ВЫБОРЫ В КАЗАХСТАНЕ КАК ИНДИКАТОР ДЕМОКРАТИЗАЦИИ ОБЩЕСТВА

Юрий БУЛУКТАЕВ


Юрий Булуктаев, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института философии и политологии Министерства науки и образования Республики Казахстан (Алматы, Казахстан)


За 10 лет независимого развития Казахстана выборы в республике оказали существенное влияние на формирование ее политических институтов: избирательной системы, партийной структуры, парламентаризма. Однако, по мнению ряда аналитиков, избирательные кампании еще не стали процессом, по итогам которого по-настоящему легитимно происходит смена политической элиты, и способом контроля над властными структурами со стороны населения.

Эволюция избирательной системы

Первый этап эволюции избирательной системы Казахстана начался в 1990 году и фактически продолжался до конца 1993 года. В это период было обеспечено сравнительно широкое участие общественности в избирательном процессе, да и сама эта система была демократичной для того времени, когда лишь начался переход к демократии и была демонтирована прежняя тоталитарная система выборов. Все это позволило отчасти демократизировать организацию представительных структур власти и их состав. Причем до августа 1991 года свои позиции сохраняла правящая Компартия, что способствовало преобладанию ее представителей в Советах народных депутатов1.

Однако в 1992—1993 годах стало очевидно, что избирательная система уже не соответствует складывающимся новым общественным отношениям в политико-властной структуре. Необходимо было изменить механизм формирования властной элиты, в качестве которого и выступила новая избирательная система.

28 января 1993 года Верховный совет республики принял первую Конституцию независимого Казахстана. Несмотря на то что прежняя избирательная система продолжала действовать до утверждения специального закона о выборах, Конституция полностью изменила систему и принципы представительства депутатов во властных структурах. Так, согласно четвертому положению Основ конституционного строя, единственным источником государственной власти в республике признавался народ Казахстана, который осуществляет эту власть непосредственно и через своих представителей. Все без исключения депутаты Верховного совета и местных представительных органов должны были быть избираемы непосредственно народом. Возможность какой-либо кооптации (без выборов) не предусматривалась. Конституция также закрепила основные принципы избирательного права: всеобщность, равенство, прямой характер выборов и тайное голосование.

Второй этап реформирования избирательной системы начался 9 декабря 1993 года, когда Верховный Совет страны принял Кодекс "О выборах в Республике Казахстан", согласно которому в государстве вводилась мажоритарная избирательная система и существенно менялся порядок выдвижения кандидатов. Теперь это право, сохранив его и для общественных объединений, предоставили не избирательным коллективам, а самим гражданам — путем самовыдвижения. Кроме того, был введен государственный список кандидатов в депутаты Верховного совета, право на выдвижение которых было предоставлено президенту страны. По этому списку предусматривалось избирать 42 депутата. От кооптации избрание по госсписку отличалось тем, что это было действительно избрание — на альтернативной основе и по системе относительного большинства.

Однако и в этой системе был весьма существенный недостаток — в ней не предусмотрен общественный контроль над процедурой голосования и подведения его итогов. В Кодексе о выборах вообще не упоминалось об участии наблюдателей в избирательном процессе, то есть он лишь в некоторой степени стал более прогрессивным и приближенным к международным стандартам.

Возможно, это обусловлено тем, что Кодекс о выборах приняли в условиях инициируемого исполнительной властью самороспуска Верховного и всех местных советов. Другими словами, на депутатов откровенно "давили", что заранее предопределяло характер принимаемых ими законов.

В связи с этим парламентские выборы 1994 года прошли с многочисленными нарушениями Конституции и Кодекса о выборах, что предрешило их результаты. Нарушения законодательства зафиксированы постановлением Конституционного суда от 6 марта 1995 года, принятым по иску кандидата в депутаты Т. Квятковской. Это привело к тому, что Верховный Совет (XIII созыва) был признан нелегитимным и распущен, в стране возник конституционный кризис, завершившийся только с принятием нового Основного закона. К тому же следует упомянуть, что эти выборы впервые прошли на многопартийной основе (правда, без предоставления мест по партийным спискам), что способствовало реальному участию политических партий в дальнейших избирательных кампаниях.

Третий этап эволюции избирательной системы связан с новой Конституцией республики, принятой 30 августа 1995 года, что повлекло за собой изменение политико-институциональной структуры, привело к реорганизации избирательной системы и соответствующего законодательства. Из положений нового Основного закона страны, так или иначе посвященных выборам, основополагающими являются следующие: "Народ осуществляет власть непосредственно через республиканский референдум и свободные выборы..." (п. 2 ст. 3); "Граждане Республики имеют право избирать и быть избранными в государственные органы и органы местного самоуправления..." (п. 2 ст. 33). Избирательное законодательство, дающее полное представление об избирательной системе в республике, представлено главным образом указом президента страны от 28 сентября 1995 года "О выборах в Республике Казахстан". Этот документ имеет силу конституционного закона. Для всех кандидатов установлена двухтуровая мажоритарная система абсолютного большинства, за исключением кандидатов в органы местного самоуправления, которых избирают на основе большинства относительного.

К недостаткам указа о выборах следует отнести следующие моменты: отсутствует четкое определение правового статуса наблюдателей от общественных объединений, иностранных государств и международных организаций, хотя само их присутствие и участие в избирательном процессе предусмотрено; не обозначен механизм пресечения нарушений процедуры голосования на избирательных участках, зафиксированных наблюдателями; запрещено (п. 3 ст. 40 и п. 5 ст. 42) вмешательство представителей кандидатов и наблюдателей в работу избирательных комиссий при открытии участков и проведении на них голосования (в частности, не дается толкование термина "вмешательство", что позволяет избиркомам предпринимать любые действия в отношении наблюдателей); не предусмотрен механизм контроля со стороны наблюдателей и представителей кандидатов над подсчетом голосов при подведении итогов выборов.

На прошедших в декабре 1995 года парламентских выборах наблюдалась большая пассивность избирателей, что можно объяснить и их недоверием к действующей избирательной системе. Так, согласно данным Центральной избирательной комиссии, из 8 959 543 граждан, включенных в списки избирателей, в голосовании при выборах в Мажилис участвовали 7 153 444 человека (79,84%)2. Выборы показали несовершенство избирательной системы, ее несоответствие общепризнанным международным демократическим правовым нормам и принципам.

В 1998 году в Конституцию внесены поправки, серьезно изменившие организацию выборов. Была усилена роль политических партий, благодаря принятой пропорциональной системе голосования они получили более широкий доступ к законодательной работе. Согласно этим поправкам в 1999 году выборы депутатов парламента и президента страны прошли по новым правилам.

Всего в Конституцию внесено 19 поправок, семь из них посвящены вопросам выборов, в частности, упразднен институт внеочередных выборов главы государства путем исключения из статьи 41 (пункта 4), изменен порядок образования избирательных комиссий. Однако это не означает, что их полностью вывели из-под юрисдикции исполнительной власти. Более того, порядок формирования избиркомов облегчает лоббирование кандидатов, поддерживаемых этой властью (ст. 10, п. 3; ст. 11, п. 2; ст. 13, п. 1; ст. 15, п. 1; ст. 17, п. 1). О возможностях исполнительной власти говорят и другие положения избирательного законодательства. Например, представителям кандидатов в депутаты и наблюдателям от общественных объединений запрещается вмешиваться в работу избирательных комиссий, в том числе и при подсчете голосов избирателей; право ставить вопрос об их повторном подсчете получила только вышестоящая избирательная комиссия (ст. 40, п. 3; ст. 20, п. 6).

И все же можно сказать, что изменения и поправки в Конституцию, а также в законодательство об избирательных кампаниях позволили повысить уровень индивидуального и партийного участия в очередных выборах парламента страны, которые состоялись в сентябре — октябре 1999 года.

Электорат и парламентские выборы

Первые в истории суверенного Казахстана демократические выборы в парламент финишировали 7 марта 1994 года. Трехмесячный предвыборный марафон проходил в сложнейшей экономической и общественно-политической обстановке. Особенности поведения избирателей, в частности мотивацию их участия в голосовании, можно охарактеризовать на основе результатов социологического исследования "Выборы глазами избирателей", проведенного Информационным центром Верховного совета республики в Алматы. Более половины опрошенных (55,8%) объяснили свое решение голосовать гражданским долгом, 22,5% — заботой о демократическом развитии общества, необходимостью совершенствовать законодательство — 19,7%, а 14% респондентов в числе мотивов, повлиявших на их выбор, назвали необходимость защитить интересы своей нации (так мотивировали свое участие 13,9% опрошенных казахов и 17,2% — русских). Необходимостью избрать профессиональный парламент как противовес исполнительной власти объяснили свое решение 13,3% респондентов. И только 7,67% обосновали свой выбор симпатиями к определенному кандидату3.

Конечно, в ходе выборов отмечено немало изъянов (в основном экспертами ОБСЕ): предвыборную агитацию ограничили по времени и слабо финансировали, недостаточно активны были сами кандидаты в депутаты, в их списках практически отсутствовали новые имена, кампанию слабо освещали средства массовой информации. В ответ на укоры международных наблюдателей президент страны обратился к ним с просьбой учесть, что республика только встала на путь плюрализма мнений, лишь недавно освободилась от засилья коммунистической идеологии, следовательно, подходить к избирательному марафону необходимо с учетом реалий, а не с позиции западных стандартов.

И все же эти выборы оказали влияние на дальнейшее развитие многопартийности, а опыт, накопленный в ходе избирательной кампании, трудно переоценить. Даже некоторые эксперты ОБСЕ признали их (проголосовало 75% избирателей) достижением молодой демократии.

В 1995 году граждане страны имели возможность трижды реализовать свое избирательное право: на двух референдумах (о продлении полномочий президента Н. Назарбаева и о новой Конституции) и на парламентских выборах. По итогам социологического опроса, проведенного Институтом Гиллера (Независимый институт изучения общественного мнения в Алматы), общую ситуацию в стране в этот период можно охарактеризовать как массовое недовольство. Положением дел в республике были не удовлетворены: "совсем" — 31,1% респондентов, "скорее" — 47%. При этом в этническом аспекте здесь больше русских (47% "скорее не удовлетворены" и 38% "совсем не удовлетворены" — при полном отсутствии "очень удовлетворены" и 13% "скорее удовлетворены"). У казахов доля "совсем не удовлетворены" оказалась на 20% меньше, а "скорее удовлетворены" — вдвое выше, чем у русских. Показательно, что полюс недовольства смещался в области с преобладанием этнических русских — северные и восточные, и в небольшие города, где наиболее остро проявлялись проблемы, связанные со спадом, а то и полной остановкой производства4. Преобладающая мотивация участия в выборах и референдумах такова: 68,2% голосовали, так как полагали, что обязаны участвовать в этих кампаниях.

Выборы в парламент, прошедшие в 1999 году, характеризовались более активной конкурентной борьбой и применением новых избирательных технологий. Например, шестого октября на телевизионном канале "Хабар" состоялись политические дебаты. В них участвовали представители девяти политических партий, присутствовали иностранные наблюдатели, журналисты. Они отметили, что дискуссия, которую транслировали на всю страну, — очередной шаг на пути к ее демократизации.

И все же Миссия ОБСЕ, наблюдавшая за ходом избирательной кампании, и СМИ отметили явную благосклонность к проправительственным партиям и кандидатам. Так, в выпусках новостей партия "Отан" и Гражданская партия выглядели более позитивно, чем оппозиционные. К тому же КТК (коммерческий телевизионный канал) предоставил "Отан" почти 60% эфира, отведенного для всех партий. На рынке оплаченной политической рекламы она имела 65,7% времени5.

Оценка парламентских выборов 1999 года будет неполной, если не упомянуть о нарушениях, зафиксированных в основном в оппозиционной прессе, в российских и других зарубежных СМИ, а также в отчете Миссии ОБСЕ. Нарушения, зафиксированные ее наблюдателями, свидетельствуют, что Центральная избирательная комиссия допустила некоторые ошибки, а местные органы власти даже превысили свои полномочия. Перечислим эти нарушения: незаконное вмешательство исполнительной ветви власти; несправедливые приемы ведения предвыборной борьбы партиями; угрозы применения бюрократических, административных и юридических мер воздействия, которые могли поставить под вопрос свободную работу СМИ; предвзятость участковых избирательных комиссий в пользу кандидатов и партий, которых поддерживали региональные и местные чиновники, и т.д.6

Однако в целом, несмотря на допущенные нарушения и требования оппозиции признать эти выборы нелигитимными, власть предложила считать их еще одним шагом в продвижении общества к демократии.

Выборы по партийным спискам

Фактически политические партии, движения, общественные объединения участвовали в выборах в Верховные советы XII и ХIII созывов, а также в Мажилис Парламента в 1994 и 1995 годах. Некоторые из них даже формировали в нем депутатские фракции. Если в 1994 году общественные объединения и партии выдвинули 48% кандидатов, причем их депутаты получили 56% мест, то в 1995-м их доля составила 55% кандидатов и 76% депутатов, то есть обозначились рост популярности и эффективность партийного выдвижения. В обеих избирательных кампаниях активно участвовали 10 общественных объединений и политических партий.

Так, в 1995 году в депутатском корпусе были представлены Партия народного единства, Народный конгресс, Народно-кооперативная партия, Партия возрождения и другие политические структуры. В начале и середине 1990-х годов все перечисленные организации в основном и составляли формат партийной системы республики. И все же это была лишь имитация выборов от партий: они выдвигали своих кандидатов в одномандатных округах, на общих основаниях, выборы проходили по мажоритарной системе.

Только в 1999 году в стране учредили пропорциональную систему голосования и выделили 10 мест (из 77) в нижней палате парламента. Политические партии впервые получили возможность не косвенно, а непосредственно участвовать в борьбе за депутатские мандаты. По партийным спискам были зарегистрированы 84 кандидата. В выборах приняли участие девять партий: Партия народный конгресс, Партия возрождения, Республиканская политическая партия труда, Республиканская партия "Отан", Коммунистическая партия, Демократическая партия "Азамат", Гражданская партия, Аграрная партия, Национальная партия "Алаш". Республиканская народная партия (РНПК) отказалась от участия в выборах в знак несогласия с отказом избирательной комиссии зарегистрировать кандидатом в депутаты ее лидера А. Кажегельдина.

Голосование по спискам выявило победителей: партия " Отан" получила 30,89% голосов избирателей, Коммунистическая — 17,75%, Аграрная — 12,63%, Гражданская — 11,23%. В ходе избирательной кампании определенным авторитетом и поддержкой части электората пользовались Демократическая партия "Азамат", Национальная партия "Алаш" и другие. Значение выборов по партийным спискам в том, что они создают полноценную партийную систему, ибо результаты голосования во многом зависят от партийной принадлежности кандидатов в депутаты, и можно утверждать, что до 1999 года в стране были партии, но не было партийной системы. Предшествующий же выборам по партийным спискам период следует рассматривать лишь как процесс формирования организационных и иных предпосылок к возникновению партийной системы. Правда, значение этого достижения казахстанской демократии не следует преувеличивать, поскольку полноправным субъектом избирательного процесса партии стали лишь в 1999 году, да и мест в парламенте им выделено мало. Это позволяет некоторым аналитикам обозначить действия политического режима относительно развития многопартийной системы как "дозированную демократию".

Электорат и президентские выборы

Для политического развития страны особое значение имеют выборы президента. Это обусловлено центральной ролью института президентства, который был введен в политической системе нашего общества в 1990 году. В апреле 1990 года Верховный совет республики избрал президентом страны Н. Назарбаева, а 16 октября 1991 года было принято постановление о первых всенародных выборах главы государства. Первого декабря того же года по итогам всенародного голосования на безальтернативной основе Н. Назарбаева переизбрали на этот пост, причем он получил 95,5% голосов избирателей. В 1995 году состоялся всенародный референдум, по результатам которого полномочия президента были продлены до декабря 2000 года. Мотивация избирателей на референдуме была следующей: по чувству гражданского долга голосовали 44,1% респондентов, более 46% отметили, что таким образом выразили свое отношение к президенту, 22,9% заявили, что от их участия в референдуме зависит судьба страны. Несмотря на то что 23,7% респондентов считали продление полномочий главы государства без очередных выборов недемократическим актом, они все же приняли участие в голосовании.

Осенью 1998 года руководство страны приняло решение провести в начале 1999 года досрочные президентские выборы. По мнению некоторых исследователей, это объяснялось следующими причинами: необходимостью укрепить позиции власти в условиях ожидаемого углубления социально-экономического кризиса и роста недовольства масс; резкой активизацией оппозиции, возможной конкуренцией действующему президенту на очередных выборах главы государства со стороны А. Кажегельдина; стремлением провести их раньше выборов в парламент, так как власти опасались, что оппозиция могла занять большинство мест в законодательном органе республики; желанием ограничить зависимость избирательной кампании от результатов президентских выборов в России, которые должны были пройти раньше, чем в Казахстане7.

Несколько забегая вперед, отметим, что, по мнению некоторых аналитиков, властные органы успешно использовали довольно эффективную политическую технологию в форме корректировки конституционно определенных правил политической игры в рамках избирательного процесса. Именно это обстоятельство, связанное с умением Н. Назарбаева выдвигать политические инициативы, играя на опережение, сыграло важную роль в его победе на президентских выборах, состоявшихся в январе 1999 года8. Хотя, как представляется, победа Н. Назарбаева была предопределена в любом случае: ни один претендент не смог бы серьезно конкурировать с ним.

Итак, 8 октября 1998 года на совместной сессии обеих палат парламента было принято постановление, согласно которому досрочные выборы президента республики были назначены на 10 января 1999 года, что вызвало критику со стороны ОБСЕ, которая призвала отложить их и дать возможность зарегистрироваться всем кандидатам. Дело в том, что властные структуры приняли так называемую "кыргызскую" модель выборов, в которой жесткие процедурные нормы позволили ограничить количество претендентов путем предъявления к ним особых требований9. В частности, каждый из них должен был до 30 ноября 1998 года собрать 170 тыс. подписей и заплатить регистрационный взнос — 2,4 млн тенге (примерно 31 тыс. долл.), а также доказать отсутствие судимости.

На начало ноября 1998 года восемь человек изъявили желание стать кандидатами на этот пост. Высокую активность проявили практически все общественно-политические объединения — и лояльные по отношению к официальному политическому курсу, и находящиеся в оппозиции к нему. Среди последних потенциально сильным казалось положение оппозиционеров А. Кажегельдина (РНПК), М. Ауэзова ("Азамат"), С. Абдильдина (Компартия). Однако Конституционный суд отказал первым двум в регистрации кандидатами, в связи с тем что они раньше привлекались к судебной ответственности за участие в несанкционированных митингах. Еще двое сами сняли свои кандидатуры. Таким образом, наряду с Н. Назарбаевым были зарегистрированы еще три кандидата: С. Абдильдин, лидер казахстанских коммунистов и бывший спикер парламента, представивший программу коммунистической альтернативы; Э. Габбасов, член парламентской комиссии по международным отношениям, обороне и безопасности, рассчитывавший на поддержку демократически настроенного электората; генерал Г. Касымов, председатель Таможенного комитета республики, призывавший навести "порядок" твердой рукой. В отличие от выборов 1991 года, эти проходили на альтернативной основе. Впервые в них смогли участвовать независимые кандидаты и представители политической оппозиции. Н. Назарбаев получил 81,75% голосов избирателей, участвовавших в выборах; С. Абдильдин — 12,08%; Г. Касымов — 4,72%; Э. Габбасов — 0,78%10.

Если оценивать президентские выборы 1999 года, то можно утверждать, что, сравнивая с выборами в парламент, их можно считать так называемыми "выборами первого порядка", результаты которых оказали определяющее влияние на дальнейшее политическое развитие страны. Об этом свидетельствует и активность избирателей: 86,28% из них участвовали в выборах президента и 62,56% — в парламентских выборах, то есть был продемонстрирован приоритет выборов главы государства.

Исследователи выявили следующие принципы мотивации избирателей: Н. Назарбаев — "мой Президент" (т.е. у него есть постоянный и устойчивый электорат и при всех обстоятельствах жизни, динамике социальной и экономической системы рейтинг президента сохраняется); меня не устраивает ни один кандидат, поэтому из них выбираю того, кого знаю, — Н. Назарбаева; мне не совсем нравится Н. Назарбаев, однако не могу допустить победу коммунистов и т.д.11

Отсюда следует вывод, что часть избирателей проголосовала за действующего президента не только потому, что с ним хорошо, но и в связи с тем, что без него может быть хуже. По данным Центризбиркома, из 8 269 918 человек, включенных в списки избирателей, в выборах участвовали более 86,28%. В этой связи интересным представляется анализ причин участия в этом процессе. По итогам социологического опроса в Алматы, избиратели назвали следующее причины своего участия в голосовании: отношение к выборам как к празднику — 18%, привычка — 31%, симпатия к кандидату — 27%, долг — 8%, любопытство — 16%12.

В ходе пропагандистских кампаний создавалась основа для дальнейшего использования современных избирательных технологий в электоральном процессе, в частности, эфирное время и газетная площадь для кандидатов распределялась неравномерно. Об этом свидетельствуют данные (см. табл. 1)

Таблица 1

Время в эфире и газетная площадь, предоставленные кандидатам (в %)13

СМИ

Назарбаев

Абдильдин

Касымов

Габбасов

Радио "Хабар"

49

5

4

2

Телеканал "Хабар"

64

11

6

4

Телеканал "КТК"

42

3

9

1

"31 канал"

38

10

17

14

"Казахстанская правда"

83

3

2

2

"Караван"
(ежедневное издание)

58

27

1

3

"Караван" (еженедельное издание)

77

23

0

0

"PANORAMA"

44

13

12

10

Это были первые альтернативные выборы президента страны в постсоветский период, они стали своего рода индикатором изменений в общественном сознании, легитимизировали президентскую власть (с точки зрения самой власти) и по существу завершили очередной цикл политических и конституционных реформ, цель которых — формирование сильной президентской республики.

Причины неучастия в голосовании

Анализ избирательных кампаний в республике будет неполным, если не рассмотреть еще одну важную проблему поведения электората — абсентеизм, рассматриваемый как уклонение от голосования в представительные органы власти, как форма аполитичности. В современных условиях причиной абсентеизма в любом обществе может быть то, что граждане не видят смысла, потенциальных политических и иных дивидендов в проявлении своей индивидуальной активности, равнодушны к самому институту демократического голосования.

Целесообразно отметить причины, побудившие избирателей отказаться от голосования на выборах 1994 года (по итогам социологического исследования, проведенного Информационным центром Верховного совета республики). Среди так называемых абсентеистов-алматинцев (а их оказалось 35,4% опрошенных) 70,3% объяснили свое неучастие неверием, что в результате выборов будут изменения к лучшему, 69,2% решили, что, независимо от них, все равно изберут тех, кого поддерживает власть. Безразличием обосновали свое неучастие в выборах 9,2% респондентов, столько же мотивировали свой отказ отсутствием необходимой информации, а еще 9,1% полагали, что их личные проблемы важнее выборов14.

По результатам другого исследования, проведенного Институтом Гиллера и посвященного выборам 1995 года, 49,1% респондентов были убеждены, что путем участия в голосовании граждане не могут реально повлиять на дела в стране. В городах с населением свыше 200 тыс. человек 34% опрошенных, а в городах с населением от 50 до 200 тыс. — 37% респондентов заявили, что граждане могут повлиять на положение дел в стране путем выборов. В рабочих поселках и селах этот показатель намного выше — соответственно 42% и 49%. При этом заметно влияние этнического фактора. Так, видели в выборах возможность повлиять на положение дел в республике 51% респондентов-казахов и только 32% — русских15.

На референдуме о продлении полномочий Н. Назарбаева голосовали 69,3% респондентов, не голосовали 30%, не дали ответа 0,7%. Эти показатели значительно ниже официальных данных Центризбиркома. Как и на выборах в Верховный совет, наименьшую активность проявили жители крупных городов (в городах с населением свыше 500 тыс. человек голосовали 54,1% избирателей, от 200 до 500 тыс. человек — 64%), наибольшую — жители рабочих поселков. Этнические различия в уровне избирательной активности были примерно такими же, как и на выборах в Верховный совет. Голосовали 76% респондентов-казахов, русских — 64%.

Были названы следующие причины неучастия в голосовании: неверие в возможность путем выборов повлиять на положение дел в стране (26,8% когда-либо не голосовавших), отсутствие избирателя по месту жительства — 17,7%, убежденность в том, что результаты голосования предопределены заранее, — 16,2%, не проголосовали из-за организационно-технических трудностей (не смогли добраться до избирательного участка, участок был закрыт) — около 4%, не получили приглашений на выборы — почти 7%, разочарованы в руководстве республики — 10,3%. Некоторые не голосовали потому, что не нравился ни один кандидат16.

То, что 12,95% избирателей на президентских и 37,44% на парламентских выборах 1999 года не участвовали в голосовании, с одной стороны, можно рассматривать как свидетельство права граждан на свободный выбор политического поведения, с другой — как проявленный абсентеизм, кризис демократии, отчуждение власти от народа и народа от власти. В принципе, обе точки зрения имеют право на существование.

Выводы

Итак, принятая в республике электоральная система позволяет основным участникам избирательных кампаний использовать разнообразные предвыборные технологии, а гражданам — реализовать свои политические права. Вместе с тем активность избирателей в ходе проводившихся в 1990-х годах выборов оказалась сравнительно невысокой. В значительной мере люди относятся к ним как к игре политической элиты, в которую вовлечены и они. Представляется, что апатию избирателей можно объяснить следующими причинами: отчуждение между простыми гражданами и властными органами, бюрократизация государственного управления, коррупция в среде политиков и должностных лиц, но самая главная — вера в предопределенность результатов выборов (усилиями властных органов) независимо от итогов голосования. Об этой убежденности говорил и Е. Ертысбаев, советник президента республики. На заседании ОБСЕ в Варшаве в сентябре 2002 года он отметил: "Если говорить о выборах, то существует противоречие между жестко заданными либеральными реформами и наличием громадного коммунистического электората. Поэтому власть старается оградить себя от электоральных сюрпризов и избирательный процесс сопровождается нарушениями. Когда ОБСЕ критикует наши выборные кампании, то во многом это справедливо"17.

Суть признания советника президента в том, что власть фальсифицировала выборы в республике и будет фальсифицировать их, исходя из политической необходимости и целесообразности. И призрак коммунизма, по мнению советника все еще бродящий по стране, еще долго может служить оправданием для подтасовок результатов голосования. После таких саморазоблачений власти электорату остается подумать, что и как надо сделать, чтобы выборы в стране были действительно честными и справедливыми. К тому же еще в 1998 году в обращении к народу президент страны Н. Назарбаев отметил: "Стержнем любой демократии являются свободные и справедливые выборы. Именно эту роль они должны играть в нашей демократии... Наша цель должна быть ясна: сделать грядущие национальные выборы примером свободных и справедливых выборов"18.

Будет ли это так на самом деле, покажут грядущие парламентские и президентские выборы 2004—2006 годов.


1 См.: Госманова Г. Развитие электорального процесса в Республике Казахстан. Автореф. канд. полит. наук. Алматы, 2002. С. 12.
2 См.: Ауекенов А. Центризбирком обнародовал итоги первого этапа выборов в нижнюю палату Парламента. // Panorama, 23 декабря 1995, № 50.
3 См.: Выборы глазами избирателей. Алматы, март 1994. С. 1—3.
4 См.: Гуревич Л.Я. Особенности электорального поведения граждан Казахстана // Социс, 1996, № 5. С. 65—66.
5 См.: Миссия ОБСЕ по наблюдению за выборами. Выборы депутатов в Мажилис Парламента. Республика Казахстан — 10 октября 1999 г. В кн.: Курманбаева Ш.А. Избирательные технологии в Казахстане. Алматы, 2000. С. 163.
6 См.: ОБСЕ: критика выборов. Объективна ли миссия? // Начнем с понедельника, 3 ноября 1999.
7 См.: Карин Е.Т., Сатпаев Д.А., Илеуова Г.Т., Чеботарев А.Е. и др. Уровень политического риска в Казахстане. Алматы: Центральноазиатское агентство политических исследований, 2000. С. 95.
8 См.: Исмагамбетов Т.Т. В Казахстане изменяются электоральные правила игры // Саясат, 1999, № 1. С. 21.
9 См.: Абазов Р. Президентские выборы в Казахстане: до и после // Полис, 1999, № 3. С. 173.
10 См.: Столичное обозрение, 15 января 1999, № 3.
11 См.: Айталы А., Уталиева Ж. Выборы президента и демократический процесс в Казахстане: общие и региональные проблемы // Саясат, 1999, № 4. С. 37—41.
12 См.: Центр политической конъюнктуры России. Президентская избирательная кампания в Казахстане и Россия [http// www.ancentr.ru].
13 Составлено по: Президентские выборы в Республике Казахстан. Заключительный отчет миссии ОБСЕ/БДИПЧ по оценке избирательного процесса в Кахахстане // Человек и право, 1999, № 1. С. 51.
14 См.: Выборы глазами избирателей (справка об итогах социологического исследования). Алматы, март 1994. С. 1—3.
15 См.: Гуревич Л.Я. Указ. соч. С. 67.
16 См.: Там же. С. 68.
17 Тогузбаев К. Что показал Европе г-н Ертысбаев? // Экономика. Финансы. Рынки. Деловое обозрение Республики, 27 сентября 2002, № 15.
18 Назарбаев Н.А. Послание Президента Республики Казахстан народу Казахстана. О положении в стране и основных направлениях внутренней и внешней политики: Демократизация общества, экономическая и политическая реформа в новом столетии // Казахстанская правда, 1 октября 1998.

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL