ВЛАСТЬ И ОППОЗИЦИЯ НАКАНУНЕ И В ПЕРИОД ПРЕЗИДЕНТСКОЙ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ КАМПАНИИ В АЗЕРБАЙДЖАНЕ

Эльдар ИСМАИЛОВ
Представитель журнала "Центральная Азия и Кавказ" в Азербайджане, доктор исторических наук, заведующий кафедрой Бакинского университета.

В комплексе проблем, стоящих перед азербайджанским обществом, особое значение приобретает проблема взаимоотношений власти и оппозиции. Феномен отношений власти и оппозиции - новый в политической практике Азербайджана. Он возник в нашей стране лишь накануне обретения Азербайджаном независимости и стал реальным фактором, обязательным атрибутом уже в условиях независимого государства, провозгласившего своей стратегической целью создание демократического общества западного образца.

К большому сожалению, весь предыдущий семилетний опыт независимого Азербайджана свидетельствует о слабом прогрессе в этой сфере общественно-политической жизни страны, что является, в свою очередь, одним из важных показателей существования больших трудностей на пути демократизации.

Отсутствие устоявшихся принципов и правил во взаимоотношениях власти и оппозиции отчетливо проявилось накануне и в ходе нынешних выборов Президента Азербайджанской Республики.

Следует отметить, что в странах, где формой государственного управления является президентское правление, значение выборов главы государства приобретает особый смысл. В Азербайджанской Республике значимость предстоящих президентских выборов выходит далеко за рамки общепринятого представления о сути и смысле этого, несомненно, особого события. Это объясняется рядом причин, среди которых следует выделить две. Первая причина производна от того фактора, который присутствует в жизни почти всех республик бывшего СССР. В сознании значительной части населения избрание Президента ассоциируется с выбором не столько главы независимого государства, сколько первого чиновника, какой была в недавнем прошлом должность Первого секретаря ЦК Компартии союзной республики. Отсюда и линия поведения определенной, довольно внушительной части электората и представителей власти, скованных прежними представлениями и стереотипами мышления. Другая причина связана с особенностями пройденного Азербайджаном со дня провозглашения независимости исторического пути. За последние 7 лет в Азербайджане проводятся уже четвертые президентские выборы. Между тем изначально срок президентского правления был определен в пять лет. Лишь третьему по счету Президенту Азербайджана – Гейдару Алиеву удалось остаться Президентом на весь срок избрания.

Уже сама по себе частая смена президентов, в двух случаях до истечения срока полномочий, привносит элемент скепсиса как в отношении к самому институту президентства, так и к процессу избрания президента.

Но наиболее существенный ущерб авторитету президентской избирательной кампании наносит прошлый опыт выборов. Аяз Муталибов был избран президентом в результате безальтернативных выборов в условиях бойкота со стороны оппозиции. Достоверность опубликованных тогда данных об итогах выборов вызывает обоснованное недоверие.

Данные итогов президентских выборов 1992 года выгодно отличались от данных 1991 года. Баллотирование 5 кандидатов, широкие возможности для пропаганды, предоставленные кандидатам, наконец, итоговые цифры о набранных голосах свидетельствовали о сравнительной демократичности выборов и проведенной кампании. Однако, по мнению многих рецензентов, в процессе выборов были допущены многочисленные нарушения, которые в той или иной степени повлияли на их итоги.

На выборах 1993 года оппонентами Г. Алиева выступали две маловлиятельные, неавторитетные фигуры, участие которых в выборах скорее служило фоном (хотя и неубедительным) альтернативности проводимой кампании. Непризнание рядом оппозиционных партий правомочности проведения выборов, высокий, чисто “советский” показатель набранных Г. Алиевым голосов вновь привели к разночтению в оценке выборов.

Особое значение нынешних выборов Президента Азербайджанской Республики обусловлено также целым рядом факторов, вытекающих из внутриполитического и международного положения страны. Как и другие республики бывшего Советского Союза, экономика Азербайджана переживает не самые лучшие времена. Резкое снижение уровня промышленного и сельскохозяйственного производства в сравнении с концом 80-х – началом 90-х годов, прекращение деятельности большинства индустриальных объектов, рост численности незанятого населения, невиданное падение жизненного уровня, при котором большая часть населения оказалась за чертой бедности, превращение попрошайничества для части населения в главный источник существования, вынужденная миграция части взрослого населения за пределы страны в поисках заработка – все это относится к бесспорным, зримым признакам сегодняшней социально-экономической ситуации в Азербайджане. Темпы нарастания негативных процессов в экономике и социальной сфере несколько замедлились с середины 90-х годов. Более того, стали проявляться некоторые положительные процессы в развитии экономики. В связи с реализацией “Контракта века”, заключенного в сентябре 1994 года с крупнейшими нефтяными компаниями мира, выросла добыча нефти, стабилизировался курс маната по отношению к доллару. Началась аграрная реформа, приватизация собственности. Но и положительные тенденции в развитии экономики в силу объективных и субъективных причин не привели к серьезным сдвигам в материальном положении населения.

Возможности подъема жизненного уровня населения в немалой степени ограничиваются охватившей все сферы жизнедеятельности государства и общества взяточничеством и коррупцией.

В этих условиях выборы Президента в глазах большинства людей – это поиск мессии, способного в кратчайшие сроки решить их материальные проблемы, избавить их от невзгод и лишений.

Стабильность внутриполитического положения страны в сознании основной части людей, независимо от их политической ориентированности, имущественного положения, ассоциируется, и не без основания, с деятельностью нынешнего президента Г. Алиева. За годы своего первого президентства ему удалось пресечь все попытки силового давления на власти как со стороны сепаратистски настроенных политических сил, так и тех, кто стремился вооруженным путем прийти к власти. Устранение с арены политической борьбы вооруженной оппозиции с полным правом может быть занесено в актив нынешней власти. Вместе с тем, власти свели до минимума возможности оппозиции влиять на общественное мнение, поставив мощный силовой заслон на пути проведения массовых акций протеста, таких как проведение митингов, демонстраций и т.д., взяв под жесткий контроль телевидение и радиовещание, ограничив возможности частных каналов телевидения, сохранив и расширив полномочия цензуры. Пропаганда деятельности и личности президента занимала ведущее место в идеологической политике властей. Эта сторона деятельности Г. Алиева вполне может быть квалифицирована и как направленная на ограничение демократических прав и свобод граждан. Тем не менее, для большинства людей, уставших от митинговых страстей конца 80-х – начала 90-х годов, социальных и политических потрясений того периода, ограничение демократии вполне вписывалось в их представления о стабильности. Тем не менее, стабильность, которая должна была стать одним из важнейших условий коренных сдвигов в повышении жизненного уровня людей, эту свою функцию не обеспечивала. Вот почему стабильность как фактор общественно-политической жизни страны в глазах людей постепенно утрачивал свою первоначальную привлекательность. Противоречивый характер внутриполитической стабильности в немалой степени связан с неразрешенностью проблемы освобождения оккупированных армянскими военными формированиями территорий.

К весне 1994 года армяно-азербайджанское ожесточенное вооруженное противостояние сменилось режимом прекращения огня. Сам смысл политики “прекращения огня”, активно пропагандируемой азербайджанскими властями в качестве выдающегося достижения, состоит в разрешении конфликта мирными средствами. Режим “прекращения огня” привнес немало положительного в жизнь азербайджанского общества. Были приостановлены военные действия, унесшие десятки тысяч жизней. Однако истекший период не привел к кардинальному решению жизненно важных для Азербайджана проблем. Миллионы беженцев так и остались беженцами, ютящимися в палатках и общежитиях, влачащими крайне жалкое существование. Выделяемая международными организациями материальная помощь беженцам нещадно разворовывается. Проблема возвращения оккупированных территорий становится все более иллюзорной. Г. Алиев и его команда многое сделали для того, чтобы привлечь внимание международных организаций к конфликту в Нагорном Карабахе и возложить решение проблемы на эти организации и, прежде всего, на ОБСЕ. Это, однако, обернулось консервацией положения, без всякой видимой перспективы достижения прогресса. Решение Карабахской проблемы и связанных с ней вопросов отодвинулось на неопределенное время. Режим “прекращения огня” по существу утратил временные рамки и свой первоначальный смысл. В этой связи выборы нового президента давали надежду на возможность решения проблем оккупированных территорий, беженцев, статуса Нагорного Карабаха.

Одной из важнейших задач, стоявших перед Азербайджаном накануне выборов, являлось завоевание имиджа демократического государства в глазах международной общественности. Этот вопрос приобретает принципиальное значение в нескольких плоскостях. Признание Азербайджана демократическим государством может сыграть роль мощного стимулятора для крупных финансовых вливаний, в которых испытывает нужду пробуксовывающая экономика страны. В 1992 году Конгресс США принял поправку №907 к “Акту о поддержке свободы”, которая ежегодно лишает Азербайджан материальной помощи довольно солидных размеров. Признание Азербайджана демократическим государством имеет принципиальное значение в оценке международным сообществом справедливости позиции Азербайджана в армяно-азербайджанском конфликте. Фактор сравнения уровня демократизации в Азербайджане и Армении приобретает особое значение. Признание Азербайджана демократическим государством открывает ему двери в Совет Европы, чего очень желает Азербайджан. Особое значение приобретает вопрос о вхождении Азербайджана в Совет Европы, если и не раньше, то хотя бы наравне с Арменией, но никак не позже. В этой связи оценка уровня демократичности предстоящих выборов международными организациями имела большое значение.

Таким образом, нынешние выборы приобретали огромное значение для будущего Азербайджана.

С момента приобретения независимости в 1991 году Азербайджанская Республика провозгласила курс на создание демократического государства и формирование демократического общества. В Конституции, принятой в 1995 году, четко определены основные признаки и принципы нарождающейся демократической политической системы. К их числу относятся: принцип разделения власти с определением полномочий каждой из трех ее ветвей, существование многопартийной системы, обеспечение прав и свобод граждан, создание системы местного самоуправления и т.д. Однако за истекшие годы провозглашение благих намерений не сопровождалось их реализацией на практике.

Проведенные в 1995 году парламентские выборы, по оценке проводивших их мониторинг ряда авторитетных международных организаций, были названы недемократичными. В результате за трехлетний период своей деятельности Милли Меджлис так и не состоялся в качестве самостоятельной законодательной ветви власти, послушно исполняя все предписания главы государства. Поскольку судебная реформа так и не была проведена, судебная власть не приобрела самостоятельного статуса. Не были созданы органы местного самоуправления.

Существенным достижением явилось создание в Азербайджане многопартийной системы. К началу 1998 года в Азербайджане насчитывалось более 60 партий, свыше 30 из которых были официально зарегистрированы. Подавляющее большинство зарегистрированных партий получили официальный статус до прихода Г. Алиева к власти. Немногие зарегистрированные при Г. Алиеве партии относятся к числу проправительственных. По сути, существует запрет на регистрацию новых оппозиционных партий.

По официальным данным, самой крупной по численности партией является партия Президента – Новый Азербайджан. Она располагает большинством мест в парламенте. Из ее рядов комплектуется основной контингент управленческого аппарата.

Партия Народного Фронта Азербайджана считается законной преемницей Движения Народного Фронта Азербайджана, вставшего во главе национального и демократического движения после февраля 1988 года. После событий июня 1993 года большинство народнофронтовцев покинуло властные структуры и Движение перешло в оппозицию. С 1995 года Движение преобразовано в партию. ПНФА – одна из самых крупных партий в Азербайджане, имеет многочисленную сеть местных партийных организаций. С 1993 года отношения партии с властью носили напряженный характер. ПНФА подвергала сомнению легитимность президентства Г. Алиева, критиковала его внешнюю и внутреннюю политику. В свою очередь, власти все эти годы обвиняли ПНФА в экстремизме, разжигании вражды в обществе, ошибках и даже преступлениях в период пребывания у власти. ПНФА лишилась своей резиденции в Баку, ряд ее активных членов был репрессирован. Тем не менее, ПНФА сохраняет свою особую нишу в политической жизни. Она представлена 4 депутатами в Милли Меджлисе. В определенных кругах этой партии существовало мнение о возможности политического компромисса с властью. Эти настроения нашли свое отражение в контексте первых выступлений А. Эльчибея после его возвращения в конце 1997 года из вынужденно-добровольного изгнания. Но в отсутствие реакции властей на доброжелательный тон заявлений Эльчибея прослеживалось нежелание вступать в контакт с ПНФА. Это изменило последующий тон заявлений А. Эльчибея.

Партия “Мусават”, возглавляемая бывшим спикером парламента И. Гамбаром, весь период президентства Г. Алиева находилась в неприязненных отношениях с властями. Эти отношения характеризовались лишь взаимными обвинениями и нападками. Партия относится к числу одной из влиятельных в Азербайджане. Она имеет разветвленную сеть партийных организаций по стране, представлена одним депутатом в Милли Меджлисе. Против лидера Партии было возбуждено уголовное дело по факту событий июня 1993 года.

Одна из других оппозиционных партий – ПННА – признавая легитимность президента Г. Алиева, в отношениях с властями выступала с более лояльных позиций, чем ПНФА и Мусават. Эта партия также подвергала критике внутреннюю и внешнюю политику Г. Алиева. Партия представлена в Милли Меджлисе тремя депутатами.

Демократическая партия Азербайджана не относится к числу самых крупных и влиятельных, но имена ее руководителей - бывшего Прокурора Азербайджанской ССР, бывшего Министра Юстиции, доктора юридических наук И. Исмаилова и Сардара Джалал оглы - широко известны в стране. Партия все годы правления Г. Алиева находилась в оппозиции. Власти же упорно отказывали ей в регистрации.

Имеют определенное влияние на политические процессы в стране и такие партии как Либеральная партия Азербайджана (ЛПА), Социал-демократическая партия Азербайджана (СДПА), Вахдат, Партия Независимого Азербайджана и ряд других партий.

Действие целого ряда других факторов обусловило формирование крайне непростой, противоречивой обстановки в Азербайджанской Республике накануне нынешних президентских выборов. Фактором особой значимости, на наш взгляд, является недостаточно продуманный подход к созданию законодательной базы столь значимого мероприятия, как президентские выборы. Общепризнанным и давно устоявшимся является мнение о несовершенстве, недемократичности и малоэффективности принятых в 1991 году законов о президентских выборах. 12 ноября 1995 года была принята Конституция Азербайджанской Республики. В соответствии с ее положениями предстояло создать новую законодательную базу. Срок, остающийся до следующих выборов, был достаточным для выработки соответствующих проектов. Естественной выглядела бы ориентация ученых, общественных и политических деятелей, если и не на создание готовых проектов, то на обсуждение важнейших принципов предполагаемых законов, выявление недостатков их прошлых вариантов, внесение новых положений и их обоснование. Все это сыграло бы большую роль в подготовке общества к восприятию новых проектов законов, амортизации политического противостояния. Однако такой ориентации, как со стороны властей, так и со стороны политических партий, не последовало. Власти предпочли “кулуарную” форму подготовки соответствующих проектов. Естественно, что информация о подготавливаемых проектах не могла остаться секретом для оппозиционных партий. Это подстегнуло их к неординарным политическим действиям. Неожиданно для многих ряды той части оппозиции, которая именует себя “жесткой”, резко изменились. Ряд политических партий и групп, их лидеры, стоявшие по многим вопросам на диаметрально противоположных позициях, в преддверии президентских выборов обнаружили удивительную тягу к сближению. С конца 1997 года это четко прослеживалось в действиях ПНФА, партии “Мусават”, АДП, АЛП и бывшего спикера Милли Меджлиса Р. Гулиева, находящегося за границей. Первопричиной, приведшей к сближению этих партий, является вывод, к которому они пришли на основе опыта последних пяти лет. Опыт этот свидетельствует о том, что надежды на компромисс с властью в вопросе о власти являются иллюзией. Политика нынешних властей ориентирована на формирование властных структур на всех уровнях за счет своих сторонников. Малейшее сомнение в лояльности по отношению к нынешней власти является непреодолимым препятствием для продвижения по служебной лестнице и тем более вовлечению в структуры государственного управления. Это легко подтверждается судьбами двух бывших активных членов команды нынешнего президента - Л-Ш. Гаджиевой и Р. Гулиева. Л-Ш. Гаджиева, которая в начальный период президентства Г. Алиева занимала один из ведущих постов в стране, после своей отставки в 1994 году была по сути “отчуждена” от команды, а ее возможности влиять на политику правительства были сведены к нулю. Р. Гулиев, который сыграл большую роль в стабилизации государственной власти в Азербайджане, затем в результате политических интриг утратил доверие Президента и вынужден был покинуть страну. Последовавшая вслед за этим его обструкция в печати и Милли Меджлисе убедила Р. Гулиева, в том что его политическое возрождение в рамках команды Г. Алиева нереально. Р. Гулиев не является лидером какой-нибудь партии. Тем не менее, несомненен его авторитет среди определенной части электората.

Так, накануне обнародования проектов законов, связанных с президентскими выборами, созрели потенциальные условия для формирования новой политической оппозиции. Объединение стало возможным не столько в силу близости идеологических платформ, а в результате уяснения каждой из объединяющихся сил той истины, что сближение с властью невозможно и что поиск серьезных союзников является единственно возможным путем противоборства с ней.

Накануне предвыборных баталий самой характерной чертой поведения политических сил в Азербайджане являлась их автономность, нежелание координировать свои действия. Правда, предпринимались попытки объединить усилия партий. Примером такого плана являлась деятельность “Круглого стола”. Первоначально эта организация ставила задачей координацию усилий партий различной политической ориентации в решении жизненно важных для Азербайджана проблем. Но уже вскоре “Круглый стол” покинула правительственная партия "Новый Азербайджан" и большинство проправительственных партий. Организация “Демократический Конгресс” объединила лишь ПНФА, “Мусават” и ряд других небольших оппозиционных партий. Были попытки создания и других политических объединений. Но в конечном итоге организация, которая была бы в состоянии обеспечить координацию деятельности широкого круга партий и организаций, так и не была создана.

Власть, терминологически обозначаемая словом “игтидар”, воспринимается в специфическом понимании. Эта специфика обусловлена как особенностями государственного строя Азербайджанской Республики, так и конкретно сложившимся в период президентства Г. Алиева механизмом государственного управления. Если Конституция предоставила Президенту достаточно широкие полномочия, то установленный Г. Алиевым порядок принятия решений по существу сделал фигуру Президента единственно заметной и единственно значимой во всей системе государственного управления. Порядок вынесения решений по абсолютному большинству важных вопросов замыкается на Г. Алиеве. Парламент, правительство, да и сам аппарат президентского управления превратились лишь в послушных исполнителей воли Президента. “Игтидар” обозначает лишь самого Президента и всех тех, кто находится в тени его могучей фигуры. Но тень эта охватывает не только партию президента – Новый Азербайджан, располагающую большинством мандатов в парламенте, но значительно более широкий круг людей, в основном чиновников, убедительно и систематически выражающих свою верность и лояльность не столько какой-либо идее, сколько самому Президенту. Вся эта огромная, неоднородная по своему составу масса, не склонная к политической импровизации и новаторству, в своем большинстве весьма напоминает недавнюю коммунистическую номенклатуру. Эта сила сознательно или подсознательно видит свою задачу не в поиске путей укрепления, пусть и не совершенной, но формируемой Г. Алиевым системы, а в постоянном одобрении всех инициатив и решений Президента. Для всей этой группы характерна постоянная демонстрация бескомпромиссности по отношению к оппозиции. Создается впечатление, что большую часть этой группы более всего пугает возможность любого альянса между Г. Алиевым, в ком они видят не столько главу государства, сколько надежного гаранта своего привилегированного положения, и оппозицией.

Вся предыстория предвыборной ситуации – образец того, как политическая негибкость неизбежно усиливает политическую конфронтацию. Еще зимой 1997 – 1998 года сохранялся шанс политического компромисса между властью и оппозицией. Безусловно, во имя будущего Азербайджана, ради достижения национального примирения первыми обязаны были протянуть оппозиции руку в знак примирения власти, несущие особую ответственность. Но такого шага не последовало. Это было серьезным просчетом. Власть переоценила собственные силы, недооценила возможности оппозиции и, прежде всего, ее международный авторитет.

Пятилетнее, часто огульное шельмование оппозиции, по логике, должно было накануне выборов смениться жестом доброй воли, призывом к сотрудничеству. Вместо этого тактика властей осталась без изменений. Высокомерное отношение абсолютного большинства представителей власти к оппозиции, некорректные выпады в адрес их лидеров усилили тягу к ее консолидации. Созданное в марте Движение за избирательные реформы и демократические выборы (ДИРДВ) неожиданно объединило в своих рядах совершенно неоднородные силы: Расула Гулиева, ПНФА, “Мусават”, Либеральную партию, АДП и многие другие партии и общественные организации. Это должно было стать серьезным сигналом для властей. Создание ДИРДВ, поставивщего своей целью борьбу за демократичность и справедливость выборов, по существу означало начало формирования нового политического блока, существование которого еще совсем недавно нельзя было представить. В марте представители оппозиции обратились к властям с предложением обсудить проблемы, связанные с предстоящими выборами. ПНФА неожиданно обнародовала свой проект закона о президентских выборах. Стало ясно, что оппозиция в иной форме предлагает властям конструктивный диалог. Характерно, что на презентации проекта ПНФА представители ведущих политических партий, включая ПНА, заявили о приемлемости предложенного варианта. Вновь возник шанс для политического компромисса на базе принятия проекта ПНФА к рассмотрению в Милли Меджлисе. Однако желание власти продемонстрировать бессилие оппозиции взяло верх. В мае-июне на заседании Милли Меджлиса был представлен проект, подготовленный в Аппарате Президента. Принципиальные требования оппозиции были проигнорированы. Сама процедура обсуждений характеризовалась не стремлением обсудить те или иные спорные вопросы, а желанием парламентского большинства доказать правомерность проекта, предложенного Аппаратом Президента. Безусловно, представленные Президентским Аппаратом документы, если сравнить их с соответствующими законами демократических стран, вряд ли можно считать антидемократичными. Но лидеры оппозиции посчитали, что положения проектов законов “О выборах Президента Азербайджанской Республики” и “О Центральной Избирательной Комиссии”, преломляясь через сложившуюся практику проведения выборов, неизбежно приведут к фальсификации их результатов, осложнят возможность участия представителей оппозиции в выборах. Наиболее существенные возражения оппозиции вызывали следующие положения проектов законов:

    1. Выборы считаются состоявшимися, если в них приняли участие более 50% избирателей. По мнению несогласных, при учете миграции значительной части населения за пределы страны явка такого количество избирателей нереальна и дает возможность властям манипулировать неиспользованными бюллетенями.

    2. Оппозиция была несогласна с тем, что каждый избиратель лишь в одном случае мог расписаться в подписном листе. Ее представители рассматривали это положение как уловку, которая позволит местной исполнительной власти без труда обеспечить сбор подписей для правительственного кандидата и резко ограничит возможности кандидатов оппозиции.

    3. Серьезное возражение вызвало требование обязательного сбора подписей кандидатами практически во всех районах Азербайджана. И в этих условиях шансы правительственного кандидата, опирающегося на аппарат местной исполнительной власти, выглядели предпочтительнее.

    4. Несогласие вызывал и порядок формирования ЦИК, в котором из 24-х членов 12 человек назначались Милли Меджлисом, а 12 - Президентом. Такой порядок изначально обеспечивал, по мнению оппозиции, полный контроль власти над деятельностью ЦИК.

Возражения вызывали и ряд других положений законов.

Уверенность властей в победе своего кандидата на выборах предоставляла им возможность согласиться хотя бы с некоторыми из предложений оппозиции. Однако последняя столкнулась с упорным нежеланием власти поступиться тем или иным принципом. Тем самым был упущен еще один шанс конструктивного диалога. По итогам обсуждения 17 июня 1998 года в официальной печати был опубликован подписанный Президентом закон “О выборах Президента Азербайджанской Республики”. Но уже 16 июня 5 возможных кандидатов от “жесткой” оппозиции: А. Эльчибей, И. Гамбар, И. Исмаилов, Р. Гулиев, Л-Ш. Гаджиева выступили с совместным заявлением, где говорилось: “Участие в антидемократических выборах означало бы содействие легитимизации диктаторского режима. Мы не считаем возможным брать на себя морально-политическую ответственность за антинародную политику. В этой связи мы объявляем бойкот выборам, проводимым на основе…. реакционных законов”.

Из крупных оппозиционных партий лишь ПННА приняла решение участвовать в выборах, выдвинув кандидатом своего лидера Э. Мамедова. По мнению ПННА, “нынешний закон, несмотря на недостатки, дает возможность в этих выборах участвовать”. При этом ПННА полагала, что “если все политические силы будут активны и установят свой контроль за ходом выборов …. можно добиться их демократичности и победить”.

Отстаивая представленные законы, представители властей неоднократно ссылались на их одобрение международными организациями. Однако уже 23 июня в ряде газет было опубликовано заявление Института Национальной Демократии США. В нем говорилось, что в связи с прежней порочной практикой проведения выборов в Азербайджане во имя восстановления веры в процесс выборов Институт выдвигает свои предложения и рекомендации, направленные на демократизацию президентских выборов.

Одновременно пресс-секретарь Государственного Департамента США Дж. Рубин обнародовал официальную позицию Вашингтона по отношению к предстоящим президентским выборам в Азербайджане. Акцент был сделан на порядке формирования Центральной Избирательной Комиссии. По мнению Государственного Департамента, беспокойство вызывает тот факт, что в ЦИК не представлен весь спектр политических сил, ограничены возможности активного участия оппозиционных партий в выборах. Выдвигалась рекомендация привести законы в соответствие со стандартами ОБСЕ. Конкретные предложения ИНД и Государственного Департамента перекликались с предложениями оппозиции. Между тем начался процесс формирования ЦИК. Милли Меджлис делегировал в ЦИК 6 кандидатур, представленных фракцией ПНА в парламенте, 4 – представленных беспартийными депутатами, одну кандидатуру от ПННА. От одного места, предоставленного ПНФА, ее представители отказались. Аргументируя позицию партии и, в целом, оппозиции, первый заместитель председателя ПНФА А. Керимов заявил: “Законы о выборах и, в особенности закон о ЦИК, не создают условий для проведения демократических выборов. В то же время считаем, что необходимо устранить факторы, способствующие нарушениям законности в стране, действенности положений Конституции…50%-й показатель участия избирателей в выборах несостоятелен”.

Обращение международных организаций, как и реализация декларации оппозиции о неучастии в выборах поставили власти в неловкое положение. Как бы первой реакцией стало обращение Президента с письмом от 23 июня 1998 года ко всем партиям, прошедшим государственную регистрацию, с предложением делегировать своих представителей для назначения их в состав ЦИК. Это предложение противоречило уже принятым Законам. В то же время это была первая попытка найти компромисс с оппозицией.

Однако ДИРДВ выдвинул перед Президентом и Милли Меджлисом категорическое требование паритетного 50%-го распределения мест в ЦИК между представителями власти и оппозиции. В свою очередь, Президент, назначив в ЦИК 7 своих представителей, оставив 5 мест вакантными, как бы демонстрирует готовность предоставить эти места оппозиции.

29 июня ЦИК в неполном составе начал свою работу. На своем втором заседании он назначил выборы на 11 октября 1998 года.

Тем не менее неясность и незавершенность ситуации была очевидна всем. Негибкость тактики властей стала теперь признаваться и близкими к ним кругами. Так, газета “Панорама” отмечала, что “нейтрализовать претензии оппозиции следовало путем принятия к обсуждению проекта закона ПНФА”.

С начала июля началась стадия заочного противоборства властей и оппозиции. 6 июля Президент обратился в Милли Меджлис с предложением о некоторых изменениях в Законе о выборах Президента. В обращении предлагалось допустить представительство в ЦИК избирательных объединений и блоков, инициативных групп. Важным новшеством являлось право общественных организаций участвовать в наблюдении за выборами. Однако ДИРДВ посчитал эти нововведения недостаточными и объявил о продолжении тактики бойкота.

11 июля официальные органы печати опубликовали новое обращение Президента в Милли Меджлис. Предлагалось ввести изменения в Законы. Среди них самыми важными являлось изменение порядка сбора подписей для кандидатов в президенты. Отныне избиратели могли поставить свои подписи в защиту не одного, а нескольких кандидатов. Выборы объявлялись состоявшимися, если в них приняло участие более 25%, а не более 50% избирателей. Милли Меджлис послушно согласился с этими предложениями Президента.

Но Совет председателей “Демократического Конгресса”, рассмотрев решение Меджлиса, выдвинул новые условия участия в выборах:

    1. Прекращение уголовных дел в отношении вероятных кандидатов от оппозиции.
    2. Регистрация нерегистрируемых политических партий
    3. Отмена политической цензуры
    4. Отказ от преследований по политическим мотивам
    5. Создание демократической атмосферы для проведения избирательной кампании.
Пятерка вероятных кандидатов от оппозиции одобрила решения “Демократического Конгресса”. ДИРДВ приняло решение отстаивать выдвинутые требования.

Чуть позже, несколько смягчая свою позицию, Совет председателей ДИРДВ заявил о возможности участия в выборах при условии предоставления ее представителям всех оставшихся мест в ЦИК. В ответ руководитель секретариата Аппарата Президента Э. Намазов заявил, что при официальном обращении этот вопрос может быть рассмотрен. 24 июля американский Институт Национальной демократии выступил с заявлением, в котором с одобрением отозвался о демократизации предвыборного процесса в Азербайджане. В то же время были выдвинуты новые рекомендации. Центральное место среди них занимала идея о паритетном распределении мест в ЦИК. В конце июля партии и организации, входящие в ДИРДВ, настаивая на выполнении основных своих требований в вопросе о составе ЦИК, остановились на паритетном принципе. В специальном заявлении прозвучала идея о проведении 15 августа митинга оппозиционных сил. Реакция властей оказалась мгновенной. Лидерам ДИРДВ было предложено начать переговоры. Представители всех оппозиционных партий с пониманием отнеслись к этому предложению.

3 августа начались переговоры в Аппарате Президента. От ДИРДВ на этих переговорах принимали участие представители ПНФА, Мусават, ДПА, ЛПА и партии Вахдат. На переговорах власти были представлены руководителем Аппарата Президента и заведующими отделов. Во время встречи представители ДИРДВ выдвинули свои предложения, которые заключались в следующем: формирование ЦИК на паритетной основе, изменение времени и графика выборов, регистрация политических партий и общественных объединений, ликвидация цензуры, прекращение политических репрессий и отмена незаконных судебных решений и др. В свою очередь, представители власти заявили, что в связи с отсутствием в Азербайджане политических заключенных рассмотрение этой проблемы не имеет смысла.

С началом переговоров 3-го августа между властью и оппозицией появилась надежда на возможность налаживания конструктивного диалога. 4-го августа, на следующей встрече, при обсуждении первого вопроса – о составе ЦИК – стороны не смогли придти к согласию. Оппозиция настойчиво потребовала формирования ЦИК на паритетной основе. Нежелание обеих сторон идти на уступки показало бесполезность получасовой встречи и привело к ее прекращению. В результате стало очевидным, что проблема “паритета” стала главным требованием партий, входящих в ДИРДВ, и по этому вопросу они на уступки не пойдут.

Конечно, постановка и реализация вопроса о паритете не является требованием, опирающимся на опыт зарубежных стран. Это требование продиктовано исключительно неверием оппозиции обещаниям властей о проведении демократических выборов.

Такое развитие событий выдвигало перед властью необходимость обеспечения серьезных гарантий для создания нормальных условий проведения демократических выборов. Уверенная в своей победе власть, ранее шедшая в некоторых случаях на определенные уступки, могла бы в определенной степени “отступить” и в вопросе формирования избирательных комиссий. Однако этого не случилось. Все это привело политические силы к пониманию того, что власть не столь уж и уверена в своей победе. В результате политические партии, входящие в ДИРДВ, в однозначной и категоричной форме утвердили решение о приверженности на выборах тактики бойкота и приняли решение о проведении митинга под лозунгом “За свободные и демократические выборы”.

Последующее развитие событий показало, что все еще сохраняются реальные шансы для продолжения диалога власть – оппозиция. 4-го августа Г. Алиев впервые обратился с письмом к А. Эльчибею, Л.Ш. Гаджиевой и И. Гамбару. В этом обращении говорилось: “Как Президент Азербайджана, глубоко осознавая свою ответственность в проведении очередных президентских выборов, еще раз приглашаю Вас принять участие в этих выборах”.

А. Эльчибей, И. Гамбар и Л.Ш. Гаджиева расценили это обращение как “шаг к общенациональному диалогу”. 7-го августа Г. Алиев подписал указ о дополнительных мерах в области обеспечения в стране свободы слова, мысли и информации. Этот указ был шагом исторического значения. По указу в Азербайджане ликвидировалась цензура, что было важнейшим событием в процессе демократизации страны.

В ответ на обращение власти А. Эльчибей, И. Гамбар и Л.Ш. Гаджиева обратились с письмом к Президенту страны. Хотя в этих письмах и выдвигались известные требования, в действительности они свидетельствовали о желании продолжения диалога. Правда, в письмах не было прямого предложения о встрече. Однако было совершенно очевидно, что лидеры оппозиции ожидали этого от Президента. Президент же, в свою очередь, ожидал этого шага от противоположной стороны. Это подтверждают материалы совместной пресс-конференции Исполнительного Аппарата Президента и Министерства иностранных дел. На этой встрече было сказано, что если А. Эльчибей, И. Гамбар и Л.Ш. Гаджиева выступят с предложением о встрече с Президентом, то не исключается возможность ее проведения. Однако встреча так и не состоялась. После этого основным содержанием отношений власть-оппозиция стало открытое противостояние.

На этом этапе развития событий средства массовой информации, находящиеся под контролем власти, обрушились с обвинениями и оскорблениями в адрес партий, входящих в ДИРДВ, и ее лидеров. Ответной реакцией на это стало усиление с противоположной стороны пропагандистской кампании против власти и Г. Алиева. В этих условиях ДИРДВ стало готовиться к назначенному на 15 августа митингу. 15-го августа запланированный митинг оппозиции состоялся.

Резкое обострение политической борьбы на последующих этапах избирательной кампании было связано, с одной стороны, с выступлениями, организацией митингов и уличных шествий партий, входящих в ДИРДВ и, с другой стороны, с использованием некоторыми кандидатами в президенты возможностей, предоставленных им по закону (критические выступления по ТВ и радио, митинги и встречи в различных районах страны).

25 августа Совет Председателей ДИРДВ назначил на 5 сентября митинг с требованием проведения свободных и демократических президентских выборов. Заметно активизировалась в это время и деятельность присоединившихся к участию в выборах кандидатов в президенты.

Впервые ужесточил свои позиции в отношении к власти председатель Партии Независимый Азербайджан Низами Сулейманов, ранее известный своей поддержкой Г. Алиева и обвинениями в адрес оппозиции.

В ответ на обращение оппозиции о проведении 5 сентября митинга исполнительная власть города Баку запретила проведение митингов в городе с 1 по 10 сентября “в связи с проведением в Баку Европейским Союзом научной конференции в рамках программы Трасека”. Принимая во внимание решение исполнительной власти города Баку, Совет Председателей ДИРДВ перенес дату проведения митинга на 12 сентября. Легкость, с которой оппозиция пошла на соглашение с исполнительной властью столицы, вновь возродила иллюзии о возможности диалога власть-оппозиция. В те дни газета “Айна” отмечала: “Сегодня складывается впечатление о готовности сторон к диалогу”. Однако ход событий показал, в какой степени эти надежды далеки от реальности. Партии, входящие в ДИРДВ, настойчиво требуют отмены выборов, власть же запрещает проведение митинга на площади “Азадлыг”. 10 сентября Координационный Совет ДИРДВ принял обращение к Президенту Г.Алиеву, представителям дипломатических миссий в Азербайджане, наблюдателям ОБСЕ и других международных организаций о том, что в стране взят курс на фальсификацию выборов. 12 сентября попытка проведения сторонниками ДИРДВ митинга на площади “Азадлыг” встретила ожесточенное сопротивление полиции. Во время противостояния полиция применила силу против участников митинга, в результате чего десятки граждан получили телесные повреждения. Отметим, что впервые после 1988 года произошло такое столкновение между участниками митинга и полицией. Лидер ПННА Э Мамедов отметил, что “радикализация и оппозиции, и власти сделала их врагами, а это впервые привело к “каменной войне” между участниками митинга и полицией”. Арест группы участников митинга стал внешним показателем избрания властью жесткой линии по отношению к оппозиции. Однако противостояние 12 сентября было негативно встречено международными организациями и зарубежными государствами. Представитель ОБСЕ Ж. Штудман во время встречи с Г. Алиевым выразил свое отрицательное отношение к применению полицией силы против участников митинга. Представитель Государственного Департамента США Дж. Рубин заявил о том, что “акты насилия полиции противоречат международным принципам”.

События 12 сентября нашли свое отражение и при обсуждении 17 сентября в Палате Представителей Конгресса США вопроса об отмене 907-ой поправки. Среди основных аргументов, приведенных конгрессменами, выступившими против отмены 907-ой поправки, были и ссылки на события 12 сентября, расцененные как грубейшие нарушения прав человека в Азербайджане. Таким образом, тенденции к радикализму и непримиримости дорого обошлись Азербайджану. После этого оппозиция назначила очередной митинг на 20 сентября. Власть, в свою очередь, также начала кампанию митингов. 19 сентября избирательный штаб Г. Алиева провел митинг. 20 сентября ДИРДВ провело уличное шествие.

Совет Председателей ДИРДВ 23 сентября обратился к главам высшей исполнительной, законодательной и судебной властей с предложением провести встречу с целью обсуждения вопроса о переносе срока выборов. Однако реализация этого предложения была уже невозможной.

В связи с этим сопредседатель СДПА З. Ализаде совершенно справедливо отметил, что “нет вероятности приостановления избирательной кампании”. Р.Гулиев, разделяя эту мысль, заявил, что все, кто надеется достичь какой-либо договоренности с властью, “совершают большую ошибку”.

27 сентября ДИРДВ провело очередное уличное шествие, однако 29 сентября попытка проведения несанкционированного шествия была пресечена. После этого ДИРДВ добилось осуществления еще одной массовой акции.

В связи с проведением массовых акций бойкотирующими выборы партиями необходимо отметить еще одну тенденцию. Эти мероприятия постепенно принимали характер пропагандистской кампании, направленной против избирательной кампании власти. С этой точки зрения акции ДИРДВ перекликались со все более возрастающими критическими выступлениями против власти кандидатов в президенты Э. Мамедова, Н. Сулейманова и А. Мехтиева.

Ход дальнейших событий свидетельствовал о том, что тенденции сближения позиций и объединения в единый лагерь различных политических сил оппозиции составляют особенности нового этапа политической конкуренции. В то же время основное содержание пропагандисткой кампании власти и лично Г. Алиева постепенно заняли массированная критика и политические обвинения в адрес оппозиции, в особенности ПННА и ее лидера Э. Мамедова, позиция которого до избирательной кампании расценивалась властями как конструктивная и лояльная.

Таким образом, сложности и противоречия общественно-политической жизни Азербайджана допредвыборного периода приняли еще более резкий характер в период избирательной кампании, надежды на использование диалога между властью и оппозицией как средства цивилизованного регулирования политических отношений не оправдались.

Особенности политических процессов в Азербайджане показали, что строить взаимоотношения на уровне власть – оппозиция по принципу огульного отрицания силы и значимости оппонента бесперспективно и чревато серьезными осложнениями для страны и общества. Опыт последних месяцев убедительно свидетельствует, что лишь постоянное внимание к проблеме регулирования политических взаимоотношений является важнейшим средством избавления общества от неурядиц и катаклизмов. Нынешним политикам надо твердо усвоить, что прежний советский метод управления, характеризуемый серьезным расхождением между декларируемыми принципами и конкретными делами, в новых условиях может привести к непредсказуемым последствиям. Декларация о демократизме Азербайджанского государства должна подтверждаться конкретными шагами в этом направлении. Иного пути нет. Поиск обходных путей ведет к утрате авторитета государства на международной арене, падению авторитета идеи государственности внутри самой страны.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL