Наргиз АХУНДОВА


Наргиз Ахундова, доктор исторических наук, профессор кафедры истории стран Азии и Африки Бакинского государственного университета (Баку, Азербайджан).


ПОЛИТИЧЕСКИЕ, ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И РЕЛИГИОЗНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ АРАБСКИХ ЗАВОЕВАНИЙ НА КАВКАЗЕ

РЕЗЮМЕ

Рассматривается позиция народов и государств Кавказа в период установления власти арабов в регионе; причины политических, экономических, социальных, административных и религиозных изменений анализируются в свете налаживающегося сотрудничества между арабами-мусульманами и местной политической элитой; прослеживаются экономические последствия адаптации местных структур к системе мусульманских законов. Особое внимание уделяется причинам недовольства местного населения правлением арабов, показываются формы его проявления, способствовавшие постепенному ослаблению влияния арабов и возникновению независимых государственных образований в регионе.

Введение

Современный мир, разделенный границами и населенный различными нациями, представляется нам в виде системы геополитических регионов. Кажется, что так было всегда. Однако в истории всех народов есть очень много черт, являющихся результатом их взаимодействия.

История Кавказа с точки зрения взаимосвязи населяющих этот регион народов, их взаимовлияние и взаимообогащение, вклад каждого народа в исторические процессы и их оценка вызывают особый интерес исследователей. Народы, столкнувшиеся в процессе арабских завоеваний с новой религией — исламом, а вместе с ней и с новыми формами мышления и поведения, переживали коренные изменения, сказавшиеся в последующем на ходе событий. Несмотря на то что многие народы в духовно-моральном плане растворились в исламе, часть населения Кавказа сумела сохранить свою самобытность. Уместно отметить, что народы этого региона различались не только языками, обычаями и институтами, но и верованиями, в том числе и принадлежностью к единобожию.

Возникновение ислама и образование первого мусульманского государства — Арабского халифата стали эпохальными событиями мировой истории и оказали огромное влияние на судьбу евразийского мира. Арабы, как первые носители ислама и создатели этого государства, превратились в этнос, который долгое время единолично управлял Халифатом — самой обширной и могущественной империей своего времени, утвердившейся на трех континентах.

В этой связи вызывают интерес следующие вопросы: как господствующий этнос налаживал отношения с народами, включенными в состав империи, а также с народами соседних стран; каковы были конкретные результаты взаимодействия — ибо ислам и мусульманская культура ощутимо повлияли на все стороны жизни и деятельности многих стран и народов, находившихся в орбите Халифата.

Установление власти арабов на Кавказе

Возникновение арабо-мусульманского государства, смерть Пророка Мухаммеда и последовавшие за этим бурные политические события, приведшие к образованию Халифата, стали для только что созданной исламской общины началом интенсивного роста и стремительных перемен. Причиной коренных изменений явились не только начавшиеся победоносные завоевания арабов, но и обострение внутреннего кризиса в исламском обществе, начавшееся с движения "ридда"1 и продолжившееся до гражданского противостояния халифа Али и Омейядов.

Несмотря на проблемы и конфликты в обществе, мусульманская армия буквально за несколько лет после смерти Пророка сумела создать огромную державу. Эпоха "праведных халифов", особенно халифа Омара (634—644 гг.), стала для новой монотеистической религии — ислама периодом больших военных побед, которые привели к завоеванию территорий нынешних Сирии, Ирака, Ирана, Кавказа, Египта, а также Северной Африки и Мавераннахра. Наверное, самый главный этап начался, после того как мусульманская армия сумела продемонстрировать свое преимущество перед сасанидской и византийской армиями. Обе огромные империи, ослабевшие в борьбе друг с другом, вначале не придали особого значения опасности, пришедшей из Аравии, принимая ее за обычные набеги кочевников. Народы же, за территории которых шла борьба, зачастую без сопротивления встречали завоевателей, избавлявших их от тяжелых налогов и религиозного принуждения, особенно византийского. Быстрые победы расширили ареал мусульманских завоеваний.

Известно, что Кавказ до арабского завоевания долгое время был ареной и предметом ожесточенной сасанидско-византийской борьбы. К концу VI века преимущества добилась Византия, которая приобрела часть территорий Сасанидов на Кавказе; при этом некоторой опорой для нее стала христианская церковь в странах региона. Однако здесь были довольно прочны позиции монофизитов, поддерживаемых Сасанидами, в то время как православие, опирающееся на Константинополь, не встречало особой поддержки у местных народов. Это в дальнейшем стало причиной раскола кавказской армянской и албанской церквей, отделившихся от Византии в начале VII века, в то время как грузинская сохранила с ней связи2. Многовековые ирано-византийские войны шли с переменным успехом, византийцам удалось добиться перелома ситуации, наладив союз с влиятельными хазарами на севере Кавказа и привлекая разными путями на свою сторону представителей феодального класса южной его части.

Однако разгромившая византийскую армию в Сирии в 636 году при Йармуке, персов при Кадисии (639 г.) и Нихавенде (642 г.), арабская армия положила конец существованию Сасанидской империи, завладела ближневосточными и североафриканскими землями Византии. В евразийской истории средневековья начался качественно новый этап, изменились главные ее фигуранты. Теперь вооруженная новой религией молодая держава на востоке была в состоянии овладеть всеми территориями Сасанидов и Византии. Именно Кавказ стал одним из первых направлений завоеваний мусульман. Здесь арабы появились сразу после Нихавендского сражения и быстро заняли почти всю территорию, дойдя до Дербента и границ хазарского государства.

В этот период арабские племена стали тяготеть к оседлости, селиться в дальних регионах семьями и кланами, поддерживающими племенные традиции. Кавказский регион, который не раз станет ареной волнений и выступлений, все же демонстрировал и приспособление местного землевладельческого класса к новой власти. В дальнейшем этот класс стал играть заметную роль в провинциальной администрации.

Однако местные правители по-разному реагировали на чужеземное вторжение. Первый поход арабов на Азербайджан относится к 643—644 годам. Арабские части под командованием Букайра ибн Абдаллаха с большим трудом продвигались к этой огромной провинции на северо-востоке иранского плато. Арабам помогал захваченный в плен в начале похода представитель местной элиты — Исфандияд, который согласился быть проводником и посредником между арабами и местным населением3. Предупредив арабов о том, что, если не будет заключен мир, население может рассеяться по горам и с ним нельзя будет справиться, он рекомендовал решить военную проблему дипломатическим путем. Процесс закончился победой мусульман и подписанием мирного договора с местным населением4. Обращает на себя внимание тот факт, что сражений почти не было, а население согласилось платить дань в обмен на гарантии неприкосновенности имущества, обычаев и религии5.

Албанский князь Джеваншир лавировал между византийцами, хазарами и арабами. Источник сообщает, что границы территорий, подвластных Джеванширу, простирались от грузинских границ до Дербента6. Правитель Армении Т. Рштуни пытался заручиться поддержкой Византии, но позднее, в 652 году, принял решение порвать с Византией и заключил договор с омейядским халифом Муавийей, превратив свою страну в подчиненное Халифату государство7.

Арабы двинулись дальше вдоль побережья Каспийского моря к Баб ал-Абвабу (Дербенту). Здесь у Сасанидов была крепость, за которой простирались владения воинственных кочевников. Командовавший гарнизоном в Дербенте сасанидский военачальник Сарвараз, зная о разгроме сасанидской армии, начал переговоры с арабскими предводителями и договорился о том, что он и его люди в обмен на военную службу в пограничных районах будут освобождены от подушной подати8. В результате оставшиеся сасанидские военные части не были разбиты, а вошли в состав мусульманской армии. Часть их вскоре перешла в ислам9. Источники сообщают, что арабы хотели перейти в наступление на кочевников за стенами Баба, но опытные персы отговорили их от такого опрометчивого шага10. Также сообщается, что аналогичные соглашения были заключены с христианами, населявшими горную Армению, и о том, что арабские войска дошли до грузинского города Тбилиси.

Начавшиеся в Халифате политические конфликты на время приостановили военные действия на Кавказе. Это дало возможность хазарам продолжить экспансию в соседние страны — Албанию и Армению. Оправившись от последствий гражданской войны, арабы с конца VII века возобновили походы на Кавказ. Были покорены Арран, Армения, уничтожены представители многих знатных родов, один из влиятельных албанских князей, Шерой, был увезен в Дамаск, где и окончил свои дни11.

Арабы считали неизбежной войну с хазарами для предотвращения их непрекращающихся набегов на южнокавказские территории. Мусульмане вели ее с переменным успехом до 737 года. Незадолго до этого года наместником Кавказа был назначен будущий омейядский халиф Мерван ибн Мухаммед. Этому предшествовали такие события, как убийство Джеваншира — влиятельного ишхана Аррана, гонения на христиан в Арминийи (провинция охватывала в основном Албанию, Восточную Грузию и пр.). Осознав необходимость изменить политику в отношении местного населения, чтобы получить возможность использовать армянскую конницу для войны с хазарами, Мерван распорядился выдать ей из государственной казны жалование за три года12. Политика по отношению к Грузии была более жесткой. В 753 году Мерван вернулся в Арминийю и жестоко усмирил восставших грузин13. Однако главной целью было покорить Хазарию.

Хазары были разгромлены, их хаган просил мира, а Мерван потребовал, чтобы хазары приняли ислам. До падения династии Омейядов хазары оставались под контролем арабов. Позже, с приходом к власти Аббасидов в 750 году, они предприняли попытку вновь стать независимыми. Используя внутренние неурядицы в Халифате, Византия также усилила свою дипломатическую и военную активность на Кавказе.

Политические последствия арабских завоеваний на Кавказе

Как известно, арабы, завоевавшие кавказские территории, нашли здесь административные названия Арминийя и Адурбадаган (Азербайджан), оставшиеся от периода внутренних реформ в Византии и Сасанидском государстве. Созданная ими арабская Арминийя не совпадала с территорией одноименной провинции Византии, тогда как Азербайджан охватывал как северную, так и южную часть провинции, как это было при Сасанидах14. В начальные периоды завоеваний арабы назначали предводителя, занявшего ту или иную территорию, ее наместникоми. Очень часто эти военачальники, не желая удаляться от политического центра, оставляли в провинциях своих представителей и наделяли их полномочиями. К примеру, Букайр, командовавший мусульманами при завоевании Азербайджана, продолжил свой поход, посадив на свое место военачальника Утбу ал-Фаркана15.

Такие заместители, амили, участвовали в заключении договоров с представителями местного населения. Затем амили занимались непосредственно налогами, амиры и вали — администрацией, а кади — юридическими проблемами. Заключенные в процессе завоеваний письменные договоры включали в себя признание зависимости от Халифата, согласие на выплату джизьи и даже гарантии сохранения за прежними администраторами их должностей (при добровольной сдаче). Религиозные деятели региона также участвовали в управлении местным населением. Некоторая свобода местного самоуправления давала возможность нарушать заключенные договоры в период ослабления власти в центре, но такие случаи приводили к новым походам, следствием которых были соглашения с более тяжелыми условиями.

Чтобы управлять провинциальными центрами, халифам необходимо было владеть информацией о местных социальных условиях, налогах и в целом о местной специфике. Каждый назначенный наместник провинции кроме военной сферы надзирал за администрацией и контролировал все стороны жизни своей территории. В городах, выполнявших функции провинциальных центров, располагался диван, с помощью которого осуществлялся этот контроль. При халифе Абд аль-Малике (661—680 гг.) была создана почтовая служба, облегчившая связь центра с перифериями. Арабский историк отмечает, что почта являлась одним из лучших новшеств времени16.

Кроме провинциальных центров, имелись и местные управленческие структуры. Однако невозможность обеспечить их чиновниками-арабами первоначально заставляла завоевателей обратиться к использованию местных управленцев и знати, добровольно принявших ислам и готовых служить халифу. До правления Абд аль-Малика ввиду отсутствия у арабов управленческого опыта не возбранялось занятие должностей представителями местного населения. Лишь налоговые и военные диваны вели свою документацию на арабском, так как их контролировал лично халиф. Диваны в Азербайджане и Арране использовали в работе пехлеви и греческий, оставшиеся от прежней власти Сасанидов и византийцев. Позже по указанию халифа всех не знающих арабский язык удалили с должностей, объяснив это волей Аллаха17.

Положение во многих областях Халифата существенно изменилось с приходом к власти Аббасидов, государство которых, в отличие от омейядского, носило общемусульманский характер. Они с самого начала своего правления стали допускать к участию в общественно-политических процессах представителей всех народов, принявших ислам. Новообращенные-мавали стали соперничать с арабами во всех сферах политической, военной, культурной жизни Сначала это были персы, затем их места стали занимать и тюрки18.

При Омейядах и в Персии, и на Кавказе принятие ислама шло постепенно, при Аббасидах этот процесс ускорился и местные мусульмане, населявшие регион, стали получать равные права с арабами, а их верхушка — возвращать себе прежнее господствующее положение. Хорошо осознавая стратегическое и политическое значение Кавказа, уже первые халифы новой династии стали назначать сюда в качестве наместников своих близких родственников и влиятельных военачальников. Этого требовало и положение во многих областях региона, которое усложнилось с нападениями хазар, в 754 году разграбивших Картли и захвативших Тбилиси.

Для укрепления своей власти и ускорения исламизации халифы заселяли покоренные земли арабскими племенами. Они в большом количестве появились на Мугани, в Дербенте, Ширване и создавали дополнительные проблемы и коллизии, так как и в среде переселенцев проявляло себя старое соперничество северных и южных арабских племен за влияние. Это вызывало столкновения, результатом которых стала победа северных кланов19. В расселении арабских племен особенно отличились арабские правители из родов Шайбани и Сулам. Большая часть этих племен утвердилась в Ширване и в других частях провинции Арминийи. Предводители племени Сулам также продвигали своих соотечественников в центральные районы региона.

Переселение арабов имело для Халифата не только политическое, но и стратегическое значение, так как, обеспечивая спокойствие в завоеванных странах, они также помогали властям активно противостоять Византии и хазарам и участвовали в походах против этих соперников. В частности, переселенные в Дербент арабские племена играли важную роль в борьбе с хазарами. Переселенцы занимали большие территории вдоль арабо-византийской границы, постепенно продвигаясь на север и северо-запад и закладывая военные поселения в городах, имеющих важное значение. И хотя главная цель переселения заключалась в ослаблении влияния местных феодалов, тем не менее со временем они стали проявлять не меньшие сепаратистские тенденции. Арабские военачальники, правители, представители бюрократического аппарата искали себе наследственные земли и должности. К примеру, Шайбаниды и Суламиды стали наследственными правителями Арминийи.

Заметим, что с конца IX века роль провинций Халифата начинает возрастать. Экономическая и культурная эволюция, постоянные восстания против власти Аббасидов стали показателями новой исторической реальности, отражающей своеобразие завоеванных стран: взаимоотношения между мусульманами и местным населением складывались по-разному.

Создание новых политических образований на Кавказе началось даже раньше, чем в центральных районах Багдадского халифата. Этот процесс активизируется в конце VIII века и несколько осложняется в период возникновения хуррамитского движения, так как оно вызвало большой приток военных сил в регион для его подавления20. Не принимавшее участие в этом по сути антимусульманском восстании местное христианское население, видимо, рассчитывало использовать его в своих интересах. А когда восстание потерпело поражение, один из албанских князей выдал его руководителя Бабека арабам21.

Несмотря на его разгром, движение хуррамитов стало одной из причин политического упадка Халифата. После него центрами сопротивления становятся Грузия и Армения. Центральный же город Грузии — Тбилиси, среди населения которого было немало мусульман, в это противостояние с Аббасидами не был вовлечен. Арабские источники указывают, что после казни Бабека находившийся под властью арабов Кавказ стал ареной нескончаемых восстаний22. Когда в 852 году сюда была направлена армия халифа под командованием Буги ал-Кабира23, усмирение региона заняло почти четыре года (до 855-го). Буге пришлось вновь захватить Тбилиси, при этом ему оказывали помощь местные христианские феодалы из дома Багратуни.

Однако ослабевший Халифат не смог приостановить процесс возникновения полузависимых и независимых государств. Халифат, начав войну с Византией, был не в состоянии уделять внимание Кавказу, и арабская провинция Арминийя была практически ликвидирована. Ее восточная часть, включавшая земли теперешнего Северного Азербайджана, попала под управления арабской семьи Мазьядидов. Дербент объявил эмиратом арабский правитель Х. ас-Сулами, возродивший "развалившееся Албанское царство"24. Албанский князь Г. Хамам взял власть в Шеки, являвшемся частью Аррана, а на юге Азербайджана тюркская династия Саджидов заложила основу независимого от Халифата государства Саджидов. В силу политических обстоятельств оно не смогло полностью выйти из-под контроля центральной власти, поэтому предпочло взять курс на сотрудничество, и в 898 году его глава был объявлен правителем практически не существующей арабской Арминийи. Саджиды увеличили границы своего государства; входившие в его состав Ширван, Шеки, Сюник и другие провинции являлись его данниками.

На севере региона самым крупным феодальным образованием стало княжество Багратидов, земли которого включали в себя территории до Картли.  Во второй половине Х века княжество Багратидов распалось.

Процесс отпадения от Халифата шел не только на Кавказе. Аналогичным образом события развивались также в Сирии, Египте, Персии и Средней Азии. В результате такие местные наместники, как Тулуниды, Саманиды и пр., практически стали самостоятельными и не отчитывались перед центром в своей военной, административной, финансовой деятельности. Тем самым они способствовали усилению центробежных тенденций в доселе цельной мусульманской империи.

Экономические последствия арабских завоеваний на Кавказе

Завоевав огромные территории, арабы везде требовали денежных выплат от населения. В более поздний период налогообложение стало четко разделяться мусульманским законодательством на две категории: харадж — земельный налог и джизья — подушная подать исключительно для немусульман. Однако непосредственно во время завоеваний это разделение было нечетким, поэтому джизьей обозначались любые налоги и дани.

При первых халифах и первом омейядском халифе Муавийе казна Халифата пополнялась за счет добычи от военных походов, однако выплаты и земли в провинциях получали по принятой традиции только воины-мусульмане, осевшие на завоеванных территориях. Таким образом, завоеватели и завоеванные жили в различных обществах, с разными проблемами, а покоренным народам не позволялось занимать позиции первого плана.

Однако со временем, когда коренное население стало участвовать в создании мусульманской администрации, ситуация стала меняться. Основной задачей этой структуры было взимание тяжелых налогов с тех, кто остался на своих землях. Оставшийся от Сасанидов и византийцев старый фискальный аппарат продолжал функционировать в разных регионах вместе с использованием местных языков. Однако при халифе Абд аль-Малике он был заменен новой организацией с ведением документации на арабском языке, объявленном государственным25. Стали чеканиться монеты с арабской вязью, писаться государственные тексты, возводиться новые мечети для привлечения новообращенных.

Первоначальный успех реформирования внутренней жизни неожиданно стал создавать проблемы налогового, социального и экономического порядка. Первым результатом стало сокращение доходов. После завершения эпохи военных походов и без того нерегулярные поступления военной добычи в казну вовсе прекратились, теперь она должна была пополняться, по представлению властей, за счет постоянных налогов и податей, прежде всего с сельского хозяйства. Эти подати взимались, как правило, в основном с немусульманских земель. Когда процесс исламизации ускорился, внутри системы начались серьезные сбои. Омейяды попытались стабилизировать ситуацию, не освобождая новообращенных мусульман от прежних налогов, а обязывая их платить эквивалент мусульманских пожертвований. Но когда от новообращенных продолжали требовать уплаты земельного налога в прежних размерах, многие из них покидали свои земли и отправлялись в города, где начинали заниматься ремеслом или вовсе оказывались не у дел.

Количество налогов при таком наличии необрабатываемых земель сокращалось. Жестокость, применяемая при сборах податей, лишь усиливала всеобщее недовольство. Известно, что омейядский халиф Омар II (717—720 гг.) к началу VIII века вернул прежние установки относительно новых адептов, но после его смерти временные послабления прекратились26.

Еще одним, можно сказать, социальным результатом массового перехода в ислам различных категорий местного населения было появление мавали — прослойки неарабских мусульман, приспособившихся к новым условиям и обстоятельствам. Сохраняя свою региональную самобытность, они старались смягчить более или менее серьезные проблемы сосуществования с арабами-мусульманами.

Отметим, что на Кавказе их положение было более тяжелым, чем в Сирии, где население без особого труда интегрировалось в систему арабских племен. Провинциальных новомусульман отстраняли от власти, от должностей, и они были готовы присоединиться к любой идее, в том числе и шиитской, чтобы подняться против существующей власти. Их наличие могло стать и в дальнейшем стало причиной центробежных тенденций в Халифате. Собственно, власть особо и не занималась унификацией: мусульманская империя оставалась государством разнородным, вобравшим в себя историческое и культурное наследие многих народов. Однако противоречия на перифериях, принимавшие зачастую форму разнообразных религиозных движений (достаточно вспомнить хуррамизм и его последствия), тормозили формирование единой и сильной исламской идеологии. Вскоре Аббасидской династии удалось в некоторой степени изменить сложившуюся ситуацию, опираясь именно на этот слой мавали.

В отличие от Омейядов, опиравшихся в своей деятельности только на арабов, Аббасиды стали управлять региональными структурами посредством ранее невлиятельных местных феодалов-мавали. Однако они оставили неизменными административные и налоговые основы Халифата. Несмотря на все обещания новой династии, положение народных масс в Азербайджане, Арране и других районах при Аббасидах значительно ухудшилось27.

Владычество Халифата внесло определенные изменения и в аграрные отношения восточных стран. И если первоначально ситуация в Арране, Азербайджане, Армении изменилась незначительно, то по мере развития восточного феодализма здесь стали действовать новые социальные отношения. Заметим, что в отличие от Сирии, Египта, Месопотамии, где арабы заняли доминирующие позиции в экономике и взяли в руки почти все земли, раздав их переселенцам, в Азербайджане, Арране, Армении, на грузинских территориях они не смогли овладеть земельным фондом местных землевладельцев. Тем не менее они имели здесь государственные земли28.

Со времен Аббасидов существовала категория вакфных земель, принадлежавших мусульманским религиозным учреждениям и, в принципе, соответствовавших церковным владениям местных христианских общин. Начиная с середины VIII века получает распространение форма условной земельной собственности — игта, предоставляемая служилым людям на период службы. Арабы отдавали земли, отобранные у местных феодалов, поднимавших восстания, арабским переселенцам29. Имеющиеся общинные земли стали относиться к категории государственных земель. В странах региона было также немало частновладельческих земель с наследственным владением — мюльк.

Думается, что причины выхода Кавказа из сферы влияния Халифата к IX—X векам не связаны с экономическими проблемами: экономика средневекового региона с трудом поддавалась изменениям. Однако один из аспектов экономического развития — рост городов и торговли, который наблюдается на Кавказе в рассматриваемое время, как раз и произошел благодаря наличию Халифата как централизованного государства. Такие города, как Барда, Тбилиси, Дербент, Ардебиль, Гянджа, Шабран30, Двин и др. имели большое значение не только для своего региона, но и за его пределами. Купеческое сословие этих городов, а также достаточно экономически развитые грузинские княжества активно участвовали в международной торговле. К тому же они выступали в качестве посредников в торговле с другими народами31.

Также следует отметить, что города Азербайджана и Аррана превращались в административные центры и старались жить самостоятельной жизнью. Население городов Кавказа отличалось большой этнической пестротой. Кроме местного населения в них жили арабы, евреи и др.; из них выделялись торгово-ремесленные корпорации, а также землевладельцы-феодалы.

Некоторые аспекты исламизации Кавказа

Пришедшая с арабским завоеванием новая религия — ислам, которую арабы вместе со своей системой управления и налогообложения старались распространить на представителей других религиозных верований, начала распространяться на Кавказе не сразу. Арабы первоначально не навязывали местному населению свои религиозные убеждения, но и не мешали тем, кто хотел их принять. Это больше всего отразилось на Арране, население которого было в основном христианским32.

Местные феодалы, первоначально стремившиеся отстоять верования своих предков, вскоре осознали, что сотрудничество с арабами дает им возможность сохранить прежние привилегии. По этой причине среди азербайджанской знати процесс принятия ислама завершился довольно быстро33. Причину же лояльного отношения к местным христианам можно объяснить и тем, что в период продолжавшихся войн с Византией арабы осознавали значение Кавказа как арены военных действий и стремились к дружественным отношениям с его населением.

По сравнению с южным, на территории северного Азербайджана процесс исламизации несколько затянулся. Принимая ислам, многие соперничавшие друг с другом феодальные кланы Аррана старались использовать арабов-завоевателей для разрешения своих противоречий. Естественно, что и экономический фактор имел большое значение, так как принятие веры завоевателей сохраняло земли их владельцев и освобождало от выплаты налога — джизьи. В дальнейшем обязательное знание и применение арабского языка должно было стать еще одним фактором для сближения с арабами. Но арабский язык оставался языком администрации, в повседневной жизни на нем не говорили. Он так и остался для местного населения языком богословия.

Сохранение традиционной, неарабской культуры стало результатом того, что заселение страны арабами происходило очень медленно и завоеватели практически не трогали существующие структуры власти. И хотя большая часть населения Кавказа перешла в ислам, но арабами, естественно, не стала.

Можно констатировать, что резкое изменение в процессе исламизации началось в послеомейядский период, когда Халифату понадобился потенциал завоеванных народов. Переселяя многие авторитетные арабские семьи, к примеру, на азербайджанские земли, халифы предписывали им личным примером и благочестием привлекать население к исламу34. Простота и доступность ислама, высвобождение населения из-под постоянного экономического давления (арабы предлагали лучшие условия существования), прекращение религиозных преследований — все это привлекало местных жителей к новой вере. Арабы же, принесшие в регион свой язык и религию, впитывали элементы местной культуры, приспосабливали местные традиции и правила к своим нуждам, в том числе и управленческим.

К началу VIII века ислам стал господствующей религией в Азербайджане. Представители высших слоев приняли его на условиях сохранения своих привилегий, купцы и ремесленники — по причине внимательного отношения и уступок со стороны арабов, а крестьяне — прежде всего для освобождения от подушного налога35. Что касается Аррана, где было распространено христианство и между различными его версиями шла ожесточенная борьба за влияние, — то здесь исламизация начинается позже, с IX—X веков под эгидой властвующих в Ширване и Арране мусульманских династий.

Заключение

Арабские завоевания охватили огромные, подчас совершенно разные по своему расположению земли. Сразу после завоевания мусульманские войска начали заселять эти земли, но при этом почти всегда селились отдельно от местного населения и не всегда смешивались с ним. Мусульмане-победители почти не оказывали давления на завоеванные народы с целью принятия ими ислама, понимая, что это может вызвать недовольство и волнения. Мусульманские власти старались поддерживать хорошие отношения в рассматриваемом регионе как с христианской церковью, так и с другими религиозными учреждениями.

Обращение в ислам местного населения было вызвано прежде всего желанием освободиться от налогов или влиться в правящий класс Халифата. Это было необходимо в первую очередь для всякого желающего сделать военную карьеру. К Х веку и даже в более раннее время невозможно было получить и бюрократическую должность, не будучи мусульманином. Новая вера была притягательна и тем, что не принуждала принять ее, оставляя каждому человеку возможность выбора. Переход в ислам давал побежденным возможность приобщиться к победителям, войти в правящий класс и достичь, хотя бы теоретически, равенства с прочими мусульманами.

Между арабами-мусульманами и мавали могли возникать и возникали проблемы, но фактом является и то, что ислам был открыт для всех и декларировал равенство мусульман перед Аллахом. Хотя именно противостояние в исламском обществе — одна из черт крушения старого социального порядка и разрушения прежних социальных перегородок.

Арабские завоевания стали предвестником исламизации многих народов и регионов, так как устанавливались политические и социальные рамки для постепенного перехода в новую веру. К началу Х века большая часть завоеванных мусульманами к 750 году территорий стала частью исламской общности. Конечно же, условия для этого были созданы завоеваниями, без них ислам не стал бы доминирующей формой религиозного сознания на этих территориях.

Во многих отношениях примирение с властью мусульман было результатом их политики по отношению к покоренным народам. Добровольная капитуляция, принятие предложенных условий и выплата дани были для арабов предпочтительнее, чем необходимость подавлять сопротивление. Исламизация и арабизация не могли произойти без продемонстрированного мусульманами политического успеха, но все же не были прямым следствием завоевания. Напротив, процесс был скорее мирным, постепенным, вызывался желанием все большего количества людей приобщиться к доминирующей культуре своего времени.

 


1 См.: Большаков О.Г. История Халифата. Т. 1. М.: Наука, 1989. С. 63. к тексту
2 См.: История Востока. Т. 2. М.: Наука, 2000. С. 37. к тексту
3 См.: Кеннеди Х. Великие арабские завоевания. М.: АСТ, 2010. С. 227. к тексту
4 См.: Велиханлы Н. Арабский халифат и Азербайджан. Баку: Элм, 1993. С. 23 (на азерб. яз.). к тексту
5 См.: Там же. к тексту
6 См.: Буниядов З. Азербайджан в VII—IX веках. Баку: Элм, 1989. С. 78 (на азерб. яз.) к тексту
7 См.: Тер-Гевондян А. Армения и арабский Халифат. Ереван: АН Армянской ССР, 1977. С. 87. к тексту
8 См.: Donner F. The Early Islamic Conquests. New Jersey: Princeton University Press, 1981. P. 205—209. к тексту
9 См.: Там же. к тексту
10 См.: Табари М. Тарих ар-русул ва-л-мулюк. Т. 1. Каир: Дар ал-маариф, 1949—1950. С. 153 (на арабск. яз.). к тексту
11 См.: Ибн ал-Асир. Ал-Камил фи-т тарих. Т. 7. Бейрут, 1965—1968. С. 20 (на арабск. яз.). к тексту
12 См.: Табари М. Указ. соч. С. 156. к тексту
13 См.: Там же. к тексту
14 См.: Буниядов З. Указ. соч. С. 145. к тексту
15 Большаков О.Г. Указ. соч. С. 96. к тексту
16 См.: Ал-Галгашанди А. Китаб субх ал-аша. Т. 15. Каир, 1922. С. 367—368 (на арабск. яз.). к тексту
17 См.: Там же. к тексту
18 См.: Ахундова Н. Тюрки в системе государственного управления Халифата. Баку: Элм, 2004. к тексту
19 См.: Велиханлы Н. Указ. соч. С. 58. к тексту
20 См.: Буниядов З. Указ. соч. С. 233. к тексту
21 См.: Мюллер А. История ислама. Т. 1. М.: АСТ, 2004. С. 712. к тексту
22 См.: Балазури А. Китаб футух ал-булдан. Каир: Булаг, 1957. С. 212 (на арабск. яз.). к тексту
23 См.: Там же. к тексту
24 История Азербайджана Т. 2. Баку: Элм, 1992. С. 102. к тексту
25 См.: Фильштинский И. История арабов и халифата. М.: Муравей, 2001. С. 8—9. к тексту
26 См.: Там же. к тексту
27 См.: Мюллер А. Указ. соч. С. 687. к тексту
28 См.: Ибн Мискавейх. Таджариб ал-умам ва таагиб ал-хумум. Т. 1. Лейден, 1961. С. 152 (на арабск. яз.). к тексту
29 См.: Беляев Е.А. Арабы, ислам и арабский халифат в раннее Средневековье. М.: Наука, 1965. С. 74. к тексту
30 См.: История Востока. Т. 2. С. 42. к тексту
31 См.: Там же. к тексту
32 См.: Бартольд В. ПСС. Т. 2. М.: Наука, 1964. С. 45, 142. к тексту
33 См.: Буниядов З. Указ. соч. С. 87—91. к тексту
34 См.: Сурдель Д., Сурдель Ж. Цивилизация классического ислама. Екатеринбург: У-Фактория, 2006. С. 89—92. к тексту
35 См.: Там же. к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL