О безопасности Ингушетии и ингушей в Российской Федерации

Марьям Яндиева


Марьям Яндиева, помощник постоянного представителя Республики Ингушетия при президенте РФ по международным делам, председатель Историко-просветительского и правозащитного ингушского общества "Мемориал".


В начале 90-х годов, в преддверии самых страшных событий на Северном Кавказе, для Совета безопасности РФ был подготовлен Доклад о современной этнополитической ситуации на Северном Кавказе, где среди прочего были приведены возможные модели национальной политики и федеральная программа “Северный Кавказ” с десятью конкретными программами. Десятая программа этой большой федеральной программы называлась “Безопасность”. Ее разрабатывали Совет безопасности РФ, Госкомнац (тогдашнее название Министерства по делам национальности и региональной политике), МО, МВД, МБ (ныне ФСБ), ГКЧС.

10 пунктов этого документа, декларируя позитивные меры, имели абсолютно карательно-полицейский характер:

  • “Срочно доукомплектовать Северокавказский военный округ войсковыми соединениями из ближнего и дальнего зарубежья.

  • Образовать территориальный округ войсковыми соединениями из ближнего и дальнего зарубежья.

  • В составе упомянутого круга подготовить и обучить специальные подразделения миротворческих сил по предотвращению и локализации межнациональных конфликтов.

  • До стабилизации обстановки вывести за пределы Северокавказского региона все виды оружия массового поражения и боеприпасы к ним.

  • Создать полноценную государственную границу и таможенную службу.

  • Разработать конкретные меры борьбы с межрегиональной организованной преступностью, контрабандой оружием, наркотиками, раскрытия других особо опасных преступлений, способных криминализировать структуры государственного управления и подорвать устои законной власти.

  • Разработать план мероприятий и иметь в резерве достаточные силы и средства для нейтрализации возможной активности в России (за пределами Северного Кавказа) экстремистских элементов из Северокавказской диаспоры.

  • Усилить охрану стратегических особо важных и военных объектов, учреждений в Северокавказском регионе.

  • Вместе с реализацией проверки паспортного режима в регионе провести изъятие оружия у населения.

  • Обеспечить строгое выполнение Указа Президента РФ “О мерах по защите конституционного строя РФ”.

Главным объектом действия пунктов этой программы, безусловно, являлась Чечня, а Ингушетия рассматривалась как главный подход, плацдарм по подготовке и апробации методов и мероприятий по борьбе с мятежной республикой.

На сегодняшний день (по прошествии шести с половиной лет после геноцида ингушей в Пригородном районе Северной Осетии в 1992 году, а также после беспрецедентной чеченской войны 1994-1996 годов) можно с уверенностью сказать, что главные пункты этой программы оказались выполненными и продолжают выполняться. Слово “безопасность” трактуется при этом весьма специфично. И эта специфичность оборачивается прямой угрозой жизнедеятельности десяткам тысяч граждан, для многих важных начинаний в политической, экономической и гуманитарной сферах в этом регионе.

Боевые действия, систематические вооруженные столкновения, непрекращающиеся взрывы, поджоги домов, целенаправленные убийства мирных граждан, постоянные нарушения конституционных прав в самой Ингушетии и в сопредельных территориях продолжаются уже седьмой год, переходя из открытой формы в скрытую. Первый этап этого санкционированного федеральным центром действий начался в октябре-ноябре 1992 года в Пригородном районе Северной Осетии. Это была первая попытка втянуть Чечню в войну. Но тогда Д.Дудаев дистанцировался от бойни ингушей в Пригородном районе и официально не вступился за последних, сгоняемых российской армией с этнических территорий в Пригородном районе и самом г.Владикавказе. Формальным поводом для этнической чистки ингушей в Северной Осетии явились их законные притязания на возвращение под ингушскую юрисдикцию исконных этнических территорий, так и не возвращенных народу после сталинской депортации 1944-1957 годов.

Возвращение ингушам отнятых земель в начальный период перестройки законодательно было оформлено Законом “О реабилитации репрессированных народов”, в котором пункты 3-ий и 6-ой подразумевали территориальную реабилитацию всем депортированным народам (закон был принят 26 апреля 1987 года).

Изменение региональной ситуации осенью 1991 года, когда Чечня объявила свою независимость, изменило все намерения федерального центра, и ингуши стали заложниками нового политико-военного, экономического, территориального и правового расклада на карте Северного Кавказа.

События октября-ноября 1992 года в Пригородном районе и г.Владикавказе Северной Осетии стали прелюдией к чеченской трагедии. В боевых действиях против ингушей участвовали подразделения российской регулярной армии и карательные войска:

  • дивизия “Дон” – 8 тысяч человек два военных училища г.Владикавказа – 1.5 тысяч человек;

  • гарнизон г.Владикавказа – 10 тысяч человек два полка ВДВ (Псковская дивизия);
    спецназ – 3 тысячи человек;

  • бронетанковая бригада “ИР” из Южной Осетии под командованием Олега Тезиева – 6 тысяч человек;

  • осетинская гвардия – 3 тысячи человек;

  • ОМОН МВД Северной Осетии - 4.5 тысяч человек;

  • ополчение Северной Осетии - 20 тысяч человек;

  • два казачьих полка – 4 тысячи человек.

68 тысяч военных людей изгнали из своих домов и квартир 65 тысяч граждан ингушской национальности, убили в ходе боевых действий 474 человека, ранили более 500 человек, в организованных заранее лагерях и тюрьмах незаконному лишению свободы в качестве заложников подвергли около 800 ингушей. Среди них: 27 женщин, 9 детей в возрасте до 1 года, 22 человека – в возрасте от 1 года до 18 лет; 8 человек – от 18 до 20 лет; 211 человек – от 20 до 60 лет; 31 человек – в возрасте от 60 до 100 лет. Десятки людей были сожжены в собственных домах, огородах, на сельских улицах, в автотранспорте. Насильно увезены в заложники 196 человек, судьба которых неизвестна до сих пор.13 из 16 ингушских сел в Пригородном районе разорены полностью и до сих пор не восстановлены.

Уже 31 октября 1992 года на Совете безопасности РФ был разработан секретный документ за подписью тогдашнего секретаря СБ Ю.Скокова, налагавший запрет на всю информацию из зоны боевых действий в Пригородном районе и указывающий на вовлечение Чечни в боевые действия на территорий Ингушетии1.

В 1992 году против ингушей – жителей Пригородного района и г.Владикавказа, являющихся гражданами России, были совершены следующие преступления (повторенные через несколько лет в Чечне):

  • Массовые убийства из всех видов оружия с воздуха и земли;

  • Насильственные лишения свободы путем изоляции их в лагерях и помещениях, приспособленных под массовое содержание;

  • Взятие в заложники;

  • Лишение имущества;

  • Поражение в гражданских правах (ингушские жители Пригородного района и г.Владикавказа лишены конституционного права избирать и быть избранными в представительные органы на территории Северной Осетии, где жили до депортации 1992 года).

Мы со всей очевидностью можем говорить о государственных преступлениях против собственных граждан, нарушающих положения более 15-ти международных документов.

Второй этап “созидания” ингушской безопасности со стороны федерального центра ведет свой отсчет после фактического образования Республики Ингушетия (юридически образована 4июня 1992 года). Де-факто полноценно (государственное структурирование, административное деление, создание инфраструктур и всего того, что называется социально-психологическим комплексом) Ингушетия как один из 89 субъектов РФ функционирует с 1993 года2.

65 тысяч беженцев из Пригородного района и Владикавказа потоком хлынули в Ингушетию и начался мучительный, затяжной процесс возвращения насильственно изгнанных ингушей в места их прежнего проживания. На сегодняшний день в места своего прежнего проживания вернулись лишь 6 тысяч человек, все остальные разъехались по России и странам СНГ, 27 тысяч ингушей из Пригородного района живут в Республике Ингушетия по сей день в вагончиках (по 9 кв.м), в старых общежитиях, школах, техникумах, у родственников, имея статус беженца (к этому числу прибавились 68 тысяч беженцев- ингушей, чеченцев - из Чеченской Республики после 1996 года).

За годы, прошедшие после этнической чистки ингушей, федеральные органы государственной власти издали около 100 документов, направленных на “восстановление конституционных прав граждан Российской Федерации”, предусматривающих возвращение ингушей в места их прежнего проживания, восстановление их разрушенного жилья и т.д. Назовем только последние из этой сотни: "Договор об урегулировании отношений между Северной Осетией и Ингушетией” (от 4 сентября 1997 года) с “Программой совместных действий органов государственной власти Российской Федерации, Республики Северная Осетия-Алания и Республики Ингушетия по преодолению последствий осетино-ингушского конфликта и оздоровлению ситуации в республиках” (от 15 октября 1997 года), а также “Соглашение” между Правительством Республики Ингушетия и Правительством Республики Северная Осетия-Алания (от 25 февраля 1999 года).

Мероприятия, воплощенные в этих документах (по безусловному возвращению насильственно изгнанных ингушей в Пригородный район и г.Владикавказ), увы, в реальной практике не реализуются. Более того, статистика правонарушений по отношению к ингушам – изгнанникам весьма удручающая. С 1998 года по сей день (время так называемого “поэтапного возвращения ингушских беженцев в места их прежнего проживания”) убито 56 мирных граждан-ингушей, ранено 127 человек, захвачено в заложники 49 человек, разрушено более 450 домовладения, сожжено 238 единиц временного жилья. Это происходит в ситуации присутствия в Пригородном районе подразделений федеральных войск, сил МВД Российской Федерации и Северной Осетии, которые де-юре обязаны гарантировать безопасность процесса возвращения ингушей в места прежнего проживания. Де-факто силовики как бы обеспечивают конституционные нарушения в отношении ингушских граждан РФ. Невыполнение верховной властью собственных обязательств (зафиксированных в море документов различного уровня) говорит лишь об одном: федеральный центр реально не желает разрешить проблему ингушей.

Отсутствие политической воли по сути заставляет центр играть роль катализатора и организатора нарушений конституционных прав собственных граждан, выполняя при этом роль третьей (третейского судьи) силы в “межэтническом конфликте”.

Трагическая история дореволюционных, советских и постсоветских депортаций ингушей с их этнических территорий выявляет самое главное в геополитической стратегии России на Северном Кавказе: ингуши не должны претендовать на близость к главному стратегическому для России проходу в Закавказье.

Исходя из этого, проблема ингушей не будет разрешена при существующем “федеративном” устройстве государства, по существу являющегося унитарным. Мы видим здесь две причины:

  • Московский центр не желает принципиально решить политическую проблему восстановления исторической справедливости по отношению к репрессированному ингушскому народу (как впрочем, и других народов). При этом используется тактика смены репрессий. То явных и открытых: этническая чистка 1992 года; то скрытых: откровенно издевательский процесс так называемого возвращения насильственно изгнанных ингушей в Пригородный район и Владикавказ, периодические нападки, ревизии, моратории в отношении Закона “О реабилитации репрессированных народов” и, наконец, не утверждение в Государственной Думе (уже более трех лет) Проекта Федерального закона “О реабилитации ингушского народа, внесенного Парламентом Ингушетии.

  • Центр не хочет взять на себя вину за содеянное с ингушами – гражданами РФ – в Пригородном районе, решение, статуса которого, и есть главная и конечная цель ингушей всех поколений. Что абсолютно не согласуется и не укладывается в российскую геополитическую стратегию на Северном Кавказе, формировавшуюся все годы советской власти и пролонгированную “демократическим” режимом в завтрашний день.

Осмысление этих наиглавнейших геополитических проблем, связанных с Ингушетией и ингушами, закономерно приводит к ключевой проблеме сегодняшнего Кавказа в целом – Чечне, стремительно изменяющей весь геополитический ландшафт региона.

Не берясь говорить об этом подробно в рамках данной статьи, остановимся на таком аспекте этой колоссальной проблемы, как границы и система безопасности приграничий Республики Ингушетия. Современная блокада Чечни (политическая, информационная, экономическая, морально-психологическая) вовлекает ингушей в такую политику и практику федерального центра, при которой они и их республика являются не субъектом РФ, а объектом давления этого центра.

Именно из-за Чечни (которая, повторяем, из Москвы видится как единое с Ингушетией пространство) Республика Ингушетия по существу заблокирована колючей проволокой на административной границе с Осетией и Кабардино-Балкарией. Можно сказать, что граница РФ с Чечней фактически очерчена на Черменском круге (современное приграничье Ингушетии и Осетии). Ингушетию тем самым как бы выставляется за пределы РФ. Приводимый ниже документ подтверждает сказанное: “В соответствии с решением № 1 от 26 февраля 1997 г. оперативного штаба МВД России по обеспечению правопорядка и безопасности на административной границе с Чеченской Республикой, подписанного заместителем председателя Правительства РФ, министром внутренних дел А.С. Куликовым, проводятся работы по дооборудованию КПП, вокруг которых, а также вдоль линии разграничения определяется запретная зона, устанавливаются проволочные заграждения с установкой предупреждающих знаков, обеспечивается круговая оборона КПП на случай обострения обстановки (земляные работы – рвы и насыпи, фортификационные сооружения – заградительные стены из железобетонных блоков, наблюдательные вышки и пр.). Этим же решением на КПП-3 (Черменский круг) оборудуется КПП-пункт Государственного таможенного комитета РФ с соответствующим техническим оборудованием”. (Разъяснение А.А.Ковалева, тогдашнего полномочного представителя РФ в Республики Ингушетия и Северная Осетия в СМИ).

К этому следует добавить еще одно: к ингушам (с начала чеченской войны) относятся в РФ как к нелояльным иностранцам. Например, нормой стала практика в российских аэропортах проверять специальным досмотром все рейсы из Ингушетии. Страшно унизительно проходить специальный и таможенный контроль через компьютер в специальных отсеках, отгороженных от других граждан России и т.д. Через подобные унижение каждый день проходят пассажиры рейса “Москва-Ингушетия”, “Ингушетия-Москва”.

Ингуши, проживающие в Москве и других городах России, испытывают на себе жесточайшие дискриминационные действия со стороны правоохранительных органов. Ингушский “Мемориал” фиксирует случаи незаконных задержании, вторжений в квартиры и студенческие общежития, оскорблений человеческого национального и религиозного достоинства, избиений и т.д. Все апелляции в соответствующие инстанции остаются без должного юридического и правового решения. К сожалению, невозможно начать и провести ни один судебный процесс, потому что правоохранительные органы, прокуратуры (в частности в Москве) весь имеющийся у них арсенал мер и средств употребляют на то, чтобы пострадавшие не захотели даже помышлять о каком-либо справедливом решении по отношению к ним.

Установление таможенных КПП, тотальные проверки граждан выезжающих и въезжающих в Ингушетию, постоянное дислоцирование в приграничья 58 армии, Северокавказского округа внутренних войск МВД (помимо Северо-Кавказского военного округа МО), оперативного штаба МВД по Северному Кавказу, временной оперативной группировки на Северном Кавказе, частей специального назначения; постоянные военные учения в Северной Осетии, Дагестане, переброски дополнительных сил в Моздок, Ставрополь, Ростов, Буйнакск, Владикавказ, Краснодар, Нальчик – все это направлено на устрашение Чечни. Нет никаких сомнений, что план нового военного вторжения в Чечню в Генштабе готов. А это значит, что Совет безопасности РФ, принимающий решение о силовой акции, вновь нарушит безопасность ингушских граждан, которых устремленные в сепаратистскую Чечню российские войска (с земли и воздуха) будут так же безжалостно уничтожать, как это уже было три года назад.

Поэтому не нужно обольщаться стройками и некими экономическими успехами в субъекте РФ – Республике Ингушетия. Это фасад (хотя и подпертый немалыми средствами из российского же бюджета), за которым стоит, увы, ощерившаяся всеми видами вооружения машина подавления и насилия. Что, в свою очередь, говорит о том, что фактическая безопасность региона, Ингушетии и ингушей – это дело, к сожалению, неблизкого будущего, иного политико-экономического устройства Северного и Южного Кавказа, самой России и следующего поколения политической элиты, не отягощенной тоталитарно-имперской традицией.


1. Подробно о военных действиях против ингушей, нарушении их прав и свобод см. в Докладе Ингушского «Мемориала» «О массовых нарушениях прав граждан ингушской национальности в РФ 1992-1995 гг.»
2. Территория 3750 кв.км, население на 1.01.98 года составляет 312,6 тысяч человек. Граничит с Чеченской Республикой Ичкерией, Республикой Грузией, Республикой Северной Осетией-Алания, Кабардино-Балкарией. В административно-территориальном плане делится на 4 района, в которых расположены 58 населенных пунктов, в том числе 4 города. Столица- Магас. В соответствии с Конституцией РИ, государственная власть осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Конституция Республики принята на всеобщем референдуме 27 февраля 1994 года. Главой РИ является Президент Р.Аушев, избранный на второй пятилетний срок путем всеобщего, равного и прямого голосования. Президент-глава исполнительной власти, высшем коллегиальным органом которой является Правительство Республики. Законодательную власть осуществляет Народное Собрание-Парламент РИ. Зарегистрировано и официально действуют 23 партии, движения, общественных организаций.


SCImago Journal & Country Rank
  •  Отдых в рязани  Обзоры мест для отдыха и развлечений с детьми в Москве и области otel-oka.ru
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL