ГРУЗИЯ: БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ СТРАНЫ

Гиви Таргамадзе


Гиви Таргамадзе, сотрудник института "Свобода" (Грузия).


На последнем перепутье

С 1995 по 1998 годы в Грузии складывалась весьма благоприятная общественно-политическая ситуация: набирали ход реформы, наметился экономический рост, укреплялась национальная валюта, повышался уровень жизни. У людей появилась надежда: мы прорвемся, мы не только выживем, но и заживем наконец достойной жизнью.

Однако в 1998 году что-то сломалось, вроде бы отлаженный механизм пошел наперекосяк, и все докатилось почти до уровня того же 1995 года. А это значит, что все надо начинать практически заново. Но второй раз начинать то же дело гораздо труднее, чем в первый раз, когда ключом бил энтузиазм и общество еще не испытало горечи разочарований.

Некоторое время страна жила отголосками благоприятных лет. Старые оценки ситуации по инерции принимались как новые. Они сыграли свою роль и на парламентских выборах. И все же нельзя до бесконечности кормить народ только красивыми словами. И в конце концов все опомнились и хором закричали: "А король-то голый!" К концу тысячелетия Грузия опять оказалась на перепутье. Но на этот раз права на ошибку нет — страна или шагнет вместе со всем человечеством в ХХI век, или навсегда останется призраком прошлого.

Баланс силы

Политическое кредо президента страны Э. Шеварднадзе — баланс силы. С 1972 года, когда он стал первым секретарем ЦК компартии Грузии, то есть фактическим руководителем страны, он занимается исключительно балансированием. Несколькими словами его действия можно охарактеризовать как политику сохранения собственной власти. Суть в том, что ни одна из противоборствующих политических групп, ни одна политическая фигура не должна становится заметно сильнее других. Когда появляется подобная угроза, президент незамедлительно включает свой механизм балансирования и властными решениями ставит на нужное ему место выделяющуюся фигуру (или группу). Иногда для этого достаточно недоброго взгляда или нескольких полных горечи и недоумения слов. Порой, чтобы приструнить выскочку, "включают" фактор противодействия — и привлекающая внимание группа становится симпатичной президенту, а ее лидер получает общественное признание и административное повышение. И все — возмущение погашено, баланс сил восстановлен, и Шеварднадзе опять живет комфортно и спокойно.

То, что политика балансирования имеет массу противопоказаний и влечет за собой уйму осложнений, президенту или не понятно, или безразлично. Может, он просто не смог придумать ничего иного, а гарантии собственной недосягаемости ценит превыше всего на свете?

В результате политики балансирования бесконечно перетасовывается одна и та же "колода людей", как бы имеющих лицензию на власть. Из старой-престарой, раз и навсегда подобранной обоймы не выпадает (за исключением весьма редких экстраординарных случаев, только подтверждающих общее правило) ни одна фигура. Иногда в полку правящих прибывает. Это некая дань имиджу демократа-реформатора. Однако так называемые "новые" — это или хорошо забытые старые, или не очень новые имена. И если им удается быстро вписаться в картину всеобщей гармонии, то они становятся дополнительными кирпичиками в стене, отгораживающей от невзгод абсолютную власть Шеварднадзе.

Как известно, дурной пример заразителен. Молодые политики, именуемые молодежно-реформаторским крылом правящей партии, тоже начинают заниматься балансированием, но, не имея опыта и поддержки, быстро вязнут в собственных интригах и в поисках спасения, не сопротивляясь, сдаются на милость главному балансировщику. В это так называемое реформаторское крыло входят группа Жвания, который второй раз избран председателем парламента, и группа Саакашвили, автора судебной реформы, ныне председателя парламентской фракции правящей партии Союз граждан.

Так и получается, что в государстве всецело властвует воля президента и нет

политической оппозиции в классическом понимании этого слова. Есть парламентское меньшинство, которое не имеет практически ни политической направленности, ни принципов. В эту оппозицию входят разные группировки: одни называют себя правыми, другие — левыми, там же и те, кто находится якобы между ними. Все они сконцентрированы вокруг одиозного лидера Аджарской автономной республики Аслана Абашидзе. Однако ни то, что разные представители Батумской коалиции (Батуми — столица Аджарии) причисляют себя к совершенно разным политическим направлениям, ни то, что Абашидзе — фигура абсолютно прорусская, на самом деле не имеет никакого значения.

Единственный вопрос, по-настоящему волнующий парламентское меньшинство, это кадровые назначения и перемещения, хотя привлекательные должности представителям этого меньшинства не предлагают. Но правящие круги умеют с ними легко договариваться. Достаточно сказать, что на последнем утверждении министров в парламенте меньшинство, несмотря на официальный отказ участвовать в голосовании, открыто не выступило против предлагаемых кандидатов на министерские посты. А после серии переговоров большая часть оппозиции в голосовании участвовала и проголосовала исключительно по сценарию проправительственной партии. Президент умеет ценить такое послушание, что и объясняет вроде бы парадоксальную ситуацию, когда он оппозиции доверяет больше, чем молодым лидерам собственной партии.

Конечно, самая благодатная почва для взаимопонимания и компромисса между властью и оппозицией — финансовая. И тут уместно вспомнить о такой универсальной структуре, какой является фирма "Омега", и еще об одном столпе власти Шеварднадзе — его родственниках.

От альфы до омеги

Основа нынешней грузинской экономики — родственники президента, его большая Семья. Она контролирует весь крупный бизнес республики. А так как средний и малый бизнес практически находится в зачаточном состоянии, то можно сказать, что в руках представителей Семьи сосредоточены все сферы грузинской экономики.

Альфа и омега, а точнее, "Альфа-96" и "Омега-2" — зарегистрированные в Турции фирмы — поставщики в Грузию импортных сигарет производства американской компании "Филипп Моррис". Но это только верхушка айсберга, таящего в себе единство бизнеса и власти в Грузии.

Промежуточной структурой на пути сигарет в Тбилиси является Ассоциация инвалидов Аджарии. Эта структура, во-первых, по закону освобождена от налогового бремени, а во-вторых, обеспечивает ввоз товара через таможню Сарпи, расположенную на территории Аджарии, и полностью контролируемую Абашидзе, что гарантирует ему стабильный личный доход. Между прочим, центральные власти называют А. Абашидзе чуть ли не врагом номер два Грузии (номер один — руководитель Абхазии Ардзынба).

Проблему доставки сигарет от искусственно созданной Абашидзе границы Аджарии с Грузией до основного таможенного терминала "Лило-1" в Тбилиси решает министр внутренних дел страны Каха Таргамадзе (его отец был министром МВД Аджарии). А полиция в свое время отбила рынок сигарет у ныне ослабевшего МГБ, провозгласила безусловным лидером этого рынка фирму "Омега" и, естественно, оказывает ей основную силовую поддержку.

Резонный вопрос: а причем тут родственники президента? Известно, что для создания серьезной коммерческой структуры нужны две составляющие: крупный первоначальный капитал и доступ к власти, в данном случае к тому же Кахе Таргамадзе. Такие возможности имеет Нугзар Шеварднадзе — ныне нефтяной барон Грузии, друг детства и соратник министра МВД, с одной стороны, а с другой — племянник президента республики. Да, именно он руководитель предприятия "Омега-2", которое, по сути, составляет одно целое с фирмой "Альфа-96". "Омега" работает с черным налом, скрывает доходы, занимается контрабандой и такой подход к бизнесу насаждает повсеместно.

Святое Семейство и бизнес

Нугзар Шеварднадзе не только контролирует, как было сказано выше, большую часть сигаретного импорта. Главную долю доходов приносят ему поставки дизельного топлива из Азербайджана (он неформально всецело владеет выделенной государственной компании "Грузнефть" квотой), импортирует большую часть бензина из Румынии и других стран. Нугзар, может, и первый, но в бизнесе он не единственный и не самый близкий родственник президента. Тут можно говорить о безраздельно властвующем триумвирате.

Другой частью триумвирата заправляет свояк Э. Шеварднадзе Гурам Ахвледиани. На его заводе из местных нефтепродуктов производят бензин с добавками азербайджанской сверхтоксичной пиролизной смолы. Его же фирма в огромных количествах реэкспортирует такую смолу в Румынию (где ее добавляют в бензин, который ввозит в Грузию Нугзар Шеварднадзе). Кроме того, Ахвледиани контролирует порт Поти и пароходство, поставки муки и пшеницы, недвижимость, флагманскую авиакомпанию и банковскую систему (с ним связаны несколько крупных банков), оказывает весомое влияние на руководство города Тбилиси.

Третьим представителем триумвирата является зять президента Гия Джохтаберидзе, хозяин компании МАГТИ, имеющей три ответвления: МАГТИ-КОММ совместно с американской фирмой МЕТРОМЕДИЯ занимается мобильной телефонной связью; МАГТИ ЭНЕРДЖИ ЕНД КЭМИКАЛС — сфера ее деятельности ясна уже по названию: энергетика, приносящая огромные суммы от незаконных махинаций по экспорту и реэкспорту электроэнергии, и высокодоходное производство химических удобрений; МАГТИ-ЭНТРАПОЗ — совместное грузино-французское предприятие, построившее на черноморском побережье терминалы для азербайджанской нефти.

На самом деле схема племянник — свояк — зять не совсем правильная. Название компании МАГТИ расшифровывается так: первые две буквы МА представляют Манану, дочь президента страны, последние две буквы — ТИ, начало имени дочери Мананы от первого брака Тинико. И конечно же, зеленый свет и все привилегии компания получает, в первую очередь, благодаря им. А зятю президента отдана лишь буква Г, то есть Гия, который всего лишь оператор. А официально Манана руководит студией телефильмов, что создает ей дополнительное алиби в глазах простого народа.

И совсем уж железное алиби у сына президента — Паата. Живет он не в Грузии, а во Франции, работает в ЮНЕСКО, в комиссии по нетрадиционной энергетике. Но в Грузии у него есть прекрасный оператор — муж сестры, которому магическое слово — Паата — открывает все двери.

Так что правильная схема триумвирата выглядит так: сын — дочь —племянник.

Но триумвират — конструкция непростая и непрочная. Эти три клана неимоверно разрослись и стали мешать друг другу. И уже налицо открытая вражда: Джохтаберидзе жалуется в прокуратуру на Ахвледиани (прокурор, на которого напирают с обеих сторон, чуть ли не в безумии), на того же Ахвледиани жалуется (открытым текстом по телевидению) Нугзар Шеварднадзе. В этой ситуации лидеру парламентского большинства Нико Лекишвили (бывший госминистр) удается не только сохранять одинаково добрые отношения с Джохтаберидзе и с Ахвледиани, но участвовать в их коммерческих операциях.

Скованные одной цепью

Столь досконально мы описали эту бизнес-структуру только потому, что с ней связаны все проблемы и перспективы развития страны. В первую очередь, это финансовая проблема. Принято говорить, что Грузия находится на грани экономической катастрофы. Но, на самом деле, она уже перешагнула эту грань. А как иначе можно назвать ситуацию, когда месяцами не выдают даже смехотворно малые зарплаты и пенсии, а дефицит госбюджета неуклонно растет?

Для его пополнения были предприняты следующие шаги: путем весьма сомнительно организованного тендера английская компания ITS получила право на предтаможенный контроль импортной и экспортной продукции; затем таможенную и налоговую службы объединили в Министерство государственных доходов. Первый претендент на должность министра, представитель молодежно-реформаторского крыла правящей партии, не получив гарантии на свободу действий и предвидя недоброе, предпочел от предложения отказаться. И, надо отдать ему должное, был прав. Ведь перед ним поставили изначально невыполнимую задачу — пополнять бюджет, не ущемляя интересы трех кланов.

Известно, что без денег реформы не проведешь. Именно по этой причине не состоялась судебная реформа. Все судьи, в соответствии с требованиями намечаемой реформы, прошли аттестацию. Но практически со дня их послеаттестационного назначения им не выплачивают зарплату, которую, между прочим, предполагалось повысить. В судебном ведомстве заработал старый механизм — взяточничество, и на сегодняшний день в этой среде остались лишь островки добропорядочности и профессионализма. А возглавивший Верховный суд молодой реформатор насаждает в высшей судебной инстанции авторитарный режим. По этой же причине — отсутствие финансовых средств — захлебнулись процессы реформирования прокуратуры и полиции.

Не внушает оптимизма и состояние средств массовой информации. Они, в основном, заняты подготовкой материалов о спорах между различными политическими группами. На этом фоне приятно выделяется независимая телекомпания "Рустави-2", которая выпускает программу "60 минут", проект журналиста Акакия Гогичайшвили. Материалы программы построены на журналистских расследованиях и, совершенно логично, в ее выпусках зазвучали фамилии предводителей трех кланов. Конечно, упоминались они далеко не в приятном контексте. 24 передачи о многочисленных фактах коррупции генеральная прокуратура вроде бы не замечала, а затем по указанию президента совместно с МВД, МГБ и Контрольной палатой занялась расследованием... работы самой телекомпании. Но напугать журналистов и заставить их замолчать не удалось. Тогда в адрес А. Гогичайшвили посыпались угрозы, вплоть до возможности его физического уничтожения. В ответ на противозаконные действия правоохранительных структур правозащитные организации республики провели продолжавшееся несколько дней пикетирование здания госканцелярии. Конфликт удалось пригасить, но он не был исчерпан.

А между тем закон о свободе слова, принятый парламентом в первом чтении, лежит на полке: он не очень нравится президенту, а оспаривать его мнение не желают даже реформаторы. Победой реформаторов можно было бы считать то, что в недавно принятый Административный кодекс включена отдельная глава о свободе информации, согласно которой все граждане республики получают свободный доступ к информации, а процесс принятия государственных решений становится прозрачным. Но эффективность действия этого документа почти нулевая, так как не создан механизм его реализации. Все попытки национальных правозащитных организаций сдвинуть дело с мертвой точки желаемого результата не принесли.

А недавно наши правозащитники потерпели поражение, от которого они не скоро оправятся. Парламент долго и темпераментно обсуждал кандидатов на освободившееся место омбудсмена. Несколько достойных имен предложили и правозащитники. Но в результате закулисных интриг, по рекомендации президента главным правозащитником страны стал представитель Социалистической партии, который до избрания в парламент был начальником Батумского городского управления милиции. А в Батуми, как известно, права человека и реальная действительность — понятия несовместимые.

Как сказал председатель Социалистической партии Вахтанг Рчеулишвили, их кандидатуру на должность омбудсмена активно поддержала супруга президента госпожа Нанули Цагарейшвили, что, вне всякого сомнения, повлияло на результаты голосования. Этот факт подтвердил предположения, что первая леди страны в последнее время активно вмешивается в политику и многие назначения на серьезные должности зависят от ее личных симпатий. Официальные власти упорно отрицают причастность первой леди к политической жизни и называют подобные слухи клеветническими. Но вот она, что называется, сама засветилась. Что ж, руководить, так всей Семьей.

Власть Звиада Гамсахурдия, когда бразды правления страной с ним делила его жена, еще недавно нынешние правящие круги довольно точно назвали властью провинциальной. Сегодняшние события подтверждают, что властные структуры Грузии освободится от провинциализма тоже не могут.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL