РЕСПУБЛИКА КАЗАХСТАН КАК ПОЛИТИЧЕСКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ: ПЕРСПЕКТИВЫ ДЕМОКРАТИИ

Лаик БАЙДЕЛЬДИНОВ


Лаик Байдельдинов, доктор философских наук, профессор Казахского государственного университета им. аль-Фараби


Слово "демократия" — самое популярное в современной политической лексике. Демократические декларации содержатся в основополагающих государственных документах, в программных заявлениях политических партий, в выступлениях и личных заверениях лидеров. Можно считать, что вербальное освоение демократии, широкое использование этого термина присущи политической жизни основных государственных режимов современности, а все нынешние политики — "демократы": к чудодейственной силе этого слова они постоянно прибегают в общении с массами и в формировании собственного имиджа.

Идеологический шум вокруг понятия демократии далеко не случаен. Когда всеобщее избирательное право признано как способ легитимации государственной власти, свобод и прав граждан, как фундаментальная основа социальной жизни, демократические структуры становятся единственно возможными, причем альтернативы им нет. И поэтому в настоящее время уровень политической цивилизованности государства измеряется его демократичностью.

Конечно, демократизм государства не определяется тем, насколько распространено в нем слово "демократия". Между декларациями и словесным признанием ценности демократических институтов, необходимостью устройства жизни граждан соответственно принципам демократии и формированием реально функционирующего, полнокровного общества имеется известная дистанция. Почти такая же, как, например, между словом и делом. Но, как говорится, в начале было слово.

В начале 1996 года, оценивая перспективы демократии в казахстанском обществе, президент республики Н. Назарбаев отметил: "В настоящее время мы не можем характеризовать Казахстан как демократическое или авторитарное государство по западным меркам. И для того и для другого нет достаточных социальных, политических, институциональных и иных оснований. Но никто не может оспаривать демократический вектор наших преобразований. Устойчивая демократия требует развитой частной собственности, гражданского общества в сочетании с устойчивыми традициями парламентаризма. Мы можем сказать, что все эти слагаемые в Казахстане находятся в стадии становления. При этом государство взяло на себя функцию их развития"1.

С тех пор сделаны достаточно системные и последовательные шаги по реализации демократического вектора нашего развития. Проведены досрочные альтернативные выборы президента, на которых Н. Назарбаев победил с большим отрывом от конкурентов, что придало необходимую легитимную основу его властной деятельности. По инициативе президента принят новый закон о выборах, благодаря которому политические партии получили правовую возможность не только широко участвовать в избирательной кампании, но и по партийному списку проводить своих кандидатов в Мажилис (парламент) и создавать в нем свои фракции. Утвержден ряд законодательных актов, направленных на дальнейшее разгосударствление собственности, развитие среднего и малого бизнеса. Благодаря этим акциям демократия стала приобретать не декларативные, а реальные экономические, социальные, правовые основания и становится существенным компонентом нашего образа жизни.

Безальтернативность, абсолютная необходимость демократической формы правления в современных условиях достаточно очевидны, и об этом имеется весьма обширная литература. Хотелось бы подчеркнуть особую социальную ценность демократии: она обеспечивает более полное участие населения в решении коренных вопросов его жизни; легко усваивается гражданами как форма и способ их политической самодеятельности; содержит в себе необходимые социальные, экономические, организационные, правовые, информационные, общекультурные условия для активизации субъектов политических отношений; создает обстановку открытости и легальности политической деятельности, повышая ее публичность и насыщенность реальными интересами граждан; легко впитывает политические новации, восприимчива к изменениям в социально-политической обстановке. Кроме того, демократия — глубоко эшелонированная политическая система, создающая широкое поле для маневра; для нее характерно разнообразие сил, средств, методов политического воздействия, обеспечивающих политическую стабильность; демократическая культура содействует выработке компромиссных решений, торжеству консенсуса, она сглаживает, гармонизирует социально-политическую обстановку.

По этим и другим причинам демократия приобретает универсальные основания и в современном мире становится геополитической реальностью. Но, критически оценивая политическую реальность в суверенном Казахстане, мы видим, что социально-политическая жизнь страны пока не в полной мере укладывается в рамки общетеоретических представлений о демократии. И самая уязвимая ее сторона заключается в том, что еще слабо представлен такой существенный компонент демократического устройства жизни, как гражданское общество, без которого не может сложиться и развиваться демократия как образ жизни граждан, как способ их политического самовыражения и деятельности.

Слабость нашего гражданского общества осознают и политики, и политологи-аналитики. В научной литературе и политической публицистике обосновывается его необходимость и ценность. Но нам представляется, что пока еще мало внимания уделяется исследованию генетических основ такого общества, не в должной мере разрабатываются проблемы его возникновения и развития. Так как проблематика гражданского общества становится полем борьбы оппозиции с государственной властью, то оппозиция, стремясь захватить выгодное в морально-политическом отношении положение, создает аффектации по поводу нарушений прав и свобод граждан в РК. Эти выступления, активно содействующие формированию общественного мнения, носят популистский характер, однако не рассматривают глубинных социальных, экономических оснований гражданского общества.

Недостаточная развитость гражданского общества у нас определяется рядом факторов. Республика недавно вышла из тоталитарного состояния, где гражданская активность была практически под фундаментальным политическим и идеологическим прессом монопольно господствовавшей партократии — элиты КПСС. В сфере политики активность граждан не обладала организационными, идеологическими возможностями самопроявления. Она направлялась и использовалась руководством КПСС для "укрепления" политической системы и обеспечения так называемого "морально-политического единства" советского общества. Существовавший под патронажем партии и государства советский гражданин, убаюканный коммунистической идеологией, оказался не способным активно защищать систему: в условиях того режима он потерял качества инициативного, самостоятельного, осознающего свои интересы субъекта политической жизни. Именно режим привил ему политическую пассивность, так как все основные политические вопросы решало руководство КПСС, узурпировавшее государственную власть.

Следует отметить, что общество еще недостаточно структурировано и зарождающиеся политические тенденции не имеют своего субъективного носителя. Политические партии слабы, у них нет прочной социальной базы, их действия в основном определяются личными амбициями лидеров, претендующих на роли ведущих актеров в социальной драме, содержание которой проясняется лишь в контурах.

Но самое главное в том, что не сформировался реальный субъект гражданского общества. Другими словами, нет личности, обладающей инициативой и достаточной экономической самостоятельностью, осознавшей свои гражданские, политические, социальные права, способной активно защищать свои интересы на конституционно-правовой основе.

Хотя проблемы гражданского общества в научной литературе освещены достаточно, нам представляется, что личностный аспект такого общества изучен еще не в полной мере. Именно исследование этой проблемы позволит выявить глубинную генетическую основу гражданского общества и от общедекларативных заявлений о его необходимости перейти к определению реальных оснований формирования и функционирования такого общества.

Формирование гражданского общества — структурного элемента социальности и государства — приобрело чрезвычайную актуальность в нашей стране, так как, по оценкам политологов-аналитиков, без гражданского общества невозможна демократия и все демократические устремления остаются пустой декларацией, политическими намерениями, у которых нет реальной основы.

Хотя в принципе такая постановка вопроса верна, но она не выражает генетических, сущностных основ гражданского общества, самоценности и необходимости развития современной демократии.

Гражданское общество можно назвать обществом свободных людей, которые, вступив в определенные ассоциативные отношения, способны самостоятельно, на основе собственной активности решать свои жизненно важные проблемы. Но при этом они не преступают законов государства и берегут основные социокультурные ценности. Их деятельность не деструктивна, она эгоистична в меру, так как не нарушает правовых и нравственных норм.

Для выяснения сущности такого общества необходимо рассмотреть генетические основы, определить, в какой социально-экономической ситуации, благодаря каким социокультурным изменениям стали формироваться его структуры.

На наш взгляд, стремление определять гражданское общество как совокупность социальных и духовных сфер, оказывающих влияние на экономическое развитие и политику, не выявляет его генетических основ.

В истории политической мысли существует довольно основательная традиция, связывающая гражданское общество с развитием рыночных отношений. Именно рынок как фундамент социальной жизни, возникший в тот период, когда человечество перешло от собирательной деятельности к производительному труду, создающему товар — социальную ценность, сформировал товаровладельца. Под товаровладельцем мы понимаем не только хозяина орудий, средств производства, выпущенной продукции, но и владельца такого товара, как рабочая сила. Именно товаровладелец — социальный агент, стержень и детище гражданского общества, ибо оно создает наиболее благоприятные условия для функционирования рынка и рыночных отношений в цивилизованных, гуманистических рамках.

Дело в том, что система ведет к всесторонней коммерциализации жизнедеятельности человека, создает мощный экономический стимул для его активной деятельности. В этом собственно и заключается мощь и социально-экономическая значимость рынка. Но, как показывает опыт, всеобщая коммерциализация жизнедеятельности человека имеет достаточно очевидные негативные аспекты, связанные с эгоизацией коммерческого интереса, в результате чего агент социальной жизни номинирует реальность искаженно. В новой мозаике все коммерциализировано и реальную жизнь, ее основные социальные ценности, мораль товаровладелец воспринимает искаженно, из его сознания вытравляются основные гуманистические устои социальной жизни.

Государственная власть, ее властные средства, нормативные возможности, хотя они и выполняют важную социальную функцию в качестве регуляторов, могут погубить творческую инициативу товаровладельцев, их активность и стремление к ухищренной деятельности. Поэтому ответственность за гуманизацию рынка ложится на самого агента социальной жизни и на созданные им структуры гражданского общества, которое в этом плане — величайшая социальная, гуманистическая ценность.

При распределительной, командно-административной системе структуры гражданского общества (различные самодеятельные ассоциативные организации граждан) неизбежно вырождались, так как не было свободного, инициативного, обладающего товарной ценностью агента социальной жизни.

Формирование гражданского общества — важнейшая сторона современного социально-политического развития республики, и основное внимание мы уделяем правовым аспектам институционализации структур этого общества. Дискуссии большей частью сосредоточены на внешней стороне, на проявлениях, а не на анализе глубинных оснований.

Суть в том, что в казахстанском обществе достаточно демократических деклараций, законов, регулирующих деятельность структур гражданского общества. По количеству политических партий, общественных движений мы стоим на уровне цивилизованных демократических стран. Но у нас пока нет свободного инициативного гражданина-товаровладельца, функционирующего в системе рыночных отношений, облагороженных правовыми гарантиями и моральными нормами.

Следует отметить, что основные усилия президента республики Н. Назарбаева направлены на формирование этого агента социальной жизни — свободного товаровладельца. Когда граждане страны станут ассоциативными группами крупных, средних и мелких товаровладельцев, то демократия приобретет реальную социальную базу — функционирующий в жизнедеятельности отдельного индивида частный интерес, а гражданское общество будет обрамлять, сохранять и развивать его в гуманизированных социальных рамках.

Таким образом, гражданское общество не является каким-то особым образованием, стоящим вне государства. Оно качественно характеризует это государство, отражает степень его политической цивилизованности и фиксируется в реальном демократизме основных сегментов общественной жизни. Среди них: политический и идеологический плюрализм; наличие легальной политической оппозиции, состязательности в политической сфере; высокоразвитая правовая культура, обеспечивающая реальность прав и свобод личности; свободный, самостоятельный, социально-активный, граждански ответственный тип личности, осознающей свои права и обязанности, обладающей возможностями и способной их реализовать.

Из всех этих структурных аспектов гражданского общества в Казахстане пока остается слабым последний компонент — еще раз подчеркнем, что речь идет о свободном, самостоятельном, социально-активном, граждански ответственном типе личности.

Немаловажное значение имеют экономические трудности республики. Значительная часть граждан страны занята проблемами личного и семейного выживания, а некоторые их них, используя социально-созидательное содержание культивируемого ныне принципа: разрешено все, что не запрещено законом, стремятся укрепить свои позиции в новой экономической реальности. И им большей частью пока не до политики, была бы возможность "заработать деньги".

И все же, так как закрепленные в Конституции права и свободы граждан формируют ту социально-политическую энергию, которая будет способствовать возникновению и развитию гражданского общества, можно сказать, что наш караван вышел в путь и выправится по ходу движения. Поэтому нынешнее казахстанское общество, видимо, следует считать демократическим по определяющей тенденции его развития: оно приобретает потенциал, необходимый для демократических преобразований и первых шагов их реализации.

Реально наше современное общество — это разрушенное советское, авторитарное общество, еще не убраны его развалины, останки авторитаризма как системы продолжают функционировать и тормозят демократические реформы.

Видимо, дело в том, что после значительных либеральных преобразований, импульс которым дал Н.С. Хрущев на ХХ съезде КПСС и в ходе всей своей дальнейшей деятельности, СССР вышел из политического состояния, именуемого тоталитарным режимом, и стал авторитарным государством с возможными рецидивами тоталитаризма. Именно поэтому, хотя вышеотмеченная тенденция демократизации страны играет главную роль и практически необратима, так как находится в русле общецивилизованного политического развития, вполне возможны спады и задержки в ней, а порой и рецидивы антидемократизма в частных аспектах нашей жизни.

Особое идеологическое и политическое влияние оказывают остатки советского авторитаризма, сохранившиеся в менталитете народа. Они проявляются в приверженности к привычным организационно-государственным и политическим структурам, а также в том, какие методы и средства государственного и политического воздействия граждане страны признают эффективными и приоритетными. И, безусловно, прав Шарль-Луи Монтескье, который писал, что "предрассудки, присущие органам управления, были первоначально предрассудками народа"2. Как показывает современный политический опыт, именно эти предрассудки в известной степени формируют политические симпатии и антипатии граждан, имеют решающее значение в легитимации форм государственного управления, дают "фору" организациям и лидерам в политической конкуренции и ощутимо влияют на результаты выборов.

В социальной жизни в конечном счете реализуется то, что возможно. И потому разумная, эффективная политика — искусство возможного. Все авантюристические установки, попытки "штурмовать небо", перескочить через необходимые естественно-исторические этапы вносят в общественный процесс серьезную дисгармонию. И, как показывает исторический опыт, подобные авантюрные призывы непосредственно отражаются на условиях жизни людей и могут привести их к моральной и политической деградации.

Люди — актеры исторической драмы. Действительная картина истории — воплощение в жизнь их творческих способностей. Именно от людей зависит колорит исторического процесса, его поливариантность, то есть то, что называется "национальным своеобразием". Между народом и его историей есть непосредственная связь и взаимодействие. Народ как субъект истории формируется в процессе своей жизнедеятельности в лоне исторического процесса, но в самом этом процессе воплощаются в жизнь не абстрактные идеи, принципы, а цели, желания, интересы людей и их творческий потенциал.

Менталитет народа имеет особое продуктивное значение в конкретном историческом процессе. Будучи глубинной стороной коллективного и индивидуального сознания, менталитет проявляется как совокупность установок и предрасположенностей индивида или социальной, этнической группы воспринимать мир, чувствовать, мыслить и действовать определенным образом. Благодаря ментальности сохраняется преемственность социальной жизни, ее постепенность и основательность. Менталитет народа ставит планку социальным событиям, выше которой, видимо, нельзя прыгать, выражает и консервирует уровень его социокультурного развития и, следовательно, его реальные возможности. Поэтому политик-реалист учитывает особенности этой ментальности, а для собственного успеха и для пользы дела он вынужден играть амплуа того актера, которому народ аплодирует.

Менталитет народа как относительно самостоятельная, устойчивая система обладает определенной консервативностью. Отмечая негативные черты нашего нынешнего развития, президент страны Н. Назарбаев подчеркивает в своем послании народу Казахстана: "Первое. Наш менталитет, сформированный несколькими поколениями людей, которые воспитывались в духе коммунистических принципов. Некоторые с энтузиазмом воспользовались недавними изменениями, но очень многие — нет. На людей влияют субъективные и объективные факторы, они медленно привыкают к происходящим переменам, по-прежнему ожидая помощи государства в решении своих проблем. Такие философия и взгляд на вещи мешают им справляться с новыми трудностями, лишают энергии и желания действовать самим"3.

Конечно, изменения в социальной среде, события реальной жизни влияют на менталитет народа, вносят в него элементы новаций. Кроме того, следует отметить, что менталитет — сложная, противоречивая духовная конструкция, в которой содержатся разнородные элементы, влияющие на выбор пути политического развития, форму государственного устройства и власти. И в менталитете нашего народа, наряду с элементами, отражающими покорность, поклонение властвующему субъекту, имеются и иные черты, выражающие тенденцию к свободе, самостоятельности. Все дело в том, какие элементы ментальности актуализирует социальная практика и каким из них она отдает первенство. Поэтому при определении своеобразия демократического выбора, видимо, нам следует, прежде всего, учитывать особенности нашего менталитета.

"Мы — евразийская страна, — отмечает Н. Назарбаев в своем послании народу Казахстана, — имеющая свою собственную историю и свое собственное будущее. Поэтому наша модель не будет похожа ни на чью другую. Она впитает в себя достижения разных цивилизаций"4.

Но безусловно то, что соединение достижений разных цивилизаций на нашей политической арене должно служить народу республики, создать эффективную политическую, управленческую систему общества, привести к коренному преобразованию образа жизни людей, к внедрению демократических принципов во все аспекты социальности.

Попытка принудить людей жить и действовать во имя "благих", но утопических целей неизбежно сопряжена с применением массового насилия по отношению к гражданам страны. Основанные на авантюристских установках эксперименты над жизнью миллионов ведут к антигуманной социальной практике. Поэтому граждане СССР долгое время жили в политической системе организованного, целенаправленного государственного насилия. Его целесообразность, необходимость и даже социально-созидательный характер идеологически обосновывались руководством господствовавшей коммунистической партии. Ограничение свобод, декларативность прав личности были привычными, обыденными моментами существования человека. И сформированное режимом массовое сознание воспринимало их спокойно, не осознавало социально-политической и правовой убогости обстановки.

Именно об этой опасности предупреждал большевиков известный ревизионист (по ленинской оценке) А.А. Богданов, когда писал: "Но даже там, где социализм удержится и выйдет победителем, его характер будет глубоко и надолго искажен многими годами осадного положения, необходимого террора и военщины, с неизбежным последствием — варварским патриотизмом"5.

Тоталитарная идеология снимала вопрос о личной ответственности человека, если его действия были направлены на активное служение и защиту системы, которая являлась особой ценностью, ибо она якобы воплощала высшие интересы и чаяния всего народа. Возникла нравственно удобная позиция, когда человек не нес моральной ответственности за свои действия, если их идеологически оправдывала система. Общечеловеческие нравственные императивы, пробуждающие и формирующие совесть личности, отступали на задний план, так как главным нравственным требованием становился политический принцип служения интересам системы, ее целям. В результате происходила неизбежная нравственная и политическая деградация личности.

С одной стороны, эти особенности менталитета народа порождают гражданскую пассивность, политическое безразличие, стремление примириться с обстановкой, найти в ней свою нишу, выжить, а с другой — формируют мессианскую надежду на лидера, который выведет общество, государство, людей из беды, спасет их от социальных невзгод. И народ готов передать власть в руки сильной личности, повиноваться ей, считать любые ее действия легитимными.

Социально ответственный политик не может игнорировать эти особенности менталитета народа, так как стихией его деятельности является претворение в жизнь только реально возможного. Поэтому искусство политического руководства заключается в том, чтобы определить формы организации и методы деятельности, легитимность которых не вызывает сомнений. Их следует внедрять наиболее безболезненно для людей, и они должны отражать общие интересы. В нашей действительности это означает, что необходимо найти такие переходные формы, которые позволяют, сохраняя социальную стабильность и обеспечивая консенсус основных политических сил, неуклонно двигаться по намеченному пути экономических и политических реформ.

Следует также учесть, что тоталитарная идеология культивировала в массовом сознании патерналистскую связь между личностью и государством. Эти идеологически сформированные "отеческие" чувства и мысли подкреплялись тем, что советское государство, сосредоточив в своих руках основные материальные и духовные ценности, могло решать достаточно широкий спектр социальных задач. Что и вызывает тоску по прошлому, особенно у граждан старшего поколения. Поэтому новые демократические структуры должны иметь четко очерченную систему социальных задач, которые необходимо решать на государственном уровне.

Речь в данном случае идет не только о социальной защите пенсионеров, бедных и обездоленных, но и о материальном обеспечении статусного положения граждан, работающих в так называемых непроизводственных сферах: науке, образовании, здравоохранении, культуре и т.д. В нынешней кризисной обстановке простой перевод их жизнедеятельности на базу рыночных ценностей может привести к невосполнимым социокультурным потерям. Народ, имеющий высокий образовательный уровень, развитую науку, культуру, достаточно эффективную систему охраны и восстановления здоровья, очень остро ощущает эти утраты. Демократия должна сохранить то, что было реальным достижением цивилизации, и только так она сможет успешно противостоять социальной демагогии разного рода популистов.

Понятия демократии и народовластия тоталитарная идеология обыгрывала как форму объединения большинства для диктатуры над меньшинством. Причем действия большинства не ограничивались законом и общечеловеческими нравственными установками, а выражали неприкрытое классовое насилие, обоснованное только идеологически. Но попытка реализовать идею о возможности достижения "земли обетованной" путем организованного государственного насилия вела практически к оскоплению социальной реальности, лишению ее жизненного, гуманистического содержания. Идеологически обоснованное насилие над частью общества, становясь в глазах людей особой социальной ценностью, приобретает самостоятельное существование и превращается в насилие над всем обществом. На реальную многокрасочную человеческую жизнь ложится серый туман фанатизма, не признающего в своих действиях нравственных и правовых преград. Только возврат к демократическим ценностям и общечеловеческим нравственным нормам избавил наше общество от этого социального кошмара.

Но неизбежное в демократическом обществе снятие правовых запретов на проявление инициативы, разнообразную деятельность оказывает определенное влияние на массовое сознание. Люди со слабой правовой и нравственной культурой могут воспринимать новую ситуацию как вседозволенность, правовой и нравственный беспредел. И поэтому, становясь демократическим обществом, мы вынуждены сдерживать свой восторг и озадачить себя новой реальностью.

Происходит то, что можно назвать "криминализацией общества", которая проникает во все структурные элементы социальной жизни. Мы сетуем по этому поводу и говорим: "Куда смотрит власть и почему она не наведет порядок?" Но власть тоже разъедается ржавчиной криминальности.

Следует также отметить, что при всей социальной необходимости и благости демократии, в ней имеются и некоторые негативные аспекты. Среди них особое место в политической жизни занимает охлократическая тенденция, неизбежная спутница демократического обустройства общества. Именно в силу этого Аристотель в свое время отнес демократию к неправильным, нежелательным формам устройства государственной власти, как результат вырождения политики под давлением демоса. Охлократия — элемент политической реальности, тенденция, провоцируемая демократической обстановкой и в известной степени необходимый элемент самой демократии. Многие политические лидеры усиленно эксплуатируют охлократическую политическую тенденцию. Так называемый "популизм" — явная политическая эксплуатация этой тенденции.

Наиболее наглядная форма охлократии — стихийная, площадная демократия масс, которые путем непосредственного давления на государственную власть стремятся решить свои житейские проблемы. Безусловно, что эта тенденция провоцируется обстановкой нужды и отчаяния. Но, кроме нужды и отчаяния, ее источником являются политические провокации деструктивных сил, слабость институтов государственной власти, их неспособность использовать весь арсенал средств властного воздействия, отсутствие политической маневренности, непринятие своевременных превентивных мер и т.д.

Наиболее действенный способ преодоления охлократии — канализировать охлократические тенденции, окультурить их в рамках самой демократической системы, то есть обуздать, облагородить политической, правовой, нравственной культурой. Как показал исторический опыт большевизма, охлократия, с ее претензией на непосредственное народовластие, народоправство, таит в себе опасность перерождения в тиранический режим. И в этом плане для преодоления охлократических тенденций фундаментальное значение имеет формирование и функционирование представительной демократии. На современном этапе она может стать высшим достижением демократической политической культуры, наиболее адекватным условиям рыночной экономической системы, политическому либерализму и правовому регулированию всей совокупности социальных отношений.

Представительство выражает то, что государственно-властная деятельность, по сути и содержанию, является элитарной. Тенденция к элитаризации государственно-властной деятельности не случайна: во все времена, у всех народов она была функцией особых, предрасположенных к этой деятельности людей. Легитимными и нелегитимными путями — на основе выборов, наследования или узурпации — они пробирались к кормилу власти. Еще Демокрит говорил: "По (самой) природе управлять свойственно лучшему".

Именно представительная демократия обеспечивает лучшим приход к государственной власти легитимным путем. Выбор принадлежит гражданам. Этот отбор они осуществляют на основе достаточно развитых в современных условиях контактов. Моральные, политические, правовые, профессиональные, общекультурные критерии выбора достаточно известны. Они непрерывно проявляют себя в избирательном процессе. Как показал опыт демократических выборов в Республике Казахстан, этот процесс — особое политическое состояние общества, для которого, прежде всего, характерна открытая конкуренция политических сил и личностей. Эта конкурентная борьба будоражит общественную мысль, критическая направленность которой формируется и развивается. Критикуют не только государственную власть, но и политических конкурентов, возникает масса прожектов, фиксируемых в предвыборных программах. Прошедшие в республике президентские и парламентские выборы, безусловно, политизировали наше общество, инициировали развитие политической мысли, накопили опыт политического состязания. Можно сказать, что весь талант политических конкурентов, вплоть до их лукавых аспектов, реализовался в этой конкурентной борьбе.

Альтернативные и демократические выборы президента состоялись 10 января 1999 года. Избрание Н. Назарбаева на новый срок с большим отрывом от конкурентов был вполне ожидаемым. Его огромная популярность как главы государства внутри страны и за рубежом достаточно известна. Но, несмотря на то что результат был предрешен, Н. Назарбаев проявил себя настоящим политическим бойцом. Опыт предвыборной борьбы показал, что победитель и его политические конкуренты были политическими лидерами разных весовых категорий.

В своих выступлениях Н. Назарбаев не давал пустых обещаний, не обходил ожидаемых трудностей и стремился обозначить реальные возможности их решения. Именно по его инициативе избирательная кампания прошла цивилизованно, без перепалок, личных оскорблений и унижений конкурента. Можно считать, что он дал урок политической оппозиции. Ее сетования на неожиданность срока выборов, на свою неготовность к ним как раз и характеризуют оппозицию в нашей стране. Она аморфна, ее руководители бездеятельны, способны больше рефлексировать, чем действовать. Ведь борьба за власть — это, прежде всего, практическая политическая деятельность в быстро меняющейся политической ситуации, поэтому к ее поворотам, неожиданностям политические лидеры должны быть готовы всегда.

Организованные на многопартийной основе выборы в парламент страны прошли 10 октября 1999 года. В Мажилисе республики представлены четыре ведущие партии, они охватывают основные политические тенденции — от явно оппозиционной до активно поддерживающей государственную власть и ее структуры.

Но в связи с этим перед казахстанским парламентом — основным органом представительной демократии — возникли новые задачи. Важнейшая из них — сформировать консенсусную культуру. Поэтому любая мысль, высказанная с парламентской трибуны, должна быть направлена на благо казахстанского общества, подвергнута парламентариями коллективной интерпретации и принята ими во внимание. Представителям оппозиции не следует зацикливаться на своей оппозиционности, а их оппонентам — отторгать оппозиционные мысли и чувства как чуждые и враждебные.

Отметим, что партийно-политическая структура нового парламента не только отражает весь спектр политических тенденций, но и имеет прочную консолидирующую основу: близость программных установок политических партий, намерение их представителей осуществлять свою парламентскую деятельность, четко соблюдая конституцию страны.

Безусловное политическое достижение: все партии, наконец, заявляют, что они становятся парламентскими. И основой их политической деятельности становится законотворчество.

Парламент республики (Сенат и Мажилис), как элемент политической системы, становится не столько органом социального, сколько политического представительства, который должен эффективно функционировать во взаимосвязи с другими ветвями власти. Конечно, социальный аспект присущ в деятельности всех представительных органов, в своей работе они должны учитывать основные проблемы социальной жизни, интересы субъектов социальных отношений. Парламент не может быть копией социально-классовой, этнической, половозрастной, профессиональной структуры общества, ибо тогда он окажется недееспособным: в работе властного органа невозможно непосредственно состыковать широкий спектр противоречивых социальных интересов. Эта ветвь власти должна рассматривать социальные интересы в определенной форме, в виде политических тенденций, которые в парламенте выражают именно политические партии.

Политическая деятельность в условиях парламентской демократии носит рамочный характер. Но она ограничивается не волей отдельного лица, не политической партией, не моноидеологией — в рамки ее заключает конституция республики. Именно конституция, четко определяя полномочия, обозначает границы, которые нельзя переступать. Только в этом случае парламент может функционировать как реальная ветвь власти. Создать такую культуру властвования парламента — практическая задача всех его депутатов. И лишь тогда они могут поднять дееспособность этой ветви власти.

Исторически парламенты многих стран формировались на базе широких демократических движений, цель которых — коренные социально-экономические и политические преобразования. Эти демократические движения концентрировали революционную энергию масс. Поэтому на первоначальных стадиях парламентаризма господствовал деструктивный дух массового движения. Но по мере своего развития и накопления опыта, парламенты начинали работать в строго конституционных рамках как одна из ветвей власти и в согласии с другими ее ветвями. Этот путь прошел и наш парламент.

В результате состоявшихся выборов сложилась партийно-политическая структура парламента страны и, безусловно, сделан действенный шаг по пути развития его демократической культуры.

Политика — поле субъектно-субъектных отношений, она насыщена частными интересами и страстями, а цели, которые достигаются людьми и удовлетворяют их, порой заслоняют от них исторический смысл происходящего. В нашем случае исторический смысл происходящего заключается в том, что Казахстан окончательно сделал ставку на демократическое развитие. В XXI веке республика станет зрелым демократическим государством с быстро развивающейся экономикой, и социальные проблемы в нем будут приоритетными.


1 Назарбаев Н.А. На пороге XXI века. Алматы, 1996. С. 161.

2 Антология мировой философии. Т. 2. М., 1970. С. 537.

3 Назарбаев Н.А. Евразийский союз: идеи, практика, перспективы. М., 1997. С. 395.

4 Там же. С. 418.

5 Богданов А.А. Вопросы социализма. М., 1990. С. 184.


SCImago Journal & Country Rank
build_links(); ?>
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL