, что на первых порах освоения вновь открытого месторождения наблюдается быстрый рост объемов нефтедобычи при извлечении наиболее доступной и соответственно наиболее дешевой нефти. По мере дальнейшей разработки месторождения происходит, во-первых, его естественное истощение, во-вторых, нефтедобыча становится все более и более дорогой. Нефть, добываемая на данном месторождении, теряет конкурентоспособность по сравнению с продукцией других месторождений, и постепенно ее объемы начинают сокращаться. Колоколообразная кривая, описывающая динамику нефтедобычи, получила название "Пика Хабберта".

Колин Кэмпбелл, автор книги "Грядущий нефтяной кризис", несколько лет назад представил данные, свидетельствующие об ошибочности некоторых оптимистических прогнозов ряда международных организаций относительно сроков полной выработки разведанных мировых запасов нефти. Кэмпбелл обвинил правительства, представителей индустрии и ученых некоторых стран в "явном нежелании признавать важность" указанной проблемы. Большинство экспертов считает, что объемы мировой добычи нефти могут вырасти до максимума уже в ближайшие 10 лет, а затем начнется ее спад. По мнению профессора Принстонского университета Кеннета Дефейеса, автора книги "Глядя с Пика Хабберта", мировая нефтедобыча может достичь максимума уже к середине этого десятилетия.

Вторая точка зрения — оптимистическая. Согласно опубликованному отчету Американского центра геологических исследований, мировая нефтедобыча достигнет своего пика не раньше, чем через несколько десятилетий. В последнем прогнозе "World Energy Outlook" Международного энергетического агентства говорится, что существующих запасов нефти миру хватит как минимум до 2020 года. Еще с большим оптимизмом оценивает ситуацию один из руководителей крупнейшей в мире нефтедобывающей компании "Экссон-Мобил". Он считает, что дефицита на мировом рынке нефти не будет еще 70 лет.

Экспертные оценки углеводородного потенциала Каспийского региона

На фоне в большинстве своем пессимистических прогнозов о судьбах нефтяной индустрии и желания транснациональных монополий обезопасить себя от зависимости от стран Ближнего и Среднего Востока, появление Каспийского региона как нового перспективного района мирового значения вызвало необычный интерес. Интрига с оценкой УВ-потенциала этого региона возникла в конце ХХ столетия, когда появились диаметрально противоположные (различающиеся почти на порядок) оценки российских экспертов, с одной стороны, и западных — с другой1.

Парадоксально, что вопреки общей закономерности, когда со временем, по мере улучшения изученности, ресурсы того или иного района, как правило, возрастают, в Каспийском регионе, согласно данным официальных органов СССР, наблюдалась обратная картина. Так, по мере повышения сейсмической изученно­сти бассейна Южного Каспия устойчиво снижались оценки величины потенциала, которые за этот же период уменьшились более чем на 16%2.

Таблица 1

Официальные количественные оценки геофизически доказанных углеводородных ресурсов Каспийского моря (1979—1989 гг.)3

Таблица 2

Распределение запасов и ресурсов УВ по районам Каспия (период 1989—1991 гг., млн т)4

Согласно оценкам, сделанным на последний период существования СССР, суммарные ресурсы УВ акватории Каспийского моря поделили между собой Азербайджан (33%) и Казахстан (35%), а на долю Турк­менистана и России пришлось соответственно 18 и 14% всех ресурсов. Ес­ли же говорить о распределении доказанных запасов, то около 97,5% приходилось на долю Азербайджана и Туркменистана (соответственно 87 и 10,5%) и около 2,5% — на долю Российской Федерации. В водах, примыка­ющих к территории Казахстана, не было открыто ни одного месторожде­ния, содержащего балансовые запасы углеводородов.

Активизация поисково-разведочных работ, начавшаяся в 1994 году, привела к значительному увеличению объема новой информации. Этому способствовало массовое применение новых модификаций сейсмической съемки. Появились кон­кретные данные по скважинам, которые предоставили возможность осветить строение, состав, а также провести корреляцию скважинных и геофизических параметров. Значительный объем новой информации, различие в методиках оценки ресурсов и запасов, а также довольно частая путаница в классификациях и терминологии способствовали возникновению большо­го разнообразия в современных экспертных оценках УВ-потенциала Кас­пийского моря.

Как показал анализ, проведенный экспертами Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) Российской академии наук и ИГиРГИ, современные оценки извлекаемых запасов нефти в Каспий­ском море колеблются в интервале 4—6 млрд т у.т., а суммарные ресурсы УВ — в пределах 30—60 млрд т у.т.5

Наиболее высокие оценки были названы в 1997 году в докладе госдепартамента конгрессу США. По отдельным секторам Каспийского моря данные также достаточно высоки. В частности, по акватории Казахстана может содержаться от 9 до 15 млрд т у.т., в туркменской части Кас­пия — 12,21 млрд т, в том числе 6,74 млрд т нефти и 5,47 трлн куб. м газа6.

Одна из последних работ по оценке запасов проведена автором с коллегами из России, бывшим министром геологии и природных ресурсов, профессором Д.Л. Федоровым и известным специалистом в сфере прогнозирования нефтегазоносности, профессором Л.Э. Левиным в монографии "Углеводородный потенциал Каспийского региона", вышедшей на русском и английском языках. В работе на основе новой методики обновлены оценки начальных извлекаемых ресурсов7.

Таблица 3

Распределение потенциальных ресурсов углеводородов в палеозойско-четвертичных отложениях между нефтегазоносными бассейнами и государственными секторами, континентом и морем (млрд т)8

С учетом наших и других экспертных оценок, имеющихся в литературе, рассмотрим отдельные секторы Каспийского моря.

Российский сектор

На одной из подготовленных площадей в 1999 году открыли крупное нефтегазоконденсатное месторождение Хвалынское с геологическими ресурсами 250—300 млн т у.т. Две следующие скважины, пробуренные несколько севернее, на под­нятии Широтное, также привели к открытию нефтегазоконденсатного мес­торождения (им. Ю. Корчагина) с предварительно оцененными геологичес­кими запасами около 180 млн т у.т.9

Открытия, сделанные первыми же сква­жинами на двух перспективных площадях и последовавшие за ними откры­тия залежей на поднятиях "170 км", Ракушечное, Сарматское и Центральное подтвердили высокую перспективность сектора на нефть и газ, а также позволили сделать экспертную оценку прогнозных ресурсов УВ рос­сийского сектора в суммарном объеме, превышающем 7 млрд т у.т. Оценки экспертов Министерства природных ресурсов и Минэнерго, основанные на этих результатах и других материалах тематических и полевых исследо­ваний в северо-западной акватории, дают несколько меньшие, но близкие по порядку значения прогнозных и перспективных геологических ресурсов сектора в интервале 5,4—5,6 млрд т УВ10.

Казахский сектор

В мае 2000 года завершилось бурение первой разведочной сква­жины на Восточном Кашагане. С глубины около 5 170 м был получен при­ток нефти хорошего качества дебитом 512,8 т/сут., газа — 199 тыс. куб. м/сут. По оценкам компании "Казахойл", суммарные геологические запасы месторождения составляют 1,7 млрд т н.э. В результате бурения разведочной скважины на площади Западный Кашаган с глубины 4 250 м получены при­токи нефти дебитом 463,7 т/cут и газа — 215 тыс. куб. м/сут.11 Затем последовала череда неудач разведочных работ в казахстанском секторе Каспия (структуры Тюб-Караган, Аташ, Курмангазы). И только недавно представители Морской нефтяной компании (МНК) "КазМунайТениз" неофициально сообщили об успешном результате, полученном в ходе испытания на месторождении Ауэзова по проекту "Жемчужина".

В ходе первого испытания посредством самоподъемной плавучей буровой установки (СПБУ) "Астра" российской компании "ЛУКойл", на глубине 2 340 метров получен приток нефти в 300 т в сутки. Месторождение Ауэзова, конечно, не Кашаган (где и бывает до 1 500—2 000 т нефти в сутки), но полученный результат лучше, чем рассчитывали искатели каспийских жемчужин. Принято решение продолжить испытания уже на глубине 1 850 метров, где геологи и буровики надеются получить куда более высокие показатели. Перспективны также еще две небольшие структуры: Хазар-1 и Хазар-2. Прогнозные ресурсы их невелики. В целом российские эксперты оценивают геологические ресурсы казахского сектора шельфа в интервале от 7,5 млрд т н.э. до 8,1 млрд т н.э.12

Туркменский сектор

По данным Миннефти Туркменистана (Туркменистан, 2000), в 1996—1998 годах на туркменском шельфе было исследовано около 16 тыс. км новых сейсмических профилей. Эти работы дали более качест­венную информацию о геологическом строении туркменского сектора, которая позволила более обоснованно судить о потенциале региона. Высокие оценки потенциала это­го шельфа даны официальными источниками республики (12,2 млрд т н.э., см. выше)13.

Иранский сектор

Информация о состоянии ресурсной базы иранско­го сектора Каспия весьма скудна. По оценкам экспертов ИРИ, предварительные сейсмические исследования в этой части бассейна показали, что здесь мо­жет быть сосредоточено до 1,6 млрд т н.э. (или около 0,4 млрд т н.э. извле­каемых) ресурсов. Эта оценка практически не расходится с той, которая ранее была дана для иранского сектора российскими экспертами — 1,5 млрд т н.э.14

Азербайджанский сектор

Открытые месторождения Гюнешли, Азери и Чираг, расположенные в Апшероно-Прибалхашской зоне Каспия, стали хорошей базой для разворачивания интенсивных поисковых работ в его азербайджанском секторе. Извлекаемые запасы мегаструктуры "Азери — Чираг — Гюнешли" азербайджанские и западные эксперты оценили в величину, превышающую 1 млрд т н.э.15

Структура Шах-Дениз впервые была оконтурена азербайджанскими геологами в 1954 году. Со временем Азербайджанская нефтяная компания "СОКАР" пробурила здесь две скважины глубиной 5 500 м, однако остановила эти работы по финансовым и техническим причинам. В 1998 году Азербайджанская международная операционная компания начала бурение новой скважины (при глубине воды 135 м), исполь­зуя полупогружную платформу Деде Горгуд. По результатам бурения и последующих работ месторождение Шах-Дениз содержит более 1 000 млрд куб. м газа и 350 млн т конден­сата16. Однако некоторые скважины оказались коммерчески нерентабельными.

За время освоения западными нефтяными компаниями ре­сурсов Южного Каспия поисковые работы проводили на 14 площадях, получены результаты на 12 площадях, из которых только 3 (Гарабах, Ашрафи и Шах-Дениз) были промышленно нефтегазоносными. Успеш­ность поиска по числу выявленных продуктивных ловушек (структурных форм) составила, таким образом, 25%. На этих площадях пробурили 19 скважин, из которых до проектных объектов дове­дены 17 скважин, и в 6 из них получена промышленная продукция. Исходя из этого, успешность поисков по числу продуктивных скважин составляет около 35%.

Успешность поисков в российском секторе Каспийского моря оказалась значительно выше, чем в азербайджанском и казахском секторах.

Нефтяная рулетка

Относительно низкий коэффициент успешности, высо­кая степень экономического риска, связанная с крайне значительными поисковыми расходами, достигающими иногда 100 млн долл. на одну морскую площадь Каспийского моря, не способствовали повышению оптимизма в отношении перспектив региона, по крайней мере Южного Каспия.

Относительные неудачи все­гда вызывают пессимизм, в первую очередь у менеджеров в сфере энергети­ки. В истории нефтегазодобычи много примеров такого рода. Напомним, что месторождение Ледюк в Канаде открыли после неудачного бурения компанией "Империал" 133 поисковых скважин. До открытия первых крупных залежей нефти в Северном море крупнейшие мировые компании пробурили около 200 скважин ("сухих" либо только с газопроявлениями).

Месторождения нефти и газа редко открывают первой поисковой скважиной. Однако отрицательный результат в первой скважине принимается как окончательный ответ только для очень простых и хорошо подготовленных объектов в изученных районах. В более сложных регионах, таких как Южный Каспий, вероятность открытия месторождения первой же скважиной оценивается не выше 0,5. Анализ результативности поисков в разных районах СССР за длительную ретроспективу показал, что первой скважиной открывается менее 60% месторождений, одной-двумя — 75%, одной-тремя — почти 90%. Есть единичные случаи открытия промышленно значимых месторождений пятой или шестой скважинами. Приблизительно симметрично распределение числа необходимых поисковых скважин для получения отрицательного заключения о нефтегазоносности объекта таково: после первой скважины — 48%, после бурения одной-двух — 71%, после одной-трех — 85%.

При поисках месторождений глубоким бурением риски можно снизить двумя путями: применением новейших технологий при подготовке объекта к поисковому бурению сейсморазведкой или комплексом геолого-геофизических исследований, научно обоснованным выбором объекта для поиска, базирующимся на знании закономерностей размещения скоплений углеводородов в районе и регионального геологического, геофизического, геохимического, палеогеотермического материала. Первый путь должен обеспечить не только уверенность в наличии ловушки, но и предоставить возможность определить оптимальное положение первых скважин на объекте, а также дать информацию о наличии коллектора и покрышки, что теперь решается с помощью дополнительных процедур обработки и интерпретации геофизических материалов.

Второй путь предписывает предварительно оценивать каждый объект, исходя из его геологической позиции в нефтегазоносном или перспективном бассейне в региональном плане, а не только по индивидуальным параметрам ловушки. Усилия по снижению риска при поисках нефти и газа могут быть весьма эффективны, но не обеспечивают исключения риска полностью.

Несмотря на растущие трудности дальнейших поисковых работ в связи с выходом в новые районы со сложными географическими условиями (они удорожают бурение и делают неизбежными риски при поисках), эти работы упорно продолжаются с некоторым возрастанием объема.

Средняя величина затрат на поисково-разведочные работы крупных нефтяных компаний мира составляет около 700 млн долл. в год, колеблясь в разных компаниях от 470 до 1 150 млн долл., что составляет от 12 до 32% от затрат на разработку ранее открытых месторождений. Стимулом к этим затратам служит то, что, по оценкам геологов, в мире имеется еще 50—150 млрд т неоткрытых извлекаемых ресурсов нефти и 150—200 трлн куб. м газа17.

Некоторые геополитические аспекты

Наш анализ подтверждает высокий УВ-потенциал Каспийского региона в целом и Южного Каспия в частности. Например, в Азербайджане (суша и море) уже добыто свыше 1 млрд 400 млн т нефти и 450 млрд куб. м газа18, сейчас весьма успешно эксплуатируют гигантские месторождения Азери — Чираг — Гюнешли и Шах-Дениз. Большие перспективы у России, Казахстана и Туркменистана. Недавно объявили о начале поисковых работ в иранском секторе Каспия.

Проведенный анализ позволяет утверждать, что сегодня в Каспийском регионе существует по меньшей мере несколько десятков перспективных направлений и объектов, поиски на которых будут характеризоваться незначительными экономическими и технологическими рисками. В связи с этим регион уже сейчас можно рассматривать как углеводородную сырьевую базу мирового значения. Его современная, относительно небольшая доля в мировом балансе ресурсов не определяет значение данного региона в будущем, поскольку в ближайшие десятилетия ситуация может измениться кардинальным образом.

Возможны два главных сценария. В случае, если крупных новых месторождений на Каспии в ближайшее десятилетие не откроют, региону в мировой энергетике будет отведена роль, которую играет Северное море в последние 20 лет. Само по себе это место в мировой энергетике гарантирует стабильное развитие и постепенную интеграцию в мировое экономическое сообщество. Если же открытия гигантских и крупных месторождений будут продолжаться и реализуется хотя бы 30% потенциальных ресурсов региона, то есть извлекаемые запасы превысят 20 млрд т н.э., то возможны иные сценарии. Страны Каспийского региона, несомненно, будут стремиться проводить собственную нефтяную политику, что, естественно, вызовет противодействие международных транснациональных компаний и государств.

Борьба за последние крупные резервы нефти и газа — главная геополитическая интрига XXI века. На карте современного мира почти не осталось нефтяных регионов, не охваченных конфликтами. Кроме уже традиционных Ирака, Ирана, Кавказа, это Судан, где могут пройти трансафриканские трубопроводы и осваивают крупные нефтяные месторождения, Нигерия, Африканский Рог, Боливия, Мьянма, Индонезия. Неспокойно и вблизи алжирских нефте- и газопроводов в Европу, в Мозамбикском проливе (где многие острова принадлежат Франции), ангольском анклаве Кабинда. Страны Юго-Восточной Азии и Китай уже не одно десятилетие спорят о том, кому принадлежит дно Южно-Китайского моря. Те же конфликты у Японии с Китаем и обеими Кореями. Нельзя не вспомнить и вспыхнувшие не так давно споры о принадлежности шельфа Арктики. Этот список можно проложить.

Во всем мире в ближайшие 10—15 лет будут проложены тысячи км трубопроводов. А все для того, чтобы быстрее транспортировать нефть, например, из Западной Африки в Северную или Восточную или с Каспия — к Персидскому заливу и в Европу, к Индийскому океану, даже к Тихому океану (в том числе через Афганистан и Китай). Планы по "транснациональному" контролю трубопроводов, причем на годы вперед, имеются и в отношении многих стран, в том числе новых газовых артерий с юга и юго-востока бывшего СССР в Европу, из курдского и других районов Ирака, из африканского Средиземноморья.

Заключение

 В глобальной экономике сегодня "энергетическая безопасность" означает больше, чем просто защита месторождений, нефтеперерабатывающих заводов и трубопроводов от терактов. Мир находится в начале нового энергетического передела, пока "холодной войны" между теми, у кого есть энергия, и теми, у кого ее не хватает. В этом плане углеводородные ресурсы служат "политической разменной монетой", и пользоваться этим капиталом необходимо с большой осторожностью и дальновидностью. Пока странам Каспийского региона, в том числе Азербайджану, это удается.

Позитивной стороной наличия огромных ресурсов является в первую очередь ускоренная интеграция в мировую экономическую и финансовую систему, технологическое перевооружение базовых отраслей, вложение больших финансовых ресурсов в науку, технологии, образование.


1 См.: Конопляник А. Каспийская нефть на Евразийском перекрестке. М.: ИГиРГИ, 1998. С. 140. к тексту
2 См.: Глумов И.Ф., Маловицкий Я.П., Новиков А.А., Сенин Б.В. Региональная геология и нефтегазоносность Каспийского моря. М.: Недра-Бизнес Центр, 2004. к тексту
3 См.: Там же. к тексту
4 См.: Там же. к тексту
5 См.: Конопляник А. Указ. соч. к тексту
6 См.: Отчет по Каспийскому региону администрации США по энергоинформации // EIA Energy Information Administration, 26 октября 1997; 30 декабря 1998. к тексту
7 См.: Гулиев И.С., Левин Л.Э., Федоров Д.Л. Углеводородный потенциал Каспийского региона. Баку: Nafta-Press, 2003. к тексту
8 См.: Там же. к тексту
9 См.: Глумов И.Ф., Маловицкий Я.П., Новиков А.А., Сенин Б.В. Указ. соч. к тексту
10 См.: Там же. к тексту
11 См.: Там же. к тексту
12 См.: Там же. к тексту
13 См.: Там же. к тексту
14 См.: Там же. к тексту
15 См.: Гулиев И.С., Левин Л.Э., Федоров Д.Л. Указ. соч. к тексту
16 См.: Там же. к тексту
17 См.: Коэффициент удачи // Нефть России, март 1999, № 3 [http://www.oilru.com/nr/51/82/]. к тексту
18 См.: История нефти и газа // Нефтегазовая вертикаль, 2006, Выпуск № 8 [http://www.ngv.ru/article.aspx?articleID=21658]. к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL