Васиф ГАФАРОВ


Васиф Гафаров, преподаватель кафедры новой и новейшей истории Азербайджана  Бакинского государственного университета (Баку, Азербайджан).


РУССКО-ТУРЕЦКОЕ СБЛИЖЕНИЕ И НЕЗАВИСИМОСТЬ АЗЕРБАЙДЖАНА (1919—1921 гг.)

РЕЗЮМЕ

В статье исследуется развитие отношений между Советской Россией и Турцией в 1919—1921 годах и их влияние на политическую ситуацию в Азербайджане, провозгласившем свою независимость 28 мая 1918 года.  

Введение

После Октябрьского переворота 1917 года Россия вышла из войны, что вызвало враждебность  ранее союзных стран Антанты. Изначально воспринимая В.И. Ленина как "агента Германии", Антанта пыталась задушить созданное им большевистское правительство. Россия нуждалась в поддержке, и Турция, ведущая антиимпериалистическую войну с Антантой, оказалась ее естественным союзником.

В мае 1919 года в Турции поднялось национально-освободительное движение под руководством Мустафы Кемаль-паши. С самого начала Анатолийское движение испытывало нужду в вооружении и финансовых средствах, и такая помощь могла поступить только из России. Правительство Азербайджанской Республики (АР) в этот период пыталось, действуя через англичан, получить международное признание и не имело возможности оказывать Анатолийскому движению необходимую помощь. В таких условиях Мустафа Кемаль-паша был вынужден обратить свое внимание к Москве.

Вопрос о советизации Азербайджана в отношениях между Анатолийским движением и Советской Россией

С первых же дней национально-освободительного движения Мустафа Кемаль-паша пытался получить российскую помощь. В частности, с этой целью 25 мая 1919 года он прибыл в Хавзу, где встретился с советской делегацией1. На проведенных здесь переговорах советская делегация пообещала ему военную и финансовую помощь, взамен призвав Турцию к совместной борьбе с общим врагом — Антантой2.

Отметим, что тогда же возникли и определенные разногласия в рядах Анатолийского движения по вопросу об отношении к большевикам. Одна группа турецких лидеров требовала противостоять продвигавшемуся к Кавказу большевизму и опереться в этом на помощь Союзных держав; другая же в стремлении изгнать иностранных оккупантов с турецких территорий требовала сближения с большевиками. В конечном счете победили эти последние.

В дни Эрзерумского конгресса (23 июля — 7 августа 1919 г.) Мустафа Кемаль принял решение поручить налаживание отношений с большевиками командующему 15-й армией Казыму Карабекир-паше. Для изучения ситуации в Азербайджане Казым Карабекир-паша направил в Баку Омара Лютфи-бека и Фуада Сабит-бека, который затем из Баку должен был проследовать в Москву3.  Мустафа Кемаль в свое время отмечал, что Сабит-беку были даны соответствующие устные инструкции4.

Оба посланца, прибыв в Баку, в первую очередь встретились с премьер-министром АР  Насиббеком Усуббековым, который положительно отреагировал на просьбу анатолийцев о помощи5. Однако Фуад Сабит-бек при посредничестве партии "Гуммет" сам связался с русскими большевиками, подпольно действовавшими в Баку.

После установления связи с большевиками Сабит-бек послал в Анкару зашифрованное письмо следующего содержания: "…повидался с большевиками. Я спросил, какую помощь они могут оказать нам с учетом того, что в нашей стране нет общественных и экономических условий для установления большевизма и мы не можем осуществить общественные реформы, так как народные традиции будут препятствовать этому. Они обещали любую помощь, но из-за отсутствия дорог пока только возможна финансовая помощь, причем дадут столько, сколько попросим…"6

В дни Сивасского конгресса (4—11 сентября 1919 г.) Нуру-паша обратился к Казыму Карабекир-паше с предложением создать республику для сохранения и защиты Карса, Батума и Ардагана7. Однако Карабекир-паша не счел эту мысль удачной и посоветовал ему отправиться в Азербайджан и оттуда обеспечить помощь Анатолийскому движению8.

Нуру-паша в сентябре 1919 года прибыл в Баку и создал там полуофициальное "Представительство турецкого народа", стремясь добиться помощи и поддержки Анатолийскому движению. В результате в декабре 1919 года азербайджанское правительство оказало финансовую поддержку Мустафе Кемалю9.

В сентябре 1919 года Кемаль-паша  направил в Азербайджан и Халил-пашу, который в конце Первой мировой войны воевал на Кавказе, а потому хорошо знал и этот регион, и большевиков. Ему было поручено наладить связи с правительствами Советской России и АР, получить от них материальную и финансовую помощь и, в особенности, способствовать открытию дороги между Советами и Турцией10.

Сам Халил-паша оценивал ситуацию в Азербайджане следующим образом: "Азербайджанский народ хочет быть вместе с Турцией, но есть и такие, кто хочет жить самостоятельно и опасается объединения с Турцией. Есть и такие, кто хочет объединиться не с Турцией, а с Иранским Азербайджаном, мечтая таким образом создать большое Азербайджанское государство… На днях получил от К. Карабекира следующую шифрограмму: "Вашей совместно с Энвер-пашой и Нуру-пашой главной задачей является доведение Советской формы правления до границ Турции. Следует упорно бороться в этом направлении, в противном случае от этого выиграют другие". Таким образом, Турция, воевавшая против Царской России в Первой мировой войне, под давлением изменившихся условий и во имя своих национальных интересов вынуждена была способствовать расширению влияния Советов на Кавказе, в частности в Азербайджане.

Деятельность представителей общественно-политических движений Турции в Азербайджане

20 октября 1918 года было создано "Общество Каракол", учредителями которого были Кара Васиф, Кара Камал и Баха Саит. В дальнейшем Общество зарекомендовало себя как умелый организатор движения национального сопротивления в Турции. Существенную роль оно сыграло и в обеспечении Анатолийского движения оружием. 

"Общество Каракол" уделяло большое внимание налаживанию отношений с большевиками, с тем чтобы обеспечить условия для оказания военной помощи движению национального сопротивления с Кавказского направления. Для ведения переговоров с большевиками "Общество Каракол" командировало в Баку Баху Саит-бека11, который был не только соучредителем Общества, но и членом Центрального комитета организации. При этом он был снабжен мандатом Временного революционного правительства Турции, дающим ему все полномочия на ведение переговоров с большевиками12

В результате переговоров Бахи Саит-бека с представителями Кавказского Комитета РКП (б) в ноябре 1919 года был подготовлен текст, который без изменений лег в основу договора от 11 января 1920 года13. Договор подписали: со стороны правительства Советской России — Шалва Элиава, а со стороны Временного революционного правительства Турции — Баха Саит-бек.

Главной общей целью провозглашалось "освобождение всех мусульманских стран из-под ига империалистов Западной Европы". По договору Советская Россия брала на себя обязательство обеспечить турецкое революционное движение оружием, снаряжением, деньгами и другой помощью. В свою очередь турецкая сторона обязалась оказывать посильную помощь Советам в борьбе с Деникиным, Колчаком и другими врагами Советской власти, а также поддерживать антибританские восстания в Батуме, Иране, Афганистане и Индии.

В этом договоре, состоявшем из 15 статей, наибольшего интереса, на наш взгляд, заслуживает статья 11: "…Российская Советская Республика и Турецкое Революционное Правительство берут на себя обязательство оказывать поддержку начинающе­муся на Кавказе общему движению против английских и российских империалистов и тормозящих это движение нынешних правительств Грузии, Армении и Азербайджана, действующих по приказу и под влиянием империалистов Европы против целей и задач, определенных данным договором. Временное Революционное Правительство Турции, представленное Исполнительным органом Революционного Общества Каракол, обязуется помогать всем правительствам, присоединившимся к подписантам данного договора и, особенно, Кавказскому Краевому Комитету, против трех вышеназванных правительств…"14

В статьях 13 и 14 договора утверждается, что он вступает в силу после ратификации, в то же время в статье 14 отмечено, что стороны, не дожидаясь реакции правительств, немедленно после подписания договора приступают к его реализации.

Турецких представителей, занимавшихся в конце 1919 — начале 1920 годов в Баку налаживанием отношений между Анатолийским движением и большевиками в целях получения советской военной помощи, можно условно разделить на две группы.

Первую группу возглавлял Халил-паша. Во вторую  входили группа, сплотившаяся  вокруг Фуада Сабит-бека (Юзбаши Ягуб, Сулейман Нури, отставные офицеры, несколько офицеров и военнопленных)15. Для получения и реализации советской помощи Анатолийскому движению, бьющемуся не на жизнь, а на смерть с Союзными державами, эти две группы решили объединиться. В начале 1920 года состоялось объединительное собрание, на котором было принято решение о совместной деятельности16.  Новую организацию, действующую в Азербайджане параллельно с местными и русскими большевиками, назвали "Турецкая коммунистическая партия". Членами организации были Халил-паша, Доктор Фуад Сабит, Сулейман, Эркани Харп Мустафа, Баха Саит, Юзбаши Ягуб, Кичик Талат, Салих Зеки, Сулейман Нури, Хилми и другие. В партии были организованы отделы: транспортный, издательский и пропаганды. Также было запланировано издание газеты17. Позже партия начала издавать в Баку газету "Новый путь".

Немедленно после образования Турецкой коммунистической партии началась ее переписка с лидерами Анатолийского движения, и вся дальнейшая деятельность партии соразмерялась с директивами Мустафы Кемаля и Казыма Карабекира. Объективно эти директивы были направлены на то, чтобы в обмен на советскую помощь Анатолии добиться советизации Азербайджана, что в конце концов и произошло.

Турецкая коммунистическая партия хорошо понимала, что советская помощь Анатолии могла поступать по маршруту через Зангезур — Нахчыван.  Но перед Турецкой коммунистической партией стояли два препятствия: первое — армяне, второе — проанглийское азербайджанское правительство. Поэтому члены Партии, с одной стороны, пытались организовать наступление азербайджанской армии на армян, с другой — продолжали деятельность по советизации Азербайджана18.

Турецко-русское сотрудничество и падение АР

Признание де-факто независимости Азербайджана на Парижской мирной конференции было с большой радостью воспринято стамбульской прессой, газеты опубликовали ряд поздравлений в адрес Азербайджана. На заседании османского  парламента от 22 января 1920 года была официально признана независимость Азербайджана, и это решение было представлено 2 февраля представителю Азербайджанской Республики в Стамбуле19. Отметим, что в конце войны османское правительство уже принимало решение признать независимость Азербайджанской Республики, но по причине поражения  реализовать такие шаги было невозможно20.

Когда стало совершенно ясно, что Антанта не реагирует на Турецкое национально-освободительное движение и что англичане не собираются посылать войска для создаваемого ими антибольшевистского "Кавказского вала", лидеры Анатолийского движения однозначно взяли курс на сближение с большевиками. Свое окончательное решение Мустафа Кемаль-паша высказал Казым Карабекир-паше в шифрограмме от 6 февраля 1920 года. В ней говорилось: "Когда большевики победоносно завоюют Кавказ и наладят связи с нами, Европа попадет в трудное положение… Считая создание "Кавказского вала" планом уничтожения Турции, мы вынуждены пойти на самые крайние меры, чтобы не допустить создания этого вала странами Антанты, и должны при этом предвидеть всевозможные опасности на этом пути… Официально или неофициально проведя мобилизацию на Восточном фронте, начать развал "Кавказского вала" с тыла, срочно наладить отношения с новыми кавказскими правительствами, особенно с мусульманскими правительствами Азербайджана и Дагестана, изучить их отношение к плану Антанты. Если кавказские народы решат быть нам преградой, то договориться с большевиками о совместном наступлении на них…"21

17 марта Казым Карабекир-паша  отправил письмо Халил-паше и Нуру-паше в Азербайджан, в котором отметил, что "для появления большевиков у границ Турции необходим немедленный захват большевиками всего Кавказа, и даже их малые силы, придя в Азербайджан и вместе с азербайджанцами дойдя до границ Турции, сыграют на пользу турецких интересов. Очень было бы кстати обеспечить приход к власти большевиков в Азербайджане, Дагестане и Грузии…"22

В телеграмме от 18 апреля 1920 года Казым Карабекир-паша просит Мустафу Кемаль-пашу назначить специальную делегацию для переговоров с Советами. Он обосновывал свою просьбу тем, что состояние переговоров находившихся на Кавказе турецких представителей с Советами неудовлетворительно, до сих пор нет военного плана с учетом военных передвижений и могут возникнуть неприятности, когда турецкая и русская армии войдут в соприкосновение. Поэтому Казым Карабекир-паша сообщал: "Из-за того, что представительная делегация опаздывает на переговоры, считаю возможным немедленно направить в Баку командира Трабзонского полка Минбаши Али Рыза-бека с офицером сопровождения, чтобы вести переговоры только по военным вопросам…"23.

26 апреля 1920 года Мустафа Кемаль-паша обратился с письмом к советскому правительству. Оно было продиктовано необходимостью предотвратить нежелательные инциденты, когда Советская армия, в результате соглашения между большевиками и Коммунистической партией Турции завоевав Азербайджан, встретится с турецкой армией. Письмо в Москву запоздало, но это было неважно, потому что задолго до этого письма образованная в Баку Коммунистическая партия Турции занималась именно теми вопросами, которые были подняты в письме Мустафы Кемаль-паши. Отметим лишь, что упомянутая в третьем пункте письма "советизация Южного Кавказа на почве русско-турецкого сотрудничества" значится в параграфе 11 договора, подписанного 11 января 1920 года Бахой Саит-беком.

Совпадение интересов большевиков и кемалистов, ведущих антиимпериалистическую борьбу с Западом и вынужденных просить у Советов помощи, сильно облегчало Москве реализацию ее планов относительно Азербайджана.

  Один из лидеров Турецкой коммунистической партии Баха Саит-бек в письме на имя Мустафы Кемаль-паши от 8 апреля 1920 года сообщал, что Кавказский комитет назначил Халил-пашу главнокомандующим Красной Армией24. Чтобы узнать, согласна ли Москва с кандидатурой Халил-паши, через влиятельного курьера был послан запрос в штаб Красной Армии. Через некоторое время пришел отрицательный ответ, впрочем тщательно скрываемый от самого Халил-паши и его товарищей25.

 На самом деле решение Кавказского комитета о назначении Халил-паши командующим Красной Армией не имело никакой юридической основы и преследовало одну-единственную цель — замаскировать истинные намерения большевиков. 

Халил-паша отправился в Дагестан встречать Красную Армию, но был еще в дороге, когда вечером 26 апреля XI Армия пересекла границу Азербайджана и начала наступление на Баку. Не дождавшись внутреннего переворота, Красная Армия начала запланированную оккупацию Азербайджана.

Халил-паша и сопровождавший его из Баку русский полковник Скачков встретились с командующим XI Красной Армией Левандовским. Скачков сообщил ему о решении Кавказского Комитета передать Халил-паше командование Красной Армией. Левандовский возразил, что Москва такого указания не давала и он со своей армией намерен продвигаться до старой османо-русской границы. И было бы очень кстати Халил-паше ехать в Москву26. Паша вынужден был подчиниться.

Несмотря на все это, Халил-паша продолжал призывать азербайджанский народ обеспечить беспрепятственное прохождение XI Красной Армии в направлении Баку. В Обращении Халил-паши говорилось: "Красная Армия, не встречая сопротивления азербайджанской армии, прошла станции Самур, Хачмас, Чархи и продолжает движение. Обошлось без кровопролития. Но в других местах оказание сопротивления может стать причиной кровопролития. В Азербайджане, в основном, сохранится власть независимой народной республики.

Нет причин для беспокойства и паники, всем следует сохранять спокойствие и сидеть тихо. Антанта — враг мусульманства — хочет, чтобы между нами и советской Красной Армией пролилась кровь. Кровавые события в Стамбуле и Измире показали, в какой степени англичане являются врагами мусульман"27. Во время апрельских событий  турецкие офицеры и представители Коммунистической партии Турции выступали перед взволнованными бакинцами на улицах и в мечетях, успокаивая народ тем, что "прибывшая русская армия погостит здесь несколько дней" и отправится дальше в Анатолию. Хотя в тот же день 28 апреля Азербайджанский Революционный Комитет направил в Москву телеграмму с предложением "вступить в братский союз для совместной борьбы с мировым империализмом и оказать немедленную революционную помощь путем присылки Красной Армии"28. Таким образом, состоялось официальное приглашение оккупационной XI Красной Армии, которая за два дня до того без разрешения уже вторглась в Азербайджан.

Представители Коммунистической партии Турции в Баку продолжали подогревать симпатии народа к большевистскому режиму, и эта пропагандистская деятельность наблюдалась и в последующие дни. 3 мая 1920 года была распространена декларация "Азербайджанскому народу от турецких коммунистических большевиков", в которой азербайджанцев призывали оказать поддержку новой власти — режиму большевиков29.

Тем временем Мюлазим Рефет, ставший свидетелем происходящих в Баку событий, отмечал в своем рапорте Казыму Карабекир-паше: "Велико уважение населения Азербайджана к Турции и туркам. Все внимание приковано к Анатолии, Милли Меджлису. И даже столь легкое и беспрепятственное проникновение большевиков в Азербайджан не повлияло на это чувство. Увидя, как радушно Халил-бек встретил большевиков на границе Азербайджана, народ открыл границы большевикам"30.

В рапорте  участника апрельских событий, турецкого офицера, от 1 августа 1920 года отмечается: "Большевики, не имеющие никакого влияния и авторитета среди населения, на подходе к Баку, испытывая потребность успокоить народ, посредством Революционного Комитета распространяли информацию, будто Красная Армия идет на помощь Анатолии, что турки и большевики — союзники, что комиссары исповедуют мусульманство, что губернатором Баку и комендантом назначен Рыфат-бек из османских офицеров и что Красная Армия несколько дней погостит в городе, а затем пойдет в поход на Армению. Османские офицеры и учителя на автомобилях объезжали улицу за улицей, распространяя эту дезинформацию, сбивая народ с толку, и добились своего"31.

М.Э. Расулзаде пишет: "Часть действующих в Баку османских турок невольно вводили людей в заблуждение такими словами: "Приближающуюся Красную Армию возглавляет турок по имени Ниджат-бек. Полки этой Армии составлены из турок. Большое количество солдат родом из турок Поволжья. Эта Армия идет на помощь Анатолии, борющейся со смертельными врагами. Сопротивление, оказанное этой Армии, будет равносильно помехе спасению Турции. С точки зрения великотюркского единства и мусульманской общности это равносильно предательству". День спустя выяснилось, что все эти высокие слова были блефом. Это была всего лишь политическая уловка"32.

М.Э. Расулзаде, прекрасно понимая истинные цели России, обращался к Халил-паше и другим представителям Анатолии: "Не делайте этого, оставьте нас в покое. Мы, сто лет бывшие под игом России, лучше вас знаем ее сущность. Они коварно придут и после растопчут нас"33. Но Халил-паша и другие анатолийцы не прислушались к его словам. 

В азербайджанской армии служили турецкие офицеры, управлявшие броневиками, и военные моряки. В Баку стоял Вспомогательный полк, все солдаты которого были добровольцами-азербайджанцами, а офицеры были турками. Этот полк обеспечивал охрану парламента и всех правительственных зданий. Они перешли на сторону большевиков.   С помощью турецких военнослужащих многие важные объекты города, в том числе и железнодорожный вокзал, были захвачены. Военный губернатор Баку генерал-майор М.Г. Тлехас был арестован34. Контролировавшие вокзал турецкие военнослужащие предотвратили попытку правительства покинуть город35.

М.Э. Расулзаде пишет: "С 28 апреля трехцветный азербайджанский флаг был заменен частично Красным советским знаменем и полуофициально османским знаменем. Над милицией, Вспомогательным полком, городской комендатурой и другими официальными учреждениями развевалось турецкое знамя, повсеместно виднелись приказы, декларации и объявления на турецком языке. Создавалось впечатление, что виновата в происшедшем не агрессия российской армии, а турки-османы. Мусаватское правительство было свергнуто, взамен было создано турецкое правительство. Османские офицеры, снующие на автомобилях по городу из конца в конец, были тому ярким подтверждением. Прокламации, подготовленные от имени Турецкого Комиссариата, провозглашали, что… "падение "проанглийского" Мусавата преследует две цели": 1. Спасение Азербайджана. 2. Обеспечение российской поддержки борющейся за свою жизнь Турции"36.

После того, как при активной помощи и прямом участии анатолийских представителей в апреле 1920 года большевизация Азербайджана была завершена, говоря словами Халил-паши, "в Азербайджане больше нечего было делать"37. Поэтому Халил-паша и Фуад Сабит-бек, получив инструкции Казыма Карабекир-паши, направились в Москву38, где провели переговоры от имени Анатолийского движения с лидерами Советской России и обеспечили получение необходимой советской помощи.

Спустя  несколько дней после захвата Баку Красной Армией турецкие "командиры" были заменены русскими. Более того, часть турецких офицеров, участвовавших в оккупации Баку, была арестована, а других выслали из страны39.

Мустафа Кемаль-паша 14 августа 1920 года, выступая в ВНСТ, сказал следующее: "Республика большевиков преследовала цель собственного выживания, и, как только ей удалось вырваться из лап Антанты, стала самым сильным помощником и союзником нашим, и протянула руку помощи… Силами X и XI Армий на Кавказе был разорван Восточный фронт. Эти армии с легкостью прошли Северный Кавказ и вошли в Азербайджан: это было наше целеуказание, наше влияние и наша заслуга"40.

Участник московских переговоров 1921 года доктор Рыза Нур в своих мемуарах "Жизнь и воспоминания" пишет: "Азербайджанцы горько жалуются лишь на одно, и, вспоминая это, обычно плачут. С кем бы я ни встретился, все говорят одно: вы нас воодушевили, вы же нас задушили… Возможно, азербайджанцы, не сумев оборониться, покорились бы русским. Страна их была бы захвачена вновь. Хотя бы, воюя, выполнили бы свой долг. Но может быть, они сумели бы защитить свою независимость…"41.

Заключение

Таким образом, на почве турецко-русского сотрудничества, при активной помощи и прямом участии анатолийских представителей 28 апреля 1920 года осуществилась советизация Азербайджана. Правда, были и другие внешние и внутренние причины падения АР (например, чрезмерный демократизм правительства, правительственный кризис, карабахский конфликт, деятельность местных и русских коммунистов, предательство и дезорганизаторская деятельность некоторых лиц в правительстве, отмена экономического эмбарго, установленного союзниками в отношении Советской России, отсутствие  реальной военной помощи Кавказским республикам и т.п.).

Сближение Турции с Россией было основано не на идеологическом единстве анатолийского движения с большевиками, оно было следствием реальных задач того времени —  стремления получить помощь большевиков в ходе турецкого национально-освободительного движения против европейских оккупантов и в итоге вытекало из необходимости спасти Турцию.


1 См.: Эртюрк Х. За кулисами двух периодов. Запись воспоминаний: Самих Нафиз Тансу. В 3-х томах. Стамбул: Изд-во "Арарат", 1969. С. 344 (на турец. яз.). к тексту
2 См.: Там же. С. 344—345. к тексту
3 См.: Карабекир К. Наша война за независимость. Т. I. Стамбул: Изд-во "Япы креди", 2006. С. 80 (на турец. яз.); Гюрюн К. Турецко-советские отношения (1920—1953). Анкара: Турецкое историческое общество, 1991. С. 19 (на турец. яз.). к тексту
4 См.: ATASE (Архив Военного министерства Турецкой Республики), A. 1/4282, K. 586, D. 114-34, F. 56. к тексту
5 См.: Карабекир К. Указ. соч. С. 395—396. к тексту
6 Там же. С. 395. к тексту
7 См.: Там же. С. 203—204. к тексту
8 См.: Там же. С. 204—205. к тексту
9 См.: Светоховски Т. Русский Азербайджан в 1905—1920 гг. Стамбул: Изд-во "Баглам", 1988. С. 213, 215 (на турец. яз.). к тексту
10 См.: Аслан Б. Турецко-азербайджанские отношения и Ибрагим Абилов (1920—1923 гг.). Стамбул: Изд-во "Кайнак", 2004. С. 44 (на турец. яз.). к тексту
11 См.: Еросимос С. Турецко-советские отношения. От Октябрьского переворота к "Национальному сопротивлению". Стамбул, 1979. С. 113 (на турец. яз.).; Аслан Б. Указ. соч. С. 47. к тексту
12 См.: Государственный архив Азербайджанской Республики (ГААР), ф. 894, оп. 10, д. 145, л. 11—13. к тексту
13 См.: Карабекир К. Наша война за независимость. Т. II. C. 702—704; Еросимос С. Указ. соч. С. 134—136. к тексту
14 ГААР, ф. 894, оп. 10, д. 145, л. 13—14; Карабекир К. Наша война за независимость. Т. II. С. 702—704; Еросимос С. Указ. соч. С. 134—136. к тексту
15 См.: Карабекир К. Наша война за независимость. Т. II. С. 680. к тексту
16 См.: Там же; Теветоглу Ф. Социалистическая и коммунистическая деятельность в Турции. 1910—1960 гг. Анкара, 1967. С. 277 (на турец. яз.). к тексту
17 См.: Карабекир К. Наша война за независимость. Т. II. С. 680—681. к тексту
18 См.: Еросимос С. Национальности и границы. Балканы, Кавказ и Средний Восток / Пер. на турецкий: Ширин Текели. Стамбул: Изд-во "Илетишим", 1994. С. 327; Атнур И.Е. Нахчыван: от османского правления до советского правления (1918—1921). Анкара: ТТК, 2001. С. 337 (на турец. яз.). к тексту
19 См.: Архив Османского правительства (BOA), HR. MTV,D. 639. G. 16. к тексту
20 См.: Илери, 31 января 1920, № 742; Икдам, 31 января 1920; Азербайджан, 5 апреля 1920, № 67; Азербайджан, 6 апрель 1920, № 68. к тексту
21 Карабекир К. Наша война за независимость. Т. I. С. 512—514. к тексту
22 Там же. С. 598—599. к тексту
23 Там же. С. 693—698. к тексту
24 См.: Карабекир К. Наша война за независимость. Т. II. С. 688—690. к тексту
25 См.: Там же. к тексту
26 См.: Мамедзаде М.Б. Азербайджанское национальное движение. Баку: Ниджат, 1992. С. 140 (на азерб. яз.); Халил- паша. Непрекращающаяся война. Подготовил: Тайлан Соргут. Стамбул: Изд-во "Камер", 1997. С. 325—326 (на турец. яз.). к тексту
27 Кахраман С.С. Борьба за независимость и Энвер-паша (Трабзонские и Карские воспоминания). Измир: Изд-во "Селюлоз", 1949. С. 130—131 (на турец. яз.). к тексту
28 Мамедзаде М.Б. Указ. соч. С. 150; Архив Азербайджана, 1988, № 1—2. С. 193. к тексту
29 См.: Коммунист, 3 мая 1920. к тексту
30 ATASE, A. 1/4282, K. 586, L.114-34; F.90-1. к тексту
31 Мамедзаде М.Б. Указ. соч. С. 68. к тексту
32 Расулзаде М.Э. Азербайджанская республика. Баку: Элм, 1990. С. 67 (на азерб. яз.). к тексту
33 Мамедзаде М.Б. Указ. соч. С. 137. к тексту
34 См.: Из истории внешнего военного вмешательства в Азербайджан // Архив Азербайджана, 1988, № 1—2. С. 153 (на азерб. яз). к тексту
35 См.: Хейфец А.Н. Советская Россия и сопредельные страны Востока в 1918—1920 годах. М., 1964. С. 108. к тексту
36 Расулзаде М.Э. Указ. соч.. С. 67. к тексту
37 Халил-паша. Указ. соч. С. 327. к тексту
38 ATASE, A. 1/4282, K. 586, L. 114-34; F. 87-2; Карабекир К. Наша война за независимость. Т. II. С. 879. к тексту
39 См.: Расулзаде М.Э. Указ. соч.. С. 69. к тексту
40 Байкара Х. История борьбы за независимость Азербайджана. Баку: Азернешр, 1992. С. 265 (на азерб. яз.). к тексту
41 Нур Р. Жизнь и воспоминания. Т. III. Стамбул: Изд-во "Алтындаг", 1968. С. 750—751 (на турец. яз.). к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL