КАРАБАХСКИЙ КОНФЛИКТ И ВЗАИМООТНОШЕНИЯ ТЮРКОЯЗЫЧНЫХ ГОСУДАРСТВ

Гайк ДЕМОЯН


Гайк Демоян, научный сотрудник Исторического факультета Ереванского государственного университета (Армения).


Распад СССР сопровождался ростом социальной напряженности, политической нестабильности и межнациональных противостояний. Среди очагов напряженности карабахский конфликт отличается особой интенсивностью и продолжительностью. В процессе конфликта, особенно на раннем этапе, Турция и Азербайджан пытались представить его как противостояние между "тюркскими братьями" и армянами.

В советское время при жестком отношении властей к националистическим и религиозным течениям не допускалась даже возможность проявлять чувства единой религиозной или национальной общности между республиками. Поэтому тюркоязычные республики Советского Союза в данном конфликте не могли поддерживать Азербайджан открыто. В армяно-азербайджанском конфликте вокруг Карабаха, скажем так, скрытые симпатии Центральноазиатских республик были на стороне единоверцев-мусульман1.

Турция и карабахский конфликт

Опасаясь возможных реакций советских властей, турецкое руководство в начальной фазе конфликта заняло сдержанную, выжидательную позицию.

В начале 1990 года тогдашний министр иностранных дел Турции Месут Йылмаз, комментируя январские события в Баку, отметил, что его страна с особым вниманием относится к тому, что происходит в Азербайджане, поскольку с этой республикой имеет общие языковые и культурные корни2. Интересно, что 10 января того же года, внеочередная сессия Верховного совета Нахичеванской АССР (часть Азербайджанской союзной республики) приняла решение о выходе из состава СССР и присоединении к Турции3.

После распада СССР Анкара официально признала независимость Азербайджана и Центральноазиатских республик и выразила готовность выступить посредником в карабахском конфликте. Но для армянской стороны было очевидно, что Анкара не будет довольствоваться ролью беспристрастного посредника, поскольку решение конфликта в пользу Азербайджана обещало Турции солидные политические дивиденды. Ведь турецкие внешнеполитические планы нашли глубокое понимание в Баку, где определенные политические круги были готовы к политическому и экономическому союзу с Турцией на основе этнической и языковой общности. Законодательное собрание республики приняло решение, неоднозначно встреченное общественностью Баку, о признании турецкого языка в качестве государственного языка Азербайджана. Протурецкие идеи и планы Азербайджана стали особенно заметны, когда на президентских выборах в республике одержал победу лидер Народного фронта Абульфаз Эльчибей4.

Вскоре после упразднения автономного статуса Нагорного Карабаха (ноябрь 1991 г.) и выхода Азербайджана из СНГ, военные действия в Карабахе и сопредельных районах вступили в новую фазу, способствуя дальнейшей эскалации армяно-азербайджанского противостояния.

Анкара пристально следила за развитием событий в Закавказье. В начале 1992 года, выступая в телевизионной программе "32 дня", премьер-министр Турции Сулейман Демирель отметил, что Анкара может оказать позитивное влияние на решение конфликта в том случае, если обе стороны будут доверять ее инициативам5. Вместе с тем, различные круги турецкого общества и политического истеблишмента призывали оказать Азербайджану всестороннюю, в том числе и военную, помощь. Как ярый сторонник военных акций против Армении проявил себя лидер турецкой Демократической левой партии Бюлент Эджевит, предлагавший якобы для сдерживания натиска армянских формирований ввести контингент турецких войск в Нахичевань6. Бывший президент Турции Тургут Озал тоже был не прочь "немножко попугать" армян. Со своей стороны министр иностранных дел Турции Хикмет Четин заявил, что Анкара не допустит изменения статуса Нагорного Карабаха силовым путем и Армения ответит за такие действия7.

Весной 1992 года на приграничной с Арменией территории сконцентрировались бронетанковые соединения турецкой армии. Возникла реальная угроза турецкого вторжения. Но командующий вооруженными силами СНГ маршал Е. Шапошников жестко заявил, что "вовлечение третьей стороны в конфликт чревато началом третьей мировой войны"8. Данное заявление подтвердило готовность России выполнять взятые на себя союзнические обязательства на основе Договора о коллективной безопасности стран СНГ. Предупреждение Москвы вынудило Анкару отвести свои войска. Военные действия против Армении, даже в случае гипотетического нейтралитета России, не сулили ничего хорошего самой Турции. Они отдалили бы Анкару от участия в европейских делах, свели бы на нет ее многолетние усилия интегрироваться в европейские политические и экономические структуры, в частности в Европейский союз и в Общий рынок9.

Вынужденная отказаться от прямого военного вмешательства, Турция все же оказала Азербайджану огромную помощь, в том числе и военную. Около 150 высокопоставленных офицеров (по большей части в отставке) и тысячи волонтеров участвовали в военных действиях на азербайджанской стороне. По сообщению турецкой газеты "Айдынлык", к концу 1993 года Анкара отправила 5 000 солдат в распоряжение Генерального штаба Азербайджана. Журналист, опубликовавший эту информацию, был арестован турецкими властями10. И все-таки Турция и Азербайджан так и не подписали соглашение оборонительного характера. Это не входило в планы Анкары, особенно после недвусмысленного заявления маршала Шапошникова11. Анкара понимала, что такое соглашение станет вызовом не только России, но и другим странам региона, в частности, Ирану, которые, безусловно, не оставили бы без ответа азербайджано-турецкий военный пакт.

Проявления тюркской солидарности

При выборе внешнеполитических приоритетов руководители государств Центральной Азии в большинстве случаев положительно воспринимали заманчивые планы Анкары. Ожидания турецкой экономической помощи и инвестиций были настолько велики, что весной 1992 года Министерство иностранных дел Узбекистана специальным посланием уведомило армянскую сторону о переносе намеченного визита президента Армении Л. Тер-Петросяна в Ташкент, ссылаясь на то, что "исходя из определенных обстоятельств, республика не в состоянии принимать столь высокого гостя на должном уровне"12. Но истинные причины отказа были связаны с предстоящим визитом в Узбекистан премьер-министра Турции С. Демиреля.

Совместное заявление по карабахскому вопросу руководители Центральноазиатских республик впервые подписали лишь в мае 1992 года, во время их встречи в Ашхабаде. В этом заявлении, сделанном по инициативе премьер-министра Турции С. Демиреля, президенты указывали, что необходимо вывести армянские формирования из города Шуши, занятого ими 9 мая 1992 года13. Надо отметить, что если официальные круги Центральноазиатских республик высказывались за мирное решение карабахского вопроса, то некоторые оппозиционные националистические партии и движения открыто поддерживали Азербайджан. В августе 1992 года казахстанская партия "Желтоксан" обратилась к народу с призывом поддержать "азербайджанских братьев" в борьбе с армянскими боевиками. На призыв откликнулось более 300 человек, но из-за недостатка средств только группа в 20 человек смогла отправиться в Баку, по дороге соединившись с узбекскими волонтерами. Председатель "Желтоксана" Х. Кожахмедов отметил, что и другие общественные организации собирали денежные средства на эти цели14.

В столице Узбекистана для содействия Азербайджану оппозиционные партии создали Комитет помощи Карабаху. Руководитель Армянского культурного центра в Ташкенте выразил озабоченность по этому поводу, ссылаясь на присутствие более чем 120 тысяч армян и азербайджанцев в узбекской столице и возможную конфронтацию между ними. Быть может, это обстоятельство обусловило решение президента Узбекистана Ислама Каримова распустить вышеупомянутый комитет. В то же время против печатного органа узбекской партии "Эрк" было возбужденно уголовное дело за разжигание антиармянских настроений15.

Как и можно было предполагать, Азербайджан не получил ожидаемой помощи от республик Центральной Азии, не желавших портить отношения с Арменией и Россией, которой придавалось все большее значение как реальной силе, способной воспрепятствовать распространению политической нестабильности в регионе по таджикскому сценарию, а также как главному фактору, сдерживающему исламский радикализм. Политическое руководство тюркоязычных республик Центральной Азии заняло более гибкую политику и отстранилось от чрезмерно политизированных замыслов "всетюркского братства".

Посреднические миссии

С 1991 по 1993 год президенты Центральноазиатских республик предпринимали определенные шаги по мирному урегулированию конфликта.

Осенью 1991 года, после неудавшегося августовского путча в Москве, на волне всенародного доверия президент Российской Федерации Борис Ельцин и президент Казахстана Нурсултан Назарбаев выступили в роли посредников в карабахском вопросе. По их же инициативе в Железноводске состоялась встреча президента Армении Левона Тер-Петросяна и президента Азербайджана Аяза Муталибова. Однако эта встреча не могла существенно повлиять на положение дел в Карабахе. Она лишь стала очередным примером яркой ошибки, когда с одной стороны посредниками выступают хорошо известные люди, а с другой — наглядно вырисовывается слабая подготовка переговорного процесса и не выработана программа реализации подписанных договоренностей16.

В июне 1992 года МИД Казахстана выступил с заявлением, в котором призывал конфликтующие стороны "проявить добрую волю, стойкость и создать условия для политического урегулирования конфликта" и оказать содействие усилиям ООН и СБСЕ по мирному урегулированию спорных территориальных вопросов17. В августе 1992 года президент Н. Назарбаев вновь выразил готовность выступить в роли посредника в урегулировании карабахского конфликта. Инициативу казахского президента положительно встретили и в Ереване, и в Баку. Позиция Баку в данном случае наводит на мысль, что его политическое руководство хотело видеть в роли страны-посредника мусульманское государство, которое не допустило бы ущемления прав Азербайджана. Ведь всего лишь за несколько дней до того Баку отклонил предложение министра иностранных дел РФ А. Козырева выступить с посреднической миссией в политическом урегулировании проблемы18.

27 августа 1992 года в Алма-Ате встретились руководители внешнеполитических ведомств Армении и Азербайджана. Стороны пришли к соглашению объявить с 1 сентября 60-дневный мораторий на военные действия. За соблюдением подписанных договоренностей должны были наблюдать личные представители Назарбаева: Гасан Кажоков в Армении и Гани Касымов в Азербайджане. В то же время министр иностранных дел Азербайджана Тофик Гасымов заявил, что посредническая роль Казахстана рассматривается как неотъемлемый элемент, а не альтернатива процессу урегулирования конфликта в рамках СБСЕ. По мнению министра, гарантом подписанных соглашений должны были стать международные наблюдатели СБСЕ. Однако в первый же день перемирия обе стороны зафиксировали нарушения алма-атинских соглашений. Так, представитель Назарбаева в Ереване сообщил своему коллеге в Баку о несоблюдении режима прекращения огня с азербайджанской стороны. Об этом был проинформирован и Н. Назарбаев. В свою очередь, азербайджанская сторона обвинила армянские силы в обстреле нескольких азербайджанских населенных пунктов19.

Вскоре стало очевидно, что такое перемирие не устраивает Азербайджан. Начатая летом 1992 года широкомасштабная наступательная операция азербайджанских сил в Карабахе была в самом разгаре. О нежелании Баку идти на перемирие говорят и высказывания некоторых высокопоставленных азербайджанских деятелей. Так, директор Информационно-аналитического центра Министерства обороны Азербайджана Лейла Юнусова заявила, что МИД республики, подписав алма-атинское коммюнике, превысил свои полномочия, поскольку не согласовал эти действия с Министерством обороны республики. А представитель информационной службы президента Азербайджана отметил, что подписанные в Алма-Ате соглашения должны были вступить в силу вдоль границы Армении и Азербайджана, что же касается Нагорного Карабаха, то это внутреннее дело Азербайджана. Соответствующее заявление сделал во время поездки в Гянджу и президент республики Абульфаз Эльчибей20.

После того как алма-атинские соглашения были нарушены, 10 сентября Армения в одностороннем порядке обратилась к России, Украине, Казахстану, а также к Организации исламской конференции (ОИК) и Лиге арабских стран с просьбой направить наблюдателей в зону конфликта.

В апреле 1993 года Н. Назарбаев вновь выразил готовность выступить с новой посреднической миссией, предварительно согласовав этот вопрос с президентами России, Армении и Азербайджана. За месяц до этого Казахстан, Узбекистан и Кыргызстан поддержали позиции Баку21. Это заявление, естественно, в Баку восприняли положительно, а официальный Ереван оставил его без ответа. Однако с постепенным переходом военной инициативы на сторону армянских формирований на международных встречах все чаще звучали предложения привлечь к переговорам представителя Нагорного Карабаха.

В декабре 1993 года, во время встречи глав государств СНГ в Ашхабаде, с посреднической инициативой выступил также президент Туркменистана Сапармурад Ниязов. Левон Тер-Петросян и Гейдар Алиев встретились 23 декабря, однако намеченные на следующий день переговоры так и не состоялись.

Противоречия внутри "тюркского мира"

Турция надеялась, что ее внешнеполитические планы относительно южных регионов бывшего СССР встретят полное понимание со стороны "внешних тюрков". Однако Анкара вскоре обнаружила, что отнюдь не все гладко во взаимоотношениях между тюркоязычными странами и народами, еще недавно входившими в Советский Союз. Кровавые драмы, разыгравшиеся в 1989—1990 годах между узбеками и турками-месхетинцами в Фергане, между киргизами и узбеками в Ошской области, наглядно показали истинное положение дел.

Вскоре Турция должна была с разочарованием констатировать, что связи между Азербайджаном и Центрально-азиатскими республиками далеко не братские. В частности, после того как президент Узбекистана Ислам Каримов упразднил упомянутый Комитет помощи Карабаху, организованный узбекской оппозицией, узбеко-азербайджанские отношения резко обострились. Азербайджанский лидер осудил не только упразднение комитета, но и запрет узбекской националистической партии "Бирлик", активисты которой нашли убежище в Азербайджане22. После победы на президентских выборах А. Эльчибей в интервью "Независимой газете" довольно резко высказался в адрес узбекского президента, в частности отметив следующее: "Каримов подверг репрессиям всех прогрессивных людей в Узбекистане. Он разогнал недавно созданный по инициативе узбекской оппозиции в Ташкенте Комитет помощи Карабаху, а его членов подверг репрессиям. Кроме того, этот человек настолько утратил чувство меры, что осмелился направить в Азербайджан "коммандос", чтобы арестовать здесь активистов узбекской оппозиции. И такого антидемократического человека пресса не хочет разоблачать. Не потому ли, что Каримов стал игрушкой в руках армянского лобби!?"23

На этом фоне интересен тот факт, что пятый съезд узбекской партии "Бирлик" осудил Каримова за подписание Договора о коллективной безопасности СНГ, расценив этот шаг как предательство в отношении Азербайджана24. После турне по тюркоязычным республикам Центральной Азии лидер турецкой Демократической левой партии Бюлент Эджевит в интервью газете "Джумхуриет" на вопрос о том, где искать причину бездействия Центральноазиатских республик в отношении агрессивных шагов Армении против Азербайджана, ответил, что у него сложилось такое впечатление, будто эти республики стараются удалиться от Азербайджана и намерены установить добрососедские отношения с Ираном25.

В 1994 году серьезные разногласия обозначились и в турецко-узбекских отношениях. После того как Анкара предоставила политическое убежище лидеру узбекской оппозиционной партии "Эрк" Мухамеду Салиху, посол Узбекистана в Анкаре был отозван из Турции26. Другой немаловажный фактор межтюркских разногласий — споры вокруг правового статуса Каспийского моря и принадлежности некоторых нефтяных месторождений. К азербайджано-туркменским разногласиям по нефтяному месторождению "Кяпаз" добавились споры вокруг еще несуществующего транскаспийского газопровода. Словесная дуэль по этому вопросу между Туркменбаши и Алиевым, несомненно, сыграла свою роль в том, что лидер Туркмении в апреле 2000 года не присутствовал на шестом тюркском саммите в Баку.

Карабахский вопрос на тюркских саммитах

В октябре 1992 года в Анкаре состоялся первый тюркский саммит. Несмотря на давление турецких и азербайджанских представителей, в заключительной декларации саммита карабахский вопрос не упоминался. "Тюркским государствам нельзя поддерживать в этом конфликте ни одну из сторон", — заявил на пресс-конференции президент Казахстана Н. Назарбаев, добавив, что в противном случае ситуация в регионе может ухудшиться. Он также не поддержал идею экономического эмбарго против Армении. Президент Азербайджана А. Эльчибей довольно неубедительно прокомментировал причины этих отказов, ссылаясь на то, что участников саммита могли обвинить в желании выступить единым фронтом против Армении, которая является христианской страной27. Но суть в том, что лидеры Центральноазиатских республик не желали быть втянутыми в межгосударственный конфликт и нарушать взятые на себя обязательства в рамках СНГ, членом которого является и Армения. Свою роль сыграл и подписанный в мае 1992 года Договор о коллективной безопасности, хотя его статья, предусматривающая применение военной силы, была интерпретирована двояко, в частности, в контексте карабахского конфликта. Согласно договору в случае войны с Азербайджаном, который к этому моменту не был членом СНГ, Армения могла рассчитывать на военную помощь России, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана. Однако президент Узбекистана И. Каримов в интервью турецкой газете "Turkiye", призывая турецкую сторону не вступать в конфликт, в то же время отметил, что "проблему должны решать они сами (Армения и Азербайджан). — Г.Д.). Введение сил СНГ не принесет много пользы. Эту проблему следует решать в рамках ООН. Вмешательство третьей стороны приведет к большой трагедии. Мы, как мусульмане и тюрки, заодно с нашими тюркскими братьями, но на данный момент мы должны держатся подальше..."28. В свою очередь, председатель Государственного комитета обороны Кыргызстана Джанибек Умелдиев довольно однобоко прокомментировал заявление президента Армении Л. Тер-Петросяна о том, что в случае угрозы территориальной целостности Армении должен вступить в силу Договор о коллективной безопасности и вооруженные силы стран СНГ будут выполнять свои союзнические обязательства. Умелдиев заявил, что соблюдение подписанных договоренностей не означает, что Кыргызстан примет непосредственное участие в военных действиях29.

Провал в попытках реализации турецких планов на анкарском саммите ознаменовал перелом во взаимоотношениях Турции и тюркоязычных республик бывшего СССР и положил начало более реалистичному подходу к установлению двусторонних политико-экономических связей. Стало очевидно, что для этих республик отношения с Россией намного важнее, нежели этнические и культурно-исторические связи с Турцией30. С другой стороны, сама идея всетюркского союза встретила решающий отпор лидеров Центральноазиатских республик. Более того, в определенных политических и общественных кругах Азербайджана стали реально понимать опасность и неприемлемость пантюркистских идей. По словам Э. Гасановой, их ожидает та же участь, что и планы Гитлера31. Вместе с тем взаимные визиты лидера "Партии национального движения" и главного идейного вдохновителя пантюркизма в Турции Алпарслана Тюркеша и его сторонника в Азербайджане З. Мамедова не однозначно оценивались в Баку32.

Участники первого тюркского саммита в Анкаре решили провести очередную встречу осенью 1993 года в Баку. Но на встрече глав государств СНГ в Ашхабаде президент РФ Б. Ельцин высказался против идеи тюркского саммита в Баку, оказав при этом определенное давление на президента Узбекистана И. Каримова33. Нет сомнений, что встреча в Баку серьезно отразилась бы на взаимоотношениях между Арменией и Центральноазиатскими республиками. Кроме того, срыв бакинского саммита был обусловлен еще одним важным фактором. Речь идет о вербовке азербайджанскими властями афганских моджахедов для участия в боевых действиях на карабахских фронтах. Этот факт не мог не отразиться на взаимоотношениях между Азербайджаном и республиками Центральной Азии, которые опасались дальнейшего распространения исламского радикализма и религиозного экстремизма в регионе34.

Вскоре после прихода к власти Гейдара Алиева произошел резкий крен в приоритетах внешней политики Азербайджана в сторону Москвы: на фоне непрерывных военных неудач на карабахских фронтах вступление в СНГ Баку рассматривал как единственную возможность сохранить территориальную целостность республики. Это повлекло за собой обострение азербайджано-турецких отношений и введение визового режима между этими странами. В то же время Москва, желая поддержать Г. Алиева, попросила Казахстан поставлять в Азербайджан зерно, пообещав в обмен дизельное топливо, бензин и древесину на сумму в 30 млн. долларов США35.

В конечном счете, второй саммит в Баку так и не состоялся, что породило множество догадок и рассуждений аналитиков и журналистов. В частности, высказывалась точка зрения, что тюркоязычные республики Центральной Азии проявляли осторожность, не желая открыто выражать свое содействие Азербайджану в его отношениях с Арменией. Перед саммитом и Анкара, и Баку неоднократно отмечали, что такая встреча не направлена против одной страны, но вместе с тем не скрывали своих намерений сделать совместное заявление, осуждающее Армению за поддержку карабахских армян. В то же время посол Азербайджана в Турции Мехмет Новрузоглы Алиев осудил Туркменистан "за поставку природного газа в Армению", что, по его мнению, "имеет стратегическое значение и не соответствует принципам братства". Хотя президент Г. Алиев заявлял, что в Баку никто не собирается заставлять участников саммита принимать резолюцию, осуждающую Армению, в то же время прямо указывал: "Это на их совести — сделать что-нибудь, когда другая страна режет их брата"36.

Второй тюркский саммит состоялся в Стамбуле осенью 1994 года. В его заключительную декларацию впервые включили статью о том, что "главы государств выразили глубокую озабоченность конфликтами в регионе, ставшими следствием открытого нарушения принципов ООН и СБСЕ, и призвали все стороны к соблюдению вышеупомянутых принципов. Главы Государств подчеркнули необходимость мирного урегулирования конфликта между Арменией и Азербайджаном на основе соответствующих резолюций Совета Безопасности ООН..."37.

Такая постановка вопроса должна была удовлетворить Баку, поскольку резолюции ООН по карабахскому вопросу исходили из принципа уважения территориальной целостности Азербайджана. И все же ограниченность "тюркской солидарности" на втором саммите была очевидна. Несмотря на старания Турции и Азербайджана, не увенчались успехом все попытки занять более жесткую позицию в отношении Армении. В частности, президент Казахстана Н. Назарбаев выступил против определения Армении как агрессора. Ашгабад тоже не устраивала жесткая позиция в отношении Армении, которая является одним из импортеров туркменского газа. Азербайджанский лидер выразил недовольство результатами саммита, отметив, что взаимоотношения между тюркоязычными республиками Центральной Азии и Азербайджана находятся не на должном уровне. Все эти неудачные попытки выработать общетюркскую позицию против Армении определенным образом повлияли и на взаимоотношения Анкары и Баку. Сенсационным стало то, что президент Азербайджана Г. Алиев обвинил турецкие спецслужбы в попытке организовать на него покушение. Под подозрением оказались турецкий ультранационалист Абдуллах Чатл и турецкий профессор Ферман Демиркол, который, между прочим, был советником президента Азербайджана. Через месяц после неудавшегося покушения премьер-министр Турции Тансу Чиллер во время официального визита в Баку, исключив участие официальной Анкары в этих событиях, все же попросил извинение у Алиева "за действия неконтролируемых правых"38.

Карабахская проблема вновь была упомянута в соответствующих декларациях на последующих тюркских саммитах, которые состоялись в Бишкеке, Ташкенте, Астане и Баку. Если в Бишкеке и Ташкенте формулировка Стамбульской декларации в основном не претерпела кардинальных изменений, то документы, принятые в Астане и Баку, подчеркивали важность мирного урегулирования конфликта на основе резолюций Совета Безопасности ООН и принципов Лиссабонского саммита ОБСЕ, который, как и резолюции ООН по Карабаху, исходил из территориальной целостности Азербайджана.

Заключение

Армяно-азербайджанский конфликт вокруг Карабаха, возникнув в начале 1988 года, после развала СССР вступил в фазу полномасштабной войны. В его урегулирование были вовлечены практически все государства региона — Россия, Иран, Турция, а также США. Среди этих стран Турция выделялась откровенной проазербайджанской позицией.

С самого начала конфликт выявил несоответствие амбициозных планов и реальных возможностей Анкары. Турция не смогла переломить ситуацию в пользу Баку.

Турецкие планы создать "Тюркскую конфедерацию" и стремление Анкары выработать общетюркскую позицию, поддерживающую Азербайджан в карабахском конфликте, не были одобрены президентами тюркоязычных республик Центральной Азии. Они не хотели участвовать в военно-политических играх Турции и Азербайджана. В итоге их противодействия тюркский саммит в Баку не состоялся. В октябре 1994 года в Стамбуле в заключительной декларации второго тюркского саммита была зафиксирована лишь необходимость урегулировать карабахскую проблему в рамках соответствующих резолюций Совета Безопасности ООН.


1 См.: Сухопаров А. Советские мусульмане: между прошлым и будущим // Общественные науки и современность, 1991, № 6. С. 111.

2 См.: TRT, 18 января 1990.

3 См.: Газета "Milliyet", 21 января 1990.

4 См.: Газета "New Times International", 1992, No. 27. P. 7.

5 См.: Газета "Азг" (Нация), 12 февраля 1992 (на арм. яз.).

6 См.: Независимая газета, 14 мая 1992.

7 См.: Chorbajian Levon, Donabedian Patric, Mutafian Claude. The Caucasian Knot. The History and Geopolitics of Nagorno-Karabagh. New Jersey, 1994. P. 33.

8 Financial Times, 22 May 1992.

9 См.: Перепелкин Л.С. Армения: современная социально-экономическая и политическая ситуация // Этнографическое обозрение, 1992, № 5. С. 28.

10 См.: Газета "Азг", 28 января 1994.

11 См.: Независимая газета, 2 апреля 1992.

12 Газета "Азг", 15 апреля 1992.

13 См.: Независимая газета, 14 мая 1992.

14 См.: Газета "Азг", 4 апреля 1992.

15 См.: Там же, 2 мая 1992.

16 См.: Рябцев В.Н., Сафарян С.М. "Карабахский узел": этнонациональный конфликт в аспекте региональной геополитики. Ростов-на-Дону, 1996. С. 34.

17 См.: Газета "Азг", 25 июня 1992.

18 См.: Независимая газета, 27 августа 1992.

19 См.: Независимая газета, 2 сентября 1992.

20 См.: Там же, 3 сентября 1992.

21 См.: Газета "Азг", 2 марта 1993.

22 См.: Расизаде А. Азербайджан: новые политические ориентиры // Азия и Африка сегодня, 1993, № 1. С. 19—20.

23 Независимая газета, 17 июня 1992.

24 См.: Hale Henry. Islam, State Building and Uzbekistan Foreign Policy. В кн.: The New Geopolitics of Central Asia and Its Borderlands, ed. by A. Banuazizi and M. Weiner. Indiana, 1994. P. 167.

25 См.: Газета "Cumhurriyet", 28 мая 1992.

26 См.: Winrow Gareth M. Turkey and the Former Soviet South. London, 1995. P. 24.

27 См.: Назависимая газета, 3 ноября 1992.

28 Газета "Turkiye", 9 апреля 1992; Hale Henry. Op. cit. P. 148.

29 См.: Газета "Азг", 2 июля 1992.

30 См.: Tunander Ola. A New Ottoman Empire. The Choice for Turkey: Euro-Asian Centre vs National Fortress // Security Dialogue, 1995, Vol. 26 (4). P. 419.

31 См.: Газета "Cumhurriyet", 6 июля 1992.

32 См.: Расизаде А. Азербайджан: новые политические ориентиры // Азия и Африка сегодня, 1992, № 12. С. 9—10.

33 См.: Газета "Milliyet", 27 января 1994.

34 См.: Kechichian Joseph A., Karasik Theodore W. The Crisis in Azerbaijan: How Clans Influence the Politics of an Emerging Republic // Middle East Policy, September 1995, Vol. IV, No. 1—2. P. 63. Об участии афганских наемников в карабахском конфликте см. также: Schneider Daniel. Afgan Fighters Join Azeri-Armenian War // The Christian Science Monitor, Boston, 16 November 1993. P. 3; Azerbaijan: Seven Years of Conflict in Nagorno-Karabagh. Helsinki, New York: Human Rights Watch, 1994. P. 46.

35 См.: Газета "Азг", 5 ноября 1993.

36 Газета "Turkish Daily News", 19 January 1994.

37 Documents d’actualite internationale, Paris, 15 janvier 1995, No. 2. P. 68.

38 Газета "Turkish Daily News", 19 January 1994.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL