МИГРАЦИОННАЯ СИТУАЦИЯ И МИГРАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА В КАЛМЫКИИ

Владимир ВОЛГИН


Владимир Волгин, кандидат политических наук, начальник информационно-аналитического отдела Администрации Президента Республики Калмыкия (Элиста, Российская Федерация)


Нынешнее положение в сфере перемещения граждан

По итогам Всероссийской переписи населения, проведенной в октябре 2002 года, в республике проживает 292,4 тыс. чел. Сведения об этнической структуре населения еще не обнародованы, но, по аналогичным материалам 1989 года, калмыки составляли 45,4%, русские — 37,7%, даргинцы — 4,0%, чеченцы — 2,6% и т.д.1

По сравнению с показателями предыдущей переписи численность населения сократилась на 30 тыс. чел. (на 9,3%) — республика оказалась единственной территорией Северного Кавказа и Юга России, где зафиксировано уменьшение количества жителей2.

Заметим, что в Калмыкии постоянно сохраняется естественный прирост населения (превышение числа родившихся над числом умерших). Однако он не мог перекрыть миграционной убыли (превышения числа выбывших над числом прибывших), из-за чего и сокращалась общая численность ее жителей. Так, в 2001 году естественный прирост составил 173 чел., в 2002-м — 92, в 2003-м— 464, миграционная убыль соответственно — 2 182, 1 237, 1 692 чел.3

Направления потоков

Нынешняя миграционная ситуация в республике во многом предопределена межрегиональными перемещениями населения. Наиболее интенсивные миграционные связи сложились с соседними субъектами Северного Кавказа, Юга России и Нижнего Поволжья. Активный миграционный обмен (в объеме внешней миграции) в 2001, 2002 и 2003 годы формировался следующим образом: с Ростовской областью соответственно 13,7%, 15,5%, 15,9%; со Ставропольским краем — 15,7%, 14,7%, 14,1%; с Волгоградской областью — 11,2%, 10,9%, 10,8%; с Астраханской областью — 9,5%, 10,5%, 10,2%; с Дагестаном — 9,6%, 8,3%, 8,1%.

Наибольший удельный вес выехавших приходится на Ростовскую область (в 2001 г. — 14,6%, в 2002-м — 16,0%, в 2003-м — 16,1%) и Ставропольский край (соответственно — 18,0%, 17,7%, 15,6%).

Положительное сальдо наблюдается только в миграционном обмене со странами СНГ и Балтии: в 2001 году — 119 чел. (прибыло 207, выбыло 88), в 2002-м — 200 (прибыло 284, выбыло 84), в 2003-м — 7 (прибыло 91, выбыло 84). Наибольший удельный вес занимали: в 2001 году — прибывшие из Украины (21,7%), Армении (16,4%), выбывшие в Украину (44,3%), в Казахстан (23,9%); в 2002-м — прибывшие из Армении (38,0%), Украины (14,8%), выбывшие в Казахстан (33,3%), в Украину (32,1%); в 2003-м — прибывшие из Украины (19,8%), Казахстана (19,8%), выбывшие в Казахстан (44,0%), в Украину (31,0%).

Сократился отток и приток в страны дальнего зарубежья, но при этом сохраняется перевес выбывших. В 2001 году убыль составила 205 чел. (выбыло 219, прибыло 14), в 2002-м — 163 (выбыло 189, прибыло 26), в 2003-м — 157 (выбыло 173, прибыло 16). Подавляющее большинство выезжающих направляется в Германию: в 2001 году — 204 чел., в 2002-м — 165, в 2003-м — 146. В основном это немцы.

Характеристика переселенцев

Среди мигрантов преобладают люди трудоспособного возраста. В 2001 году их доля в общем числе прибывших была равна 71,4%, в числе выбывших — 74,4%. В 2002-м соответственно — 73,2% и 76,4%, в 2003-м — 73,8% и 77,8%.

По национальному составу мигранты распределились следующим образом: представители коренного этноса в большей степени перемещаются по территории республики. Во внешней миграции количество прибывших калмыков составило в 2001 году 20,0%, в 2002-м — 19,3%, в 2003-м — 21,1%; выбывших соответственно 10,9%, 11,2%, 10,5%.

Наибольшая миграционная подвижность наблюдается среди русских. Их доля в обороте внешней миграции приближается к 50%. Например, из всех прибывших в 2001 году их "вклад" — 40,6%, в 2002-м — 40,5%, в 2003-м — 45,1%, а в числе выбывших соответственно 54,8%, 53,3%, 51,5%.

Третье место среди прибывших стабильно занимают чеченцы (2001 г. — 12,9%, 2002 г. — 8,1%, 2003 г. — 5,8%), среди выбывших — даргинцы (2001 г. — 7,8%, 2002 г. — 4,5%, 2003 г. — 4,1%).

Необходимость смены места жительства, по мнению самих мигрантов, обусловлена главным образом следующими обстоятельствами: причины личного, семейного характера (в 2001 г. 58,4% выбывших и 39,1% прибывших, в 2002-м — соответственно 60,0% и 43,8%, в 2003-м — 60,7% и 36,6%); возвращение на прежнее место жительства (в 2001 г. 12,2% выбывших и 35,0% прибывших, в 2002-м — 10,3% и 32,8%, в 2003-м — 9,9% и 39,5%); в связи с работой (в 2001 г. 9,9% выбывших и 13,6% прибывших, в 2002-м — 9,0% и 12,8%, в 2003-м — 11,0% и 13,9%); в связи с учебой (в 2001 г. 13,9% выбывших и 5,8% прибывших, в 2002-м — 13,8% и 6,0%, в 2003-м — 12,1% и 6,5%).

Вынужденные переезды

По состоянию на 1 января 2002 года на учете состояло 1 699 вынужденных переселенцев, в том числе зарегистрированных в 2001 году — 429, из них 392 — чеченцы, 30 — русские, 3 — казахи. В основном они прибыли из Ингушетии (381 чел.) и Таджикистана (25 чел.). К январю 2003 года картина несколько изменилась: на учете было 1 387 вынужденных переселенцев, в том числе зарегистрированных в 2002-м — 39 чел., из которых 38 — чеченцы, прибывшие из Ингушетии. А на 1 января 2004-го таковых всего было 1 240 чел. (в 2003 г. вынужденные переселенцы в республике не регистрировались).

Как видно, миграция — определяющий фактор изменения численности населения республики, а одна из ее доминирующих особенностей — отток людей, особенно трудоспособного возраста. При этом устойчивым остается положительное сальдо миграции представителей титульного этноса — калмыков. Из других относительно крупных национальных общин только среди чеченцев наблюдается превышение количества прибывших над убывшими, да и у них данный показатель за последние три года снижается. Среди русских и даргинцев численность уезжающих больше, чем приезжающих.

Специфика восприятия миграционных процессов местным населением

Калмыкия в целом относится к наиболее стабильным территориям Юга России. Для нее характерны взаимопонимание и сотрудничество представителей разных народов, практически вся публичная общественно-политическая и культурно-просветительская деятельность в республике поддерживается в духе благоприятного межэтнического общежития.

Отношение старожилов к мигрантам в основном терпимое. Например, искреннее сочувствие вызвали вынужденные переселенцы, большинство которых появилось в республике в результате вооруженного конфликта в Чечне. Не случайно в местной печати нередко публиковались письма чеченских беженцев и выступления лидеров чеченской общины с благодарностью калмыцким официальным учреждения и их руководителям, а также отдельным гражданам за внимание и гуманность.

Показательны в этом плане и сведения уполномоченного по правам человека в Калмыкии. В докладе о его деятельности в 2002 году говорится, что в адрес омбудсмена поступило более 800 обращений, из них лишь 2% — жалобы на нарушение прав вынужденных переселенцев4, в основном относительно получения жилья прибывшими из Чечни.

Вместе с тем в обыденном сознании значительной части калмыцкого общества (как в этническом, так и в гражданском его понимании) отмечается негативное восприятие северокавказского и центральноазиатского миграционных векторов. Еще в 1999 году опрос местных жителей, проведенный под руководством автора этих строк, показал, что 44,2% респондентов не одобряли приезд для проживания представителей кавказских народов, положительно воспринимали этот процесс лишь 10,0% анкетируемых. К прибытию на постоянное жительство представителей народов Центральной Азии отрицательно относились 36,9% опрошенных, положительно — 11,5%. Для сравнения: миграцию в республику русских одобряли 54,2% респондентов, не одобряли — 6,9%5.

За прошедшее время негативное отношение к вышеназванным группам мигрантов едва ли существенно изменилось. Реальностью остаются периодически возникающие (несколько раз в год) локальные стычки между группами калмыков (реже русских) и кавказцев. В их основе обычно лежат бытовые, межличностные причины. Эскалация же происходит в результате вовлечения в такие размолвки групп поддержки по этническому признаку. Хотя практически все подобные конфликты локальны по времени и территории, они бывают весьма острыми.

Одно из таких столкновений произошло в июне 2001 года в с. Садовом, административном центре Сарпинского района, в котором участвовало свыше 1 000 калмыков и даргинцев, при этом с обеих сторон применялось охотничье оружие. К счастью, обошлось без жертв. Действенное вмешательство, экстренные меры властей и правоохранительных органов позволили разрядить обстановку.

Эти события получили сильный резонанс в обществе и вызвали широкую дискуссию о причинах межнациональной напряженности. Анализ газетных публикаций того периода позволяет сказать, что миграционная тема рассматривается в числе наиболее актуальных.

Прежде всего, следует отметить, что у определенной части населения республики сформировался малопривлекательный обобщенный образ мигрантов, что обусловлено рядом причин. Так, приехавшие занимают рабочие места, вытесняя местных жителей, молодые мигранты призывного возраста уклоняются от службы в армии. К тому же порой встречаются "бедные" беженцы, с ног до головы одетые в меха и чуть ли не сгибающиеся под тяжестью золотых украшений. Они покупают дома и квартиры не торгуясь, заводят большие личные хозяйства, имеют немало коров, овец, птицы, доминируют на местных рынках, дают взятки, чтобы решать вопросы регистрации, трудоустройства.

В миграционной версии причин межнациональной конфликтности выделяются следующие черты.

Кавказский аспект

Широко распространено мнение, что основной конфликтогенный фактор — само по себе увеличение количества переселенцев-кавказцев. Вряд ли это справедливо для всей республики, но в некоторых ее частях численность их общин заметно выросла. Например, по данным переписи 1989 года, в Сарпинском районе проживали 503 даргинца (2,9% общей численности его населения) и 788 чеченцев (4,5%). К середине 2001 года, по сведениям МВД Калмыкии, соответственно 1 376 чел. и 1 306 чел. Многие коренные жители реагировали на это болезненно. Вот мнение одного из них: "По Садовому едешь как по Северному Кавказу"6. Слова другого: "Вечером здесь как в каком-нибудь дагестанском селении: повсюду их машины, чужая речь. И все ведут себя вызывающе. На точках у них трудятся бичи, а они строят из себя хозяев"7. За селом, которое в обиходе традиционно называют "Садовка", с некоторых пор закрепилось название "Кавказская пленница".

В моменты усиления конфликтности не раз звучали предложения ужесточить в отношении выходцев с Северного Кавказа паспортный режим, вплоть до принятия соответствующего республиканского закона, ввести другие ограничения, даже отказать кавказцам в регистрации и выселять их. Об этом, например, открыто говорилось на сходе граждан в Садовом 11 июля 2001 года.

Официальные лица вынуждены неоднократно напоминать, что свободное передвижение и свободный выбор места жительства — конституционное право любого российского гражданина независимо от национальности и ограничивать его нельзя. Президент Калмыкии К. Илюмжинов неоднократно заявлял, что о выселении кавказцев и речи быть не может.

Однако радикальные настроения все же имеют место, и, что немаловажно, даже среди части издавна проживающих в республике кавказцев. Например, чеченская община приняла решение: тот из ее представителей, кто не будет соблюдать местные традиции, должен покинуть пределы района в течение 24 часов. Ее лидер У. Зухайраев, 35 лет проживающий здесь, предложил поступить подобным образом и дагестанцам. Он отмечает: "Из российских регионов наиболее доброжелательны к выходцам с Северного Кавказа в Калмыкии и Саратовской области. Жалующиеся на притеснения даргинцы спокойно занимаются здесь бизнесом, имеют по 3—4 тыс. овец. Надо же это ценить, уважать местные порядки"8. Такие слова титульное население воспринимает с удовольствием.

Этноструктурный фактор

Некоторые представители общественности полагают, что проблема заключается не столько в миграции как таковой, сколько в обусловленном ею резком изменении этнического состава населения. Скажем, в том же Сарпинском районе, по данным органов внутренних дел, с 1989 по 2001 год количество русских сократилось с 9 955 (56,5%) до 8 443 чел. Несколько снизилась и численность калмыков: было 5 243 (29,7%), стало 5 тыс. Сторонники такой точки зрения замечают, что здешние русские — особая этническая группа, потомки тех, кто веками жил бок о бок с калмыками. Между ними всегда сохранялось взаимопонимание, основанное на столь продолжительном опыте сосуществования и близких чертах менталитета. Сегодня место уезжающих славян занимают представители народов Северного Кавказа, которым для адаптации в новой этнокультурной среде, налаживания цивилизованных механизмов взаимоотношений с калмыками и здешними русскими понадобятся долгие годы.

Этикоповеденческий вопрос

Именно поведение части мигрантов-кавказцев, противоречащее местным нормам, расценивается как одна из важнейших детерминант межэтнических осложнений. Например, на сходах в поселках Аршань-Зельмен, Кировский, Коробкин население отмечало, прежде всего, неуважительное отношение приехавших с Северного Кавказа к традициям, нравам и быту коренных жителей. К тому же при ближайшем рассмотрении выясняется, что ничего сверхъестественного от прибывших не требуется. Вот какие "претензии" предъявлял некто Николай, русский, 35 лет: "Кавказцев надо ставить на место, вести себя совсем не умеют. Считают, что они особенные, что ли? Могут остановиться на встречных машинах и стоять посреди улицы, мешая другим проехать. Да и если пешком идут навстречу, никогда не уступят дорогу. Обнимаются с милиционерами. Женщин наших не уважают"9.

Подобные упреки адресуются преимущественно молодым кавказцам, и, что интересно, примерно так же звучат они из уст их соплеменников. Например, житель п. Светлого А. Омаров сетовал: "У нас, кавказцев, очень древние традиции — поддерживать с соседями добрые отношения. А вот наша молодежь не соблюдает этого. Порой даже нам, старшим, не уступает дороги"10. Руководитель налоговой инспекции в Садовом вынужденная переселенка из Чечни В. Выстропова размышляла: "Прожив девять лет в национальной республике (в Чечне. — В.В.), я подчинилась местным обычаям: исключила из гардероба открытые платья, на голову стала повязывать косынку, выучила в пределах разговорного чеченский язык. Так же следует поступать и тем, кто приезжает к нам (в Калмыкию. — В.В.). Не доводить людей до крайности, прислушиваться к мнению окружающих — что тут непонятного?"11. Она высказала сожаление по поводу того, что нередко обиженными себя чувствуют не приезжие из соседней республики, а местные жители. Неприятие вызывает и то, что дагестанская диаспора открыто демонстрирует превосходство в достижении материального благополучия перед менее предприимчивыми степняками12.

Нежелание приезжающих в последнее время "новых" кавказцев соблюдать элементарные приличия, их вызывающее поведение способствует тому, что по отношению не только к ним, но и в целом к этой части населения в республике формируется устойчивый образ "чужих", особенно в сознании представителей титульного этноса. Характерны в этом плане слова сопредседателя республиканского общественного движения "Родной край" Г. Батырова: "Лица кавказской национальности на калмыцкой земле гости, так пусть и ведут себя соответственно"13. Еще категоричнее выразилась в их адрес депутат Государственной Думы РФ А. Буратаева: "Вы должны каждый день благодарить нас за то, что мы дали вам возможность жить на мирной земле"14. Подобные аргументы, впрочем, разделяют не все. Например, газета "Советская Калмыкия сегодня" сочла высказывания А. Буратаевой недопустимыми для политика ее масштаба15. По признанию же Г. Батырова, его слова кавказцы "приняли в штыки"16. В газете "Комсомолец Калмыкии" был поставлен вопрос: "Разумно ли противопоставлять коренное население приезжим? Да, мигранты забирают часть местного бюджета, но они такие же граждане России, как и каждый коренной житель. Как только мы начинаем хоть в чем-то ущемлять права переселенцев, так неминуемо приходим к большим проблемам. Это проверено практикой во многих регионах, и было бы неосмотрительно наступать в Калмыкии на те же грабли"17.

Встречаются и мнения, авторы которых предъявляют претензии к поведению не столько мигрантов, сколько коренных жителей. Вот одно из них: "Требуя к себе уважительного отношения, мы должны, в первую очередь, посмотреть на свое поведение со стороны. Ведем ли мы себя так, чтобы нас уважали? Не всегда, и в этом надо признаться. Не соблюдаем элементарной аккуратности в быту, пьем, деремся, ругаемся, сквернословим. Приезжие, увидев это, сразу понимают: здесь нет порядка, значит, можно и похамить, и похозяйничать безнаказанно"18.

Журналистка Н. Куменова считает, что росту этнической агрессивности способствует малодостойный образ жизни многих калмыцких мужчин. "Конечно, — отмечает она, — упреки в пьянстве, безынициативности, пустом гоноре мы не можем стерпеть от чужих. Но от этого присущие многим калмыкам "поведенческие отличия" не становятся менее заметными, менее осуждаемыми"19.

Проблемы адаптации

Некоторые представители общественности республики полагают, что необходимая и неизбежная адаптация кавказцев искусственно осложняется: "Давайте честно признаем: никто их здесь не ждет, никто их обустройством по-хорошему не занимается. А отношение к так называемым "лицам кавказской национальности" и вовсе пристрастное. Обыватель чуть ли не в каждом кавказце готов видеть боевика и террориста, а чиновник видит в нем объект изымания денег. Устраиваются они как могут: давая взятки, покупая прописку, терпя всякие унижения. Вряд ли есть необходимость разъяснять, как это сказывается на отношении одного народа к другому"20.

Мифы и страхи

Параллельно образу "чужих" по отношению к кавказцам формируется и образ "опасных". При этом описываемые фобии нередко явно мифологизированы. Например, в одной публикации предрекалась ни больше ни меньше, как постепенная ассимиляция местного населения приезжими кавказцами21. В этой связи руководитель существовавшего в то время территориального органа Министерства по делам федерации, национальной и миграционной политики России в Калмыкии П. Ивиков вынужден был объяснять, что поводов для подобного беспокойства нет. Среди проживающих в республике выходцы с Северного Кавказа тогда составляли 24 тыс. чел. (7,6% населения).

В свою очередь, определенные страхи в отношении титульного населения существуют и у его этнических контрагентов. Например, грузинка Марина, 47 лет, встревожена тем, что "вроде как калмыки хотят выселить кавказцев"22. Разумеется, взаимные страхи и мифы привносят дополнительную настороженность в отношения между старожилами и мигрантами.

Особенности региональной миграционной политики

Специфика миграционной ситуации, миграционных процессов, их восприятие коренным населением не могут не отражаться на подходах органов власти республики к содержанию миграционной политики. Так, в 2001 году был поддержан курс на усиление роли МВД Калмыкии в этой сфере. Например, заместитель председателя Народного Хурала (парламента) республики А. Сидоренко положительно оценил упразднение Министерства по делам федерации, национальной и миграционной политики России и то, что последней займутся органы внутренних дел. В частности, он заметил: "Проблема неконтролируемой миграции превратилась в настоящую головную боль для органов власти и местного населения"23.

В упомянутом выше докладе о деятельности уполномоченного по правам человека в Калмыкии в 2002 году также подчеркивалось, что неконтролируемая миграция несет угрозу стабильности нашей республики. Приводились данные: около 40% турок-месхетинцев, обосновавшихся в ее южных районах, проживают нелегально24. В докладе констатировалось, что в 2002 году имели место обострения отношений между местными жителями и мигрантами в Сарпинском, Целинном, Черноземельском районах. Побывав в этих районах, встретившись с представителями муниципальных органов власти, старожилами и мигрантами, уполномоченный обратился в правительство республики с предложением провести в ряде районов выездные заседания "круглого стола" "Права человека и миграционные процессы в Калмыкии", и такие заседания состоялись.

Власти республики декларировали необходимость укрепить правовую базу борьбы с неконтролируемой миграцией. Решительно взяться за выполнение этой задачи в 2002 году не позволили подготовка и проведение очередных выборов президента Калмыкии. Но в 2003-м была предпринята попытка изменить подходы к региональной миграционной политике. Так, 20 января глава республики К. Илюмжинов подписал указ о мерах по организации государственного регулирования миграционных процессов на ее территории. Цель этой работы — усиление государственного регулирования данных процессов, защита конституционных прав и свобод всех законно находящихся на территории республики лиц, охрана общественного порядка. Указ основывается на Конвенции о защите прав человека и основных свобод, пункте 3-м статьи 11-й, подпункте "б" статьи 72-й Конституции РФ, статье 3-й Степного Уложения (Конституции) республики.

Поясним: первое из названных положений Конституции России декларирует, что "разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации осуществляется настоящей Конституцией, Федеративным и иными договорами о разграничении предметов ведения и полномочий". Во втором говорится, что в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации находятся "защита прав и свобод человека и гражданина; защита прав национальных меньшинств; обеспечение законности, правопорядка, общественной безопасности; режим пограничных зон". Вышеупомянутая норма Основного закона Калмыкии предусматривает: "В Республике Калмыкия признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно Конституции Российской Федерации, Степному Уложению (Конституции) Республики Калмыкия, общепризнанным принципам и нормам международного права. Республика Калмыкия стремится создать условия, обеспечивающие достойную жизнь и свободное развитие своих граждан".

Рассматриваемый нами указ называет эффективное государственное регулирование миграционных процессов одной из приоритетных задач республики, в частности, предусматривает разработку положения об организации координированной работы государственных и муниципальных органов по обеспечению соблюдения на территории Калмыкии правил регистрационного учета граждан. В связи с этим Министерству внутренних дел предписано усилить работу по выявлению лиц, нарушающих правила регистрации по месту жительства и пребывания на территории республики, незамедлительно применять к ним весь комплекс мер воздействия, предусмотренный законодательством, а также добиваться выдворения иностранцев и лиц без гражданства, незаконно находящихся на российской территории. Органам местного самоуправления предложено во взаимодействии с органами Госсанэпиднадзора разработать нормативные акты о муниципальном контроле над соблюдением мигрантами санитарных норм и правил, направленных на предотвращение распространения инфекционных и иных опасных заболеваний. Руководителям предприятий, учреждений и организаций независимо от форм собственности, а также частным предпринимателям указано при приеме на работу граждан по трудовому либо гражданско-правовому договору неукоснительно выполнять требования законодательства о порядке регистрации граждан РФ и использования иностранной рабочей силы.

Обращают на себя внимание еще два пункта указа. Один обязывает строго соблюдать требования, предъявляемые законом к состоянию жилых помещений (в том числе нормы площади на одного человека) при решении вопроса о регистрации граждан. Другой — подготовить концепцию организации государственного фонда жилья, выкупаемого у лиц, выезжающих за пределы республики на новое постоянное место жительства.

В то же время было обнародовано развернутое заявление главы республики, объясняющее появление данного указа и особенности позиции по вопросам миграции.

Во-первых, оценивая современные миграционные процессы, власти признают их объективный характер и развитие "в соответствии с закономерностями природы человеческого общества"25.

Во-вторых, руководство выступает против неуправляемого характера миграции. По мнению лидера республики, непозволительно "быть лишь безучастными наблюдателями процесса, только отмечая, регистрируя происходящие изменения в этническом, возрастном и профессиональном составе населения. Совершенно очевидно, что такой путь для нас неприемлем. Уже сегодня перед нами стоит целый комплекс весьма сложных социально-экономических вопросов, порожденных неуправляемой миграцией и отсутствием должного государственного внимания к демографической ситуации. Завтра у нас могут появиться проблемы куда более серьезного свойства".

В-третьих, глава республики ратует за усиление контроля над соблюдением правил регистрационного учета всех прибывающих: "Мы ни в коем случае не ограничиваем и не намерены ограничивать права граждан Российской Федерации на свободу перемещения, а лишь усиливаем контроль над соблюдением на территории Калмыкии правил регистрационного учета всех прибывших". "Иначе говоря, такого больше не будет, когда на один квадратный метр жилья приходится по 10, а то и более зарегистрированных лиц. Не будем скрывать, что есть случаи, когда работодатели в поисках легких прибылей используют неучтенную рабочую силу из числа незаконных мигрантов, которая, естественно, обходится им дешевле и не требует от них внимания к вопросам социальной защиты, охраны труда, обеспечения нормативов техники безопасности. Тут двух мнений быть не может: надо навести строжайший порядок".

В-четвертых, президент Калмыкии выступает за регулируемый порядок приобретения приезжими в собственность земли, жилой и другой недвижимости: "Известны случаи, когда мигранты скупают квартиры целыми подъездами в домах, бывшие жильцы которых выехали за пределы республики. В этом направлении мы также намерены предпринять меры регулирующего плана. Мы не будем, естественно, никому запрещать покупать в Калмыкии жилье, но прежде других мы сами станем это делать. Мною даны соответствующие поручения правительству республики, которое должно подготовить концепцию организации государственного фонда жилья, выкупаемого у лиц, выезжающих за пределы республики на новое место жительства. Организация такого фонда — дополнительная возможность решения жилищной проблемы для коренных жителей степного края".

В официальных кругах республики публичную поддержку президентской инициативе выразило прежде всего Министерство внутренних дел. Заместитель министра В. Бадаев заявил: "Президент четко определил проблему, которая волнует не только правоохранительные и исполнительные органы, но и все население республики. Это связано с тем, что в последнее время усилилась тенденция бесконтрольного перемещения граждан не только из субъектов РФ со сложной социально-экономической обстановкой, но и из-за пределов страны". Представитель МВД считает, что "жалобы местного населения о скупке целых подъездов домов правомерны", и в этой связи предупредил: "Сегодня скупают подъезды и дома, а завтра населенные пункты начнут делить. В итоге возможны конфликты на межнациональной почве, которые могут перерасти в открытое противостояние одного народа с другим". В. Бадаев уточнил, что нормы принудительного воздействия должны касаться не законопослушных граждан, а проживающих на территории республики незаконно и "ведущих образ жизни, не соответствующий элементарным нормам поведения"26.

Местная печать позитивно восприняла инициативы республиканского руководства. Характерен такой комментарий: "Озвученная президентом Илюмжиновым позиция относительно состояния миграционной политики в республике, необходимости наведения здесь порядка вызвала вздох облегчения у наших граждан. Как бы ни критиковали губернатора Краснодарского края за особый миграционный режим, но только такие меры могут уберечь регион от хаотического заселения. Такие же жесткие регулирующие меры намереваются применять у нас. Давно пора"27.

На страницах газет преобладали положительные отклики граждан. Как ни странно, даже те, кто побывал в незавидной роли мигрантов в других регионах и на себе испытал ущемление прав, одобряют подобную практику и выступают за ее распространение. Показательно признание некоего А. Овчинникова: "Мы уезжали в Краснодарский край в г. Гулькевичи. Прожили 1,5 года и вернулись. Не поехавший с нами старший сын говорил: "Вы будете там чужими". Так и получилось. Там в отношении мигрантов вопрос поставлен очень жестко: работой обеспечиваются в первую очередь коренные жители. В этом отношении одобряю политику губернатора Краснодарского края. Вот так нужно сделать и у нас. Квартиру, работу, путевки — для коренных жителей"28.

11 апреля 2003 года вступил в силу закон "О пребывании и жительстве на территории Республики Калмыкия и о мерах по регулированию миграционных процессов в республике". Он устанавливал регулируемый характер миграции, допускаемый в том объеме, в котором геополитическая обстановка, экономические и социальные условия позволили бы обеспечить права и свободы граждан, законно находящихся на территории республики, государственную и общественную безопасность. Кроме того, закон предусматривал создание Комиссии миграционного контроля как органа для решения вопросов, связанных с предоставлением права на пребывание и жительство в республике. Комиссия наделялась немаловажными полномочиями. Так, исключительно по согласованию с ней иностранные граждане и лица без гражданства приобретали право на постоянное место жительства в республике. В отношении граждан Российской Федерации решение комиссии — обязательное основание для жительства в Калмыкии в том случае, если место проживания не соответствовало нормам жилой площади на одного человека, установленным жилищным законодательством РФ. Предусматривалось, что, исходя из предложений комиссии, правительство должно было ежегодно устанавливать максимальную численность переселенцев, которые могли быть определены на постоянное место жительства в населенных пунктах республики. На комиссию также возлагался контроль над соблюдением миграционного законодательства. Однако этому закону не суждено было заработать в полной мере: через полгода — 11 октября 2003 года — Народный Хурал вынужден был признать его утратившим силу, поскольку органы прокуратуры обнаружили в нем противоречия федеральному законодательству.

Таким образом, процесс формирования региональной миграционной нормативно-правовой базы еще не завершен и, надо полагать, будет продолжен.

Заключение

Количественные миграционные показатели, масштабы миграционных проблем в республике, пожалуй, менее впечатляющи, чем в ряде других регионов Юга России. Это, впрочем, не уменьшает их значимость для населения, особенно титульного, и властей Калмыкии.

Мы убедились, что миграция определяющим образом способствует сокращению численности населения: миграционная убыль превышает естественный прирост. Да, республика привлекает мигрантов, особенно из Северного Кавказа и Центральной Азии (Чечни, Ингушетии, Казахстана, Узбекистана, Таджикистана), поскольку в целом отличается спокойной общественно-политической и этноконфессиональной обстановкой. Но еще больше людей уезжает из Калмыкии.

В связи с этим можно сделать вывод: главная задача в сфере миграционной политики — создание условий для сокращения оттока людей (как из числа издавна живущих здесь, так и недавно прибывших) за пределы республики, особенно лиц трудоспособного возраста.

Между тем, судя по настроениям старожилов (прежде всего представителей титульного населения), наибольшее беспокойство вызывает не постоянное уменьшение численности проживающих, а приезд новых жителей, прежде всего кавказцев, с которыми эпизодически возникают конфликты. Справедливости ради следует отметить, что эти конфликты нередко провоцирует поведение приезжих.

Миграционная политика в республике также имеет отчетливо выраженную особенность: акцент на усиление государственного регулирования миграционных потоков, а точнее одного из них — въезда и контроля над соблюдением приезжающими правил регистрации и пребывания на ее территории.

Не умаляя важности регулирующей и контролирующей составляющих миграционной политики, мы считаем, что назрела необходимость дополнить ее еще одной компонентой — идеей и мерами интеграции законопослушных мигрантов (в том числе кавказских и центральноазиатских) в местное сообщество. Нам представляется, что в противном случае и в дальнейшем будет снижаться уровень толерантности в отношениях между старожилами и недавно прибывшими, сохранится фактически транзитный характер миграции и продолжится снижение численности населения Калмыкии.


1 Итоги Всесоюзной переписи населения 1989 г. по Калмыцкой АССР. Элиста: Госкомстат РСФМС, Калмыцкое республиканское управление статистики, 1999. С. 28.
2 Регионы России. Социально-экономические показатели. Официальное издание. 2003. Стат. сб. М.: Госкомстат России. 2003. С. 52.
3 Здесь и далее миграционная и демографическая статистика приводится по сведениям в следующих изданиях: Социально-экономическое развитие Республики Калмыкия за январь 2002 года. Элиста: Госкомстат России, Гос. ком. Республики Калмыкия по статистике. 2002; Социально-экономическое развитие Республики Калмыкия за январь 2003 года. Элиста: Госкомстат России, Гос. ком. Республики Калмыкия по статистике, 2003; Социально-экономическое развитие Республики Калмыкия за январь 2004 года. Элиста: Госкомстат России, Гос. ком. Республики Калмыкия по статистике, 2004.
4 См.: Хальмг унн, 25 июня 2003.
5 Об этом подробнее см.: Волгин В. Калмыкия. Состояние межэтнических отношений // Сеть этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов. Бюллетень № 26, июль — август 1999.
6 Сарпинские вести, 17 июля 2001.
7 Известия Калмыкии, 9 августа 2001.
8 Там же.
9 Сарпинские вести, 30 июня 2001.
10 Рассвет, 11 августа 2001.
11 Известия Калмыкии, 9 августа 2001.
12 Там же.
13 Рассвет, 10 августа 2001.
14 Сарпинские вести, 17 июля 2001.
15 См.: Советская Калмыкия сегодня, 30 июля 2001.
16 Элистинские новости, 7 августа 2001.
17 Комсомолец Калмыкии, 15—21 августа 2001.
18 Искра Калмыкии, 1 февраля 2003 г.
19 Известия Калмыкии, 9 августа 2001.
20 Советская Калмыкия сегодня, 13 августа 2001.
21 См.: Вечерняя Элиста, 1 августа 2001.
22 Сарпинские вести, 30 июня 2001.
23 Известия Калмыкии, 31 октября 2001 г.
24 См.: Хальмг унн, 25 июня 2003 г.
25 Здесь и далее заявление цитируется по: Хальмг унн, 22 января 2003.
26 Милиция Калмыкии, 24 января 2003.
27 Вечерняя Элиста, 25 января 2003.
28 Экономика и жизнь — Калмыкия, 7 февраля 2003.

SCImago Journal & Country Rank
build_links(); ?>
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL