Причины и динамика эмиграции населения из Грузии

Гурам Сванидзе .


Сванидзе Гурам Александрович, окончил факультет журналистики Тбилисского  государственного университета. Кандидат философских наук. Работал в различных отраслевых социологических службах г. Тбилиси. В настоящий момент работает в Комитете по правам человека и вопросам национальных меньшинств Парламента Грузии.


Было время, когда об эмиграции запрещалось даже мечтать. Сколь мифическими были представления советских людей о жизни на Западе, столь же эфемерными были их возможности выехать туда. Известными становились случаи невозвращения отдельных граждан, что преподносилось официозом как акт предательства. Проводились пропагандистские кампании для общественного порицания “невозвращенцев”.

Характерно, что более или менее массовый характер правозащитному движению в бывшем СССР придали лица еврейской национальности, которым официальные власти отказывали в праве репатриации в Израиль (т.н. “отказники”). Распад СССР, демократизация республик его составлявших создали условия для реализации гражданами права на эмиграцию.

Однако, куда более весомый толчок эмиграционным процессам в начале 90-х годов дало резкое ухудшение социально-экономических и политических условий в бывших республиках СССР, в том числе в Грузии. Эмиграция стала одной из стратегий выживания населения и приняла массовый характер.

С ростом интенсивности эмиграции из Грузии всё труднее стало вести её учёт. Продолжительное время по техническим причинам не функционировала ЭВМ главного статистического ведомства страны, что вообще сделало невозможным описание этого явления. Впрочем, трудности в этом деле могут быть объяснены крахом и других институтов, что было вызвано тотальным социально-экономическим и политическим кризисом начала 90-х годов.

Не совсем полно отражает процесс эмиграции в дальнее зарубежье статистика ОВИР. Его данные, по существу, описывают процессы репатриации лиц еврейской, греческой и, частично, немецкой национальности. В сводках ОВИР они составляют подавляющее большинство эмигрантов. Так, по данным этого органа, в 1995г на Запад выехало всего 470 грузин, 2000 греков и 1500 евреев. Но думается, что грузин, выехавших за кордон, больше. Приходится делать поправку на такое явление как “невозвращенчество”, когда лица, выехавшие на заработки, учёбу, по частным приглашениям или в туристический вояж, не возвращаются обратно. На этот счёт нет достоверной статистики, но есть стойкое эмпирическое ощущение этого явления. Оно стало обычным и в общественном мнении уже не воспринимается как поступок, достойный сурового порицания.

Особую деликатность вопросу об эмиграции из Грузии придаёт то обстоятельство, что значительную долю эмигрантов составляют представители национальных меньшинств. Некоторые политические силы интерпретировали это явление как следствие дискриминационной национальной политики в Грузии. Некоторым авторам сыграла на руку шовинистическая риторика времён Гамсахурдия, на чём они и зациклились не замечая того, что эмиграционная активность представителей меньшинств долго не спадала и после свержения Гамсахурдия.

В последнее время появились признаки того, что в скором времени миграционное сальдо может стать положительным, так как на фоне уменьшающейся эмиграции всё значительнее становится процесс реэмиграции, в том числе и среди представителей национальных меньшинств. Наблюдаются случаи т.н. добровольной репатриации, но больше слышно о фактах репатриации принудительной, когда незаконные мигранты из Грузии в административном порядке высылаются из стран пребывания. Даёт о себе знать ужесточение миграционной политики на Западе. Не следует сбрасывать со счетов ухудшение социально-политического положения в странах ближнего зарубежья, особенно в РФ. Имеют значение, безусловно, и позитивные сдвиги, происходящие в стране. Примечательно то, что, по данным ОВИР, число выезжающих на постоянное место жительства год от года уменьшается. Здесь, по-видимому, помимо истощения эмиграционных ресурсов, сказывается целенаправленная политика некоторых государств (Греция, Германия и др.), направленная на поддержку своих диаспор в Грузии.

Окончательно должна прояснить ситуацию в сфере миграционной активности наших граждан перепись населения, которая будет проведена в нынешнем году. Фактически единственным инструментом, описывающим это явление, были социологические исследования. Под руководством автора было проведено 3 массовых опроса (в 1994, 1996, 1998 гг.), которые зафиксировали динамику настроений населения. Первое исследование было проведено при содействии Кавказского института мира, развития и демократии, второе финансировалось Институтом “Открытого общества”, третье - при помощи IOM. Если два первых опроса осуществлялись в регионах с многонациональным составом населения (Тбилиси, Батуми, Рустави), то в последнем отдельно анализировались также данные по относительно этнически гомогенным районам. Так, в Имеретии опрашивались только грузины, в Ахалцихском районе армяне, в Марнеульском - азербайджанцы. Специальную группу респондентов представляли собой внутренние мигранты и репатрианты, т.е. лица вернувшиеся из эмиграции. Объём выборки - около 1000 человек.

I Настрой микросреды

Одной из предпосылок, влияющих на решение человека выехать из страны, является настрой микросреды, его ближайшего окружения. Если среди знакомых, друзей часто поговаривают об эмиграции, или, более того, кто-то из членов семьи или родственников выехал из страны, тем выше вероятность того, что индивид будет склонен сделать выбор в пользу переезда за рубеж.

Диаграмма 1



При прослеживании динамики изменения “эмиграционного фона” в регионах со смешанным национальным составом вырисовывается тенденция к его ослаблению и среди грузин и среди негрузин (см. диагр. 1). Если в 1994г 60% в подгруппе национальных меньшинств считало, что в их окружении много лиц, подумывающих о выезде из Грузии на постоянной основе, то в1996г их было уже - 39,6%, а в 1998г, - 30,4%. Такие же изменения в подгруппе грузин: 41% в 1994г, 28,3% в 1996г, 17% в 1998г. Причём, разница между этими показателями в подгруппах год от года становилась менее разительной.

Несколько по иному происходили изменения по части наличия у респондентов членов семей, уже выбывших на постоянное место жительства за рубеж. В исследовании 1996г зафиксирован рост показателей по отношению к 1994г; их снижение прослеживается в материалах 1998г (в подгруппе грузин соответственно 10% - 19% - 13%, в подгруппе негрузин в среднем 33% - 38% - 27,7%). Отчасти такое снижение можно объяснить тем, что 26% из опрошенных грузин и 28% негрузин указывают, что среди репатриантов есть лица из их ближайшего окружения. К тому же, как следует из опыта опросов, в прошлом респонденты интерпретировали факт длительного пребывания родственников за границей или просто поездку как выезд на постоянное жительство, порой выдавая таким образом желаемое за уже свершившийся факт. Накопленный обществом в сфере миграционного поведения социальный опыт, более адекватные оценки ситуации могли также обусловить сокращение количества семей в опрошенном массиве, чьи члены, якобы, уехали из страны навсегда.

Армянское население Ахалцихского района и азербайджанское из Марнеульского всегда отличались миграционной активностью. Из этих районов, где всегда наблюдался избыток трудовых сил, мужчины регулярно выезжали на “шабашки” в Россию, активно торговали сельскохозяйственной продукцией по всей территории бывшего СССР. В результате социально-экономического коллапса такие поездки стали единственной формой выживания населения и она по этой причине стало склоняться к эмиграции на постоянной основе.

Судя по данным исследования, густота эмиграционного фона самая приметная среди армян из Ахалцихского района. Около 90% респондентов указывают на то, что среди их ближайшего окружения есть люди, подумывающие о выезде. Около 60% грузин из имеретинского подмассива и примерно 20% респондентов из марнеульского подмассива указывает на это обстоятельство. Что касается наличия у опрошенных родственников, выбывших из Грузии, то здесь показатели в первых двух группах почти одинаковые (39,4% и 40,7%), чего не скажешь о данных по азербайджанской подгруппе (10%).

Настроенность среды на выезд из страны среди армян из Ахалцихского района и грузин из Имеретии выше, чем у респондентов из Тбилиси, Батуми, Рустави.

Как следует из опроса, ближайшее окружение респондентов - внутренних мигрантов, представляющих собой жертвы этноконфликтов в Абхазии и Южной Осетии - не особенно настроено на выезд из страны. Две трети указывают, что не встречали в своём окружении лиц, подумывающих о выезде из Грузии навсегда. По мнению одного из респондентов, большинство думает только о возвращении к своим утраченным очагам. Почти четверть включённых в эту подгруппу лиц, отмечает, что среди членов их семей есть те, кто выехал за рубеж на постоянное место жительства.

Куда выехали родственники респондентов?

Респонденты из массива со смешанным этническим составом в основном называют Российскую Федерацию. Однако, на втором и третьем месте в грузинском подмассиве фигурируют Германия, США, тогда как в подмассиве негрузин на втором и третьем месте с заметным отставанием от России идут Израиль, Армения и др.

К 1996г география стран, куда выехали члены семей опрошенных, значительно расширилась и простиралась по сравнению с 1994г, включая даже столь отдалённые страны как Австралия, Аргентина, ЮАР. Последнее исследование не зафиксировало её сужения.

Армяне-эмигранты из Ахалцихского района выехали преимущественно в РФ и Армению, азербайджанцы в Азербайджан и РФ. Грузины из Имеретинского региона эмигрировали в РФ, Германию, Голландию, США. Родственники внутренне перемещённых лиц в основном выехали в РФ и на Украину.

II Эмиграционные намерения

Анализ динамики эмиграционных намерений респондентов из многонациональных регионов показывает, что, если в грузинском подмассиве данные о количестве лиц, желающих эмигрировать, отличались определённым постоянством (11% в 1994., 8,2% в 1996., 8,5% в 1998г), то в подмассиве национальных меньшинств прослеживается их прогрессирующее уменьшение (30% в 1994г, 22,3% в 1996г, 16,7% в 1998г).
 
 

Диаграмма 2:

Динамика соотношения “потенциальных” и “прожективных эмигрантов”, предпочитающих выезд на постоянной основе.

Диаграмма 3. Грузины


Диаграмма 4. Негрузины

Ещё большую ясность в картину эмиграционных намерений должны были внести ответы на прожективный вопрос “Если бы у Вас была возможность выбирать между выездом на постоянное место жительства и временным выездом, что Вы предпочли бы?” важно было выяснить, каковым является соотношение респондентов, высказавших желание эмигрировать (“потенциальных эмигрантов”) и тех, кто предпочел бы выезд на постоянной основе в случае наличия выбора (“прожективные эмигранты”).

Согласно данным последнего опроса, в подгруппе грузин из группы со смешанным этническим составом количество “потенциальных эмигрантов” почти совпало с количеством “прожективных эмигрантов” (8,5% и 9%). В прожективной ситуации выбор в пользу временного отъезда сделали 63% респондентов.

В подгруппе негрузин “прожективных эмигрантов” оказалось на 6,3% больше, чем “потенциальных” (24% и 16,7%). Предпочитающих временный выезд на 15% больше, чем тех, кто хотел бы выехать навсегда.

Как следует из диаграмм 3 и 4, (данные 1994г.), в подгруппе грузин и негрузин разница между “потенциальными эмигрантами” и “прожективными" не в пользу вторых (3% и 2%).

Положение в корне меняется в 1996г. Тогда, в случае наличия выбора, желающих выехать на постоянное место жительства за границу оказалось больше, чем “потенциальных эмигрантов”: среди опрошенных грузин - на 4,5%, среди негрузин - на 10,8%. Кстати, в подгруппе грузин количество выбравших временный выезд значительно превосходит число тех, кто уехал бы на “постоянку” (на 39%); среди негрузин эта разница составляет 1,1%.

В 1998г зафиксировано уменьшение количества “потенциальных" и “прожективных" эмигрантов с тенденцией сближения их показателей. Всё больше становится тех, кто предпочитает временный выезд.

В группе с гомогенным национальным составом приблизительно равное количество армян и грузин причислили себя к тем, кто хотел бы эмигрировать (15% и 13,6%). В подгруппе грузин больше колеблющихся, чем в группе армян. В обоих подмассивах имеется почти равно количество лиц, твёрдо решивших остаться (34% и 34,6%).

Особняком стоят азербайджанцы - респонденты из Марнеульского района, которые проявляют заметно больший патриотизм. 83,3% опрошенных из этой группы твёрдо решили остаться. Только 5% респондентов хотели бы выехать на постоянное место жительства за рубеж, если б располагали возможностью выбора. При этом в ахалцихском подмассиве желающих сделать выбор в пользу окончательной эмиграции 27% (на 12% больше, чем “потенциальных эмигрантов” в этой группе), а в имеретинском - 32% (на 18,4% больше). Обращает на себя внимание то, что только 14% опрошенных армян предпочли временный выезд. Это единственный случай на данном участке анализа, когда число лиц, выбирающих временный выезд, меньше, к тому же, количество тех, кто предпочёл бы покинуть страну навсегда, весьма значительна. В марнеульском и имеретинском подмассивах первая категория респондентов по количеству превосходит вторую, в большей степени среди азербайджанцев, в меньшей среди имеретинцев (на 43,1% и на 3%).

В группе внутренне перемещённых лиц людей, причисливших себя к желающим эмигрировать, оказалось 5%, число тех, кто твёрдо решил остаться или не задумывался об этом составляет 74,5%.

В случае предоставления возможности выбора между выездом на постоянной основе и временным выездом миграционная активность опрошенных из этой группы возросла бы (69,3% из них выбрали бы временный выезд, 13,9% - эмиграцию навсегда). Т.е., “прожективных эмигрантов”, предпочитающих “постоянку”, больше “потенциальных эмигрантов”.

III Мнения о причинах эмиграции из Грузии

Как следует из опроса 1998 г, респонденты из многонациональных регионов в качестве самой главной причины эмиграции назвали снижение жизненного уровня. Второй по значимости причиной является неуверенность в завтрашнем дне, третьей - невозможность реализовать себя. Грузинская подгруппа первые два фактора причислила сильнодействующим, третий - среднедействующим.

Негрузинская подгруппа считает сильнодействующим только первый фактор, два последующих - среднедействующими.

Особое значение в программе исследования придавалось выяснению того, насколько весомыми являются для представителей национальных меньшинств такие факторы как особо неблагоприятное отношение властей, населения, невозможность реализовать потребности в языке, культуре, невозможность удовлетворить религиозные чувства. Из материалов опроса следует, что они отнесены негрузинами к разряду слабодействующих факторов.

Данные трёх исследований показывают, что главные причины, которые, по мнению опрошенных, вынуждают людей покидать страну, оставались неизменными (это - снижение жизненного уровня и неуверенность в завтрашнем дне). Перестановки происходили в группе средне- и слабодействующих факторов. Впрочем, заметно снизилось значение фактора роста преступности. Этот фактор в 1994г занимал 3-й ранг, в 1996г 5-й и в 1998г 11-е. Так же оценили респонденты причину “политический кризис” (5-й ранг по всему массиву в 1994г, 6-ой - в 1996г, 8-ой - в 1998г).

Возросло значение фактора “воссоединение с родственниками” (в 1994г и 1996 г. 5-ый ранг по всему массиву, в 1998г - 4-й). То же самое можно сказать о факторе “невозможность реализовать себя” (в 1994г - 4-й ранг, в 1996г и 1998г - 3 ранг). Что касается дискриминационного фактора, то он стабильно был отнесен к разряду малозначимых.

В группе респондентов из регионов с относительно гомогенным этническим составом только по одному пункту азербайджанцы из Марнеульского района составили компанию респондентам из Ахалцихского района и Имеретии. Представители всех подгрупп считают главной причиной эмиграции снижение жизненного уровня.

Симптоматично, что в числе сильнодействующих по армянскому и грузинскому подмассивам названо только по 1 фактору. В азербайджанском же подмассиве таких причин 4: кроме уже приведённой, ещё желание вернуться на историческую родину, невозможность реализовать себя и неуверенность в завтрашнем дне.

Диссонансом звучит то, что грузинская подгруппа из Имретии считает рост преступности третьестепенным фактором, тогда как он занимает 9-е и 11-е в других подгруппах.

Перемещённые лица указали на два сильнодействующих фактора - снижение жизненного уровня (1-й ранг), неуверенность в завтрашнем дне (2-й ранг). Среди среднедействующих оказались 5 факторов: невозможность реализовать себя (3-й ранг), особо неблагоприятное отношение властей, населения (4-й ранг), политические соображения (5-й ранг), желание вернуться на историческую родину (6-й ранг), политический кризис (7-й ранг).

Факторы с признаками дискриминации в наибольшей степени представлены в Марнеульском подмассиве: неблагоприятное отношение властей и населения (5-й ранг), невозможность реализовать религиозные чувства (8-й ранг). Они были включены в разряд среднедействующих. Первый из названных двух факторов также фигурирует среди среднедействующих и в грузинских подмассивах, причём наиболее рельефно - в группе внутренне перемещённых лиц.

IV Почему люди воздерживаются от выезда из страны?

Респонденты воздерживаются от эмиграции по разным причинам.

Опрошенные группы из многонациональных регионов называют в качестве основной причины нежелание оставить родственников. Вторым важным фактором является нежелание оставить нажитое хозяйство. Дальше оценки стали разниться, в наибольшей степени по пунктам “патриотические чувства” (4-й ранг в грузинской группе и 8-й - в негрузинской), “отсутствие материальной возможности” (7-й ранг в грузинской группе и 3-й ранг в негрузинской).

Грузины-респонденты выделили только один сильнодействующий фактор. Остальные представлены как среднедействующие. Отмечен также всего слабодействуюший фактор: - незнание о порядке эмиграции.

Опрошенные представители национальных меньшинств считают, что нет сильнодействующих факторов, которые бы удерживали людей от выезда за рубеж. Факторы с рангами с 1 по 6 оказались в этой группе среди среднедействующих, остальные (4 позиции) - среди слабодействующих.

Если сравнивать данные трёх исследований, то обращает на себя внимание то, что сильнодействующих факторов почти нигде не зафиксировано. В группе меньшинств фактор "патриотические чувства" постоянно был незначимым и занимал 7 - 8 ранги и соответственно фигурировал среди слабодействующих. В грузинском подмассиве в 1994г он имел 3-й ранг, в 1996г - 2-й, в 1998г - 4-й).

В группе респондентов из регионов с относительно гомогенным национальным составом населения отмечено широкое разнообразие мнений. С точки зрения армян из Ахалцихского района, ни один из факторов не является сильнодействующим. Такие причины как нежелание оставить хозяйство (1-й ранг), нежелание оставить родственников (2-й ранг), отсутствие материальной возможности (3-й ранг) были отнесены ими в разряд среднедействующие.

По мнению азербайджанцев, следующие пять факторов являются сильнодействующими: нежелание оставить родственников (1-й ранг), патриотические чувства (2-й ранг), отсутствие материальной возможности (3-й ранг), состоянию здоровья (4-й ранг), неудачи знакомых эмигрантов (5-й ранг) и т.д.

Опрошенные из Имеретинского региона отнесли два фактора в разряд сильнодействующих - отсутствие материальной возможности и нежелание оставить родственников. Патриотические соображения оказались в группе среднедействующих факторов (5-й ранг).

Внутренне перемещённые лица считают сильнодействующими два фактора: патриотические чувства (1-й ранг) и нежелание оставить родственников (2-й ранг).

V Реэмиграция

Как уже отмечалось, в последнее время мы всё чаще узнаём о фактах возвращения лиц, уехавших некогда из Грузии. Косвенным подтверждением тому являются ответы респонденты на вопрос “Приходилось ли Вам слышать о случаях возвращения эмигрантов в Грузию?”

63% респондентов из многонациональных регионов дали на этот вопрос утвердительный ответ. В группе опрошенных из относительно мононациональных регионов положительно ответили 75% грузин (из Имеретии) и 73% армян (из Ахалцихского района). Только в азербайджанской подгруппе в явном большинстве оказались те, кто не слышал об этом. В группе перемещённых лиц ответы распределились приблизительно поровну.

Почему люди возвращаются из эмиграции?

В ходе исследования были опрошены 50 человек, которые вернулись из эмиграции. В нашу задачу входило сравнение их ответов на этот вопрос с ответами остальных респондентов.

Так, 34% лиц из этой категории респондентов указывают на духовный дискомфорт, вызванный трудностями адаптации к иным условиям. 28% опрошенных назвали в качестве причины реэмиграции тоску по семье, родственникам.

Третью-четвёртую позиции по значимости заняли “тоска по родине” и “неудачи с трудоустройством и обустройством жизни за рубежом”. 8% считают, что причиной их возвращения является улучшение социально-экономического положения в Грузии.

Привлекают внимание такие симптоматичные высказывания, зафиксированные интервьюерами: “Там чувствуешь себя не человеком, а роботом”, “Там - другой мир”, “В эмиграции грузины нередко попадают в психиатрические лечебницы”, и др.

В группе опрошенных из многонациональных регионов одна треть считает причиной реэмиграции ностальгические переживания по родине, 13% - тоску по родным, родственникам, 12,5% - трудности с обустройством жизни, 6% - сложности, связанные с адаптацией к новым условиям жизни, 5,3% - депортацию в административном порядке и др. Значительных расхождений во мнениях грузин и негрузин отмечено не было.

Большинство респондентов из относительно мононациональных районов, а также значительная часть перемещённых лиц, утверждают, что основной причиной их возвращения является ностальгия, тоска по родственникам. Особняком стоят данные по подгруппе азербайджанцев из Марнеульского р-на. Здесь в качестве главной причины репатриации фигурирует “неудачи в обустройстве жизни за рубежом”. Второй по значимости причиной является депортация в административном порядке.

Тревожит то, что отмечались факты гибели эмигрантов (3 случая по Ахалцихскому подмассиву).

Заключение

По сравнению с данными опросов 1994 и 1996гг, исследование 1998г показало снижение настроя микросреды на выезд на постоянное жительство за рубеж в группе респондентов из регионов со смешанным этническим составом населения. Однако этот фон по-прежнему “гуще” среди представителей национальных меньшинств, чем среди грузин, хотя разница между ними уменьшается.

В группе респондентов, проживающих в регионах с этнически гомогенным населением, в наибольшей степени настрой микросреды на выезд наблюдается среди армян Ахалцихского района. Он несколько меньше среди грузин из Имеретии, и ещё меньше - среди азербайджанцев из Марнеульского района.

Лица из ближайшего окружения перемещенных лиц меньше всего настроены на выезд из страны.

Следует отметить, что эмиграционный фон среди респондентов из Ахалцихского р-на и Имеретии выше, чем среди опрошенных, проживающих в населённых пунктах с этнически смешанным составом. Исключение составляют респонденты из Марнеульского р-на. Характерно, что респондентов, отметивших наличие родственников, уже выбывших из страны, относительно больше в этих двух гомогенных подмассивах, чем даже в подгруппе национальных меньшинства в 1996г. В тот период в последней группе количество людей, чьи родственники мигрировали из страны, было максимальным.

География стран, куда выехали родственники опрошенных, более обширна в подгруппе грузин из массива со смешанным этническим составом. Здесь чаще назывались страны дальнего зарубежья, хотя Российская Федерация, безусловно, лидирует. В эту страну выехало большинство из выбывших родственников респондентов из всех других подмассивов.

Как явствует из опроса, в группе респондентов в многонациональных регионах наметилось снижение по сравнению с 1994 и 1996гг. эмиграционных намерений представителей национальных меньшинств при стабильных показателях грузинской части подмассива.

Доля “потенциальных эмигрантов” среди армян из ахалцихского подмассива и грузин из имеретинского подмассива почти одинакова и соответствует показателю национальных меньшинств из группы со смешанным этническим составом. Значительно возрастает в этих подгруппах число желающих выехать за рубеж на постоянной основе, в случае предоставления выбора (особенно в имеретинской - на 18,4%).

Что касается марнеульской подгруппы, здесь нет респондентов, желающих эмигрировать на постоянной основе. Если таковые появляются в прожективной ситуации, то их число незначительно. Видимо, сезонная миграция из Марнеульского района оказалась менее склонной перерастать в эмиграцию на постоянной основе. Однако в случае с азербайджанскими респондентами, не стоит сбрасывать со счетов инерцию мышления, присущую прошлым временам. Тогда одно только желание эмигрировать рассматривалось как проявление нелояльности к государству.

Кроме того, трудное положение перемещённых лиц не подвигает эту группу на эмиграцию из страны.

На первом и втором местах во всех подмассивах находятся такие факторы эмиграции как снижение жизненного уровня и неуверенность в завтрашнем дне.

Среди основных причин, удерживающих людей от выезда из страны, респонденты из Тбилиси, Батуми и Рустави назвали такие факторы как нежелание оставить родственников и нежелание оставить нажитое хозяйство. От исследования к исследованию всё ниже становился ранг фактора “патриотические чувства” даже среди грузинской части выборки.

Нежелание оставить родственников, нежелание оставить нажитое хозяйство как причины, удерживающие от выезда, также оказались вне конкуренции, по мнению армян из Ахалцихского района, грузин из Имеретии и азербайджанцев из Марнеульского района. Только среди азербайджанцев патриотические чувства оказались в числе сильнодействующих.

В грузинской части выборки только перемещённые лица назвали патриотические чувства среди важнейших и присудили им первый ранг.

Согласно мнению азербайджанских респондентов, существует немалое количество веских причин, подталкивающих людей к эмиграции (4), но не меньше и тех, что удерживают их от выезда (5). В грузинской части массива по две сильнодействующие причины содействуют или, наоборот, удерживают людей от эмиграции. В подгруппах меньшинств есть сильнодействующие причины отъезда, но нет таких, которые бы сильно удерживали их от эмиграции.

Важно отметить, что значение дискриминационных факторов эмиграции, как и прежде, невелико. Характерно, что такие факторы наиболее значимы в марнеульском подмассиве, чем в других подмассивах. Если здесь они включены в группу среднедействующих факторов, то в других они фигурируют среди слабодействующих.

Самый высокий ранг (4-й) фактору “неблагоприятное отношение властей, населения” присвоили перемещённые лица. Он помещён ими в группу среднедействующих факторов. Это обстоятельство указывает в определённой мере на их недовольство их своим положением. Примечательно и то, что среди среднезначимых факторов ими названы “политические соображения”, “политический кризис”, что даёт повод предположить, что недовольство лиц этой категории имеет политический оттенок.

Довольно значительное число респондентов указало на наличие фактов реэмиграции (не менее половины по всем подмассивам, исключая марнеульский).

Опрос показал, что ностальгия с большой силой влечёт эмигрантов домой.

Список использованной литературы:

Gachechiladze, Revaz (1997) Population Migration in Georgia and Its Socio-Economic Consequences. Tbilisi, UNDP - Georgia

Jaoshvili, Vakhtang (1996). Population of Georgia: A Historical-Demographic and Economic-Geographical Study. Metsniereba. Tbilisi (in Georgian)

Socio-economic Situation in Georgia in 1997 (1998). State Department of Socio-economic information in Georgia. Tbilisi (in Georgian)

Сванидзе Гурам (1994). Эмиграция из Грузии и её причины. Кавказский институт мира, демократии и развития


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL