ЭТНИЧЕСКИЙ КОНФЛИКТ В КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕССКОЙ РЕСПУБЛИКЕ: ОТ ИСТОКОВ ДО НАШИХ ДНЕЙ

Мурат БОТАШЕВ


Мурат Боташев, аспирант Института этнологии и антропологии РАН, младший редактор информационного центра "Гласность — Кавказ" Общественного фонда "Гласность".


Этническая конфронтация в Карачаево-Черкессии обусловлена конфликтом политических элит республики. Проблема власти в КЧР уходит своими корнями в 1957 год, когда в связи с репатриацией карачаевцев1 Черкесская автономная область (ЧАО) была вновь преобразована в Карачаево-Черкесскую автономную область (КЧАО) и включена в состав Ставропольского края. Предыдущий опыт совместного проживания народов Карачая и Черкессии в рамках единого государственного образования ограничивался лишь четырьмя годами: созданную в 1922-м КЧАО уже в 1926-м разделили на Карачаевскую автономную область (КАО), Черкесский национальный округ и Баталпашинский район, ликвидированный в 1931-м.

В те времена руководство страны не учитывало мнение и желание народов, а исходило якобы из политической (или иной) целесообразности. И в 1922 году, и в 1957-м двуединая автономия не отвечала интересам ни карачаевцев, ни черкесов. Во вновь созданной в 1957 году КЧАО черкесская элита увидела угрозу своему положению — ее уже тогда тревожило численное большинство карачаевцев: по переписи 1959 года карачаевцы составляли 67 830 чел., позднее на родину вернулось еще порядка 15 тыс., черкесы — 24 145 чел. В этой ситуации, чтобы ограничить доступ карачаевцев к власти, партийное руководство области и края развернуло широкую кампанию по их дискредитации и сохранению имиджа народа-предателя. Более того, пленумы обкома КПСС 1974 и 1981 годов практически оправдали депортацию, ссылаясь на активное сотрудничество карачаевцев с оккупационными властями Третьего рейха. Для увековечения их негативного образа как "бандитов и пособников фашистов" вдоль федеральных трасс и туристических маршрутов были установлены лжепамятники "зверски убитым" ими красноармейцам, евреям, детям-сиротам и т. д. Широко тиражировались "художественные" и "исторические" произведения антикарачаевской направленности бывшего главного редактора официальной газеты обкома КПСС "Ленинское знамя" А. Попутько, местных литераторов В. Гнеушева, Ю. Христина и других2.

Карачаевцы, недовольные продолжающейся дискриминацией, начали борьбу за свою полную реабилитацию, что в первую очередь связывалось с восстановлением автономии. В начале 1990 года активисты "Джамагъат", первой национально-общественной организации в Карачаево-Черкессии, собрали около 70 тыс. подписей в поддержку требования о восстановлении Карачаевской автономии (по переписи 1989 г., карачаевское население КЧАО составляло 129,4 тыс. чел.). 17 ноября 1990 года съезд депутатов всех уровней Карачая провозгласил создание Карачаевской автономии. Борьба за суверенитет особенно активизировалась после 26 апреля 1991 года — в этот день был принят закон Верховного Совета РСФСР "О реабилитации репрессированных народов", который предусматривал восстановление утраченной автономии. В октябре следующего года уже черкесские активисты созвали съезд народных депутатов всех уровней, представлявших народы бывшей ЧАО, на котором также провозгласили свою автономию. Политические разногласия ногайских и абазинских лидеров с черкесскими, вызванные несовпадением взглядов на формирование органов власти и этническое представительство в них3, раскололи Карачаево-Черкессию на три республики: черкесскую, абазинскую и ногайскую. Всего же на территории КЧАО в начале 90-х годов было объявлено о создании семи автономий: Карачаевской, Черкесской, Абазинской, Ногайской, Зеленчукско-Урупской и Баталпашинской республик, а также Баталпашинского казачьего отдела.

3 июля 1991 года КЧАО вышла из состава Ставропольского края и была создана Карачаево-Черкесская Республика (КЧР). Этот политический акт мог бы способствовать консолидации ее народов. Однако Центр крайне непоследовательно относился к национальным проблемам. 5 февраля 1992 года Б. Ельцин представил в Верховный Совет законопроект о восстановлении Карачаевской автономии в составе России. Однако и на этот раз решение не было окончательным. В марте того же года по результатам проведенного в КЧР опроса, на котором сказалось бесконечное шараханье из стороны в сторону, объявили о сохранении единой республики. Во главе местной власти Указом президента России стал В. Хубиев. "Назначенец" не устраивал черкесскую элиту (он карачаевец). Но им была недовольна и радикальная часть карачаевцев, ибо Хубиев "провалил" Карачаевскую автономию и не выражал их национальных интересов. Сегодня можно утверждать, что назначение главы республики волевым решением Москвы было лишь паллиативной мерой. И та, и другая сторона считала себя ущемленной в правах. Началась подготовка к демократическим выборам главы республики, но развернулась не вполне демократичная борьба за избирателя: в ход пошли компроматы, информационная война, запугивание избирателя и т. п.

Наибольший успех в информационной войне сопутствовал сторонникам черкесской оппозиции. Они освоили методы не только центральных российских, но и зарубежных (в том числе электронных) СМИ, тенденциозно, порой с откровенной фальсификацией информировали о событиях в республике. Россиянам и мировому сообществу пытались внушить, что лидеры черкесской оппозиции отстаивают попранные политические и гражданские права черкесского и абазинского этносов, что в КЧР установился этнократический режим и т. д. В свете усилившейся в России борьбы с терроризмом и религиозным экстремизмом лидеры оппозиции, а также их "карманные" журналисты заявляли, что в Карачае полно "ваххабитов" и их баз, организованных лично Хаттабом или Басаевым4, не подтверждая свои утверждения достоверными фактами. Но те же "глашатаи" умалчивали о том, что абазинские и черкесские волонтеры (например, М. Килбы — политический лидер абазин) участвовали в боевых действиях на стороне абхазских и чеченских вооруженных формирований в грузино-абхазской войне 1992—1994 годов.

Огромное дестабилизирующее влияние на этнополитическую обстановку в республике оказало тенденциозное освещение региональных событий на первом общероссийском телеканале (ОРТ). В угоду политическим интересам фактического хозяина "первой кнопки" Б. Березовского в передачах известного тележурналиста С. Доренко наряду с традиционной антилужсковской тематикой появилась и антикарачаевская. Тенденциозные подборки г-на Доренко создавали у российского зрителя ощущение полного правового беспредела этнократического (карачаевского) режима в КЧР. При этом каждую передачу С. Доренко по несколько раз повторяли телекомпании черкесской оппозиции.

8 апреля 2000 года в интервью автору некая женщина (по всей видимости, черкешенка или абазинка) жаловалась на городские власти Черкесска, третирующие ее по этническому признаку — уловка, рассчитанная на зрителя, не знакомого с ситуацией в КЧР: с 1997-го по август 2000 года городскую мэрию возглавлял лидер черкесской оппозиции С. Дерев. В каждом политическом заявлении ее представители специально отмечали, что выражают интересы черкесского, абазинского и русского населения КЧР. Однако их основное требование — сменить на посту председателя правительства КЧР русского Нещадимова на черкеса Дерева. Ведь республика называется Карачаево-Черкесской, — сетовал С. Дерев в упомянутой выше телепередаче, — значит, вторым лицом в республике должен быть черкес (а совсем еще недавно утверждали — первым!). В Черкесске, где около 70% горожан составляют русские, подобное понимание сути интернационализма воплотилось в кадровой политике: и сам мэр, и его первый заместитель были черкесами. Представители русского (в том числе и казаков) населения республики неоднократно выражали свою обеспокоенность по этому поводу. Так, в конце февраля 2000 года совет атаманов Баталпашинского отдела потребовал "прекратить кадровый беспредел в отношении русских руководителей, дать возможность нормально работать и прекратить травлю В. Нещадимова"5. За последний период мэрства С. Дерева русских вытеснили с ряда постов в городской администрации. Г-н Доренко не упустил возможность разыграть "русскую" карту. Пытаясь "этнизировать" криминал в КЧР, он сетует на рост в г. Усть-Джегута числа преступлений, в которых пострадали русские. Однако реальная статистика по этому району показывает: в 1999 году потерпевшими по делам среди русских проходили 107 человек, из них трое погибли, у карачаевцев — 104 человека, из которых убито четверо.

Эстафету дезинформации подхватила не менее скандальная журналистка Е. Масюк. Ее передача "Кавказский полумесяц", показанная 28 августа 2000 года, вызвала в КЧР бурю протеста: журналистка оправдывала депортацию кавказских народов 1943—1944 годов и практически уравняла понятия "ислам" и "ваххабизм", который, по ее мнению, является идеологией репрессированных народов Кавказа, включая всех карачаево-балкарцев и ногайцев. Она умолчала о том, что в 1991 году государство признало преступный характер депортации, не объяснила, какое отношение к ней имеют ногайцы, не подвергнутые репрессиям 40-х годов. По утверждению журналистки, "за последние десять лет 30 станиц, в которых проживали русские, превратились в карачаевские села". И это при том, что в республике только восемь станиц и два хутора! Как результат религиозного противостояния в республике журналистка преподнесла миграцию русского населения. А паспортно-визовая служба МВД КЧР сообщила, что за 1999 год выехало 5 757 человек, из них: русских — 3 496, или 2% от их общей численности в КЧР, карачаевцев — 626, или 0,4%, черкесов — 469, или 1%, абазин — 233, или 0,5%, ногайцев — 233, или 1,8%. Отсюда видно практически равное процентное соотношение выехавших из КЧР русских и ногайцев. Восьмого сентября в селе Учкекен Малокарачаевского района прошел стихийный митинг жителей, возмущенных тем, что Е. Масюк назвала их село "Карамахами", а всех карачаевцев старшего поколения — пособниками фашистов. Началась акция протеста "Заступись за мир в своей республике!", был организован сбор подписей под обращением к директору РТР г-ну Добродееву: "Народ против лжи". "Должны ли мы, — говорится в нем, — граждане Российской Федерации, понимать это… как официальное мнение канала РТР? Если да, то мы требуем официальных извинений не только от одной конкретной журналистки, но и от лица всего канала!". Президиум Народного собрания КЧР обратился к президенту, правительству и парламенту России с просьбой пресечь деструктивную деятельность Е. Масюк и привлечь ее к ответственности за преднамеренное искажение фактов.

Оппозиционеры не ограничились идеологической борьбой — воинственно настроенные группы сепаратистов организовали ряд политических терактов, призванных устрашить или физически устранить тех, кто мешал их разрушительным планам. Среди их действий: покушение на тогда еще кандидата в президенты КЧР В. Семенова и его помощника Ю. Антонова, на руководителя постпредства КЧР в Москве М. Каитова, на бывшего атамана Баталпашинского казачьего отдела Кубанского войска Н. Первакова, пострадали также заведующий кафедрой Черкесского технологического института Г. Токарев, член республиканского Избиркома А. Алексанов и другие. А всего в этом списке около 20 фамилий. Но преступники не понесли заслуженного наказания.

Сепаратисты, понимая, что законными методами им вряд ли удастся осуществить свои планы (мирно разделить республику невозможно: на предполагаемой территории Черкессии останется 25% карачаевцев и почти все ногайцы, требующие в случае выхода Черкессии из КЧР собственного суверенитета, а на территории Карачая — 7% черкесского, 20% русского и 21% абазинского населения), начали массированную атаку на республиканскую фемиду. 13 апреля 1999 года, в самый разгар политической борьбы, было совершено покушение на председателя Верховного суда КЧР (ВС КЧР) И. Бурлакова: террористы бросили в него гранату, и он лишь чудом остался жив. Это происшествие едва не спровоцировало ответное вооруженное выступление карачаевцев и кровавую резню. И вновь, благодаря усилиям главы республики В. Семенова и самого тяжело раненного И. Бурлакова, удалось сохранить зыбкое равновесие. По факту покушения на убийство были задержаны предполагаемые террористы Р. Мидов и А. Пшемахов. 12 апреля 2000 года обвиняемые предстали перед судом присяжных заседателей в Ставропольском краевом суде. Итогом же судебного разбирательства неожиданно стал скандал, в центре которого оказался судья В. Гуз, показавший себя как явный сторонник обвиняемых. 11 июня, согласно его решению, террористы, обвиняемые по ст. 277 "Покушение на государственного или общественного деятеля" УК РФ (предусматривающей наказание в виде лишения свободы от 12 до 20 лет либо смертной казни или пожизненного заключения)6 до окончательного завершения судебного разбирательства и вынесения приговора были освобождены из-под стражи под подписку о невыезде. Прокурор Ставропольского края опротестовал это решение в Верховном суде РФ, как противоречащее закону и принятое в одностороннем порядке без учета мнений присяжных заседателей.

Кроме того, в ходе судебного заседания В. Гуз неоднократно нарушал правила профессиональной этики: вместо предусмотренного законом процессуального обращения "подсудимый такой-то" он применял следующие формулировки: "эти ребята", "эти ребятишки". В другом случае, обращаясь к присяжным, произнес: "Вы этих ребятишек знаете…" (?!). Результатом этих действий, расцененных как давление на присяжных, стал оправдательный приговор, вынесенный 8 сентября 2000 года.

Возмущенная общественность организовала пикет у здания суда. Один из плакатов митингующих гласил: "Судья Гуз, за какие коврижки на свободе "ребятишки"?!" На просьбу журналиста Ставропольских теленовостей прокомментировать свое решение и действия пикетчиков В. Гуз ответил: "Ну и что, пусть стоят, придурки!" Митингующие приняли резолюцию обратиться в вышестоящие инстанции с требованием провести экспертизу и дать объективную оценку его действиям. Под обращением подписались около 400 жителей Ставрополья и Карачаево-Черкессии. Народное собрание КЧР обратилось в Верховный суд РФ с просьбой рассмотреть действия и компетенцию В. Гуза в Высшей квалификационной коллегии судей РФ (ВККС РФ) на предмет их соответствия действующему законодательству и занимаемой должности. Судейский корпус Ставрополья и Карачаево-Черкессии расценил действия В. Гуза и решение освободить из-под стражи обвиняемых в терроризме как правовой нонсенс.

Информационную поддержку противникам республиканской фемиды оказали некоторые морально нечистоплотные журналисты. Так, стремясь дискредитировать И. Бурлакова, Л. Бильдюгина в своих комментариях к статье "Карающее дышло в судейском исполнении" пишет: "…один из самых убедительных аргументов сторонников идеи воссоединения бывшей Карачаево-Черкесской автономии со Ставропольским краем — именно возможность уйти из-под непредсказуемой и алогичной власти местного правосудия"7. Вряд ли широкой публике известно, что эта журналистка — "пламенный борец" за черкесскую автономию — в первой половине 90-х годов столь же последовательно отстаивала интересы карачаевской стороны, ратуя за их реабилитацию, автономию и т. д.

В середине апреля 2000 года закончилась работа выездной квалификационной комиссии ВККС РФ по другой жалобе. Она поступила от Международной черкесской ассоциации (МЧА) и содержала "сведения" о том, что председатель ВС КЧР признан источником, "положившим начало политическому кризису в республике… разжиганию межэтнической розни". Рассмотрев публикации журналистки Л. Бельдюгиной, выслушав объяснения должностных лиц и общественных деятелей, комиссия постановила: жалобы и статьи СМИ о прекращении полномочий судьи — председателя ВС КЧР И. Бурлакова в связи с нарушением им законодательства и норм этики8 удовлетворению не подлежат, как несоответствующие действительности9.

Угрозам, шантажу и насилию подверглись и этнические черкесы, не разделяющие взглядов "Адыгэ Хасэ" (черкесской общественно-политической организации). В частности, люди в масках избили семью черкесского предпринимателя Аргунова и старейшину Арашукова. Кстати, это уже не первый случай, когда черкесские молодчики нарушили древний кавказский закон — неприкосновенность женщин и стариков. Так, 3 сентября 1999 года в центре Черкесска избили группу карачаевских старейшин, прибывших в столицу с одной целью — призвать противоборствующие стороны к миру и взаимотерпимости. Когда аксакалы на одной из центральных улиц исполняли предвечернюю молитву (экинди намаз), считающуюся в исламе самой благословенной, группа молодых людей (в роли черкесских хунвейбинов, как правило, выступала абазинская молодежь) численностью от 60 до 100 человек внезапно обрушилась на них с палками и кусками арматуры. Немыслимое для кавказского менталитета преступление! В результате этой варварской акции 11 из 15 пострадавших аксакалов с тяжелыми черепно-мозговыми травмами доставили в нейрохирургическое отделение Центральной республиканской больницы, двоих — в урологическое и еще двоих — в реанимационное. О глубине взаимной неприязни в то время можно судить по продолжению инцидента: некоторые врачи (черкесы и абазины) отказались оказать помощь пострадавшим только потому, что они карачаевцы. Ни многочисленные оскорбления народов КЧР на митингах "деревцев", ни выпады в печати, ни предыдущие теракты (всего около двух десятков) не вызывали такого яростного возмущения, как нападение на пожилых людей и поведение врачей. Только обращение В. Семенова удержало сыновей пострадавших аксакалов от кровной мести за поруганную честь отцов.

Политика В. Семенова, нацеленная на конструктивный диалог и консенсус, казалось, умиротворила лидеров черкесской оппозиции. Однако вечером 14 июля 2000 года, после назначения профессора А. Шевхужова (черкес по национальности) на должность заместителя председателя правительства республики, в дом профессора ворвались вооруженные люди и увели его вместе с престарелыми родителями в штаб-квартиру "Адыгэ Хасэ", где под моральным и физическим воздействием вынудили отправить по факсу заявление об отставке. По данному факту возбуждено уголовное дело (ст. 318, ч.1 УК РФ). Однако уже на следующий день было совершено нападение на министра по делам архитектуры, строительства и дорожному хозяйству И. Кябишева (черкес по национальности). С заявлениями, требующими пресечь незаконные действия руководства "Адыгэ Хасэ" и привлечь к ответственности виновных в грубом нарушении прав человека выступили: Карачаево-черкесское отделение общероссийской политической организации "Единство"10, Правительство КЧР11, Совет общественной безопасности КЧР12, руководители городских и районных муниципальных образований13, общественные организации "Русская община г. Черкесска", Карачаево-черкесское региональное отделение общероссийского общественного движения "Молодежное единство", Межрегиональная карачаевская ассоциация "Алан", Союз правых сил КЧР, "Регионы России", Движение в поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки, Региональное отделение общероссийской общественно-политической организации "Конгресс русских общин"14, Совет Баталпашинского отдела Кубанского казачьего войска15, интеллигенция КЧР16, жители городов и районов.

Все большее число абазин и черкесов выражают недовольство политикой оппозиции и действиями ее лидеров. В открытом обращении А. Чукова, члена абазинской инициативной группы, говорится: "В течение длительного времени иногда при попустительстве, а иногда при прямом участии руководства "Адгылара" (абазинская общественно-политическая организация) шла постоянная кампания по травле и расклеиванию ярлыков "врагов народа" известным представителям абазинского народа... Несмотря на наличие у абазин совета старейшин, председателем которого избрали Ш. Джегутанова, руководство "Адгылара" рассылает по аулам своих эмиссаров. Они дезинформируют население, заявляя, что такого органа нет, навязывают другой состав совета старейшин абазин и очень настойчиво предлагают избрать его председателем А. Хутова, тестя председателя "Адгылара" М. Шенкао. <...> Известно, что единодушие и единомыслие — в числе главных признаков больного общества. Но сегодня, к сожалению, в абазинском обществе сложилась ситуация диктата, когда все должны мыслить только так, как хочет руководство "Адгылара". Те же, у кого иное мнение, моментально становятся "врагами народа". А итог очевиден: навязанное единомыслие привело абазин к массе ошибок, потеряно много времени и не решена ни одна проблема"17.

Свое возмущение установившейся в среде адыгов обстановкой террора и насилия в открытом письме к С. Дереву высказал видный черкесский политик, руководитель аппарата Комитета по делам национальностей Госдумы РФ У. Темиров. "Выход за пределы закона, — предостерегает он, — чем бы Вы его ни оправдывали, чреват тяжелыми последствиями как для Вас, Ваших братьев [Владислав и Хаджи-Мурат Деревы], так и для самих народов, чьими интересами вы пытаетесь оправдаться. Тем более категорически должны быть исключены криминальные методы и незаконные внесудебные расправы с теми, кого Вы в чем-то подозреваете. На это не имеет права не только политик, но и любой гражданин. Вдумайтесь в слова нового президента России Путина В.В., который однозначно провозгласил, что в стране должна быть одна только диктатура — диктатура закона… Однако мне представляется, что Вы — официальное должностное лицо, мэр г. Черкесска, столицы Карачаево-Черкессии, и Ваш средний брат Владислав — депутат Народного собрания Карачаево-Черкессии, младший брат Хаджи-Мурат, выполняющий Ваши незаконные карательные функции, не поняли еще изменившийся политический и общественный климат в России… почему же Вы, государственный служащий и Ваш средний брат, депутат Народного собрания, призванные неукоснительно стоять на страже закона, позволяете себе вершить самосуд? Почему Вы, Ваши братья за спиной официальных государственных органов дознания и правосудия организовываете свой карательный отряд, который ведет незаконное частное следствие и внесудебную расправу с применением детектора лжи и целлофановых мешков? …народ уже почти год стоит на площади, защищая Вас, а Вы за его спиной творите криминальный беспредел. <...> Не забывайте, что Вы и Ваш брат Владислав — политики, а не "паханы". Не поручайте своему младшему брату творить беззаконие. Не разочаровывайте своими действиями народ, который еще надеется на Вас. Не забывайте, что своими незаконными поступками и действиями Вы дискредитируете движение народов за самоопределение. <...> Всем понятно, что доступ к власти сейчас — это доступ к бюджету и большой собственности. Однако нельзя терять голову и думать, что за деньги можно все и всех купить"18.

О глубоком кризисе в рядах сторонников черкесской оппозиции свидетельствуют смещение 28 июля 2000 года на V Конгрессе Международной черкесской ассоциации (ее учредителями являются адыгские организации "Адыгэ Хасэ" Турции, Германии, Нидерландов, Израиля, США, Иордании) с поста президента этой организации Б. Акбашева19, своими радикальными взглядами и методами борьбы дискредитировавшего идеи адыгского единства и духовного возрождения, и переезд штаб-квартиры МЧА из Черкесска в Нальчик (КБР). "Подтвердились подозрения, — отмечает экс-руководитель "Адыгэ Хасэ" КБР В. Хатажуков, — что такие деятели, как Борис Акбашев, могут быть связаны с определенными силами в Москве, которые заинтересованы в дестабилизации обстановки на Северном Кавказе и развале адыгского национального движения. Мы ясно увидели, что на самом деле кроется за декларируемыми патриотическими лозунгами отдельных групп. Это, прежде всего, их личные узкие корпоративные цели, ради которых они готовы принести в жертву национальные интересы"20.

"Черкесская проблема" порождена в первую очередь неудовлетворенностью личных амбиций руководства "Адыэ Хасэ" КЧР вследствие поражения на выборах главы республики. Можно не сомневаться, что при противоположном исходе выборов вопрос о воссоздании ЧАО не возник бы. Но это лишь надводная часть гигантского айсберга. Истинная же причина скрыта в гегемонистских устремлениях радикального крыла МЧА, планирующего создать на территории Центрального и Северо-западного Кавказа адыгское государство "Великая Черкессия" (в составе Абхазии, Шапсугии, Адыгеи, КЧР, КБР и части Краснодарского края)21.

Идея восстановить единство "адыгского этноса" и воссоздать "государственность адыгов" в пределах "исторической территории" отражена в уставах ряда национальных объединений (Конгресс кабардинского народа, "Адыгэ Хасэ" и др.)22.

Когда победа на выборах главы КЧР карачаевца В. Семенова, ее легитимность уже ни у кого не вызывали сомнений и были подтверждены решением Верховного суда РФ, лидеры черкесской оппозиции попытались расчленить республику по этническому признаку и утвердиться во главе Черкесской автономии. Помимо всего прочего, это решило бы и проблему территориальных притязаний к черкесам со стороны казачества и ногайцев. Дело в том, что лидеры русскоязычных (в первую очередь — казачьих) объединений, а также интеллигенция КЧР выступили с предложением вернуть столице ее историческое название — Баталпашинск и восстановить историческую справедливость в отношении казаков, проживающих в республике. Эту инициативу поддержали общественно-политические движения карачаевцев и ногайцев, но она вызвала резкую негативную реакцию ряда черкесских организаций.

В начале 1990-х годов, на заре "борьбы суверенитетов" в Карачаево-Черкессии, подобная постановка вопроса серьезно осложнила отношения с черкесским населением республики. Адыго-абазинская пресса периодически публиковала материалы не только (и не столько) историков, сколько тенденциозных политиков и деятелей околонаучных кругов, доказывавших свои "права на город" исключительной ролью адыгов в истории Кавказа и России, прибегая при этом к не вполне корректным и этичным приемам, унижающим национальное достоинство оппонентов. В дебаты часто вступала пресса соседних субъектов РФ: Кабардино-Балкарской республики, Адыгеи и реже — Ставропольского края. На свет появлялись все более изощренные теории (так, в интервью "Независимой газете" Б. Акбашев, экс-лидер Международной черкесской ассоциации и руководитель общественно-политического движения "Адыгэ Хасе", объявил Батал-пашу этническим черкесом, что, по его мнению, снимает проблему с названием города23). Споры переросли в открытое противостояние. Черкесские и абазинские студенты Карачаевского пединститута самовольно оставили занятия и организовали палаточный городок на центральной площади Черкесска. Конец этнической конфронтации положил экс-глава КЧР В. Хубиев. Стремясь сохранить зыбкий мир в республике, он объявил мораторий на разделение КЧР и переименование ее столицы. Проблемы, однако же, остались.

Каковы позиции сторон сегодня? Черкесские лидеры пытаются сохранить статус-кво, спекулируя мифом, будто бы город назван Черкесском в память жертв Кавказской войны (что не выдерживает серьезной критики, так как первоначально он был переименован в Ежово-Черкесск). Казачество считает кощунственным стремление черкесских лидеров строить памятник на чужом погосте: переименование Баталпашинска в Черкесск стало возможным только вследствие репрессивной политики советской власти по отношению к казачеству. Карачаевцы и ногайцы, в свою очередь, считают, что столица многонациональной республики не может носить имя одного народа — это задевает национальные чувства представителей других и препятствует гражданскому единению всех жителей КЧР. И сегодня многие граждане республики называют Черкесск Баталпашинском или сокращенно — Пашинском. Глава КЧР В. Семенов, скорее всего, поддержит требование большинства (собственно, и обеспечившего его победу на выборах главы республики): ему как генералу близка и понятна идея увековечить воинскую доблесть. Если же референдум состоится, то в положительном решении вопроса можно не сомневаться, поэтому черкесские лидеры будут всячески препятствовать всенародному голосованию и, возможно, вновь попытаются дестабилизировать ситуацию в республике.

Еще одна конфликтная проблема — требование ногайцев реставрировать ногайский Икон-Халкский район, переданный Черкессии и переименованный в 1957 году в Адыге-Хабльский (букв. селение адыгов). Несмотря на многолетние усилия в "очеркешивании" района, и сегодня ногайцы составляют не менее 40% (черкесы — 22%) его населения.

Перспектива разделения Карачаево-Черкессии по национальному признаку становится все более призрачной. В этих условиях особую остроту приобретает спор о формах представительства этносов во властных структурах республики. Черкесская сторона настаивает на паритетной основе, карачаевцы и русские — на пропорциональной. В настоящее время правительство КЧР сформировано по принципу пропорционального представительства: из 53 мест русским (по переписи 1989 года — 42,4% населения) отведено 23 (43,39%), карачаевцам (31,2%) — 18 (33,97%), черкесам (9,7%) — 6 (11,32%), абазинам (6,6%) — 4 (7,55%), ногайцам (3,1%) — 2 (3,77%)24. Заметим, что в период наибольшего расцвета пресловутой "хубиевской этнократии" в 1995 году кадровая ситуация в КЧР была совершенно иной: президиум Совета Министров был сформирован на паритетной основе и состоял из 15 человек (по 3 представителя от каждого из пяти народов республики); из 29 членов Совмина 11 (38%) составляли русские, 8 (27,5%) — карачаевцы, 4 (13,8%) — черкесы, 3 (10,3%) — абазины, 3 (10,3%) — ногайцы; среди 10 министров было шесть русских, карачаевец, черкес, абазин и ногаец25. Сегодня проблему власти в КЧР невозможно решить в отрыве от Кабардино-Балкарской Республики и Республики Адыгея. Народы этих субъектов Российской Федерации довольно остро ощущают свое тюркское (карачаевцы, балкарцы, ногайцы) и адыгское (кабардинцы, черкесы, адыгейцы, абазины) единство. В особенности это касается КЧР и КБР, где существуют два этнополитических полюса: карачаево-балкарский и кабардино-черкесский. Именно этим объясняется присутствие в республике во время обоих туров выборов главы КЧР кабардинских, балкарских и абхазских наблюдателей. Если бы конфликт перешел в вооруженное противостояние, то каждая из сторон могла бы надеяться на помощь своих традиционных союзников: адыги — на абхазцев (в период грузино-абхазской войны адыгские добровольцы воевали на их стороне) и на часть чеченских полевых командиров; карачаево-балкарцы — на своих исторических союзников и противников абхазов — сванов, а также ногайцев, кумыков и так называемых "репрессированных народов". В результате конфликт власти в маленькой кавказской республике, совпавший по времени с войной в Чечне, грозил перерасти в способную уничтожить основы российской государственности глобальную войну на Северном Кавказе.

Необходимо учитывать, что в Кабардино-Балкарии и Адыгее власть де-факто сосредоточена в руках у адыгов, и потеря карачаевцами политического превосходства в Карачаево-Черкессии — единственной на Северном Кавказе республике с численным доминированием тюрков — стала бы детонатором, способным взорвать весь тюркский мир региона. Именно поэтому, почувствовав, что карачаевцы теряют свои позиции на выборах главы КЧР в 1999 году, балкарская национальная организация "Тёре" тут же предупредила правительство РФ, что будет требовать восстановления Балкарской автономии "теми же способами, что и черкесы".

Несмотря на заявления отдельных политиков о невозможности совместного проживания народов Карачая и Черкессии, в КЧР (равно как и в КБР) превалируют центростремительные тенденции, что обусловлено всем ходом исторического (и в первую очередь экономического и культурного) развития ее народов, а также естественно-географическими условиями. Народы Карачая и Черкессии связаны многими узами родства, дружбы и прежних аталыческих отношений (институт традиционного воспитательства). До сих пор поддерживаются побратимство и куначество.

Фигурой, косвенно причастной к нынешнему политическому кризису в КЧР, подавляющая часть населения признает олигарха Б. Березовского, который, по их мнению, поддерживал этническое противостояние, чтобы в нужное время вновь выступить в роли третейского судьи, "умиротворителя народов". Многие открыто выражали свои опасения в связи с его политической активизацией в КЧР. В. Семенов заявил: "Странно, что депутат Березовский начинает отождествлять себя с государственной властью… От депутата Березовского мы ждали и ждем помощи иной — экономической".

25 марта 2000 года Межрегиональная карачаевская ассоциация "Алан", общественно-политическая организация "Таулу", Русская община, Конгресс русских общин и общественная организация "Бирлик" выступили с совместным заявлением, в котором говорилось: "Нам известно, что активно участвует в этом (в дестабилизации политической ситуации в КЧР. — М.Б.) и депутат Госдумы РФ от КЧР г-н Б. Березовский. Может быть, кому-то хочется создать в РФ еще одну горячую точку? Мы заявляем: "Не позволим!".26 Еще определеннее высказался Совет старейшин КЧР: "...мы имеем основания полагать, что затянувшиеся разногласия в Карачаево-Черкессии возникли и периодически активизируются по сценарию, разработанному не без участия Б. Березовского. <...> мы просим г-на Березовского помочь нам решать экономические проблемы КЧР, ...а "миротворческую" миссию Б. Березовского мы отвергаем, потому что она нигде себя, мягко говоря, не оправдала. Если г-н Березовский согласен с нашим пониманием проблем, он останется нашим уважаемым депутатом. И только при этом условии!"27. 13 апреля Совет старейшин объявил о начале запуска процедуры вотума недоверия.

18 июля олигарх отказался от депутатского мандата, сославшись на то, что не смог выполнить своих обещаний и стабилизировать ситуацию в республике. Именно эта публичная акция Б. Березовского стала поводом для нового витка противостояния: черкесские лидеры, по словам М. Хатукаева — одного из черкесских активистов, лишились своей "последней надежды" на политический реванш. Накануне отказа олигарха от депутатского мандата экстремисты совершили очередной теракт — на участке железной дороги вблизи Черкесска прогремел мощный взрыв. К счастью, обошлось без жертв. В тот же день оппозиция организовала несанкционированный трехчасовой митинг на Театральной площади Черкесска, в котором участвовало от одной до трех тысяч человек. Наряду с традиционными требованиями об отставке В. Семенова и присоединении Черкессии к "родному Ставропольскому краю", митингующие обещали защитить "своего депутата" — Б. Березовского. Тем временем десять представителей черкесской оппозиции вылетели в Москву для встречи с олигархом. Первоначально предполагалось отправить около 200 человек на специально зафрахтованных для этого Б. Березовским двух лайнерах, но в последний момент планы пришлось подкорректировать: поступило сообщение, что один или оба самолета могут быть заминированы.

Крайние радикалы, отвергнутые и своими и чужими, все еще пытаются дестабилизировать ситуацию. Пятого августа они объявили об образовании Черкесского подотдела Терского казачьего войска и таким образом пытались легализовать вооружение своих сторонников (устав этой организации разрешает казакам носить огнестрельное оружие). Прокурор КЧР обратился в суд с иском о признании этого устава недействительным, так как он противоречит закону РФ "Об оружии".

Во многом этнический конфликт в КЧР создан искусственно. Решая проблему власти в КЧР, российскому правительству пора прекратить потакать капризам узурпаторов народного суверенитета, выступающих от имени народов республики, и не создавать нежелательные прецеденты неправового решения спорных вопросов. Когда премьер-министром Российской Федерации был С. Степашин, он так оценил ситуацию: нет проблемы черкесского народа — есть проблема отдельных ее лидеров. Мы свидетели того, что после этого заявления политическое противостояние в республике стало резко спадать. Этот факт еще раз наглядно продемонстрировал, что проблему власти в регионах можно решить, только проявив твердую политическую волю и руководствуясь буквой закона.

Политика нового президента России В. Путина, объявившего диктатуру закона и непримиримую войну терроризму, вселяет надежду на конституционное решение политического кризиса в КЧР. Впервые за многие годы федеральная власть предприняла активные действия, направленные на предотвращение дальнейшего обострения конфронтации карачаевцев и черкесов. 29 июля полномочный представитель президента РФ в Южном федеральном округе В. Казанцев встретился в Черкесске с членами аппарата правительства, депутатами Народного собрания, руководителями силовых структур, главами районных администраций и представителями общественности республики. В. Казанцев сообщил, что в результате взаимных уступок главы КЧР В. Семенова и лидеров оппозиции достигнуты следующие договоренности: во-первых, чтобы избежать очередного витка напряженности, референдум о доверии главе КЧР, намеченный на 22 октября, решено не проводить; во-вторых, пост председателя правительства республики предоставляется черкесам (в настоящее время кабинет министров возглавляет русский — В. Нещадимов), а для русских вводится новая должность — заместитель главы КЧР; в-третьих, лидер черкесской оппозиции С. Дерев переходит на работу в аппарат полпреда В. Казанцева (позднее стало известно, что он назначен его советником). Представитель президента призывал граждан республики прекратить этнические споры и амбиции: "Вспомните, — говорил он, — 20 лет назад никто никого не спрашивал о национальности, все думали только о человеческих качествах". В. Казанцев твердо уверил собравшихся, что впредь практика национального подбора кадров будет искоренена, а приоритетными при отборе станут личные качества и профессионализм претендентов.

Итак, основное требование черкесов о предоставлении им поста председателя правительства выполнено. Не пострадают и карачаевцы, так как потенциальный премьер, безусловно, должен быть лояльным власти. Но главное — культовой фигуре черкесских сепаратистов С. Дереву предложен высокий пост, и он, покинув пределы республики, скорее всего, окажется и вне ее политического поля, предпочтя корпоративным интересам личные. Заявленная президентом России диктатура закона оказалась не популистским обещанием, а программной установкой и приобрела конкретный смысл.


1 2 ноября 1943 года карачаевцы были депортированы в республики Средней Азии и 14 лет находились в изгнании.

2 См.: Христин Ю.Н., Попутько А.Л. Именем ВЧК. Ставрополь, 1982; Гнеушев В.Г., Попутько А.Л. Партизанский заслон. Ставрополь, 1985.

3 Первые ратовали за паритетное представительство, вторые были согласны только на пропорциональное. Любопытная метаморфоза 2000 года: в вопросе формирования органов власти объединенной Карачаево-Черкессии, где черкесы уже не составляют этнического большинства, лидеры черкесской оппозиции решительно выступили за паритетное представительство во власти.

4 См.: Общая газета, 2—8 марта 2000.; Известия, 20 марта 2000; Совершенно секретно, 10 апреля 2000; Комсомольская правда, 19 апреля 2000; Известия, 12 сентября 2000 и т. д.

5 Обращение Совета атаманов Баталпашинского отдела Кубанского казачьего войска к главе КЧР Семенову В.М. от 25 февраля 2000 г.

6 Уголовный кодекс Российской Федерации.

7 Российская газета, 29 января 2000.

8 См.: п. 9., п. 1. ст. 14 Закона РФ "О статусе судей в РФ".

9 См.: День Республики, 1 августа 2000.

10 См.: Там же.

11 См.: Там же, 20 июля 2000.

12 См.: Там же, 18 июля 2000.

13 См.: Там же, 19 июля 2000.

14 См.: Там же, 22 июля 2000.

15 См.: Там же, 27 июля 2000.

16 См.: Там же, 29 июля 2000.

17 См.: Там же, 1 августа 2000.

18 Новая жизнь, 21 июня 2000.

19 Президентом МЧА избран Председатель Совета Республики парламента КБР Заурби Нахушев.

20 Хасэ, 18 августа 2000.

21 См.: Этнополитическая ситуация на Северном Кавказе // Исследования по прикладной и неотложной этнологии. Документ № 49. М., 1993. С. 13—14; Пути мира на Северном Кавказе. Независимый экспертный доклад под редакцией В.А. Тишкова. М.: ИЭА РАН, 1999. С. 25, 114; Червонная С.М. Тюркский мир в центре Северного Кавказа. Парадоксы этнической мобилизации. М., 1999. С. 254 и др.

22 См.: Национальные объединения современной России. Сост.: В.А. Бабинцев, М.О. Дубенко и др. М., 1998. С. 148.

23 См.: Независимая газета, 9 февраля 2000.

24 По данным Управления кадровой политики, государственной и муниципальной службы и вопросов местного самоуправления администрации главы КЧР.

25 См.: Баисова Л.А. Тревоги Карачаево-Черкессии // Обозреватель, 1999, № 10.

26 День Республики, 25 марта 2000.

27 Там же, 8 апреля 2000.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL