РОССИЯ И ГРУЗИЯ: "ПОСТСОВЕТСКИЙ РАЗВОД"

Вера ЦЕРЕТЕЛИ


Вера Церетели, собственный корреспондент газеты "Культура" в Грузии


Введение жесткого визового режима между Россией и Грузией стало очевидным подтверждением факта "холодной войны" между двумя некогда близкими дружественными странами. Россия установила его в одностороннем порядке 5 декабря 2000 года, причем были предусмотрены льготы, а практически — свободное пересечение границы для жителей самопровозглашенной республики Абхазия и Цхинвальского региона Грузии. С 1 марта 2001 года, когда режим начал действовать в полном масштабе, грузинская сторона ответила адекватными мерами по отношению к российским гражданам, пересекающим границу Грузии или находящимся на ее территории. Наблюдатели отмечают не очень радужные перспективы нового витка противостояния, теперь уже открытого. Прочные нити, издавна связывавшие две страны, сейчас настолько ослабли, что установленный порядок пересечения границ может их вовсе оборвать, и для нового поколения граждан обоих государств былая неразрывность покажется далекой историей.

Двухвековое единение

200-летие Георгиевского трактата (Договор о дружбе между Россией и Грузией) праздновалось не так уж давно, в 1983 году. Торжества, обмен делегациями, клятвы в вечной дружбе остались позади. Сейчас о Георгиевском трактате мало кто вспоминает. В начале 2001 года самое время было отмечать другое 200-летие — 16 февраля 1801 года Российская империя заменила Договор о дружбе на "Манифест о присоединении Грузии на вечные времена к российской державе…" Манифест "прочитан был в Сионском соборе, куда собрались тифлисские жители по приглашению генерал-майора Лазарева, за полтора года перед тем вступившего с русскими войсками в Тифлис"1. Иными словами, одним росчерком пера Грузинское царство было превращено в российскую губернию. В этом же Сборнике сказано следующее: "Присоединяя царство Грузинское на вечные времена к своей державе, Император Павел обещал сохранить его жителям все права, преимущества, полное обеспечение собственности каждого и оградить народ от всяких внешних нападений и внутренних неустройств". Что касается "внешних нападений", то России это удалось обеспечить, а вот с "внутренними неустройствами" как в Грузии, так и в самой России всегда были большие проблемы. Надо отдать должное Александру I, сменившему на престоле Императора Павла I: новый император сомневался, "Не будет ли поступлено несправедливо относительно наследников престола того (грузинского. — Прим. автора) царства?" Государственный совет склонил российского императора к решительности, выдвинув такой аргумент: "с присоединением страны обеспечивается спокойствие собственных границ России и приобретается полное удобство к обузданию своевольства горских народов"2. Как всегда в таких случаях, политические интересы государства взяли верх над моральными принципами. Так, еще двести лет назад Россия точно сформулировала свои политические интересы относительно Грузии. Более точного определения не нашли бы и нынешние политики.

Хотя присоединение произошло бескровно, далеко не все в Грузии его приветствовали. Были и мятежи населения против произвола чиновников, и заговоры дворянства. Самый крупный заговор произошел в 1832 году и закончился для его участников, как обычно, Сибирью. Страну, ставшую частью России, с самого начала старались приручить, умело используя политику не только кнута, но и пряника. Так, чтобы привлечь симпатии влиятельных представителей общественности Грузии, царский наместник граф Воронцов в 1850 году открыл в Тифлисе профессиональный драматический театр. Артистов выписали из Петербурга, и они получали самое высокое жалованье — по рангу Императорского театра. А в скором времени позволено было создать грузинскую труппу и давать представления на родном языке. Следует отметить, что образованное тифлисское общество, одинаково владевшее грузинским, русским и французским языками, старалось жить по петербургским стандартам, ведь отпрыски знатных грузинских фамилий учились в России. "Испившие воду Терека" — так называла себя плеяда передовых грузинских просветителей, получивших в России университетское образование. Не надо забывать, что на протяжении двух веков русский язык был распространен по всей территории Грузии наравне с грузинским, до революции оставаясь государственным языком, то есть обучение в школах и гимназиях шло только на русском. Не удивительно, что в Тифлисе Пушкина восторженно принимала местная знать, и именно здесь был открыт едва ли не первый в России памятник поэту. Бронзовый бюст и сейчас стоит в Пушкинском сквере, и в день рождения поэта здесь звучат его стихи и возлагают цветы. Неподалеку от Крестового монастыря возвышается памятник Лермонтову, служившему в лейб-гусарском полку, расквартированном в Телави. Первым в Грузию для русских поэтов проторил дорогу Грибоедов, в Грузии он обвенчался с княжной Нино Чавчавадзе, здесь же, в Тбилиси, в пантеоне на Мтацминда он и похоронен. Русско-грузинские браки были не редкостью и в России, и в Грузии, начиная с царицы Тамар, и тому в немалой степени способствовало полное единоверие.

Этот историко-культурологический экскурс здесь не случаен, он представляется чрезвычайно важным, так как российская культура оказала огромное влияние на формирование менталитета не только просвещенной части грузинского общества, но и простого народа, потому что в Грузии всегда существовал культ почтения к образованию и просвещению. А оно с начала XIX века шло в основном из России. Первый грузинский университет открыли только в 1918 году. Насколько тесным было духовное общение, можно судить хотя бы по тому, что Грузия дала России такие имена, как Немирович-Данченко, Сумбатов-Южин, Маяковский, Марджанов, Товстоногов, плеяду кинорежиссеров, да и певец Арбата Булат Окуджава родственными корнями связан с ней. Грузия всегда была источником творческого вдохновения для русских поэтов, стоит только перечислить имена: Есенин, Мандельштам, Пастернак, Антокольский, Ахмадулина, Евтушенко…

Весьма важным был и политический аспект связей — для России православная Грузия стала на Кавказе оплотом и щитом перед мусульманским миром. Все это дает возможность полнее оценить нынешнюю очень сложную ситуацию, возникшую во взаимоотношениях двух стран. С одной стороны, многовековые связи, общая вера, двухвековое сосуществование в едином государстве. Но, с другой стороны, в Грузии всегда присутствовал комплекс малой зависимой страны, вынужденной жить по указке "старшего брата", как любила именовать себя Россия. Здесь всегда мощным оставалось национальное самосознание. Во времена перестройки оно все более пробуждалось и факты истории начали приобретать не столь верноподданническую интерпретацию.

Началом нынешнего противостояния двух стран многие склонны считать события 9 апреля 1989 года — разгон перед Домом правительства мирных демонстрантов с применением саперных лопаток и отравляющего газа, в результате чего были человеческие жертвы. Таким стал финал многодневного массового выступления интеллигенции, молодежи и студентов с требованием независимости. Причем единственным оружием демонстрантов были мегафоны и речи. В ночь разгона еще состоялся молебен, который провел Католикос Грузии Илья II, призывавший разойтись: к городу уже стягивались военные части и бронетранспортеры. Россия откликнулась на трагедию всплеском негодования передовой интеллигенции, прибывшей в Тбилиси, зато официальная Москва долго искала виновников, но так и не нашла их, вероятно считая случившееся в порядке вещей. Распад СССР, приход к власти Гамсахурдия и усиление национального движения еще больше отдалили Грузию от России. Впрочем, в те годы "национальной болезнью" переболели все бывшие республики, вспоминая давние и сегодняшние обиды. Все хотели самоутвердиться, все стремились к независимости. Все шли к ней разными путями, то сближаясь, то отдалясь от "старшего брата", стараясь избежать его крепких объятий. Но именно с Грузией, самой близкой из стран Южного Кавказа, произошло крушение отношений, подтверждением чему стал "железный занавес". Причины визового режима значительно глубже, чем формулировка, официально заявленная руководством России, — обезопасить себя от проникновения с территории Грузии бандформирований и чеченских террористов.

Граница на замке

К "железному занавесу" Россия готовилась долго и тщательно. После того как Владимир Путин осенью 1999-го впервые озвучил необходимость установить визовый режим (тогда это касалось не только Грузии, но и Азербайджана), прошло более года до дня его реализации. Московский саммит СНГ, проходивший 25 января 2000 года, в день рождения Эдуарда Шеварднадзе, дал грузинской стороне надежду на возможность отмены таких санкций. Этот вывод можно было сделать из того, что вылет президентского самолета из Москвы задерживался ввиду продолжительных дружеских бесед грузинской делегации с российскими коллегами, поздравлявшими президента республики. Оптимистичным было и интервью Шеварднадзе в самолете, и высказывания министра иностранных дел.

В самой Грузии разговоры о визах воспринимались как экзотика, настолько нереальная, что в народе по этому поводу только шутили. Просто немыслимо было представить, чтобы нельзя было поехать к родителям, к детям, близким родственникам или друзьям, театрам на гастроли, а художникам с выставками. Кроме того, у многих родственники на заработках в России, есть и смешанные браки, где семьи выживают то здесь, то там. Поначалу казалось, что в России просто погорячились и все "рассосется". Но заблуждение рассеялось, когда стало ясно, что принято продуманное политическое решение. Тогда стали прикидывать, а каким будет этот визовый режим. В грузинском МИДе считали, что возможен упрощенный вариант, как, например, между Грузией и Турцией, когда прямо на границе ставят соответствующий штамп в паспорте, и, заплатив нужную сумму, человек оказывается на территории другой страны. Хотя и не исключали, что заинтересованным гражданам дадут возможность "насладиться визовым режимом по полной программе". Но о том, какова будет "полная программа", рассуждали чисто теоретически, даже не подозревая о ее реальности.

Руководство Грузии решение России назвало поспешным, но изъявило готовность вести переговоры о "распространении визового режима по всему периметру российско-грузинской границы". При этом подчеркивалось, что хуже всего придется жителям Абхазии и Южной Осетии, которые не признают юрисдикцию Грузии, и, стало быть, им вообще негде будет получать визы. В этом случае они оказались бы абсолютно изолированными от внешнего мира. Тогда еще никто не мог предположить, что Россия "из гуманитарных соображений" может не распространить визовый режим на зоны конфликтов и тем самым поставить под сомнение признание территориальной целостности Грузии.

Доводы российских политиков, ратовавших за визы, казались грузинской стороне не особенно аргументированными. Грузинские власти парировали заявления Москвы о проникновении в Россию чеченских бандформирований с территории Грузии тем, что эти бандформирования в нашу республику проникают через российскую границу и ее блокпосты. Причем грузинские парламентарии не исключают, что определенные силы в России ради сохранения очага напряженности заинтересованы в их проникновении. Тем не менее ситуацию в Панкисском ущелье, заселенном кистинцами-мусульманами (родственная чеченцам и ингушам этническая группа), грузинские силовики признали не совсем благополучной и усилили свое присутствие там. Ситуация в самом ущелье и по сей день остается сложной — в разгар боевых действий чеченские беженцы хлынули через него в Грузию. Э. Шеварднадзе сказал, что республика, руководствуясь принципами гуманности, не может отказать в приюте чеченским беженцам, не может не помочь старикам, женщинам и детям. Большая часть беженцев осталась в Панкисси в надежде при первой же возможности вернуться в свои дома. Кистинцы позволили чеченцам разместиться в своих селах, но длительное совместное проживание проблематично, оно чревато конфликтами на бытовой почве, не говоря уже о борьбе местных и чеченских кланов за контроль над ущельем. В этом случае бессилен даже совет старейшин. По сравнению с мирным временем криминогенная обстановка там ухудшилась, были случаи угона скота и похищения людей. Возможно, многие кистинцы рады бы избавиться от "гостей", но те заявляют, что не могут вернуться домой, пока Чечню не покинут российские войска, мотивируя это тем, что для них в случае возвращения нет никаких гарантий безопасности. Сейчас грузинские власти начали переговоры с российской стороной о возможности возвращения чеченских беженцев на родину. Перспектива их длительного пребывания невозможна для Грузии при ее тяжелом экономическом положении и отсутствии рабочих мест для собственных граждан.

Всем ясно, что на ситуацию в Панкисском ущелье, где люди живут по законам гор, никакой визовый режим повлиять не может — боевики, если и скрываются там, не будут пользоваться визами и в российское консульство обращаться за ними не станут. На горных тропах визы не нужны. Вопрос лишь в перекрытии границы. Как говорит руководство республики, никто не мешает России контролировать чечено-грузинский участок границы на своей территории и не пропускать в Россию вооруженных людей. Что касается транзитных виз, то, по официальным заявлениям, грузинские консульства в странах Ближнего Востока прекратили их выдавать после начала боевых действий на Северном Кавказе. Таким образом, заявления России, связывающей визовый режим и борьбу с терроризмом, грузинские политики не считали аргументированными, воспринимали их как средство политического давления в расчете на сговорчивость Грузии по многим вопросам. Судя по длительным переговорам, истинные причины введения визового режима совсем иные. Просто стороны в очередной раз не смогли договориться.

В частности, военное руководство России рассчитывало на помощь Грузии в "совместных антитеррористических действиях". За этой расплывчатой формулировкой стояло желание контролировать грузинскую территорию чеченского участка границы и иметь возможность атаковать чеченцев с юга силами российских войск, размещенных в Грузии. Как заявил Эдуард Шеварднадзе, "это означало для Грузии быть втянутой в войну, и мы на это не можем согласиться". Вероятно, последней каплей для российской стороны стало лечение в Тбилиси бородатых раненых чеченцев, показанных по грузинскому телевидению, а затем бесследно исчезнувших.

Чеченский фактор, хотя он и стал решающим в вопросе о визах, был далеко не единственным. Разлад начался не сегодня. Главным камнем преткновения во взаимоотношениях с РФ следует считать конфликты в Абхазии и Южной Осетии в начале 90-х годов и обещания России помочь в их урегулировании. Со дня падения Сухуми прошло более семи лет, но и по сей день проблема территориальной целостности остается для Грузии нерешенной и самой болезненной. Присутствие миротворческих сил лишь законсервировало конфликтную ситуацию, переведя ее в вяло текущую стадию. Считается, что эти конфликты служат рычагами давления на Грузию, чтобы препятствовать вытеснению России из Закавказья.

Именно неразрешимость проблемы территориальной целостности подтолкнула Грузию к мысли, что солнце над ней должно всходить не с Севера, а с Запада. Во многом это обусловлено и экономической слабостью России, тогда как страны Западной Европы и США в состоянии оказать реальную материально-техническую помощь. Переориентация Грузии сделала отношения с великим северным соседом еще более натянутыми. Тбилиси оправдывал себя тем, что рамочный договор с Москвой "О дружбе, добрососедстве и сотрудничестве" (1994 г.) парламент РФ так и не ратифицировал, о чем не могут забыть грузинские парламентарии — они считают, что их жест доброй воли не был принят. В свою очередь грузинская сторона не ратифицировала договор о российских военных базах на своей территории, ссылаясь на то, что в нем есть оговорка — ратификация "после урегулирования этнических конфликтов". Таким образом, российские военные базы, в сохранении которых Россия весьма заинтересована, оказались вне юрисдикции. После Стамбульского саммита ОБСЕ Россия обязана до 1 июля 2001 года свернуть две военные базы в Грузии — стратегические аэродромы в Вазиани (близ Тбилиси) и в Гудаута (Абхазия). На всех этапах переговоров двух стран, в том числе и по визовому режиму, Грузии предлагалось смягчить свои требования о выводе российских вооруженных сил. Но договориться по этим вопросам не удалось. Более того, и оставшиеся две военные базы в Ахалкалаки и Батуми (Аджария) Россия также будет вынуждена закрыть. Речь идет лишь о сроках. Москва предлагала сделать это через 15 лет, Тбилиси требует свернуть базы в течение трех лет. Таким образом, Москва считает, что поставлены под удар стратегические интересы России, которая оголяет свой южный фланг. Вывод российских войск противоречит интересам не только Кремля, но и всего военно-промышленного комплекса России.

Кроме того, на взаимоотношения двух стран негативно повлияли экономические процессы в Кавказском регионе, связанные с трансрегиональными торгово-транспортыми проектами, прокладкой нефтепровода и экспортом природного газа в Турцию. Москва и Тбилиси неожиданно оказались конкурентами, роль Грузии в этих проектах была пассивной, но многое решало ее удобное географическое положение. В российско-грузинских переговорах о визах Москва поднимала вопрос об учете российских интересов в транспортировке каспийских энергоресурсов и о намерениях Тбилиси присоединиться к Евразийскому экономическому сообществу. Как известно, конкуренция еще никогда не служила стимулом для сближения.

В итоге весь комплекс политических, стратегических и экономических разногласий, в которых ни одна из сторон не пошла на разумный компромисс, привел к открытому противостоянию. При этом с Азербайджаном визовый режим введен не был, так как его руководство смогло договориться с Москвой о взаимном сотрудничестве по широкому спектру вопросов, были сообщения и о возможном военном сотрудничестве. Выступление Владимира Путина во время его визита в Баку в конце прошлого года, как показалось, было адресовано скорее грузинам, чем азербайджанцам: "Не могу не затронуть вопрос, волнующий азербайджанскую общественность, — о визовом режиме. Такой режим с Грузией Россия ввела с целью защиты национальной безопасности, как один из элементов борьбы с терроризмом и организованной преступностью. Уровень развития российско-азербайджанского сотрудничества в этой области особенно в последнее время показывает, что принятия со стороны России каких-либо дополнительных односторонних мер не требуется и, соответственно, никакой визовый режим не предполагается".

Для всех очевидно, что визовый режим не решит никаких проблем, в особенности связанных с терроризмом. Это подтвердила ситуация, сложившаяся в начале апреля 2001 года, когда в очередной раз Москва обвинила Грузию, что с ее территории в РФ проникают организаторы терактов, совершивших недавно серию взрывов на юге России. И это после четырех месяцев жесткого визового режима. Возникает вопрос: "Против кого он вводился?"

Демаркационная линия прошла по семьям

Итак, 5 декабря 2000 года, вероятно, в память о Сталинской конституции 1936 года, Россия в одностороннем порядке ввела визовый режим, "чтобы закрыть террористам путь в Россию", как заявил министр иностранных дел РФ И. Иванов. Первыми получили визы народные артисты, одинаково популярные в обеих странах: Нани Брегвадзе и Вахтанг Кикабидзе. Этот факт особенно подчеркивали СМИ Грузии с такими комментариями: "Если от такого рода "террористов" надо защищаться, тогда визовый режим может себя оправдать". Возник еще один, пожалуй, наиболее болезненный вопрос во взаимоотношениях двух государств — облегченный визовый режим, введенный Россией, для жителей "приграничных территорий" — Абхазии и Южной Осетии. При этом есть и третья приграничная территория — район Казбеги, отделенный от основной части Грузии горным перевалом, закрытым в зимние месяцы. Жители Казбеги издавна живут в тесном общении с российским Северным Кавказом, во Владикавказе люди лечатся, учатся, продают свою сельхозпродукцию. И так было испокон веков. Грузинская сторона, выступая против визового режима в принципе, соглашалась на его введение по всему периметру российско-грузинской границы. Однако это не оказало никакого влияния на решение Москвы, и облегченный визовый режим для жителей Абхазии и Южной Осетии остался в силе. Парламент Грузии расценил его как грубое нарушение норм международного права, как фактическую аннексию грузинских территорий и выразил протест.

В Тбилиси не осталось без внимания красноречивое высказывание А. Кокошина, бывшего первого заместителя министра обороны РФ. Его цитировали грузинские СМИ: "Введение визового режима между Россией и Грузией не создаст особых проблем для российской стороны, но будет весьма чувствительным для грузинской стороны… Он может означать "экономический коллапс", поскольку чуть ли не 80% доходов Грузия получает из России за счет работы в РФ ее граждан. К тому же если по территории Грузии начнут шастать чеченские боевики, прикрываясь мусульманскими флагами, то не поздоровится прежде всего Грузии". Грузинские парламентарии, отметив неточность цифры 80%, обратили особое внимание на ожидание "экономического коллапса", они явно не были готовы услышать такие прогнозы от представителя "дружественной страны".

Россия ввела самые жесткие условия визового режима — и относительно пребывания в России граждан Грузии, и относительно оформления виз. В промежутке с пятого декабря до первого марта еще была надежда на смягчение условий и даже отмену виз. Все зависело от политиков, то есть на какие уступки пойдет Грузия в ходе нескольких раундов двусторонних переговоров. Тбилиси согласился рассматривать предложение России по военным базам. Кроме того, руководство Грузии признало неблагополучной ситуацию в Панкисском ущелье, и Шеварднадзе предложил принять чрезвычайные меры. Туда были стянуты войска МВД и пограничники. Мнения грузинских политиков кардинально расходились. Радикалы в ответ на визы даже предлагали выйти из СНГ, на что президент сказал четкое "нет". Непарламентская оппозиция, напротив, резко критиковала внешнюю политику правительства. Их аргументы звучали так: политики обязаны просчитывать свои действия на несколько ходов вперед, учитывая реалии: если ты — маленькая страна, к тому же не благополучная Швейцария, то не помешало бы побольше дипломатии.

По военным базам, как известно, к соглашению не пришли. У России было еще условие, при котором она согласна пересмотреть введение визового режима. Его озвучил министр иностранных дел РФ И. Иванов в интервью журналистам: "Как только руководство Грузии пойдет на активное взаимодействие с соответствующими российскими структурами, направленное на борьбу с терроризмом, думаю, что вопрос об отмене визового режима перейдет и в практическую плоскость". Реакция Грузии была однозначной, о ссылках на причины отказа говорилось выше.

Последний раунд российско-грузинских переговоров "по проблемам взаимных поездок граждан двух стран" состоялся в Москве 23 февраля — 1 марта. Но вопрос об отмене визового режима даже не обсуждался и не затрагивался. Стороны лишь уточнили порядок выдачи виз и регистрации прибывших граждан. С первого марта визовый режим приобрел "полномасштабный характер". Особо было отмечено, что "с учетом сложившихся многовековых дружественных связей народов двух стран достигнута договоренность о распространении безвизового порядка, действующего в настоящее время на абхазском и южноосетинском участках российско-грузинской границы". Иными словами, Россия сохранила безвизовый режим для жителей Абхазии и Южной Осетии. По настоянию Тбилиси льготный режим был распространен и на приграничный Казбегский район Грузии, на пункт пропуска Верхний Ларс — Казбеги.

Особо были оговорены условия пребывания в Грузии российских военнослужащих и членов их семей. Они получают многократные визы по спискам, представляемым командованием Группы российских войск в Закавказье в МИД Грузии. До оформления этих документов они могут находиться на грузинской территории без виз. Для российских военнослужащих, въезжающих, выезжающих или следующих транзитом через Грузию, предусмотрена возможность получить визу в упрощенном порядке на пограничных КПП. Надо сказать, что благодаря российским военным удалось избежать самого неприятного. При ужесточенном визовом режиме гражданам обеих стран предстояла первая и главная процедура: незамедлительно покинуть территорию чужой страны и прибыть на родину для оформления визы. Хорошо, что удалось договориться и законопослушные граждане были избавлены от вынужденной дорогостоящей поездки на родину или унизительной процедуры выдворения.

Обе стороны обсудили и приняли "порядок выдачи вида на жительство лицам, имеющим статус постоянно проживающих, а также продления временной регистрации — имеющим на это законные основания, в частности, лицензии на занятие трудовой деятельностью на территории России; обучающимся в учебных заведениях и находящимся на лечении — при представлении соответствующих документов в органы МВД". Отмечалось также, что "исходя из гуманитарных соображений… принят комплекс мер по документированию и регистрации находящихся на российской территории вынужденно переселенных лиц из зон грузино-абхазского и грузино-осетинского конфликтов". Наряду с прочими процедурами новый режим обязывает граждан Грузии при выезде с территории РФ оформлять выездные визы в территориальных органах ОВИР МВД России. Сообщалось и о том, что "к лицам, нарушающим действующие в условиях визового режима правила, будут применяться предусмотренные законодательством сторон административные меры". Все эти договоренности будут действовать до подписания двустороннего соглашения о взаимных поездках граждан.

Таким образом, на первое марта российская сторона позаботилась о льготах только для своих военнослужащих, предоставив гражданскому населению, простым людям обеих стран испытать на себе все тяготы нововведения. Что такое визовый режим "по полной программе" граждане Грузии уже ощутили — и те, кто легализовал свое положение в РФ, и те, кто успел, получая визу, пообщаться с консульским отделом в Тбилиси. Надо сказать, что при упоминании о визах добрых чувств к России не испытывают граждане ни одной, ни другой страны.

После пятого декабря у тех, кого непосредственно коснулось визовое нововведение, было паническое состояние. Никто точно не мог сказать, что делать российским гражданам, проживающим в Грузии, как быть смешанным семьям. Поначалу велись разговоры о двойном гражданстве, но они быстро смолкли — оказалось, что в Грузии у него слишком много противников. Они доказывали, что это противоречит конституции республики, но главные их опасения были не из-за русских — не потребуют ли в будущем автономии другие нацменьшинства.

Грузины, желавшие выехать в Россию, первыми столкнулись со всеми трудностями. Визы выдавались только российским консульством в Тбилиси, никакие контрольно-пропускные пункты на границе на это права не имели. Поэтому в столицу съехались люди из всех регионов. Все спешили оформить визу до Нового года, пока еще не требовалось приглашения из РФ.

До первого января пробиться в заветное здание консульства было невозможно: к огромным очередям жаждущих российского гражданства, прибавились очереди визовиков. Надо было ухитриться попасть в список очередников, а потом все время отмечаться, дабы из него не вычеркнули. Люди стояли даже ночью, разводя костры, о чем красноречиво говорили темные пятна с обгоревшими углями. Но не многие выдерживали эту пытку: по списку в день проходило всего около 30 человек. Частному лицу стоило героических усилий оформить визу по ее официальной цене.

Большинство шло другим путем, где все решали деньги: моментально возникли турфирмы-посредники, с которыми консульство заключило договоры на оформление виз. Переплатив в несколько раз, можно было получить визу без очереди. Когда консульство России заявляло в СМИ, что ежедневно выдает несколько сот виз, то было ясно, что они в основном оформлялись для фирм-посредниц, а не для тех, кто сутками стоял в очереди. Неразбериху и хаос, которые творились в первые недели после введения визового режима, невозможно представить ни у одного иностранного посольства в Грузии. На вопросы журналистов о данной ситуации сотрудники отвечали, что не несут ответственности за то, что происходит вне стен консульства.

После первого января 2001 года "железный занавес" между Россией и Грузией стал еще плотнее. Для получения визы помимо необходимых документов и денег требовалось еще приглашение физического или юридического лица, оформленное через МИД России, или ваучер турфирмы, подтверждающий прием иностранного туриста. В общем, поехать в Москву стало ничуть не легче, чем в Париж. Теперь, чтобы встретиться, например, коллегам двух стран, работающим в одной области и делающим совместные проекты, недостаточно приглашения Академии наук или соответствующего министерства и ведомства РФ. Требуется надзор и разрешение ее МИДа.

В январе российская интеллигенция еще не успела привыкнуть к нововведениям. Так, "Общество О. Мандельштама" при Российском государственном гуманитарном университете, не подозревая о строгостях нового режима, как обычно, выслало грузинскому исследователю русской литературы, доктору филологии М. Кшондзер приглашение на научную конференцию, посвященную юбилею поэта. На этой конференции в числе других мероприятий намечалась презентация ее новой книги о Мандельштаме. Не надо объяснять, что значит для грузинского русскоязычного автора презентация книги в Москве. Но консульство было непреклонно и в выдаче визы отказало, так как приглашение на научную конференцию не действительно. Но в то же самое время на законном основании выдавали и продолжают выдавать визы любому гражданину Грузии, не имеющему вообще никакого приглашения, если он оформляет туристическую визу через одну из многочисленных фирм-посредников и платит за краткосрочную 10-долларовую визу от 55 до 120 долларов — в зависимости от срока оформления. В течение суток, заплатив 120 долларов, можно получить визу без всяких хлопот. И это называется заслоном от террористов. Традиции российских чиновников, красочно описанные Гоголем и другими классиками, продолжают жить. Так что дорога в Россию открыта каждому, но за большие деньги.

Оформление виз, похоже, стало самым выгодным и доступным видом бизнеса в Тбилиси и для местных дельцов. Вывески и объявления об оформлении виз можно встретить в любой витрине, даже в окнах кафе, и не только в Тбилиси. Понятно, консульство за это отвечать не должно, но ведь, кроме него, никто не может оформить необходимые документы.

Что касается выходцев из России, то, исходя из бедственной экономической ситуации в Грузии и проблем, связанных с получением виз, все, у кого есть хоть какая-то зацепка в России и кто еще способен работать, пытаются уехать. Об этом можно судить по количеству ежедневно осаждающих российское консульство для сдачи документов на получение российского гражданства. И очереди эти все растут, несмотря на большие трудности с оформлением гражданства.

Борьба с терроризмом оборачивается простым выкачиванием денег, закамуфлированным вымогательством на государственном уровне. Рядовые граждане должны будут оплачивать и визы, и расширенный штат сотрудников консульства, и их услуги, и услуги фирм-посредников. При этом посольства обеих стран будут пополнять свой бюджет, а их подданные получат новые и весьма прибыльные рабочие места. Прагматики полагают, что визовый режим не отменят никогда, он слишком выгоден чиновникам, и они будут всячески стараться продлить сладкую жизнь.

Не отстает от российских коллег и грузинское консульство в Тбилиси, у которого за счет российских граждан значительно прибавилось клиентов. А если учесть, что новоиспеченные иностранцы — русские, впервые сталкивающиеся с таким учреждением, как МИД и не знающие своих прав и обязанностей, то проблем у них возникает достаточно. У кого-то не было загранпаспорта, многие, особенно пожилые, прожившие здесь немало лет, не знали, где и как надо легализоваться, и первого марта явились в родное Российское посольство. Там им сказали, что ничем помочь не могут, они должны выяснять отношения с грузинским консульством. Утренние часы приема были просрочены, а на следующий день люди уже считались нарушителями визового режима и должны были платить за визу на проживание в тройном размере. Те, у кого не было таких финансовых возможностей, остались нелегалами.

Жаль, что авторы визового режима не смогут на себе испытать все прелести этого нововведения. Им зеленый свет обеспечен всюду, в том числе и через границу.

На бытовом уровне визы воспринимаются как абсурд. Простые люди надеялись, что у политиков хватит здравого смысла, чтобы найти взаимоприемлемые варианты. Если этого не произошло, граждане двух республик могут расценивать визовый режим, не выгодный в первую очередь населению, как полную профессиональную беспомощность и некомпетентность дипломатов и политиков обеих стран. Москва никак не может избавиться от имперских замашек, а Тбилиси упорно демонстрирует свою независимость и прозападную ориентацию. Как правило, политики с обеих сторон, громче всех кричащие о национальных интересах, озабочены только собственным рейтингом, они зарабатывают очки и популярность толпы, меньше всего беспокоясь о самой толпе.

За любовь надо платить

С первого марта грузинская сторона ввела адекватные меры по отношению к гражданам России, пересекающим границы Грузии или постоянно находящимся на ее территории. На брифинге для журналистов 2 апреля 2001 года Эдуард Шеварднадзе подчеркнул, что "дважды беседовал с президентом России и честно говорил ему, что визовый режим коснется и русских, проживающих в Грузии". Таким образом, Москва знала, что все строгости, введенные ею по отношению к грузинским гражданам в РФ, ожидают и граждан России, живущих на территории Грузии. И в Москве наверняка догадывались, что среди этих граждан нет преуспевающих бизнесменов — все, кто мог, уехали еще в начале 90-х. Этнических русских, осевших здесь навсегда, осталось совсем немного (точных цифр нет). В основном, это люди старшего поколения, и они вместе с грузинами делят все невзгоды экономического и энергетического кризиса. В советское время в республику по распределению попадали выпускники российских вузов, специалисты на грузинские предприятия, особенно на военные. Экономика и производство были связаны теснейшим образом, ведь была одна страна — Советский Союз, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Сейчас политики сделали вид, что ничего этого не было, и о старшем поколении своих сограждан Москва постаралась забыть.

Нынешний визовый режим таков, что не принимаются во внимание ни близкие родственные, ни даже супружеские связи. После первого марта оказалось, что в русско-грузинских семьях супругам для совместного проживания, как и всем прочим, необходимо иметь визы или вид на жительство. Женились в одной стране, а через 30 лет оказались по разные стороны "занавеса". Бесплатных виз для российских граждан-супругов в Грузии после первого марта не существует. Граждане других иностранных государств могут жить в Грузии по бесплатной супружеской визе, а граждане России не могут. Смешанным семьям надо платить за совместное проживание и на родине одного, и на родине другого. Но финансовое положение многих семей не позволяет таких затрат. Политики, вводившие визовый режим, вероятно, полагают, что, если финансово невозможно легализовать свое пребывание у супруга, надо учиться жить порознь. Еще они могут поставить семьи перед другой дилеммой: хотите — выбирайте супруга, хотите — родину. Иметь все — и супруга, и родину, да еще вместе жить — для неимущих оказалось невозможным.

Юристы уверяют, что правовой аспект легализации российских граждан обеспечен. Можно оформить постоянный вид на жительство или принять гражданство. Основания для этого имеет супруг гражданина Грузии, его несовершеннолетние дети и граждане, у которых отец — грузин. Заметьте, не отец или мать, а только отец. По-видимому, демократия в Грузии на женщин пока не распространяется. Есть и другие категории граждан, имеющих право на постоянное проживание. Для получения вида на жительство требуется представить переведенные на грузинский язык документы и справки, заверенные нотариусом, и ждать решения. Не говоря о сложности нотариальных процедур, это еще и дорого: перевод одного листа из паспорта или одной справки стоит 10 долларов плюс оплата за нотариальные услуги. Так что оформление постоянного вида на жительство в Грузии обойдется в общей сложности не менее 100 долларов, а принять гражданство намного сложнее и дороже, так как требуется большее количество нотариально заверенных документов. Причем, документы оформляются в первом случае в течение года, а во втором — в течение трех лет. На время этого проживания тоже необходимо получать долгосрочные визы.

В министерстве юстиции поговаривают, что Россия сознательно создает такие сложные условия для регистрации российских граждан на постоянной основе. И российские граждане опасаются, что следующим шагом Москвы может стать аннулирование права на их жительство в России и невозможность вернуться на родину тем, кто имеет постоянный вид на жительство в Грузии. После того, как был введен визовый режим, русские уже ничего хорошего от родины не ожидают и ничему не удивятся — таков имидж сегодняшней России.

Вводя столь жесткий визовый режим и предвидя его последствия, Москва позаботилась о бесплатном пребывании в Грузии своих военнослужащих и членов их семей. Однако не предусмотрены никакие льготы инвалидам, старикам и пенсионерам, еще недавно работавшим на общую страну. Теперь поехать к детям и родственникам в Россию — для них непосильная задача, и в финансовом, и в организационном плане. Визовый режим обрывает для этих людей последние нити, связывающие их с родственниками и дающие возможность выжить — переждать грузинскую зиму без света и тепла или бесплатно подлечиться. Россия не предпринимает ничего для облегчения их положения. А в самой Грузии не существует никакой общественной организации, способной в новой ситуации поддержать их в правовом аспекте.

Министерство юстиции и консульский отдел Грузии постоянно сталкиваются с контингентом российских граждан, оказавшихся в республике на нелегальном положении. Похоже, в таком положении они останутся навсегда. Просроченное пребывание необходимо оплачивать в тройном размере. Так, если человек в течение года (начиная с 1 марта 2001 г.) не легализовался, он должен будет заплатить сначала 180 долларов (годовая виза — 60 долларов, ее надо умножить на три) и лишь потом хлопотать о поездке на родину. Заплатить такую сумму пенсионер не сможет, так что поездка ему не светит никогда. Уже сейчас возникает вопрос, а если тот, кто не смог легализоваться, вдруг умрет? Как тогда будут регистрировать его кончину, как смерть бомжа? Или вообще не регистрировать? Не было документа — не было и человека?

При этом постоянно звучат заявления России о том, что она проявляет заботу о положении своих соотечественников за рубежом. Из интервью И. Иванова: "Внешняя политика все больше поворачивается лицом к реальной жизни страны. Поэтому в ней растет удельный вес таких задач, как защита интересов российских граждан и наших соотечественников за рубежом…"

Эту "защиту" российские граждане в Грузии ощутили на себе в полной мере.

Из Тбилиси докричаться до Москвы невозможно. Российское посольство безмолвствует, трудно сказать, знают ли там о положении своих соотечественников, хотя информацию им передали. Сейчас у русских появилась надежда на Э. Шеварднадзе. Президент дал указание создать правительственно-общественную комиссию во главе с госминистром Г. Арсенишвили для уточнения положения российских граждан, проживающих на территории республики. Так как сама страна из-за своего трудного экономического положения не в состоянии реально помочь, то президент намерен передать документы комиссии в международные организации: "Если гуманитарные организации помогают чеченским беженцам на территории Грузии, то они не откажутся помочь и людям русской национальности, которые оказались беззащитными".

Перспективы "железного занавеса"

Победителей в "визовой схватке" нет, есть только проигравшие. Ими, как всегда, оказываются простые люди, граждане обеих стран, связанные родственными узами и еще недавно жившие в одном государстве. Они и не представляли, что будут разделены "железным занавесом". Говорят, не случайно идея нового "занавеса" была озвучена в дни 10-летия падения Берлинской стены. Ее тень, кажется, вечно будет висеть над Россией. Еще одно совпадение: при "московском" Шеварднадзе она была разрушена, а при "тбилисском" — возведена другая.

Сколько ни ищи позитивных результатов визового режима, их не найдешь. Потому что их нет. Не только для Грузии, но и для России. Причем, вовсе не в плане стратегических последствий, о которых так пекутся российские военные. Россия теряет большее — имидж великой державы, ведь она собственноручно отсекает свое двухвековое духовное и языковое присутствие в Грузии. Это приведет к тому, что новое поколение политиков будет вести российско-грузинские переговоры на английском языке. Русский язык становится ненужным в Грузии, школьники его уже практически не знают. Визовый режим заставит забыть русский и тех, кто его знал. "Умом Россию не понять" — похоже, эта фраза на все времена. Для чего стране нужно выдавливать себя, а теперь и своих граждан из Грузии? Все страны, все посольства проявляют изобретательность, чтобы упрочить свое влияние, привлечь внимание к своему языку, культуре. Франция по специальному радиоканалу вещает на Грузию 24 часа в сутки, открывает в Тбилиси Центр Дюма, где можно найти литературу на французском языке. Офис Британского Совета предоставит любую информацию на английском языке. Институт Гете (Германия) стабильно проводит курсы немецкого языка, организует множество культурных и образовательных программ, в Германию едут учиться (бесплатное образование) грузинские студенты и аспиранты. США, Великобритания проводят конкурсы на участие в образовательных программах — как школьных, так и вузовских. И только Россия напоказ выставляет шипы и колючки, тихо и незаметно проводя свои гуманитарные акции.

Визы быстро научат новое поколение жить порознь. Если к этой цели стремятся политики обеих стран, то она очень близка.


1 Сборник материалов для описания Тифлисской губернии. Тифлис, 1870.

2 Там же.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL