ФОРМИРОВАНИЕ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В ТАДЖИКИСТАНЕ: ПРОБЛЕМЫ И СУЖДЕНИЯ

Ашурбой ИМОМОВ


Ашурбой Имомов, кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой конституционного права Государственного национального университета Таджикистана


Возникновение гражданского общества на всем постсоветском пространстве — результат разрушения советской политической системы и приобщения к мировому опыту. Как известно, все элементы прежнего политического строя были неразрывно связаны с общей конструкцией тоталитарного СССР, вне которой эти элементы не оказывали значительного влияния на жизнь страны. Появление элементов гражданского общества и постепенное их развитие вело к отрицанию советской политической системы. Сложилась ситуация, когда одновременно стали функционировать однородные по форме, но отличающиеся по своей сущности, целям и задачам отдельные составляющие прежней политической структуры и новые ячейки формирующегося гражданского общества. В силу различных обстоятельств в Таджикистане этот процесс еще продолжается. Реальности общественно-политической жизни нашей страны таковы, что сосуществование давно изживших себя элементов прежней системы и ростков гражданского общества займет довольно много времени.

В конце 1980-х годов в республике начали формироваться новые политические организации: Демократическая партия Таджикистана (ДПТ), Партия исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ), общественно-политическое движение "Растохез", дискуссионный клуб "Ру ба ру", землячества — "Лаъли Бадахшон", "Эхёи Хучанд", "Носири Хисрав", "Бохтар", "Дирафши Ковиён", "Куруши Кабир" и т.д. Их программы и уставы имели демократические платформы и антикоммунистическую направленность. Поэтому на них обрушился весь гнев озлобленных коммунистов и ортодоксов. Государственный аппарат, состоящий из последних, всю свою мощь направил на дискредитацию ростков демократии. Демократам была навязана беспощадная борьба, которую не все смогли выдержать. Началось противостояние, трагические последствия которого дают о себе знать до сих пор.

На остроту и драматизм конфликта между коммунистами и демократами существенное влияние оказала Партия исламского возрождения. Еще на заре ее появления на политической карте республики коммунистическая власть Таджикистана поставила под сомнение легитимность образования этой партии. Закон "О свободе совести и религиозных организациях", принятый 8 декабря 1990 года, запретил создание религиозных политических партий и их организационных структур в республике1. Статья 5 этого документа предусматривала, что религиозные организации не участвуют в деятельности политических партий и не оказывают политическим партиям финансовой поддержки.

Эти меры и внесенное в статью 1 Конституции республики в качестве дополнения слово "светское", характеризующее сущность государства, усилило противостояние государства и религии2.

Вследствие этого в 1993 году легально функционировала только Коммунистическая партия Таджикистана, остальные партии и общественно-политические движения или запретили, или их деятельность была приостановлена.

Вопрос о партийности вновь возник накануне президентских и парламентских выборов 1994 года. Дело в том, что Конституция республики, принятая в 1994 году, провозгласила: общественная жизнь в стране развивается на основе политического и идеологического плюрализма. Эта конституционная основа послужила базой для формирования действительно многопартийной системы. В декабре 1994 года образовалась новая партия власти — Народная партия Таджикистана, переименованная в июне 1997 года в Народно-демократическую партию республики (НДПТ). В 1998 году ее возглавил президент страны Э. Рахмонов. В 1995 году появилась Партия справедливости, а в 1996-м — Социалистическая партия.

В результате того, что в 1997 году заключено Общее соглашение о мире и национальном согласии, создана и начала работать Комиссия национального примирения (КНП), удалось договориться о внесении изменений и дополнений в Конституцию страны в части конституционного статуса политических партий. Так, согласно референдуму, проведенному в 1999 году, внесены дополнения в статью 28 Конституции, предусматривающую права граждан участвовать в создании политических партий, в том числе имеющих демократический, религиозный и атеистический характер. Это позволило в определенной мере смягчить накал страстей вокруг конституционного положения о светском характере государства. Соответственно внесены изменения в законодательство республики, приняты новые законы об общественных объединениях и политических партиях. Накануне парламентских выборов Демократическая партия и ПИВТ прошли повторную регистрацию (декабрь 1999 г.).

Парламентские выборы 2000 года стали заметной страницей в формировании многопартийной системы страны. В выборах участвовали шесть политических партий, трем из них удалось получить места в представительном органе власти. Хотя абсолютное большинство мест досталось партии власти — НДПТ, тем не менее представительство в парламенте других политических организаций внушает надежду.

Продолжением конституционного компромисса — возможности образования в стране религиозной политической партии при сохранении светской сущности государства — стали некоторые нормы конституционных законов: о выборах президента республики и о выборах Маджлиси Оли (парламента), а также закона "О свободе вероисповедания и религиозных организациях" (все они приняты в 1994 г.), ограничивающие избирательные права служителей религиозных конфессий3. Эти документы предусматривают, что профессиональные служители религиозных организаций и объединений не подлежат регистрации, в период работы в этих организациях они не могут быть избранными в законодательные органы.

Процесс образования многопартийной системы шел параллельно с формированием общественных объединений нового типа, характерных для гражданского общества. Постепенно значение старой системы общественных организаций уменьшается, а попытки модернизировать ее без кардинальной перестройки оказались безуспешными.

Прежние общественные организации были созданы по указанию высшего эшелона аппарата Компартии и соответствующих структур государственной власти и поэтому вполне вписывались в существовавшую административно-командную систему и дополняли ее. В отличие от них общественные объединения нового типа формируются по инициативе самих людей и без соответствующих директив. Структуры государственной власти встречают их появление враждебно и рассматривают как нежелательное явление. Однако процесс формирования институтов гражданского общества находится под пристальным вниманием не только общественности республики, но и авторитетных международных организаций. Система неправительственных организаций (НПО) развивается в стране во многом благодаря их методической и материальной поддержке. Не секрет, что гранты международных фондов пока еще основной источник финансирования НПО республики. Собственные средства и правительственная поддержка, которой пользуются отдельные НПО, не в состоянии обеспечить их нормальную жизнедеятельность.

На первом этапе формирования новых общественных объединений (1990—1992 гг.) рядом с прежними организациями стали создаваться новые. Они возникали в различных организационно-правовых формах, но преимущественно как общественно-политические движения — "Растохез", "Лаъли Бадахшон", "Пайванд"; ассоциации и национальные общины — Ассоциация корейцев Таджикистана, Ассоциация уйгуров Таджикистана, русская община Таджикистана, общество немцев Республики Таджикистан "Возрождение", общество еврейской культуры "Ховерим"; в виде региональных земляческих структур — "Лакай овози", "Возрождение Ягноба", "Тахористон", "Ориёни бузург", "Мехри Хатлон", "Истаравшон", "Самарканд", "Хучандиён" и другие. В пробуждении народа и возрождении его прогрессивных традиций большое значение имело создание и деятельность таких культурно-просветительских организаций, как Общество по культурным связям с соотечественниками и фарсиязычными за рубежом, культурные общества "Шамси Табрези", "Хамдилон", "Мардумшиноси", "Ориён-фонд" и другие.

Первый этап становления новых общественных объединений происходил стихийно. Для общественных организаций того времени была характерна политизация их деятельности4. Сложные процессы политической фрагментации не обошли стороной и новые общественные структуры. Они вовлекались в общественно-политические преобразования, которые приобретали все более антагонистический характер. Вследствие этого многие из них к концу 1992 года прекратили свое существование, а деятельность некоторых была приостановлена или запрещена. Остались лишь те, которые соблюдали свои уставные цели и не позволили втянуть себя в общественно-политическое противостояние.

Второй этап — период гражданской войны 1993—1997 годов. Он характеризуется осмыслением общественными объединениями своего места в формирующемся гражданском обществе. Специфика развития НПО в тот период связана с тем, что они формировались в воевавшей стране.

Вооруженное противостояние не охватывало всю страну, оно шло в приграничных с Афганистаном районах, в Каратегинской долине и в некоторых местностях Гиссарской долины. Поэтому НПО преимущественно создавались в столице, в областных центрах: Курган-тюбе, Ходженте, Хороге, в региональном центре — Кулябе и прилегающих к этим крупным городам районах. Во многих отдаленных сельских районах условия для образования НПО еще не созрели. А там, где шли вооруженные столкновения, вообще была опасно заниматься общественной деятельностью.

В тот период увеличение числа НПО сказалось и на их проникновении в различные сферы жизни общества. По инициативе международных организаций в странах Центральной Азии, в том числе и в нашей республике, проходили конференции, семинары и тренинги по изучению опыта организации и работы НПО, на которых разгорались споры по всем направлениям деятельности этих структур. Долгое время шла дискуссия о том, насколько западное название "Неправительственные организации (NGOs)" приемлемо для постсоветских государств5. Обсуждались многочисленные вопросы: не раздражает ли правительственные структуры название "неправительственная организация", не способствует ли это название возникновению конфронтации между властью и общественными организациями? С какого момента общественные объединения могут приступить к деятельности? Обязательна ли государственная регистрация НПО? Какое количество людей необходимо для их учреждения? Кто и как будет осуществлять государственный контроль над деятельностью НПО? Какие государственные органы могут приостановить или запретить их работу? Каким должно быть налогообложение НПО? Какой должна быть финансовая отчетность НПО? В какой мере их деятельность является некоммерческой? Эти и многие другие вопросы, связанные с формированием и деятельностью НПО, были предметом дискуссии не только на конференциях, семинарах и других форумах, но и на страницах печати. В развитии НПО и активизации их деятельности большую роль сыграло то, что некоторые из них имели свои печатные органы6.

Характеризуя второй этап формирования гражданского общества, некоторые исследователи особо выделяют акт подписания президентом республики и представителями многих общественно-политических объединений Договора об общественном согласии в Таджикистане (9 марта 1996 г.)7. Бесспорно, заключение этого договора в известной мере стало консолидирующим фактором достижения мира и согласия в республике. Реализацией мер, предусмотренных в этом документе, стал заниматься Общественный совет республики. Однако действие договора и деятельность Общественного совета с самого начала направлялись на привлечение общественно-политических организаций к поддержке инициатив президента и правительства. Поэтому Общественный совет вскоре по существу превратился в придаток исполнительной власти, не игравший значительной роли в общественной жизни страны. Видимо, по этой причине не все влиятельные общественные объединения республики подписали этот договор и вошли в состав Общественного совета.

Начало третьего этапа развития НПО связано с подписанием Общего соглашения об установлении мира и национального согласия (27 июня 1997 г.), созданием Комиссии национального примирения (КНП) и ее деятельностью, предусмотренной Общим соглашением. В этом документе было подчеркнуто, что с его подписанием в стране создаются условия для демократического развития общества. Реализации предусмотренных Соглашением мер способствовали принятый 23 мая 1998 года закон "Об общественных объединениях" и закон "О политических партиях" от 13 ноября 1998 года, а также изменения и дополнения в Конституцию, внесенные на основе референдума. Особое значение имело вышеупомянутое дополнение к статье 28 Конституции, которым предусматривалось право на создание политических партий, "в том числе имеющих демократический, религиозный и атеистический характер". Эта норма — результат компромисса между правительством и оппозицией по самой спорной проблеме — о светской сущности государства и праве на функционирование религиозной партии. В декабре 1999 года, накануне парламентских выборов вновь разрешили деятельность некоторых политических партий и движений, запрещенных еще в 1993 году. Благодаря этому ПИВТ и ДПТ смогли принять участие в выборах Маджлиси Оли и местных Маджлисов народных депутатов. Более того, два кандидата от ПИВТ стали депутатами Маджлиси намояндагон (Палаты представителей) Маджлиси Оли, а многие кандидаты от этой партии были избраны в местные Маджлисы народных депутатов.

Закон "Об общественных организациях", принятый еще в 1990 году, даже не включал в себя понятие "неправительственные организации" и соответственно не регулировал их правовой статус. Была надежда, что новый закон внесет ясность в проблему. Однако этого не произошло. В Законе 1998 года говорится о "некоммерческих союзах (ассоциациях)" и о "некоммерческом формировании". Лишь в отношении иностранных НПО употреблено выражение "иностранные некоммерческие неправительственные организации". Таким образом, и этот закон не только не внес ясность по ряду проблем, но, наоборот, усложнил деятельность НПО. В частности, установлено сложное их разделение на международные, республиканские и местные, а последние еще на областные, городские, районные, поселковые и сельские. При этом согласно закону деятельность каждой из них должна распространяться только на территорию "своих" административно-территориальных единиц.

Не удовлетворившись содержанием закона об общественных объединениях, лидеры НПО при поддержке Международного центра некоммерческого права и Всемирного банка приступили к подготовке проекта республиканского закона о некоммерческих организациях. За несколько лет подготовлено четыре варианта законопроекта, однако до сих пор ни один из них не представлен в официальные структуры власти. Кроме того, подготовлены законопроекты "О благотворительности и благотворительных организациях", "О налогообложении некоммерческих организаций", "О государственной регистрации юридических лиц", идет подготовка законов об иных аспектах деятельности НПО. Причем судьба каждого законопроекта складывается по-своему, однако одинаково неопределенно будущее любого из них. Если даже все находящиеся в процессе подготовки проекты законов о некоммерческом негосударственном секторе будут приняты, то все равно возникнет необходимость разрабатывать подзаконные акты, нормативные документы, инструкции, на что также потребуется много времени.

Необходимо иметь в виду, что авторы проекта закона о некоммерческих организациях предполагают, что после того как он будет принят, утратит свою силу ныне действующий закон об общественных объединениях. Но сможет ли готовящийся документ полностью заменить действующий закон и восполнить все пробелы, которые в нем имеются? Если даже учитывать всю многоаспектность и сложность деятельности неправительственных организаций в Таджикистане, то вряд ли подготовленный проект, ставший законом после принятия парламентом, удовлетворит все запросы и нужды. Предлагается выход — утвердить ряд законов, регулирующих различные аспекты деятельности НПО. Но целесообразно ли это? Пока вопрос остается открытым.

Есть ряд вариантов решения проблемы. Во-первых, можно подготовить сразу все проекты законов, касающихся НПО, и пакетом представить их на рассмотрение парламента. Это позволит избежать затяжных дебатов в отдельности по каждому закону и дублировать нормы, даст возможность определить внутреннюю взаимосвязь норм и положений законов и их иерархию. В этом случае проблема в том, насколько люди, задействованные в подготовке проектов законов, своевременно, не затягивая процесс на долгие годы, подготовят их и представят в парламент через субъекты, имеющие право законодательной инициативы. Отметим, что согласно Конституции республики общественные объединения, их союзы и ассоциации не имеют такого права. Кроме того, у нашего парламента еще нет опыта обсуждения законопроектов в "пакете". Все это позволяет сделать вывод, что пакетное представление и обсуждение этих законопроектов в парламенте не принесет желаемых НПО результатов.

Во-вторых, есть предложение подготовить проект Кодекса о неправительственных некоммерческих организациях. Согласно закону "О нормативно-правовых актах" (принят в 1998 г.) кодекс — это закон, содержащий всю или основную массу норм, детально и непосредственно регулирующих определенную сферу общественных отношений. Иными словами, кодекс — своеобразный свод законов в конкретной области общественных отношений, по своему содержанию объемный, а по структуре сложный законодательный акт. Но он имеет ряд преимуществ. Прежде всего, кодекс — единый законодательный акт, который охватывает своими нормами все основные сферы регулируемых отношений. Его принятие означает создание прочной законодательной базы в той или иной сфере регулирования. По сравнению с другими законодательными актами он очень удобен для применения, прост для принятия и внесения в него изменений и дополнений: это осуществляется с помощью несложной парламентской процедуры. С учетом этих обстоятельств подготовка и принятие Кодекса о неправительственных некоммерческих организациях позволит разрешить ряд спорных проблем деятельности НПО, окажет существенную помощь в их формировании и развитии, что весьма важно для укрепления гражданского общества.

В нынешних законах о НПО, в вышеизложенной истории их подготовки отразилось двойственное отношение государственных структур к неправительственным организациям. С одной стороны, у последних нет права законодательной инициативы. Они лишены возможности лоббирования при прохождении законов в парламенте. Вместе с тем разработка законопроектов о НПО идет с их участием. Дело в том, что, учитывая предложения НПО, распоряжением президента республики от 1 июня 1999 года создана рабочая группа по подготовке двух законопроектов — о некоммерческих организациях и о благотворительности и благотворительных организациях. В состав группы включены и представители неправительственных организаций. Предполагается, что, когда будет завершена работа над проектами, их представят в парламент в порядке законодательной инициативы президента.

Однако следует признать, что это полумера. Она не может заменить действительного участия НПО в подготовке законов, по которым неправительственные организации будут работать. В перспективе необходимо подготовить обоснованное предложение по внесению дополнений к статье 58 Конституции, чтобы в последующих референдумах по внесению изменений и дополнений в Основной закон страны они были представлены на волеизъявление народа. Уже сейчас в конституционном Законе о Маджлиси Оли необходимо предусмотреть право представителей неправительственных организаций на лоббирование в парламенте законопроекта об НПО. В дальнейшем следует внести соответствующее дополнение в Кодекс (или в иной закон) об НПО о праве неправительственных организаций на законодательную инициативу в Маджлиси Оли республики.

Формирование гражданского общества в Таджикистане типично для стран, недавно ставших на демократический путь развития. Вместе с тем в нашей республике этот процесс имеет и свои специфические особенности, интересные примеры успешной практической деятельности. Один из таких примеров — влияние Межтаджикского диалога в рамках Дартмутской конференции на развитие в стране институтов гражданского общества. Первоначальная цель Межтаджикского диалога — содействие "старту" межтаджикского переговорного процесса, мирному разрешению военного конфликта и общественно-политического кризиса. По мере развития этих переговоров диалог стал не только предвосхищать проблемы, нуждающиеся в первоочередном обсуждении, но и предлагал варианты их решения. После того как было заключено Общее соглашение и Комиссия национального примирения приступила к работе, Межтаджикский диалог сосредоточил внимание на ускоренной реализации мер, предусмотренных Общим соглашением.

Решение проблем таджикского кризиса Межтаджикский диалог всегда рассматривал в контексте все более широкого вовлечения различных общественно-политических сил в этот процесс. Предметом дискуссий становились также пути расширения демократизации общества, развитие НПО, деятельность политических партий и движений, формирование гражданского общества в целом8. После завершения работы КНП Межтаджикский диалог систематически обсуждал перспективы развития общественно-политической ситуации в республике, обращая внимание на назревшие социально-экономические проблемы, в решении которых очень важна роль НПО. Кроме того, в сфере его постоянного внимания: реинтеграция бывших вооруженных формирований Объединенной таджикской оппозиции, возвращение беженцев и устройство их быта, трудовая миграция и связанные с ней вопросы, поддержка малого бизнеса, безработица, низкая зарплата, бедность, рост преступности, коррупции, наркобизнес и другие острейшие темы, волнующие общественность страны.

Так, например, участники 31-го раунда Межтаджикского диалога, который проходил 20—22 июля 2001 года в российском городе Пушкин, констатировали, что восстановление мира и национального согласия в республике — процесс достаточно позитивный и устойчивый. Вместе с тем, обратив внимание на некоторые негативные явления в развитии гражданского общества, они сочли необходимым провести Общенациональный диалог по демократизации общественно-политических процессов в стране. Рассматривая несколько вариантов возможных механизмов организации и проведения такого диалога, участники этого раунда согласились, что для этого необходим координирующий орган (центр). Он должен отвечать следующим критериям: возможность постоянного взаимодействия с властными структурами; способность представлять широкие слои таджикского общества и общественно-политические объединения; самостоятельность в принятии решений; возможность координировать деятельность общественно-политических объединений.

Один из таких механизмов — Общественный комитет содействия демократическим процессам — неправительственная структура, приступившая к организации диалогов в регионах республики. Основная цель таких диалогов — убедить общественное мнение в необходимости созыва Общенационального диалога и подбор для участия в нем заинтересованных людей. Члены Общественного комитета и люди, задействованные в организации Общенационального диалога, уверены, что он будет способствовать консолидации таджикского общества, поможет решению назревших проблем, а также эффективному взаимодействию государственных структур и институтов гражданского общества.

Почти за девять лет своей деятельности Межтаджикский диалог стал центром, который аккумулирует независимое общественное мнение по актуальным вопросам общественно-политической и социально-экономической жизни республики. При его содействии сегодня в стране действуют несколько мини-диалогов, где рассматривают самые важные вопросы жизни общества, ведется поиск путей разрешения назревших проблем. В конечном счете развитие сети мини-диалогов по всей стране и их сотрудничество с действующим на постоянной основе Общенациональным диалогом может стать элементом укрепления гражданского общества.

В формировании такого общества очень важна роль традиционных институтов. В нашей стране за длительную историю ее развития сложилось немало таких институтов, часть из которых сохранилась до сих пор. Среди них: советы старейшин (аксакалов), местные лидеры, главы авлода (семейств), хашар, гаштак и другие. Каждый из них может быть полезным в решении микропроблем семьи, школы, улицы, микрорайона, села и поселка. За годы общественно-политического кризиса и гражданской войны произошла определенная девальвация этих институтов и традиционных ценностей. Например, резко возросла роль местных лидеров, многие вопросы местной жизни стали решать в зависимости от воли и желания местных командиров, глав местных вооруженных группировок, а порою и мафиозных групп. К счастью, эта тенденция постепенно ослабевает. Восстанавливается доверие к тем традиционным лидерам, которые завоевали его не сиюминутными "подвигами", а заслужили всей своей достойной жизнью.

Некоторые традиционные институты постепенно видоизменяются и приобретают современные формы и содержание. Так, например, без отказа от совета старейшин ныне созданы и успешно функционируют советы микрорайонов, махаллинские советы (их уже более тысячи), кишлачные комитеты. Только в Душанбе работают 95 махаллинских советов и 43 советов микрорайонов9. Последние, выполняя функции, свойственные совету старейшин, вместе с тем имеют более широкие возможности. В организационном отношении они значительно динамичней, приспособлены к решению современных задач, к сотрудничеству с местными органами власти и т.д.

Достижение мира и национального согласия в Таджикистане, улучшение ситуации с безопасностью позволило не только развивать НПО, но и активизировать традиционные институты. Так, весьма активны махаллинские советы. Они эффективно влияют на решение проблем бедности, защиты прав человека, занятости, повышения жизненного уровня населения, охраны здоровья, обеспечение жителей газом и светом, водой, телефонной связью, способствуют ремонту домов, дорог и строительству мостов, школ, больниц, очистке арыков, благоустройству территории, борьбе с наркоманией и многому другому. При поддержке Международной ассоциации развития Таджикистанский социальный инвестиционный фонд (ТАСИФ) реализует Пилотный проект смягчения проблем бедности, в котором важная роль отведена махаллинским советам. При их содействии на местах реализуются многие микропроекты. Однако развитию этого сотрудничества и вообще повышению роли махаллинских советов в жизни людей мешает неопределенность их юридического статуса. Дело в том, что в законах "О государственной власти на местах" и "Об органах самоуправления в поселке и селе" статус этих советов не закреплен, а закон "Об общественных объединениях" не относит их к категории НПО, но и не предусматривает какие-либо запреты на приобретение ими такого статуса. Поэтому махаллинские советы в принципе могут организационно оформиться в виде неправительственных организаций и пройти регистрацию в органах юстиции. Однако на этом пути их встречает много препятствий. Во-первых, сложно подготовить необходимые для регистрации документы, а таковых немало. Во-вторых, высок уровень регистрационных сборов. В третьих, преодоление бюрократических барьеров. Не имея статуса юридического лица, махаллинские советы пока лишены многих прав и возможностей, которые даны НПО.

Практика деятельности махаллинских советов показывает, что они — основной механизм демократизации таджикистанского общества. Их роль в решении социально-экономических проблем населения, в решении духовно-нравственных, воспитательных и образовательных проблем неоценима. Преодоление стоящих перед ними препятствий — это задача не только самих махаллинских советов, но и правительственных структур.

Традиционные институты сами по себе — действенные механизмы, однако эффективность их усилий зависит от многих факторов. Они сводятся к следующему: создание законодательных основ функционирования таких институтов; самостоятельное определение ими своего юридического статуса; обеспечение самостоятельности в определении своих уставных задач и форм их реализации; освобождение от мелочной опеки и руководящих директив государственных органов и политических лидеров; установление налоговых льгот для целевой коммерческой деятельности; материально-техническая и финансовая поддержка их проектов.

На начальном этапе деятельности многим махаллинским советам необходима инвестиционная помощь правительства и соответствующих международных инвестиционных фондов. Следует отметить, что ряд международных неправительственных организаций: Международный корпус милосердия, Международная ассоциация развития, Международный комитет Красного Креста, Фонд Агахана, "Врачи без границ" и т.д. — оказывают разностороннюю поддержку в реализации гуманитарных и иных проектов не только конкретным НПО, но и ряду махаллинских советов. Однако такая поддержка махаллинских советов еще явно недостаточна для их развития.

Подводя некоторые итоги, необходимо отметить, что формирование гражданского общества в современном его понимании — относительно новое для Таджикистана явление. Тем не менее, несмотря на общественно-политический кризис и жестокое вооруженное противостояние, за достаточно короткий период времени в стране созданы и работают около десяти политических партий, более 800 НПО, свыше одной тысячи махаллинских советов и много других традиционных социальных институтов таджикистанского общества. Это большой резерв его дальнейшей демократизации и действенный механизм ослабления авторитаризма в республике.


1 См.: Ведомости Верховного Совета Таджикской ССР, 1990, № 23. С. 392.

2 См.: Ведомости Верховного Совета Республики Таджикистан, 1990, № 24. С. 297.

3 См.: Ахбори Маджлиси Оли Республики Таджикистан, 1994, № 23—24. С. 453.

4 См.: Имомов А. Проблемы правового статуса общественных объединений в Таджикистане. Научно-информационный бюллетень "Мизон", 1998, № 10. С. 7—9; № 11. С. 2—4; № 12. С. 2—3.

5 См.: НПО и закон в Центральной Азии. Материалы конференции состоявшейся в Иссык-Куле, Кыргызстан от 30 октября 1995 года.

6 В частности, газета "Истиклол" фонда Оли Сомон, газета "Джунбиш" — Национального движения Таджикистана, газета "Хукукшинос" — Ассоциации молодых юристов Таджикистана, бюллетень информационно-аналитического центра "Шарк", бюллетень научно-аналитического центра "Мизон", бюллетень Национальной ассоциации политологов Таджикистана (НАПТ) "Партии и движения Таджикистана" и др.

7 См.: Набиев В.М. Государство и НПО // Бюллетень НАПТ "Гражданское общество", 2001, № 2. С. 15—18.

8 См.: Имомов А. О роли и значении Межтаджикского диалога в таджикском обществе // Известия Академии Наук РТ. Серия философия и правоведение, 1997, № 4. С. 10—18.

9 См.: Информационный бюллетень "Фонд поддержки гражданских инициатив". Душанбе, 2000. С. 14.


SCImago Journal & Country Rank
  •  Реставрация турбины  Реставрация старой мебели своими руками! Фото, инструкции на сайте dieselservice.kiev.ua
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL