МАРГИНАЛИЗАЦИЯ НАСЕЛЕНИЯ КАК ФАКТОР СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ НЕСТАБИЛЬНОСТИ В КАЗАХСТАНЕ

Сергей СМИРНОВ


Сергей Смирнов, научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте республики.


Социально-политическая ситуация

Реформы в Казахстане зачастую носят волевой характер, в полной мере не учитывают интересы личности и общества, ориентируются лишь на нужды государства. Поэтому разрушение старого социально-экономического уклада, сопровождающееся появлением и ростом безработицы, разрывом экономических и социальных связей значительно усилило маргинализационные процессы в казахстанском обществе. Особенно сильно эти процессы затронули среднее и старшее поколение, которое составляет около 18% населения.

Вызывает тревогу резкое имущественное расслоение населения. По данным статистики, в 1998 году до 3 000 тенге на одного человека имело 62,5% жителей республики1. В первом квартале 1999 года эта величина достигла 66,5%. Наиболее заметен процесс обнищания населения в небольших городах и особенно в сельской местности: если в городах средний доход в размере 3 000 тенге на одного человека в первом квартале 1999 года имело 52,8% населения, то на селе — 90,9%. Следует отметить, что средний денежный доход основной массы населения Казахстана ниже прожиточного минимума (который, по данным 1998 г., был равен 3 716 тенге), что чревато неконтролируемыми социально-политическими процессами.

В социальной сфере сложилась своеобразная ситуация: с одной стороны уменьшаются расходы на социальную поддержку населения, с другой — из-за финансово-экономической нестабильности сохраняется высокий уровень безработицы, особенно скрытой. Таким образом, жизненно важные интересы подавляющей части семей сводятся к физическому выживанию и более экономному расходованию накопленных несколькими поколениями материальных ценностей.

Дифференциация общества

В настоящее время общество расслаивается по следующим признакам: политическому, религиозному, национальному, территориальному, культурно-образовательному, криминальному. А его политизированность определяется социальной пассивностью молодых и высокой политической активностью среднего и старшего поколений. Особую активность старшие проявляют на различных выборах, определяя тем самым будущее для молодых.

В республике активно восстанавливают старые и строят новые религиозные храмы, куда вход лицам другой национальности существенно ограничен. Под эгидой храмов воспитывают детей, большое внимание уделяют национальной чистоте браков. Нередки случаи создания фирм по этническому признаку, особенно в "теневой экономике". Положение усугубляет постоянно снижающийся общий культурный и образовательный уровень населения, что ведет к размыванию такого социального слоя, как интеллигенция.

Дифференциации общества "помогает" его криминализация —государство признает нормальным накопление первоначального капитала путем воровства общественного достояния, нормой стало невыполнение указов и законов, беспрецедентный рост коррупции среди государственных чиновников и сотрудников правоохранительных органов.

Поскольку при трудоустройстве в негосударственные, а зачастую и в государственные организации существенную роль стали играть возраст и пол, то свой социальный статус катастрофически быстро теряют люди в возрасте 40 лет и старше. Дело не в их профессиональном и образовательном уровне, а в требованиях "бандитского капитализма", к которым молодежь более лояльна.

Серьезные трудности с трудоустройством возникают у женщин. Их активно вытесняют с рабочих мест, в результате чего они занимаются вспомогательным трудом, который не приносит морального удовлетворения. При устройстве на работу от них требуется наличие практического опыта в течение 2—3 лет, иной раз параллельно с должностными обязанностями они вынуждены оказывать интимные услуги непосредственному начальнику.

Факторы маргинализации населения

Увеличивающийся маргинальный слой населения (у которого отсутствуют знания и навыки для получения престижной работы), не имея шансов законным путем получить желаемые жизненные блага, в кризисной для общества ситуации может сыграть роль детонатора. Собственное невежество среди людей этого слоя становится предметом особой гордости. Самое ужасное, что в этом, как ни странно, заинтересовано государство. Иначе чем можно объяснить "новации" в сфере образования, науки, культуры? В итоге человека со средним и даже с высшим образованием становится все труднее отличить от самого примитивного "люмпена" не только по уровню профессиональной, но и общей культуры.

Работники бюрократического аппарата, воспитанные административно-командной системой в стиле "приказ-исполнение", и экономику реформировали в этом же стиле. Общество разделилось на две основные группы: управленческую верхушку, перераспределявшую собственность, и остальную массу населения, эту собственность создававшую. Основой появления этих двух групп стал политический, внеэкономический характер перераспределения собственности.

По официальной статистике, сегодня 62,5% населения в целом по Казахстану, 43,5% в городах и 83,4% в сельской местности имеет доходы ниже прожиточного минимума. Такова социальная цена, которую народ платит за рыночные реформы. Цена непомерно высокая: падает ВВП (в 1998 г. он был ниже, чем в 1997 г. на 2,5%), на 1% упал уровень реальных денежных доходов в 1998 году, в то же время уровень бедности в республике повысился с 1996 по 1998 год на 8,8%. Если еще в 1990 году естественный прирост на 1 000 жителей составлял 14,3 человека, то в 1998 году — только 4,6.

Отсутствие массовых социальных взрывов можно объяснить в какой-то мере возможностью населения поддержать свое существование за счет подсобного хозяйства (сельское и ремесленное), торговлей с рук, экономии на качестве питания, культурно-образовательных потребностях и т. д.

Нужда стала повседневной реальностью миллионов людей, оказавшихся в экстремальных условиях (безработные, беженцы, многодетные, одинокие малообеспеченные родители, недееспособные пенсионеры и т. п.). Многие из них — квалифицированные рабочие, специалисты, раньше они прилично зарабатывали в ныне кризисных отраслях: оборонной промышленности, машиностроении, легкой промышленности, сельском хозяйстве, бюджетных учреждениях. Это "новые бедные", малообеспеченными они стали из-за заниженной цены рабочей силы.

Уровень среднемесячной номинальной заработной платы одного работника сельского хозяйства составил 45,4% к общей величине по всем отраслям экономики, работников здравоохранения — 68,2%, образования — 74,0% и культуры — 65,2%.

Горизонтальные и вертикальные перемещения значительных масс населения, обусловленные ростом безработицы, ведут к маргинализации основных классов общества. Массовое перемещение сельских жителей в города вызвано не развитием социальной инфраструктуры, а, наоборот, ее упадком. Возникает типично маргинальная "барачная" субкультура. Сокращение промышленной базы, отсутствие веры в завтрашний день, безработица порождают у носителей этой субкультуры глубочайший душевный надлом, цинизм, безысходность и обреченность. Выходцы из села обеспечивают в настоящее время большую часть прироста городского населения.

Отсутствие условий для свободного перелива рабочей силы превращают большие города в своеобразные отстойники далеко не лучшего человеческого материала. Опасно не само размывание городского населения сельскими переселенцами. Без соответствующей социальной инфраструктуры у мигрантов нет возможности укорениться, наладить социальные связи в новой для них среде. Положение осложняется тем, что практически все общественные организации ликвидированы. Это не только затрудняет возможность установить добровольные горизонтальные связи внутри социального слоя, но и блокирует связи между людьми различных социальных групп. Нарушение общественных связей — одна из важнейших причин снижения интересов личности до уровня примитивных потребностей.

В немалой степени этому способствует и разрушение профсоюзной системы. На большинстве предприятий профкомы ликвидированы, а на крупных предприятиях они остались в качестве декоративного атрибута, и сегодня роль казахстанских профсоюзов скорее формальная, чем материальная. В скороспелом Законе о труде в РК регулирующая роль государства приближается к нулю, "свобода выбора" в ходе взаимодействия работников и работодателей в действительности приведет к безнаказанному самоуправству руководителей.

Постоянно снижающийся жизненный уровень основной части населения, порождая дефицит предметов потребления и услуг, жилья и зарплаты, создает, с одной стороны, конкуренцию среди самих трудящихся, с другой — усиливает их агрессивность в борьбе за улучшение своего положения.

Кроме того, правовая, политическая беззащитность или ломает активных и неординарных людей (в результате суицид, алкоголизм), или толкает их на поиски работы за рубежом.

Так называемая "новая" элита, составляющая нынешнюю финансовую олигархию, вполне соответствуют наблюдению К. Маркса, что финансовая аристократия как по способу своего обогащения, так и по характеру своих наслаждений есть не что иное, как возрождение люмпен-пролетариата на верхах буржуазного общества. Консолидация таких "новых" на противозаконной основе, на коррупции ведет к их сращиванию с организованной преступностью. В результате новая элита и ее аппарат теряют политическое влияние. Явное тому свидетельство — итоги последних выборов в парламент и маслихаты.

Вызывает тревогу и снижение общего уровня образования населения. Опрос, проведенный среди 18-летних столичных жителей, показал, что большинство из них за последние пять лет ни разу не были в театре, музее, не читают ни книг ни газет. Практически все каналы вовлечения молодежи в общественную жизнь оказались заблокированными или деформированными. Это "запрограммированное неблагополучие" уже само по себе подталкивает к разрыву социальных связей, к ускоренной маргинализации. Путь на социальное дно, как правило, безвозвратен, и мы стоим перед реальной угрозой потери значительной части молодежи.

Быстрая маргинализация объясняется постоянно ухудшающейся социально-экономической ситуацией в стране. Наиболее динамичные слои общества заинтересованы в реализации своих высоких профессиональных и культурных возможностей. Они не без основания считают, что реальная заработная плата не соответствует их умению и способностям, политические интересы подавляются бюрократией. Эти слои стремятся к высокому качеству жизни, пытаясь достичь успехов в производственной деятельности. Но существующие условия не позволяют им легально осуществить свои замыслы. Поэтому активно развивается неформальный сектор, растет занятость в теневой экономике, она становится все более криминальной. Таким образом, маргинализация населения сейчас способствует расширению люмпенского слоя, а не укреплению какого-либо класса.

Рост бедности и безработицы — основной фактор маргинализации населения

Основными факторами, способствующими увеличению бедности, прежде всего являются: рост безработицы; снижение уровня жизни (доходов и расходов населения, доступности образования, здравоохранения и т. д.); экономический спад, особенно в сельском хозяйстве, и, соответственно, маргинализация сельского населения.

Формирование рыночного механизма сопровождается возникновением новых тенденций и проблем в сфере занятости. В их числе можно назвать: абсолютное сокращение численности занятых в материальных отраслях экономики; активное перераспределение работников из государственных в частные секторы экономики; как следствие снижения жизненного уровня — возникновение рынков детского труда, увеличение занятости в сфере личных услуг (охрана, личный транспорт и извоз, обслуживание на дому и т. д.); легализация безработицы и быстрое ее распространение по всей стране; трансформация скрытых резервов рабочей силы в легальную безработицу; углубление поляризации регионов Казахстана с точки зрения возможностей обеспечить занятость.

Ослабление государственного контроля над процессами занятости явилось результатом недооценки сферы занятости как интегральной области макроэкономики, регулирование которой позволяет активно решать экономические и социальные проблемы в стране и ее регионах. Тенденция к сокращению функций государства по обеспечению занятости, его самоустранение от решения социальных задач и передача их на уровень регионов противоречат стабилизации экономики.

Рост безработицы становится одной из наиболее значимых угроз экономической безопасности и социальной стабильности.

Падение дохода семей при росте безработицы, с одной стороны, снижая потребление, ведет к обнищанию населения и ограничению спроса на товары и услуги, а значит, и тормозит экономический рост, сокращает налоговую базу формирования бюджета и снижает возможность выполнять социальные программы. С другой стороны, повышение уровня безработицы ведет к росту преступности и числа самоубийств.

Снижение занятости и рост безработицы происходит на фоне уменьшения численности трудовых ресурсов и депопуляции населения в целом. С 1995 по 1998 год численность трудовых ресурсов в Казахстане сократилась на 3,4%, число занятых — на 1,2%, а количество безработных за этот период возросло на 14,4%2.

Итак, для сложившейся ситуации на республиканском и на региональных рынках труда характерно: снижение уровня занятости и рост числа безработных; активизация процессов высвобождения работников в связи с банкротством предприятий или сокращением их штатов (по сравнению с 1994 г. число высвобожденных работников по Казахстану в целом возросло в 2,3 раза); снижение возможности трудоустройства безработных (в 1994 г. через службу занятости трудоустроено 34,5% граждан от числа обратившихся в целом по республике, в 1998 г. — 19,6%). Аналогичные процессы характерны для всех регионов, что способствует росту напряженности на рынке труда, разделению по полу, возрасту, профессии. Особенно уязвимыми на этом рынке оказались женщины и молодежь. По данным статистики, в 1998 году их доля (соответственно) составила 60,2% и 46,5%. Кроме того, в регионах увеличивается структурная безработица, которая проявляется в несбалансированном спросе и предложении рабочей силы по профессиям; растет безработица в сельской местности (только за период с 1995 по 1998 год число безработных на сельском рынке труда в республике увеличилось с 74,5 тыс. до 97,5 тыс. человек или на 30,9%).

С целью нейтрализации социальных последствий безработицы особая роль должна отводиться увеличению занятости и созданию благоприятных условий для привлечения инвестиций в негосударственный сектор.

Особенно актуальна ориентация государственной финансово-кредитной и налоговой политики на создание условий, привлекающих отечественных и зарубежных инвесторов в экономику регионов с профессионально подготовленной рабочей силой, обескровленной длительной безработицей, для структурной перестройки промышленности и повышения конкурентоспособности ее продукции; на содействие развитию в регионах малых и средних предприятий производственного профиля.

Доходы и структура потребления населения

Общие изменения экономической ситуации в стране привели к существенному снижению уровня жизни ее населения. В структуре денежных доходов доля оплаты труда сократилась с 79,5% в 1995 до 78,9% в 1998 году. Не лучшим образом меняется и структура расходов. За 1995—1998 годы доля платных услуг возросла более чем в 1,5 раза — с 13,7% в 1995-ом до 22,4% в 1998 году, расходы на продовольственные товары за этот период снизились на 9,4%, а на не продовольственные — почти в 2 раза.. По расчетам института экономики МО и Академии наук республики, с 1990 по 1997 год потребление мяса и мясопродуктов на одного человека снизилось в среднем на 29,6%. В то же время в структуре питания возросла доля хлебопродуктов, составив почти 60%. Падение денежных доходов населения вызвано раскручиванием инфляции (индекс роста цен был выше индекса роста оплаты труда населения). Ситуация стала налаживаться только в 1998 году, когда индекс цен оказался чуть-чуть ниже индекса среднемесячной заработной платы. Снижение темпов инфляции — один из самых значимых результатов экономической стабилизации, от которой во многом зависит социальная безопасность страны.

Ухудшение качества жизни отразилось на динамике рождаемости, смертности, заболеваемости населения, продолжительности жизни. Возросло число преступлений. Возникли серьезные проблемы в социальном обеспечении (пенсионная система, медицинское обслуживание и др.). Систематически снижается индекс развития человеческого потенциала, основанного на индексах средней ожидаемой продолжительности жизни, образования и ВВП. Так, с 0,774 в 1991 году он упал до 0,660 в 1996 году, что "выбило" Казахстан из ряда развитых стран.

Чрезвычайно острой проблемой остается бедность сельского населения.

Экономический спад в сельском хозяйстве и маргинализация сельских жителей

Переход на рыночные механизмы хозяйствования вызвал острую кризисную ситуацию в аграрном секторе: резко падает производство продукции, отечественные товаропроизводители теряют рынки сбыта, разрушается социальная сфера села, растет безработица. Усиливающиеся процессы деиндустриализации села и деградации земель сельскохозяйственного назначения привели к использованию примитивных технологий, соответствующих уровню 1940—50-х годов.

Объем валовой продукции животноводства за годы независимости сократился более чем в 4,5 раза. Постоянно снижается объем переработки сельскохозяйственных продуктов, составляющий свыше 1/3 объема обрабатывающей промышленности. Однако низкая платежеспособность населения создает иллюзию устойчивого предложения продуктов на рынках. Новый валютный режим, запрет на импорт ряда продовольственных товаров из России вызвал подорожание всех продовольственных товаров, производимых казахстанскими предприятиями, что еще более усугубило положение. Основные причины такого глубокого спада — значительное сокращение посевных площадей и поголовья скота, низкая урожайность основных культур (в 1999 г. доля площадей, на которые были внесены органические удобрения, составила лишь 0,1%), диспаритет цен на сельхозпродукцию и продукцию обслуживающих сельское хозяйство отраслей, рост взаимных неплатежей. В стране не осталось ни одного региона, где сельскохозяйственные предприятия в целом были бы прибыльными. Задолженность сельхозпредприятий коммерческим банкам в десятки раз превышает объем полученных кредитов.

Опрос, проведенный в 1997 году Азиатским банком развития, показал, что аграрными реформами довольна лишь 1/6 опрошенных сельчан. В основном это экс-руководители колхозов и совхозов, сохранившие связи и покровительство сверху и создавшие крупные хозяйства путем приватизации лучшей и большей части имущества и земли.

Экономически безграмотная, поспешная реорганизация и приватизация сельскохозяйственных, особенно перерабатывающих и обслуживающих предприятий, в большинстве случаев не способствует появлению реальных собственников, мотивация труда остается слабой.

По состоянию на 1 января 1999 года на одно крестьянское хозяйство приходилось две коровы, 15 овец и коз, одна свинья, две лошади, четыре головы птицы, а трудовые ресурсы составляли в среднем четыре человека. Низкая товарность не позволяет большинству крестьянских хозяйств перекрывать затраты на производство выручкой от реализации продукции. С прибылью заканчивают год только 10—15% из них. Причем в 70% хозяйств объем прибыли составил от 1 до 50 тыс. тенге.

Реформы в агросекторе проводят без учета того, что в Казахстане определяющими были целинное и орошаемое земледелие, а также отгонное животноводство, которые опирались на высокую степень государственного участия. Развитие таких систем требует мощной техники, централизованного обеспечения оборудованием, кадрами, а мелкие хозяйства, которые сейчас появляются в республике, используют, в основном, мини-технику (к тому же не производимую в республике) не пригодную для местных условий.

Крайне низким остается уровень материально-технического обеспечения. Износ основных производственных фондов в сельском хозяйстве и ряде отраслей пищевой и перерабатывающей промышленности составляет 40—70%, за пять лет парк зерноуборочных комбайнов и сеялок сократился на 35%, тракторов — на 30%, оборудования для животноводства — на 30—40%.

По состоянию на 1 января 1999 года в целом по республике на 100 крестьянских хозяйств приходилось по 43 трактора, 22 тракторных прицепа, 19 грузовых автомобилей, 14 зерноуборочных комбайнов, 27 сеялок, 14 плугов, 10 культиваторов, 12 косилок, по одной доильной установке и электростригальному агрегату. За годы реформ поставки тракторов, грузовиков, сельскохозяйственных орудий снизились в десятки раз. Между тем лишь в 1996—1997 годы для села требовалось около 250 тыс. наименований средств механизации на сумму более $1 млрд. Решение этой проблемы с помощью бартерных сделок, товарного кредита, различных взаимозачетов товаропроизводителям экономически не выгодно.

Кризис государственного бюджета резко ограничил возможности по стабилизации ситуации в агропромышленном комплексе (АПК) страны. Все последние года предприятия аграрной сферы работают в условиях бюджетного недофинансирования и самостоятельно решают свои проблемы, что еще более усугубляет их финансовое состояние. Хотя известно, что в мире нет ни одной цивилизованной страны, в которой аграрный сектор сам решал бы все свои проблемы. Государство постоянно поддерживает именно этот сектор (бюджетные субсидии в странах Евросоюза составляют более 50% общего дохода фермерских хозяйств, в Норвегии — 57%, в Швейцарии — даже 82%), поскольку он в решающей степени определяет социально-экономические условия жизни людей и потребляет большие объемы материально-технических ресурсов.

В Казахстане правительство, сделав упор на макроэкономическую стабилизацию, не вмешивается в управление социально-экономическими процессами на местах и полностью устранилось от решения проблем села. Лишение же сельского хозяйства, в котором занято до 50% населения страны, государственных субсидий при неустойчивой экономике ведет к катастрофе.

Широко декларируемая поддержка фермерских и крестьянских хозяйств на деле оказалась фикцией. Этому в немалой степени способствует скрытая, непрозрачная система распределения ресурсов, направляемых государством на развитие малого и среднего бизнеса. Результат: ежегодно разоряются более двух тысяч фермерских хозяйств, а сохраняющиеся агроформирования "свертываются" до размеров натурального хозяйства, способного едва обеспечивать самих крестьян. Ситуацию усугубляют различные фирмы-посредники, которые, пользуясь бедственным положением селян, снабжают их под будущий урожай основными и оборотными средствами. Такие фирмы, диктующие цены и процент кредита на поставляемые ресурсы и обладающие реальной экономической властью, затем в счет оплаты забирают весь урожай, и производство зерна становится невыгодным.

Поднять производство пытаются директивными и фискальными методами, игнорируя объективные законы экономики — без заработной платы нет потребностей, без потребностей нет производства. Весь мир это делает естественным путем: увеличение оплаты труда постоянно повышает спрос населения на новые виды товаров и услуг, а значит, вызывает рост объемов производства и расширение ассортимента продукции, улучшает ее качество, что, в свою очередь, способствует дальнейшему повышению платежеспособности населения, развитию производства и т. д. Например, в ФРГ с 1960 по 1993 год цены на продовольствие увеличились втрое, а средняя почасовая оплата труда возросла в 8 раз. У нас же идет обратный процесс — реальные доходы населения снижаются, что усугубляется многомесячными задержками выплат заработной платы, пенсий, пособий и т. д., соответственно сворачивается производство. Бессмысленно говорить о повышении эффективности АПК и продовольственной безопасности страны при нищенской оплате труда работников этой базовой отрасли народного хозяйства.

За последние семь лет, по официальным данным, реальная зарплата работников сельского хозяйства снизилась почти в шесть раз, но и ее выдают с задержками до года и более, преимущественно натуроплатой. Разрыв денежного дохода между сельскими и городскими жителями увеличился больше чем в два раза. Количество безработных в сельской местности за это время возросло втрое.

Уровень развития социальной инфраструктуры села, в основном, не отвечает даже минимальным запросам населения. После проведенной в республике оптимизации образования и здравоохранения около 60% сельских населенных пунктов не имеет учреждений здравоохранения, библиотек, клубов, продовольственных магазинов, свыше 50% — отделений связи. Резко увеличилось число детей, не посещающих школу. Крайне неудовлетворительное положение в социальной сфере села объясняется недостатком собственных средств для решения социальных задач, отсутствием более или менее крупных и средних промышленных производств, которые могли бы стать надежным источником пополнения районных бюджетов, остаточным принципом выделения централизованных капиталовложений.

Последствия кризиса тяжелы и для города, но сельская местность страдает сильнее. Суть произошедших в ней изменений — деградация всей жизни села. Постоянно говорится об экономических проблемах АПК, в то время как сельский социум, важнейший элемент аграрной сферы, остается вне поля зрения государства. Необходима особая социальная политика для села. Сегодняшние изменения в этой отрасли можно свести к следующим главным тенденциям: личное подсобное хозяйство превращается в основной источник доходов; мизерная заработная плата; длительные задержки выплат; обострение проблемы занятости: за 1999 год численность безработных жителей села составила 94,2 тыс. человек, или 37,4%, то есть каждый третий — безработный. По данным Нацстатагентства, на селе на одно вакантное место приходится 285 безработных.

Наиболее опасным следствием безработицы стала нарастающая криминализация как в самой сельской местности, так и среди мигрантов, покидающих села. Рост безработицы ведет к резкому обнищанию, алкоголизации и маргинализации населения. В социальном развитии село оказалось отброшенным на 30—40 лет назад, и в нынешних экономических условиях первостепенной задачей является сохранение услуг первой необходимости — здравоохранения и образования.

Следует учитывать, что крайне нуждающаяся часть населения соседствует с беднейшей и находится в очень неустойчивом положении. Достаточно ситуации чуть-чуть ухудшиться — и в числе беднейших окажется большинство общества, что неизбежно вызовет социальный взрыв. Таким образом, переплетение демократических идей и диких предрассудков массового сознания, здравой социальной критики и ностальгии по "старым добрым временам", озабоченность судьбой страны образуют "гремучую смесь", особо опасную при стремлении к непосредственному действию. Тем более, когда действия диктует не осознанная логика событий, а эмоции стихийно объединившейся маргинализованной массы.

Чтобы достойно выйти из этой труднейшей ситуации, необходимо изменить экономические механизмы и перекрыть каналы маргинализации, снять преграды, блокирующие становление гражданского общества, неформальное объединение людей по профессиям, интересам и т. д., и восстановить многочисленные социальные связи.

Люди должны обрести возможность зарабатывать на нормальные условия жизни, необходимо восстановить хотя бы ту инфраструктуру, которую у нас бездумно разрушили.

Следует тщательно изучить и положительный опыт стран тихоокеанского региона. Пример Тайваня показывает огромные возможности мелкого семейного бизнеса поглотить значительные массы высвобождающейся рабочей силы. Если этот опыт использовать, например, в сельском хозяйстве и сфере услуг, то вместо роста озлобленной и маргинализирующейся массы получим базу для формирования среднего класса — основы стабильного и благополучного общества. Но, чтобы провести такую работу, необходимо компетентное правительство, действительно желающее создать средний класс. Сейчас же, когда узнаешь о том, что делают для этого наши руководители, невольно вспоминаешь слова, сказанные П. Милюковым в Думе в адрес правительства за четыре месяца до Февральской революции: "Что это, глупость или измена?" Пока же практически все, что делает правительство, изображая рыночные потуги, лишь дискредитирует рыночную экономику, а квалифицированные кадры, разуверившиеся в возможности реализовать себя в Казахстане, бегут из страны или превращаются в маргиналов и люмпенов.


1 По официальному курсу на 24 июня 2000 г. 1 доллар был равен 142 тенге. — Ред.

2 См.: Статистический ежегодник. Алматы, 1999. С. 10—11.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL