АСТАНА В ТРЕУГОЛЬНИКЕ МОСКВА - ВАШИНГТОН - ПЕКИН

Основные направления внешней политики Казахстана на рубеже третьего тысячелетия.

Владимир БАБАК


Владимир Бабак, научный сотрудник Института российских и восточноевропейских исследований при Тель-Авивском  университете (Израиль).


История независимого Казахстана исчисляется всего лишь несколькими годами, но во внешней политике этой страны уже довольно чётко сложились основные направления, которые в силу объективных геополитических причин сохранятся в качестве таковых и в обозримом будущем.

В мире найдётся, наверное, немного государств, геополитическое положение которых столь жёстко детерминировало бы основные направления их внешней политики, как это имеет место в случае с Казахстаном. Расположенный между двумя крупнейшими державами мира - Россией и Китаем, обладающими к тому же ядерным оружием, Казахстан в поисках надёжных гарантий своей безопасности навечно обречён на поддержание разумного баланса в отношениях с Москвой и Пекином. При этом необходимо учитывать то, что оба могущественных соседа не торопятся признать “вечный и нерушимый” характер своих границ с Казахстаном. Более того, время от времени появляются сигналы, свидетельствующие о том, что определённые политические силы в этих соседних государствах не совсем “равнодушны” к его огромным территориальным просторам, столь богатым полезными ископаемыми и столь бедным людскими ресурсами. В этих условиях становится очевидным, что установление добрососедских отношений с Москвой и Пекином - бесспорный императив внешней политики Казахстана.

Существует еще одно приоритетное направление внешней политики Казахстана. Это - отношения с США. Реалии современного мира таковы, что Соединённые Штаты Америки оказывают самое активное воздействие на развитие политической ситуации во всех регионах мира, как бы далеко от Вашингтона они ни находились. И по этой причине отношения с США приобретают особое значение для Казахстана.

Разумеется, для республики весьма важны и другие направления его внешней политики: отношения с соседними постсоветскими государствами, с исламским миром в целом, связи с Европой и Японией. Но бесспорным является тот факт, что безопасность и независимое существование республики прежде всего зависят от того, как сложатся ее отношения с Москвой, Вашингтоном и Пекином.

Отношения с Россией

История и география объективно предопределили для Казахстана приоритетный характер его отношений с Москвой, ибо само существование республики как независимого государства в значительной степени зависит от характера ее отношений с великим северным соседом. И руководство республики прекрасно осознаёт эту политическую реальность.

Ещё только приступая к выработке внешнеполитической стратегии своей страны, президент Н.Назарбаев в 1992 году откровенно признал: “Вследствие географических, политических, этнических и других исторических факторов отношения с Россией являются для нас самым важным вопросом”1.

В свою очередь и Казахстан представляет для России особый интерес, прежде всего в силу геополитического и этнического факторов. Москва не без оснований рассматривает его как своего главного стратегического союзника в Центральной Азии. Будучи самым крупным и экономически развитым государством региона, страной с огромной русской диаспорой, Казахстан способен играть роль главной опоры Москвы в её стремлении укрепить свои позиции в регионе.

Взаимная заинтересованность двух государств в развитии сотрудничества нашла своё подтверждение в том, что всего лишь за семь лет, прошедших после распада СССР, между Казахстаном и Россией было подписано более двух сотен документов о развитии двусторонних отношений. Однако декларируемое обеими сторонами стремление к “вечной дружбе” вступает в сложное взаимодействие с их объективно существующими национальными интересами, далеко не всегда и не во всём совпадающими. Это создаёт достаточно мозаичную картину отношений двух стран в самых различных сферах.

Обеспечение национальной безопасности

Одной из специфических черт отношений Казахстана с Россией является тот факт, что эти отношения определяют в значительной степени не только внешнюю, но и внутреннюю безопасность республики. Последнее обстоятельство объясняется тем, что даже сейчас, спустя восемь лет после распада СССР и последовавшей за этим интенсивной эмиграцией русских из Казахстана, русские всё ещё составляют более одной трети его населения, а в таких регионах, как Северный и Восточный Казахстан, непосредственно примыкающих к российской границе, они являются доминирующим большинством. Эта часть населения рассматривает Россию как гаранта безопасности своей общины в Казахстане. Москва в своих отношениях с Казахстаном не может игнорировать интересы этой общины ещё и потому, что вопрос о положении российской диаспоры в так называемом ближнем зарубежье играет немаловажную роль во внутриполитической жизни самой России. И, разумеется, казахстанское руководство отдаёт себе отчёт в том, что Москва имеет в лице многомиллионной русской общины очень серьёзный рычаг воздействия на внутриполитическую ситуацию в Казахстане.

Главный вопрос национальной безопасности любой страны - вопрос безопасности и защищённости её границ. Граница Казахстана с Россией является, кстати, самой протяжённой в мире непрерывной границей между двумя странами - 6.032 километра. До настоящего времени эта граница фактически не имеет всех необходимых атрибутов межгосударственной границы: её делимитация и демаркация полностью не завершены, как и не завершён ещё процесс создания на ней разветвлённой таможенной службы.

Граница фактически всё ещё является “прозрачной” и будет оставаться таковой, по-видимому, достаточно долгое время. Отсутствие у обеих сторон необходимых финансовых средств, а также наличие у них огромного количества других, более приоритетных проблем, не дают основания надеяться на её быстрое обустройство.

В 1997 году, в ходе состоявшегося тогда визита в Казахстан директора федеральной пограничной службы России Андрея Николаева, была достигнута договорённость о начале работ по делимитации российско - казахстанской границы. Затем должна быть произведена демаркация, то есть фиксация границы на месте путём установления пограничных столбов и т. д.

Несмотря на её необустроенность, граница де-факто признана обеими сторонами и, как считал недавно скончавшийся известный политолог Умирсерик Касенов, реалии казахстанско - российских отношений таковы, что вопрос о ревизии существующей между ними границы в обозримом будущем не стоит2.

По мнению этого ученого, у казахстанской общественности есть, конечно, исторические и этнодемографические причины для обеспокоенности относительно потенциальной угрозы территориальной целостности республики, ибо в соседней “России есть определённые политические силы, которые постоянно муссируют тему притеснения русских в Казахстане и, якобы, сделанного большевиками территориального подарка казахскому народу. Русским в Северном Казахстане внушается мысль уйти в состав Российской Федерации вместе с землёй”. Однако, по его мнению, любая попытка Москвы подвергнуть ревизии существующую границу с Казахстаном обернулась бы для России непоправимым ущербом. Это имело бы для неё негативные последствия как в смысле потери её влияния в Центральной Азии, так и потери её престижа в мире в целом.

Думается, однако, что последнее обстоятельство не может являться достаточной гарантией безопасности границы Казахстана с Россией. Ведь то, что нынешнее руководство Кремля признаёт эту границу, отнюдь не означает, что новое руководство, которое может прийти к власти в Кремле конституционным или неконституционным путём, не попытается выдвинуть свои претензии на пограничные земли Казахстана.

Уже с первых дней существования независимого Казахстана власти республики осознавали, что защита границы с Россией, равно как и защита всех остальных его столь протяжённых границ, проходящих преимущественно по открытой местности, собственными силами практически невозможна. Следовательно, проблема обороны страны может быть решена только политическими средствами, в частности, путём создания оборонного союза с участием мощной в военном отношении державы.

Именно поэтому руководство республики с самого начала стремилось к сотрудничеству с Москвой в военной сфере. Казахстан был сторонником создания единых Вооружённых сил СНГ после его образования. Однако Москва тогда, по-видимому, придерживалась иной концепции обороны постсоветского пространства. Она взяла курс на создание собственных вооружённых сил в соответствии со своими потребностями в свете новой геополитической обстановки. 1 апреля 1992 года Верховный Совет Российской Федерации выступил с заявлением, в котором недвусмысленно говорилось о том, что защита территориальной целостности и суверенитета вновь созданных государств - прежде всего собственное дело каждого государства.

Вместе с тем Москва понимала, что с распадом СССР безопасность российских границ ставится в зависимость от безопасности границ её партнёров по бывшему Союзу. Поэтому она побеспокоилась о том, чтобы обезопасить свои границы в рамках созданного Содружества на коллективной основе. Буквально в первые же дни после создания СНГ, 30 декабря 1991 года, его участники подписали в Минске соглашение о вооружённых силах и погранвойсках СНГ, а затем, в марте 1992 года, были подписаны соглашения об охране государственных границ и морских экономических зон, статусе погранвойск СНГ, принципах их комплектования, порядке финансирования, решение об объединённом командовании погранвойсками. Однако в результате отсутствия единого подхода к этим соглашениям они практически не работали.

Некоторые страны, в том числе и Казахстан, приступили к созданию собственных погранвойск. Казахстанские погранвойска были образованы указом Президента 18 августа 1992 года. Базой для их создания стали формирования бывшего Восточного пограничного округа КГБ СССР. Созданные погранвойска вошли в состав комитета национальной безопасности республики, а позднее (1997г.) были переподчинены министерству обороны как специальный вид вооружённых сил.

В октябре 1992 года Казахстан, Россия и ещё пять стран Содружества подписали в Бишкеке соглашение о сотрудничестве в деле обеспечения стабильного положения на их внешних границах. Оно предусматривало принятие коллективных мер в случае дестабилизации на каком-либо из участков внешних границ СНГ. В соответствии с этим документом они рассматриваются как общие границы Содружества. Это даёт России право участвовать в обеспечении их охраны.

Президент Н.Назарбаев был решительным сторонником интеграции постсоветских государств и противником разделения вооружённых сил. В последние годы существования СССР в Казахстане была расквартирована 40-я армия, а также часть стратегических вооружённых сил СССР. Казахстанское руководство рассматривало эту армию как гаранта внутренней стабильности и не торопилось с созданием собственной национальной армии. Такая позиция вполне устраивала российских офицеров, служивших в Казахстане.

Сообщение о том, что Россия, а также Украина, собираются создавать собственные армии, было встречено казахстанским руководством с явной обидой. Президент Н. Назарбаев усмотрел в этом элементы не совсем честной игры Москвы в отношении своих партнёров по СНГ. В своём интервью в мае 1992 года он сказал: “Если Россия и Украина создают армию, то давайте создадим армию каждый. А затем вступим в оборонительный союз как нормальные независимые государства. Почему же это надо делать исподтишка?”3 При этом он подчеркнул, что Казахстан ответит на действия Москвы созданием собственной армии.

Президент Н. Назарбаев 7 мая 1992 года подписал указ о создании в республике вооружённых сил. В соответствии с этим указом все воинские подразделения, находившиеся под командованием объединённых Вооружённых Сил СНГ и дислоцированные на территории Казахстана, со всем своим имуществом передавались под юрисдикцию РК и включались в состав вооружённых сил страны.

Следует отметить, что Казахстану досталось богатое наследство советских вооружений. Ведь упоминавшаяся выше 40-я армия считалась одной из самых крупных и боеспособных в Вооружённых Силах СССР. После вывода её из Афганистана она была оснащена новейшей бронетехникой, зенитной и реактивной артиллерией. Её военно-воздушные силы обладали всем спектром истребительной, бомбардировочной, транспортной авиации и вертолётами.

Раздел военного имущества, находившегося на территории РК, между Россией и Казахстаном не был беспроблемным. Казахстанская сторона обвиняла, например, российскую сторону в нарушении достигнутого в Бишкеке в 1992 году соглашения, которое закрепляло за странами СНГ права на военное имущество, прежде принадлежавшее Вооружённым Силам СССР и расположенное на их территории. По утверждениям казахской стороны, Россия систематически вывозила с территории республики оборудование и имущество с космодрома “Байконур”, Семипалатинского, Приозёрского и других полигонов, находившихся на территории Казахстана.

Казахстан искренне стремится к сотрудничеству с Россией в военно-политической области. Он очень зависит от неё не только в вопросах обеспечения безопасности своих границ. Как и другие постсоветские государства, Казахстан не имел никакого опыта военного строительства. Во всех вопросах, связанных с формированием национальных вооружённых сил, подготовкой их кадрового состава, их боевым и материально-техническим оснащением, равно как и во всех других вопросах, он зависел от Москвы.

У Москвы же есть свои собственные причины быть заинтересованной в сотрудничестве с Казахстаном в военно-политической сфере. Партнёрство в этой области, где Россия, вне всякого сомнения, выступает ведущей стороной, даёт ей существенные рычаги влияния на своего соседа. Кроме того, такое партнёрство не только облегчает для Москвы решение проблемы безопасности внешних границ СНГ с юга и юго-востока, в чём она особенно заинтересована, но и укрепляет её политические и стратегические позиции в регионе в целом.

В январе 1993 года Казахстан и Россия подписали соглашение о взаимодействии по пограничным вопросам, практическое значение которого для Казахстана сводилось к возможности получения его пограничными службами помощи со стороны их российских коллег. А в феврале того же года обе стороны в соответствии с положениями Ташкентского Договора стран СНГ о коллективной безопасности от 15 мая 1992 г. приняли решение о создании единого оборонного пространства. По мнению некоторых экспертов, речь фактически шла о создании российских военных баз на территории Казахстана, но руководство страны предпочло не афишировать суть принятого решения.

Большой пакет документов о двустороннем сотрудничестве в военной сфере между Россией и Казахстаном был подписан 28 марта 1994 года. Главным из них является Договор о военном сотрудничестве, в соответствии с которым были подписаны соглашения о военно-техническом сотрудничестве, о стратегических ядерных силах, временно расположенных на территории Казахстана, о взаимных поставках специального имущества, материальных средств, об оказании услуг военного назначения и расчётах за эти виды военно-технического сотрудничества. Было подписано также Соглашение по демонтажу ядерного устройства, заложенного на Семипалатинском ядерном полигоне до его закрытия.

В соответствии с Договором о военном сотрудничестве обе стороны признали, что “в случае возникновения ситуации, угрожающей безопасности, независимости или территориальной целостности одной из сторон, Республика Казахстан и Российская Федерация безотлагательно проводят консультации и предпринимают конкретные действия по оказанию друг другу необходимой помощи, включая военную, в соответствии с международным правом, двусторонним Договором о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи от 25 мая 1992 г. и Договором о коллективной безопасности от 15 мая 1992 г.”

Особого внимания заслуживает вопрос о позиции обеих стран в отношении ядерных вооружений, доставшихся Казахстану “по наследству” после распада СССР. Эта проблема в своё время (1992) приковала внимание со стороны стран мирового сообщества к Казахстану, ибо формально он оказался ядерной державой с достаточно крупным потенциалом, превышавшим ядерный потенциал таких стран, как Англия или Франция. Действительно, Казахстан стал обладателем 104 ракет СС-18, каждая из которых имела по 10 ядерных боеголовок. В дополнение к этому, здесь базировались 40 стратегических бомбардировщиков ТУ-95 МС с размещёнными на них 240 единицами ядерного оружия4.

Казахстан пытался использовать сложившуюся ситуацию и разыграть ядерную карту. В качестве аргументов в защиту необходимости сохранения ядерного оружия на территории республики руководство страны и средства массовой информации отмечали то, что страна не приобретала оружие массового поражения, а получила его в результате сложившихся событий, связанных с распадом СССР. Кроме того, использовался такой аргумент, как геополитическое положение Казахстана, “зажатого” между двумя державами - гигантами, Россией и Китаем, каждая из которых к тому времени уже обладала ядерным оружием. Утверждалось также, что республика нуждается в этом оружии для обеспечения своей безопасности. “Мы сегодня не можем сказать о том, что произойдёт в ближайшем будущем с Содружеством Независимых Государств, - говорил президент Н.Назарбаев, - У нас до сих пор нет нормального двустороннего договора с Россией. В то же время в непосредственной близости от Казахстана Китай испытывает свои ядерные вооружения. Мы готовы продвигаться в сторону полного уничтожения ядерных боеголовок на нашей территории. Однако мы хотим стать полноправными участниками переговорного процесса”5.

Казахстанское руководство хорошо понимало, что само наличие ядерного оружия на территории страны автоматически повышает её статус на международной арене как члена очень узкого круга государств “ядерного клуба”, наиболее влиятельных в современном мире. Особое значение имело тогда также и то обстоятельство, что Казахстан формально становился первым исламским государством, обладающим ядерным оружием. Это автоматически повышало его вес и в исламском мире, где мечта об “исламской бомбе” давно уже не давала покоя многим политикам. В прессе в то время появились сообщения о том, что Казахстан получал “интересные предложения”, связанные с ядерным оружием, от некоторых исламских государств.

Этот факт позднее был признан министром иностранных дел Казахстана Касымжомартом Токаевым. “Теперь, пожалуй, можно раскрыть, что в самом начале 1992 года наш Президент стал получать письма из некоторых стран с тёплым климатом с предложениями сохранить ядерное оружие. Предлагалось финансирование его содержания и налаживания систем управления”6.

В руководстве Казахстана не торопились с принятием окончательного решения по ядерным вооружениям. Здесь, конечно, сознавали, что обладая ядерным оружием, Казахстан, помимо всего прочего, однозначно становился бы державой номер один в регионе. С другой стороны, отказ от подписания им договора о нераспространении ядерного оружия, а также договора СНВ-1 и других документов, лимитирующих ядерные вооружения, автоматически должен был повлечь за собой изоляцию страны не только от России, но и всего цивилизованного мира.

Россия явно опасалась подобного развития событий. Она стремилась не допустить расползания ядерного оружия, и в этом её интересы совпадали с интересами других ядерных держав. Москва также стремилась к тому, чтобы сохранить свой контроль над всем ядерным наследием бывшего СССР. Именно поэтому она оказывала сильный политический нажим на Казахстан с тем, чтобы заставить его (равно как и Украину) отказаться от обладания ядерным оружием и согласиться с безъядерным статусом, получив взамен необходимые гарантии безопасности от ядерных держав.

В январе 1992 года Москва выступила с предложением о поэтапном уничтожении ядерного оружия. Но руководство республики, поддерживая в самых общих выражениях высказанные Москвой идеи, попыталось уйти от ответа на них по существу.

Однако давление на Казахстан со стороны России, США и других стран нарастало, и президент Н.Назарбаев, не желая портить отношения с Западом, и прежде всего, с Вашингтоном, согласился подписать Договор о нераспространении ядерного оружия (1968г.) в качестве неядерного государства. А затем Казахстан согласился присоединиться к пересмотренному варианту договора о сокращении стратегических ядерных вооружений и избавиться от ядерного оружия в течение семи лет, потребовав гарантий своей безопасности у президента США.

Когда же цель Москвы (и Вашингтона тоже) - отказ Казахстана от ядерного оружия - уже была достигнута, российский и американский президенты, Б.Ельцин и Дж. Буш, о Казахстане просто забыли. Они подписали новый договор о стратегических вооружениях - СНВ-2 (3 января 1993 г.), не пригласив Казахстан к переговорному процессу. Комментируя ситуацию, один из высокопоставленных чиновников Казахстана заявил, что его страна “не делегировала России права действовать от её имени.” Как отмечает в своей статье “Россия и Центральная Азия” профессор А.М.Васильев, “большие и малые бестактности Москвы ускоряли бракоразводный процесс России с самой близкой ей центральноазиатской страной”.

В соответствии с подписанным 28 марта 1994 г. соглашением о стратегических ядерных силах, размещённых на территории Казахстана, последние получили статус российских воинских формирований, размещённых в Казахстане на временной основе. Было также определено, что до полной ликвидации этих ядерных вооружений или их вывода на территорию России, решение о необходимости их применения принимается президентом России по согласованию с президентом Казахстана. В конце апреля 1995 г. с территории Казахстана были вывезены последние ядерные боеголовки. Таким образом завершился непродолжительный, но весьма беспокойный период в истории независимого Казахстана.

Оценивая ретроспективно этот “ядерный” период в истории современного Казахстана, нельзя не прийти к выводу о том, что, разыгрывая ядерную карту, Казахстан едва ли надеялся стать полноправным членом ядерного клуба. Президент Н.Назарбаев, конечно же, понимал, что Казахстан лишь формально стал обладателем такого оружия, ибо управление этим оружием и вся необходимая для его обслуживания инфраструктура находились в руках Москвы. Никаких реальных технологических, экономических и иных возможностей стать ядерной державой у Казахстана тогда не было. Но, как дальновидный политик, президент Н.Назарбаев попытался извлечь все возможные политические выгоды из сложившейся ситуации. И эта попытка не была безуспешной.

Среди прочих договорённостей, достигнутых между Казахстаном и Россией в военной сфере, было решение о согласованной политике в области совместных разработок, производстве ремонта и поставки вооружений, военной техники, материально-технических средств. Была достигнута также договоренность о том, что поставки и услуги осуществляются на беспошлинной основе по ценам, применяемым каждой из сторон для собственных нужд.

Надо отметить, что вопросы финансового обслуживания достигнутых договорённостей и соглашений нередко являлись причиной срыва выполнения ранее принятых решений. Так, подписанное в 1994 году правительствами двух стран соглашение о военно-техническом сотрудничестве не было выполнено, так как, вопреки ранее достигнутым договорённостям, Россия потребовала проведения взаиморасчетов по мировым ценам, что оказалось невыполнимым условием для казахстанской стороны. Для Казахстана оказалось обременительным также и требование России о платном обучении казахстанцев в её учебных заведениях.

В 1995 г. президенты двух стран подписали Декларацию о расширении и углублении двустороннего сотрудничества. В ней, в частности, было записано: “Президенты высказываются за активное участие их стран в формировании системы коллективной безопасности Содружества Независимых Государств на основе Договора о коллективной безопасности от 15 мая 1992 г"7. Стороны подтвердили, что двусторонний военный договор (1994г.) является основой их взаимодействия в рамках общего военно-стратегического пространства по обеспечению их военной, в том числе и ядерной безопасности. Они также договорились о том, что Казахстан и Россия будут в дальнейшем исходить из принципов взаимного использования сторонами объектов и сооружений военного назначения, размещённых на территории обеих стран, в интересах обеспечения взаимной безопасности. С этой же целью предполагалось приступить начиная с 1995 г. к формированию Объединённых Вооружённых Сил на принципах совместного планирования подготовки и применения войск, обеспечение их вооружением и военной техникой. Предполагались также кооперирование военного производства и стандартизация вооружёний.

В соответствии с достигнутыми договорённостями соединения и части сухопутных войск обоих государств успешно провели в 1996-98 годах совместные оперативно-тактические учения. С 1 мая 1996 года войска ПВО обеих стран несут совместное боевое дежурство в рамках объединённой системы противовоздушной обороны стран СНГ. Примером интеграции России и Казахстана в военной сфере являются также их совместные стратегические командно-штабные учения, которые были проведены близ Алматы в июле 1998 года (“Достык-98”). На российском полигоне Ашулук в сентябре 1998 г. были организованы совместные тактические учения с боевыми стрельбами войск ПВО. Обе стороны сотрудничают также в подготовке военных кадров. Осенью 1998 г. в учебных заведениях министерства обороны РФ обучалось более тысячи казахстанских курсантов военных училищ и 116 слушателей военных академий.

Вместе с упомянутой Декларацией были подписаны соглашения об использовании и аренды Россией четырёх военных полигонов на территории Казахстана. Особо следует упомянуть эпопею с арендой космодрома Байконур. Спор о правах сторон на этот уникальный технический комплекс, а также об условиях его аренды занял значительное место в отношениях двух стран. Первое соглашение между сторонами по Байконуру было подписано ещё 25 мая 1992 года, и статья 2 этого документа свидетельствует о том, что “Объекты космодрома Байконур, расположенные на территории Республики Казахстан, являются её собственностью”. В марте 1994 г. было достигнуто российско-казахстанское соглашение об аренде Россией этого космодрома сроком на 20 лет. Стоимость аренды - 115 миллионов долларов в год. Впоследствии стороны неоднократно возвращались к вопросам, связанным с условиями аренды и размерами арендной платы, что свидетельствует о наличии у них определённых разногласий по этой проблеме.

Подписанные в 1995 г. Декларация и соглашения не оставляли сомнений в серьёзности намерений России и Казахстана развивать и углублять двустороннюю интеграцию в военно-политической области. И эта тенденция безусловно является доминирующей, несмотря на объективно существующие несовпадения национальных интересов сторон в некоторых аспектах военного сотрудничества.

Интеграционные "страдания" и проблемы экономического сотрудничества

Президент Назарбаев приобрёл известность как стойкий сторонник реинтеграции постсоветского пространства на новой, демократической основе. Ведь ещё до распада СССР он выступал защитником идеи сохранения Союза. Интересно напомнить, что именно Назарбаев вместе с Председателем Верховного Совета Белоруссии Николаем Дементеем ещё в начале 1991 года, до ново-огаревского процесса, выступили с инициативой создать на базе СССР новую федерацию - союз независимых советских республик, в которую тогда предварительно согласились войти четыре участника: Россия, Украина, Белоруссия, Казахстан (так называемый “союз четырёх”, несколько позже к этому союзу согласился присоединиться и Узбекистан). Предполагалось, что в дальнейшем в эту федерацию могли бы войти и другие советские республики. Однако данный договор не был подписан.

Казахстан не был участником встречи в Беловежской Пуще в декабре 1991 года, на которой был распущен СССР. Известно, что президент Назарбаев был противником этого шага, вследствие чего приобрёл себе немало врагов в рядах той части постсоветской политической элиты в Москве, которая была причастна к роспуску союзного государства. Более того, не уведомив своевременно Назарбаева, впрочем, как и всех других руководителей неславянских советских республик, о своих планах по роспуску Союза, российский президент Ельцин нанёс глубокую обиду своим коллегам на периферии бывшего СССР, что могло иметь самые тяжёлые политические последствия.

Ведь уже через несколько дней после совещания в Беловежье в Ашхабаде собрались оскорблённые лидеры советских республик Центральной Азии, на которой они были готовы объявить о создании собственного союза мусульманских республик. Именно благодаря политической дальновидности президента Назарбаева, сумевшего убедить своих центральноазиатских коллег не делать этого, развитие событий не пошло тогда по чреватому опасной славянско-мусульманской конфронтацией варианту.

Развал СССР и последовавший за этим разрыв хозяйственных связей привёл и к таким крайне негативным социально-экономическим последствиям, как падение промышленного и сельскохозяйственного производства, массовое закрытие предприятий, снижение реальных доходов рабочих и служащих и, как следствие, падение жизненного уровня населения во всех без исключения постсоветских государствах. Пример Казахстана в этом плане очень показателен. В 1991 году на долю советских республик приходилось 89,5% всего казахстанского экспорта и 92,8% импорта. Разрыв столь тесных экономических связей имел для республики весьма тяжёлые последствия. Достаточно сказать, что валовой внутренний продукт в республике в 1993 году составлял менее двух третей от уровня 1989 года.

Тяжёлый кризис стал дополнительным стимулом для выработки новой концепции интеграции, и весной 1994 года президент Назарбаев выступил с инициативой экономической реинтеграции постсоветского пространства на конфедеративной основе и создания нового типа объединения - Евразийского Союза (ЕАС) с формированием в нём некоторых наднациональных органов управления. В качестве модели для создания такой межгосударственной интеграции он предложил выбрать Европейский Союз.

Однако не только разрыв хозяйственных связей с Россией и тяжёлая социально-экономическая ситуация в стране стимулировали появление идеи создания ЕАС. Президент Назарбаев пытался таким образом решить ещё одну чрезвычайно важную проблему, от которой зависит обеспечение внутренней безопасности страны. Речь идёт о проблеме межнациональных отношений. После обретения Казахстаном независимости в стране начался процесс перехода власти на государственном и местном уровнях в руки этнонациональной казахской элиты.

Славянское население Казахстана было серьёзно озабочено тем, что в проекте новой Конституции Казахстана содержался пункт, который гласил, что Казахстан является национальным государством казахов. Ситуация для русских и других славян ухудшилась. Незнание государственного (казахского) языка для многих становилось препятствием для продвижения по работе. Ухудшение общей ситуации в стране подталкивало многих русских и русскоязычных эмигрировать из Казахстана. Сотни тысяч человек покинули страну в первые годы независимости. Казахстан стал терять квалифицированные кадры, которых некем было заменить. Это явилось дополнительным фактором дезорганизации хозяйственной жизни и ухудшения экономической ситуации в стране.

Большую озабоченность у властей Казахстана вызывали начавшиеся выступления казаков, которые проживали на территории Казахстана ещё с царских времён. Первым серьёзным противостоянием казаков и властей стало проведение в сентябре 1991 года в Уральске празднования 400-летия Уральского казачества, на которое съехались представители многих казачьих объединений России. На этом форуме звучали откровенно антиказахские выступления.

Во многих районах республики казаки выступали с требованиями пересмотра границ, автономии районов, где преобладает русское население, и т.д. В центре Восточного Казахстана городе Усть-Каменогорске 15 тысяч казаков выступили с требованием предоставить русскому языку статус государственного языка наравне с казахским. За этим событием последовали массовые выступления славян в ряде других районов страны. Одним из требований в этих выступлениях было предоставление русским гражданам республики двойного гражданства, казахстанского и российского, против чего решительно возражал президент Н.Назарбаев.

5 марта 1995 года представители многих казачьих организаций пикетировали здание посольства Казахстана в Москве, чтобы вручить ноту протеста против антирусской, с их точки зрения, политики казахстанских властей. Президент Назарбаев понимал всю опасность ситуации межэтнического противостояния в Казахстане. Он видел в плане создания ЕАС возможность также решить и “славянскую” проблему Казахстана.

Идея Н.Назарбаева о создании федерации или конфедерации ЕАС была встречена в России в целом достаточно настороженно. Новая политическая элита в Москве склонна была смотреть на свои отношения с ближним зарубежьем, в частности и с Казахстаном, прежде всего через призму экономической выгоды. Среди многих российских политиков и экономистов, поддерживающих реформы, распространено мнение, что отношения с бывшими советскими республиками обременительны для России и нецелесообразны с экономической точки зрения.

Но все среди российских политиков были и такие, которые поддерживали создания ЕАС. Среди них - председатель Совета Федерации В.Шумейко, его заместитель Р.Абдулатипов, бывший глава советского правительства Н.Рыжков, лидер партии Российского единства и согласия (ПРЕС) С.Шахрай.

Президент Ельцин с самого начала занял негативную позицию по отношению к плану Назарбаева, однако прикрывал это словесным камуфляжем. Понимая, что открытое неприятие идеи Назарбаева может вызвать негативную реакцию не только в Казахстане, но и в тех широких слоях российской общественности, которые испытывают ностальгию по бывшему СССР, Кремль решил “утопить” идею создания ЕАС в затяжных и бесплодных дискуссиях.

Среди аргументов, выдвигавшихся в России против принятия плана Назарбаева, были и такие, как политическая нестабильность в ряде регионов Центральной Азии и Кавказа, наличие опасных конфликтных ситуаций на этнической и религиозной почве, которые впоследствии легко могут быть распространены и на Россию.

Часть российских демократов, сторонников реформ, опасалась, что реинтеграция с “ближним зарубежьем” усилит позиции тех политических сил в России, которые выступают против реформ. Они считали, что партнёрами Москвы по интеграции станут прежде всего те страны, правящая элита которых не торопится ни с экономическими преобразованиями, ни с демократизацией общественной жизни в своих странах (Казахстан, конечно же, причисляли к числу этих стран). По их мнению, интеграция с такими странами может привести к созданию союза российских и нероссийских антиреформистских сил, что лишь усилит их общие позиции, в результате чего в России у власти могут оказаться сторонники установления тоталитарного режима.

Будучи приверженцем идеи интеграции, Казахстан подписал множество экономических соглашений с другими постсоветскими странами. Однако отсутствие под большинством документов подписей всех стран СНГ повлекло за собой ситуацию, когда большинство принятых решений не выполнялось. На практике они оказались лишь декларациями о намерениях.

Казахстан не торопился с введением собственной национальной валюты. Он, как и соседний Узбекистан, хотел оставаться в рублёвой зоне. Как известно, в сентябре 1993 года Россия, Казахстан, Узбекистан, а также три другие бывшие республики СССР подписали соглашение о создании общего валютно-финансового пространства. Москва выдвинула условие, чтобы Казахстан, Узбекистан и другие страны-участницы передали России свои национальные золотые запасы в обмен на новые российские денежные знаки образца 1993 года. Последовали взаимные упрёки. Казахстан счёл требования Москвы неприемлемыми для себя и ввёл (одновременно с Узбекистаном) собственную национальную валюту.

Лишь в октябре 1994 года на встрече лидеров стран СНГ было принято решение учредить Международный экономический комитет Содружества, то есть именно такой орган, который президент Назарбаев предлагал создать ещё осенью 1992 года. Одновременно предполагалось учредить платёжный союз, открывались перспективы создания зон свободной торговли между странами. Однако, к сожалению, реального позитивного сдвига в экономических отношениях между странами СНГ не произошло. Россия не торопилась с ратификацией и претворением в жизнь этих весьма важных интеграционных документов. Не проявляли должной настойчивости в их реализации и другие страны-участницы.

Казахстан начал делать ставку на расширение сотрудничества с другими странами, прежде всего с государствами дальнего зарубежья. Особое внимание уделялось привлечению в Казахстан зарубежных инвестиций. Прямые зарубежные инвестиции стали быстро расти (со 100 млн. долл. - в1992 году до 930 млн. долл. - в 1996 г). По этому показателю, а также по объёму иностранных инвестиций на душу населения Казахстан значительно обогнал своих соседей. Доля России во внешней торговле Казахстана, особенно в импорте, значительно уменьшилась (с 48,9% - в 1992 году до 31,5% - в 1994 году). В экспорте Казахстана удельный вес России был относительно стабильным и составлял в 1992 - 1996 г.г. от 42,0% до 46,6%. Россия по-прежнему оставалась главным торговым партнёром Казахстана. Главные статьи экспорта из Казахстана в Россию - это сырьё и материалы нефтяной и нефтехимической промышленности, чёрной и цветной металлургии. В частности, Россия потребляет значительную часть продаваемой Казахстаном меди и изделий из неё.

Характерным является тот факт, что удельный вес поставок за свободно конвертируемую валюту между двумя странами не очень велик (в 1994 году он составил всего около 6,5%, остальное - это бартер и другие формы расчёта). Это объясняется тем, что и Россия, и Казахстан испытывают острую нехватку валюты, что негативным образом сказывается на двусторонней торговле. Бартерные сделки, как правило, не обеспечивают эквивалентного обмена. По мнению казахстанских учёных, в результате таких сделок в России в 90-х годах ежегодно оседало 200-300 млн. долл., принадлежащих казахстанским товаропроизводителям.

В 1995 году Казахстан вступил в Таможенный союз с Россией и Белоруссией. Позже к ним присоединился и Кыргызстан. Было создано единое таможенное пространство, что немедленно сказалось на товарообмене между Казахстаном и Россией. После нескольких лет падения импорта из России последний резко возрос с 1,1 млрд.долл. в 1994 году до 2,34млрд.долл. - в 1996 г., то есть более чем вдвое. В итоге доля России в казахстанском импорте выросла с 32% - в 1994 г. до 55% - в 1996 году. Естественно, доля других стран и, в частности, стран Запада снизилась. Однако уже в 1997 году удельный вес России в торговле Казахстана снова упал (в экспорте - до 33,9%; в импорте - до 46%)8.

Некоторые российские специалисты обвиняют Казахстан в том, что он стремится использовать все выгоды, которые предоставляет членство в Таможенном союзе, в корыстных целях. Так, в нарушение условий единой таможенной территории, Казахстан в апреле 1996 года снизил импортные тарифы на широкий перечень товаров, в частности, на автомобили, мебель, промышленное и сельскохозяйственное оборудование. Это должно было привести к расширению торговли с дальним зарубежьем, но больно ударило по России. Россия негативно отреагировала и на то, что в 1997 году Казахстан в одностороннем порядке перешёл на новый порядок взимания налога на добавленную стоимость с импорта, увеличив косвенное налогообложение в два раза. Эта мера автоматически увеличила цены на российские товары примерно на 13-15 процентов, сделав их просто неконкурентноспособными.

По многим позициям взаимная торговля пошла на убыль. В первом полугодии 1997 года экспорт чёрных металлов из Казахстана в Россию уменьшился на 52%; ферросплавов - на 57%; рафинированной меди - на86%. Более чем в два раза сократился экспорт свинца, в пять раз - хлопка.

Финансовый кризис в России, разразившийся в августе 1998 года, ударил рикошетом и по Казахстану, экономика которого и сейчас всё ещё очень тесно связана с российской. Резкое падение курса рубля по отношению к доллару привело к тому, что многие товары в России оказались дешевле своих аналогов в Казахстане. И начался широкий поток российских товаров, включая продовольствие, в приграничные области Казахстана. По официальным данным, доля России в товарообороте с Восточно-Казахстанской, Северо-Казахстанской, Западно-Казахстанской и Павлодарской областями составляет от 37% до 76%.

Чтобы защитить собственных товаропроизводителей, Казахстан в начале 1999 года ввёл ограничения сроком на полгода на ввоз основных продовольственных товаров из Российской Федерации. Это не могло не вызвать негативной реакции Москвы, ибо как писали “Известия” (12 января 1999 г.), экспорт в страны СНГ для многих российских производителей - это сейчас последний шанс на выживание.

Конечно, как отметили в Государственном таможенном комитете РФ, соглашения о Таможенном союзе допускают временные ограничения в торговле, и действия Астаны не выходят за рамки подписанных соглашений. Однако, при анализе развития торговых отношений между Россией и Казахстаном в последние годы нельзя незаметить, что руководство Казахстана в своей повседневной торговой политике руководствуется не столько положениями Таможенного союза, сколько соображениями практической целесообразности, отодвигая, видимо, реализацию заложенных в этом союзе идей до лучших времён, до выхода стран-участниц союза из кризиса.

В декабре 1998 года в Астане с рабочим визитом побывал премьер-министр России Евгений Примаков. В ходе состоявшихся бесед было подчёркнуто, что, несмотря на имеющиеся трудности, в целом экономическое сотрудничество между двумя странами продолжает развиваться в позитивном направлении. Во время этого визита были подписаны такие важные для обеих сторон документы, как протоколы о сотрудничестве и развитии топливно-энергетических комплексов и о сотрудничестве в области электроэнергии, а также многие другие документы. По словам президента Назарбаева, они должны привести к “взрывному росту торговли между двумя странами.” Речь идёт прежде всего об увеличении квот транспортировки нефти через территорию России, о решении проблемы взаимных поставок газа и электроэнергии. Предполагается, что сибирский газ будет поступать в Астану, а в некоторые районы России будет доставляться газ из Карачаганака. Стороны договорились также, в частности, о том, что дешёвая экибастузская энергия будет поставляться в соседние Омскую область и Алтайский край, а Россия будет направлять свою энергию в западные районы Казахстана.

Образование независимого Казахстана приблизительно совпало по времени с обнаружением в районе Каспийского моря и на территории прибрежных стран огромных по своим масштабам запасов нефти и газа, соизмеримых, как предполагают, с запасами региона Персидского залива. По предварительным данным, наибольшие запасы энергетического сырья имеются на территории Казахстана. Вполне естественно, что руководство республики стало уделять большое внимание проблемам исследования и разработки недавно раскрытых месторождений.

При этом решение практически всех проблем, связанных с исследованием, разработкой, транспортировкой и реализацией нефтяных богатств, зависело в значительной степени от возможности достижения договоренностей и сотрудничества с Москвой. Началась целая эпопея в отношениях двух стран по решению нефтегазовых проблем. Достижение договоренностей по этим сложным проблемам требовало от обеих сторон серьёзных дипломатических усилий. Однако в большинстве случаев удавалось прийти к компромиссу и находить взаимоприемлемые решения9.

Достижение в последнее время компромиссов по проблемам раздела богатств Каспия и всему комплексу нефтегазовых проблем свидетельствует о высокой степени заинтересованности Казахстана и России в развитии нормальных добрососедских отношений. Ещё одним убедительным доказательством этого являются результаты визита российского президента в Казахстан 12 октября 1998 года. В ходе этого визита были подписаны Договор об экономическом сотрудничестве двух стран на 1998-2007 годы и Протокол о делимитации государственной границы между Казахстаном и Россией, а также другие документы.

(Продолжение следует).


1. Н.Назарбаев. Стратегия становления и развития Казахстана как суверенного государства. -Приложение к газете “Казахстанская правда”. 1992. 16 мая, стр. 12.
2. У.Касенов.Национальная безопасность Республики Казахстан: ”окна уязвимости”. -“Деловая неделя”. 1998. 11 сентября.
3. “Казахстанская правда”. 1992. 14 мая.
4. Л. Бакаев. Военное сотрудничество России и Казахстана: состояние, проблемы и перспективы. В сб.- Казахстан и мировое сообщество. Алматы. 1995. № 2, стр.48.
5. “Казахстанская правда”. 1992. 29 апреля.
6. К.Токаев. Внешняя политика: время размышлений, время действий. В сб. -Казахстан  и мировое сообщество.- Алматы. 1995. № 2, стр.3.
7. Л. Бакаев.Цит. соч., стр.51.
8. EIU, Country Profile. Kazakhstan. 1999-2000,  pp. 47-48.
9. Более подробно об этом см. :В.Бабак. Нефть Каспия в отношениях Казахстана с Россией. - ”Центральная Азия и Кавказ”. 1999. № 1, стр. 120-132.


SCImago Journal & Country Rank
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL