КАВКАЗСКИЕ ДИАСПОРЫ В УКРАИНЕ

Анатолий МОМРИК


Анатолий Момрик, научный сотрудник Украинского этнологического центра Института искусствознания, фольклористики и этнологии им. М.Т. Рыльского Национальной академии наук Украины (Киев, Украина)


Географически Украина близка к Кавказскому региону, что всегда облегчало контакты их жителей через пространство западной оконечности евразийских степей, а также по Черному морю — между побережьем Кавказа и Крымом. Так, на рубеже первого тысячелетия нашей эры по одному из ответвлений Великого шелкового пути в направлении Трапезунд — Крым — Каменец-Подольский — Львов — Западная Европа началась активная миграция армян, занимавшихся торговлей. Она была спровоцирована экспансией турков-сельджуков в Малой Азии, в результате чего армянские общины появились в Крыму и Западной Украине. Наиболее активно они обосновывались на востоке полуострова (Феодосия, Старый Крым, где до настоящего времени сохранились десятки средневековых армянских храмов) и в созданном христианами в предгорьях его западной части княжестве Феодоро, а также в центральной и Западной Украине. На территории последней в XIII—XVII веках уже насчитывалось свыше 20 армянских колоний, которым в Польско-Литовском государстве предоставили местное самоуправление1.

Под влиянием тюркоязычного окружения в Крымском ханстве армяне перешли на так называемый "армяно-кипчакский язык", в XVIII веке, после принятия местными армянами католицизма в Речи Посполитой, вытесненный польским языком. В современной Украине практически не осталось потомков этой диаспоры, так как в 1948 году они эмигрировали в Польшу, что было предусмотрено договором об обмене населением между Польской Народной Республикой и СССР (по данным польской переписи 2002 года, их осталось лишь 1 100 чел.). Но еще задолго до того, в 1779 году, по приказу российской императрицы Екатерины II близких к ним по происхождению армян Крыма переселили в район современного Ростова-на-Дону.

В период Османской империи в Крыму появились и грузины — небольшая группа тюркоязычных православных гурджиев. Во время спровоцированного Екатериной II исхода христиан из Крыма их (вместе с греками) переселили в Приазовье, где они основали село Староигнатьевку (на территории нынешней Донецкой области). В наше время их обрусевшие потомки утратили грузинское самосознание и считают себя греками-тюркофонами2.

Появление более значительных групп грузин связано с грузинским царем Вахтангом VI, который в 1724 году эмигрировал в Россию из Османской империи. Из грузинских дворян, пришедших с ним, была сформирована гусарская рота, затем разросшаяся до полка. В 1738 году на территории современной Полтавской области им пожаловали государственные земли, в результате чего из Москвы в Украину переселились около 1 500 чел. Среди потомков этой значительно украинизированной волны были основатель украинской фольклористики граф Николай Цертелев (1790—1869), а также талантливый скульптор и кинорежиссер Иван Кавалеридзе (1887—1989)3.

Во времена Золотой Орды на правобережье Днепра мигрировали малочисленные группы адыгского (черкесского) происхождения, растворившиеся в возникшем запорожском казачестве. Следует отметить характерное для того времени позитивное отношение к адыгам со стороны украинцев, о чем свидетельствуют совместные походы черкесов (племя жене / женеевцы) и казаков, во главе которых стоял создатель Запорожской Сечи князь Дмитрий Байда-Вишневецкий (? — 1563), против турецкого Азова. Более того, среди украинских интеллектуалов XVI—XVIII веков было распространено мнение о славянском происхождении православных на то время черкесов-пятигорцев.

Что же касается Азербайджана, в тот период связей с ним почти не было, так как он находился в сфере влияния не Османской империи, а далекого от Украины Сефевидского Ирана. Только в годы оккупации Петром I (начало XVIII в.) прикаспийских провинций Ирана в Азербайджане, сменяя друг друга, находились регулярные украинские казачьи полки4.

И все-таки наиболее активно отношения между Украиной и Кавказом начали развиваться в XIX веке, когда, во многом благодаря доукомплектованным украинцами подразделений черноморских, кубанских и терских казаков, Россия завоевала данный регион. Это привело к длительному, почти двухсотлетнему пребыванию Украины и Кавказа в составе единого государства — сначала Российской империи, а потом Советского Союза.

Среди христианского населения Османской империи как на Балканах, так и на Кавказе усиление России спровоцировало в конце XVIII — начале XIX века пророссийские симпатии, одной из форм выражения которых было переселение их народов на юг России, то есть на территорию современной Украины. На место изгнанных ногайских татар в Подунавье и Приазовье пришли православные группы болгар, гагаузов и албанцев, а в городах черноморского побережья появились новые волны выходцев с Кавказа: армян и понтийских греков (как греко-, так и тюркоязычных). Именно эта миграция возобновила присутствие в Крыму данных групп, прерванное переселением по указу Екатерины II.

По данным российской (1897 г.) и австро-венгерской (1900 г.) переписей населения, на территории современной Украины проживало 15,5 тысяч армян (0,1% ее жителей), причем более половины из них (9,4 тыс.) — в Крыму. Как и представители предыдущей, средневековой волны, они преимущественно жили в городах: в Симферополе — почти 2 тыс., в Феодосии, Старом Крыму и окрестных селах — 2,4 тыс., Карасубазаре (современный Белогорск) — 800 чел., Армянске и Севастополе — по 400 чел. Причем в районе Феодосии до 50% армян оставалось на то время иностранными гражданами (очевидно, турецкими поданными), что подтверждает информацию об относительно новом происхождении данной диаспоры. Армяне — российские подданные, в основном принадлежали к мещанскому сословию (т.е. к среднему классу), лишь в Симферополе, Карасубазаре и Феодосии их заметные группы относились к привилегированным сословиям купцов, дворян и священнослужителей. Подобная социальная структура, при почти полном отсутствии крестьянства, радикальным образом отличала диаспору армян Крыма от всех других групп зарубежных колонистов юга Украины (немцы, болгары, греки, чехи, эстонцы, шведы), среди которых преобладало аграрное население5.

К XIX веку относится и первая информация о пребывании в Украине представителей северокавказских народов: в Киеве некоторое время жил плененный имам Чечни и Дагестана аварец Шамиль, а в Очаков был сослан осетинский писатель-революционер Коста Хетагуров. Однако их количество было весьма незначительным. Так, во всей Таврической губернии в 1897 году проживали 28 мужчин и 1 женщина северокавказского происхождения, в Севастополе — более 100 грузинских мужчин-крестьян, которые, скорее всего, были обычными солдатами местного гарнизона.

В результате Первой мировой войны с Южного Кавказа в города Украины прибыли первые беженцы-ассирийцы. Вскоре большинство из них перешло в православную веру, и все, как правило, работали уличными сапожниками. Следует отметить, что украинцы весьма положительно относились к православным грузинам и менее терпимо к армянам-монофизитам. Это объясняется не только конфессиональными отличиями, но и традиционными для последних эндогамией и торговой специализацией — профессией прибыльной, но не уважаемой украинцами-крестьянами.

В первой половине ХХ века этническая структура Украины коренным образом не изменилась: данные переписей 1921—1926 годов на украинских землях СССР, Польши, Румынии и Чехословакии свидетельствуют лишь о заметном присутствии армян — 21,1 тыс. (0,1% населения). В 1939 году большинство из них (13 тыс.) по-прежнему жило в Крыму, где они составляли 1,1% населения. Хотя их доля среди сельского населения выросла, основная часть представляла сословие горожан. Армяне не избежали сталинских репрессий: уже в 1922 году из их храмов изъяли церковные ценности, в 1930-х закрыли церкви в Мелитополе, Луганске и в других городах республики. Последнюю действующую армянскую церковь в Украине (в Одессе) разрушили в годы Второй мировой войны6.

Данные послевоенных переписей населения Украины дают намного больший массив информации о выходцах с Кавказа (см. табл. 1)7.

Таблица 1

Количество представителей кавказских народов в Украине

 

1959

1970

1979

1989

2001

Армяне

28 024

33 439

38 646

54 200

99 894

Азербайджанцы

6 680

10 769

17 235

36 961

45 176

Грузины

11 574

14 650

16 301

23 540

34 199

Турки-месхетинцы

     

262

9 180

Осетины

3 325

4 554

5 257

6 345

4 834

Лезгины

 

1 708

2 354

4 810

4 349

Ассирийцы

 

2 765

2 991

2 759

3 143

Чеченцы

 

939

1 046

1 844

2 877

Курды + езиды

     

238

2 808

Даргинцы

 

634

595

1 550

1 610

Аварцы

 

893

1 211

2 677

1 496

Абхазы

 

476

941

990

1 458

Лакцы

 

574

662

1 035

1 019

Табасараны

 

118

300

932

977

Кумыки

     

868

718

Удины

     

109

592

Кабардинцы

 

554

673

959

473

Ингуши

     

466

455

Ногайцы

     

331

385

Адыгейцы

     

688

338

Калмыки

     

635

325

Балкарцы

     

244

206

Черкесы

     

447

199

Карачаевцы

     

342

190

Население Украины

41 869 046 47 126 517 49 609 333 51 452 034 48 240 902

Как мы видим, в 1959 году в нашей республике было заметно присутствие только трех основных народов Южного Кавказа, а также осетин и выходцев из Дагестана (всего 3 823 чел.). Продолжало постепенно расти число армян, хотя их количество не превышало 0,1% населения Украины. При этом следует отметить, что 24 июня 1944 года по приказу Сталина (как и в 1779 г. по указу Екатерины II — 8 750 чел.) их снова выселили с полуострова. Имущество созданных еще в средние века армянских монастырей вывезли в Ереван. Но на сей раз изгнание крымских армян и греков было не столь продолжительным, как депортация крымских татар. Сразу же после смерти Сталина армянам разрешили вернуться на малую родину. Однако эту возможность использовала лишь незначительная часть депортированных. Во всяком случае, в материалах переписи 1959 года нет сведений о значительных группах армян ни в Крымской области, ни в Севастополе.

Кавказская диаспора продолжала оставаться явлением городским: 90% армян, 88% грузин, 82% азербайджанцев были в 1959 году горожанами. Более того, абсолютное преобладание мужчин: 87% у азербайджанцев, 83% у народов Дагестана, 76% у грузин, 60% у армян свидетельствует о первой стадии формирования диаспоры, о ее неукорененности. Это подтверждается и высоким уровнем признания родным языком языка своей национальности (69% — среди азербайджанцев, 63% — среди грузин), что особенно заметно при сравнении с давней армянской диаспорой, в которой только 41% считали армянский язык родным. Как для первых, так и для вторых в то время была характерна высокая дисперсность расселения: их присутствие на региональном уровне остается за пределами внимания упомянутой переписи8.

Материалы переписей 1979 и 1989 годов свидетельствуют о сохранении тенденции эмиграции в Украину выходцев с Кавказа. Впрочем, это было свойственно большинству регионов Советского Союза и объяснялось рядом факторов: потребностью путем смешивания этносов ускорить процесс унификации многонационального населения государства с целью создания новой исторической общности — "советский народ"; перенаселением на многих территориях региона; уже упомянутой выше географической близостью Кавказа к Украине. Вследствие этого в нашей республике впервые появились довольно заметные по численности этнические группы северокавказцев, в основном мужчин, что обусловило резкое увеличение количества смешанных украинско-кавказских браков. Рожденные в таких семьях дети вместе с фамилией отца традиционно получали его национальность, не становясь при этом носителями этнокультурной традиции главы семьи. Именно данным фактором, а также невозможностью получить образование на родном языке за пределами исторической родины в условиях фронтальной русификации объясняется ощутимое уменьшение количества выходцев с Кавказа с родным языком своей национальности. Большинство из них даже не пыталось овладеть украинским языком, пользуясь в Украине только русским, объявленным в бывшем СССР языком межнационального общения.

Как мы уже отмечали, во второй половине ХХ века количество армян, азербайджанцев, грузин неуклонно увеличивалось. Более того, после землетрясения 1989 года в Армении, а особенно вследствие распада Советского Союза произошел скачкообразный прирост представителей данных диаспор в Украине. Период же постсоветской дестабилизации — в частности, продолжение азербайджано-армянского противостояния за Карабах, гражданская война в Грузии, конфликты в Абхазии и Южной Осетии — привел к серьезным миграционным сдвигам на Южном Кавказе. Вызванные этими событиями рост межэтнической напряженности и коллапс экономики накладываются на традиционную маятниковую миграцию из зон аграрного перенаселения в Россию и Украину. По данным переписей 2001— 2002 годов, количество армян, по сравнению с последней советской переписью 1989 года, увеличилось в России в два раза (до 1 130 тыс. чел.), в Украине — почти в два раза (до 100 тыс. чел). Азербайджанцев же в России ныне насчитывается 621 тыс. (увеличение в два раза), в Украине — 45 тыс. (рост на 20%); количество грузин в России повысилось со 130 тыс. до 198 тыс., в Украине — до 34 тыс. (в полтора раза больше).

Эти миграционные процессы охватили не только титульные народы новообразованных государств Кавказа, но и представителей их этнических меньшинств. Так, за последние 10 лет количество азербайджанских удин (0,6 тыс.) в Украине увеличилась в 6 раз (в России в 4 раза — до 4 тыс.), закавказских курдов-езидов (2,8 тыс.) — в 14 раз (в России в 10 раз — курды + езиды = 20 + 31 тыс. чел.), в результате чего данные диаспоры стали даже большими, нежели эти этнические группы, оставшиеся на родине. Например, по данным переписи 1999 года, в Азербайджане насчитывалось 4 тыс. удин, а курдов — 13 тыс. К этому следует добавить увеличение в Украине в два раза числа грузинских абхазов (1,4 тыс.), появление в Крыму нескольких сотен грузинских греков-урумов и неожиданный рост давно демографически стабильной популяции ассирийцев.

Следует также упомянуть о появлении достаточно сплоченной группы транзитных мигрантов южно-кавказского происхождения — турок-месхетинцев (ахыцка), которые, не получив разрешения на возвращение в Грузию, осели на Северном Кавказе (95 тыс.), в Муганской степи Азербайджана (43 тыс.) и в Херсонской области Украины (9 тыс.).

После распада Советского Союза и получения Украиной независимости выходцы из северокавказских автономий Российской Федерации (в отличие от представителей Южного Кавказа) преимущественно вернулись на родину или поменяли направление своих миграционных устремлений на внутренние районы России, главным образом на Москву и Петербург. В Украине же это привело к значительному сокращению довольно давних групп осетин и аварцев, а также всех выходцев с Западного Кавказа (как исключение можно упомянуть лишь получение украинского гражданства группой осетинских спортсменов, представители которой, З. Зазиров и Е. Тадеев, завоевали для нашей республики несколько чемпионских титулов по вольной борьбе).

В постсоветские годы ощутимо выросла только община чеченцев (2,8 тыс.), что обусловлено войной в данном регионе. При содействии украинских партий правой ориентации они создали свои информационные центры в Одессе и Львове, а с помощью меджлиса (парламента) крымско-татарского народа организовали для чеченских детей сезонные лагеря отдыха в Крыму.

Следует отметить, что не все кавказские диаспоры ориентированы на продолжительное пребывание в нашей республике. Об этом, в частности, свидетельствует то, что на преимущественно украиноязычных территориях Центральной и Западной Украины дети кавказского происхождения составляют непропорционально высокую долю учеников школ, в которых есть классы с русским языком преподавания, что косвенно говорит о потенциальной готовности таких семей переехать в Россию.

Таблица 2

Языковые предпочтения некоторых народов, проживающих в Украине

Национальность

Из них считали родным (в %)

Язык своей национальности

украинский

русский

1959

1979

2001

1959

1979

2001

1959

1979

2001

Украинцы

93,5

89,0

85,2

6,4

10,9

14,8

Русские

98,1

98,6

95,9

1,8

1,3

3,9

Армяне

41,5

38,0

50,4

2,3

2,6

5,8

55,7

59,0

43,2

Азербайджанцы

69,1

60,1

53,0

3,3

3,7

7,1

27,2

36,0

37,6

Грузины

62,1

48,2

36,7

3,1

4,0

8,2

33,5

47,6

54,4

Как показывают приведенные данные, только половина представителей кавказских диаспор считают родным язык своей национальности (это же характерно и для других этнических групп: от 25% — у осетин и ассирийцев, до 56% — у курдов и, как исключение, 89% — у турок-месхетинцев). Резкий скачок данного показателя у армян, отмеченный за последние 10 лет, объясняется взрывоподобным (двойным) приростом их численности за счет эмиграции с исторической родины.

Для более чем 40% выходцев с Кавказа родным уже стал русский язык, что объясняется концентрацией данных народов преимущественно в русскоязычных городах Восточной и Южной Украины. Так, по состоянию на 2001 год армянские общины, превышающие 10 тыс. чел. каждая, жили в Донецкой, Харьковской, Днепропетровской областях и в Крыму, а свыше 5 тыс. — в Запорожской, Луганской и Одесской областях. Общины азербайджанцев (численностью свыше 5 тыс. чел.) есть в Донецкой, Днепропетровской и Харьковской областях. Более 7 тыс. грузин насчитывается в Донецкой области, по 4 тыс. — в Харьковской и Запорожской. Подобное сосредоточение на экономически развитых индустриальных территориях характерно и для малых популяций кавказских народов. Так, 50% лезгин проживают в Донецкой и Харьковской областях, 50% абхазов — в Одесской и Донецкой, свыше 50% даргинцев — в Днепропетровской, более 30% ассирийцев — в Донецкой, 20% курдов — в Луганской.

Подобная ситуация наглядно свидетельствует о характерном для данных народов принципе землячества: новые иммигранты пополняют уже сформированные общины, справедливо надеясь на помощь родственников и земляков при поиске работы и адаптации в новом, желательно русскоязычном, этнокультурном окружении. В то же время значительное число смешанных браков способствует усилению языковой и культурной ассимиляции их потомков не только в русской, но и украинской культуре. Так, за последние 20 лет в два раза увеличилась доля армян, азербайджанцев и грузин, назвавших своим родным языком украинский. Среди представителей этого еще мало распространенного явления можно упомянуть народного артиста Украины, сына осетина А. Хостикоева и трагически погибшего оппозиционного журналиста, сына грузина и украинки — Г. Гонгадзе. Кроме всего прочего, этот пока что незначительный процент объясняется малым количеством представителей данных народов в украинскоязычных областях центра и запада нашей страны.

Относительно этнокультурной ситуации следует отметить, что она резко изменилась еще в период перестройки в СССР, которая вызвала подъем национальных чувств и мобилизацию большинства народов Советского Союза. Так, в 1991 году в Украине было создано Киевское армянское общество. Тогда же в соответствии с указом Католикоса всех армян Вазгена I была восстановлена Украинская епархия Армянской Апостольской Церкви во главе с архиепископом Натаном Оганесяном, а после его перевода в Великобританию (2001 г.) епархию возглавил Григорис Буниатян. За постсоветское время ей возвращены средневековые церкви Св. Саркиса (место погребения семьи художника И. Айвазовского) и Св. Архангелов в Феодосии, древний монастырь Сурб-Хач в Старом Крыму, а также церковь Св. Девы Рипсиме (1905—1917 гг.) в Ялте. Более того, на освящении возрожденного кафедрального собора Успения Пресвятой Богородицы (1363 г.) в Львове (май 2003 г.) присутствовали Католикос всех армян Гарегин ІІ, спикер парламента Армении А. Хачатрян, французский шансонье армянского происхождения Шарль Азнавур. Столь солидный "десант" как бы подчеркивал древность исторического присутствия армян в Украине и значимость их стотысячной диаспоры для Армении. Активность и финансовые возможности этой диаспоры подтверждаются строительством новых армянских церквей в Одессе, Макеевке, Харькове, а также часовен в Киеве и Симферополе.

С 1994 года ежемесячно издаются армянский и украинский варианты газеты "Арагац", которую дотирует украинское государство. Подобная стабильность в условиях длительного экономического кризиса в нашей республике уже сама по себе — исключительное явление в среде преимущественно нерегулярной прессы национальных меньшинств Украины. В большинстве областных центров страны функционируют филиалы Союза армян Украины, воскресные школы, созданные на базе государственных общеобразовательных учебных заведений, фольклорные ансамбли, регулярно отмечаются национальные праздники.

Как и в большинстве стран мира с заметной армянской диаспорой, для местной общины характерны высокая предпринимательская активность и создание в органах власти армянского лобби. В начале 1990-х годов в Крыму эффективно действовала Партия экономического возрождения полуострова — политическое крыло местных армянских предпринимателей. После ее неудачи на выборах в парламент Украины и относительной стабилизации политической ситуации в Крыму создатели партии во главе с А. Даниляном эмигрировали в Карабах, где они влились в элиту этого непризнанного государственного образования. Здесь уместно вспомнить и о крымском происхождении Унаняна, организатора расстрела депутатов в парламенте Армении. Приведенные факты — дополнительное подтверждение органического переплетения интересов армян Украины с актуальными интересами их исторической родины.

В результате парламентских выборов 2002 года депутатами Верховной рады Украины стали четыре армянина — своеобразный рекорд среди национальных меньшинств страны. После выборов известный киевский кинорежиссер Роман Балаян уступил место президента Союза армян Украины народному депутату, владельцу крупной киевской строительной компании "Позднякижилбуд" Нверу Мхитаряну. Подобная деятельность армянского лобби в Украине очень похожа на российские и американские реалии, но ее результативность пока незначительна: украинско-армянские межгосударственные отношения не идут ни в какое сравнение с дружескими связями нашей страны с Грузией и Азербайджаном, сотрудничающих в рамках ГУУАМ и ТРАСЕКА, а также связанных вереницей двусторонних, в том числе военных, соглашений.

Но вместе с тем другие кавказские диаспоры проявляют себя не столь активно. (Хотя они и создали свои общества культуры, деятельностью воскресных школ и представительством в органах государственной власти (наряду с армянами) могут похвастаться лишь грузины и азербайджанцы.) Также можно отметить, что пресса этих общин выходит нерегулярно и малыми тиражами, а сами общины собираются преимущественно для того, чтобы отметить свои государственные и религиозные праздники. У православных грузин, осетин и ассирийцев нет в Украине своих религиозных структур — они посещают местные православные храмы. (Исключением можно считать освящение в Керчи грузинским священником монумента воинам-грузинам, погибшим во Второй мировой войне. Этот монумент построен на деньги местного предпринимателя.) А в исламских институциях Украины мусульманские выходцы с Кавказа не столь активны, как татарская и арабская диаспоры. В этом плане можно выделить лишь возглавляемый лезгином Киевский исламский культурный центр, поддерживающий активные связи с местной азербайджанской общиной.

Важный результат деятельности всех без исключения кавказских национальных общин — формирование позитивного имиджа своего народа в глазах украинского общества, подчеркивание давности культурных связей, содействие переводу на украинский язык выдающихся произведений своей национальной литературы, формирование благожелательного климата в межэтнических отношениях.

Следует отметить и то, что в Украине, в отличие от России, нет ярко выраженной ксенофобии, нет и расистских организаций. Однако на бытовом уровне все же ощущается некоторое предубеждение и дистанцирование: кавказских мигрантов считают торгашами, возмущаются их порой вызывающим поведением, в прессе их часто связывают с организованной преступностью. Все это способствует изоляции данных общин от местного населения.

С другой стороны, большая часть украинской элиты поддерживает стремление кавказских народов к большей независимости от России. Подобная позиция объясняется традиционным сочувствием к слабым и угнетенным народам.

Исходя из динамики интеграционных процессов, происходящих в нашей стране в целом на благоприятном фоне, можно надеется, что дальнейшее сосуществование украинцев и представителей кавказских диаспор сохранит свою позитивную составляющую, основанную на традиционной толерантности местного населения к этническим меньшинствам.


1 См.: Дашкевич Я.Р. Историко-демографическое изучение армянской миграции на Украине (XI—XVIII вв.). Рига, 1977.
2 См.: Араджиони М.А. Краткий отчет об осуществлении Крымским отделением Института востоковедения НАН Украины трехлетней программы культуры потомков крымских христиан- греков Северного Приазовья. В кн.: Этнография Крыма XIX—XX вв. и современные этнокультурные процессы. Материалы и исследования. Симферополь, 2002. С. 407—413.
3 См.: Етнонаціональні процеси в Україні: історія та сучасність / Под ред. В. Наулка. К., 2001.
4 См.: Дорошенко Д. Нарис історії Україні. Т. ІІ. Мюнхен, 1966. С. 165—166.
5 См.: Первая всеобщая перепись населения Рос. имп., 1897. Т. ХLI. СПб., 1904.
6 См.: Пивоварська К. Вірменська апостольська церква в Україні // Арагац, 2001, № 12; 2002, № 1.
7 См.: Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. Украинская ССР. М., 1963; Національний склад населення України. К., 1991. Ч. І. С. 4—12; неопубликованные материалы переписи-2002 Государственного комитета статистики Украины.
8 Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. Украинская ССР. С. 186—194; Итоги Всесоюзной переписи населения 1979 г. Т. IV (ч. I, книга 2-я). М., 1989. С. 3—16; неопубликованные материалы переписи-2002 Государственного комитета статистики Украины.

SCImago Journal & Country Rank
reg vps
ruvds.com
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL