УЗБЕКСКАЯ МОДЕЛЬ СМИ: АНАЛИЗ, МНЕНИЯ, ПРОБЛЕМЫ

Алишер ДЖУРАЕВ


Алишер Джураев, независимый журналист (Ташкент, Узбекистан)


Три модели — три различных пути

Несмотря на то что к началу 90-х годов пресса республик Центральной Азии "стартовала" в своем развитии практически одинаково — от увядающего социализма и обретения новыми государствами независимости — со временем пути региональных СМИ разошлись. И в наши дни, как отмечает директор проекта СИМЕРА (Швейцария) Викен Четерян, здесь сформировалось три модели масс-медиа1, которые полностью отражают происходящие социально-политические процессы в этих странах.

Первая модель, которую можно назвать "авторитарно-демократической", характеризует состояние средств массовой информации Казахстана и Кыргызстана. Несмотря на то что в этих государствах торжествует азиатский способ производства и деспотическое управление, у них все-таки видны признаки свободы прессы: она играет роль "четвертой власти", с нею вынуждены считаться даже самые ярые противники свобод и демократических реформ. "В этих странах наиболее ярко и эффективно проявилась демократия в политических и экономических сферах, появились частные, альтернативные государству средства массовой информации", — отметил г-н Четерян. — Такое положение значительно способствовало укреплению институтов власти и реформе. Однако с середины 90-х годов стали наблюдаться тенденции подавления независимых суждений и преследование как журналистов, так и отдельных изданий, пресса ощутила давление со стороны коррумпированных чиновников. Цензура проявляется и со стороны некоторых личностей, не желающих, чтобы СМИ освещали те или иные негативные стороны жизни, за которые они несут ответственность".

Вторая модель, именуемая "постконфликтная", больше всего отражает состояние масс-медиа Таджикистана после завершения гражданской войны. Здесь пресса вполне осознанно, а не под давлением органов власти ограничивает те или иные высказывания и мнения, опасаясь, что СМИ сыграют роль детонатора нового конфликта. Журналисты, естественно, стремятся освещать важнейшие проблемы жизни, но при этом стараются соблюдать баланс интересов всех слоев и социальных групп общества, не создавать трений между ними и тем более не вызывать "огонь на издание". Правительственной цензуры не существует, но ярко проявляется самоцензура, то есть самоограничение свободы слова во имя социального спокойствия. И эта тенденция сохранится до тех пор, пока республика экономически не встанет "на ноги" и не проведет политическую реформу.

Третья модель — "тотальный контроль" существует в Туркменистане и Узбекистане. Причем в первой из этих двух стран вообще нет самостоятельных и независимых СМИ, так как их учредителем выступает глава государства и все они находятся на государственном содержании. В Узбекистане же вроде бы есть независимые СМИ, чаще всего подразумевается, что к ним относятся негосударственные издания или телерадиостанции. Но утверждать, что они независимы, — значит недопонимать текущую ситуацию. Всю прессу контролирует правительство, эффективно действует предварительная цензура, нет рынка полиграфических услуг, так как эта сфера считается идеологической, а посему — весьма важным орудием пропаганды существующего режима. В этом смысле СМИ обоих государств близки, хотя некоторые могут сказать, что условия работы журналистов в Узбекистане все же мягче. "Эта модель не будет устойчивой или долгосрочной, — уточняет эксперт Четерян. — В настоящее время в Узбекистане и Туркменистане население не получает в необходимом объеме объективную информацию о происходящих в регионе событиях, и это не идет в положительный баланс республикам".

Оценивать эти модели можно, исходя из результатов социологического опроса, проведенного среди журналистов и независимых экспертов по СМИ. Оценка варьировалась от "0" (отсутствие свободы в освещении вопроса о политических правах человека) до "5" (полная свобода), выставлялась среднеарифметическая оценка (см. таблицу).

Таблица

Степень свободы СМИ в Центральноазиатских государствах, мнение экспертов2

  Узбекистан Таджикистан Казахстан

Свобода слова и выражения мнения, отличающегося от государственного

2,1 3,3 4,0

Защита демократических ценностей и идеалов общества

1,9 2,3 3,1

Осуществление контроля над исполнением государством и чиновниками своих обязанностей, принятых законов

0,6 1,2 3,5

Защита прав человека

1,8 2,4 3,6

Как видно из этой таблицы, наиболее высокая степень свободы СМИ и их участия в социально-политической жизни страны отмечена в Казахстане, наиболее сложное положение — в Узбекистане. "Хотя в Узбекистане практическая ситуация с масс-медиа далека от демократических норм, — отмечает один из экспертов в области журналистики Алишер Таксанов, — однако следует сказать, что в соседнем Туркменистане положение СМИ еще сложнее". Действительно, в Туркменистане учредителем всех печатных и электронных СМИ является глава государства Сапармурад Ниязов. Все издания финансирует государство, и, естественно, пресса выражает позицию правящего режима. И не только в связи с тем, что "кто платит, тот и заказывает музыку", но и потому, что государство — монопольный владелец всех СМИ и всей информации. "Никакой речи о плюрализме быть не может в авторитарных государствах, — добавляет Таксанов. — Режим просто не может воспринимать иное мировоззрение, которое не попадает под выработанные властью установки. Но самое поразительное — давление на СМИ осуществляется как бы в демократической системе, ведь прямого, то есть открытого насилия не производится. Все решается тайно, порой одним телефонным звонком. Можно расторгнуть договор с типографией, задержать поставку бумаги, поднять цены на транспортировку, распространение издания, натравить налоговую службу — и все это в рамках закона".

Современное состояние масс-медиа в Узбекистане

Сколько же сейчас СМИ в республике? В начале 1999 года президент страны Ислам Каримов назвал их число: 490 газет и 138 журналов3. Согласно данным Национального пресс-центра республики, на 10 января 2001 года в Узбекистане было зарегистрировано 507 газет, 157 журналов, четыре информационных агентства и 51 электронное СМИ (телевидение и радио), итого — 719 средств массовой информации. Чиновник из Госкомпечати привел для сравнения такие цифры: в 1990 году, накануне принятия декларации о независимости Узбекистана, в республике выходило около 300 газет и 60 журналов, работало одно информационное агентство (УзТАГ). То есть практически за годы независимости общее число газет увеличилось примерно на 60%, журналов — более чем вдвое. Однако, согласно официальной статистике 1990 года, эти данные явно занижены.

Из 507 газет, издающихся в стране, 77 — республиканского значения, 162 — областного, 47 — городского, 176 — районного и 45 — многотиражные. По формам собственности: 394 — государственные, 63 — общественные и 50 — иные (в частности, коммерческие и религиозные), при этом 133 — ведомственные. Что же касается журналов, то 99 из них имеют статус государственных, 34 — общественных и 27 — иных изданий. Отметим, что в 1990 году республиканскими газетами считались 17 (их общий разовый тираж — 3,9 млн. экз.), областными — 20 (778 тыс. экз.), городскими и районными — 177 (1,7 млн.), низовыми и колхозными — 90 (258 тыс.), Каракалпакской автономной республики — 4 (151 тыс.)4.

Печатная продукция интернациональна, так как есть издания не только на государственном — узбекском языке, но и на русском, английском, казахском, таджикском, каракалпакском, еврейском, корейском. Учитывая, что более 80% населения составляют узбеки, то вполне очевидно: подавляющая масса СМИ выходит на государственном языке, что, кстати, регулируется республиканским законом "О государственном языке". Эксперты уточняют, что в большей степени это касается средств массовой информации на местах, то есть в областях и районах, где проживает большинство жителей республики и население более мононационально. Периодические же печатные издания, рассчитанные на общереспубликанскую аудиторию, в целом разноязычны.

Как отмечают эксперты, самая значительная по количеству изданий группа —общественно-политические газеты, рассчитанные на массового читателя, информирующие население по всем направлениям жизни республики, области, города, района ("Халк сузи", "Народное слово", "Тошкент хакикати", "Ташкентская правда"), газеты областных, городских, районных исполнительных органов власти (хокимиятов) и другие.

Вторую группу составляют издания партий и общественных организаций, имеющие официальный статус (газеты "Узбекистон овози", "Голос Узбекистана", "Миллий тикланиш", "Адолат" и др.).

В третью группу вошли так называемые издания общекультурного профиля, например литературно-художественные, культурологические, образовательные. Они освещают вопросы гуманитарной, духовной жизни общества (это, скажем, газеты "Узбекистон адабиёти ва санъати", "Учитель Узбекистана", "Оила ва жамият" и многие другие).

Необходимо упомянуть и религиозные издания: мусульманские — газету "Ислом нури" и журнал "Хидоят", а также газету православных христиан "Слово жизни". Более того, значителен по объему ряд периодических изданий, освещающих проблемы развития науки, в том числе и фундаментальных исследований, техники, а также отраслевых, публикующих материалы по определенным направлениям народного хозяйства. В последнее время растет число газет и журналов, ориентированных на содействие развитию предпринимательства, на укрепление межгосударственных экономических связей, на укрепление взаимовыгодного торгово-экономического сотрудничества между суверенными государствами. Среди них: газеты "Хамкор", "Business partner", "Деловой партнер Узбекистана", "Мулкдор" и другие, а также журналы "Бозор, пул ва кредит", "Рынок, деньги и кредит", "Обзор финансового рынка" и т.д.

В республике работают информационные агентства: национальное Узбекистана (УзА), "Жахон" — при Министерстве иностранных дел, негосударственное — "Туркистон-пресс", агентство Каракалпакстана, Информационный центр аппарата президента республики. Кроме того, информационные центры созданы при других министерствах и ведомствах, а также на предприятиях. Выходят и периодические печатные СМИ, созданные совместно с иностранными предприятиями. Например, журнал "Фильм'S" — издание совместного узбекско-индийского предприятия "Самандар", бюллетень "Бритиш американ тобако Узбекистон янгиликлари" выпускает узбекско-британская фирма, "Растр" — издание одноименного совместного издательско-полиграфического узбекско-британского предприятия.

Что же касается электронных СМИ, то на начало 2001 года в республике было 30 телестудий и телекомпаний, 15 телерадиокомпаний и шесть радиостанций. По форме собственности: 25 из них — государственные и 26 — коммерческие (из которых 14 — частные, где учредителями через соответствующие фирмы или непосредственно являются физические лица — граждане республики). Кроме того, зарегистрированы и имеют лицензии две телерадиоорганизации, в которых учредители — совместные предприятия (скажем, у телестудии "Камалак-ТВ" таким учредителем стало узбекско-американское совместное предприятие "Камалак", у радиостанции "Сезам" — узбекско-американское СП "Рубикон радио Системс").

Естественно, развитию СМИ способствовала законодательная база, созданная за годы независимости. Это, в частности, закон "О средствах массовой информации" (принят в июне 1991 года) и его новый вариант (с учетом внесенных поправок), действующий с декабря 1997-го, постановление Кабинета министров "О порядке регистрации средств массовой информации в Республике Узбекистан" (№ 160, 15 апреля 1998 г.). Необходимо упомянуть и другие законы: "О защите профессиональной деятельности журналиста" (апрель 1997 г.), "О гарантиях и свободе доступа к информации" (апрель 1997 г.), "Об издательской деятельности" (август 1996 г.), а 11 августа 1997 года вышло правительственное постановление "Об урегулировании вопросов, связанных с осуществлением издательской деятельности в Республике Узбекистан" (№ 393). Большую роль в регулировании работы СМИ сыграли и законы "Об авторском праве и смежных правах" (август 1996 г.) и "О рекламе" (декабрь 1998 г.).

Приняты и нормативные акты, предусматривающие порядок работы иностранных журналистов в республике. Так, созданы "Основные правила, регулирующие на территории Республики Узбекистан профессиональную деятельность корреспондентов средств массовой информации иностранных государств", на основании которых 1 февраля 1995 года МИД утвердило "Положение о порядке взаимного и постепенного аккредитования представителей зарубежных средств массовой информации при Министерстве иностранных дел Республики Узбекистан". В стране аккредитованы следующие иностранные информационные агентства: "Рейтер" и "Би-би-си уорлд сервис" — Великобритания, "Франс Пресс" — Франция, ИТАР-ТАСС, РИА "Новости" "Интерфакс" — Россия, "Синьхуа" — КНР, "Ихласс" и "Анатолия ньюс" (Турция), Государственное телеграфное агентство Азербайджана, а также Радио "Озодлик" ("Свобода") и "Голос Америки" — США.

Таким образом, статистика показывает как бы благополучное положение средств массовой информации. Но что происходит на самом деле?

Правоприменительная практика в отношении СМИ

На первом заседании первой сессии Олий Мажлиса республики второго созыва президент страны Ислам Каримов среди основных задач реформ в политической сфере отметил необходимость обеспечить "плюрализм, или многообразие мнений, свободу их выражения". Далее он добавил: "Еще и еще раз хочу подчеркнуть, что в нашем обществе средства массовой информации должны стать независимой, реальной (четвертой) властью, наиболее действенным инструментом реализации политических свобод граждан. И прежде всего права свободно выражать свое мнение, получать информацию, активно участвовать в обсуждении важнейших проектов государственного и общественного строительства"5. В принципе, глава государства ничего нового не сказал, эти все "предложения" заложены в Конституции (1994 г.). Так, в статье 29 записано: "…каждый имеет право на свободу мысли, слова и убеждений. Каждый имеет право искать, получать и распространять любую информацию, за исключением направленной против существующего конституционного строя и других ограничений, предусмотренных законом". В статье 67 отмечено: "Средства массовой информации свободны и действуют в соответствии с законом".

Но что же происходит на практике? Например, в республике запретили распространять № 4 журнала "Центральная Азия и Кавказ" за 2001 год, издаваемого в Швеции. Эксперты из Министерства культуры, прочитав его, пришли к выводу: "Настоящие факты явно искажены, трактуются авторами в удобной им форме, искажая реальную действительность, и не способствуют сложившемуся межнациональному и межконфессиональному согласию в Республике Узбекистан"6. Цензоров смутили четыре цитаты, в которых представлено иное мнение о некоторых событиях в жизни Узбекистана. Возьмем в качестве примера две из них. В статье "Местное самоуправление на "островке демократии" профессора Кимитака Мацузато (Япония) написано: "…по крайней мере в сфере соблюдения прав человека ситуация в Кыргызстане сложилась лучше, нежели в Узбекистане". В другой статье "Евреи Узбекистана — конец эпохи" доктор социологии Михаил Дегтярь (США) пишет о Великом Амире Тимуре: "Прославившийся жестокостью, грабежом, насилием, разрушениями и уничтожением миллионов людей…". Очевидно, что никакого плюрализма мнений, о котором ратовал президент, в действительности не существует, так как цензура относит инакомыслие к нарушению законодательства.

На сегодняшний день существует несколько уровней цензуры. Ее осуществляет Главная инспекция по охране государственных тайн в печати ("Узлит"). Именно она контролирует все газетные и журнальные материалы. Кроме того создана цензура ведомств, которые рассматривают подведомственные издания перед их выходом в свет. Например, Министерство внешних экономических связей контролирует газету "Деловой партнер Узбекистана". Цензуру осуществляют и ведомства, которые должны это делать по закону, например Министерство культуры — на основе закона, который определяет ввоз и вывоз культурных ценностей. Но к чему ведет такая экспертиза, можно убедиться по вышеуказанному факту. Если цензор "Узлита" сомневается в каком-то материале, то он направляет его в ведомство, которое может подготовить "экспертное" заключение. Скажем, по вопросам внешнеполитических связей такое заключение дает МИД, в сфере авиации — Национальная компания "Узбекистон хаво йуллари", внешних экономических связей — МВЭС, правоохранительной системы — МВД, прокуратура и т.д. Естественно, зачастую эти органы имеют свою точку зрения на те или иные события и запрещают публиковать материал. В связи с этим даже журналистские расследования становятся делом или весьма проблематичным, или невозможным.

В последнее время многие статьи, как, впрочем, и сами СМИ, рассматриваются с точки зрения их соответствия идеологии государственной независимости. Однако в Конституции записано: "Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной". Поэтому такой подход создает прессе множество проблем и вызывает недоумение у населения, ведь так называемая "идеология государственной независимости" уже реализуется на правительственном уровне. К примеру, решило надеть на себя мундир цензора и Министерство народного образования. В июле 2000 года оно издало приказ (№ 84), согласно которому следует изымать и уничтожать "учебники, не соответствующие государственному стандарту… и произведения против национальной идеологии", а также же основную массу литературы, "изданную до 1993 года". Только в средней школе № 21 Самаркандского района списано 2 336 экземпляров учебников и 1 835 экземпляров произведений художественной литературы, среди которых много изданий на таджикском, узбекском и русском языках. В списках книг, подлежащих уничтожению, оказались произведения Даниеля Дефо, Проспера Мериме, Онорэ де Бальзака, Николая Гоголя, Александра Пушкина, Сергея Есенина, Джорджа Байрона, Федора Достоевского, Николая Носова, Максима Горького, Шарля Перро, Аль-Беруни, Садриддина Айни, Анатолия Алексина, М. Бахти, Ц. Каримзоды и других авторов. Поразительно, но среди изъятой литературы были такие популярные в народе книги, как "Тысяча и одна ночь", "Незнайка на Луне", "Красная Шапочка", "Робинзон Крузо", поскольку, по мнению инициаторов "акции", эти книги "представляли угрозу народу республики, духовно-моральному облику подрастающего поколения и в них не отражены идеи независимости Узбекистана".

"Данная псевдоидеология наносит серьезный урон политической деятельности СМИ, — утверждает социолог Баходир Мусаев, — любое издание, если не соответствует ей, может быстро закрыться. Но та газета, которая проводит такую идеологию, сера, скучна, малоинтересна и не востребована покупателями". В связи с этим многие средства массовой информации не находят спроса на информационном рынке. Цензура устанавливает свои законы, а рынок — свои. Но от действий цензуры страдает читатель, страдает и издатель. Социологический опрос, проведенный автором в декабре 2000 года среди жителей Ташкента, позволил уяснить, что 45% респондентов не устраивает освещение местной прессой проблем экономики и политической жизни страны. Беззубость изданий, их однобокость, чванство и восхваление власть имущих заставляет потребителей с недоверием относиться к публикуемым материалам. Статистическим данным не верят 79% опрошенных. Поэтому 87% респондентов хотят получать информацию из независимых источников, в частности через Интернет или из зарубежных изданий.

Анализ узбекских законов о СМИ в контексте законов зарубежных стран

В законах о средствах массовой информации, принятых в большинстве стран СНГ, обнаруживается немало противоречий, которые снижают эффективность деятельности прессы. Порой такие противоречия создают преднамеренно. Например, в статье 16 закона Узбекистана "О средствах массовой информации" говорится, что "прекращение выпуска или издания средства массовой информации возможно по решению учредителя или зарегистрировавшего средство массовой информации органа, либо суда"7. Если рассматривать статус учредителя или суда, то это вполне объективно, ведь учредитель имеет право на создание, упразднение или временное приостановление выпуска своего издания, а суд — право (и обязанность) объективно, непредвзято рассматривать деятельность СМИ. Как отмечает эксперт Карим Бахриев, "возражение по ряду правовых и фактических обстоятельств вызывает приравнивание к ним регистрирующего органа"8. Естественно, в таком случае вполне возможны злоупотребления со стороны правительственного органа по отношению к независимому СМИ, которое освещает события в рамках политического плюрализма. Необходимо отметить, что с правовой точки зрения это положение закона противоречит Конституции, например, в части 2, статьи 19: "Права и свободы граждан, закрепленные в Конституции и законах, являются незыблемыми, и никто не вправе без суда лишить или ограничить их".

Эта норма более цивилизованно и демократично обоснована в законах о СМИ других государств. Скажем, в статье 16 закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" зафиксировано: "Деятельность средства массовой информации может быть прекращена или приостановлена только по решению учредителя либо судом в порядке гражданского судопроизводства по иску регистрирующего органа или Министерства печати и информации РФ"9. Как видно из этого, регистрирующий орган не имеет права самостоятельно закрывать СМИ, он может только подать иск в судебные инстанции, где в ходе разбирательств всех "за" и "против" будут учитывать и претензии государства к данному средству массовой информации.

В пункте 1 статьи 29 главы VII закона Армении "О средствах массовой информации" утверждается: "Деятельность средства массовой информации может быть прекращена или приостановлена по решению регистрирующего органа, учредителя либо судом в порядке гражданского судопроизводства по иску регистрирующего органа". Казалось бы, данное положение адекватно положению в узбекском законодательстве о роли регистрирующей инстанции в судьбе СМИ. Но в пункте 2 этой статьи уточняется: "Регистрирующий орган может прекратить деятельность и аннулировать регистрацию СМИ без обращения в суд, если очередной выпуск данного СМИ не выходит в свет более одного года". То есть преследование средства массовой информации по политическим причинам невозможно. В пункте 6 той же статьи предусмотрено: "Суд вправе прекратить деятельность данного средства массовой информации"10. Таким образом, в законе Армении явно прослеживаются демократические принципы работы прессы.

В законе Кыргызстана "О СМИ" вообще ничего не сказано о праве регистрирующего органа закрывать отдельные издания. В статье 8 записано: "Приостановление или прекращение деятельности средств массовой информации возможно по решению учредителя либо суда в случае нарушения требования настоящего закона"11. То же по сути записано в пункте 1 статьи 13 закона Казахстана "О средствах массовой информации": "Приостановление либо прекращение выпуска (выхода в эфир) средства массовой информации возможно по решению собственника или суда"12.

Как отмечает Карим Бахриев, Конституционному суду необходимо обратить внимание на данное несоответствие, сложившееся в законодательной практике Узбекистана, и устранить противоречие между законом о СМИ и Основным законом страны.

Хотелось бы затронуть и проблемы, возникающие при учреждении СМИ. В законодательстве стран СНГ имеются расхождения по этому вопросу, в связи с чем меняется статус и общественная значимость масс-медиа, уменьшается возможность привлекать инвестиции и внедрять новые технологии. В статье 11 закона Узбекистана о СМИ говорится, что "правом учреждения средств массовой информации обладают юридические и физические лица Республики Узбекистан. Средство массовой информации может быть учреждено и несколькими учредителями". В то же время статья 15 данного закона предусматривает, что в регистрации СМИ может быть отказано, если "местонахождение учредителя или одного из учредителей СМИ либо издателя расположено за пределами Республики Узбекистан". Таким образом, речь идет исключительно о резидентах. Практически получается, если учредитель — гражданин республики, но постоянно проживает за ее пределами, то он не имеет такого права. Это противоречит статье 10 Конституции, где оговорено: "Все граждане Республики Узбекистан имеют одинаковые права и свободы и равны перед законом…". Далее, в статье 22 сказано: "Республика Узбекистан гарантирует правовую защиту и покровительство своим гражданам как на территории Республики Узбекистан, так и за ее пределами".

Видимо, трактовку закона о СМИ следует понимать в политическом значении. Один из чиновников Госкомпечати в приватной беседе сказал, что учредители, находящиеся за пределами страны, могут вносить в Узбекистан чуждую идеологию, подрывать основы государства, не подчиняться законам республики. Подобную чушь несут только люди, слабо разбирающиеся в законах. Ведь в статье 6 закона о СМИ сказано: "Не допускается использование средств массовой информации с целью призыва к насильственному изменению существующего конституционного строя, территориальной целостности Республики Узбекистан, пропаганды войны и насилия, жестокости, национальной, расовой и религиозной вражды, разглашения государственной или иной охраняемой законом тайны, совершения других действий, влекущих за собой уголовную ответственность". Если учредитель, который находится за пределами Узбекистана, не намерен использовать создаваемое им СМИ в этих целях, то иные причины не могут служить поводом для отказа от учреждения. Муссируемая в обществе идеология национальной независимости не является законодательным актом, а значит, на нее нельзя ссылаться при решении вопроса о выдаче лицензии на СМИ.

В некоторых странах предусмотрена иная трактовка понятия "учредитель". Так, в российском законе о СМИ (статья 7) определено, что учредителем не может выступать "гражданин другого государства или лицо без гражданства, не проживающее постоянно в Российской Федерации".

Интересно положение об учредителе в законе Грузии "О средствах массовой информации". В пункте 10 главы 3 записано: "Средство массовой информации учреждается одним или несколькими юридическими либо физическим лицом (учредителем)". Пункт 13 главы 4 определяет, кто может быть учредителем (собственником), но закон не ограничивает его местонахождение, более того, допускает учреждение масс-медиа иностранцами. Интересно и другое положение, отмеченное в пункте 13: "Во избежание ограничений плюрализма... учредителем (собственником) или распространителем электронного средства (радио- и телекомпания) не может быть юридическое или физическое лицо, чья деятельность связана с политической пропагандой (структура государственной власти, политическое объединение, политический деятель)". Эта вполне прогрессивная установка предусмотрена и в законах других стран. Так, например, в законе Армении (пункт 2 статьи 5) оговаривается, что "государственный орган не имеет права учреждать средства массовой информации, кроме как учреждаемые органами законодательной, исполнительной и судебной власти исключительно для публикации их официальных сообщений и материалов, нормативных и иных актов". Практически отсекается возможность государства монополизировать информацию с целью сокрытия тех или иных событий от народа. Единственное, допускаемое законом этой республики, это то, что "государственные органы могут приобретать акции акционерных обществ, являющихся учредителями средств массовой информации. При этом доля государства не может превышать 30% уставного фонда данного акционерного общества". Таким образом, нормативное положение ограничивает влияние госаппарата на СМИ.

Говоря о средствах массовой информации Узбекистана, следует особо выделить вопрос о цензуре. Как упоминалось выше, в статье 67 Конституции отмечено, что "цензура не допускается". И в законе "О средствах массовой информации" (статья 4) предусмотрено: "В Республике Узбекистан цензура не допускается. Никто не имеет права требовать от журналиста предварительно согласовывать сообщения и материалы, а также требовать изменить текст или полностью снять с передачи (эфира) материал или сообщение". Это положение повторяется в статье 4 закона "О защите профессиональной деятельности журналиста"13. Там же (статья 14) отмечается, что "должностные лица государственных органов, органов самоуправления граждан, общественных объединений, предприятий и учреждений и организаций несут ответственность за осуществление цензуры". В грузинском законодательстве отмечено: "Недопустима цензура средств массовой информации, то есть требование от редакции предварительного согласования материалов, а также создание и финансирование тех организаций, учреждений, органов и должностей, чьей функцией является осуществление цензуры". И в соответствующем российском законе эти требования зафиксированы (статья 3), однако оговаривается, что предварительное согласование возможно с автором или интервьюируемым. И статья 1 закона о СМИ Кыргызстана не допускает цензуры.

В законе Армении о прессе (статья 1) подчеркнуто: "Цензура, а равно наложение запрета на распространение сообщений и материалов, их отдельных частей — запрещается". Более того, предусмотрен принципиально важный и демократически верный подход: "Любые противоречия или сомнения, возникающие при рассмотрении споров, связанных со средствами массовой информации, решаются в пользу принципов свободы слова". И хотя аналогичного положения автору этих строк не удалось увидеть ни в одном законодательном акте других стран СНГ, все вышеперечисленное свидетельствует, что в странах Содружества цензура запрещена государством. Правительство, естественно, обязано соблюдать эти нормативные требования.

Что же получается на практике? Например, в Узбекистане цензура есть и осуществляет ее Главная инспекция по охране государственных тайн в печати. Как ни парадоксально, но ее деятельность регулируется законами. Так, в Конституции (статья 29) говорится: "Свобода мнений и их выражений может быть ограничена законом по мотивам государственной или иной тайны". Согласно статье 162 Уголовного кодекса, разглашение или передача государственных секретов наказывается лишением свободы на срок от трех до пяти лет. Для регулирования сведений, составляющих гостайну, в статье 5 закона "О защите государственных секретов" определено, что "засекречивание и рассекречивание информации производится в соответствии с настоящим Законом, Положением о порядке определения и установления степени секретности сведений и Перечнем сведений, подлежащих засекречиванию в Республике Узбекистан, утверждаемыми Кабинетом Министров Республики Узбекистан". "Теоретически Главная инспекция должна наблюдать за тем, чтобы секреты не выходили из сейфа, — говорит один из журналистов, работающий в газете "Ташкентская правда", — но практически любой секрет, который попал в стены редакции, перестает быть таковым. Через пять минут он будет в Интернете, а цензура запретит его опубликовать только в Узбекистане. Но ведь остальной мир об этом узнает…".

К сожалению, никто из рядовых журналистов никогда не видел этих положений, а любая попытка получить их у Главной инспекции не приносила желаемого результата. Однако в Основном законе страны записано (статья 15), что "ни один закон или иной нормативный акт не может противоречить нормам и принципам Конституции". В итоге, по мнению журналистов, "Узлит" злоупотребляет своим положением, когда снимает с полос материалы, не представляющие никакой секретности. Порой это служебное рвение доходит до абсурда, например, цензура сняла материал о Кыргызстане, мотивируя это решение тем, что такого государства… нет. Порой она изымает любое упоминание о соседях Узбекистана и материалы, в которых есть слова Советский Союз, КПСС, Ленин, Сталин, пионер, комсомолец, Иран, Пакистан, Турция, колхоз, совхоз, Великая Отечественная война. Цензуре также подлежат карикатуры, анекдоты, шаржи, кроссворды, даже фотографии ветеранов войны с советскими орденами. Как отмечает эксперт Бахриев, "предварительная проверка материалов СМИ под видом охраны государственных секретов, никак не является и не может быть средством защиты этих секретов, она есть средство манипулирования, оружие борьбы против очевидных истин. Если посмотреть хотя бы бегло, что цензура убирает с газетных полос или снимает с эфира, то легко в этом убедиться. Факты коррупции, ухудшение экологической ситуации, усиление разрыва между состоянием бедных и богатых, увеличение безработицы и т.д. и т.п. — эти сведения не могут являться "государственными секретами". Если все эти сведения и являются секретами для государства, то они давно не являются таковыми для населения"14.

Еще раз обратимся к данным социологического опроса, проведенного автором. Так, на вопрос "Согласно Конституции Узбекистана цензура в республике запрещена. Есть ли она на практике?” 74% респондентов ответили утвердительно, 21% — отрицательно и 5% — не ответили. Поразительно, но 54% опрошенных считают, что цензура СМИ необходима, и лишь 25% — против этого. Какими же мотивами руководствовались те 54% респондентов, которые ответили, что цензура масс-медиа необходима? Из них 27% утверждали, что так сохраняется общественное спокойствие, 15% — не распространяется государственная тайна, 1,3% — контролируется общественное мнение, 0,7% — помогает учредителям проводить в СМИ свою линию, 4% — чтобы за ошибки не пришлось отвечать самому журналисту и редакции, 11% — чтобы не распространять односторонних взглядов и не превратить газеты в бульварные издания. Остальные не смогли аргументировать свою позицию.

Таким образом, средства массовой информации Узбекистана еще сохраняют верность советской системе: не народ и законы, а отдельные личности регулируют информационную сферу, определяют, кому можно, а кому нельзя знать правду.


1 Из выступления Викена Четеряна на региональной конференции "Будущее государств Центральной Азии: вместе или...", состоявшейся 26—28 июня 2001 года в г. Бишкеке.

2 Опрос проводился частной группой "Зеркало" (Казахстан) в январе 2001 года в Ташкенте, Душанбе и Алматы, в каждом городе опрошено по 50 человек.

3 См.: Правда Востока, 15 апреля 1999.

4 См.: Народное хозяйство Узбекской ССР. Ташкент, 1990. С. 130.

5 Наша высшая цель — независимость и процветание родины, свобода и благополучие народа // Правда Востока, 23 января 2000.

6 Заключение Министерства культуры за № 101 от 14 сентября 2001 года. С. 4.

7 Законы о средствах массовой информации Казахстана и зарубежных стран. Алматы: Даникер, 2001. С. 79.

8 Бахриев К. Цензура бесполезна, вредна и унизительна. На правах рукописи. Ташкент, 2001. С. 8.

9 Законы о СМИ Казахстана и зарубежных стран. С. 91.

10 Там же. С. 170.

11 В помощь журналисту. Законы Кыргызской Республики, регламентирующие работу СМИ. Фонд "Сорос-Кыргызстан", Бишкек, 2001. С. 89.

12 Законы о СМИ Казахстана и зарубежных стран. С. 8.

13 Краткий юридический справочник для журналиста. Ташкент: Интерньюс-Узбекистан, 1999. С. 23.

14 Бахриев К. Указ. соч. С. 11.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL