ЯПОНИЯ И ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ: ПАРТНЕРСТВО НАБИРАЕТ СИЛУ

Ирина Комиссина


Комиссина Ирина Николаевна, старший научный сотрудник Российского института стратегических исследований


Страны Центральной Азии (Казахстан, Узбекистан, Киргизия, Туркменистан и Таджикистан) уже на начальном этапе становления своей государственности столкнулись с многочисленными трудностями экономического и социально-политического характера, самостоятельное преодоление которых за счет только внутренних ресурсов республик выглядело весьма проблематичным. Соответственно, опора на получение внешней экономической помощи и налаживание широкого международного сотрудничества, прежде всего с ведущими промышленно развитыми государствами мира, рассматривались руководством этих стран в качестве важнейшего направления поиска путей выхода из сложившегося положения.

В ряду стран, на которые возлагались основные надежды (США, страны ЕС и т.д.), особый интерес молодые государства проявили к Японии как к ведущему финансовому донору стран третьего мира. При этом в ретроспективном плане в отношениях Японии со странами Центральной Азии можно выделить достаточно четко обозначенные этапы, смена которых сопровождалась существенным изменением приоритетов политики, проводимой руководством и деловыми кругами Японии в отношении этих стран.

Основные этапы становления партнерских отношений

Так, на первом этапе, приходящемся на период непосредственно после обретения независимости новыми государствами Центральной Азии1, Япония, претендующая на роль общепризнанного лидера Азиатско-Тихоокеанского региона, была в первую очередь обеспокоена проблемами сохранения мира и стабилизации положения в этом потенциально конфликтном районе Азии2. На этом этапе японские фирмы и компании, известные своей повышенной осторожностью в размещении капиталов за рубежом, рассматривали государства Центральной Азии (которые к этому времени уже столкнулись с большим количеством серьезных политических и экономических проблем) как слишком рискованные объекты для вложения инвестиционных капиталов3. В этой связи свои отношения с Центральноазиатскими странами Япония строила по стандартной модели отношений развитого и развивающегося государства, тем более, что 1 января 1993 г., во многом благодаря лоббистской деятельности Японии, все пять Центральноазиатских республик бывшего СССР были отнесены Комитетом помощи развитию Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) к числу развивающихся государств, что открыло для них широкие возможности для получения внешней помощи. Японское правительство, в частности, распространило на эти республики так называемую “официальную помощь на нужды развития” (ОПР) - самый льготный вид помощи, входящий в число основных форм экономического сотрудничества Японии с развивающимися странами. ОПР включает в себя как взносы и отчисления в международные организации (например, ОЭСР), так и государственную помощь в виде правительственных займов, безвозмездных финансовых субсидий и технического сотрудничества. Ответственным за предоставление иеновых займов, которые, как правило, являются низкопроцентными и долгосрочными, выступает Фонд экономического сотрудничества с зарубежными странами (Overseas Economic Cooperation Fund-OECF).

Следует отметить, что начиная с 1991 г. Япония стабильно занимает первое место среди членов Комитета помощи развитию ОЭСР по абсолютному размеру экономической помощи, предоставляемой странам третьего мира.

Первоначально предполагалось, что максимальный размер помощи по линии ОПР для каждой Центральноазиатской республики может составить до 100 млн. долл., однако в дальнейшем, например, для Казахстана предел странового кредитования, т.е. возможный объем рискованных операций страны-донора со страной-реципиентом, не наносящий ущерба ее экономической безопасности, был увеличен до 200 млн. долл. в год, а в марте 1998 г. на встрече представителей Фонда экономического сотрудничества с зарубежными странами Японии и Агентства по стратегическому планированию и реформам Казахстана было объявлено о решении правительства Японии постепенно увеличить объем привлекаемых кредитов по линии Агентства международного экономического сотрудничества до 300 млн. долл4. Для Киргизии эта величина по-прежнему не превышает 60 млн. долл.

В результате к настоящему времени государства Центральной Азии получили японские правительственные кредиты в следующих размерах: Казахстан — порядка 690 млн. долл., Узбекистан — 405 млн. долл., Киргизия — 240 млн. долл., Туркменистан — 123 млн. долл. Таким образом, общая сумма кредитов составила около 1,5 млрд. долл5. Вместе с тем, казахстанские официальные лица заявляли, что привлекательность этих кредитов, которые в основном являются иеновыми, снижается из-за неустойчивого курса иены по отношению к доллару6.

Официальной организацией, отвечающей за техническое сотрудничество на правительственном уровне, является Японское агентство международного сотрудничества (Japan International Cooperation Agency - JICA). Это агентство с 1994 г. предоставляет техническую помощь Центральноазиатским государствам в виде консультационных услуг для проведения исследований планов развития в различных отраслях экономики, командирования японских специалистов и обучения в Японии специалистов из этих государств. Исследования планов развития направлены на разработку технико-экономических обоснований, бизнес- и мастер-планов представленных проектов, что является необходимым условием для рассмотрения Фондом экономического сотрудничества с зарубежными странами вопроса о выделении кредита для их реализации7.

Ежегодно для каждой страны утверждается своя программа технического содействия. Общий объем технической помощи, предоставленной за эти годы по линии Японского агентства международного сотрудничества, например, Казахстану, составил 17,3 млн. долл., а обучение в Японии прошли 127 специалистов. В результате японская сторона даже предложила создать в Казахстане клуб выпускников Японского агентства международного сотрудничества и выразила готовность финансировать его 8.

Переход ко второму этапу развития отношений Японии с государствами Центральной Азии был во многом вызван обострением охватившего эти страны экономического кризиса, что вызвало резкое снижение объемов их экспорта в Японию. В этой связи японское правительство сочло возможным ввести систему льготных таможенных тарифов для стимулирования импорта товаров из стран региона, рассчитывая на активизацию их внешнеторговой деятельности и экономических реформ в целом, поскольку в этом случае у них открывался шанс на получение хотя бы минимальных валютных ресурсов. Весной 1995 г. Япония установила льготный режим для Казахстана и Туркменистана, которые обладают наиболее крупными запасами полезных ископаемых.

Для активизации экономического сотрудничества, которое помимо прочего сдерживалось отсутствием государственного страхования внешнеторговых операций, правительство Японии в 1994 г. ввело систему такого страхования для Казахстана, а с 1996 г. система среднесрочного и долгосрочного страхования была распространена на Туркменистан и Узбекистан, а с августа 1997 г. - и на Киргизию.

На этом этапе в ходе развития двусторонних отношений с Японией государства Центральной Азии с ознакомительной целью посещали многочисленные делегации японских министерств и ведомств, а также частных компаний, которые имели возможность на месте ознакомится с ситуацией в республиках. В результате постепенно стало ясно, что опасения японских деловых кругов относительно возможной нестабильности новых режимов в азиатских республиках оказались в целом напрасными, тем более, что американский и европейский бизнес к этому времени уже стал постепенно, но уверенно завоевывать позиции в экономике молодых государств. В японских СМИ появились статьи, в которых указывалось, что Япония явно запаздывает с экономическим продвижением в этот весьма перспективный регион. А в условиях, когда основные мировые рынки сбыта продукции уже давно поделены между различными ТНК, распад СССР привел к открытию новых рынков и предоставил уникальную возможность занять новые ниши, и было бы совершенно непростительно не воспользоваться таким шансом.

Таким образом, на третьем этапе развития отношений с государствами Центральной Азии для политической и экономической элиты Японии стала очевидной необходимость выработки новой стратегии их развития. Такая стратегия, получившая название “евразийской дипломатии” была выдвинута в июле 1997 г. бывшим в то время премьер-министром Рютаро Хасимото. В этой новой внешнеполитической стратегии впервые официально, в отличие от предшествующего этапа, была сформулирована четкая концепция отношений со странами Центральноазиатского региона, предусматривающая уделение им особого внимания в связи с их возросшей значимостью для Японии.

В рамках объявленной стратегии Япония приступила к реализации нового внешнеполитического курса в отношении республик Центральной Азии, направленного на значительное упрочение связей Японии со странами этого региона. В новом курсе были сформулированы три основных направления развития отношений:

- политический диалог для углубления доверия и взаимопонимания;

- экономическое сотрудничество и сотрудничество в области освоения природных ресурсов;

- достижение мира в регионе посредством нераспространения ядерного оружия, демократизации и стабилизации.

Претворение в жизнь “евразийской дипломатии”

В рамках осуществления новой внешнеполитической стратегии, в части, касающейся расширения политического диалога, летом 1997 г. государства Центральной Азии с миссией “Япония—Россия—Центральная Азия” посетила большая японская парламентская делегация во главе со специальным советником премьер-министра Японии К.Обути9. В состав делегации, насчитывавшей свыше 40 человек, вошли шесть членов палаты представителей Японии, представители банков, деловых кругов, а также бывший министр иностранных дел Т.Накаяма, бывший министр обороны Х.Усуи и другие. Этот визит в значительной мере способствовал успешному развитию плодотворных деловых контактов между правительствами, предпринимателями и национальными парламентами Японии и стран Центральной Азии10.

Поездка в эти государства главы Управления экономического планирования Японии Т. Асо в августе 1997 г. заложила фундамент широкого экономического сотрудничества Японии с Казахстаном, Узбекистаном и Киргизией. Одной из главных тем переговоров была жизненно важная для республик проблема привлечения японских инвестиций в их экономику и, в первую очередь, в энергетику.

В плане реализации экономической составляющей новой стратегии в сентябре 1997 г. в тех же республиках побывала делегация Общества экономических единомышленников “Кэйдзай доюкай”, объединяющего в своих рядах представителей ведущих деловых кругов Японии. В ходе визита члены делегации ознакомились с экономической ситуацией в республиках, проблемами перехода к рыночной экономике, а главное - заложили основы для будущего активного сотрудничества с ними11.

Практическим воплощением “евразийской дипломатии” должна стать Программа действий по дипломатии “Великого Шелкового пути”, принятая кабинетом министров Японии в январе 1998 г. и предусматривающая развитие широких политических связей, всестороннего экономического сотрудничества с республиками Центральной Азии и Закавказья и оказание им содействия в проведении демократических преобразований. Экономическое сотрудничество в первую очередь предполагает участие Японии в совершенствовании инфраструктуры республик и оказание им помощи в разработке природных ресурсов12.

Следует отметить, что эта программа имеет непосредственное отношение и к дипломатии Токио, проводимой на “российском направлении”. По мнению японских экспертов, она должна продемонстрировать России, что в случае смягчения ею своей позиции по территориальной проблеме, Япония может предпринять аналогичные шаги по развитию с ней всестороннего сотрудничества.

В качестве первого шага в реализации данной программы в апреле 1998 г. Казахстан и Узбекистан с недельным визитом посетила делегация еще одной влиятельной в Японии организации - “Кэйданрэн” (Федерация экономических организаций) во главе с ее председателем С.Тоедой. Во время визита стороны обсудили выдвинутые японской делегацией предложения по углублению и расширению экономического сотрудничества. Основное место в переговорах занимали вопросы перспектив налаживания экономического и технологического сотрудничества двух стран в разработке месторождений нефти и газа13.

Со своей стороны лидеры государств Центральной Азии с самого начала развили активную деятельность по привлечению японского капитала. С этой целью с официальными визитами в Японии побывали президенты Киргизии (апрель 1993 и октябрь 1998 гг.), Казахстана (апрель 1994 г.; запланированный на март 1998 г. визит был отложен), и Узбекистана (май 1994 г.), которые активно подчеркивали то, что в их государствах имеются хорошие инвестиционные возможности: стабильная политическая обстановка, льготное инвестиционное законодательство, дешевая рабочая сила и прочие позитивные факторы. Этой же цели служат и разнообразные презентационные конференции и семинары, регулярно проводимые в Японии Центральноазиатскими государствами: конференция “Привлечение иностранных инвестиций в Узбекистан” (декабрь 1996 г.); семинар “Инвестиционные возможности в Узбекистане” (январь 1998 г.); “Казахстан: инвестируя в будущее” (октябрь 1998 г.) и др.14

Таким образом, несмотря на то, что в Японии явно с опозданием осознали значимость Центральноазиатского региона хотя бы с точки зрения возможности использования огромных запасов полезных ископаемых для нужд японской экономики, уже можно подвести некоторые итоги сотрудничества Японии с государствами региона.

Одной из самых простых стандартных характеристик международного сотрудничества обычно является объем взаимной торговли. В данном конкретном случае, несмотря на предпринимаемые сторонами усилия, объем торговли Японии с Центральноазиатскими государствами очень мал и растет крайне медленными темпами. Так, Япония занимает лишь 14 место во внешнеторговом обороте Казахстана, являющегося самым крупным из государств Центральной Азии торговым партнером Японии. Объективным препятствием росту торговли между Японией и Центральной Азией является географическая удаленность. Кроме того, японскую сторону не очень устраивает то, что практически все транспортные развязки Центральной Азии ориентированы на Россию. Существенным негативным фактором выступают и высокие транспортные тарифы при транзите грузов через Китай15.

Тем не менее, по всей видимости, эту область сотрудничества Японии и Центральноазиатских стран на данном этапе все-таки следует признать малоперспективной, поскольку Япония не рассматривает этот регион как потенциальный рынок сбыта своей промышленной продукции ввиду низкой покупательной способности населения стран региона. Исключение составляет продукция машиностроения и, в первую очередь, энергетического. Вряд ли реален и импорт высоких японских технологий в регион из-за большой разницы в общем технологическом уровне промышленных производств. Рост торговли возможен только за счет импорта из Центральной Азии энергоносителей, в которых нуждается Япония16.

По причине ограниченных возможностей потребительского рынка Центральноазиатских государств не получила должного развития такая обычно широко распространенная форма двустороннего сотрудничества, как создание совместных с Японией предприятий (СП) в регионе. Небольшое их количество создано в Казахстане (3) и Узбекистане (3). Напротив, такие крупные партнеры Центральноазиатских стран, как, например, Китай и Турция, в основном создают СП в сфере торговли и услуг.

Как уже отмечалось, наибольший интерес вызывает у Японии разработка богатых естественных ресурсов государств Центральной Азии, которая, однако, затруднена неразвитостью их инфраструктуры. В этой связи основные японские инвестиции направляются на реализацию проектов в указанных сферах (подготовка ТЭО, поставка машин и оборудования и т.д.)17 причем в основном за счет правительственных связанных иеновых кредитов, к реализации которых очень часто привлекаются японские фирмы. Несмотря на то, что Японию ранее уже неоднократно критиковали за такую “помощь” развивающимся странам, по сути дела являющуюся неприкрытой диверсификацией экспорта продукции японской промышленности, и она вводила некоторые послабления в эту систему, с 1998 г. страна вследствие экономической депрессии была вынуждена вернуться к практике обязательного приобретения товаров и услуг у японских компаний в счет предоставляемых ею займов.

Японские фирмы уже вкладывают многомиллионные инвестиции в крупные инфраструктурные проекты в государствах Центральной Азии. Так, по данным министерства внешнеэкономических связей Узбекистана, в настоящее время доля японского капитала в экономике республики превысила 1 млрд. долл.18 А в Казахстане Япония вышла на третье место после Южной Кореи и США по объему прямых инвестиций в его экономику19. Туркменистану в свою экономику пока удалось привлечь лишь 160 млн. долл. в виде инвестиций частных японских компаний, однако высказываются надежды, что в связи с резкой активизацией японского бизнеса в последнее время ситуация может измениться к лучшему20.

В последующих разделах представляется целесообразным рассмотреть конкретные данные об участии японских фирм и правительственных ведомств в реализации проектов развития различных отраслей экономики стран Центральной Азии.

Геологоразведка, добыча, транспортировка и переработка нефти и газа.

Национальная нефтяная корпорация Японии (“Нихон сэкию кодан”) на протяжении ряда лет проводила геологоразведочные работы по поиску месторождений нефти и газа в северо-западной части Аральского моря в Казахстане. Эта же корпорация собирается стать участником международного тендера на разведку и разработку туркменского шельфа Каспийского моря. Ею также были предложены услуги по поиску нефти Узбекистану.

Ведущие японские фирмы участвуют в реконструкции и строительстве нефтеперерабатывающих заводов: Новожанажолского в Казахстане, Бухарского и Ферганского в Узбекистане и в г.Туркменбаши в Туркменистане. Планируется участие корпораций “Мицубиси” и “Мицуи” в реконструкции Атырауского НПЗ в Казахстане.

Фирма “Ниссе-Иваи” в составе консорциума разрабатывает Кокдумалакское нефтегазоконденсатное месторождение в Узбекистане.

Осенью 1998 г. было объявлено о продаже национальной нефтяной компанией “Казахойл” за 500 млн. долл. своей доли, составляющей седьмую часть в Офшорном казахстанском международном операционном консорциуме, двум японским компаниям - Национальной нефтяной корпорации Японии и Inpex Nord Ltd. и американской “Филипс петролеум”. Весь контракт, рассчитанный на 40 лет, оценивается в 2 млрд. долл. Компании получили права на разработку 10 блоков в казахстанском секторе Каспийского моря, общей площадью около 2 тыс.кв.миль. Извлекаемые запасы блоков оцениваются в 4 млрд.т углеводородного сырья. По словам Н.Назарбаева, присутствовавшего на церемонии подписания контракта, вся сумма, вырученная от продажи, будет направлена на развитие образования, на нужды здравоохранения, выплату пенсий и строительство жилья.

Поскольку контракт был увязан с рядом договоренностей и условий, в этой связи японская сторона предложила выделить мягкий кредит в 1 млрд.долл. для развития социальной сферы Казахстана. Японские частные компании также обменялись с правительством Казахстана меморандумами, предусматривающими осуществление капиталовложений на общую сумму порядка 2 млрд.долл. в реконструкцию Атырауского НПЗ, реконструкцию завода по производству полипропилена, возведение завода по производству алюминия в Павлодарской области и т.д. С целью реализации вышеназванных проектов Inpex Nord Ltd. сформировала консорциум в составе “Мицуи”, “Мицубиси” и “Марубэни”21.

Таким образом, этот контракт расценивается как прорыв японских компаний на нефтяной рынок Казахстана. Особенно подчеркивается, что получено право на самостоятельную разработку нефтяного месторождения на севере Каспия. По данным Министерства внешней торговли и промышленности Японии, доля поставок с самостоятельно разрабатываемых Японией месторождений в общем объеме импортируемой ею нефти пока еще не превышает 15%, что намного меньше, чем у США и Великобритании (100%), Франции (76%) и даже Италии (36%)22.

Корпорация “Мицубиси” выражает готовность принять участие в строительстве нефтепровода Западный Казахстан—Кумколь, который обеспечит поставку нефти из мест добычи к Павлодарскому и Чимкентскому нефтеперерабатывающим заводам, до сих пор работающим на российской нефти. Компания “Итотю седзи” выразила намерение стать участником международного консорциума по сооружению газопровода через Иран в Турцию. Располагая разветвленной сетью нефтегазовых компаний в различных районах мира, Япония сможет в дальнейшем импортировать туркменские нефть и газ через Персидский залив23.

В перспективе Япония планирует участвовать в реализации “проекта века” — сооружении трансазиатского трубопровода по маршруту Туркменистан—Казахстан—Китай—Республика Корея—Япония.

Несмотря на всю кажущуюся фантастичность проекта, он постепенно начинает приобретать все более конкретные очертания. В августе 1995 г. в Пекине было подписано трехстороннее соглашение о сотрудничестве в его строительстве между японской компанией “Мицубиси”, американской компанией “Экссон” и Китайской национальной нефтяной корпорацией. Предварительное изучение проекта было проведено японской и китайской сторонами еще в 1992 г. Подключение к проекту американской компании позволит более детально подсчитать его стоимость, определить маршрут прокладки трубопровода, изучить потребности в газе в странах Северо-Восточной Азии. Газопровод, по которому предполагается перекачивать туркменский газ в Японию, станет одним из самых протяженных в мире и пройдет через Узбекистан, Казахстан, Китай и, возможно, через Южную Корею. Есть возможность подключения его также к действующему в Западном Китае трубопроводу, доставляющему сырье с Таримского месторождения к морскому побережью. В любом случае китайская сторона сможет получить хороший доход от транзита туркменского газа через свою территорию. А для Туркмении откроется возможность через китайские порты поставлять свое сырье на азиатские рынки.

Общая протяженность газопровода — более 8 тыс.км, причем 2 тыс.км труб предполагается проложить по морскому дну, возможно, в территориальных водах Республики Корея, пропускная способность - 25 млрд.куб.м в год. Непосредственное его строительство планируется начать в 2000 г., а коммерческую эксплуатацию - ориентировочно в 2005-2010 гг. По расчетам специалистов, общая стоимость проекта составит 10 -12 млрд.долл.

В сентябре 1995 г. начались практические работы по его реализации. К концу 1998 г. была завершена подготовка технико-экономического обоснования проекта. По всей видимости, в этой связи проект обсуждался в ходе визита президента Туркмении в Китай осенью 1998 г., хотя никаких новых документов, касающихся его подписано не было24.

Широкое участие японских компаний в освоении месторождений энергоносителей в Центральной Азии свидетельствует о стремлении Японии использовать имеющиеся в Центральноазиатском регионе энергоресурсы для уменьшения или, при возможности, даже ликвидации зависимости своей экономики от импорта нефти из стран нестабильного Ближнего Востока, который достигает 80% всего импорта нефти страны. Это, по мнению представителей “Кэйданрэн”, в полной мере отвечает стратегии на обеспечение долгосрочной энергетической безопасности Японии. И хотя японская сторона хорошо понимает, что в связи с падением мировых цен на нефть в настоящее время ее добыча становится невыгодной, однако, развивая свое сотрудничество с Центральной Азией, Япония исходит из долгосрочной перспективы.

Разведка и добыча цветных металлов, модернизация отраслей цветной металлургии

Японское правительство в 1994 г. выделило около 1 млрд. иен (8,5 млн. долл.) для проведения в течение ряда лет разведки полезных ископаемых в Казахстане, Узбекистане и Киргизии, однако конкретное соглашение заключено пока только с Узбекистаном. С другими республиками МИД и МВТП Японии вели переговоры по этому вопросу. На реализацию данного проекта возлагаются большие надежды.

В Казахстане в 1995 г. японская сторона приступила к реализации семилетней программы, предусматривающей разработку новых технологий для извлечения металлов из отходов, получаемых в результате переработки полиметаллических руд. Программа, в частности, предполагает наладить процесс получения электролизным методом меди, золота, серебра и других ценных металлов из забалансовых руд крупнейших предприятий цветной металлургии республики. Конкретное соглашение о сотрудничестве подписано между Восточным научно-исследовательским институтом цветных металлов (ВНИИцветмет) и Японским агентством промышленных технологий и новых источников энергии.

В июне 1995 г. в рамках программы санации убыточных предприятий была произведена передача в управление группе японских фирм в лице Japan Chrom Corp. и ее президента Х.Судзуки хромовой отрасли Казахстана, которая располагает 30% мировых запасов хромовой руды и до 40% мирового производства феррохрома. В частности, фирма получила в управление Ермаковский и Актюбинский заводы ферросплавов и Донской ГОК и, таким образом, автоматически стала крупнейшим монополистом в СНГ в области производства ферросплавов, необходимых в сталелитейной промышленности. Объявленная фирмой программа модернизации отрасли нацелена главным образом на значительное увеличение производства именно феррохрома.

Следует отметить, что хотя работа нового объединения и получила положительную оценку президента Казахстана, однако у российских предприятий, работающих на казахстанском сырье, возникли достаточно серьезные проблемы, поскольку новые управляющие подняли в 4 раза цену на свою продукцию и стали требовать предоплату.

В Узбекистане концерн “Мицубиси” не только финансирует проект капитальной модернизации Алмалыкского горно-металлургического комбината (полный технологический цикл которого включает добычу, обогащение, выплавку и электролиз таких металлов как медь, цинк, литий, золото, серебро), но и непосредственно участвует в переоборудовании медно-обогатительной фабрики и медеплавильного завода, а также в освоении Калмакырского месторождения. По предварительным данным, общая стоимость проекта составляет около 150 млн. долл.

Японская компания "Миндеко", являющаяся дочерним предприятием концерна "Мицуи", завершила осенью 1997 г. геологоразведочные работы и оценку запасов месторождения вольфрама на месторождении Саутбай в Узбекистане. Реализация проекта стоимостью 3 млн. долл. была начата в 1994 г. в соответствии с соглашением между Госкомгео Узбекистана и Фондом экономического сотрудничества с зарубежными странами Японии и Японским государственным горнорудным агентством в рамках безвозмездной помощи правительства Японии. По результатам детального изучения верхних горизонтов месторождения японская компания сделала вывод о рентабельности промышленной отработки руд открытым способом.

“Миндеко” завершила также работы по поиску и оценке золоторудных тел на Булутканской площади, в ходе которых получены положительные результаты. Узбекская сторона, учитывая высокую эффективность выполненных работ, предложила агентству провести в течении 1997-1999 гг. аналогичные исследования по поиску золота в горах Южного Каратау. По мнению специалистов, в этих горах запасы золота достигают 150-200 т, только на одном из месторождений - Алтын, которое уже было предварительно изучено, запасы золота составляют 25-30 т. На выполнение этих работ был получен грант от правительства Японии на сумму порядка 1 млн. долл.25

Осенью 1997 г. было объявлено о намерении Японского государственного горнорудного агентства и Фонда экономического сотрудничества с зарубежными странами Японии оказать содействие в разработке месторождений золота в Центральном Казахстане.

В конце 1996 г. американская золотодобывающая компания “Ньюмонт майнинг”, одна из крупнейших японских торговых корпораций “Мицуи буссан” и Госкомитет по геологии и минеральным ресурсам Узбекистана приняли решение о создании СП по добыче золота на четырех месторождениях Узбекистана, совокупные запасы которых оцениваются в 240 тонн. Как отмечала газета “Нихон кэйдзай”, в проекте принимает участие японская корпорация, прежде не занимавшаяся добычей золота, кроме того, это первый крупномасштабный проект по разработке месторождений золота с участием японских компаний в Узбекистане. Хотя доля каждого из участников проекта держится в тайне, по некоторым данным, она составляет для японской стороны - 20% и для американской - 40%, таким образом, их совокупная доля превышает 50%. Наблюдатели отмечают, что впервые Ташкент согласился на меньшую долю в СП по добыче золота. Общая стоимость проекта оценивается в 200 млн. долл., из них 83 млн. долл. обеспечивают компании “Ньюмонт” и “Мицуи”, а остальное - кредиты международных банков. СП предполагает ежегодно добывать около 10 т золота. Проект предусматривает строительство новых шахт общей производительностью 1,2-1,3 млн. т руды в год, возведение новой и реконструкцию действующей золотообогатительных фабрик. Пока проводится технико-экономическое обоснование проекта, а непосредственно к производству предполагается приступить в конце 1999 г. - начале 2000 г.26

Фонд экономического сотрудничества с зарубежными странами Японии и Японское государственное горнорудное агентство в 1997 г. заключили соглашение с киргизской стороной на проведение геологоразведки на поиск месторождений золота и меди на севере Киргизии (Kichi-Sandyk). Несколько японских компаний оказывают содействие в поиске золоторудных месторождений в горах на юго-западе Киргизии (Altyn-Dzhilga). Компании уже вложили в проект порядка 800 тыс. долл.27 Он должен быть завершен к 2000 г.

Таким образом, Япония создает позиции для продвижения в регион, отличающийся наличием перспективных месторождений, что в будущем позволит обеспечить устойчивые поставки в страну золота, серебра, меди, свинца, вольфрама и других ценных металлов.

Развитие коммуникаций

Япония оказывает содействие странам Центральной Азии в развитии их коммуникационной инфраструктуры, неразвитость которой препятствует нормальным торгово-экономическим отношениям республик не только с Японией, но и с другими странами. Центральная Азия играет также роль торгового моста между Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионом. В этой связи Япония принимает активное участие в реализации планов возрождения “Великого шелкового пути”, для чего предоставляет странам Центральной Азии, через которые проходит трасса транспортного коридора, кредиты и техническую помощь.

Так, осенью 1996 г. правительство Японии предоставило Туркменистану кредит в размере 74 млн. долл. для модернизации железнодорожного транспорта, в частности, на реконструкцию локомотивного депо в Ашхабаде и компьютеризацию системы управления железнодорожным транспортом.28

Будучи весьма заинтересованной в нормальной работе не так давно введенной в действие Трансазиатской железнодорожной магистрали, образующей единый транзитный путь из Китая через Казахстан, Узбекистан, Туркмению и Иран в Турцию и далее в страны Персидского залива, Япония финансирует проекты в Казахстане, связанные с реконструкцией железнодорожной системы в районе казахстано-китайской границы, обновлением телекоммуникаций. В частности, за счет японских кредитов должна быть увеличена пропускная способность узловой станции “Дружба”, модернизировано вагонное депо в Алма-Ате и т.д.

Правительство Японии выделило крупный кредит в размере 162 млн. долл. Казахстану на строительство моста через р. Иртыш, реализацию проекта будет осуществлять японская компания “Исикавадзима-Харима дзюкоге”. С вводом в строй этого моста (предположительно в 2001 г.) будет обеспечено нормальное транспортное сообщение по трассам национального значения, соединяющим районы Центрального, Южного, Северного, и Восточного Казахстана, Центральной Азии и Западного Китая с районами Восточной Сибири и Алтая. Фонд экономического сотрудничества с зарубежными странами Японии планирует в самом ближайшем будущем выделить 50 млн. долл. на расширение и модернизацию сети автомобильных дорог в Актюбинской, Мангистауской, Атырауской и Западно-Казахстанской областях, а также 20 млн. долл. - на реконструкцию морского порта Актау29.

Японская сторона оказывает содействие в модернизации целого ряда аэропортов в регионе: в Бишкеке (Киргизия), в Самарканде, Бухаре и Ургенче, расположенных вдоль исторического “Шелкового пути” (Узбекистан). Уже выделен кредит на строительство международного аэропорта в Астане.

С японской помощью совершенствуются также системы связи в Центральноазиатских республиках.

Летом 1995 г. правительство Японии в лице Фонда экономического сотрудничества с зарубежными странами Японии выделило Узбекистану первый кредит в рамках японской программы ОПР в размере 140 млн. долл. для совершенствования существующей системы коммуникаций. Кредит предоставлен на 30 лет под 3% годовых с отсрочкой платежей в течение первых 10 лет. На выделенные деньги осуществляется программа развития и технического перевооружения сетей связи в Каракалпакстане, Хорезмской, Навоийской и Бухарской областях республики, в частности, планируется прокладка 380 тыс. новых телефонных линий. Проект предполагает широкомасштабную помощь в модернизации всей инфраструктуры связи в республике, в том числе прокладку мощных оптико-волоконных каналов, сооружение мощностей для радиосвязи с радиусом действия до 600 км и подготовку необходимых инженерно-технических кадров. Внешнеторговая фирма “Узимпексалока”, созданная при министерстве связи Узбекистана, заключила соглашение с фирмой “Мицуи” на поставку оборудования для новейших местных цифровых телефонных станций, радиорелейных линий связи, систем передач информации.

В Туркменистане проектом за счет кредита японского правительства в размере 85 млн. долл предусмотрено приоритетное развитие магистральных линий передач от Ашхабада до областных центров, а также междугородных сетей телефонной связи за счет внедрения цифровых междугородних коммутационных систем. Развитие местной сети телефонной связи предполагает установку нового оборудования на основе волоконно-оптической системы передачи.

Перспективы дальнейшего углубления партнерства

Говоря о перспективах развития отношений Японии со странами Центральной Азии, необходимо принять во внимание современную экономическую ситуацию, характеризующуюся обострением положения на валютно-финансовых рынках Юго-Восточной Азии. В Японии, и так переживающей в настоящее время самый серьезный за весь послевоенный период экономический спад, в результате кризиса продолжает падать курс национальной валюты - иены, что негативно отражается на кредитных возможностях японских финансовых институтов30.

Естественно, что в таких условиях Япония вынуждена несколько сократить как текущие бюджетные ассигнования на ОПР, так и планируемые объемы ее предоставления развивающимся странам на ближайшие годы. Но одновременно с сокращением объемов ОПР правительство Японии ставит задачу максимального повышения эффективности ее использования, для чего, в соответствии с рекомендациями Совета по административным реформам, при МИД Японии намечалось создать специальное Управление по экономическому сотрудничеству, которое и должно будет заниматься реализацией ОПР.

И хотя в долларовом эквиваленте размеры ОПР, предоставляемой Японией, уменьшились, что связано в первую очередь с существенным "удешевлением" иены, тем не менее на долю Японии пришлась почти пятая часть всей помощи, которая в 1997 г. была предоставлена странам "третьего мира" 21 государством-донором, которые входят в Комитет помощи развитию ОЭСР. Вместе с тем следует отметить, что МИД Японии в связи с обнародованием итогов 1997 г. выразил серьезные сомнения относительно того, что в 1998 г. Япония сможет сохранить свое лидерство среди крупнейших доноров, связывая это как с падением курса иены, так и с переживаемой Японией экономической депрессией31.

В настоящее время еще рано говорить об утрате Японией своих позиций как ведущего мирового донора этого вида помощи. Однако, даже если это и произойдет, то лишь незначительно ограничит ее возможности использования ОПР в качестве основного и, несомненно, достаточно эффективного инструмента осуществления своей внешнеполитической стратегии32.

Сомнения относительно возможности не только увеличения, но и сохранения объемов прямых японских инвестиций в государства региона в условиях финансового кризиса в Юго-Восточной Азии развеяли представители МИД Японии, Министерства внешней торговли и промышленности, других 120 авторитетных экономических организаций и крупнейших японских компаний, присутствовавших на конференции “Казахстан: инвестируя в будущее”, которая прошла в ноябре 1998 г. в Токио. На конференции японские представители выражали уверенность в том, что по-прежнему существуют реальные предпосылки для расширения инвестиционного процесса в регионе33. Об этом свидетельствуют и последние визиты делегаций ведущих японских компаний с целью поиска в регионе новых проектов для своего участия в них34. Отметим также, что на очередном заседании комитета по туркмено-японскому сотрудничеству, прошедшем в июне 1998 г., обсуждалось участие Японии в целом ряде приоритетных проектов, таких как строительство туркменского участка железнодорожного коридора “Север-Юг”, увеличение мощности грузового терминала станции “Серакс” на туркмено-иранской границе и др. Таким образом, интерес японских компаний к Центральноазиатскому региону нисколько не угас, напротив - все свидетельствует о том, что сотрудничество между сторонами вступает в новую фазу.



1. В работе рассматриваются отношения Японии с четырьмя государствами Центральной Азии. В связи с гражданской войной в Таджикистане его связи с Японией  практически не развивались.
2. NIRA Review, Autumn 1994, P.3-8.
3. По данным  журнала “Еуромани”, опубликовавшем в сентябре 1997 г. рейтинг стран мира по их инвестиционной надежности, Казахстан, Узбекистан, Киргизия и Туркмения занимали соответственно 84, 93, 145 и 156 места в общем списке 180 стран. World Economic Analysis, Special Report Published with the September 1997 Issue of Euromoney.
4. Панорама. 1998. 20 марта.
5. Оценка автора по материалам местной прессы за 1994-1998 гг.: “Казахстанская правда”, “Правда Востока”, “Слово Кыргызстана”, “Нейтральный Туркменистан”.
6. Панорама. 1998. 20 марта.
7. Japan 21st, January 1995. P.14-16.
8. Панорама. 1998. 20 марта.
9. В настоящее время занимает пост премьер-министра Японии.
10. Панорама.1997. 7 ноября.
11. По словам А.Кажегельдина, существует наблюдение, согласно которому визит делегации “Кэйдзай доюкай” в какую-либо страну означает серьезное внимание, уделяемое ей японским бизнесом, и позволяет рассчитывать на рост в будущем японского присутствия.
12. Нихон кэйдзай. 17.01.98.
13. ИТАР-ТАСС. Пульс планеты.1997. 1 сентября, “АК-2”.
14. О хорошей результативности подобных мероприятий свидетельствует тот факт, что, по словам А.Кажегельдина, выступавшего на одной из таких конференций, только в ходе четырех из них были подписаны инвестиционные обязательства на общую сумму в 6 млрд. долл. Панорама. ноябрь 1996. №44.
15. В этой связи во время визита в Казахстан делегации “Кэйданрэн” в апреле 1998 г. казахстанской стороне, например, по словам директора Госкоминвеста Д.Куанышева, было высказано предложение договориться с Китаем о взаимном льготировании китайских товаров, экспортируемых в западном направлении, и казахстанского - в восточном. Панорама. 1998. 1 мая.
16. Однако и это может стать возможным только в том случае, если будут осуществлены проекты строительства соответствующих трубопроводов.
17. Например, кредит Экспортно-импортного банка Японии на сумму 13,6 млрд. иен, предназначенный для модернизации НПЗ в туркменском г.Туркменбаши, должен был использоваться для закупки соответствующего оборудования у фирмы “Тиеда корпорейшн”.
18. Президентский вестник.Интерфакс. 1997. 5 сентября.
19. Деловая неделя. 1998. 9 января.
20. Нейтральный Туркменистан.  1997. 27.сентября.
21. ИНТЕРФАКС.”Нефть и газ”.  1998. 28 сентября.
22. “Иомиури”, 26.05.98
23. И.Н.Комиссина  “Политика  Японии  в  отношении   Центральноазиатских  государств           СНГ”//  Сборник “Новая Евразия”. М., РИСИ. 1997. №6
24. Независимая газета. 1998. 14 сентября.
25. New Europe Trends. 1997. № 227, P.38.
26. Правда Востока. 1996. 10 декабря. С.3.
27. New Europe. 1997. August 31- September 6. P.41.
28. Нейтральный Туркменистан. 1997. 26 сентября.
29. Деловая неделя.  1998. 23 января.
30. Так, по данным японского Института Номура, снижение курса только на одну иену по отношению к доллару приводит к сокращению активов японских банков почти на 1 триллион иен или 0,2% ВВП Японии.
31. ИТАР-ТАСС. "Международная экспресс-информация". 1998, 20 июня.
32. В.О.Кистанов ”Япония сокращает помощь развивающимся странам”. Независимая газета. 1998. 13 января.
33. Панорама. 1998. 3 ноября.
34. Так, в сентябре 1998 г. Казахстан посетила делегация компании “Марубэни” с целью изучения возможности финансирования реконструкции нынешнего АО “Полипропилен”, с 1996 г. признанного банкротом и нуждающегося в серьезной реконструкции. Делегация корпорации “Сумитомо” во главе с ее президентом и генеральным директором К.Мияхарой, побывавшая в Казахстане в июле 1998 г., насчитывала в своем составе более 30 человек. Панорама. 1998. 25 сентября.

SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL