ПРОБЛЕМЫ ИНТЕГРАЦИИ ГОСУДАРСТВ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

Аманжол Кошанов
Булат Хусаинов


Аманжол Кошанов, академик-секретарь Отделения общественных и гуманитарных наук Национальной Академии наук Республики Казахстан, академик НАН РК

Булат Хусаинов, кандидат экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики Министерства образования и науки Республики Казахстан


В начале XXI века региональная интеграция становится основной тенденцией мирового развития. Фактически весь мир сегодня — это совокупность региональных блоков. В Западной Европе, Северной и Южной Америке, Юго-Восточной Азии и Африке созданы и действуют крупные региональные объединения, связанные общими экономическими и геополитическими интересами. На фоне глобализации мировой экономики все они удовлетворяют, прежде всего, корпоративные интересы объединяемых ими государств. И в этом их сила, несопоставимая с возможностями отдельно взятой страны.

Опыт ЕЭС, НАФТА, АСЕАН, МЕРКОСУР и других подобных структур целесообразно использовать в интеграционных процессах Центральноазиатского экономического сообщества (ЦАЭС).

Во-первых, для региональной экономической интеграции нужна единая политическая воля руководителей государств-участников, объединенных общими целями демократических и экономических реформ.

Во-вторых, решающее условие успеха — стабильная макроэкономическая и социально-экономическая ситуация: в ином случае у частного бизнеса и иностранных инвесторов не будет доверия к странам-участницам и к реформам в этих странах. При этом в государствах с переходной экономикой необходимо в первую очередь создать зону свободной торговли, а в последующем — единое экономическое пространство. Эти действия должны органически сочетаться с другими реформами (структурная перестройка, приватизация, отказ государства от вмешательства в экономику, либерализация цен и т.д.).

В-третьих, следует помнить, что региональная интеграция, как комплекс мер по созданию зоны свободной торговли, а затем таможенного, платежного и валютного союза, — процесс постепенный, последовательный — от более низкого к более высоким формам, при обязательном поэтапном согласовании интересов каждого участника.

В-четвертых, необходима развитая производственная инфраструктура (транспорта, связи, газо- и нефтепродуктопроводов, других коммуникаций), которая должна эффективно использоваться в интересах всех членов объединения.

И пятое. В настоящее время всем странам Центральной Азии присущи односторонняя фрагментарная экономика и небольшая емкость внутреннего рынка1. Поэтому, исходя из опыта развитых региональных союзов, они должны согласовывать между собой благоприятные и выгодные условия для торговли и сотрудничества с третьими странами, не ущемляя при этом интересы регионального содружества в целом.

Особенность современного этапа развития мировой экономики состоит в том, что экономика региона интегрируется на фоне формирования единого мирового хозяйства, глобальной интернационализации производства. В таких условиях процветание государства, его роль и место в современном мире все в большей мере определяется такими ключевыми факторами международного разделения труда, как специализация в наиболее современных отраслях, выгодное кооперирование, повсеместная диверсификация производства и экспортная ориентация эффективных отраслей.

Исходные предпосылки и условия региональной интеграции

В настоящее время в странах региона в основном демонтирована административно-командная система управления, пришли в действие рыночные механизмы, формируются и по новому принципу развиваются финансовые и денежные системы, введены собственные национальные валюты, в корне меняются отношения собственности, проходит масштабная приватизация. При этом в целом сохраняется социальная и политическая стабильность (за исключением Таджикистана). Расширяется внешнеэкономическая активность республик, растут объемы торговли и меняются направления сотрудничества с зарубежными государствами, то есть проявляется ориентация на развитые страны.

Государства Центральной Азии приступили к реформам в исключительно сложной обстановке. Глубокий экономический кризис, обостренный последствиями финансовых потрясений в Юго-Восточной Азии (1997 г.) и России (август 1998 г.), еще более усилил угрозу разрухи и дефолта всех стран СНГ, распада производственной и социальной инфраструктуры, обострения социальной напряженности. Так, объем валового внутреннего продукта (ВВП) только за 1992—1999 годы практически по всем странам региона сократился на 30—45% (табл. 1).

Таблица 1

Динамика ВВП в странах Центральной Азии, 1992—1999 гг.
в постоянных ценах, %)

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

1991=100
В среднем по СНГ*

86,1

77,8

66,7

63,2

61,1

61,7

59,6

61,3

 

в т.ч.: Казахстан

94,7

86,0

75,2

69,0

69,3

70,5

69,2

70,4

Кыргызстан

86,1

72,8

58,1

55,0

58,9

64,7

66,1

68,5

Таджикистан**

100

83,7

65,9

57,7

48,1

48,9

51,5

53,4

Узбекистан

88,9

86,9

82,3

81,6

83,0

87,3

91,1

95,2

* данные по Туркменистану отсутствуют

** 1992=100

Источник: Статистический справочник "Содружество Независимых Государств в 1999 г.". М.: Межгосударственный статистический комитет, 2000. С. 13.

За 1992—1999 годы промышленное производство в странах региона значительно сократилось: в Казахстане на 50%, Кыргызстане — на 51%, Таджикистане — на 62%, Туркменистане — на 42%. Единственный "феномен" среди всех стран СНГ — Узбекистан, поскольку, по официальным данным, начиная с 1996 года, промышленное производство в республике растет (табл. 2).

Таблица 2

Динамика промышленного производства, 1992—1999 гг.

(в %)

 

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

1991=100

В среднем по СНГ*

82

72

56

52

50

52

50

54

В т.ч.: Казахстан

86

73

53

48

49

51

49

50

Кыргызстан

74

55

40

33

34

47

50

49

Таджикистан

76

70

52

45

34

34

36

38

Туркменистан

85

89

67

61

73

57

58

n/a

Узбекистан

93

97

98

98

101

105

109

115

n/a — данные отсутствуют;

Источник: Статистический справочник "Содружество Независимых Государств в 1999 г.". С. 23.

В сельском хозяйстве ситуация несколько лучше. В частности, в 1999-м, по отношению к 1991 году, объем сельскохозяйственного производства в Таджикистане сократился на 35%, в Казахстане — на 29%, в Кыргызстане и Узбекистане — на 1%. За эти же годы резко упал объем инвестиций в основной капитал2. Кроме того, в 1997—1998 годы все страны Центральной Азии вынуждены были девальвировать национальные валюты.

Таким образом, трансформация экономик республик региона сопряжена с глубоким спадом производства, расстройством финансовой сферы, ростом безработицы и социальной напряженности, которые прерывают нормальный процесс экономического развития и отбрасывают эти государства на многие годы назад. В итоге по многим параметрам развития они, в том числе и Казахстан, оказались на положении развивающихся стран и, если не смогут быстро и решительно провести радикальные экономические и политические реформы, то будут обречены на долгое и трудное преодоление технико-экономической отсталости. В ближайшей перспективе это означает не только снижение их конкурентоспособности на мировых рынках, но и растущую зависимость от западных кредитов и инвестиций при одновременном увеличении долгов по ним. Все это серьезным образом затормозит процесс региональной интеграции.

Государства Центральной Азии в качестве основы регионального сотрудничества располагают 4 млн. кв2 территории (18% территории СНГ), богатыми природными и людскими ресурсами — здесь проживает 51 млн. человек (19% населения СНГ).

Только совместно и эффективно используя ресурсно-сырьевую базу, социально-культурный, производственно-технический потенциал, взаимно дополняя друг друга, можно расширить рамки ныне малоемкого и рассредоточенного внутреннего рынка региона, создать современное конкурентоспособное производство, противостоять натиску зарубежных конкурентов.

На данном этапе в более выгодном положении оказались страны, располагающие стратегическими сырьевыми ресурсами: нефтью и газом, рудами черных, цветных и драгоценных металлов, а также производящие зерно, хлопок и т.д. С другой стороны, сырьевая ориентация ставит эти государства в зависимость от конъюнктуры мирового рынка. К примеру, в 1998 году, когда разразился азиатский кризис, валовой национальный продукт (ВНП) на душу населения в Казахстане (а республика заметно выделяется по этому показателю не только в регионе, но и в СНГ в целом) снизился до 1 310 долл., в Кыргызстане — до 350 долл., в Узбекистане — до 870 долл., в Таджикистане и Туркменистане возрос соответственно до 350 и 760 долл.3.

Договор о едином экономическом пространстве и анализ интеграционного развития

Страны региона связывают историческая общность, особенности социально-экономических и природно-климатических условий, выгодное геополитическое положение. Все эти факторы предопределяют необходимость разработать совместную стратегию экономического и экологического сотрудничества, которые будут способствовать не только экономическому прогрессу, но и возрождению цивилизованных основ национальной культуры, восстановлению традиционных связей с центрами восточной и западной цивилизаций.

Но это должен быть эволюционный процесс, основанный на доброй воле стран-участниц и осознании ими выгодности и необходимости такого союза. Его преимущества: полная самообеспеченность региона минеральным, сельскохозяйственным и энергетическим сырьем; мощный экспортный потенциал; совокупные производственные возможности, позволяющие на основе кооперации и совместных инвестиций выпускать конкурентоспособную продукцию; трудовые ресурсы, характеризующиеся высоким уровнем образования и низкой стоимостью рабочей силы; выгодное геополитическое положение между Россией и Европой, с одной стороны, и странами Востока, с другой; возможность совместно и рационально использовать водные и другие природные ресурсы, а также обеспечить экологическую безопасность; достаточно надежный научно-технический потенциал.

Интеграционные процессы в регионе официально начались в 1994 году, когда Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан подписали Договор о едином экономическом пространстве (ЕЭП). Таджикистан присоединился к ним в марте 1998 года. Для организационного и финансового обеспечения мероприятий договора создан Межгосударственный совет (и его Исполком), а также Центральноазиатский банк сотрудничества и развития. (Вне интеграционных процессов по региону остается Туркменистан, как государство "позитивного нейтралитета".)

В соответствии с договором4 была принята программа экономической интеграции на 1995—2000 годы. В рамках этой программы создавались совместные предприятия, развивалась производственная кооперация, выполнялись взаимовыгодные проекты. Государства-участники сотрудничают в сфере совместного использования водно-энергетических, топливных ресурсов, эксплуатации межгосударственных газопроводов. Взаимопоставки удовлетворяют потребности в природном газе, угле, нефтепродуктах, воде для ирригации. Кроме того, предполагается взаимное инвестирование капиталов, достижение конвертируемости национальных валют, отмена таможенных пошлин, проведение совместной тарифной политики. Также предусматривается согласованное развитие транспорта и коммуникаций. В частности, с 1996 года действует соглашение о свободной торговле между Казахстаном и Кыргызстаном, с 1997-го — между Кыргызстаном и Узбекистаном. При формировании зоны свободной торговли государства-участники стремятся создать условия для беспрепятственного перемещения товаров собственного производства, капитала и рабочей силы. В целом, за пять лет действия договора создан и действует ряд коллективных структур, определена нормативно-правовая база их работы. Определенный импульс интеграционным процессам должны придать бишкекские решения (июнь 1999 г.) об утверждении 25 первоочередных совместных инвестиционных проектов, о параллельной работе энергетических систем, об использовании водно-энергетических ресурсов бассейна реки Сырдарьи.

Однако единое экономическое пространство формируется медленно и со значительными трудностями. За пять лет так и не удалось согласовать таможенную, антидемпинговую и налоговую политику, конвертировать валюты. Не выработана концепция и программа защиты коллективных интересов при экспорте энергоносителей и сырьевых ресурсов, повышения конкурентоспособности промышленности. Не решены серьезные проблемы в сферах взаимовыгодного использования водного, энергетического, газового, транспортного комплексов. В последнее время сокращаются культурные и научные связи, не требующие даже значительных затрат на их реализацию. Нет необходимой координации в реформировании и структурной перестройке экономик. Не в полном объеме выполняются условия ряда ранее подписанных соглашений.

Не согласована экспортная политика (по ценам и тарифам на внешней границе), что приводит к неоправданной конкуренции государств-участников по отдельным группам экспортной продукции на рынках третьих стран. Тормозит интеграционный процесс и разноскоростное реформирование экономик, односторонние решения, ущемляющие интересы партнеров. Например, Казахстан в последнее время односторонне проводит тарифное и нетарифное регулирование торговли внутри ЦАЭС. Кыргызстан в качестве "ограничительно-запретительной" меры использует свои водно-энергетические ресурсы. Не сыграло положительной роли и его вступление во Всемирную торговую организацию (ВТО) без предварительного согласования своих позиций по внешнеторговому регулированию с государствами-участниками ЦАЭС. Узбекистан проявляет изоляционистские тенденции, ориентируется на страны за пределами ЦАЭС и СНГ в целом. Это чревато серьезными негативными последствиями, ибо мировой финансовый кризис сильно отразился на всех странах Содружества. В этих условиях попытки изолированно и самостоятельно решать проблемы выхода из экономического, бюджетного, фондового, платежного, валютного и технологического кризисов означают выбор самого длинного и продолжительного пути, а следовательно, обречены на провал.

На стадии стагнации и трудностей выхода из затянувшегося экономического кризиса нужна концепция развития ЦАЭС, необходимо наметить новые подходы к возобновлению интеграционного сотрудничества в экономике, согласованию таможенной, внешнеторговой политики, разработать мероприятия по защите собственных товаропроизводителей внутри Центральноазиатского экономического сообщества.

Чтобы выстоять в конкурентной борьбе на мировом рынке, нужно создать крупный экономический блок и общие, объединенные системы: экономические, информационные, научно-технические, финансовые и т.д. Несмотря на расхождения в национальном законодательстве и программах реформирования, необходимо согласовать структурную перестройку и поэтапно формировать рыночные механизмы национальных экономик. Обособленным странам все больше угрожает опасность превратиться в сырьевой сегмент мирового рынка, источник дешевой рабочей силы, обширный "магазин" для чужеземных товаров5.

Два направления реформирования экономики

Суверенные государства Центральной Азии исповедуют различные концепции перехода к рыночной экономике. Если Казахстан и Кыргызстан вслед за Россией в начале реформ опирались на методы "шоковой терапии", ускоренную ликвидацию старых управленческих структур и форсированное создание рыночных институтов, то Узбекистан, Туркменистан, Таджикистан пошли по пути эволюционных преобразований, в большей степени сохранили государственное регулирование экономики, характерное для стран Юго-Восточной Азии. Казахстан и Кыргызстан, как члены Таможенного союза (совместно с Россией и Беларусью), активно либерализовали внешнеторговые связи. Узбекистан и Туркменистан — сторонники постепенного и осторожного подхода к этому вопросу.

В Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане старые структуры промышленного производства с государственным управлением ликвидированы, а организовать новые, основанные на базе современной технологии, пока не удается.

В целом по республикам обозначились два направления экономической политики и реформирования экономики. Первое — ставка на радикальную рыночную экономику, сознательный отказ от государственного вмешательства и предпочтение рыночных механизмов. Второе — эволюционная трансформация с замедлением экономических реформ. Этой концепции придерживаются Узбекистан и Туркменистан.

Различные подходы к экономической трансформации негативно сказываются на процессе региональной интеграции.

За годы независимого развития и реформ серьезные структурные изменения начались в сельском хозяйстве. Республики взяли курс на самообеспечение продовольствием, а вывозящие сельхозпродукцию, в частности хлопок, потеряв рынки сбыта в пределах СНГ, вынуждены резко сокращать объемы производства. В большинстве из них снизился уровень обеспечения продовольствием и повсеместно ухудшилась структура потребления основных продуктов питания. Реформы в сельском хозяйстве оказались зависимыми от внешних источников финансирования.

Аграрные преобразования предусматривали: реформу земельных отношений; разгосударствление и приватизацию сельхозпредприятий; развитие фермерских хозяйств; переход к кредитованию на возвратной основе взамен предоставления безвозвратных ссуд; привлечение иностранных инвестиций.

Реформирование агропромышленного комплекса (АПК) проходит в условиях экономического кризиса при резком снижении платежеспособного спроса населения и его жизненного уровня, сокращении инвестиций. Туркменистан, Таджикистан, Кыргызстан, Узбекистан вынуждены импортировать основные виды продовольствия. Поэтому необходимо разработать общую концепцию аграрной политики и программу интеграции АПК стран региона.

Внутрирегиональная торговля и создание зоны свободной торговли

Региональное экономическое сотрудничество, как правило, начинается с введения режима свободной торговли на многосторонней основе. Эту стадию прошли государства ЕС. Режим свободной торговли позволяет на взаимовыгодной основе наладить экспорт избытков продукции, а также импорт дефицитных товаров, услуг и т.д. Для того чтобы государства СНГ в обозримой перспективе достигли высоких стандартов экономического и социального развития, им необходимо наиболее полно использовать преимущества международного разделения труда и различных форм межгосударственной кооперации, создать общее с другими странами экономическое пространство. В полной мере это относится к интеграционным процессам в рамках обновленного союза четырех: Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана.

Мировые интеграционные процессы, в которые вовлекаются национальные хозяйства государств переходного "постсоветского" типа, заметно влияют на развитие их внешнеэкономической деятельности. Либерализация внешней торговли становится необходимым условием постепенного открытия национальных рынков, а открытая экономика позволяет снизить издержки и ускорить ее развитие на современной основе.

Совокупные объемы внешней торговли стран региона достаточно значимы. Доля республик региона в общем объеме внешней торговли стран СНГ колеблется в пределах 11—12%, в том числе по экспорту — 11—14%, по импорту — 10—12%. Во второй половине 90-х годов их совокупный экспорт за пределы СНГ рос более ускоренно. Совокупные объемы экспортно-импортных операций этих стран свидетельствуют о положительном балансе внешней торговли6. Исключением является 1998 год, когда импорт из стран СНГ превысил объемы экспорта, что в определенной мере обусловлено российским кризисом. Более подробные данные о внешнеторговых связях стран региона представлены в таблице 3.

Таблица 3

Экспортно-импортные операции стран региона, 1996—1999 гг.

(в млн. долл.)

 

1996

1997

1998

1999*

 

Все-го

стра-ны СНГ

стра-ны вне СНГ

Все-го

стра-ны СНГ

стра-ны вне СНГ

Все-го

стра-ны СНГ

стра-ны вне СНГ

Все-го

стра-ны СНГ

Стра-ны вне СНГ

Экспорт**

Казахстан

5 911

3 179

2 732

6 497

2 982

3 515

5 404

2 165

3 239

4 723

1 205

3 518

Кыргызстан

505

393

112

604

319

285

514

231

283

415

170

245

Таджикистан

770

331

439

746

273

473

597

203

394

610

288

322

Туркменистан

1 693

1142

551

751

451

300

594

152

442

n/a

n/a

n/a

Узбекистан

4 211

890

3 321

4 026

1 338

2 688

3 218

793

2 425

n/a

n/a

n/a

Импорт**

Казахстан

4 241

2 945

1 296

4 301

2 332

1 969

4 257

2 017

2 240

3 037

1 357

1 680

Кыргызстан

838

487

351

710

436

274

841

440

401

517

236

281

Таджикистан

668

382

286

750

482

268

711

446

265

598

455

143

Туркменистан

1 313

389

924

1183

652

531

1008

478

530

n/a

n/a

n/a

Узбекистан

4 712

1 517

3 195

4 186

1 139

3 047

3 125

869

2 256

n/a

n/a

n/a

* январь — ноябрь.

** без учета неорганизованной торговли; n/a — данные отсутствуют.

Источники: Статистический справочник "Содружество Независимых Государств в 1998 г.". М., 1999. С. 36; Статистический справочник "Содружество Независимых Государств в 1999 г.". С. 32.

Так, в 1999 году в Казахстане доля стран дальнего зарубежья составляла 74%, в Кыргызстане — 59%, в Таджикистане — 53%. Импорт из стран СНГ имеет большое значение почти для всех государств региона. В Казахстане и Кыргызстане доля стран СНГ в их общем объеме импорта 1999 года составляла соответственно 45% и 46%, в Таджикистане — 76%, в Туркменистане — 47% (1998 г.). Гораздо меньшая зависимость наблюдается в Узбекистане — доля импорта из стран СНГ в 1996—1998 годах находилась в пределах 28—32% импортных поступлений в страну.

Картина тенденций развития региональной интеграции будет более полной при анализе экономических связей между странами региона. Наиболее тесные контакты налажены между Узбекистаном и Таджикистаном — в 1998 году доля таджикского экспорта в Узбекистан в общем объеме экспорта в страны СНГ составила 61% (за 9 месяцев 1999 г. — 61,4%), в импорте Таджикистана из Узбекистана — соответственно 55,5% и 58,6%. В 1998 году удельный вес экспорта из Кыргызстана в Казахстан составил 34,1% (за 9 месяцев 1999 г. — 22,5%) в общем объеме экспорта в страны СНГ, удельный вес импорта — 20,7% и 24,7% соответственно. Не менее значительны объемы взаимных поставок между Кыргызстаном и Узбекистаном — его доля в общем объеме кыргызского экспорта в 1998 году — 19% (за 9 месяцев 1999 г. — 30%), по импорту — 28% и 22% соответственно. Торговые взаимоотношения между остальными странами региона колеблются в пределах 0,6—4,1%7. Эти данные показывают специфику интеграционных тенденций в регионе, значительно осложненных стремлением прорваться на внерегиональные рынки.

Таким образом, очевидно существенное снижение активности в торговых взаимоотношениях между государствами Центральной Азии. Важный аспект развития и углубления региональной интеграции — создание зоны свободной торговли8, что, в частности, отмечалось в заявлении глав государств Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана, принятом на ташкентской встрече в марте 1998 года9. Идея о создании зоны свободной торговли не нова. По сути, это известный путь Западной Европы (ЕС) Северной Америки — США, Канады и Мексики (НАФТА). Подобный подход к региональной интеграции существует и в странах Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), но с существенным различием: предлагается создать зону свободной торговли с таможенными барьерами для других центров интеграции — западноевропейского и североамериканского. Апологетами данного подхода выступают, в частности, Австралия, Таиланд, другие страны АСЕАН. Сторонники другого подхода: Южная Корея, Тайвань и Филиппины выступают за активную либерализацию экономик региона и развитие сотрудничества с европейскими и североамериканскими центрами интеграции10.

Сырьевая специализация промышленности и экстенсивно развивающееся, во многом монопродуктовое сельское хозяйство ограничивают товарооборот между странами Центральной Азии. На сегодня степень интеграции в регионе определяется ограниченной номенклатурой производимой и потребляемой продукции. Более интенсивно сотрудничество на рынках зерна, продовольствия, топливно-энергетических ресурсов. Если Кыргызстан заинтересован в оптимальном решении водно-энергетических проблем, поставках электроэнергии, то Казахстан — в экспорте зерна, угля, Узбекистан — газа и продовольствия. Внешнеторговый оборот Казахстана с этими государствами чуть более 1,5% ВВП и составляет порядка 8% от объема торговли со странами СНГ11. Ни одна из Центральноазиатских стран не производит потребительские товары, которые могли бы конкурировать на мировых рынках. Поэтому республики региона вынуждены тратить значительные суммы на их импорт, тем самым блокируя, вплоть до банкротства, собственные предприятия. Все усиливается еще и непродуманной политикой в сфере тарифного и нетарифного регулирования. Например, Казахстан в 1998 году ввел высокие пошлины на ввозимые продукты питания и потребительские товары, мотивируя это защитой внутреннего товаропроизводителя, — в последующем они были отменены.

Для эффективного торгового сотрудничества необходимо сконцентрировать усилия на создании благоприятных условий для развития товарообмена между самими хозяйствующими субъектами. Правительства Центральноазиатских государств могут и должны обеспечить свободное продвижение товаров, отменить административные барьеры и ограничения на экспорт и импорт, снять таможенные пошлины, всемерно содействовать развитию финансовой и рыночной инфраструктуры, обслуживающей торговые операции, а также полностью освободить цены от административного контроля.

Непременное условие для становления общего рынка — демонополизация и приватизация системы оптовой и розничной торговли. Необходимо в короткие сроки решить проблему прохождения платежей для обеспечения свободного товарообмена между всеми предприятиями Центральной Азии.

Важно сохранить сложившиеся хозяйственные связи по поставкам сельскохозяйственной продукции, восстановить нормальную работу межреспубликанской агробиржи. В перспективе, по-видимому, сохранится специализация в производстве сельскохозяйственной продукции, движение которой должно быть свободным и не облагаться таможенными пошлинами.

Необходимо принять систему мер, направленных на расширение межхозяйственных связей, в первую очередь, для координации экономических реформ. Это включает унификацию хозяйственного законодательства, создание условий для поэтапного перехода к единой таможенной, налоговой политике, упрощенному перемещению капитала и рабочей силы.

Геополитическое положение и тенденции развития внутренней и внешней интеграции

Что же касается внерегиональных связей, то страны Центральной Азии активно участвуют в Таможенном союзе (ТС)12, Организации экономического сотрудничества (ЭКО), Организации исламская конференция (ОИК) и других интеграционных структурах.

Казахстан стремится занять достойное положение в мировом сообществе. Одновременно в русле провозглашенной многовекторной внешней политики он развивает необходимые связи на центральноазиатском пространстве. При этом республика располагает не только значительными сырьевыми ресурсами, большими транзитными возможностями, к тому же привлекательна с точки зрения вложения инвестиций, но и создала позитивный политический имидж.

Все более весомой в региональных делах становится роль Узбекистана. Это обусловлено несколькими причинами: он имеет независимую сырьевую и энергетическую базу, большие человеческие ресурсы и относительно емкий потребительский рынок, а также выгодное географическое положение: граничит с остальными четырьмя странами Центральной Азии.

Но ряд геополитических факторов существенно ограничивает стратегические возможности страны. Как и остальные Центральноазиатские республики она не только не имеет выходов к морю, но окружена государствами, также не имеющими свободного доступа к внешним морям. Ограниченные территориальные и водные ресурсы, высокая плотность населения и безработица в Ферганской долине, большой удельный вес сельских жителей обуславливают определенную сосредоточенность Узбекистана на внутренних проблемах.

Для третьего участника интеграционного объединения, Кыргызстана, участие в ЦАЭС — стратегическая необходимость. В геоэкономическом и геополитическом плане Бишкек сильно зависим от Казахстана и Узбекистана.

Таджикистан проявляет интерес и желание участвовать в центральноазиатской интеграции. С момента создания Центральноазиатского союза Астана и Бишкек выступали за то, чтобы Душанбе был полноправным членом интеграционного объединения (в ЦАЭС он вошел в 1998 году), однако, на наш взгляд, в настоящее время его полномасштабное участие в региональных интеграционных проектах вряд ли возможно (за исключением военно-стратегических аспектов сотрудничества). Перед Душанбе стоят сложные внутренние задачи: социальная интеграция общества, внутриполитическое урегулирование и возрождение разрушенного гражданской войной хозяйства.

Особая позиция Туркменистана обусловлена тем, что он меньше всего испытывает экономическую зависимость от соседей. К тому же имеющиеся у Ашгабада стратегические запасы энергоносителей позволяют развиваться относительно автономно. Эволюция внешнеполитической стратегии республики привела к тому, что руководство страны провозгласило политику так называемого "позитивного нейтралитета". И участие Туркменистана в СНГ на данный момент номинально.

Как крупный производитель энергосырья, Туркменистан — естественный конкурент Казахстана. Привлекая к разработкам своих энергоресурсов зарубежных инвесторов, Ашгабад прагматично участвует лишь в тех проектах, где ожидаются реальные экономические дивиденды. Кроме того, Туркменистан — одно из ключевых звеньев в трансевразийских транспортных артериях и в проектах новых трубопроводов. Фактически этим обусловлено участие Ашгабада в ЭКО. Два туркменских газопровода во многом определяют характер внешнеполитических предпочтений, связанных с Ираном и Россией. Таким образом, экономический прагматизм позволяет республике отстраниться от региональной интеграции. Но в перспективе ее участие в ЦАЭС не исключено.

Ведущие зарубежные партнеры Казахстана — Россия, Китай и США, и это отражено в концепции его многовекторной политики. Основные экспортные трубопроводы республика планирует прокладывать в сотрудничестве именно с этими странами. Например, более успешно продвигаются планы, связанные с российским маршрутом транспортировки энергоресурсов.

У Кыргызстана четыре приоритетных направления: казахстанское, узбекское, китайское и российское. Что же касается Таджикистана, то в связи с создавшимся положением республика в решающей мере зависима от России. Однако для устойчивого развития страны этого недостаточно. Вполне вероятно, что Душанбе будет интенсивно развивать связи с другими государствами. Возможно, что за право стать партнером Таджикистана будут соперничать Иран, Китай и Пакистан.

Туркменистан считает приоритетным сотрудничество с Тегераном и Москвой. Уменьшить их влияние на субрегиональном уровне и, соответственно, укрепить свои позиции стремятся Ташкент, имеющий для этого ряд возможностей, и, в меньшей мере, — Астана.

С самого начала образования СНГ и других интеграционных структур Узбекистан последовательно пытается опираться, в первую очередь, на внутренние экономические ресурсы и взял курс на относительно автономное развитие. В то же время республика ориентирована на западные страны. И сегодня США — один из основных ее инвесторов. В частности, 75 американских компаний вложили в различные сферы экономики страны около 4 млрд. долларов.

После распада СССР республика меньше других Центральноазиатских стран пострадала от разрыва экономических связей, а за счет увеличения добычи углеводородного сырья фактически стала энергетически независимой и полностью отказалась от экспорта нефти из России. К примеру, в 1999 году объем добычи нефти и газового конденсата в Узбекистане составил 8,1 млн. тонн и превысил уровень 1990 года в 2,9 раза, а 1985 года — в 4,0 раза (см. табл. 4).

Усиление дезинтеграции связано с определенным дрейфом стран региона к разным внешнеэкономическим партнерам, что обусловлено слабостью внутреннего рынка и транспортной системы региона. Это не только серьезная экономическая, но и геополитическая проблема. Для большинства развитых стран Запада и Востока регион представляет интерес в основном в качестве богатого сырьевого источника, но не более того. Наглядное подтверждение этому — значительная концентрация иностранного капитала в нефтегазовом и горнометаллургических секторах национальных экономик и практически полное его отсутствие в перерабатывающих отраслях, выпускающих конечную продукцию. В полной мере это относится и к Казахстану13.

Думается, что даже при сохранении определенных центробежных тенденций и различий в экономических системах страны региона ощущают взаимовлияние различных отраслей экономики. А поэтому сохранение и укрепление межхозяйственных связей, дальнейшее углубление интеграционных процессов — объективная необходимость.

Эффективная интеграция стран в мировые хозяйственные отношения во многом будет определяться реализацией экономических возможностей самих Центральноазиатских государств. Промедление с формированием полноценного интеграционного сотрудничества чревато дальнейшим отставанием от мировых процессов, угрозой надолго остаться на задворках мировой хозяйственной системы. В этом случае их уделом будет вхождение в глобальные рынки в качестве сырьевых и потребительско-обслуживающих зон и они могут утратить перспективы собственного исторического развития. Только на основе собственных ресурсов и внутрирегиональной интеграции можно проложить путь к национально-государственному развитию и созданию устойчивой геостратегической транснациональной целостности.

Региональное сотрудничество и формирование интеграционных программ развития

Необходимо выделить особо важную роль и приоритетный характер межгосударственных интеграционных программ, которые должны стать объектом общерегионального регулирования.

В первую очередь это производственная кооперация в топливно-энергетическом секторе и выпуск конкурентоспособной продукции. В связи с проходящими в последние годы дезинтеграционными процессами и переориентацией на внешний рынок появилась опасная тенденция к сверхдобыче нефти и газа, а каждая республика стремится перейти на самообеспечение внутренних потребностей в топливно-энергетических ресурсах. Однако без согласованной сырьевой политики, привлекательные с точки зрения среднесрочного периода, но требующие значительных капитальных затрат, проекты не выгодны с позиции долгосрочной перспективы. Углеводородное сырье Казахстана, Туркменистана и Узбекистана начинает конкурировать на рынках Индии и Пакистана, Китая и других стран Юго-Восточной Азии. По мнению российских экспертов, единственным крупным рынком сбыта нефти и газа из Центральной Азии в средне- и долгосрочной перспективе являются государства АТР14. Речь прежде всего идет о Китае. По предварительным оценкам, удельный вес чистого импорта (импорт минус экспорт) в совокупном потреблении нефти в КНР возрастет с 12% в 1995 году до 45% в начале XXI века. При этом емкость китайского рынка будет, несомненно, возрастать ввиду быстрого роста экономики страны и неизбежной реструктуризации энергетического баланса в пользу нефти и газа. К углеводородам Центральноазиатского региона может проявить интерес и Япония.

Совместная эксплуатация минерально-сырьевых ресурсов открывает большие перспективы для производства продукции высокой степени готовности. Развивать такое сотрудничество можно путем организации транснациональных финансово-промышленных групп, создания совместных предприятий или на базе взаимного участия в капиталах (владение акциями) предприятий, связанных единой технологической цепочкой.

Это направление — одно из основных преимуществ регионального экономического союза, оно позволит полностью обеспечить страны-участницы энергетическими и минерально-сырьевыми ресурсами и значительно увеличить их экспортный потенциал. Так, Казахстан, получая газ из Узбекистана и Туркменистана, поставляет в эти страны уголь и практически является региональным монополистом по добыче железной руды и руд цветных металлов. Сбалансированность и эффективное использование топливно-энергетического потенциала может и должно стать основой экономического подъема и внедрения республик региона в число новых индустриальных стран Азии.

По некоторым оценкам, в XXI веке Центральная Азия превратится в одну из важных энергетических кладовых мировой экономики. Разведанные запасы Казахстана — 2,8 млрд. тонн нефти и газового конденсата и 1,7 трлн. куб. м. природного газа. Прогнозные же ресурсы, учитывая казахстанский сектор Каспийского моря, — более чем 13 млрд. тонн нефти и газового конденсата и 6 трлн. куб. м. природного газа15. Запасы природного газа в Туркменистане — около 3 трлн. куб. м, в Узбекистане — примерно 2 млрд. куб. м. А прогнозные запасы Туркменистана, с учетом залежей на шельфе Каспийского моря, могут составить более 6,3 млрд. тонн нефти и 15,5 трлн. куб. м газа, Узбекистана — соответственно — 0,3 млрд. и 2 трлн.16.

Совместная эксплуатация топливно-энергетических месторождений позволит сбалансировать их производство и потребление внутри региона, а также открывает благоприятные возможности для экспорта в дальнее зарубежье. Современные объемы добычи углеводородного сырья в некоторых странах региона представлены в таблицах 4 и 5.

Таблица 4

Добыча нефти (включая газовый конденсат) в странах региона, 1985—1999 гг.

млн. тонн

1985

1990

1995

1996

1997

1998

1999

Казахстан

22,8

25,8

20,5

23,0

25,8

25,9

30,0

Туркменистан

6,0

5,7

4,5

4,3

n/a

n/a

n/a

Узбекистан

2,0

2,8

7,6

7,6

7,9

8,1

8,1

Источник: Статистический справочник "Содружество Независимых Государств в 1999 г.".

Таблица 5

Добыча естественного газа в странах региона, 1990—1999 гг.

млрд. м3

1990 1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 1999
Казахстан 7,1 7.9 8,1 6,7 4,5 5,9 6,5 8,1 7,9 9,9
Узбекистан 40,8 n/a 39,0 42,0 47,2 48,0 48,2 45,9 45,9 55,6

Источник: Статистический справочник "Содружество Независимых Государств в 1999 г.".

За столетие нефтяной промышленности Казахстана интерес к его сырьевым ресурсам никогда не ослабевал. На нефть и газ республики ориентированы технологические процессы ряда предприятий России. Казахстанскую нефть в смеси с российской экспортируют во многие европейские государства.

Открытие и начало разработки уникальных месторождений — Тенгизского нефтяного и Карачаганакского нефтегазоконденсатного — новый этап в развитии нефтегазового сектора страны. Именно в тот период правительство республики заключило контракт с американской компанией "Шеврон" на создание совместного предприятия "Тенгизшевройл", что послужило началом деловых взаимоотношений с крупнейшими мировыми производителями нефти. Казахстанский потенциал вызвал повышенный интерес практически всех известных в этой отрасли мировых компаний.

Большие перспективы выявленных в Казахстане нефтегазоносных структур, созданная благоприятная законодательная база, достаточно высокий кредитный рейтинг, активно решаемая проблема с транспортировкой сырья — все это повлияло на инвестиционную активность зарубежных нефтяных компаний. Так, за 1993—1999 годы в нефтегазовый сектор направлено около 54,4% от общего объема прямых иностранных инвестиций (ПИИ), привлеченных в экономику республики. Причем в 1993—1994 годах эта доля составляла порядка 80%, а в 1999 году — 85%. Результат этого процесса — постепенное увеличение добычи за 1995—1999 годы нефти (включая газовый конденсат) на 145,6%, природного газа — на 167% (см. табл. 4, 5).

В последние два-три года пристальный интерес к нефтегазовому сектору республики проявляют государственные и частные нефтяные компании стран Тихоокеанского региона (Китай, Япония, Индонезия), Западной и Центральной Европы (Венгрия, Румыния, Чехия, Германия, Финляндия), бывших республик Советского Союза (Россия, Украина, Азербайджан, Грузия, Туркменистан, Литва).

Столь широкий спектр иностранных партнеров, реализация долговременных инвестиционных проектов с их участием, высокая значимость углеводородных ресурсов для экономики любого государства позволяют констатировать, что роль Казахстана в этом секторе экономики приближается к мировому уровню.

Особая сфера сотрудничества и острого соперничества — создание трубопроводной инфраструктуры. Успешная реализация предлагаемых проектов во многом будет определять развитие экономики всех государств региона.

Особое значение придается проекту трансказахстанского газо- и нефтепроводов в Китай. Есть основания полагать, что китайские, японские, южнокорейские, восточно-азиатские деловые круги проявят интерес к транспортировке не только топливно-энергетического, но и другого сырья, а также продукции из Казахстана. Обсуждаются проекты трубопроводов для доставки казахстанской нефти в иранские, турецкие, пакистанские морские порты17.

В этих проектах в той или иной мере заинтересованы и будут принимать участие государства Центральной Азии. Наиболее реальный — выход на Новороссийский порт из Западного Казахстана через территорию России (проект Каспийского трубопроводного консорциума).

Строительство транскаспийской трубопроводной системы должно решить проблему вывоза туркменского газа на крупный развивающийся рынок Турции. Есть также проект транспортировки газа через территорию Ирана, но транскаспийский вариант более выгодный. Он может обеспечить одновременную доставку природного газа из Казахстана, Узбекистана и Азербайджана18.

Одна из общих проблем государств Центральной Азии, как впрочем и СНГ в целом, — обеспечение их продовольственной безопасности. Эта проблема вполне может быть решена на основе имеющихся мощностей сельского хозяйства стран региона путем углубления их специализации в рамках совместных долгосрочных программ.

Важнейшее направление экономической интеграции — развитие транспортной системы, что позволит максимально использовать геополитическое положение Центральной Азии. Учитывая укрепление международных экономических связей между Востоком и Западом, международные приоритеты приобретает создание трансконтинентальных и региональных транспортных коридоров, особенно для стран, не имеющих прямого выхода к морским и океанским побережьям. Азиатские государства, доля которых в мировом производстве непрерывно растет, заинтересованы в развитии транзита по Казахстану, Кыргызстану и Узбекистану.

Направление грузопотоков из Китая и других стран Юго-Восточной Азии в Россию и Европу через территорию Центральной Азии позволит не только оптимизировать мировую транспортную систему, сократить время на перевозку, создать новый источник доходов для государств региона, но и станет мощным импульсом их внутреннего экономического развития и расширения экспорта.

Приоритетными проектами развития транспорта являются: строительство и совместная эксплуатация международных морских портов; развитие межгосударственной железнодорожной сети; совместное использование и развитие автомагистралей; в перспективе создание Азиатско-Европейской автотрассы; переориентация авиационного сообщения Европа — Азия через воздушное пространство Центральной Азии; строительство магистральных нефтепроводов.

В 1991 году вошел в строй пограничный железнодорожный переход Дружба — Алашанькоу (между Казахстаном и Китаем), а в мае 1996 года железнодорожный переход Серахс — Мешхед (между Туркменистаном и Ираном). Это позволило открыть новые транзитные коридоры от тихоокеанских портов Китая по маршруту Великого шелкового пути через Китай в Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан, Туркменистан, Иран, Турцию к гаваням Средиземного моря и Персидского залива.

Заметную активность в создании транснациональных транспортных коридоров проявляют и западноевропейские компании. Стратегическая концепция их согласованных действий наиболее концентрированно представлена в программе TRACEКA "Транспортный коридор Европа — Кавказ — Азия"). Инициатором, основным разработчиком и спонсором этой программы является Комиссия ЕС. На Брюссельской организационной встрече (май 1993 г.) была принята декларация, в которой определены основные цели программы, впоследствии названной "Возрождение Великого шелкового пути".

Реализация этой инициативы позволит сократить расстояние от Китая, стран Центральной Азии до Европы, по сравнению с Транссибирской магистралью, на 3 000 км и тем самым резко интенсифицировать развитие транснациональных экономических связей, туризма и т.д. Особая значимость проекта в том, что его выполнение намного ускорит реализацию задач Евразийского экономического сообщества, чему будет способствовать современная транспортная инфраструктура на всем протяжении срединных широт и Евразийского материка от Атлантики до Тихого океана.

В рамках TRACEКA предусматривается создание железнодорожных, автомобильных, водных и воздушных магистралей, соединяющих по кратчайшему пути два конечных пункта — станцию Дружба в Казахстане и черноморский порт в Батуми по двум параллельным коридорам. Один из них: Ташкент — Самарканд (с ответвлениями на Душанбе и Термез) — Байрам Али — Ашгабад — Туркменбаши (Красноводск) — Баку. Второй: Актюбинск — Атырау — Актау — Баку, далее от Баку на Тбилиси, Поти и Батуми.

Проектно-инвестиционная поддержка Европейским союзом способствовала привлечению к этим проектам международных финансовых организаций и частных инвесторов (общая сумма финансирования составляет более 460 млн. долл.).

Таким образом, стратегия создания транспортного коридора в регионе обретает реальные черты, что, несомненно, окажет позитивное влияние на его экономическое развитие.

В настоящее время коммуникационная инфраструктура не способна обслуживать экономические потребности Центральной Азии — она была частью огромной союзной инфраструктуры, создавалась, в первую очередь, для обеспечения транспортно-экономических связей региона с Россией и мало учитывала нужды и потребности отдельных республик. Поэтому чрезвычайно остро стоит задача реконструкции действующих и строительства новых железных и автомобильных дорог, что позволит не только резко интенсифицировать освоение центральных и западных районов Центральной Азии, но и обеспечит прямой выход к портам Каспийского и Черного морей.

Однако неадекватность нормативно-правовых актов привлекаемых стран препятствует развитию транспортных линий. Принимая во внимание, что по оценкам многих экспертов, к началу ХХI века рост перевозок между Европой и Азией по сравнению с 1990 годом увеличится в 9 раз, серьезная экономическая заинтересованность республик региона в преодолении этих противоречий налицо. Прежде всего, строительство новых авто- и железных дорог — важный стимул развития национальных экономик, в том числе горнодобывающей промышленности, энергетики, сельского хозяйства.

Одна из самых больных проблем — экологическая катастрофа в районе Аральского моря, вызванная хищническим использованием водных ресурсов рек Амударья и Сырдарья на орошение плантаций хлопчатника и риса. Аральское море и обе упомянутые реки — это основные водные ресурсы Средней Азии и южной части Казахстана, от которых, без преувеличения, зависит жизнь в этом регионе. Несогласованное водопотребление, неэкономное использование воды, засорение рек гербицидами и дефолиантами уже привело к необратимым природным процессам, и откладывать решение этой проблемы на будущее нельзя.

Кооперация стран Центральноазиатского блока позволит им улучшить позиции на мировом рынке хлопка, где они могли бы успешно конкурировать с Индией, Пакистаном, Египтом и другим странам-поставщикам хлопка-волокна.

Необходимость пересмотреть существующие системы водопользования вызвана конфликтными ситуациями в решении вопросов совместной эксплуатации водных и энергетических ресурсов, возникших в результате нарушения прежней централизованной системы управления речным стоком Сырдарьи. Главные регулирующие гидроузлы оказались на территории различных государств: Токтогульский — в Кыргызстане, Кайраккумский — в Таджикистане, Чардаринский — в Казахстане. Изменились и требования республик региона к водным ресурсам в связи с ориентацией на национальные программы развития.

Одна из основных угроз безопасности региона — все большая политизация ситуации в сфере водопользования. Наглядное свидетельство тому — конфликты вокруг приграничных территорий и воды между Таджикистаном, Кыргызстаном и Узбекистаном. Рядом с Кампыоробадским водохранилищем Узбекистан дислоцировал воздушно-десантную часть. Неделимитированность границ, чересполосица территорий, принадлежащих теперь разным государствам, осложняют конфликты, связанные с распределением воды, и могут сделать их неуправляемыми.

Межгосударственное сотрудничество в этой сфере необходимо развивать по следующим направлениям: совершенствование основ правовой базы и принципов совместного использования водных ресурсов; обоснование принципов и механизма экономических взаимоотношений по их совместному использованию на основе сочетания приоритетов рыночной экономики и геополитических реалий стран региона; разработка оптимальных подходов к совершенствованию совместного использования водохозяйственных систем с акцентом на проблемах Арала.

Непременное условие интеграции государств региона в мировую экономическую систему — это развитие их систем связи и телекоммуникаций. Работающие сегодня системы не соответствуют мировым стандартам. До 1992 года вся международная связь региона осуществлялась через Москву. Только в последние годы республики получили возможность выходить на международные линии.

В настоящее время на телекоммуникационном рынке Казахстана работает свыше 30 отечественных, зарубежных и совместных фирм. Это комплекс международной, междугородней и местной сетей, а также сети передачи данных. Создана сеть спутниковой связи на базе международной системы "Интелсат". Завершено строительство трансазиатско-европейской оптико-волоконной магистрали ТАЕ протяженностью 17 тыс. км (Шанхай — Алматы — Ташкент — Ашгабад — Тегеран — Багдад — Анкара —Стамбул — Одесса и далее по уже построенной линии на Франкфурт-на-Майне). Эта магистраль позволит передавать все виды современной информации.

В Казахстане телефонная плотность выше, чем в соседних республиках. В частности, этот показатель в среднем составляет порядка 12 линий на 100 человек (в основном, плотность выше в крупных городах: в Алматы — 30 линий на l00 человек). По оценкам ОАО "Казахтелекома"19, к 2001 году плотность можно увеличить до 18 линий на 100 человек. Основное направление модернизации сетей связи Казахстана — создание единой цифровой сети.

Одна из важнейших задач — эффективное использование крупного совокупного интеллектуального потенциала, обеспечение технологического прорыва и создание научной и технической базы развития национальных экономик. Приоритетные направления в этой сфере: комплексное использование минерального сырья на основе высокоэффективных ресурсосберегающих технологий; внедрение методов биотехнологии и генной инженерии в медицину, сельское хозяйство и промышленность; создание системы глобального экономического и природно-ресурсного мониторинга региона; развитие новых промышленных и космических технологий на базе предприятий оборонных отраслей Казахстана, самолетостроения — в Узбекистане, приборостроения — в Кыргызстане; химическая переработка углеводородного сырья; создание современных систем коммуникаций и связи, а также развитие инфраструктуры.

Перспективной формой научно-технического сотрудничества могли бы стать технопарки, объединяющие научно-исследовательские организации и вузовские лаборатории (по направлениям исследований) с промышленными предприятиями, которые станут базой для инноваций.

Макроструктурные проблемы

Известно, что республики региона используют существенно различающиеся рыночные концепции — от радикальных до преимущественно государственного регулирования экономики. Национальные рынки пока раздроблены, темпы и содержание рыночных преобразований не совпадают. Большинство предприятий экономически несостоятельны. Не согласуется внешнеэкономическая и экспортная политика. Финансовые и технологические ресурсы ограничены узкими рамками национальных экономик. Наконец, не создана концепция экономической интеграции, которая позволила бы увязать региональные интересы в средне- и долгосрочной перспективе. В силу этого страны Центральной Азии не в силах эффективно противостоять наступлению зарубежных конкурентов.

Существенное препятствие в развитии интеграционных процессов — различия в валютной политике: не достигнута взаимная конвертируемость национальных валют, не согласованы подходы к государственному регулированию их рынков. Это ограничивает возможности использовать национальные валюты в качестве платежного средства на общем экономическом пространстве.

В интересах макроэкономической стабилизации, усиления экономической интеграции необходимо последовательно осуществить систему мер по расширению и углублению хозяйственных связей и активизации работы межгосударственных органов экономического сообщества. Это в первую очередь: координация экономических реформ; сближение национальных хозяйственных законодательств; согласование общей стратегии структурной, кредитно-денежной, валютной, ценовой, налоговой и социальной политики.

В этой связи целесообразно создать Межгосударственную (правительственную) комиссию по экономической реформе и, обобщив опыт рыночных преобразований, выработать рекомендации по их согласованной реализации и сближению национально-хозяйственных механизмов.

В общегосударственном регулировании отношений между республиками необходимо перейти на уровень планирования и выполнения крупных конкретных программ. Мы уже говорили о формировании и совместном использовании энергетических, транспортных, ирригационных сетей, систем водо- и газоснабжения, информатики и телекоммуникаций.

Уровень интеграции определяется номенклатурой производимой и потребляемой продукции. Наиболее перспективно сотрудничество и производственное кооперирование в сфере топливно-энергетических ресурсов, машиностроения, в том числе производства горнодобывающего, металлургического, сельскохозяйственного (ирригационного) оборудования, переработки хлопка, продовольственного комплекса, особенно рынка зерна.

Можно выделить еще два перспективных направления — это нефтегазовое машиностроение и нефтехимия. Их развитие обусловлено предстоящим увеличением добычи нефти и газа. А учитывая, что нефтехимия и химическое производство относятся к самым перспективным направлениям мировой экономики, представляется важным в рамках единого экономического пространства сформировать комплекс технологически связанных нефтехимических производств. Это позволит рационально использовать углеводородные ресурсы и развивающийся рынок потребителей не только на внутреннем, но и на мировом уровне.

Представляется, что пока преждевременно создавать общее торгово-экономическое пространство со свободной конвертацией и свободным движением национальных валют. Сегодня единственно реальным объединением в Центральной Азии может стать Таможенный союз, поскольку сравнительно отлаженная таможенная система всегда предшествует единому рынку. Об этом свидетельствует опыт ЕС и других интеграционных союзов. Например, экономическое притяжение Казахстана, России, Беларуси и Кыргызстана привело к созданию ТС (Договор 4+N), в рамках которого закладываются основы единого экономического пространства. Страны региона еще не сняли внутренние таможенные пошлины (соглашение об этом в 1994 г. подписано только между Казахстаном и Кыргызстаном). Одновременно предстоит договориться о едином режиме таможенного обложения на внешних рынках, как важнейшем условии работы ЕврАзЭС. В рамках Договора 4+N подобный единый режим распространен на 60% экспортных товаров, и это считается большим успехом. По странам развитых региональных союзов этот показатель около 80%. Отмена взаимных тарифных и нетарифных ограничений и согласование таможенной политики — необходимое условие функционирования регионального союза.

Неотложная задача — поэтапное формирование платежно-расчетной, валютной системы стран региона. Имеются в виду разработка и внедрение согласованных мер по развитию внутренних валютных рынков, взаимному допуску на эти рынки уполномоченных банков, обеспечению конвертируемости национальных валют20. Это способствует беспрепятственному прохождению платежей и расширению торгово-экономических связей.

Все вышеизложенное подводит к выводу о том, что в регионе необходимо создать межправительственную комиссию по торгово-экономическому сотрудничеству, которая могла бы заняться последовательным формированием межгосударственных институтов рыночной инфраструктуры.

Основа реальной интеграции — развитие производственно-технологических связей между предприятиями на базе рациональной специализации и кооперирования, создание межгосударственных структур и транснациональных объединений в различных отраслях экономики, которые смогут выпускать продукцию с повышенной конкурентоспособностью. Это могут быть финансово-промышленные группы (ФПГ), транснациональные компании, в том числе с государственным участием. Более того, это могут быть транснациональные финансово-промышленные ассоциации, объединенные на добровольной основе при сохранении экономической самостоятельности членов ассоциации. Главная задача объединения — реальное межстрановое кооперирование, сотрудничество национальных капиталов в производственной, инвестиционной, банковской и коммерческой сферах. Новые ФПГ с инвестиционными функциями появились только в России и в Украине. Есть перспективы их образования в Беларуси и Казахстане. В остальных государствах СНГ местные банки, за редким исключением, к сожалению, не располагают достаточными инвестиционными ресурсами.

Тем не менее производственная интеграция — неотложная объективная необходимость. Эксперты считают, что возможности каждой республики в разворачивающемся процессе масштабны и перспективны. Производственное кооперирование — это путь стран Общего рынка и ЕС. Для содействия и координации этой важнейшей сферы нужно сформировать межправительственную комиссию по производственному кооперированию и инвестициям с финансированием крупных проектов, например единой энергетической программы или хлопковой ассоциации. В ряду интеграционных приоритетов ЦАЭС особо выделяются транснациональные проекты в области транспорта и связи, научно-технической сфере, экологии. Прежде всего необходимо интегрировать транспортные системы с ориентацией на единый транспортный комплекс региона. Чрезвычайная экологическая обстановка в Центральной Азии требует создания Межгосударственного экологического комитета для выработки неотложных решений по Аралу и Приаралью, бассейну рек Сырдарья и Амударья.

* * *

Процесс и приоритеты интеграции республик региона, а также их сотрудничество с СНГ и вхождение в мировую экономику приобретают необратимый характер. Эта задача должна быть возведена в ранг государственной политики. В глобальном аспекте она подвержена мировой конъюнктуре, которая сегодня не совсем благоприятствует этой объективной закономерности. Но даже при негативных факторах экономическая интеграция стран Центральной Азии — процесс, набирающий силу.


1 Безусловно, потенциальная емкость внутренних рынков этих стран велика, но в силу ограниченности финансовых ресурсов, низкого платежеспособного спроса населения фактическая емкость незначительна.

2 См.: Статистический справочник "Содружество Независимых Государств в 1999 г.". С. 25, 27.

3 См.: World Development Report 1999/2000. World Bank, 2000. P. 231.

4 17—18 июля 1998 года в г. Чолпон-Ата утверждено новое наименование регионального объединения — Центральноазиатское экономическое сообщество (ЦАЭС).

5 14 июня 2000 года на заседании Межгосударственного совета ЦАЭС в г. Душанбе приняты два важных документа — Стратегия интеграционного развития до 2005 года и Программа первоочередных действий по формированию единого экономического пространства.

6 Отметим, что с учетом данных по неорганизованной торговле ("челночная торговля" и другие операции, не учитываемые таможенной статистикой) положительная картина внешнеторгового баланса может измениться в отрицательную сторону.

7 См.: Статистический справочник "Содружество Независимых Государств в 1998 г.". С. 92; Статистический справочник "Содружество Независимых Государств в 1999 г.". С. 52.

8См.: Кошанов А., Хусаинов Б. Инвестиционные возможности Казахстана и его интеграция в экономику Центральноазиатского региона. В сб.: Экономическое сотрудничество в Центральной Азии: возможности, формы и механизмы реализации (Материалы II Центральноазиатской научно-практической конференции). Бишкек, 1998. С. 16—24.

9 В ташкентском заявлении говорится о том, что все участники договора "будут последовательно углублять экономическую интеграцию и взаимодействие путем поэтапного движения: зона свободной торговли — Таможенный союз — платежный и валютный союзы и, наконец, общий рынок товаров услуг и капиталов".

10 См.: Михеев В. В поисках альтернативы. Азиатские модели развития: социалистические и "новые индустриальные страны". М.: Международные отношения, 1990. С. 129—134.

11Рассчитано по данным Агентства РК по статистике.

12 10 октября 2000 года президенты государств ТС подписали Договор о создании Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС).

13См.: Khusainov B. Macroecomic Conditions and Investment Policy in Kazakhstan. В кн.: Kazakhstan 2000 — State Directory. Almaty: Book’s for the Establishment Ltd., 2000.

14 См.: Конопляник А., Лобжанидзе А. Каспийская нефть будет лишней еще пятнадцать лет // Эксперт, Москва, 1998, № 18. С. 24—25.

15 См.: Republic of Kazakhstan. Investors Guide. The State Investment Committee of the Republic of Kazakhstan. Chief Editor: B.D. Khusainov. Almaty, 1998. Р. 56.

16 См.: Transition to Market Economy in Central Asia. Lessons from the East Asian Experience. Tokyo, October 1996. P. 156.

17 Более подробно о маршрутах нефтепроводов см.: Khusainov B. Resourсe Potential of the Kazakhstan Economy. В кн.: Caspian-2000. London: Anglo-Caspian Services Ltd., 2000.

18 Financial Times, January 1998, No. 8. P. 10.

19 ОАО "Казахтелеком" — головное предприятие республики, имеющее статус национального оператора в сфере телекоммуникаций.

20 Соглашение о взаимном допуске банков-нерезидентов на свои валютные рынки подписано между национальными банками Казахстана и Кыргызстана в 1994 году.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL