ТРАДИЦИЯ МИГРАЦИИ В МУСУЛЬМАНСКОМ КРУГУ

Мачей ЛАНГ


Мачей Ланг родился 1968 году в Петрковском воеводстве Польской Республики. Окончил факультет политологии Варшавского университета по специальности “международные отношения”. Работал в Академии наук Польши. В настоящее время работает над докторской диссертацией в Школе Общественных исследований при институте социологии и Философии Польской Академии Наук.

Перевод с польского Натальи Голка


История мусульманской общины неразрывно связана с понятием миграции, что в своеобразной символической форме проявилось еще в связи с принятием мусульманами календаря, начало которого определяет хиджра (миграция) исламского Пророка Мухаммада в 622г. из Мекки в Ясриб, которая стала началом летосчисления, принятого приверженцами ислама. Термин хиджра встречается в Коране более 27 раз и чаще всего относится к вынужденному уходу мусульман с территорий, контролируемых неверными.

Первая мусульманская миграция имела место еще до известной хиджры Пророка. Опасаясь репрессии со стороны мекканцев, враждебно настроенных к новой религии, Пророк послал группу недавно обращенных к вере в отдаленную Абисинию. Мухаммад обеспечил их письмом, адресованным Абиссинскому негусу, в котором просил взять прибывших под свое покровительство, а также советовал ему поближе познакомиться с исламом. Когда опасность репрессии со стороны мекканцев миновала, Пророк попросил негуса отослать всю группу, что вскоре и произошло ( Hamidullah, 1985).

В сентябре 622г. гонимый мекканцами Мухаммад вынужден был бежать в Ясриб, родной город его матери, позже названный в его честь Madina an-Nabi , т.е. - город Пророка. Однако не все мусульмане покинули Мекку вместе с Пророком. Некоторые остались среди врагов продолжая тайно практиковать свою веру. Такая конспирация помогла немногим, так как вскоре мекканцы начали боевые действия против Медины и “скрытые” мусульмане были обнаружены из-за отказа поднять оружие против своих обосновавшихся в Медине единоверцев. Для многих из них это имело трагические последствия. Этому эпизоду посвящены 97 и 100 аяты I V суры Корана.

Таким образом, миграция стала религиозным обязательством мусульманина, которому не следует оставаться на территориях, контролируемых неверными. Эта религиозная необходимость миграции близко связана с мусульманским видением мира, а также ролью ислама в жизни индивида и общины.

Dar ul-Islam contra dar ul-harb

Ислам, в отличие от христианства, не признает деление мира на sacrum и profanum. Пророк ислама был одновременно основателем уммы, общины всех верующих, в которой всякие аспекты человеческого существования в единичном или коллективном измерении регулируются согласно нормам шариата, мусульманского закона, источником которого является Коран. В случае отсутствия соответствующей шариатской установки по тому или иному вопросу, норматив определяется на основании преданий (хадис-hadith) о действиях и высказываниях Пророка в соответствующей ситуации. {В случае отсутствия указаний в хадисах применяется (в зависимости от мазхаба - юридической школы) согласованное мнение ученых (иджма-idjma), используется принцип аналогии (кияс) (в суннизме), либо предлагается некое рациональное толкование (в шиизме).

Согласно мусульманской догматике, шариат является интегральной частью видения и воплощения воли Создателя ( Nasr ,1988). Все эти области, в которых порядок в этом мире регулирует шариат,номинуются dar ul-salam ( страна мира). Вне их находится dar ul-harb (страна войны), которая в будущем будет завоевана мусульманами в ответ на агрессию против них, и войдет таким образом в состав dar ul-salam путем завоеваний ( Khadduri ,1955). Становится очевидным то, что единственной признанной исламом границей является доктринальная граница, т.е. граница распространения ислама, а умма не может пониматься только в категориях замкнутой территориальной единицы. Халифы, преемники Пророка-правителя уммы, были всего лишь исполнителями шариата, и не располагали какой-либо правовой властью, ибо последняя принадлежит одному лишь Всевышнему.

Существование исламского государства необходимо для реализации видения ислама в индивидуальном и коллективном измерении. Однако в истории ислама содержится множество кризисных моментов, во время которых мусульманские владыки лишались христианами, казалось, навечно ранее завоеванных ими земель. Как тогда поступали освоившие эти земли мусульмане, внезапно оказавшиеся на территории dar ul-harb? Как к подобной ситуации должны относиться мусульманские юристы, которые вынося свои заключения, вынуждены были считаться с тем фактом, что в затруднительное положение попадал не один человек, а многие тысячи мусульман?

Уйти или остаться в dar ul-harb?

После капитуляции мусульман Толедо в 1085г. они попали под юрисдикцию христианского владыки. Их потомки, называемые иронически остальными мусульманами mudajjan (домашнее животное), стали основоположниками общины испанских mudejares . В обмен за преданность и дань испанскому правителю они сохранили свободу религии и право на свой традиционный образ жизни, а также правила пользования своей собственностью и (действующую в рамках мусульманской общины) исламскую налоговую систему ( Quesada, 1992 ). Однако разработанная в Толедо модель отношений между христианским большинством и мусульманским меньшинством оказалась кратковременным паллиативом. Толерантность христианских правителей быстро исчерпалась, и начались печальные, но неизбежные перемены.

Многие обращенные в христианство мусульмане, по-испански moriscos , продолжали исповедовать ислам тайно, что грозило им сожжением на костре. В результате судьба морисков определилась в 1610 г, когда испанские власти приняли решение об изгнании их из страны. Процесс изгнания около 300 тыс. морисков закончился в 1613г. и лишь несколько тысяч человек, получивших от настоятелей своих приходов справки, о том, что они являются христианами, смогли остаться в Испании.

Еще в 1484 г. мусульманский ученый al-Wansharissi издал фетву, касающуюся проблемы mudejares и moriscos . Это был по существу ответ на вопрос, заданный группой испанских мусульман, которые хотели знать, насколько влияет на необходимость хиджры способность dar ul-islam принять и разместить беженцев, или же хиджра для мусульман обязательна - вне зависимости от материальных трудностей, ожидающих их в dar ul-islam? Такая постановка вопроса была вызвана тем обстоятельством, что уровень жизни в завоеванной христианами Испании был значительно выше, чем в соседнем мусульманским Марокко.

Ученый, которому был задан этот вопрос, однозначно подтвердил, что hijra из завоеванной Испании - это обязанность всех верующих за исключением пленных, парализованных, прочих тяжело больных и тех, кто слишком слаб физически, чтобы вынести тяжести дороги. Все аргументы, касающиеся материальных условий в Марокко, al-Wansharissi отбрасывает, называя такой подход проявлением слабости в вере ( al-Wansharissi, 1981 ).

Возникновение крупной общины морисков, которая отнюдь не состояла из одних лишь паралитиков и тяжело больных, однозначно свидетельствует о том, что часть испанских мусульман не последовала указаниям фетвы al-Wansharissi.

С другой стороны, мусульманские ученые не могли игнорировать факт существования морисков. В 1504 г. муфтий Ахмед ибн Джумайр издал фетву, содержавшую ответ на многие заданные морисками вопросы, касающиеся методов поведения в крайне неблагоприятных условиях. Ответы ибн Джумайр подчеркивают трудности, с какими сталкивались мориски, исповедующие ислам. Хотя в фетве разрешалось поддерживать видимость перехода на христианство, мусульманин, отрекшийся публично от своей веры, был обязан оказывать этому внутреннее сопротивление.

Якобы, принявший христианскую веру мусульманин, которого заставляют, например, публично клеветать на Пророка, должен произносить его имя “Hamed”, а не “Muhammad”, думая при этом о сатане или о каком-то еврее по имени Muhammad. Мусульманин, обязанный принимать участие в мессе, для совершения публичной молитвы может посетить костел, а назначенные исламом молитвы может читать ночью. Мусульманин, вынужденный употреблять вино или свинину, может это делать, но должен помнить, что это запрещенное действие, от которого в душе он должен четко дистанцироваться ( Cardaillac, 1977).

В фетве ибн Джумейра содержатся обширные сведения о жалком положении морисков во времена правления христианских королей и об отчаянных попытках морисков найти компромисс между стремлением остаться на родине и сохранением веры отцов в момент, когда внешние обстоятельства вынуждали сделать окончательный выбор в пользу одного или другого решения. Однако в случае с морисками этот выбор фактически был сделан за них христианскими правителями Испании.

На востоке Европы, в Средней Азии захват мусульманских территорий христианскими государствами, растянувшийся на многие века - от завоевания Казанского Ханства русским царем Иваном Грозным в 1552 г. до включения Памира в состав Российской империи при Николае II - обусловил формирование северного и северно-восточного фланга dar ul-islam . В течение трех с половиной века русской экспансии формы и методы обращения имперской администрации с мусульманскими народами разительно отличались от методов испанских средневековых правителей. Поскольку русские цари больше заботились об общем политическом благополучии и стабильности своей империи, а вопрос духовной принадлежности своих подданных их интересовал значительно меньше, дилемма уйти или остаться у “российских морисков” была куда менее острой.

Несмотря на толерантную позицию царей в отношении своих подданных-мусульман, последние не всегда смирялись с новым статутом и эмигрировали в Оттоманскую империю, особенно с Крыма и Северного Кавказа ( Bennigsen, Broxup , 1983). Свидетельством этой эмиграции являются рассеянные по всему Ближнему Востоку “черкесские” общины, что является общим условным термином для выходцев с Северного Кавказа.

Мусульманская традиция миграции в эпоху национальных государств

Первая мировая война способствовала распаду Оттоманской Империи. В 1924 г. правительство республиканской Турции ликвидировало халифат. Так настала эпоха национальных государств, своего рода политических наследников эфемерной уммы, символом единства которой в прежние времена оставался османский султан, носивший титул халифа.

Многие мусульманские мыслители, спокойно относящиеся к распаду уммы, но вместе с тем придерживающиеся традиционного мировоззрения, пытаются разными способами согласовать исламское видение мира с концепцией национального государства, а также сформулировать современную международную систему с помощью принятого в исламе понятийного аппарата. Среди мусульманских авторов, занимающихся этим вопросом, преобладают три подхода.

Первый подход заключается в том, что современный мир объединен в рамках системы Организации Объединенных Наций, а члены ООН обязаны соблюдать права всех государств в признанных ООН границах. Ислам, согласно закону Корана (XVII:34), требует уважения к заключенным договорам, в данном случае, признанным ООН. В этой ситуации немусульманские государства - члены ООН не могут рассматриваться как dar ul-harb , но являются dar ul-'ahd (страна договора), с которой dar ul-islam может мирно сосуществовать ( Abu Zahra, 1984 ).

Второй подход основан на убеждении, что деление на dar ul-islam и dar ul-harb отражало конкретную, относящуюся к прошлому, ситуацию, когда мусульмане враждовали с немусульманами. Вместе с окончанием этой вражды такой принцип деления перестает действовать, а бывший dar ul-harb автоматически становится dar ul-'ahd . Характерной чертой этой концепции является приоритет проблемы национальной и международной безопасности над различиями в вероисповеданиях ( al-Zuhayli, 1983 ).

Третий подход заключается в признании того факта, что само существование dar ul-islam в современном мире не лишено спорных моментов, так как согласно традициям, dar ul-islam - это территория, на которой правитель полностью гарантирует выполнение всех норм шариатского законодательства. Таким образом, с точки зрения исламской догматики, подавляющее большинство современных мусульманских стран не могут быть признанными частью dar ul-islam . Если, однако, исходить из критерия свободы вероисповедания, в том числе ислама, то окажется, что, например, Великобритания в такой же степени является частью dar ul-islam , как и Египет. Естественно, никто не признает Великобританию мусульманской страной, но нельзя не учитывать, что на бывших территориях dar ul-harb , сегодня мусульмане могут свободно исповедовать свою религию. Отсюда некоторые мусульманские авторы утверждают, что страны, непосредственно не воюющие с мусульманскими государствами, образуют dar al-da'wa (страна миссии), и они в состоянии сосуществовать с dar ul-salam , который в свою очередь должен приложить усилия для распростанения там исламского учения ( Maulawi,1988).

Даже самые беглые размышления на тему разделения современного мира на dar ul-islam и dar ul-harb несомненно показывает, что проблема обязательности хиджры (исхода) с контролируемой иноверцами территории сегодня не столь актуальна. В настоящее время даже традиционалистски настроенные мусульманские мыслители не требуют от своих верующих исхода из Франции, Великобритании, а рекомендуют вести политическую борьбу за предоставление мусульманам самых широких административных полномочий в рамках мигрантских общин ( Roy ,1994). Сегодня куда важнее стоит вопрос свободного перемещения самих мусульман по территории dar ul-islam , рассеченной на десятки национальных государств.

Согласно классической мусульманской концепции, каждый верующий ислама является членом уммы и имеет право свободного перемещения и оседания на территории целого dar ul-salam . Такой подход весьма перечит современной концепции национального государства, которая восторжествовала в мире ислама. Многие мусульманские страны применяют нормы шариата в области семейного права, но ни одна из них не обоснована на нормах шариатского гражданского правового кодекса.

Факт исповедования ислама ни в каком государстве не дает оснований для получения гражданства, хотя в некоторых государствах является способствующим, а иногда даже необходимым условием для решения вопроса о гражданстве. Итак, например, мусульманину легче получить гражданство Египета, а в случае Саудовской Аравии и остальных монархий полуострова исповедание другой неисламской религии исключает полностью получение гражданства.

Упомянутые решения не удовлетворяют фундаменталов, которые призывают к возврату традициям уммы, единство которой не блокирует ни один политический и этнический барьер, в которой нет деления мусульман на граждан данной страны или иностранцев ( Abu Sahlieh , 1994). Это также один из существеннейших элементов мусульманской концепции прав человека. К примеру , опубликованная в 1981 году Исламская Декларация Прав Человека подчеркивает право каждого мусульманина осесть в любой мусульманской стране, которая безоговорочно обязана его принять ( Abu Sahlieh , 1994). Такой постулат свидетельствует о все еще живущей традиции уммы, хотя иногда кажется неправдоподобным, чтобы какое- либо государство было бы способно принять такую концепцию наряду с созданием законов, регулирующих вопросы гражданства и иммиграции.

Литература.

Abu Sahlieh, S.A. 1994

Les Musulmans face aux droits de l`homme. Religion-droit-politique, etude et documents, Bochum: Winkler

Abu Zahra, M. 1984. Al-`ilaqat ad-duwaliya fi-l-islam, al-Qahira: Dar al-fikr al-`arabi

Bennigsen, A., Broxup, M. 1983


SCImago Journal & Country Rank
  •  Серые пеллеты  Продажа древесных гранул (пеллет) в мешках, биг бэгах. Сравните цены strou-market.ru
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL