АЗЕРБАЙДЖАНО-ИРАНСКИЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ СЕГОДНЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ НА БЛИЖАЙШИЕ ГОДЫ

Ислам НАЗАРОВ


Ислам Назаров, руководитель департамента социально-политических исследований Центра политических технологий (Баку, Азербайджан)


К истории современных азербайджано-иранских отношений

В июне 1989 года в Москве, тогда еще столице СССР, иранская делегация, возглавляемая аятоллой Д. Амоли, встретилась с первым и последним президентом Советского Союза М. Горбачевым и вручила ему послание вождя Исламской революции, основоположника Исламской республики Иран имама Хомейни. В послании отмечалось, "что отныне коммунизм следует искать в музеях политической истории" и Горбачев "удостоится великой чести того, кто сметет со страниц мировой истории последние следы загнившего коммунистического мира, существовавшего 70 лет".

Буквально через пару лет так и произошло, и с минаретов мечетей бывших советских республик, теперь уже независимых стран, вновь громко прозвучал азан, пробудивший национальное самосознание. Ныне Азербайджанская республика — суверенное государство, свободное от всякого рода идеологий, старается самостоятельно строить свои взаимоотношения с окружающим миром и сопредельными странами, в том числе и с Ираном.

Отсчет истории современных азербайджано-иранских отношений имеет конкретную дату — 31 декабря 1989 года. В тот день на одном из участков советско-иранской границы в Нахичеванской республике местные жители снесли пограничные столбы и проволочные заграждения. Сегодня все еще трудно ответить на вопрос: были ли эти события, вошедшие в новейшую историю нашей страны под названием "черный январь", спонтанной акцией протеста или же тщательно спланированной провокацией, необходимой для обоснования применения вооруженных сил против гражданского населения Баку.

После развала Советского Союза и обретения Азербайджанской республикой независимости (18 октября 1991 г.) отношения между двумя странами обрели новый статус. Консульство Ирана в Баку стало посольством, а в Тегеране открылось посольство Азербайджана. Но через несколько месяцев после того, как ООН признала независимость Азербайджана (3 марта 1992 г.), в результате внутриполитической борьбы был свергнут первый президент нашей республики Аяз Муталибов.

Сменивший его Абульфаз Алиев (Эльчибей) сразу же заявил об угрозе безопасности страны со стороны России и Ирана, провозгласил союз с Турцией и курс на сотрудничество с Западом. Спустя год, в июне 1993, к власти приходит Гейдар Алиев, третий и ныне действующий президент Азербайджана. Причем вся эта властная чехарда и ежегодная смена президентов происходили на фоне военных поражений в карабахском конфликте и потери контроля над частью территории страны.

Конечно же, ни о каком нормальном и успешном развитии отношений между странами в те годы говорить не приходится. Но, так или иначе, сегодня эти отношения имеют уже десятилетнюю историю, и можно подвести некоторые итоги того, что произошло и изменилось за это время во взаимоотношениях двух государств. Естественно, в рамках одной статьи трудно охватить весь комплекс их проблем, поэтому мы затронем лишь некоторые аспекты политических и социально-культурных связей, сознательно избегая острых углов, но и не замалчивая проблем.

Взаимоотношения на государственном уровне

Распад Советского Союза стал новой вехой и в истории внешней политики Ирана, столкнувшегося с новыми геополитическими реалиями, а буквально перед этим, в ноябре 1991 года, бывший тогда министром иностранных дел ИРИ Али Акбар Велаяти посетил Москву и Азербайджан. С тех пор наши государства поддерживают постоянные контакты и регулярно проводят встречи официальных лиц. Последняя из них состоялась в начале июля 2002 года в Тегеране, где встретились заместители министров иностранных дел. Почти в то же время в Баку находилась делегация во главе с управляющим провинцией Западный Азербайджан, а за месяц до этого, 11 июня, в Баку заместитель министра иностранных дел Азербайджана Х. Халафов принимал спецпредставителя президента Ирана Мехди Сафари.

Сегодня отношения этих стран на государственном уровне стабильны и характеризуются взаимопониманием. Хотя, конечно, по мнению автора этих строк, связи между соседними, в некоторой степени родственными государствами должны быть более тесными и более дружественными, о чем и говорилось в ходе наконец-то состоявшегося в мае нынешнего года визита президента Азербайджана Г. Алиева в Тегеран.

В период президентства А.Х. Рафсанджани (1989—1997) Иран поддерживал добрососедские отношения с молодой Азербайджанской Республикой и способствовал вхождению Азербайджана в ООН и в Организацию Исламская Конференция (ОИК). Иран содействовал приему Центральноазиатских государств СНГ и Азербайджана в Организацию экономического сотрудничества (ЭКО), а также непосредственно участвовал в создании Организации прикаспийских государств. К соответствующему соглашению Азербайджан, Иран, Казахстан, Россия и Туркменистан пришли в 1997 году в Ашгабаде, где министры иностранных дел прикаспийских государств договорились об изменении или установлении нового правового режима на Каспии лишь с согласия всех пяти государств.

С избранием в Иране в 1997 году президентом страны Мохаммеда Хатами и по сегодняшний день его второго срока ИРИ проводит политику диалога цивилизаций и разрядки напряженности, стараясь при этом поддерживать сбалансированные отношения со всеми субъектами политики в регионе, в том числе с Соединенными Штатами Америки и с Турцией. Вашингтон и Анкара сегодня являются стратегическими союзниками Баку, наряду с Тбилиси. Но это уже отдельная тема и другая политика, которую один из аналитиков метко назвал "политикой трубы", имея в виду основной экспортный трубопровод (ОЭТ) Баку — Тбилиси — Джейхан.

За прошедшие 10 лет неоднократно совершались официальные и неофициальные визиты государственных руководителей, в том числе и президентов обеих стран, проведены десятки переговоров, встреч и бесед, заключены сотни договоров и соглашений. Тем не менее нынешние азербайджано-иранские отношения трудно назвать безоблачными, так как ряд объективных и субъективных факторов тормозит, а порой и осложняет развитие связей между двумя государствами. Остановимся на некоторых из них.

Как ни странно, но по нашему мнению, улучшение ирано-азербайджанских отношений наметилось после печально известного инцидента имевшего место 23 июля 2001 года. Тогда самолеты иранских ВВС совершили облет, а корабль береговой охраны иранских ВМС вынудил азербайджанское судно геофизической разведки "Геофизик-3", проводившее изучение нефтяной структуры "Алов", покинуть район исследований вблизи до сих пор не определенной морской границы между двумя странами.

Буквально накануне завершился визит в Азербайджан секретаря Высшего совета национальной безопасности Ирана Гасана Рухани, а 18 июля начальник Управления погранвойск Азербайджана Эльчин Гулиев подписал в Тегеране азербайджано-иранский договор о сотрудничестве в области безопасности. Несмотря на искусственный ажиотаж, разжигаемый вокруг этого происшествия в СМИ, правительство и общественность Азербайджана довольно спокойно отреагировали на ситуацию, найдя "утешение" в визите в Баку начальника Генштаба вооруженных сил Турции Кыврыкоглу и в демонстрационных полетах над Баку самолетов турецких ВВС. Президент Азербайджана Гейдар Алиев подписал распоряжение об утверждении нового состава Государственной комиссии по сотрудничеству с Ираном в экономической, торговой и гуманитарной сферах, которую возглавил Фархад Алиев, руководитель созданного Министерства экономического развития.

Состоявшийся в первой декаде января 2002 года визит в Баку спецпредставителя президента Ирана, Мехди Сафари, должен был внести ясность в вопрос о визите президента Азербайджана Г. Алиева в Иран, откладываемый с лета 2001 года и намеченный сначала на февраль нынешнего, а также определить точку соприкосновения наших государств относительно правового статуса Каспийского моря.

Визит Г. Алиева состоялся, стороны подписали более 10 новых соглашений. В ходе этого визита президент Азербайджана встретился с духовным лидером Ирана, аятоллой-узмой Али Хаменеи, состоялись прямые переговоры между президентами двух стран, а также встречи с руководителями ряда министерств Ирана. И хотя конкретного прорыва в вопросе по Каспию на переговорах в Тегеране достичь не удалось, тем не менее стороны определились с позициями и договорились о продолжении двусторонних переговоров на уровне экспертов.

Основные проблемы взаимоотношений

Так уж случилось, что основные проблемы, осложняющие взаимоотношения Ирана и Азербайджана, сегодня носят международный характер. Главной из них для Азербайджана был и остается вопрос о Нагорном Карабахе и оккупированных территориях. Более 20% Азербайджана, отчасти и сопредельные с Ираном (120 км), находятся под контролем вооруженных сил противодействующей стороны. В результате карабахского конфликта и вооруженных действий около 1 миллиона человек стали беженцами и вынужденными переселенцами, со всеми вытекающими социально-экономическими и культурно-бытовыми последствиями.

Ослабление позиций России на Кавказе и рост присутствия Запада в регионе отнюдь не способствовали прекращению региональных конфликтов. Эти конфликты создали большие препятствия на пути экономического и политического развития Азербайджана, Армении и Грузии, усугубив и без того непростую ситуацию в регионе, напрямую связанную с его географическим положением и стратегическим значением, в непосредственной близости от границ Ирана.

С самого начала карабахского противостояния ИРИ однозначно является сторонником справедливой позиции Азербайджана и выступает за сохранение территориальной целостности нашей страны и скорейшее разрешение конфликта, что отражено во многих заявлениях и декларациях. Наконец-то после многолетних дискуссий, отдавая должное роли и значению Ирана в регионе, международное сообщество хотя бы в рамках Минской группы ОБСЕ признало, что ИРИ необходимо участвовать в переговорном процессе. Еще до прекращения огня в Карабахе в мае 1994 года и образования Минской группы иранские дипломаты не раз выступали посредниками в прекращении военных действий между воюющими сторонами и старались способствовать справедливому урегулированию проблемы. Вполне естественно, Иран, заботясь о своей безопасности, поддерживает и развивает отношения с соседней Арменией, что вызывает нарекания азербайджанской стороны. В свою очередь Ирану не нравится сотрудничество Азербайджана с Израилем.

Нынешнее руководство Азербайджана, которое проводит откровенно прозападную политику, ориентированную на вступление страны в НАТО, оправдывает свои действия стремлением к мирному разрешению конфликта. Но войны давно уже нет, нет и активных боевых действий (таких, как в Чечне), однако есть проблема, которую активно используют в своей игре субъекты геополитики на Кавказе и в Каспийском регионе.

На Кавказе столкнулись интересы многих государств, прежде всего, США, России, Турции и Ирана. США всячески препятствуют сближению Москвы и Тегерана, а Иран не может чувствовать себя в безопасности в связи с отмечаемой тенденцией расширения НАТО на восток, а теперь и созданием совета НАТО — Россия, а также с желанием Азербайджана разместить на своей территории военную базу альянса. Это тем более удивительно хотя бы потому, что в нашей республике уже есть одна база — уникальный военно-стратегический объект России — Габалинская РЛС (радиолокационная станция), не имеющая аналогов в Южном полушарии и теперь официально переданная в аренду Москве сроком на 20 лет.

С началом же антитеррористической операции США в Афганистане резко обострилась ситуация в Центральной Азии. Произошло нечто вроде политического землетрясения, что отнюдь не повысило уровень безопасности и создало совершенно новый расклад сил в нашем регионе. С появлением американских военных на аэродромах Кыргызстана и Узбекистана наступил конец гегемонии России в Центральной Азии. И теперь Москва приложит все усилия к тому, чтобы сохранить свои позиции на Каспии и на Кавказе, с чем вполне согласен Иран, но категорически против Азербайджан.

Следующей по значимости проблемой, осложняющей взаимоотношения двух стран, следует признать нерешенность вопроса о правовом статусе Каспийского моря. Конечно же, этот вопрос должен и будет решаться при участии всех пяти прикаспийских государств. Но, к сожалению, и здесь позиции наших стран не совпадают по многим параметрам. Нынешняя ситуация ставит под угрозу не только совместные проекты по эксплуатации и транспортировке морских и углеводородных ресурсов, но и создает новые проблемы для безопасности и окружающей среды региона в целом. Десятилетние дипломатических усилия, многочисленные семинары и конференции, переговоры и соглашения так и не обозначили морские границы государств на Каспии, и перспективы по этому поводу весьма туманны.

Несмотря на ряд двусторонних соглашений между прикаспийскими государствами, президенты России и Ирана в марте 2001 года подписали совместную декларацию, в которой отмечалось, что такие соглашения не могут налагать обязательства на другие государства в определении правового статуса Каспия.

Казалось, что в связи с саммитом президентов прикаспийских государств в Ашгабаде, который несколько раз откладывался — с весны 2001 года до апреля 2002-го — ситуация прояснится. Учитывая, что позиции Азербайджана, Казахстана и России во многом совпадают, а Иран и Туркменистан придерживаются несколько иных взглядов, многое могло выясниться после ряда визитов: в Москву президента Туркменистана, президента Ирана — в Ашгабад, президента Азербайджана — в Москву и Тегеран. Визиты завершились, саммит в Ашгабаде состоялся. Но о положении дел говорит то, что по итогам встречи президентов пяти стран не было принято ни одного документа.

И третий весьма важный фактор, препятствующий сближению позиций Азербайджана и Ирана, — религиозная проблема. В азербайджанском обществе отношение к исламу неоднозначно, но с тем, что он в нашей стране возрождается, согласны все. Сегодня религия — один из важных факторов общественно-политической жизни республики. Построены новые и возвращены верующим старые мечети, при Духовном управлении мусульман Закавказья образован Исламский университет, факультет богословия открыт в Бакинском государственном университете. Исторический опыт свидетельствует, что религия — одно из средств разрешения многих проблем. Дело в том, кто и в каких целях ее использует. И насколько то, что нам преподносят в виде религии— в данном конкретном случае ислам, — действительно соответствует истинной вере.

Особенность религиозной ситуации в Азербайджане — мирное бесконфликтное сосуществование различных религий, конфессий и сект, что еще раз подтверждено состоявшимся в мае нынешнего года визитом в Баку Папы Римского. Светское государство, каковым по Конституции нашей страны является Азербайджан, стремится контролировать ситуацию и не допустить распространения ваххабизма с севера, и шиизма с юга. По всей видимости, именно для того, чтобы взять под контроль религиозные общины, в 2001 году в республике создан Государственный комитет по работе с религиозными организациями, своего рода прообраз будущего "Министерства религий".

Несмотря на дружеские и добрососедские отношения между двумя странами, средства массовой информации Азербайджана довольно часто публикуют материалы о противоправной деятельности иранских граждан, что может привести к религиозной экспансии. А в иранских газетах, в свою очередь, периодически ведется откровенно антиазербайджанская кампания, например, во время последнего визита президента Азербайджана.

Хотелось бы вспомнить и судебный процесс, проходивший в конце 1996 года над руководителями Исламской партии Азербайджана (ИПА). Их приговорили к различным срокам лишения свободы за измену и шпионаж в пользу другого государства, то есть Ирана. Впоследствии Исламская партия не прошла перерегистрацию в Министерстве юстиции, а осужденных великодушно помиловал президент. Тем не менее в конце ноября прошлого года при выезде на лечение в Иран на Астаринской таможне вновь был задержан один из помилованных, первый заместитель председателя высшего совета ИПА Гаджиага Нуриев, которого освободили лишь через четыре месяца.

Сейчас Г. Нуриев возглавляет старейшин села Нардаран, жители которого вступили в откровенную конфронтацию с режимом Г. Алиева. На подступах к этому селу установлены полицейские кордоны, власти преследуют тех, кто осмелился предъявлять какие-либо требования. Среди вновь арестованных и председатель Исламской партии Аликрам Алиев. Следует отметить, что при попытках властей пресечь несанкционированное собрание жителей села несколько человек серьезно пострадало, есть и убитые. Компетентные органы усиленно стремятся нащупать в этой акции социального протеста иранский след, а жители села на его центральной площади (имени имама Гусейна) вырыли себе могилы и готовы умереть за веру и справедливость.

Торгово-экономические связи

Торгово-экономические взаимоотношения между ИРИ и Азербайджанской республикой развиваются успешно и имеют весьма хорошие перспективы. Год от года увеличиваются объемы двусторонней торговли и масштабы экономического сотрудничества.

На открытии 9-й традиционной выставки иранских товаров в Баку (9 июня 2001 г.), иранская сторона заявила о своей готовности предоставить Азербайджану беспроцентные кредиты. В ходе этой ежегодной специализированной выставки министр экономического развития Азербайджана Ф. Алиев получил от главы правительственной делегации заместителя министра торговли Ирана, председателя центра расширения экспорта г-на М. Хосровтаджа предложения относительно развития сотрудничества в таких сферах, как нефтехимия, машиностроение, легкая и консервная промышленность, бахчеводство и др.

Не снят с повестки дня и вопрос об экспорте азербайджанских углеводородов по территории Ирана, что нашло отражение в заявлениях руководителей этих государств во время последней встречи президентов в Тегеране. Трудно не согласиться с тем, что иранское направление — наиболее выгодный и короткий маршрут для транспортировки азербайджанских углеводородов. В Иране уже есть разветвленная система трубопроводов и терминалов, и подключение к ней Азербайджана было бы лишь делом техники. Однако на сегодня политические интересы подмяли под себя экономические: Азербайджан, заявивший о своей однозначной ориентации на Запад, предпочел маршрут Баку — Тбилиси — Джейхан.

В силу объективных факторов и геополитической ситуации наша республика обречена на выбор стратегии, которая во многом зависит от сценария реализации энергетического потенциала страны: у нас нет прямого выхода на мировые рынки и мы вынуждены определять свой энергетический курс, исходя из возможных направлений трубопроводов, а их выбор предполагает неизбежное вовлечение в сложные геополитические процессы. Так как экономический фактор играет главную роль в региональных противоречиях и конкуренциях, Азербайджан должен учитывать намерения многих стран, у которых есть свои цели и национальные интересы, может быть даже где-то поступаясь и своими. Пока же основными маршрутами поставки азербайджанской нефти на мировые рынки остаются нефтепроводы Баку — Новороссийск и Баку — Супса.

К сожалению, и в выборе "трубы" Иран и Азербайджан не партнеры, а их взаимоотношения в этом вопросе — зримое воплощение протекающих в регионе геополитических процессов. К тому же приходится делить страны на "свои" и "чужие", а подобная селекция неизбежно ведет к формированию геополитических союзов и альянсов. В конце 2001 года вступил в строй трубопровод Тенгиз — Новороссийск, доставляющий казахстанскую нефть Каспийского трубопроводного консорциума (КТК) через Россию к Черному морю и мировым рынкам. В этом консорциуме также участвуют американские компании, поддерживаемые своим правительством.

Но если Иран и Азербайджан еще не связаны "трубой", то другие транспортные коммуникации двух государств создают реальную основу для претворения в жизнь проектов восстановления Великого шелкового пути и создания транспортного коридора "Север — Юг" в рамках реализации проекта международного транспортного коридора (МТК). Однако и здесь многое зависит от позиций участников этих проектов.

Оставляет желать лучшего и сотрудничество наших стран по проблемам экологии и эксплуатации рыбных ресурсов Каспийского моря. Иран и Азербайджан вместе с другими прикаспийскими странами и рядом международных организаций участвуют в Каспийской экологической программе (КЭП). Катастрофическое загрязнение моря и уменьшение его уникального поголовья осетровых рыб привело к тому, что валютные поступления от экспорта другого "черного золота" Каспия, икры, практически сведены на нет. А стоимость одного килограмма этой икры эквивалентна стоимости почти ста баррелей нефти.

Еще один вопрос, болезненно воспринимаемый азербайджанской стороной, — предложение Ирана о строительстве Худаферинского гидроузла: договоренность достигнута еще до начала карабахского конфликта, но сегодня эта территория не контролируется Азербайджаном.

Контакты в социально-культурной сфере

Большую часть своей истории азербайджанский и иранский народы прожили совместно, вместе создавали материальные и культурно-исторические ценности, которые стали достоянием всего мира. И сегодня юбилеи выдающихся ученых и поэтов прошлого, например Низами, Туси, Хатаи, Физули почтительно отмечают в обеих странах. Во многих селах и городах Азербайджана не только верующими бережно сохраняются и почитаются могилы и гробницы-имамзаде — членов семей непорочных имамов. Паломничество в Мешхед к могиле имама Ризы — добровольное обязательство каждого мусульманина-азербайджанца.

В отличие от других субъектов геополитической "игры" в регионе Иран развивает сотрудничество с соседями главным образом в торгово-экономической и культурной сферах. В Баку функционируют Иранский культурный центр, периодически организующий различные выставки и другие мероприятия; Иранское благотворительное общество "Имдад" имени имама Хомейни ежегодно оказывает материальную помощь беженцам и семьям, пострадавшим в ходе карабахского конфликта.

Значительное число азербайджанцев проживает в Иране, много выходцев из Ирана — в Азербайджане. Но в межгосударственных отношениях не все просто: Тегеран озабочен возможными подрывными и провокационными акциями среди проживающих в Иране этнических азербайджанцев. Тем более что в Азербайджане существует благоприятная почва для деятельности спецслужб некоторых стран, которых друзьями Ирана не назовешь (Израиль, США и др.). И хотя официальный Баку не поощряет паназербайджанский национализм, в нашей стране немало тех, кто верит в утопическую возможность воссоединения Северного и Южного Азербайджана, что в свою очередь не может не привести к значительным разногласиям.

Проблемы транзита наркотиков и приграничной контрабанды также создают головную боль правоохранительным службам обоих государств. Руководители этих органов периодически встречаются для координации действий по борьбе с преступностью, незаконным оборотом наркотиков и терроризмом. Последняя встреча по этим проблемам между министром национальной безопасности Азербайджана Намиком Аббасовым и министром внутренних дел Ирана Абдулвахидом Мусеви Лари состоялась в Баку 22 января нынешнего года. Они подписали меморандум о сотрудничестве в пограничных вопросах, в борьбе с контрабандой наркотических средств, психотропных и иных веществ. Не исключено, что на этой встрече обсуждались и вопросы об экстрадиции некоторых лиц, укрывшихся от правосудия на территории Ирана и Азербайджана. Кроме того, иранского министра принял и президент Азербайджана.

Заключение

Народы Азербайджана и Ирана "обречены" на добрососедские отношения. Несмотря на общность исторических и культурных корней, Иран и Азербайджан сегодня представляют два разных мира — Азию и Европу, Восток и Запад. Оба государства фактически находятся на передовой и в "войне цивилизаций", и в их диалоге. Но у обеих стран есть шанс явить миру образец добрососедских и дружеских отношений, стать оплотом мира и безопасности в регионе. Путь к этому лежит через взаимопонимание, диалог и сотрудничество во всех областях, через постепенное, поэтапное разрешение накопившихся проблем. Только тесное региональное сотрудничество может гарантировать мир, стабильность и безопасность в регионе.

Но как скоро произойдет реальное сближение позиций руководства обоих государств, еще не известно. К сожалению, приходится констатировать, что взаимоотношения Азербайджана и Ирана находятся в прямой зависимости от отношений этих государств с третьими странами.


1 Путь, ведущий к истине. Послание великого вождя Исламской революции и основоположника Исламской республики Иран имама Хомейни главе Советского Союза Михаилу Горбачеву. Тегеран, 1995. С. 6 (на араб. яз.).
2 Там же. С. 7.
3 См.: Малеки А. Иран и Туран: к вопросу об отношениях Ирана с государствами Центральной Азии и Закавказья // Центральная Азия и Кавказ, 2001, № 5 (17). С. 109.
4 См.: Там же. С. 110.
5 См.: Расизаде А. Миф об углеводородном изобилии Каспия и геополитическая стратегия "трубы" // Центральная Азия и Кавказ, 2001, № 4 (16). С. 33.
6 См: Зеркало, 28 июля 2001, № 140. С. 7.
7 См.: Там же. С. 11.
8 См.: Зеркало, 28 июля 2001, № 140. С. 5.
9 См.: Ардабели Х.К. Правовой режим Каспийского моря, развитие ресурсов и энергетических магистралей // Аму-Дарья, 1999, № 1. С. 17.
10 См.: Зеркало, 19 января 2002, № 13. С. 9.
11 См.: Зеркало, 28 июля 2001, № 140. С. 11.
12 См.: Кулиев Г. Трубопроводная стратегия Азербайджана: геополитическая реальность "трубы" // Центральная Азия и Кавказ, 2001, № 3 (15). С. 25.
13 См.: Данекар А. Предупреждение экологического кризиса на Каспийском море // Аму-Дарья, 1999, № 1, С. 64.
14 См.: Зеркало, 24 января 2002, № 16. С. 2.

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL