ЭНЕРГЕТИКА — СТАНОВОЙ ХРЕБЕТ ПОЛИТИКИ РОССИИ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

Марика КАРАЙЯННИ


Марика Карайянни, кандидат юридических наук, эксперт по вопросам энергетики Организации черноморского экономического сотрудничества (Афины, Греция)


Введение

В апреле — мае 2003 года Россия подписала ряд стратегических долгосрочных соглашений в области энергетики с бывшими советскими республиками Средней Азии, ныне независимыми государствами: Туркменистаном, Узбекистаном, Кыргызстаном и Таджикистаном. А подобное соглашение с Казахстаном ныне обсуждается. Все четыре заключенные сделки рассчитаны на 25 лет и предусматривают решение широкого спектра проблем; это экспорт газа, совместная разработка нефтегазовых месторождений, прокладка трубопроводов, модернизация устаревшего оборудования в республиках региона. С началом войны в Афганистане и размещением (впервые) американских военных баз в основных стратегических районах Центральной Азии (в частности в аэропорту Манас, близ Бишкека) Россия, хотя она и не выступала против дислокации воинских подразделений США в регионе, продолжала свою политику, направленную на присоединение его бедных и коррумпированных, но богатых энергоресурсами государств, причем используя в этих целях экономические, а не военные средства.

Совершенно ясно, что президент России В. Путин, которого, скорее всего, на предстоящих в 2004 году выборах изберут еще на один срок, пытается обеспечить российское господство в этом регионе путем экономического и энергетического закабаления новых независимых государств. Примечательно, что со стороны России упомянутые соглашения подписал не министр энергетики Игорь Юсуфов, а председатель правления ОАО "Газпром" Алексей Миллер. Политическая подоплека всего этого — намерение В. Путина установить российскую газовую монополию в Центральной Азии и решить три основные долгосрочные задачи. Первая из них — контролировать экспорт голубого топлива, в частности из Туркменистана, через российскую территорию, преследуя при этом две цели: не допустить в перспективе строительство Трансафганского газопровода и дать возможность "Газпрому" направлять газ, добываемый в Сибири, в страны Европейского союза. Вторая — проводить в регионе долгосрочную инвестиционную политику, вкладывая средства в разработку новых месторождений, в первую очередь в Узбекистане, Кыргызстане и Таджикистане. И третья задача — модернизировать трубопроводную систему региона и в конечном счете связать ее с российской сетью нефтяных и газовых магистралей.

Соглашения с Туркменистаном

Москва и Ашхабад заключили две сделки: о долгосрочном экспорте энергоресурсов и двустороннем сотрудничестве в сфере безопасности. Эти договоры, которые, как полагают, окажут в долгосрочной перспективе большое влияние на геополитическую ситуацию в регионе, были подписаны 10—11 апреля 2003 года в ходе официального визита президента Туркменистана Сапармурада Ниязова в Москву. Рамочное соглашение о сотрудничестве в газовой сфере он подписал со своим коллегой В. Путиным, а контракт (сроком на 25 лет) на поставки газа в Россию, как уже сказано, — с главой российского газового гиганта "Газпром" А. Миллером. Кроме того, подписан протокол о ратификации Договора о дружбе и сотрудничестве между Туркменистаном и Россией1.

Согласно условиям стратегической сделки по энергоносителям, Туркменистан, который стоит на третьем месте в мире по запасам газа (после России и Ирана), должен до 2028 года поставить в Россию 2 трлн куб. м голубого топлива. Алексей Миллер назвал этот документ "революционным прорывом в сотрудничестве двух великих газовых держав"2. А по мнению С. Ниязова, к концу 25-летнего срока действия контракта обе стороны смогут получить 500 млрд долл., из которых Ашхабад будет иметь около 200, а Москва — 300 млрд долл. Сначала "Газпром" будет покупать относительно небольшие объемы туркменского газа, в 2004 году — 5—6 млрд куб. м, в 2006-м — 10 млрд куб. м.

В результате переговоров, которые продолжались два года, "Газпром" согласился покупать туркменский газ по 44 долл. за 1 000 куб. м. Здесь уместно отметить, что еще за месяц до подписания контракта представитель руководства данного концерна Александр Рязанов высказал мнение, что этот газ должен стоить не 44 долл., а 25—27 долл. за 1 000 куб. м. Причем такая цена определена лишь на начальный период (2004—2006 гг.) действия контракта, к тому же половина этой суммы будет оплачиваться "живыми" деньгами, остальное — товарами и услугами. В 2007 году российские закупки составят 60—70 млрд куб. м, в 2009-м — 70—80 млрд куб. м. Однако один аспект этого документа вызывает недоумение: хотя срок действия договора — четверть века, деловые отношения между "Газпромом" и его туркменским партнером, компанией "Туркменнефтегаз", отчетливо определены только на ближайшие три года. Поэтому пока неясно, по какой цене Ашхабад будет продавать газ после 2006 года. В этом плане понятно лишь то, что через три года Россия, скорее всего, потеряет право оплачивать половину стоимости газа на основе бартерных схем. По мнению многих российских обозревателей, на переговорную стратегию Кремля и на окончательную цену за газ, принятую Москвой по предложению Ашхабада, значительное влияние оказали политические соображения. Комментаторы утверждают, что соглашение подписано на условиях туркменской стороны, поскольку "Газпром" никогда не хотел платить больше 25—27 долл. за 1 000 куб. м, и назвали эту договоренность "соглашением о политическом газе"3.

Конечно, и экономический компонент контракта по энергоносителям весьма значим. С одной стороны, Туркменистан решил одну из важнейших своих проблем: определил, куда он в течение 25 лет будет поставлять большую часть газа, который служит главным источником валютных поступлений в страну. Кроме того, сегодня немалые объемы туркменского газа перекачивают по российским трубопроводам в Украину и Россию, часть его идет в Иран. По условиям же нового контракта основное количество (если не весь туркменский газ) пойдет в Россию по ее же экспортным магистралям. С другой стороны, Россия крайне нуждается в поставках туркменского природного газа для удовлетворения внутренних потребностей, и в этом случае, то есть покупая его, она сможет увеличить экспорт своего голубого топлива в страны Европейского союза. Кстати, следует отметить, что дорогостоящая добыча на газпромовском месторождении Надым-Пур-Таз на Ямале сокращается4. Рассматриваемая нами сделка выгодна "Газпрому" еще по одной причине: теперь у него не будет потенциальных конкурентов в поставках газа в Европу. Несколько лет назад по уже забытому сегодня предложению о прокладке нового газопровода, поддержанному тогда Турцией и Соединенными Штатами, Туркменистан должен был бы поставлять газ в европейские страны через территорию Азербайджана и Турции (речь идет о Транскаспийской магистрали). Однако в связи с отсутствием конкретных политических обязательств и нежеланием международных финансовых структур вкладывать деньги в дорогостоящую трассу большой протяженности, пересекающую Каспийское море, решение вопроса о его строительстве отложено в долгий ящик.

Вместе с тем газовую сделку и соглашение о сотрудничестве в сфере безопасности необходимо рассматривать в политическом контексте недавних событий в Ираке. Москва стремится монополизировать транзит туркменского газа, поскольку это способствовало бы распространению ее влияния на всей территории Центральной Азии. Перед лицом все растущей самоуверенности, демонстрируемой Соединенными Штатами, большая часть российского экспертного сообщества пришла к убеждению, что в интересах безопасности страны необходима не конфронтация, а стратегия налаживания отношений с авторитарными правителями государств региона. В частности, по мнению многих российских аналитиков, Москва должна укреплять сотрудничество с Ашхабадом, так как Туркменистан граничит с Афганистаном и Ираном — ключевыми азиатскими странами, не являющимися членами СНГ. "Иракский кризис лишь повысил значимость так называемой кавказско-центральноазиатской дуги, вновь превращающейся в планах российского руководства в своеобразный "южный пояс" безопасности", — отмечается в редакционной статье газеты "Российские вести".

Со своей стороны туркменский руководитель Сапармурад Ниязов, называющий себя Туркменбаши — отцом всех туркмен, явно напуган падением авторитарного режима Саддама Хусейна. Поиски союзников и возможной защиты привели С. Ниязова к российскому президенту В. Путину. После показательных процессов, организованных в ответ на якобы попытку покушения на его жизнь в ноябре 2002 года, глава Туркменистана попал под огонь резкой критики со стороны международной общественности.

Российско-туркменский энергетический пакт имеет большое геополитическое значение и в вопросе об энергетической безопасности стран Азии и Ближнего Востока: в свете недавнего соглашения, заключенного президентами Туркменистана, Афганистана и Пакистана по ускорению реализации Трансафганского газопровода, можно сказать, что сделка между Ашхабадом и Москвой, а также обусловленная этим фактом сильная зависимость Туркменистана от российских трубопроводов, скорее всего, изменит будущее развитие событий в отношении претворения в жизнь Трансафганского проекта. Этот проект предусматривает, что магистраль стоимостью 2,5 млрд долл., которую можно продлить и до Индии, будет перекачивать газ от туркменского месторождения Довлетабад, расположенного вблизи иранской границы. К неудовольствию "Газпрома", Довлетабад сможет направлять на пакистанский рынок 20 млрд куб. м газа в год. Однако это месторождение все еще привязано к бывшей советской трубопроводной сети. Отчасти именно поэтому российские официальные представители незамедлительно подписали газовую сделку с президентом Туркменистана. И Ашхабад отныне будет экспортировать весь свой газ в Россию, в результате чего экономическая жизнеспособность Трансафганского трубопровода сразу же ставится под сомнение5.

Кроме того, в будущем двустороннем сотрудничестве предусмотрена разработка консорциумом российских компаний морских месторождений Туркменистана на Каспии. Консорциум АО "Зарит", в который вошли фирмы "Зарубежнефть", "Роснефть", "Итера", ведет переговоры о приобретении прав на разработку трех нефтегазовых участков в южной части туркменского шельфа6. И хотя вопрос о правовом статусе моря еще не решен, это, по-видимому, не мешает реализации планов, намеченных в этой сфере.

Договоры с Кыргызстаном и Таджикистаном

В мае 2003 года глава "Газпрома" посетил Бишкек и Душанбе, где подписал еще два соглашения в сфере энергетики, по условиям которых Кыргызстан и Таджикистан в течение года получат столько газа, сколько они никогда не получали со дня обретения независимости (конец 1991 г.). С одной стороны, соглашения с Россией разрывают зависимость этих стран от Узбекистана, а с другой — предоставляют "Газпрому" прочную основу для освоения новых энергоресурсов данных двух государств. Еще во времена существования СССР Кыргызстан и Таджикистан получали (по указанию Центра) природный газ из Узбекистана. В те годы была создана единая энергетическая система Советского Союза, по которой газ подавался во все республики, в частности из Туркмении и Узбекистана он шел в Киргизию и Таджикистан. И поскольку это были союзные республики единого государства, вопрос об оплате даже не возникал. Но с распадом СССР и образованием новых независимых государств голубое топливо стало для них коммерческим товаром.

Кыргызстан и Таджикистан — самые бедные республики СНГ. Со дня обретения суверенитета они сразу же оказались в зависимости от узбекского газа, который получали в советское время. И Ташкент не раз использовал эту ситуацию, чтобы заставить Бишкек и Душанбе проводить выгодную ему политику. Обе страны очень быстро стали должниками Узбекистана, причем крупными. А он весьма часто сокращал поставки под предлогом задолженностей. Проблемы Кыргызстана усугубились еще больше, когда Узбекистан на основании заключенных в конце 1990-х годов соглашений начал настаивать на оплате газа по мировым ценам, а не по льготным тарифам, по которым отпускал его своим соседям. Такое же положение сложилось и в отношениях между Ташкентом и Душанбе. Сокращение поставок газа привело к тому, что в бывших братских соседних республиках в период отопительного сезона на какое-то время вынуждены закрывать школы, нормировать распределение голубого топлива в жилые дома и на предприятия. Ежегодные визиты представителей энергетических секторов Кыргызстана и Таджикистана в Узбекистан с просьбами отложить сроки оплаты долга стали обычным явлением7. Теперь же газ этим государствам будет продавать не Ташкент, а Москва, хотя обе страны по-прежнему будут получать его из Узбекистана, с которым "Газпром" заключил (как и с Туркменистаном) соответствующее соглашение. Однако деньги за газ будут идти "Газпрому", а не правительству Узбекистана. В результате этой сделки и Ташкент попадает в частичную зависимость от политики Москвы в вопросе экспорта голубого топлива.

Что же касается российско-таджикского соглашения в сфере энергетики, то по его условиям "Газпром" и Душанбе будут совместно вести разведку месторождений и добычу газа на территории этой республики (включая и распределение продукции), строительство, реконструкцию и эксплуатацию трубопроводов и других объектов инфраструктуры, а также сотрудничать в сфере очистки, транспортировки и реализации голубого топлива. Подсчитано, что на территории Таджикистана находится более одного трлн куб. м газа. Однако сегодня его разведанные запасы малы и добываемое количество не обеспечивает внутренние потребности страны. Дефицит покрывается импортом. На юг республики направляют газ, добываемый на собственных месторождениях (в 2002 г. — 24 млн куб. м), а на ее север его доставляют по трубопроводу из соседнего Узбекистана (в 2002 г. — 485 млн куб. м)8.

"Газпром" собирается оказать Таджикистану помощь в ремонте поврежденной энергетической инфраструктуры, в том числе привести в порядок газовые и нефтяные скважины и трубопроводы, а также участвовать в разработке и эксплуатации энергоресурсов на территории страны. Алексей Миллер и министр энергетики республики Абдулло Еров заключили договор (сроком на 25 лет) о стратегическом сотрудничестве в газовой промышленности 15 мая 2003 года. А на следующий же день глава "Газпрома" подписал соглашение с Кыргызстаном, которое, по словам А. Миллера, "обеспечит надежные поставки газа в республику для удовлетворения спроса в 2003 и 2004 годах".

Таким образом, эти документы предусматривают помощь российской компании в освоении Бишкеком и Душанбе их ресурсов природного газа. А пока этот концерн поможет обеспечить его поставки в обе республики. Правительства Кыргызстана и Таджикистана надеются, что договоренности с российским газовым гигантом положат конец внезапным сбоям в поставках газа и нормированному распределению электроэнергии и голубого топлива, особенно зимой.

Основные сферы предстоящего сотрудничества — это ремонт, строительство и эксплуатация трубопроводной системы, компрессорных станций и других объектов газовой промышленности Кыргызстана, а также создание и реализация совместных проектов по добыче энергоресурсов, разведке запасов природного газа, освоению и эксплуатации месторождений. Разведанные его запасы составляют 5,7 млрд куб. м. Однако в связи с геологическими проблемами в республике эти месторождения освоены не полностью, к тому же недостаточно развита инфраструктура отрасли. Ежегодное потребление газа в стране составляет 0,6 млрд куб. м, причем, как мы уже отмечали, основное его количество поступает из Узбекистана9.

Кроме того, "Газпром" включил в эти соглашения модернизацию центральноазиатской трубопроводной системы, которая связывает инфраструктуру государств региона с российской газовой инфраструктурой. Это сделано для объединения центральноазиатской и российской систем экспорта газа, что позволит при необходимости держать под контролем все его поставки из региона. И, как уже отмечалось, такая перспектива уменьшит интерес Таджикистана и Кыргызстана к строительству Трансафганского газопровода.

Вместе с тем следует отметить, что у Кыргызстана и Таджикистана есть значительные ресурсы гидроэлектроэнергии. Подписанные соглашения дают возможность российским компаниям и в конечном счете правительству России укрепить свои позиции в данном вопросе и открывают новый доступ к гидроэлектроэнергии, одному из самых перспективных энергетических ресурсов региона. Заключенные "Газпромом" сделки создают компании условия для подключения к использованию этих запасов, и при существенных капиталовложениях данная сфера скоро сможет заработать. Так, реализация только двух гидроэнергетических проектов — Рогунской ГЭС и "Каскада" в Кыргызстане — позволит вырабатывать огромное количество электроэнергии, вполне достаточное, чтобы Кыргызстан и Таджикистан стали ее региональными экспортерами. Среди стран, для которых завершение обоих проектов весьма выгодно, был назван Афганистан. Заинтересован в этом и Пакистан. Тем, кого волнует будущее Центральной Азии, должен быть небезынтересен тот факт, что участие Москвы в реализации этих проектов предоставит российским компаниям возможность создать себе прочные стратегические позиции в эксплуатации двух самых больших рек Центральной Азии — Сырдарьи и Амударьи. А они обеспечивают водой поля Узбекистана, Казахстана и Туркменистана10.

Планы сотрудничества с Узбекистаном

Недавно проведенная президентом Узбекистана Исламом Каримовым крупная реформа позволяет вкладывать значительные средства в нефтегазовую промышленность страны на более выгодных условиях, дает возможность зарубежным инвесторам разложить получение прибыли с инвестиций на несколько лет, в отличие от прежней устаревшей системы, которая не позволяла средствам, вложенным в любом конкретном году, "работать" и в следующие за ним годы. Российские компании "ЛУКойл" и "Итера" стремятся использовать такую возможность и готовы подписать с Государственной нефтяной компанией "Узбекнефтегаз" соглашение о разделе продукции (СРП) при освоении Кандымской группы месторождений, на северо-западе страны. Ранее обе эти фирмы заключили предварительные соглашения о разработке контрактных участков.

По подсчетам специалистов, запасы газа на Кандымских месторождениях превышают 100 млрд куб. м. СРП также будет включать уже эффективно осваиваемые соседние месторождения: Устюрт, Хаузак и Шады. В целом запасы оцениваются в 1,7 трлн куб. м газа и в 1,7 млрд т нефти и газового конденсата. Чтобы увеличить добычу углеводородов и получить доступ на мировые рынки, Узбекистану крайне нужны зарубежные партнеры. Первые попытки правительства И. Каримова привлечь иностранных инвесторов успехом не увенчались, так как им были предложены небольшие доли в различных филиалах "Узбекнефтегаза". Вложению зарубежными инвесторами значительных средств в нефтегазовый сектор страны не способствует и неопределенная ситуация с валютным курсом. Законы республики обязывают иностранные компании получать прибыль с вложенных инвестиций в местной валюте, причем по фиксированному государством обменному курсу — получается сумма, едва приближающаяся к двум третям от предложений на других рынках. Оплата товарами — альтернатива, используемая в стране некоторыми инвесторами, в общем-то не "греет" компании, работающие в этой весьма капиталоемкой отрасли промышленности11. Если же вышеупомянутое соглашение о разделе продукции будет подписано, то российские фирмы с радостью используют этот прецедент и станут первыми в Узбекистане иностранными компаниями, вложившими значительные средства в его нефтегазовый сектор.

Переговоры с Казахстаном

В настоящее время "Газпром" ведет переговоры о подписании аналогичного соглашения сроком на 25 лет и с Казахстаном. В 2002 году российский газовый концерн подписал с ним и с Узбекистаном контракты на покупку 5 млрд куб. м газа в год. С Астаной сделка рассчитана на один год, а действие соглашения с Ташкентом — до 2012-го12. Из всех прикаспийских стран Казахстану принадлежит самая большая часть запасов нефти. На территории этой республики и в ее секторе моря есть три гигантских месторождения: Тенгиз, Карачаганак и Кашаган, которые позволят стране (уже в ближайшие годы) войти в первую десятку крупнейших нефтедобывающих государств мира. Разумеется, это произойдет при условии, что эти месторождения будут разрабатывать в оговоренные сроки. Для России Казахстан имеет большое геополитическое значение: как у непосредственных соседей у этих государств есть общая граница, нефть из Казахстана, в частности с Тенгизского месторождения, уже перекачивают через Россию на западные рынки. Кроме того, по территории Казахстана проходит газопровод Средняя Азия — Центр, что делает сотрудничество с этой страной весьма важным не только для "Газпрома", но и для других крупных российских компаний, занимающихся добычей и транспортировкой углеводородов.

Выводы

Военные базы США все еще находятся в Центральной Азии, и нет никаких признаков того, что в ближайшее время они будут выведены из региона. Сразу же после террористических актов 11 сентября 2001 года президент России В. Путин позвонил Дж. Бушу и обещал оказать Соединенным Штатам поддержку в борьбе с терроризмом. А начавшаяся вскоре возглавляемая Вашингтоном антитеррористическая кампания в Афганистане была направлена не только против движения "Талибан", но и против террористической организации "Аль-Каида", и стала первым реальным испытанием прочности российско-американского сотрудничества в этой сфере. В боевых действиях на территории Афганистана Россия не участвовала, но дала свое согласие на размещение американских военных баз в Центральной Азии и предоставила Соединенным Штатам весьма важные для них разведданные. Со своей стороны, Дж. Буш впервые признал наличие связи между "Аль-Каидой" и чеченскими полевыми командирами. Война в Афганистане закончилась, однако нельзя сказать, что ситуация стабильная. Для восстановления этой страны нужны прямые иностранные инвестиции.

Проект Трансафганского газопровода имеет для Афганистана, да и для всего региона, большое экономическое и политическое значение. Ввод в строй этой магистрали принесет немалую прибыль ныне разваливающимся экономикам всех трех потенциальных участников данного проекта. Так, Туркменистан получит выход для своего газа, добываемого на Довлетабадском месторождении, Афганистан будет иметь прибыль от его транзита по своей территории и газ для внутреннего потребления, а Пакистан — дивиденды от использования порта Карачи. А если к этому проекту присоединится Индия, то газопровод будет еще более эффективным в экономическом отношении. Однако, после того как Москва и Ашхабад подписали новые контракты, будущее Трансафганской магистрали оказалось весьма неопределенным, поскольку отныне довлетабадский газ уходит к "Газпрому", что дает России огромное преимущество, так как сегодня она уже может сказать свое слово в отношении перспектив Трансафганского газопровода. Не имея ныне былой военной мощи, Москва последовательно проводит политику более глубокого проникновения в Центральноазиатские республики, прекрасно зная их экономическое состояние и нужды. Выработка внешнеполитического курса с помощью экономической дипломатии, скорее всего, медленно, но верно скажется в долгосрочной перспективе и заложит основы для дальнейшего развития отношений России со странами региона.


1 См.: Торбаков И. Российско-туркменские пакты свидетельствуют о новой стратегии Москвы в Средней Азии // EurasiaNet, 16 апреля 2003.
2 Там же. Также см.: Clothier M. Turkmenistan Wins Gas Deal // Caspian Business News, 14 April 2003.
3 Классон М. Политический газ // Время МН, 11 апреля 2003.
4 См.: FSU Oil & Gas Monitor, Week 20, 21 May 2003, NewsBase.
5 См.: Russia Achieves Breakthrough in Central Asia Gas Plan // Asia Times, 2 May 2003.
6 См.: Clothier M. Op. cit.
7 См.: Pannier B. Kyrgyzstan, Tajikistan Hope Gazprom Will Make Their Winters Warmer // Times of Central Asia, 23 May 2003.
8 См.: Gazprom and Tajikistan to Sign Gas Agreement // The Russia Journal Daily, 19 May 2003.
9 См.: Gazprom and Kyrgyzia Sign 25-year Cooperation Agreement // RosBalt News Agency, 19 May 2003.
10 См.: Pannier B. Op. cit.
11 См.: Marsh Reinsures Caspian Pipelines Risk // Caspian Business News, 26 May 2003.
12 См.: FSU Energy Report // Petroleum Argus, 23 May 2003, Vol. VIII, No. 20.

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL