ФРАГМЕНТАРНОСТЬ И ОТСУТСТВИЕ КОНЦЕПЦИИ РЕФОРМ КАК НЕГАТИВНЫЙ ФАКТОР РАЗВИТИЯ АРМЕНИИ

Эдуард АГАДЖАНОВ


Эдуард Агаджанов, кандидат экономических наук, председатель Фонда независимых экономических и социальных исследований, в 1995—1998 годах министр правительства Армении (Ереван)


Нынешнее положение большинства стран СНГ, в том числе и Армении, объясняется не скудностью их природных, людских и других ресурсов, а бедностью, убогостью политической и экономической мысли, отсутствием соответствующих целостных концепций развития общества.

* * *

Действительно, если бросить взгляд в наше недавнее прошлое, то можно отметить, что в багаже пришедшего к власти в 1990 году Армянского общенационального движения (АОД) была лишь программа (модель) хозрасчета республики, разработанная по прибалтийскому варианту. В то время она являлась апофеозом политической и экономической мысли в бывшем СССР, но была явно недостаточной для полномасштабного перехода к рыночной экономике. Необходимо было создать экономическую концепцию, программу взаимосвязанных комплексных реформ всей экономики, которая предусматривала бы структурные преобразования реального сектора, изменения отношений собственности, социальной сферы, финансово-кредитной системы и так далее. Но этого не было, да и не могло быть. Ибо не было ни опыта, ни знаний для перехода от тоталитарной экономики к рыночной. Имелись лишь опыт и знания обратного перехода (Россия, страны Восточной Европы). Поэтому в Армении, как и в других государствах СНГ, в самом начале этого этапа предпринимались лишь попытки с помощью отдельных законодательных актов ввести элементы рынка в национальную экономику. Среди этих документов: закон "О собственности в РА" — октябрь 1990 года, Постановление Совета министров об акционерных обществах (АО) и обществах с ограниченной ответственностью (ООО) — март 1991 года и т.д. То есть в самом начале экономические преобразования в республике, как и в других странах СНГ, не были целостными, а носили ярко выраженный фрагментарный характер.

Нынешнее наше, и не только наше, экономическое состояние отчасти можно объяснить как быстротой и где-то неожиданностью политических и экономических изменений, происшедших на территории бывшего Союза и в мире в целом, так и неподготовленностью многих стран, и Армении в том числе, к таким кардинальным реформам.

Если в восточноевропейских странах существовали все необходимые структуры и атрибуты суверенного государства, то республики СССР должны были их в спешном порядке создавать. Но самый главный недостаток — в этих республиках полностью отсутствовали целостные политические, социально-экономические концепции формирования демократических институтов власти и рыночного хозяйства.

Если же сюда добавить, что все республики Советского Союза отличались от цивилизованного мира абсурдной структурой экономики, то станет ясно, почему многие из них и по сей день находятся в тяжелейшем состоянии.

О фрагментарности и оазисах в экономике

Вышеизложенные положения предопределяли, чтобы переход от тоталитарной к рыночной экономике осуществлялся на основе соответствующих политических и целостных экономических концепций (программ). Однако их (по объективным и субъективным причинам) не было, результатом чего и стало несколько необычное состояние экономической системы новых независимых государств.

Например, в Армении создана приличная банковская система, соответствующая многим современным требованиям. И она прекрасно развивается, являясь своего рода оазисом в экономической структуре страны. Но развивается сама по себе, вне связи со всей системой, с ее реальным сектором. Кроме того, параметры, которыми она руководствуется, вообще не имеют отношения к макроэкономическим показателям национальной экономики. Иначе чем объяснить, что процентная ставка Центрального банка республики в 1996, 1997 и 1998 годах неизменно превышала 50%, тогда как в 1996 году инфляция составила 5,7%, в 1997 — 21,9%, а в 1998 году вообще была дефляция (–1,3%). Средняя же доходность государственных казначейских облигаций (ГКО) превысила 60%.

В последние два года предпринимались попытки ввести какую-то логику в эти процессы, но работа не доведена до конца. Судите сами: в 1999 и в 2000 годах инфляция составила соответственно 2,0 и 0,4%, однако процентная ставка не опускалась ниже 30%, а доходность ГКО — 25%.

Сейчас сверхзадача страны — развитие энергетики. Идея прекрасная, но есть опасность, что здесь повторится то же самое и развитие энергетики превратится в самоцель, она также будет развиваться сама по себе, вне связи с экономической системой государства. Причин для такого беспокойства более чем достаточно.

Например, в Армении решили обязательно приватизировать в 2001 году все распределительные электрические сети, предварительно разделив их на четыре части (Северная, Южная, Центральная и г. Ереван). И все это преподносится обществу как реформа и либерализация энергетики. Хотя здесь ни реформой, ни либерализацией даже не пахнет. Ибо при армянской модели приватизации распределительных сетей в каждой из четырех вышеназванных частей страны будет лишь одна приватизированная организация, обладающая монополией на оказание услуг по снабжению электроэнергией. Например, многотысячное население, все предприятия, сфера торговли г. Еревана — как потребители — будут лишены возможности выбора продавца электроэнергии. Иначе говоря, не будет ни ее рынка, ни конкуренции, ни продавцов. Целые регионы вместо либерализации электроэнергетики получат монополизацию в лице одной-единственной приватизированной фирмы.

Реформирование и либерализацию электроэнергетики нельзя сводить к одной проблеме: продавать или не продавать распределительные сети. Нельзя забывать, что приватизация — необходимое, но не достаточное условие либерализации. Поэтому ее нельзя рассматривать отдельно, вне контекста реформирования всей энергетики.

Так, либерализацию энергетики в Европе проводят на основе директивы ЕС, принятой в 1996 году и вступившей в силу 17 февраля 1999 года. Осуществляется она не формально, как у нас, а вполне реально. Уже с 2001 года 65% европейского энергетического рынка открыто для свободной конкуренции. Вышеупомянутой директивой также было предусмотрено принять решение, согласно которому до 10 августа 2001 года все страны Европейского союза должны были включить в свободную конкуренцию минимум пятую часть своего рынка газа. Но уже к 2000 году для конкуренции было открыто 78% этого рынка. Как видим, в Европе, в отличие от Армении, речь идет не столько о приватизации энергетики, сколько о либерализации рынка и свободе конкуренции.

Реформу электроэнергетики намерено провести и правительство России. Оно начало ее с широкомасштабных подготовительных работ по формированию реального федерального оптового рынка электроэнергии (ФОРЭМ), который должен включать в себя сектор нерегулируемой торговли энергией, сектор прямых договоров между ее потребителями и производителями, а также биржевой сектор. То есть включать все то, что будет способствовать формированию реальной конкуренции на этом рынке. Кстати, российская модель предполагает приватизацию предприятий-производителей электроэнергии и сбытовых структур, но не распределительных сетей. В России справедливо полагают, что распределительные сети — своеобразная кровеносная система электроэнергетики. И тот, кто владеет ими, может диктовать свои условия всей системе, поскольку распределительные сети имеют важное стратегическое и политическое значение.

* * *

Отсутствие целостных концепций построения современного общества привело к тому, что в экономической системе Армении наблюдаются довольно интересные явления. Например, в отличие от развитых стран в нашей республике сформировалась экономика не юридических, а физических лиц. Образовались акционерные общества без акционеров, где около 100% акций принадлежит либо одному человеку, либо одной семье.

Капитализация же такого цивилизованного явления, как фондовый рынок, происходит только за счет повышения курса (стоимости) акций, а не за счет увеличения числа акционеров. А ведь рост количества владельцев акций — один из основных способов формирования среднего класса, гарантия стабильности государства и необратимости общественных процессов.

Бизнесмены Армении и других стран СНГ не хотят понять, что можно быть хозяином, владея меньшим процентом акций, при тысячах, десятках тысяч акционеров, имеющих небольшое их количество, то есть при таком же числе реальных инвесторов. А они способны надежно защитить от произвола властей не только интересы акционерного общества, но и держателя его контрольного пакета.

О парадоксе бюджета и экономики

Если же говорить об экономической картине в целом, то наиболее полное и верное представление о ней может дать анализ структуры бюджета республики на 2001 год. На долю косвенных налогов приходится 71% общих налоговых поступлений, то есть 117,0 млрд. драм (денежная единица страны) из 164,9 млрд. драм. (В 2001 г. один доллар = 550 драм.) Причем на долю НДС — 82,5 млрд. драм, или 50%; а на акцизы — 34,5 млрд. драм, или 21% от общей суммы налоговых поступлений. Что касается прямых налогов, то они составляют всего лишь 31,8 млрд. драм, или 19,2%. Из этой суммы налог на прибыль — 20,8 млрд. драм, или 12,6%, подоходный налог — 11,0 млрд. драм, или 6,6% от общей суммы всех налогов.

Как видим, структура налоговых поступлений бюджета 2001 года представляет собой далеко не привлекательную картину. И дело не только в том, что на косвенные налоги приходится львиная доля налоговых поступлений — 71%, но и в том, что вся сумма прямых налогов в бюджете — 31,8 млрд. драм меньше, чем доходы от акцизов — 34,5 млрд. драм. Такую экзотическую структуру не имеет, наверное, ни одна страна в мире.

Интересно также отметить, что по сравнению с бюджетом пятилетней давности (1996 г.) не только резко снизилась доля прямых налогов и увеличилась доля косвенных, но и уменьшилась абсолютная величина (размер) прямых налогов. Так, в 1996 году фактически собранный подоходный налог составил 8,8 млрд. драм, или 21,25 млн. долл. (курс 1996 г. 1 долл. = 414 драм), а налог на прибыль — 16,6 млрд. драм, или 40,0 млн. долл., то есть прямых налогов было собрано 61,25 млн. долл. А в 2001 году запланировано собрать подоходный налог в размере 11,0 млрд. драм, или 20,00 млн. долл., налог на прибыль 20,8 млрд. драм, или 37,8 млн. долл., то есть в сумме 57,8 млн. долл., что составляет 94% от уровня 1996 года. Если же учесть, что собираемость прямых налогов в лучшем случае может составить 90% от запланированной суммы, то можно с уверенностью сказать, что в 2001 году их соберут в пределах 52 млн. долл., или 84% от уровня 1996 года. Это значит, что фактически доля косвенных налогов в бюджете 2001 года составит не 71%, а почти 83%.

Как объяснить этот парадокс? Во всяком случае, не снижением налоговой ставки на прибыль (она уменьшена с 30 до 20%) по той простой причине, что с 1 января 1996-го по 1 января 2001 года, несмотря на такое снижение, количество хозяйствующих субъектов в республике, по данным официальной статистики, увеличилось в 2,4 раза: с 40 084 до 96 602. Иначе говоря, если предположить, что все зарегистрированные хозяйствующие субъекты в 2001 году по сравнению с 1996 годом не будут иметь даже малейшего роста абсолютной величины прибыли и доходов, то и тогда общая сумма собираемого налога на прибыль должна как минимум превышать уровень 1996 года, но никак не быть меньше.

Эти цифры дают нам зеркальное отражение экономики страны и свидетельствуют о том, что в ней стали преобладать посредническая, торговая деятельность и развиваться в основном производство подакцизных товаров (алкоголь, табачные изделия). Что же касается других сфер, в частности машиностроительного комплекса, который в недавнем прошлом являлся воплощением научно-технического прогресса и визитной карточкой Армении, то, судя по данным официальной статистики, нам о таком прогрессе придется скоро забыть.

Когда нет политической воли, целостных современных политических и экономических концепций

Представленная нами несколько абсурдная картина состояния экономики страны обусловлена также и тем, что в республике отсутствуют современные политические, социально-экономические концепции (программы) ее развития. Проблема не в сложности создания таких концепций, а в отсутствии политической воли. Трудно было тогда, в 1990 году, в самом начале пути. Ни мы, ни весь мир не имели ни опыта, ни знаний, необходимых для перехода от социализма к рыночной экономике.

Единственный опыт, который имелся в 1990 году, — год польских реформ (программа Мазовецкого — Бальцеровича) и девятимесячный период преобразований в Чехословакии (программа В. Клауса), то есть можно сказать, что опыта как такового у нас не было. И если Польше в реформировании экономики помогал весь цвет Гарвардского университета во главе с профессором Джефри Саксом, а Чехословакии — другие видные зарубежные экономисты, то мы были одни.

Сейчас ситуация совершенно иная. В мире накоплен более чем десятилетний опыт (удачный и неудачный) целого ряда стран, осуществляющих одновременно с нами переход от тоталитарной к рыночной экономике. Естественно, что теперь разработка нескольких вариантов конкретных целостных программ перспективного развития экономики Армении не представляет особо тяжкой проблемы. Небольшая группа интеллектуалов-профессионалов сделает эту работу за несколько месяцев интенсивного труда. Дело за малым — за соответствующей политической волей. Но ее не проявляют ни власти, ни оппозиция, а значит, по-прежнему мы будем развиваться методом "тыка" и по принципу "авось".

Наличие соответствующей политической воли, например в России, привело к тому, что на суд общественности предъявили пять конкретных программ экономического развития страны: программа СПС (Союз правых сил); программа Ю. Маслюкова (подготовлена экспертами Комитета по промышленности, строительству и архитектуре Госдумы); программа Л. Абалкина (разработана Министерством науки совместно с Российской академией наук); программа Г. Грефа (подготовлена Центром стратегических разработок); программа советника президента по экономическим вопросам А. Илларионова. В последнее время к ним прибавилась и программа, разработанная под руководством губернатора Хабаровского края В. Ишаева. Причем спектр этих программ очень широк: он включает в себя как центристские, так и радикально правые и левые программы. Как известно, президент страны В. Путин остановил свой выбор на правоцентристской программе Г. Грефа. Мы считаем, что нынешние экономические успехи России обусловлены не только высокими ценами на энергоресурсы, но и наличием эффективной экономической программы развития государства.

* * *

Для решения вышеперечисленных задач политическую волю должны проявить политические партии и политические лидеры. Конкретные формы реализации этой воли — политические и экономические программы. Отсутствие таковых и свидетельствует об отсутствии соответствующей политической воли. Почему же в Армении сложилась такая картина? Как ни парадоксально, но, по, большому счету, в республике нет состоявшихся политических партий. Конечно, в организационном плане они существуют, а вот в идеологическом…

Состоявшейся принято считать партию, идеологические, политические, экономические принципы и разработки которой были представлены на суд общественности, прошли через широкий общественный диалог, обсуждены политологами, экономистами, философами и т.д. К сожалению, широкая общественность республики до сих пор не имела возможности стать свидетелем и участником подобных явлений. Более того, почти во всех существующих в стране партиях, независимо от того, когда они возникли и сформировались (100 дней или лет назад), не было, что называется, идеологических или политических внутрипартийных дискуссий по важнейшим проблемам современного общества. А говорить о межпартийных дебатах вообще нет смысла. Споры, противоречия и дискуссии между партиями лишены какого-либо идеологического или политического содержания, но зато изобилуют экзотическим набором ругательств и оскорблений.

Возникает законный вопрос: почему политические партии Армении не заинтересованы в предоставлении на суд общественности своих идеологических, политических принципов и разработок? Ведь именно пропаганда программных принципов — основной способ агитационной работы, благодаря которой партии, участвуя в выборах, завоевывают голоса избирателей и добиваются реального политического успеха (места в парламенте, представительство в правительстве и т.д.). Проблема в том, что в Армении, как и в некоторых других странах СНГ, сложилась политическая система, при которой для достижения успеха политическим партиям необходимо быть как можно ближе к властям, а в некоторых случаях к силовым структурам и их руководителям. Что же касается формирования, развития и совершенствования современных идеологических, политических и экономических принципов, то для большинства партий они дело третьестепенной важности.

Сложившаяся политическая ситуация привела к тому, что и экономические успехи бизнесменов стали зависеть не от их умения вести дела, а от близости к властям. Чем ближе бизнесмен к властям, тем он более "удачлив", чем дальше от них — тем менее "удачлив". Самое страшное наказание при такой системе — отдаление от власти, ибо в этом случае бизнесмены могут лишиться не только "удачи", богатства, а партии — политического успеха, но даже свободы и возможностей вести нормальную экономическую и политическую деятельность. Поэтому многие партии и бизнесмены, чтобы застраховать себя от подобных "несчастных случаев", своей основной целью считают обеспечение и сохранение наибольшей близости к властям.

О культуре политической, об экономической мысли и системе ценностей

Как показывает мировая практика, политическое и экономическое состояние любой страны определяется не только природными, людскими и другими ресурсами, но и развитием ее политической и экономической мысли, состоянием культуры. Не может стать богатым, а к тому же иметь развитую политическую и экономическую систему государство, в котором нет соответствующего уровня развития политической и экономической мысли. Поэтому мы считаем, что одной из самых больших ошибок было то, что при формировании республиками СНГ демократических институтов власти и рыночного хозяйства, развитые страны оказывали им в основном материальную помощь, забывая, что современную политическую и экономическую систему можно построить только при должном уровне развития политической и экономической мысли. Ведь в странах СНГ не были сформированы даже основы современной социал-демократии и либерал-демократии.

Единственным регионом социализма, где сохранялись остатки социал-демократии, была Восточная Европа. Это видно даже в названиях партий восточно-европейских государств, например Социалистическая единая партия Германии (СЕПГ), Венгерская социалистическая рабочая партия (ВСРП) и т.д. И удивительно то, что именно странам, в которых еще не были окончательно похоронены идеология частной собственности и рыночного хозяйства, где все еще жили носители и сторонники этих идей, оказывали намного больше теоретического, идеологического содействия, чем республикам бывшего Союза, которым такое содействие было нужнее.

Без тесного сотрудничества с партиями развитых государств политические партии республик СНГ не смогут сформировать современные политические, идеологические, экономические принципы и разработать соответствующие программы, позволяющие вывести эти республики из тяжелейшей кризисной ситуации и интегрировать их в мировую экономическую систему. Необходимо также интегрировать эти партии в современную мировую систему политической мысли, без чего невозможна их интеграция в цивилизованную (европейскую) систему ценностей. По нашему мнению, главная опасность для мира — не разрыв в экономическом развитии между странами, а разрыв в системе ценностей. Именно такой разрыв может привести ко многим негативным последствиям: возникновению и господству в этих странах крайних политических, националистических и религиозных теорий, концепций, то есть к расширению списка стран-изгоев. Иначе говоря, число таких стран может увеличиться за счет республик, прежде составлявших Советский Союз.

Возникает вопрос: нужно ли европейскому сообществу иметь рядом с собой страны с подобной перспективой? Ведь такое будущее весьма реально: в результате исчезновения коммунистической идеологии образовался идеологический вакуум, который вполне могут заполнить идеологии крайнего характера, включая необольшевистскую, национал-социалистическую, фундаменталистскую и т.д. В свое время большевистская, коммунистическая идея начала интенсивно развиваться после того, как ее апологеты разорвали связь с европейской социал-демократической мыслью, о чем нельзя забывать, потому что этот разрыв привел к формированию тоталитарного режима, который стал угрозой всему цивилизованному миру.

Республикам СНГ, другим развивающимся странам нужна не столько материальная помощь, сколько содействие в создании партий, имеющих современные идеологические, политические и экономические концепции, без которых невозможно построить цивилизованное общество. Без такой помощи в этих странах невозможно переломить вышеописанную политическую ситуацию, грозящую перейти в печальную традицию.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL