НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ, МЕНТАЛИТЕТ И СМИ

Фатима МУМИНОВА


Фатима Муминова, доктор филологических наук, доцент кафедры журналистики Национального университета Узбекистана (Ташкент, Узбекистан)


Во введении к книге известного американского ученого, специалиста по праву СМИ, профессора Монро Прайса Я. Засурский, декан факультета журналистики Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова, пишет: "В конце века опасность злоупотребления СМИ и новейшими информационно-коммуникационными технологиями в качестве инструмента манипулирования сознанием обозначились жестко и жестоко. Для преодоления этой опасности нужны международные усилия"1. Данная мысль весьма актуальна для стран СНГ, поэтому мы решили рассмотреть этот вопрос, так как в журналистике стран постсоветского пространства проблемы национальной адекватности, идентичности и самоидентичности приобрели первостепенное значение.

Состояние государств Содружества во время провозглашения ими своего суверенитета

Для того чтобы правильно понять значение темы национальной идентичности и менталитета в СМИ стран СНГ, необходимо вспомнить, в каком состоянии они оказались в начале переходного периода. Почти все республики находились в одинаковом положении: технически отсталые, материально несостоятельные, психологически ущемленные (частая смена вождей, неудавшаяся перестройка, быстрый рост цен на предметы первой необходимости и т.д.). СССР безнадежно отстал от им же провозглашенных темпов и критериев, экономика в одно мгновение стала неуправляемой, в немалой степени разваленной, западный образ жизни, его достаток и свободы оказались для советских людей манящим маяком. Широкие массы вдруг очутились в безбрежном океане без руля и ветрил.

В результате поиск самовыражения в том, что люди делали до 1991 года, потерял смысл. СМИ всех тогдашних союзных республик, а затем и новых независимых государств практически одинаково отражали тот период: растерянность, распад (если не паралич) власти, резко усложнившееся материальное положение людей. Народы всех новых стран должны были найти себе новый идеал. Коммунизм как цель и коммунисты, как лидеры его строительства, сошли с политической сцены всех республик бывшего Союза.

Но, как показывает изучение СМИ стран СНГ того периода, уйти в идейное никуда тоже было невозможно. Без мощных идеологических символов народы бывшего СССР, насквозь пропитанные ими, жить не могли. И тогда появился новый, одинаково яркий для всех символ — национально-территориальная принадлежность.

Национальный фактор как форма наиболее сильного сплочения народа в данный период

Расхождение, обозначившееся между лозунгом и реальной жизнью, следовало ликвидировать, основываясь уже на идее государственной независимости. Все лидеры стран СНГ поддержали и определили эту идею одинаково — в пределах государственных границ. Национально-государственная идея стала своего рода основой стабилизации политической жизни. В национально-государственной идентичности и менталитете ощущалась не только моральная, психологическая, но и чисто физическая потребность — обеспечение личной безопасности. Известно, что в коллективе (особенно нации) такое чувство набирает размах, уверенность. Поэтому население всех государств Содружества без колебания приняло данную идею. Она возродила надежды на лучшее будущее, построенное уже на новой основе, ликвидировала чувство национальной неполноценности, соответствовала целям лидеров и масс, позволила обрести собственную безопасность, предоставила полную свободу действий местным властям и т.д. Как показывает анализ многочисленных выступлений СМИ стран СНГ того времени, национальная ущемленность стала массово-заразительным ощущением. И новую идею лидеры новых стран использовали как наиболее плодотворный метод для идеологической переориентировки своих народов — она действительно дала обильные всходы, местами даже рассорив еще недавних партнеров по Союзу, включая соседние нации.

Было два основных фактора, способствовавших подъему национального чувства (а местами национализма). Первый — желание местных властей править единолично, не допускать нежелательного для них вмешательства — международных организаций и других стран — в их стиль правления. В то же время понятно, что это стремление должны были поддержать общество и народные массы. Однако прямая декларация и популяризация подобного стиля правления оказалась бы губительной для руководителей новых государств. Поэтому (второй фактор) был избран путь возрождения нации. Фактически понятие "нация" уравняли с понятием "граница государства". Национальное достоинство, величие — крепкие и стойкие чувства, охраняющие государство лучше, нежели самые сильные пограничники.

Такому течению событий в немалой степени способствовали психология привыкших к духовной зависимости народов бывшего СССР, а также прежние политические институты общества, которые были привычны (и удобны) для руководства и сориентированы на контроль поведения масс. В одной из своих работ исследователь Л. Землянова цитирует Джорджа Гербнера: "Политика массовых средств выражает не только стадии индустриального развития и общей структуры социальных отношений, но также и различные типы институциональной и индустриальной организации и контроля"2.

Многие руководители новых государств построили свои идеологии на тезисе национального возрождения. Это был одинаковый для всех фундамент, идейный и организационный. Единый подход к проблеме выручил лидеров, ни у одного народа не появилось оснований для сомнения. На таком фундаменте создавались новые независимые государства. Но сам процесс строительства в этих странах пошел по-разному.

Правильно поступили те, кто организовал национальные СМИ таким образом, что не стал поднимать в надземную часть постройки чисто национальные идеи, а использовал общечеловеческие, общемировые критерии — стал распространять принятые в развитом мире ценности и нормы жизни, прежде всего демократию и свободу прессы. Это государства Балтии, частично Россия и некоторые другие. К сожалению, большинство новых независимых стран таких результатов не добилось. Одна из решающих тому причин — повышенное внимание к национальному вопросу. В конечном счете деятельность СМИ на этом направлении упиралась в узкополитические цели государства.

В результате, благодаря национальным традициям, установкам руководителей государств СНГ и действиям СМИ, новый менталитет на практике был сориентирован односторонне — как национальное чувство. Его международные функции и достоинства в некоторых странах (Туркменистан, Таджикистан) в определенной степени проигнорировали. В свою очередь, воссозданные в одностороннем значении национальный фактор и менталитет (без достаточного международного содержания) нашли свое непосредственное отражение в национальной идеологии как ярком, характерном выражении национальной идентичности народов новых государств. Другими словами, созданная национальная идентичность основывалась больше на повышенном восприятии национального достоинства, нежели на нации как части мирового сообщества. Нет сомнения в том, что СМИ стран СНГ весьма преуспели в пропаганде этой идеи.

Для сравнения возьмем нейтральный пример — из области экономики. Никто не станет отрицать, что богатое общество можно создать только при помощи свободной экономики. Как же обстояло дело в странах СНГ на этом действительно важном направлении? Приведем цитату из статьи М. Юдина "Нашу экономику признали свободной только по меркам СНГ". "Американский фонд "Наследие" и газета "Уолл-стрит джорнэл" опубликовали ежегодный доклад о степени свободы экономики в разных странах. В обзор были включены 156 государств. Экономическая свобода оценивалась по 12 категориям: торговая, налоговая, финансовая и банковская политика, вмешательство правительства в экономику, уважение прав собственности, иностранные инвестиции, влияние "черного рынка" и т.д. Оценки варьировались в диапазоне от одного (высший балл) до пяти. России, по мнению авторов доклада, до полной экономической свободы пока далеко, она заняла лишь 104 место, разделив его с Арменией и Доминиканской Республикой, — 3,45 балла. Однако если сравнить наши показатели с другими республиками бывшего СССР, то на их фоне российская экономика выглядит не столь уж плачевно. Среди стран СНГ Россия вместе с Арменией занимают второе место, незначительно уступая лишь Молдавии, получившей 3,35 балла. Зато мы опережаем Грузию (3,65), Украину (3,80), Киргизию (4,00), Белоруссию (4,05), Казахстан (4,10), Азербайджан (4,40), Таджикистан (4,40), Туркмению (4,50)"3. Добавим, что на первых местах оказались Гонконг, Сингапур, Бахрейн, Новая Зеландия и Швейцария, имеющие одинаковый балл — 1,25.

СМИ стран СНГ на службе национальной идентичности, национального менталитета и как инструмент новой государственности

Идентичность своеобразно сочетает в себе историю и современность нации, и, как показывает практика СМИ, она успешно запутывает массы в этом вопросе. Возьмем историю. С подачи лидеров и ученых журналисты того или иного государства подхватывают, аргументируют и развивают выбор из многовекового бытия нации наиболее удобного для нее периода и, взяв его за основу, начинают создавать новую идеологию как выражение идентичности (Казахстан — Фараби и просветители XIX в., Кыргызстан — Манас и просветители, Узбекистан — Амир Тимур и джадиды). Идея Евразии автоматически означает лидерство Казахстана в Центральной Азии: большая по территории страна расположена на границе двух континентов и уже одно это подчеркивает ее величие. Идея Туркестана как общего дома подразумевает лидерство Узбекистана в регионе, как это действительно было во времена официального существования такой территориальной целостности. Туркменистан, не имеющий весомых исторических шансов на лидерство, провозгласил себя нейтральным государством, отвергая таким образом любые попытки рассматривать его как дополнительного участника какого-либо союза. Стихи о стране и президенте, публикуемые в каждом номере каждой газеты (вместо прежнего лозунга "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!"), как нельзя лучше демонстрируют национальную политику этой страны в области СМИ.

Можно понять, почему отказ остальным, в том числе соседним, государствам в таком лидерстве журналисты страны-претендента расценивают как козни. Не вызывает сомнения, что подобную национальную идентичность создают средства массовой информации. Этой цели подчинены многочисленные материалы газет, журналов, радио и телевидения.

В действиях СМИ, направляемых идеологами и журналистами, есть глубокая последовательность, логика, умело выбранные методы эмоционального воздействия. Поэтому прав М. Прайс, когда пишет, что "миллионы образов, носящихся в умах общества, помогают определить саму природу национальной принадлежности, отношения к пространству, семье, правительству и государству"4. Так СМИ одновременно и подчиняются идентичности, и создают ее. Или, другими словами, они есть инструмент формирования новой государственности при помощи национальной идентичности и менталитета.

Как пишет исследователь В.В. Бухтий, в 1997 году в российской прессе тема русской идеи, духовного возрождения была постоянной, и, безусловно, это связано с прозвучавшим летом 1996 года призывом президента — найти национальную идею5. Многие газеты и журналы анализировали, почему российское общество не смогло в тот период обеспечить социально-политическую и экономическую стабильность. В числе причин указывалось, что исторически Россия придерживалась мобилизационного пути развития, что русская политическая культура содержит в себе черты тоталитаризма и традиционной автократии и это препятствует развитию демократических институтов и т.д. Все эти споры актуализировали в обществе вопросы национальной идентичности и СМИ. Они стали объектом внимания и ученых. Появились, например, такие работы: Гачев Г.Д. "Ментальность и национальный космопсихологос" // Вопросы философии, 1994, № 1; Герасимов И.В. "Российская ментальность и модернизация" // ОНС, 1994, № 4; Кантор В.К. "Меняется ли российская ментальность" // Вопросы философии, 1994, №1 и др.

Государство образуется при помощи многих факторов, которые находят свое воплощение в социальных институтах. СМИ как самостоятельный институт играют особую роль в налаживании связей между всеми институтами, в формировании таким путем целостного государства. Применительно к широким массам, СМИ играют свою роль и в отражении, популяризации деятельности данных институтов. Образы, которые создают и распространяют в масс-медиа журналисты, играют для идентичности не меньшую (если не большую) роль, чем другие институты. Журналистика — мощный инструмент формирования соответствующей национальной идентичности, а через это и средство создания новой государственности. Если журналисты служат государственному аппарату и не являются самостоятельными, то создаваемый ими мир ценностей и символов помогает лидерам стран утверждать в обществе удобную для последних национальную идентичность, которая может быть неадекватна реальной идентичности.

В связи с вышеизложенным верным представляется предупреждение о том, что "захват инструментов образов станет такой же угрозой в XXI веке, как и оружие массового уничтожения"6. Несомненно, журналистику можно считать оружием массового идейного заражения, и в этом смысле она (независимо от того, правдивая эта пресса или лживая) весьма эффективное средство создания идентичности.

Здесь необходимо отметить одну особенность популяризуемой в обществе национальной идеологии и идентичности. В любой стране всегда находятся люди, критически относящиеся к постулатам основоположников новой государственности, а зачастую и опровергающие их. В таком случае в распоряжении лидеров и журналистов есть два испытанных средства: общественное мнение и законы. Против оппозиции сначала запускается первое; если оно не помогает, то второе, которое действует безотказно.

Новые возможности СМИ и проблема идентичности

Радио и телевидение, а также новые информационные технологии коренным образом изменили возможности современной журналистики. Как мы отмечали выше, газеты и журналы с самого начала своего возникновения старались удержать воздействие на массы в пределах, удобных для своих издателей. То же можно сказать о проводном радиовещании, которое преобладало до 60-х годов ХХ века.

Ситуация стала меняться в начале 1960-х, на этапе массового распространения эфирного телерадиовещания. Прежде незыблемые идейные основы государств особенно пошатнулись с запуском на околоземную орбиту трансляционных спутников. С 1970-х годов национальный менталитет, а если брать шире, то национальная журналистика и государственность стали размываться в связи с постепенно увеличивающимся международным воздействием на внутренние средства массовой информации и нацию.

Это поставило властные структуры и СМИ перед очередной необходимостью удержать народ под своим влиянием. Так опять актуализировался вопрос национальной идентичности. Идентичность стала современной формой идейного управления нацией в условиях массированного воздействия на нее зарубежных СМИ, оказалась ключевым методом ограничения чуждого влияния на нацию в условиях отсутствия границ для информации. Массовую всестороннюю международную информацию начали перебивать такой же, даже более массовой, но строго отобранной и качественно отделанной внутренней информацией особого характера. Мы считаем эту тенденцию чрезвычайно важной в современных условиях развития журналистики СНГ. Можно сказать, что новые условия вынудили журналистов и руководителей прессы предпринять энергичные усилия для мощной разработки в СМИ национальной идентичности с целью удержать народ и общество под своим влиянием.

В переходный период для многих стран СНГ характерен поиск своего рода устойчивого заслона для противостояния захлестывающему валу технокоммуникационного Запада. Исследователь И. Извекова даже откровенно задается вопросом: "Существуют ли границы, благодаря которым отечественная журналистика будет способна отстоять свое "самостояние" и остановить девятый вал прозападной?"7. Основываясь на анализе просветительской деятельности М.В. Ломоносова, Н.И. Новикова, А.Н. Радищева, Г.М. Успенского, автор отмечает, что в период становления российская журналистика имела свои национальные особенности и приоритеты. Так, отличительной чертой российской публицистики и литературы XIX века явилось то, что они были обращены к исследованию жизни маленького человека, "трущобных людей", познанию реальной жизни народа. Эта гуманитарная парадигма включала в себя как рациональные, эмпирические критерии познания, так и эмоционально-чувственные. Гуманитарная парадигма, по словам Извековой, в концентрированном виде "выражает наиболее существенные, генетически присущие российской журналистике принципы и методы творческой деятельности. Многолетняя практика журналистики доказала ее состоятельность. Следовательно, нашей журналистике есть что противопоставить западной журналистике"8. Гуманистическая идеология допускает множество трактовок положений различных обществ, культур на основе общих принципов решения глобальных проблем, принятия концепции устойчивого развития, соблюдения общепризнанных прав человека и т.д.

Процесс глобализации как источник противоречия между рынком и некоторыми формами национальной идентичности

Глобализация — одна из основных закономерностей современного мирового развития. Она проходит по всем сферам функционирования общества: политической, экономической, культурной, научной, экологической, правовой и т.д. Избежать ее невозможно, так как необходимость глобализации обусловлена развитием рыночных отношений. Подобно тому, как глобальное есть антипод национально-территориальному, точно так же идеи глобализации противоречат идее национальной идентичности, если последняя замыкается в пределах "внутренне национальной" идеи. Относительно СМИ можно сказать, что сама их природа восстает против ограничения сообщений средств массовой информации национальными границами. Ведь это средства именно информации масс, поэтому естественно, что редакция, студия или компания стремится включить в свою аудиторию как можно больше людей, в том числе невзирая на физические границы. Таким образом, один из важнейших аспектов существования СМИ, функциональный, в условиях рынка входит в противоречие с реалиями национальных границ. Функциями СМИ являются, в числе других, информирование, просвещение, распространение культуры и услуг. Если национальная идентичность имеет в качестве центрального смысла национальные границы, то она не может противостоять международным идеям, так как они проходят через эти границы, не спрашивая на то разрешения.

Может быть, это прозвучит как парадокс, но тем не менее следует сказать, что глобализация нередко содействует возникновению второй, более реальной идентичности, существующей параллельно первой, которая (первая) создается отечественными СМИ в границах национального государства в удобной для его руководителей форме. Подобная опека часто приводит журналистов к искажениям — преувеличению успехов, замалчиванию недостатков нации. В результате зарубежные СМИ, более независимые, создают второй образ идентичности, в котором они достовернее отражают внутреннее состояние нации. Для остального мира вторая идентичность более приемлема. В случае смены власти вторая идентичность нередко переносится на внутреннюю почву и становится первой.

Глобализацию нельзя оценивать только как положительное явление. Она может нанести серьезный урон менталитету, нравственности, а если брать шире, то и основам государственности, если будет безраздельно господствовать внутри национальных границ страны.

Переход к идее гармонии общемировой и национальной идентичности как закономерный процесс

К глобализации следует относиться положительно, если речь идет о деполитизации как о методе искусственного ограничения наций государственными границами. Но ее нельзя поддерживать, если она стирает культурные различия и самобытность этносов. В этом смысле национальные СМИ каждого государства должны отличать первое от второго и бдительно действовать в необходимом русле.

Новые СМИ, интенсивно распространяя свои сообщения по всему миру, фактически ликвидируют национальные границы. Это ведет к тому, что немалая часть составных национальной идентичности (в основном националистическая и устаревшая) в новых условиях не работает. Быстро распространяются единые для всего мира понятия: права человека, образ жизни, характер собственности, средства передачи информации и т.д. В новых условиях журналистам приходится многое переосмысливать. Сегодня все страны СНГ открыты для международной информации, которая оказывает сильнейшее давление на их национальные идеологии. Идентичность, создаваемая лидерами и СМИ, фактически есть попытка противостоять информационной и другим формам глобализации. Однако вряд ли подобные усилия приведут к успеху. Глобализация СМИ фактически означает создание всемирной аудитории. По новым критериям местными становятся не только общенациональные, но и международные новости.

Конечно, развитые государства склонны к информационной экспансии, их технически мощные СМИ часто успешно выполняют эту роль. Однако не все они и не всегда ведут себя как агрессоры. Для контроля над ними существуют не только национальные, но и международные инстанции. Важнейшая задача таких ограничений — создать модель гармоничного сочетания общемировой и национальной идентичностей. Главная идея при этом предельно проста — каждая нация сохраняет свою оригинальность, становясь одновременно самобытной частью общемировой идентичности.

Национальную идентичность оберегают почти все международные документы: Всеобщая декларация прав человека (1948 г.), Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (1953 г.), Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (1975 г.), Международный пакт о гражданских и политических правах (1976 г.) и т.д. Например, положения Директивы о телевидении без границ предусматривают право каждой страны, принимающей зарубежный телесигнал, подать жалобу в соответствующие международные инстанции, если он наносит ущерб ее национальной идентичности.

Некоторые специалисты предлагают разработать общемировые критерии деятельности СМИ. Ученый А. Рихтер, редактор книги М. Прайса, завершает свое предисловие к ней словами: "Во время, когда глобализация приводит к многосторонним драматическим воздействиям на наши собственные процессы, жизненно важно выработать транснациональный по своей сути набор принципов, исходя из понимания американского и европейского подходов, но не отдавая предпочтения какому-то одному из них"9. К сожалению, о самих принципах ничего не сказано. Мы полагаем, что это, видимо, общечеловеческие ценности, на которых должна базироваться в своей деятельности журналистика каждой страны.

Мнение Рихтера заинтересовало нас больше в другом плане. Автор конкретно называет американский и европейский подходы, упуская из виду Азию. Европейский подход по своей сути основывается на приведенных выше международных документах. Американцы пошли немного дальше. Как известно, весь американский народ провозглашен единой нацией, в паспортах граждан этой страны графа "национальность" отсутствует.

Перейдем к Азии. Мы полагаем, что азиатский подход и метод создания гармонии общемировой и национальной идентичности может оказаться более перспективным. Обратимся к основе жизни всякого общества — экономике. Последняя четверть ХХ века показала, что азиатский способ производства, основанный на общинном характере, несомненно, более перспективен (Япония, Азиатско-Тихоокеанский регион, Китай и др.), чем европейский или американский, он выдержал жесткую конкуренцию со стороны ЕС и американских корпораций. Именно национальная идентичность послужила (в широком смысле) главным культурным и социальным институтом, на котором базировались новые формы организации экономики, конкуренции. Так, в основе подъема экономики и СМИ ставших сегодня передовыми азиатских стран (включая Гонконг, Сингапур, Бахрейн и др.) лежит именно национальная идентичность с ее общинно-патриотическими формами.

История повторяется. В свое время не было границ между государствами, а их наличие обеспечивалось существованием крупных городов, в которых централизовалась власть. Сегодня, несмотря на присутствие столбов, контрольной полосы и караульных нарядов, границы вновь стали призрачными, ибо через них легко переходят гигантские потоки информации, а каждое государство или нация сохраняют при этом свой суверенитет на фоне общемирового единства.

Таким образом, национальная идентичность и менталитет — мощнейшие средства консолидации нации, ее мобилизации на национальное возрождение и развитие. Решающую роль в реализации этих задач играют отечественные СМИ. Однако, как показала практика работы журналистики СНГ за последние 10 лет, национальная идентичность и менталитет могут быть созданы с односторонним уклоном — к возвеличиванию нации. Данный процесс неизбежен на начальном этапе, когда нация нуждается в осознании самой себя. Но уже через несколько лет в центр национальной программы развития страны должны быть поставлены общемировые критерии и ценности. Мы считаем, что в большинстве стран СНГ этот процесс явно затянулся, национальные ценности продолжают преобладать над общемировыми и это один из главных недостатков в работе СМИ периода независимости.


1 Засурский Я.Н. Информационное общество: телекоммуникационный и правовой аспекты. Введение к книге: Прайс М. Телевидение, телекоммуникации и переходный период. М.: Изд-во Московского университета, 2000. С. 6.
2 Землянова Л.М. Современная американская коммуникативистика. М.: МГУ, 1995. С. 83.
3 Известия, 3 декабря 1997.
4 Прайс М. Указ. соч. С. 13.
5 См.: Бухтий В.В. На стыке двух миров // Журналистика в 1997 г. Тезисы научно-практической конференции. М., 1998. С. 4.
6 Там же. С. 70.
7 Извекова И.В. Гуманитарная парадигма отечественной журналистики // Акценты. Новое в массовой коммуникации. Альманах. Воронеж, 1999. Выпуск 3—4. С. 32.
8 Извекова И.В. Указ. соч. С. 36.
9 Рихтер А.Г. Предисловие к книге: Прайс М. Телевидение, телекоммуникации и переходный период. С. 8.

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL