ИСЛАМСКОЕ ДВИЖЕНИЕ УЗБЕКИСТАНА: ШТРИХИ К "ПОРТРЕТУ"

Одил РУЗАЛИЕВ


Одил Рузалиев, аспирант Флетчерской школы права и дипломатии, Тафтовский университет, Медфорд (штат Массачусетс, США)


В 2000 году Исламское движение Узбекистана (ИДУ) стало первой террористической группировкой постсоветского пространства, внесенной Госдепартаментом США в список особо опасных зарубежных террористических организаций. Несмотря на название этого движения, прямо указывающее на цель и основную территорию его действия, членами ИДУ стали граждане не только Узбекистана, но и всех других Центральноазиатских стран, а также Синьцзян-Уйгурского автономного района Китая, Чечни и некоторых арабских государств. Главная задача данной структуры — создание исламского государства (сначала на территории Ферганской долины, а затем и Республики Узбекистан). В этом ИДУ поддерживают не только радикальные исламисты всего мира, но и разведывательные службы ряда стран. В частности, оно связано с террористической организацией "Аль-Каида" Усамы бен Ладена, вместе с афганскими талибами выступило против Северного альянса, которое в то время возглавлял Ахмад шах Массуд, осуществляло террористические акты в Узбекистане, на его совести и нападения на соседний Кыргызстан. При этом надо отметить, что многие годы международное сообщество, особенно страны Запада, закрывало глаза на ситуацию в Афганистане: гражданскую войну, средневековую политику, которую проводили талибы, и разросшийся до неимоверных размеров наркобизнес.

Мир "проснулся" лишь после трагедии, произошедшей 11 сентября 2001 года в Соединенных Штатах Америки: международное сообщество в одно мгновение "повернуло голову" в сторону Афганистана. Этот очаг международного терроризма начали бомбить, а его лидера — движение "Талибан" — уничтожать. Террористы лишились надежного, безопасного "дома", их база и финансовая система были разрушены. И хотя полностью искоренить это зло не удалось, угроза государствам Центральной Азии со стороны ИДУ была минимизирована. Руководитель военного звена движения, по-видимому, был убит в ходе антитеррористической войны в Афганистане, возглавляемой США, а политический руководитель, как считают, скрылся. После проведенной силами антитеррористической коалиции (конец 2001 г.) операции "Несокрушимая свобода" ИДУ сменило свое название на Исламское движение Туркестана (ИДТ), таким образом открыто провозгласив, что отныне его цель — полный контроль над Центральной Азией, естественно, без учета интересов пяти государств региона и их границ.

Предлагаемая статья посвящена истории Исламского движения Узбекистана, его структуре, целям, тактике, деятельности руководства, а также связям группировки с террористическими и религиозными экстремистскими организациями, например с "Аль-Каидой" и ее лидером Усамой бен Ладеном. Нами будет дан анализ условий, которые способствовали появлению и процветанию подобного движения в стране, где десятилетиями пропагандировался атеизм, а также внешних факторов, поддерживающих эту организацию. В заключение мы остановимся на последствиях, которые имела для ИДУ и его дальнейшего влияния на безопасность Центральной Азии антитеррористическая война 2001 года в Афганистане.

Источники финансирования

Исламское движение Узбекистана было создано летом 1996 года в ходе встречи в Кабуле ее будущих лидеров — Джумы Намангани (Джума Ходжиев) и Тахира Юлдашева (Мухаммад Тахир Фарук), которые сразу же заявили, что цель нового движения — джихад против режима И. Каримова. Позднее, 25 августа 1999 года, появилось и официальное коммюнике. В нем шла речь об объявлении джихада и содержались призывы к свержению правительства Узбекистана.

С самого начала в группировку входили люди разных национальностей: выходцы из Центральной Азии, чеченцы, уйгуры, арабы, пакистанцы. "Наша организация преследует интересы не только узбеков. Мы — исламская организация, в которую входят представители разных этносов… но поскольку мы все из Узбекистана, мы называем себя Исламское движение Узбекистана", заявил по "Радио Свободы" руководитель пресс-центра ИДУ Зубаир ибн-Абдурахман1. Однако, чтобы осуществить столь амбициозные планы, как свержение правительства, потребовались деньги, и немалые. Ведь необходимо было создавать инфраструктуру организации, укреплять и расширять ее, для чего приходилось разъезжать по миру, чтобы встречаться со своими сторонниками, закупать современное коммуникационное оборудование, вооружение и другую военную технику, формировать действенную разведывательную сеть.

ИДУ финансировали не только многие исламские организации всего мира, но и представители узбекской диаспоры Афганистана, Турции, Саудовской Аравии2. Диаспора в основном состоит из богатых людей, покинувших Среднюю Азию в 1920-е годы (первые годы революции в России) и в период советизации региона3. Они оказывают ИДУ поддержку, поскольку для них сегодняшняя власть в Узбекистане не что иное, как продолжение коммунистического режима. Ведь в политическом плане президент республики Ислам Каримов как был, так и остался коммунистом.

В свое время ИДУ наладило отношения с движением "Талибан", и наркотики стали весьма значительным источником финансирования. Кроме того, существенные денежные вливания шли от лидера "Аль-Каиды" Усамы бен Ладена, от Межведомственной разведки Пакистана (ИСИ), которая оказывала движению не только финансовую поддержку, но и снабжала его оружием и военной техникой4. Особую роль в создании материальной базы сыграл будущий политический руководитель ИДУ Тахир Юлдашев. В ноябре 1995 года он побывал в Пешаваре (Пакистан), где при посредничестве высокопоставленных офицеров ИСИ провел переговоры с представителями исламистских организаций этой страны, Турции и Саудовской Аравии. Весьма щедрую помощь ему также оказал ряд турецких организаций и благотворительных фондов, действующих на территории Германии. За некоторыми из них стояла турецкая партия "Рефах" ("Благоденствие"), возглавляемая Некметтином Эрбаканом5.

ИДУ и его деятельность поддержали Благотворительный фонд пакистанской "Джамаат-и ислами", Катарское благотворительное общество, Саудовский фонд спасения, организация братьев-мусульман в Египте "Ихван-аль-Муслимун", Всемирная ассамблея исламской молодежи в Саудовской Аравии. В августе 1999 года пять личных посланников Усамы бен Ладена приехали в горное таджикское селение Хоит и вручили Намангани 130 тыс. долл. Видимо, не случайно, что в то же время боевики ИДУ через Южный Кыргызстан попытались проникнуть на территорию Узбекистана. А несколькими неделями позже в Карачи состоялась встреча представителей исламских организаций Пакистана, Кувейта, Иордании, Египта, Палестины, Кашмира, Узбекистана и Чечни. Ее участники приняли решение собрать 2 млн долл. на поддержку священного джихада против режима Каримова. В июне 2000 года Зубаир ибн-Абдурахман подтвердил получение от бен Ладена нескольких тысяч долларов на "священную войну против просионистского правительства Каримова"6. По сведениям Управления национальной безопасности по Ферганской области, на эти цели Джума Намангани ежегодно получал от Усамы бен Ладена около 3 млн долл.

В 1997 году, после окончания гражданской войны в Таджикистане, военный руководитель ИДУ Джума Намангани, участвовавший в этой войне на стороне оппозиции, обосновался с семьей и со своими сторонниками-узбеками (около 40 чел.) в таджикской деревне и занялся бизнесом — купил несколько грузовиков и поставлял продукты в г. Душанбе (столицу страны). Позднее его транспортная компания переориентировалась на контрабанду героина из Афганистана в Таджикистан и далее в Россию и Европу. Помимо этого Намангани добывал деньги на поддержку своей организации7. Однако лишь после того, как ИДУ установило хорошие отношения с талибами, оно вплотную занялось контрабандой опиума из Афганистана. По данным Управления ООН по контролю над наркотиками и предотвращению преступности, в 1998—1999 годах производство опиума в этой стране увеличилось почти в два раза — с 2 750 т до 5 тыс. т. А уже к июлю 2000 года, когда талибы запретили выращивать мак, только в Мазаре и Кундузе, по мнению ряда экспертов, находилось 240 т опиума. Лаборатории по производству героина появились и в Таджикистане. Как тогда сообщил Конгрессу США Ральф Мучке, помощник директора Криминального управления Интерпола, 60% экспорта афганского опиума идет через Центральную Азию, а на совести ИДУ отправка 70% всего количества этого зелья, транспортируемого через регион8.

Предполагаемые средства ИДУ, полученные из разных источников (млн долл.)

  Наркотики "Аль-Каида" Узбекская диаспора и другие
1999
2000
2001
5
7
4
5
6
4
10
7
7

Источник: Подсчеты сделаны сотрудниками министерств иностранных дел стран Центральной Азии9.

Однако в те годы наркотики были не только источником доходов ИДУ. По словам тогдашнего военного прокурора Узбекистана Боходыра Дехконова, они "заряжали" боевиков во время нападения на Узбекистан и Кыргызстан. По мнению прокурора, основная часть боевиков были наркоманами, о чем свидетельствовало большое количество использованных шприцев, найденных на освобожденной от нападающих территории10.

Еще одним источником добывания денег стало для ИДУ похищение заложников. В 1999 и 2000 годах, во время нападений со своих баз в Таджикистане на Узбекистан через территорию Южного Кыргызстана, боевикам ИДУ удалось захватить несколько человек. В их числе были граждане США, Японии, Кыргызстана. Кыргызов освободили в обмен на выкуп и свободное возвращение в Таджикистан. В Японии сообщения о захвате заложников, в числе которых были четверо граждан этой страны, проводивших в Кыргызстане геологоразведочные работы, не сходили со страниц газет. В результате переговоров, которые в течение двух месяцев вели с боевиками японские дипломаты и сотрудники спецслужб, эти люди были освобождены. И хотя на официальном уровне в Токио и в Бишкеке утверждали, что заложников они не выкупали, есть предположение, что Япония тайком заплатила ИДУ от 2 до 6 млн долл.11 К тому же сообщалось, что во время переговоров об освобождении заложников Тахиру Юлдашеву помогал в качестве посредника депутат парламента Кыргызстана и омбудсмен Турсунбай Бакир Уулу. Во всяком случае, невольно возникает вопрос: откуда несколько позже возникли 6 млн долл., которые пошли на закупку оружия и обмундирования для боевиков ИДУ, войск таджикской оппозиции, а также на финансирование в Кыргызстане предвыборной кампании Турсунбая Бакира Уулу. Кроме того, в сообщении говорится, что этот кыргызский законодатель получил приглашение посетить базы ИДУ в Афганистане12. Что касается четырех американских альпинистов, взятых в заложники, то им удалось бежать, когда охранник заснул.

Организация военной и военизированных структур, тактика и террористическая деятельность

В отличие от партии "Хизб ут-Тахрир ал-ислами" Исламское движение Узбекистана никогда не надеялось на мирную передачу власти в его руки. А начавшееся после президентских выборов 1992 года преследование узбекскими спецслужбами и правоохранительными органами исламистских организаций, существовавших до ИДУ: "Адолат уюшмаси" ("Общество справедливости"), "Ислом Лашкорлари" ("Воины Ислама"), "Тавба" ("Покаяние") и других оппозиционных структур республики — лишь укрепило это убеждение лидеров ИДУ. Нельзя даже предположить того, что Намангани, участвующий в афганской войне, а позднее примкнувший к таджикской оппозиции, боровшейся против светского правительства, и Юлдашев, который не получил даже среднего образования, так как в свое время был исключен из школы, сумели бы прийти к власти в Узбекистане мирным и демократическим путем.

Через несколько месяцев после упомянутых выборов в Узбекистане запретили Демократическую партию "Эрк" ("Свобода") и Народное движение "Бирлик" ("Единство"), разумеется, закрыли и их печатные органы. Руководители этих структур подверглись преследованиям и были вынуждены покинуть страну. Стало ясно, что надежды на ее демократическое развитие, появившиеся в результате обретения независимости, не оправдались.

В экономическом плане 1992—1993 годы также были самыми трудными. Узбекистан еще не ввел собственную национальную валюту. Предприятия, по технологическим и иным параметрам связанные с другими республиками бывшего Советского Союза, не получили достаточной самостоятельности, а из-за отсутствия заказов и сырья вовсе перестали функционировать. Банковская система не развивалась, не было зарубежных инвестиций. Первыми в стране появились торговцы из Пакистана и Индии, которые продавали кожаные изделия.

Хаос, вызванный трудностями того периода, и вдобавок к нему — огромное влияние различных исламистских миссионеров, привели к появлению первого поколения членов ИДУ. Основная мысль, которую им внушали, — невозможно возродить мусульманство без создания в Центральной Азии исламского государства. Однако, по убеждению идеологов движения, было нереально возродить ислам в светской стране, возглавляемой коммунистическим лидером, примером тому может служить гражданская война в Таджикистане (1992—1997). Намангани и Юлдашев поняли с самого начала, что достичь цели они могут только с помощью силы. Как отмечал один из первых членов организации "Адолат" Ахмед Рашид: "У нас не было никакого желания идти в парламент. Мы хотели лишь одного — исламскую революцию везде, а на конституционные игры времени у нас не было"13. К тому же правительство не уделяло должного внимания религиозной сфере. После продолжавшейся десятилетиями атеистической пропаганды и развала Советского Союза в Узбекистане образовался религиозный и духовный вакуум. В 1992 году имам одной из государственных мечетей в Намангане так описывал ситуацию: "При коммунистах в Намангане было 3 мечети, сегодня 130, большинство из которых контролируют боевики. У меня нет средств, чтобы конкурировать с ними"14.

Свой первый террористический акт ИДУ совершило в 1999 году. Однако исламистские группировки, возглавляемые Намангани и Юлдашевым, всерьез занялись криминальной деятельностью несколько раньше. Она началась с убийства милиционеров, которые, по мнению боевиков, неверно повели себя в отношении братьев-мусульман15. Однако, хотя у боевиков и было желание создать исламское государство, инвестируя таким образом в возрождение ислама, они, по словам Ахмеда Рашида, "не уважали официальный ислам, были нетерпимы к традициям, не боялись и политического режима, который, как они слишком оптимистично считали, был на грани дезинтеграции и развала"16.

Деньги, полученные в ходе уголовных вылазок, нужны были ИДУ для покупки гранатометов, станковых пулеметов, минометов, автоматов Калашникова (АК-47), приборов ночного видения, российских "уазиков" и японских джипов, современного коммуникационного оборудования, снайперских винтовок и многого другого17. Подготовка боевиков ИДУ, которую они проходили бок о бок с членами "Аль-Каиды" в тренировочных лагерях, созданных в Чечне, Афганистане, Таджикистане и Пакистане, а затем применение полученных навыков в ходе конфликтов в той же Чечне, а также в Афганистане и Таджикистане, позволили выработать тактику и сформировать структуру движения, превратили его из группировки полуграмотных мулл, крестьян и криминальных элементов в современное боеспособное соединение18. Некоторые учебные пособия, конфискованные во время нападения боевиков ИДУ на Узбекистан летом 2000 года, свидетельствуют, что у этой организации были и четко организованная военная структура, и своя боевая тактика. Боевики учились вести малую партизанскую войну в горных районах, проводили операции небольшими мобильными группами (по 4—6 чел.), которые старались избегать просматриваемой местности, не вступали в открытый бой, действовали быстро, постоянно меняя позиции. У них была хорошо налаженная разведка. Для передачи информации своим агентам, легально проживавшим в стране, боевики не стеснялись использовать женщин. Те, кто был знаком с местностью, собирали информацию о ситуации в республике. В группу обычно входили командир, гранатометчик, связист, 3—4 стрелка, включая снайперов. Последние, как правило, старались занять удобную позицию, желательно выше, чем у противника. После быстрой атаки они сразу же отходили и меняли место19.

Боевики — сильные, тренированные люди, очень выносливые, способные долгое время передвигаться по горам, при этом перетаскивая на себе все вооружение и продукты, необходимые им на три дня. Один из боевиков, обучавшийся в лагерях ИДУ в Афганистане, так описывал учения: "Они проводились в горах. А боевая подготовка, когда ты ползешь, а рядом идет инструктор и стреляет слева и справа от тебя, буквально над ухом, в землю это особое испытание, которое называется психологический тест". Он рассказал, что боевик должен уметь три дня обходиться без пищи, научиться готовить ее из всего, что попадется на глаза. К тому же их учили стрелять на звук, на свет и буквально из мыла делать взрывчатку20.

У ИДУ хорошо отлажены каналы пополнения боеприпасов, медикаментов, экипировки, горючего, а также эвакуации раненых. Члены организации всегда стараются унести с собой раненых и тела убитых, чтобы дезориентировать противника относительно потерь, никогда не обращаются друг к другу по именам. Каждому присваивается определенный номер, на который он должен отзываться. За нарушение этого правила грозит строгое наказание, вплоть до казни. Наложен строгий запрет на любые контакты с местным населением и с членами других группировок. Следует заметить, что боевики ИДУ используют, в основном, оружие советского и российского образца. Это связано с относительной дешевизной и доступностью этого оружия21.

У ИДУ есть еще два дополнительных фактора, которые увеличивают его потенциал в качестве серьезной угрозы. Первый — боевики имеют безопасное убежище в горах Памира22. Вполне очевидно, что существование такого пристанища для повстанцев крайне важно. В этом случае протестное движение имеет базу, с которой можно при благоприятных погодных и иных условиях напасть на Узбекистан, а также возможность для рекрутирования добровольцев в свои ряды и пополнения запасов вооружения. Второй фактор — движение становится основным каналом отчуждения населения, альтернативой его политического, социального и экономического недовольства. Несмотря на то что нападения на республику, организованные в конце 2001 и начале 2002 годов, были отбиты, в конечном счете движение и в дальнейшем может остаться грозным противником каримовского режима, особенно если правящие власти используют факт существования ИДУ в качестве предлога для оправдания будущих репрессий23.

Свою первую террористическую акцию ИДУ провело 16 февраля 1999 года. Тогда в течение часа в разных районах Ташкента ее участники взорвали пять автомобилей. Первый взрыв произошел около штаб-квартиры Министерства внутренних дел, а последний — рядом со зданием Кабинета министров, за несколько минут до прибытия туда президента республики И. Каримова. На встречу должны были прибыть все члены правительства. Кстати, на суде над 22 террористами, которые участвовали в планировании акции и ее проведении, выяснилось, что они должны были организовать 25 взрывов, ликвидировать высших правительственных чиновников и посеять панику среди населения. В то же время из Афганистана в Узбекистан вместе с талибами должен был войти Тахир Юлдашев, а Джума Намангани вместе с силами Объединенной таджикской оппозиции намеревался вторгнуться в республику из Таджикистана. Кроме того, предусматривалось, что акцию поддержат сторонники ИДУ в Ферганской долине и в других частях Узбекистана, они ждали лишь соответствующего сигнала.

Тахира Юлдашева намечали на должность министра обороны в новом узбекском правительстве, а президентом должен был стать Муххамад Салих24. Один из обвиняемых боевиков сказал, что если бы первая часть операции удалась (убийство президента и большое количество взрывов), то внешние силы могли бы войти в республику25.

В случае успешного завершения этой операции, подготовленной ИДУ и "Аль-Каидой", последняя получила бы более широкое поле для маневра и планирования дальнейших акций, террористы расширили бы территорию для создания новых баз. И, если бы самое крупное государство Центральной Азии стало исламским, вероятность того, что весь регион последовал бы его примеру, увеличилась бы в несколько раз. Кроме того, Центральная Азия, контролируемая "Аль-Каидой" и ИДУ, не мешала бы развитию наркобизнеса. (В конце декабря 1999 г. министр внутренних дел республики отметил, что в текущем году сотрудники правоохранительных органов изъяли более двух тонн героина, что не идет ни в какое сравнение с 11 килограммами, конфискованными в 1994-м. Из всех стран региона Узбекистан сумел поставить самый мощный заслон на пути контрабанды наркотиков26.) К тому же весьма важно, что такая большая территория позволила бы "Аль-Каиде" в случае необходимости легко прятать оружие массового уничтожения.

Провал замыслов ИДУ и "Аль-Каиды" в феврале 1999 года вынудил ИДУ изменить тактику: боевики перешли от террористических актов к военизированным операциям. Дело в том, что у движения возникли трудности с материально-техническим обеспечением террористических акций, которые они планировали осуществлять с территории Афганистана, Таджикистана или любой другой страны. Для обучения людей и хранения оружия необходимо было создать базу в самом Узбекистане. Тогда у боевиков было бы больше времени для планирования и проведения операций, а также уменьшился бы риск попасть в руки спецслужб республики: не нужно было бы пересекать границу, использовать радиосвязь. Летом 1999 года боевики переправились в Таджикистан через Амударью, а затем небольшими группами направились к Южному Кыргызстану, Восточному Узбекистану и Ферганской долине, действуя главным образом в горных районах. Основная цель того вторжения — переправка провианта и людей для создания баз в Фергане, что позволило бы ускорить мобилизацию жителей этой долины в зимние месяцы27.

ИДУ очень рассчитывало на своих сторонников в Узбекистане, а их число могло увеличиться в связи с репрессиями правительства против мусульман и пытками, которым они подвергались в тюрьмах28. Арестованные мужчины и женщины обвинялись в причастности к взрывам в Ташкенте в феврале 1999 года. Еще один фактор, который мог бы способствовать росту популярности ИДУ, — ухудшение экономического положения в республике, вызванное многочисленными провалами политики ее правительства в этой сфере, в частности, в то время оно еще не решило вопрос о конвертируемости валюты: процесс был приостановлен в 1996 году29. От репрессий на религиозной почве и ухудшения экономической ситуации больше всего пострадали сельские жители — самая религиозная часть населения. Ахмед Рашид рассказывает, что, когда Намангани был в контролируемой оппозицией Тавилдарской долине Таджикистана, сотни людей приезжали к нему из Узбекистана за помощью, в поисках справедливости и отмщения30. Это были те, чьи мужья или жены находились в узбекистанских тюрьмах. В ежегодных докладах Госдепартамента США по вопросам о свободе вероисповедания в Узбекистане отмечается, что в стране исчезли религиозные деятели. Они похищены или посажены в тюрьмы, где часто подвергаются пыткам, а некоторые умирают прямо в местах заключения, их тела привозят к ним домой в гробах, которые запрещено открывать. Письма, направляемые в связи с этим президенту страны Исламу Каримову родственниками и друзьями арестованных, остаются без ответа. Многих этих людей Намангани мог бы взять к себе, но просил их остаться дома, жить обычной жизнью и ждать, когда он призовет их к оружию31. Некоторые все-таки присоединились к Намангани — так появилось второе поколение членов организации.

Базы в Кыргызстане и Узбекистане нужны были ИДУ для обучения своих сторонников и в случае необходимости — обеспечения их оружием. Следует отметить, что мотивация тех, кто присоединялся к движению и поддерживал его, была совершенно разной. Некоторые были религиозными фанатиками, ненавидящими Каримова и его режим; другие — преступниками, которые примкнули к боевикам, чтобы избежать наказания; третьи пострадали от преследования властей и несправедливости; были и такие, кто пошли за Намангани ради денег32. Однако были люди, которые шли к нему, чтобы познать основы истинного ислама, правда, они быстро поняли, что их обманули: на базе их учили тому, как пользоваться оружием и взрывчаткой, а не вникать в тексты Корана. У этих людей не было выбора: они не могли покинуть тренировочный лагерь, до дома было далеко, да и база строго охранялась. А тех, кто пытался бежать, ловили и зверски убивали33.

План вторжения ИДУ летом 1999 года в Кыргызстан и Узбекистан был раскрыт узбекскими спецслужбами. Для отпора боевикам правительства этих стран направили в нужный район войска специального назначения. Узбекистан, более сильный в военном отношении, использовал также боевые вертолеты и истребители "Су" (советско-российского производства) для "обработки" горной местности, в том числе и сел, где, как считали, укрывались боевики. После двух месяцев противостояния остатки нападавших вернулись на базу в Таджикистане. Однако правительства Узбекистана и Кыргызстана оказали сильное давление на таджикское руководство, обвиняя его в неспособности справиться с ИДУ34. В результате этого нажима боевики Намангани (численностью около 600 чел.) и их семьи были переправлены из Таджикистана к афганской границе на… российских вертолетах35.

В своей книге А. Рашид описывает три случая, когда российские войска на своих вертолетах доставляли боевиков ИДУ к таджикско-афганской границе, что можно объяснить коррумпированностью политического истеблишмента РФ и имперской сутью военной элиты России. Здесь следует учитывать два фактора.

Во-первых, некоторые российские военные получали немалые деньги за переправку наркотиков из Афганистана через Таджикистан, где дислоцируются войска российской 201-й мотострелковой дивизии, численностью 12 тыс. человек36. И хотя прямых доказательств участия ее личного состава в контрабанде наркотиков нет, российских военных обвиняли во взятках, которые они получали за то, что закрывали глаза на происходившее на границе. Второй фактор связан с геополитическими интересами российской военной элиты (главным образом ее "ястребов") в Центральной Азии. Президент Узбекистана Ислам Каримов критиковал правительство и средства массовой информации России за то, что они намеренно преувеличивают угрозу безопасности региона со стороны исламского фундаментализма и талибов, чтобы выступать в качестве защитников государств ЦА и навязывать им свою имперскую политику. Частично и в связи с этим в 1999 году республика вышла из Договора о коллективной безопасности37. Тем не менее Россия стремилась расширить свое военное присутствие в Центральной Азии и, вероятно, хотела использовать ИДУ для давления на руководство ее стран и таким образом заставить эти государства согласиться с дислокацией в регионе российских военных.

И вот в августе 2000 года ИДУ сменило тактику и начало по всему фронту проводить внезапные атаки на кыргызские и узбекские части, чтобы отвлечь их и тайком переправлять оружие и боеприпасы своим сторонникам в Ферганскую долину. Боевиков обеспечили бронежилетами, снабдили приборами ночного видения, снайперскими винтовками, станковыми пулеметами, гранатометами38. К тому же с территории Таджикистана боевики пытались захватить горный перевал Камчик, единственный проход, причем стратегического значения, связывающий Ферганскую долину с Ташкентом. Столь широкомасштабные действия оказались возможными в результате щедрого финансирования организации в 1999 году, а также ее хороших отношений с талибами и "Аль-Каидой". Кампания продолжалась три месяца.

Все эти акции, как часть тактики ИДУ, были направлены на то, чтобы проверить боеспособность правительственных войск в регионе, посеять панику среди властных структур, поставить под сомнение их легитимность, сохранить психологическое давление на население, подготовить своих сторонников в Узбекистане к окончательному сражению.

Проведенные движением вооруженные выступления послужили хорошим уроком для официальных властей Узбекистана и Кыргызстана, которые стали свидетелями беспомощности своих войск перед лицом прекрасно подготовленных малочисленных нерегулярных частей. Стало понятно, что необходимо срочно реформировать армии этих государств. После попыток вторжения ИДУ республики региона еще больше осознали угрозу международного терроризма, что подтолкнуло их к более тесному сотрудничеству в сфере безопасности. Причем от Китая и России Узбекистан и Кыргызстан получили оружие, а от США — финансирование на правительственном уровне и помощь в обучении военнослужащих. А тот факт, что ИДУ в 2000 году было внесено Госдепартаментом США в список особо опасных зарубежных террористических организаций, позволил американским спецслужбам наладить обмен информацией с узбекскими коллегами.

ИДУ и "Аль-Каида"

Мы уже говорили о контактах ИДУ с "Аль-Каидой" и о помощи, которую последняя оказывала Исламскому движению Узбекистана, а также о том, что Намангани планировали сделать заместителем Усамы бен Ладена. Теперь необходимо сказать о том, что же побудило эти организации к сотрудничеству.

Вполне очевидно, что Намангани и Юлдашеву нужен был надежный партнер и щедрый спонсор. Именно партнерство с "Аль-Каидой" позволило ИДУ превратиться из небольшой криминальной структуры в сложную и хорошо организованную террористическую группировку. Связь с бен Ладеном стала для движения пропуском к финансовому "пирогу" международной исламской террористической сети, к ее руководителям и к славе. Если бы Афганистан находился под контролем Северного альянса, а бен Ладена и талибов в этой стране не было, то Намангани и его группировка искали бы убежище в каком-нибудь другом государстве или бы подверглись экстрадиции в Таджикистане. Ведь на его руководство постоянно нагнеталось давление со стороны соседних республик — Узбекистана и Кыргызстана.

Даже если бы страны-доноры и другие международные исламистские организации выделяли ИДУ достаточно средств, все вместе они не смогли бы дать его боевикам те навыки, которые они получали в лагерях "Аль-Каиды". Инструкторы Усамы бен Ладена обучали их изощренным методам ведения секретных военных операций. Время от времени они проходили в Чечне тренировку под руководством небезызвестного террориста иорданца Хаттаба. Узбекские спецслужбы утверждают, что в радиосвязи боевики ИДУ использовали три языка: арабский (в обмене информацией с "Аль-Каидой"), пушту (с талибами и пакистанцами), русский (со своими единомышленниками в республиках Центральной Азии)39. К тому же связь с "Аль-Каидой" позволила им свободно передвигаться между Таджикистаном, Афганистаном, Пакистаном и, возможно, даже проникать в Саудовскую Аравию и Иран.

"Аль-Каиде" также было выгодно партнерство с ИДУ, при содействии которого Усама бен Ладен надеялся победить Северный альянс, распространить джихад на территории Центральной Азии, получать информацию о мерах, предпринимаемых в регионе западными, главным образом американскими дипломатами, контролировать нелегальную переправку наркотиков в Центральную Азию, даже получать составные части оружия массового уничтожения. В этом плане после развала Советского Союза большую опасность представлял остров Возрождения, расположенный в Аральском море. В советское время там испытывали биологическое оружие, сохранились тонны фрагментов препаратов, пригодных для возбуждения сибирской язвы. Однако у Казахстана и Узбекистана (которым принадлежит остров) не было ни ресурсов, ни знаний по очистке территории, и дело не шло, пока к реализации программы по снижению этих угроз не подключились соответствующие специалисты Пентагона. И хотя признаки того, что ИДУ пыталось заполучить компоненты оружия массового уничтожения, не зафиксированы, в 2000 году узбекские таможенные службы задержали на границе с Казахстаном трейлер, следовавший в пакистанский город Кветта (почему-то с пометкой "Иран"), в котором были обнаружены контейнеры с радиоактивными веществами. Сведениями об их получателе, а также об участии ИДУ в данной акции, автор этих строк не располагает40.

Влияние на ИДУ операции "Несокрушимая свобода"

Необходимо отметить, что отношения с "Аль-Каидой" оказались для ИДУ роковыми. Так, в 2001 году, в ходе возглавляемой США антитеррористической кампании в Афганистане, базы и боевики ИДУ также стали мишенью для сил коалиции. Причем интересно, что ни "Хизбалла", ни "Хамас", которые гораздо раньше были занесены Госдепартаментом Соединенных Штатов в список особо опасных зарубежных террористических организаций и всегда считались намного радикальнее Исламского движения Узбекистана, не подверглись преследованиям со стороны коалиционных сил. Просто эта структура оказалась не в том месте, не в то время, да и не с тем партнером, что и повлекло за собой не самые лучшие для нее последствия. Из-за участия в наступлении "Аль-Каиды" и "Талибана" на Северный альянс ИДУ было отрезано от желаемой добычи — Узбекистана.

Автор этих строк не располагает достоверной информацией, касающейся масштабного военного противостояния сил антитеррористической коалиции в Афганистане и отрядов Исламского движения Узбекистана. Однако известно, что в ноябре 2001 года контингент ИДУ принимал участие в боях в районе Мазари-Шарифа и Кундуза; и по всей видимости, во втором сражении было убито большое число боевиков. Вероятно, уцелел политический руководитель ИДУ Тахир Юлдашев. По одним сообщениям, он бежал в Пакистан, по другим — до сих пор скрывается в Афганистане41. В конце ноября 2001 года в прессе появилось множество сообщений о смерти 32-летнего военного лидера ИДУ Джумы Намангани. Писали, что он умер от ран, полученных в результате бомбардировки американскими самолетами района Мазари-Шарифа, хотя сведения были противоречивы42. Ясно одно: в ноябре 2000 года правительство Узбекистана заочно приговорило его к смертной казни.

Намангани был единственным руководителем военного звена ИДУ, которого знали во всем регионе, и заменить его весьма трудно. В возглавляемых им отрядах он поддерживал жесткий контроль как на основе железной дисциплины, так и с помощью личной преданности ему, и нет никакой гарантии, что власть, опирающаяся на такие факторы, может легко перейти к его заместителям.

Тахир Юлдашев, несомненно, также значимая фигура, но он обладает гораздо меньшей харизмой и властью, чем Намангани, и не является полевым командиром. Возможно, пытаясь сохранить поддержку разрозненных групп ИДУ, он столкнется со значительными трудностями, а другим активистам движения понадобится немало времени на то, чтобы стать лидерами. В начале 2002 года Международная группа по предотвращению кризисов (ICG) сообщила, что уцелевшие боевики ИДУ могут объединиться и создать отдельные группировки и соединения. Однако, хотя они станут преследовать те же цели, используя при этом ту же тактику, все-таки будут представлять меньшую угрозу, нежели вновь объединившаяся организация, действующая под руководством определенного лица, власть которого для членов этой структуры, несомненно, будет легитимна43. Правда, осенью того же года появились и другие сообщения — об объединении ряда исламистских группировок в Исламское движение Средней Азии со штаб-квартирой в Горном Бадахшане (Афганистан), в которое вошли остатки ИДУ, радикальные исламисты Таджикистана, чеченские боевики и сепаратисты Синьцзян-Уйгурского автономного района Китая44. Если эта информация достоверна, то закономерно возникает вопрос о том, как новое движение будет действовать в нынешних сложных для него условиях, то есть в свете активно проводимой международной антитеррористической кампании.

Таким образом, события в Афганистане значительно подорвали финансирование ИДУ, которое, как мы упоминали выше, обеспечивалось за счет торговли наркотиками в Центральной Азии и частично — из средств "Аль-Каиды"45. ИДУ уже не контролирует маршруты транзита зелья через Таджикистан и не будет иметь доступа к наркотическим веществам, если их производство в Афганистане попадет под более сильный надзор. Другие возможные источники поступления денег — сторонники движения на Ближнем Востоке или местные политические группировки, стремящиеся использовать ИДУ как средство усилить свое собственное влияние. Однако, если у организации не будет убежища в Афганистане, ее ждет финансовый кризис.

По мнению Рохана Гунаратны, на смену ИДУ может прийти "Хизб ут-Тахрир ал-ислами" (ХТИ). Основанная в 1952 году в Иордании и Саудовской Аравии, ХТИ стала подпольной исламистской партией, не использующей насилие. Она рекрутирует сторонников из числа родственников и друзей членов партии, ее цель — восстановление халифата46.

В Узбекистане члены этой организации тайно распространяют листовки с критикой коррумпированной власти, даже называют президента страны И. Каримова евреем. В связи с антисемитской направленностью ХТИ ее запретили в Германии47. Официальный Ташкент обратился к ряду стран с просьбой последовать этому примеру. Хотя партия и отвергает применение насилия для достижения своей цели, события последних нескольких лет в Узбекистане, во время которых были арестованы и посажены в тюрьмы некоторые ее активисты (особенно после взрывов в Ташкенте в феврале 1999 г.), могут вынудить "Хизб ут-Тахрир" пересмотреть свою тактику. Уже были случаи, когда сотрудники правоохранительных органов, стремясь получить откуп либо отомстить, подкладывали листовки или наркотики в карманы ни в чем не повинных людей и арестовывали их, обвиняя в незаконной деятельности и причисляя их к членам ХТИ.

По данным Международной группы по предотвращению кризисов, некоторые члены партии уже призывают ее лидеров действовать более решительно и предпринимать конкретные шаги, а "поскольку бывшие члены ИДУ ищут новое пристанище и новых лидеров, "Хизб ут-Тахрир" могла бы предложить им свою "крышу" и таким образом увеличить возможность самой стать более радикальной"48.

Однако при реализации планов, направленных на укрепление своих позиций в Узбекистане, партия сталкивается с массой препятствий. По мнению Международной группы по предотвращению кризисов, в руководстве ХТИ уже возникли разногласия по вопросам организационной тактики. Для "Хизб ут-Тахрир" характерны сепаратистские явления; по крайней мере, известно о двух случаях, когда достаточно влиятельные группировки ХТИ создали сепаратистские политические движения, независимые от ее центрального руководства. И впредь возможны расколы как по личным причинам49, так и по вопросам политической тактики50. Вместе с тем у ХТИ, как и у ИДУ, нет ни социально-экономической, ни политической программы управления халифатом, который они хотят создать. Их идеология основана не на принципах векового ислама Средней Азии, родины суфизма и джадидизма (появился в XIX в.), а на привнесенных взглядах и убеждениях51.

Еще одно препятствие на пути ХТИ к установлению мусульманского правления в регионе — сомнительная роль ислама в Центральной Азии как фактора, консолидирующего на национальном уровне. Сегодня региональные, клановые, этнические интересы превалируют над приверженностью общей для коренного населения религии. Например, гражданская война в Таджикистане разразилась между мусульманами, проживавшими в разных областях страны и представлявшими разные кланы. В Казахстане быть членом жуза (клана) несравнимо важнее, чем исповедовать ислам. Наконец, в межэтнических конфликтах в регионе (в Фергане в 1989 г. и в Оше в 1990 г.) друг другу противостояли именно мусульмане. Население ЦА не готово жить в мусульманском государстве, не видит в исламе силы, которая сможет объединить всех и привести к политической стабилизации. Большинство ограничивает роль мусульманства религиозными рамками и сферой культуры, рассматривает его в качестве фактора, регулирующего отношения между людьми лишь в их повседневной жизни.


1 См.: Pannier B. Central Asia: IMU Leader Says Group's Goals Is "Return of Islam" // Radio Free Europe/Radio Liberty, 6 June 2001 [http://www.rferl.org/nca/features/2001/06/06062001121150.asp].
2 На Ближнем Востоке и в Юго-Западной Азии проживает около трех миллионов этнических узбеков. Из них 2 млн живут в Афганистане и 700 тыс. в Саудовской Аравии (см: Военно-политические конфликты в Центральной Азии. Центр внешней политики и анализа. Алматы, 2000 [http://www.cvi.kz/text/Experts/Kozhikhov_pub/Konflikt_Central_Asia.htm]).
3 См.: Rashid A. Jihad: The Rise of Militant Islam in Central Asia. Yale University Press, 2002. P. 141.
4 См.: Ibid. P. 140, 154.
5 Турецкая организация "Милли герюш" (Национальное воззрение), основанная бывшим премьер-министром Турции Н. Эрбаканом и базирующаяся в Кельне, выделила ИДУ сотни тысяч долларов (с согласия Эрбакана) на покупку оружия при посредничестве секретаря организации Мухаммеда Кучака. При этом было оговорено, что ИДУ будет подчиняться "Милли герюш" и только Эрбакан будет определять точное время начала джихада против Узбекистана. Ведущая турецкая компания "Улькер", контролируемая "Милли герюш", ежегодно получает 1,5 млрд долл. прибыли (см.: B. Tursunov, Extremism in Uzbekistan // The Conflict Studies Research Center, British Royal Military Academy Sandhurst, July 2002 [http://www.csrc.ac.uk/pdfs/K37-hpz.pdf]).
6 Интервью автора с сотрудником узбекских спецслужб, 2002 г.
7 См.: Rashid A. Op. cit. P. 144.
8 Ibid., p. 165.
9 Хотя эти данные могут быть и не точными, они дают представление о количестве источников доходов ИДУ.
10 См.: Халк сози (Народное слово), 17 августа 2000.
11 См.: Rashid A. Op. cit. P. 164.
12 См.: Kudratov B. Ordinary Murder in the Name of Jihad // Uzbek Information and Analytical Website “Stability” [http://www.stability.uz/ubiystvo.html].
13 Rashid A. Op. cit. P. 139.
14 Ibidem.
15 10 ноября 2001 года "Вашингтон пост" опубликовала сообщение, что в 1997 году члены группировки убили сотрудников местных государственных органов, прикрепив голову одного из них на воротах дома начальника Управления внутренних дел Намангана (см.: Struck D. Uzbek Taliban Chief Feared in Homeland // Washington Post, 10 November 2001. P. A17).
16 Rashid A. Op. cit.
17 См.: Джахангир С. Ударная исламская стройка Халифата на крови // Коммерсант, 18 августа 2000 [http://www.uzland.uz/2000/special4.htm].
18 В ИДУ также входили преступные элементы, осужденные в Узбекистане по разным статьям, но избежавшие наказания.
19 См.: Военно-политические конфликты в Центральной Азии.
20 См.: Гибельгаус Л. Кто они — боевики ИДУ? // Немецкая волна, 25 February, 2003 [http://www.dw-world.de/russian/0,3367,2226_A_786870_1_A,00.html].
21 Интервью автора с сотрудником узбекских спецслужб, 2002 г.
22 См.: Rashid A. Pamirs Offer IMU Secure Base // Eurasia Insight, 10 April 2001 [http://www.eurasianet.org/departments/insight/articles/eav041001.shtml].
23 См.: Gleason G. Counterinsurgency in Central Asia: Civil Society Is the First Casualty // Eurasia Insight, 8 January 2001 [http://www.eurasianet.org/departments/insight/articles/eav010801.shtml].
24 Мухаммад Салих (Салай Мадаминов) — поэт и находящийся в изгнании лидер запрещенной Демократической партии Узбекистана "Эрк". В 1992 году он был единственным конкурентом Каримова на пост президента страны, за участие в попытке переворота в 1999 году заочно осужден Верховным судом Узбекистана. Спецслужбы Узбекистана уверены, что, будучи в изгнании в Турции, он использовал свои связи с ее высокопоставленными лицами, чтобы помочь ИДУ получить средства от религиозных, политических и деловых кругов, включая и Эрбакана. За пост президента он якобы согласился на любую форму правления в Узбекистане. И лидеры ИДУ надеялись, что, если Салих, которого международные правозащитные организации считают представителем демократической оппозиции, станет президентом Узбекистана, то Запад признает движение легитимным.
25 См.: Juma O. Bandits and Their Human Rights Defenders // UzLand.Uz, 22 February 2003 [http://www.uzland.uz/2003/february/22/06.htm].
26 См.: Sinai J. Islamist Terrorism and Narcotrafficking in Uzbekistan // Foreign Affairs, May 2000, Lexis-Nexis.
27 См.: Rashid A. Islamic Movement of Uzbekistan’s Incursion Assists the Taliban // Central Asia-Caucasus Institute, 13 September 2000 [http://www.cacianalyst.org/view_article.php?articleid=132].
28 В 2002 году специальный докладчик по пыткам Комиссии ООН по правам человека Тео Ван Бовен посетил Узбекистан, итогом чего стал отчет, осуждающий массовость пыток, применяемых правоохранительными органами и спецслужбами республики.
29 Процесс был возобновлен в ноябре 2003 года.
30 См.: Rashid A. Jihad: The Rise of Militant Islam in Central Asia. P. 158.
31 См.: Juma O. Op. cit.
32 Экономическая политика узбекского правительства привела к росту безработицы. Но даже работа не могла гарантировать нормальную жизнь в стране, в которой минимальная заработная плата в месяц составляет 15—20 долл. На такие деньги немыслимо содержать семью, где трое или четверо детей. Как отмечает в своей книге Ахмед Рашид, Намангани платил своим боевикам от 100 до 500 долл. в месяц (в американских купюрах). Даже слуха о таких деньгах было достаточно, чтобы увеличить число наемников (см.: Rashid A. Jihad: The Rise of Militant Islam in Central Asia. P. 167).
33 В мае 1999 года после президентского указа, гарантирующего полную амнистию тем, кто считал, что их обманом завлекли в организацию, и хотел вернуться, эту возможность решили использовать 36 боевиков ИДУ. Они пошли с базы, расположенной в Таджикистане. Однако на пути их встретила другая группа боевиков, которая по приказу Намангани уничтожила 17 человек, взяв остальных обратно с собой на базу (cм.: Kudratov B. Op. cit.).
34 Узбекистан угрожал Таджикистану использовать бомбардировщики против предполагаемых районов дислокации боевиков, в случае если таджикские власти не смогут сами контролировать ситуацию.
35 См.: Rashid A. Jihad: The Rise of Militant Islam in Central Asia. P. 164.
36 См.: Operational Group of Russian Forces in Tajikistan [http://www.globalsecurity.org/military/world/russia/ogrv-tajikistan.htm].
37 Договор о коллективной безопасности был подписан 15 мая 1992 года в Ташкенте президентами Кыргызстана, России, Казахстана, Армении, Таджикистана, Беларуси и Узбекистана.
38 См.: Rashid A. Jihad: The Rise of Militant Islam in Central Asia. P. 167.
39 Интервью автора с сотрудником узбекских спецслужб, 2002 г.
40 Trailer with Radioactive Containers Expelled to Kazakhstan // UzLand.Uz, 1 April 2000 [http://www.uzland.uz/2000/04_01.htm#trailer]. А в январе 2003 года Би-би-си сообщило о захвате еще большей партии радиоактивных материалов на узбекско-туркменской границе (см.: Davis C. "Dirty Bomb Material" Seized in Asia // BBC, 5 January 2003 [http://news.bbc.co.uk/1/hi/world/asia-pacific/2629343.stm].
41 International Crisis Group. The IMU and the Hizb ut-Tahrir: Implications of the Afghanistan Campaign, 30 January 2002 [http://www.crisisweb.org/projects/asia/centralasia/reports/A400538_30012002.pdf], p. 2.
42 Генерал Томми Фрэнкс, в то время руководитель Центрального командования вооруженных сил США (СЕНТКОМ), тогда сказал узбекским журналистам, что Намангани действительно мертв, но источника информации не назвал (см.: Uzbekistan Gets U.S. Military Pledge // The Associated Press, 24 January 2002, Lexis-Nexis). Однако российские и кыргызские спецслужбы сообщали, что Намангани может быть жив и сам специально распространил слух о своей смерти, чтобы получить передышку перед началом новой кампании (см.: McConnell A. Islamic Radicals Regroup in Central Asia // Eurasia Insight, 15 May 2002 [http://www.eurasianet.org/departments/insight/articles/eav051502.shtml]), хотя, с другой стороны, я думаю, что Россия была заинтересована именно в этом сценарии по причинам, описанным выше.
43 См.: ICG. P. 3.
44 Боевики-исламисты объединились в Исламское движение Средней Азии // UzStrateg.Info, Интернет сайт Института стратегических и межрегиональных исследований при президенте Республики Узбекистан, 10 сентября 2002 [http://www.uzstrateg.info/frontend/index.cfm?target=news&sub=article&news_id=4887].
45 См.: ICG Asia Report No. 26 // Central Asia: Drugs and Conflict, 26 November 2001.
46 См.: Gunaratna R. Inside Al-Qa'eda: Global Network of Terror. Columbia University Press, 2002. P. 171.
47 Germany Bans Accused Islamic Organization // The Associated Press, 15 January 2003, Lexis-Nexis.
48 ICG. P. 13.
49 В начале 1997 года возглавляемая Ю. Акрамовым группа ХТИ, базирующаяся в Ферганской области Узбекистана, отошла от партии на почве разногласий с ее местным амиратом. Еще один раскол, как сообщают, произошел в 1999 году в ташкентском амирате, когда выделилась значительная группа, которая была названа "Хизб ан-Нусра" ("Партия победы") (см.: Ibid. P. 9).
50 Ibidem.
51 См.: Rashid A. Jihad: The Rise of Militant Islam in Central Asia. P. 9.

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL