ШАНХАЙСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СОТРУДНИЧЕСТВА В КОНТЕКСТЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ АНТИТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ КАМПАНИИ

Д-р Пан ГУАН


Пан Гуан, профессор, директор Центра международных исследований при Шанхайском институте Европы и Азии; заместитель председателя Шанхайской ассоциации изучения проблем стран Ближнего Востока (Шанхай, Китай)


Образование "Шанхайской пятерки", то есть Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) — ныне "шестерки", так как теперь в нее входят шесть стран, — позволило впервые в истории объединить Китай, Россию и большинство государств Центральной Азии, создав таким образом многосторонний механизм региональной безопасности и экономического сотрудничества. С 1996 года эта структура играет весьма важную роль в укреплении мер доверия в Центральной Азии и препятствует распространению конфликтов, например гражданской войны в Афганистане, на территорию региона, чего нельзя сказать о процессах, происходивших или ныне наблюдаемых в балканских странах и на Ближнем Востоке. За несколько лет Китай и его партнеры смогли в рамках ШОС урегулировать спорные территориальные вопросы, которые в течение последних двух столетий оставались нерешенными и не позволяли установить хорошие отношения между этими странами. Террористические акты 11 сентября 2001 года и последовавшая за ними антитеррористическая кампания, возглавляемая США, открыли созданной региональной организации новые возможности и поставили перед ней новые вызовы. Необходимо как можно скорее сформулировать задачи и сделать более эффективным действующий механизм, для того чтобы ШОС осуществила свою миссию в сфере борьбы с терроризмом и активнее способствовала развитию экономического сотрудничества в регионе. Состоявшийся в 2002 году в Санкт-Петербурге саммит стран ШОС — важная веха на пути решения задач, стоящих перед ее государствами-участниками. На этой встрече лидеры шести стран-членов разработали стратегические направления продвижения к приоритетным целям. Думается, что с учетом значительных шагов, предпринятых в этой сфере, уже заложен прочный фундамент для лучшего использования появившихся возможностей, в частности в противостоянии вызовам, угрожающим стабильному развитию.

I. 11 сентября, борьба с терроризмом и реакция организации

Буквально через несколько дней после террористических актов в Соединенных Штатах состоялась Алматинская конференция премьер-министров стран ШОС (14 сентября, Казахстан). Ее участники приняли совместное коммюнике, осуждавшее действия террористов и выражавшее сочувствие всему американскому народу. Кроме того, в этом документе отмечена готовность стран-членов данной структуры объединить усилия со всеми государствами и международными организациями в борьбе с террористами, а также подчеркнута необходимость принять срочные меры для усиления противостояния всем формам глобального терроризма1. А в ходе дискуссии, состоявшейся на конференции, премьер-министр Китая Чжу Жунцзи внес два важных предложения: первое — форсировать разработку Устава Шанхайской организации сотрудничества, второе — ускорить начало деятельности антитеррористического центра в Бишкеке, о создании которого, в частности, шла речь на этой встрече2.

Однако многие наблюдатели были удивлены тем, что никаких других активных совместных действий страны ШОС не предприняли. Задним числом можно с уверенностью сказать, что на это имелись свои непростые объективные причины. Во-первых, террористические акты 11 сентября были направлены против США, и, естественно, Вашингтон с самого начала стал играть доминирующую роль в последующей борьбе с глобальным терроризмом. Да и невозможно и нереально было бы надеяться на то, что ШОС могла в то время играть какую-либо иную роль, кроме как предложить свое участие и помощь. Во-вторых, ШОС ни в коем случае не является военным блоком и требовать от ее членов единых действий в данном аспекте не представляется возможным. Кроме того, в то время ни одна страна-участница организации не подвергалась непосредственному нападению террористических банд со стороны Афганистана, что могло бы привести к совместным действиям всех членов ШОС. В-третьих, ее постоянный секретариат еще не работал, а антитеррористический центр в Бишкеке лишь создавался. Следовательно, в то время организация просто не могла оперативно отреагировать на террористические акции в США и предпринять какие-либо общие практические меры. В-четвертых, страны "шанхайской шестерки" входили и в другие международные структуры: в Содружество Независимых Государств, в Душанбинскую группу (включающую Россию, Индию, Иран, Таджикистан, Узбекистан и Северный альянс Афганистана), а кто-то участвовал и в программе НАТО "Партнерство ради мира". Это означает, что любая ее страна-участница была обязана согласовывать свои действия с членами других структур, в которых она состояла. Отсюда и разная степень участия в разворачивавшейся антитеррористической кампании. В-пятых, просьбы к странам ШОС у Соединенных Штатов были неодинаковыми. Например, от Узбекистана США нужно было получить разрешение на размещение военных баз в республике и на использование ее территории, от Китая и России требовались информации и координация действий на дипломатическом уровне.

Все это, собственно, и стало основной причиной разных векторов деятельности стран ШОС в антитеррористической кампании. Другими словами, для этих стран было бы нелогичным и поспешным брать на себя главенствующую роль в антитеррористической кампании США, учитывая характер и статус "шестерки", а также политическую позицию Вашингтона в то время.

Отметим, что перед терактами 11 сентября точки зрения стран ШОС на отношение данной организации к ее контртеррористической миссии не совпадали. Так, Кыргызстан первым предложил создать антитеррористический центр. В связи с угрозой терроризма из Афганистана Узбекистан и Таджикистан также придавали большое значение формированию этой структуры. А Казахстан всегда утверждал, что основной задачей ШОС должно стать экономическое сотрудничество. Что же касается России, то она, как и Казахстан, на первых порах не проявляла большого интереса к принятию организацией миссии борьбы с терроризмом. Возглавляя антитеррористические структуры в СНГ, Москва поддержала создание механизма борьбы с терроризмом в рамках ШОС лишь тогда, когда стало ясно, что участие Китая здесь крайне необходимо. После 11 сентября некоторые страны-члены ШОС начали укреплять сотрудничество с США, таким образом давая понять, что не очень-то верят в успех антитеррористической миссии "шанхайской шестерки". Россия укрепляла свое влияние с помощью Душанбинской группы, поскольку все страны-участницы высказались за поддержку действий Северного альянса в Афганистане. Между тем началось двустороннее сотрудничество в сфере борьбы с терроризмом между США и отдельными странами ШОС, в том числе США с Россией, а также США с Китаем, в результате чего сложилась двойственная ситуация. С одной стороны, все государства ШОС начали активно участвовать в борьбе с терроризмом в Центральной Азии, а их сотрудничество в этой сфере, особенно России, Узбекистана, Таджикистана и Китая, оказалось решающим для последующего позитивного развития антитеррористической кампании, возглавляемой США. С другой стороны, ШОС не играла основной объединяющей роли в этой кампании, а каждый член организации участвовал в ней главным образом в рамках двустороннего сотрудничества с США по данной проблеме.

Такое развитие событий отнюдь не означает, что в антитеррористической борьбе в Центральной Азии ШОС отвели незначительную роль. В конце концов, Шанхайская организация сотрудничества стала первой международной структурой, которая призвала объединить усилия в противостоянии террористическим группировкам в регионе. Со дня своего создания она непримиримо относится к трем силам зла в Центральной Азии: терроризму, экстремизму и сепаратизму. 15 июня 2001 года, практически за три месяца до 11 сентября, шесть ее стран-участниц подписали Шанхайскую конвенцию, в которой шла речь о необходимости сотрудничества государств региона в борьбе против терроризма. Этот документ стал прочной правовой базой в решении данного вопроса3. Для обсуждения ситуации, сложившейся в Центральной Азии после начала возглавляемой США антитеррористической кампании в Афганистане, министры иностранных дел и руководители правоохранительных структур стран ШОС провели совещания, в результате которых были предприняты шаги по согласованию мер, необходимых в связи с произошедшими в мире изменениями. А президенты двух стран, Цзян Цзэминь и Владимир Путин, не только встречались лично для решения ряда актуальных вопросов, но и обговаривали насущные проблемы по телефону. Однако следует признать, что, несмотря на все принятые меры, ШОС не смогла выработать эффективной, комплексной и скоординированной стратегии незамедлительных действий с учетом изменившейся ситуации. Это можно охарактеризовать как серьезный промах, допущенный после беспрецедентного террористического акта и в последующей борьбе с терроризмом.

II. Перед новыми вызовами современности

Сегодня, когда с 11 сентября прошло уже почти два года, стратегический расклад и баланс сил в Центральной Азии изменились, поставив перед регионом множество новых проблем.

Во-первых, если до 11 сентября ШОС была бесспорным лидером в Центральной Азии в укреплении сотрудничества в сфере безопасности и в борьбе против терроризма, то ныне она уже не играет ведущей роли в этих двух важнейших областях. Благодаря усиливающемуся военному присутствию США в регионе первенство в антитеррористической борьбе здесь перешло к Вашингтону, несмотря на сотрудничество США и ШОС по этому вопросу.

Во-вторых, подорвана сплоченность внутри самой ШОС. Как уже отмечалось, из-за отсутствия эффективного, быстро реагирующего и хорошо скоординированного механизма действий в борьбе с терроризмом она не смогла сыграть объединяющей роли в этой антитеррористической войне, в результате чего члены организации сконцентрировались в основном на укреплении своего собственного сотрудничества с США и с другими странами или структурами. Все это, без сомнения, усилило центробежные тенденции и ослабило единение.

В-третьих, и до того вялое экономическое сотрудничество стран ШОС стало еще инертнее. А растущее влияние Вашингтона в Центральной Азии, несомненно, приведет к тому, что Соединенные Штаты и другие западные страны увеличат свои инвестиции в регион. И если в ближайшее время ситуация не изменится, то ШОС превратится в структуру с, мягко говоря, не очень ясными перспективами развития экономических связей между странами-членами.

В-четвертых, изменения, произошедшие за это время, повлияли и на контакты между государствами ШОС в сфере культуры. Центральная Азия — уникальный регион, где переплелись четыре цивилизации: конфуцианство, ислам, славянская цивилизация и индуизм. Чрезвычайно важно укрепить диалог цивилизаций и культурное сотрудничество в рамках шанхайской структуры. Светское образование в бывшем СССР за 70 с лишним лет более-менее заглушило призыв исламского экстремизма. Однако, в отличие от государств Ближнего Востока, значительная часть населения республик Центральной Азии с большим удовлетворением воспринимает популярные проамериканские и прозападные жизненные ценности. А при растущем присутствии США в регионе, естественно, растет и влияние западной цивилизации, что, скорее всего, окажет определенное воздействие на культурные связи и сотрудничество стран "шестерки", традиционно сфокусированные на Великом шелковом пути из Китая в Россию и в Центральную Азию.

Сегодня государства-члены ШОС прекрасно осознают, с какими серьезными проблемами они столкнулись, и полны решимости укреплять сотрудничество в рамках организации, в частности придавая особенно большое значение созданию антитеррористического центра в Бишкеке, что позволит им увереннее чувствовать себя в нынешней сложной ситуации. На своей первой после 11 сентября встрече, состоявшейся в Шанхае 20 октября 2001 года, президент Китая Цзян Цзэминь и президент России Владимир Путин подтвердили: ШОС должна укреплять свои позиции, особенно в вопросе борьбы с терроризмом, а также однозначно отметили, что в рамках проведения антитеррористической кампании пристальное внимание необходимо уделять чеченским боевикам и террористам движения "Восточный Туркестан"4. Кроме того, Пекин и Москва договорились создать рабочую группу по борьбе с терроризмом. Первая встреча в ее рамках состоялась в Пекине 28—29 ноября 2001 года. Стороны обменялись мнениями по проблеме борьбы с терроризмом в глобальном масштабе, обсудили ситуацию в Афганистане и достигли консенсуса по широкому спектру вопросов5. Все члены ШОС предприняли адекватные шаги на двустороннем и на многостороннем уровне, цель которых — противостояние серьезным вызовам, возникшим в результате изменившейся ситуации, а также заложили фундамент для выработки окончательной согласованной позиции, подтвержденной лидерами стран-участниц на саммите в Санкт-Петербурге.

III. Перспективы развития

Изменившийся после начала антитеррористической кампании политический, экономический и стратегический расклад в Центральной Азии наряду с новыми вызовами предоставил и новые возможности для дальнейшего развития региона.

Во-первых, все его страны присоединились к беспрецедентной в истории международной коалиции по борьбе с терроризмом. В связи с этим для ШОС сложилась благоприятная ситуация, позволившая укрепить сотрудничество стран-участниц в сфере безопасности и создать собственный региональный механизм борьбы с данной угрозой. Как уже отмечалось, до сентябрьских терактов члены этой структуры занимали разные позиции по этим проблемам. Некоторых из них волновал вопрос: а не приведет ли укрепление сотрудничества в сфере безопасности и создание антитеррористического центра к выдвижению на первый план военного аспекта, что может вызвать обеспокоенность соседних стран, а также США и других западных государств? Это стало одной из причин неспешного решения вопроса о создании антитеррористического центра в Бишкеке, хотя предложение о его формировании было озвучено еще в 1999 году. Появление международной коалиции по борьбе с терроризмом (после 11 сентября) заставило членов ШОС понять, что вопрос о сотрудничестве в сфере безопасности и о создании структуры по борьбе с терроризмом необходимо решать безотлагательно. После того как все сомнения и разногласия были наконец преодолены, страны "шестерки" достигли консенсуса. Постепенно они инициировали и создавали все больше и больше двусторонних и многосторонних механизмов по решению этих основных вопросов, причем соглашения заключались не только между членами организации, но и с государствами, не входящими в нее. Например, Китай создал механизмы по борьбе с терроризмом и провел ряд диалогов с Россией, США, Индией, Пакистаном, Францией, Великобританией и Германией. Соединенные Штаты не только проявили интерес к укреплению двустороннего сотрудничества со странами ШОС, но и выразили готовность взаимодействовать с ее региональной антитеррористической структурой. Все это вместе взятое создало благоприятную ситуацию для дальнейшего развития связей стран ШОС в сфере безопасности и осуществления антитеррористической миссии организации в регионе.

Во-вторых, падение режима талибов и создание в Афганистане нового правительства ликвидировало очаг напряженности в центре Азии, открыв возможности для укрепления стабильности в регионе и его развития как в целом, так и стран ШОС в частности. "Шанхайская шестерка" высоко несет знамя борьбы против терроризма, сепаратизма и экстремизма, получивших поддержку со стороны режима движения "Талибан" с тех пор, как он пришел к власти в 1996 году. Есть все основания полагать, что упомянутые выше три силы зла, будь то в Таджикистане, Узбекистане, в Чечне или в Синьцзяне, были тесно связаны с "Талибаном" и "Аль-Каидой". Например, недавно стало известно, что Усама бен Ладен однажды проинформировал лидеров группировки "Восточный Туркестан" о том, что он полностью поддерживает джихад в Синьцзяне6. Естественно, свержение режима талибов и формирование в Афганистане нового правительства способствовало укреплению стабильности в регионе. После 11 сентября соседние с Афганистаном страны, включая и членов ШОС, активизировали свою деятельность по борьбе с этой триадой зла и значительно продвинулись в деле противостояния терроризму у себя дома. Сегодня в ближайших к Афганистану районах, которые больше всего почувствовали на себе воздействие сил зла, наблюдаются тенденции к стабильности, к улучшению экономической ситуации и повышению жизненного уровня населения. Эти благоприятные изменения позволяют говорить о позитивных перспективах региона, например делают его более привлекательным для зарубежных инвесторов. И поэтому процесс мирного строительства в Афганистане — весьма позитивный вклад в укрепление стабильности и развитие соседних государств.

В-третьих, борьба с терроризмом помогла нанести удар по контрабанде наркотиков, незаконной торговле оружием, нелегальной миграции, давно процветающим в Афганистане. Это, без сомнения, благотворно сказалось на республиках Центральной Азии, особенно на членах ШОС, которые сегодня совместными усилиями борются с различного рода преступлениями в пограничных районах и противостоят другим вызовам в сфере безопасности. Вместе с тем следует отметить, что с устранением режима талибов преступная деятельность на границах ликвидирована не полностью. В первую очередь речь идет о контрабанде наркотиков. По официальным сообщениям, правительству этого государства удалось уничтожить лишь 15% площадей, засеянных наркосодержащими культурами7. Продолжается нелегальный вывоз зелья из страны. Недавно российские спецслужбы выявили подпольную группу наркодельцов, переправлявших его из Афганистана в Россию через Центральную Азию. Однако сегодня криминальные группировки, орудующие на границе, лишились поддержки со стороны государственной власти, что облегчает странам ШОС решать вопросы региональной безопасности, а также экономические проблемы на уровне двустороннего и многостороннего сотрудничества.

В-четвертых, изменение геополитической обстановки в Центральной Азии будет способствовать укреплению экономического сотрудничества в регионе и в Азии в целом, о чем свидетельствует, например, взаимодействие на Каспии в энергетической сфере. Еще в недалеком прошлом при обсуждении проблем, связанных с созданием нефтегазовых магистралей, никто и не ожидал, что можно будет вести конкретный деловой разговор о строительстве трубопровода из Центральной Азии к Аравийскому морю через Афганистан и Пакистан. А сегодня этот проект уже становится реальностью, и даже у Индии появилась возможность извлечь пользу из этого предприятия. Данный проект поможет диверсифицировать энергомаршруты Центральной Азии и даст возможность выйти из тупика, в который попало энергетическое развитие бассейна Каспийского моря из-за соперничества между приверженцами разных трубопроводных проектов. Привлечению в Центральную Азию значительных западных инвестиций и современных технологий, что, конечно же, содействует энергетическому развитию региона, способствует не только смена режима в Афганистане, но и улучшение отношений Ирана с Европой и Японией. Все это создает весьма благоприятную ситуацию для стран ШОС, позволяет укреплять экономическое сотрудничество входящих в нее государств, в частности более активно взаимодействовать в энергетической сфере.

IV. Организация после Петербургского саммита: стабильный прогресс

Как уже отмечалось выше, 7 июня 2002 года в Санкт-Петербурге состоялась встреча лидеров шести стран-членов ШОС, которые обсудили и глубоко проанализировали широкий спектр вопросов по основным международным и региональным проблемам. На основе опыта работы предыдущего года руководители государств разработали дальнейшие шаги по различным направлениям взаимодействия. Были подписаны два важнейших документа: Устав Шанхайской организации сотрудничества и Соглашение о создании в регионе антитеррористического центра. Эти стратегические меры позволят ускорить в регионе институциональное строительство, повысить уровень сотрудничества в борьбе с терроризмом и окончательно сформировать характер организации. В соответствии с подписанными документами постоянный орган и региональная структура по борьбе с терроризмом будут официально дислоцированы соответственно в Пекине и в Бишкеке.

Стратегическое значение Соглашения о создании данного антитеррористического центра заключается в том, что оно стало эффективной правовой базой для развития стабильного сотрудничества в сфере безопасности. Наконец-то в Бишкеке будет создан механизм борьбы против терроризма, то есть структура, о которой так много говорили с 1999 года. Таким образом, появятся возможности для полной координации действий стран-членов ШОС, а также для оперативной реакции на проявления терроризма, для пресечения преступной деятельности на рубежах государств-участников "шанхайской шестерки". Руководствуясь решениями организации относительно борьбы с терроризмом, 10 и 11 октября 2002 года Китай и Кыргызстан успешно провели совместные венные учения в пограничном районе. Это была первая совместная операция такого рода в рамках ШОС, ознаменовавшая собой официальное начало выполнения организацией своей антитеррористической миссии. Учитывая ситуацию в сфере региональной безопасности, можно с абсолютной уверенностью сказать, что ШОС и ее механизм борьбы с терроризмом будет играть все бóльшую и бóльшую роль. Кроме того, необходимо отметить, что этот механизм не исключает участия других стран или структур в борьбе с терроризмом. Речь идет о превращении этого центра в одну из эффективных антитеррористических сил, взаимодействующую с аналогичными центрами СНГ в Минске и Ереване, а также с соответствующими ведомствами США, Японии, западноевропейских государств, Индии, Пакистана, Ирана и других стран. Этому будет способствовать и подписанная на встрече Совета министров иностранных дел стран ШОС (Москва, 23 ноября 2002 г.) Временная схема взаимоотношений "шанхайской шестерки" с другими международными организациями и государствами.

Что касается отношений стран ШОС и Соединенных Штатов Америки, то в сфере борьбы против терроризма здесь также уже можно говорить о сотрудничестве. Все страны организации наладили с Вашингтоном двусторонние связи в этой области. Такие контакты заложили прочную базу для установления антитеррористического режима, который осуществляют Америка и страны-участницы ШОС. Например, в китайско-американском сотрудничестве на начальной после 11 сентября стадии основное внимание уделялось обмену разведданными и пресечению финансовой подпитки террористических групп. Кроме того, одной из важнейших задач стало сохранение политической и экономической стабильности в Пакистане и поддержка его усилий в борьбе против терроризма, предотвращение эскалации индо-пакистанского конфликта. Исходя из долгосрочной перспективы, в ходе трех саммитов, состоявшихся 19 октября 2001 года, 21 февраля и 25 октября 2002 года, президенты Китая и США разработали стратегию в рамках будущего двустороннего сотрудничества в сфере борьбы против терроризма, и сегодня мы можем говорить о значительном прогрессе в этом направлении. В частности, созданы китайско-американские рабочие группы, включая финансовую, эксперты обеих стран находятся в постоянном контакте. В августе 2002 года США официально внесли в список террористических организаций Исламское движение "Восточный Туркестан", а затем, буквально через две недели, и Совет Безопасности ООН включил это движение в число террористических организаций. Таким образом, все члены Организации Объединенных Наций ныне обязаны замораживать зарубежные финансовые активы этой группы. В ноябре 2002 года в Пекине было открыто представительство ФБР, что стало еще одним шагом на пути дальнейшего развития сотрудничества между Китаем и США в противостоянии терроризму и преступной деятельности в приграничных районах. К тому же недавно Пекин и Вашингтон заключили соглашение о двустороннем сотрудничестве в сфере укрепления безопасности морских портов и судоходства. Другие страны ШОС также сотрудничают с США в этой сфере, и вместе они уже добились значительных успехов. Все это не только способствует реализации антитеррористической миссии ШОС, но и вносит большой вклад в глобальную борьбу США против международного терроризма.

Суммируя сказанное, можно сделать вывод, что процесс поступательного развития деятельности Шанхайской организации сотрудничества предоставил возможность ее странам-участницам, то есть Китаю, России, а также большей части республик Центральной Азии объединить усилия и создать многостороннюю структуру, способствующую сохранению стабильности в регионе. Произошедшие в мире изменения (введение, впервые в истории, сил США в Центральную Азию, возможное усиление борьбы против терроризма со стороны Америки, послевоенное развитие Афганистана, внутренняя ситуация в Пакистане, развитие отношений на континенте между двумя ядерными державами), естественно, окажут большое влияние на дальнейшее развитие ШОС. После Петербургского саммита стало ясно, что Шанхайская организация сотрудничества нацелена на борьбу с терроризмом, а также на сотрудничество в экономической сфере и станет важным и действенным институтом не только на региональном, но и, надеемся, на более высоком, международном уровне.


1 См.: Kazakhstan News Bulletin, 14 September 2001.
2 Информационное агентство Синьхуа, 14 сентября 2001.
3 См.: The Shanghai Convention (Shanghai), 15 June 2001.
4 См.: Jiefang Daily (Shanghai), 20 October 2001.
5 См.: People’s Daily (Beijing), 30 November 2002.
6 The State Council Information Office of PRC: East Turkistan Terrorist Forces Cannot Get Away with Impunity, Beijing, 21 January 2002.
7 Отчет Управления ООН по международному контролю наркотиков и предупреждению преступности, 2002.

SCImago Journal & Country Rank
build_links(); ?>
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL