ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ РОССИИ, США И КИТАЯ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

Ли ЛИФАНЬ
Дин ШИУ


Ли Лифань, магистр экономических наук, заместитель директора Научно-исследовательского центра "Шанхайская организация сотрудничества" (Шанхай, КНР)

Дин Шиу, магистр экономических наук, научный сотрудник Института Центральной Азии Ланьчжоуского университета (Ланьчжоу, КНР)


После распада СССР все бывшие советские республики стали независимыми государствами. В результате этих событий загадочный и труднодоступный регион, который прежде называли Средней Азией, вновь занял свое достойное место в центре Евразии. Это не только изменило ее геополитическую карту, но и выявило важность Центральной Азии в глобальной геополитике и стратегии. Регион, долгие годы "холодной войны" пребывавший в затишье и в забытье, вновь приковал к себе внимание мировых держав и стал играть важную роль в их глобальной стратегии. Географически Центральная Азия является ядром Евразии, узлом, соединяющим ее со Средним Востоком, а также транзитным коридором распространения влияния этих держав по разным направлениям.

Американские стратеги считают, что если США установят свой контроль над ЦА, то они смогут держать в руках экономически развитую Европу и Восточную Азию, возможно, Африку и другие районы мира. Кроме того, в этом регионе сосредоточены богатые источники углеводородных ресурсов. Например, по мнению ряда экспертов, залежи нефти в Казахстане составляют 1—1,7 трлн баррелей (почти 2% мировых запасов)1. По другим данным, нефтегазовые ресурсы всей Центральной Азии оцениваются в 3 трлн долл. Если же к этому добавить соседние районы Каспия, то показатели получатся астрономические. В Каспийском море —1,4 трлн куб. м природного газа, а разведанные запасы нефти составляют 0,7—1 трлн тонн, то есть по ее залежам оно чуть уступает Персидскому заливу, некоторые даже называют Каспий "вторым Персидским заливом". При этом 60—70% нефти концентрируются на морском шельфе вблизи Казахстана и Азербайджана. Приняв во внимание все перечисленные факторы, можно утверждать, что Центральная Азия всегда будет ареной борьбы мировых и региональных держав. Рассмотрим геополитические стратегии в Центральной Азии трех из них: России, США и КНР.

Геополитическая стратегия России

В историческом прошлом Россия вела по отношению к Центральной Азии агрессивную политику, направленную на расширение своего влияния в целях русификации этого региона2. Но когда ее могущество здесь почти достигло своего пика, вследствие своих внутренних противоречий СССР развалился. С того времени прошло уже более 12 лет, но Россия пока не в состоянии восстановить свое прежнее положение в регионе, а путь к ее возрождению еще долог.

Геополитическая стратегия Москвы в ЦА, как органическая часть ее общей внешней политики, в настоящее время, особенно после террористического акта 11 сентября 2001 года, приобретает исключительное значение. В связи с тем, что стратегия в регионе должна служить возрождению России, Москва будет постоянно ее регулировать, учитывая изменения политической обстановки. Но сущность российской стратегии в целом не изменится, ее внешний круг будет предусматривать долгосрочную дружбу с Афганистаном и Ираном, а внутренний — сотрудничество с Казахстаном, контроль над Кыргызстаном и Таджикистаном, перетягивание на свою сторону Туркменистана и Узбекистана. Это определяется географическим положением России относительно стран региона и является объективной основой определения центральноазиатской стратегии Москвы.

Однако реальная мощь России слабеет, она уже не в состоянии направлять достойные силы в Центральную Азию. Вследствие развала СССР Москва стремительно сократила свое стратегическое пространство, потеряла большую часть своих морских портов. Кроме того, распад Организации Варшавского договора и расширение НАТО на восток создали суровые вызовы безопасности России. В последние годы ее международное положение постоянно ухудшается. Во-первых, РФ почти полностью потеряла свое политическое влияние в других районах мира, за исключением лишь нескольких стран СНГ. И это произошло несмотря на то, что она стала членом "Большой восьмерки" (формула 7 + 1). Западные страны приняли ее в эту структуру просто для утешения и переманивания, поскольку она обладает тревожащим их ядерным арсеналом. Во-вторых, переход России к рыночной экономике пока не принес желаемого стране результата. Так, за последние 10 лет ее ВВП сократился почти на 50%, уровень жизни народа значительно снизился, классовая дифференциация становится все более явной, общественное недовольство усиливается. В-третьих, Россия остается ядерной державой, однако ее обычное оружие несовременно, а боеспособность армии не настолько сильна, чтобы противостоять Западу. И в связи со своей слабеющей мощью Москва вынуждена основное внимание уделять СНГ, довольно часто регулировать и менять свою политику в Центральной Азии.

Что же касается ситуации в регионе, то в настоящее время пять его стран находятся в процессе экономических и политических преобразований и в состоянии нестабильности, обусловленной этими глубокими изменениями. Переход к рыночной экономике, реформа политической системы привели данные республики к неравномерности развития, к массовой безработице, поставили многие предприятия на грань банкротства. А такая ситуация легко пробуждает междоусобицу. После приобретения государственного суверенитета, строя новую экономическую систему, эти страны осознали свою национальную самобытность. Резко обострились националистические настроения, затаенные в период СССР, особенно в многонациональных республиках. Чтобы взять Центральную Азию под свой контроль, требуются значительные материальные средства, которые сегодняшней России "не по карману", но ее действия в этом направлении могут завести в тупик, а выбраться из него, как и из афганской войны, будет трудно. К тому же в нынешних условиях, когда России самой не решить внутренние проблемы, инвестиции из США и других западных стран являются для стран Центральной Азии огромным искушением.

Стратегическая экспансия Соединенных Штатов

Принимая во внимание особое стратегическое положение и богатые углеводородные ресурсы Центральной Азии, США рассматривают ее как органическую часть своей глобальной стратегии. При советской власти, когда регион был "внутренним двором" СССР, у США не было доступа к нему. Развал Советского Союза дал в руки Соединенных Штатов ключ, который позволяет им проникнуть в ЦА в политическом, военном и экономическом плане. Региональная стратегия Вашингтона заключается в том, чтобы, превратив Центральную Азию в свою будущую базу стратегических ресурсов и в точку опоры для сдерживания России, постепенно включить регион в рамки своей глобальной стратегии. А цель геополитической стратегии США в Евразии — присутствие в ЦА и защита своих все растущих экономических интересов как в этом регионе, так и в Европе и на Дальнем Востоке. Процесс проникновения Соединенных Штатов в Центральную Азию продолжается по следующим трем направлениям.

Во-первых, с политической точки зрения этот процесс провоцирует ухудшение отношений между Россией и странами региона. США заставляют его государства внедрять западные ценности и идеологию демократии, пытаясь таким образом втащить их в систему Запада. Во-вторых, Соединенные Штаты постепенно наращивают свое военное присутствие в ЦА, расширяют влияние и силу в деле решения проблем ее безопасности, стремятся "помочь" странам региона избавиться от зависимости от России в сфере национальной безопасности. В-третьих, опираясь на свою экономическую мощь, путем финансовой помощи, в том числе и прямых инвестиций, Вашингтон стремится взять под контроль крупные предприятия в наиболее важнейших отраслях промышленности Центральноазиатских стран, особенно сферу освоения и транспортировки их основных ресурсов.

После теракта 11 сентября американские войска вступили в Центральную Азию, которая стала одним из главных фронтов глобальной антитеррористической войны. Под лозунгом антитерроризма США успешно проникли в регион, постепенно берут под свой контроль его углеводородные ресурсы и запасы нефти Каспийского моря, сдерживают неугодные для Вашингтона проекты экспорта энергоресурсов и участия в них России. В результате всех этих мер страны Центральной Азии стали постепенно отклоняться от российской "оси".

Сравнивая успешное военное проникновение США в Центральную Азию с расширением НАТО на восток, мы видим, что в реальности действия Вашингтона намного превзошли цели и задачи Североатлантического альянса. В стратегическом плане это означает, что в будущем не только возможно давление с обеих сторон на Россию, но и игнорирование главенства России и Китая в этом регионе3.

Основа и развитие стратегических интересов Китая

Еще со времен Великого шелкового пути Китай поддерживал с регионом тесные политические, экономические и культурные связи. Многие западные политологи считали, что вакуум, образовавшийся в Центральной Азии после распада СССР, заполнится влиянием КНР. Однако их прогнозы не оправдались4. На протяжении долгого времени Пекин не столь активно, как предполагалось, участвовал в решении региональных проблем, осторожно наблюдая за изменениями, происходившими в ЦА, не спешил разрабатывать план своей долгосрочной стратегии в регионе. Однако это объясняется отнюдь не тем, что Китай не знал цену его геополитического положения и значимость тамошних энергетических ресурсов, а тем, что ситуация тогда еще не прояснилась. Создание 15 июня 2001 года Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) — важная веха для КНР, свидетельствовавшая, что в результате долгого поиска и тщательной подготовки центральноазиатская стратегия Пекина определилась. Она направлена на то, чтобы, опираясь на ШОС, активно участвовать в решении проблем региона, развивать отношения с его странами, способствовать их стабильности и процветанию, а также осуществлять свои стратегические интересы, которые прежде всего сосредоточены в сфере освоения ресурсов ЦА. К 1993 году Китай стал страной, импортирующей нефть (в настоящее время собственная добыча может удовлетворить лишь 70% внутреннего спроса). По прогнозу Института международной энергетики, в 2004 году ежедневная потребность нефти в КНР достигнет 330 тыс. баррелей. Безусловно, с развитием экономики эти потребности и зависимость от нефти еще более увеличатся, в результате чего энергетическая стратегия приобретет для Пекина особое значение. Обеспечение промышленности ресурсами стало одной из наиболее важных проблем безопасности, которые сейчас мучат Китай. В энергетической сфере он зависит от Среднего Востока: поставки нефти оттуда составляют 62% всего ее импорта в страну. Война в Ираке, начавшаяся 20 марта 2003 года, нанесла большой ущерб внешней торговле и зарубежным инвестициям КНР, что вызвало замедление темпов ее экономического роста.

Во избежание негативных факторов Пекину, конечно, следует обратить внимание на Центральную Азию, Россию, Каспийское море и на другие районы. Казахстан и Туркменистан уже выразили свое согласие на прокладку нефтепровода в Китай, в то же время он предоставил Узбекистану 69,7 млн долл. на модернизацию бурового оборудования в целях совместной добычи углеводородов. Цель ресурсной стратегии Китая в Центральной Азии и в России заключается в том, чтобы избежать последствий нефтяных катастроф Среднего Востока. А принимая во внимание то, что ЦА — третий регион планеты по запасам нефти (после Среднего Востока и Сибири), ШОС призвана играть важную роль в мировой политике.

Кроме того, в 2001 году Китай и Казахстан подписали соглашение о добрососедских отношениях и о двустороннем сотрудничестве в военных и антитеррористических действиях, в ходе реализации которого обе стороны в приграничных районах сократили вооружение и повысили доверие друг к другу, а также продолжают наращивать усилия для совместной борьбы с терроризмом.

Проводимая ныне в Китае политика "генерального освоения западных районов" — важное звено интеграции экономики КНР с экономикой государств Центральной Азии. При сегодняшних темпах добычи нефти в России ее запасы в стране могут иссякнуть до 2040 года. Поэтому энергетические ресурсы ЦА приобретают большое значение в обеспечении стратегии развития Китая в XXI веке.

С точки зрения будущего, КНР и странам региона предстоит решить ряд вопросов, например, каким образом способствовать укреплению сотрудничества в рамках ШОС, как совершенствовать его механизм в целях развития торгово-экономических связей, совместных разработок ресурсов, борьбы с терроризмом и другими угрозами и т.д.

Эволюция треугольника США — Россия — Китай после теракта 11 сентября

Формирование новых отношений

Под вывеской антитеррористической операции в Афганистане после теракта 11 сентября 2001 года американские военные начали размещаться в Центральной Азии. В то же время Россия тайно продвигала свои интересы. С одной стороны, она всемерно поддерживала в Афганистане Северный альянс, представители которого после войны могли занять посты во временном правительстве этой страны. Следует также учесть, что Москва вновь вернулась в Афганистан не без помощи Вашингтона. С другой стороны, координируя с США борьбу против афганских террористов и устраняя угрозу стабильности Центральной Азии, России удалось ликвидировать внешнюю помощь нелегитимным силам в Чечне. Используя всемирную борьбу против терроризма, сегодня Россия пытается окончательно решить чеченский вопрос, который вызывает наибольшую озабоченность западных стран. Так что отношения между Москвой и Вашингтоном значительно улучшились не вследствие государственной мощи России, а благодаря разработке и проведению Кремлем правильной дипломатии.

К тому же улучшились отношения КНР с РФ. После встречи президентов России и США первые лица Китая, России и четырех стран Центральной Азии на саммите стран ШОС, который состоялся в 2002 году в Санкт-Петербурге, приняли устав Шанхайской организации сотрудничества и заверили, что она не является военным блоком и закрытым союзом. Это обеспечило данной молодой региональной структуре, которая после 11 сентября претерпела бури и испытания, юридическую и политическую основу для сотрудничества с другими международными организациями, право принятия других стран в ШОС, привнесло в ее деятельность и другие аспекты.

Несмотря на то что в развитии двусторонних отношений между странами треугольника были существенные различия, после 11 сентября в этой сфере произошел важный прорыв. Активизировались китайско-американские отношения на высшем уровне. Сразу после теракта президент Соединенных Штатов Дж. Буш дважды совершил визиты в Китай, новый лидер КНР Ху Цзиньтао посетил США. Это свидетельствует о том, что лидеры обеих стран дорожат двусторонними связями и надеются на создание конструктивных отношений. В связи с инцидентами, подобными террористическому акту 11 сентября, державы стараются найти баланс между новым расширением и существующей структурой, а также смягчать противоречия между дальнейшим развитием отношений и национальными интересами.

Вместе с тем события 11 сентября обострили соперничество Китая, России и США за влияние в Центральной Азии, внесли существенные изменения в расстановку сил между этими державами. США получили доступ в регион, вторглись в Ирак, отказались от соглашения по противоракетной обороне, игнорируют мнения Китая и России. Несмотря на это, КНР и РФ, принимая во внимание общие и перспективные интересы, стремятся проявить гибкость в отношениях с супердержавой и достигнуть консенсуса по проблемам, представляющим взаимный интерес.

Страны региона и развитие треугольника

До 11 сентября Центральная Азия не представляла угрозы для национальной безопасности США как ядерная либо конфликтная зона. Однако после терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне ситуация кардинально изменилась. Если бы после окончания "холодной войны" Соединенные Штаты не оказались единственной супердержавой, не приобрели бы в процессе глобализации сегодняшнюю мощь и нынешнее положение, а Россия после распада СССР не ослабла и потому столь остро не нуждалась бы в экономической помощи Запада, то вопрос о согласии между этими двумя странами по проблемам Центральной Азии вряд ли решился бы так, как он был решен. Другими словами, Москва ни за что не смирилась бы с вступлением американских войск в регион.

После теракта страны ЦА установили более тесное сотрудничество с США и с другими государствами Запада. Здесь следует отметить, что еще до того, в 1994 году, Казахстан, Киргизия, Узбекистан уже принимали участие в программе НАТО "Партнерство ради мира". (Таджикистан тогда также выразил свое желание присоединиться к ней.) Вместе с Соединенными Штатами Узбекистан провел несколько военных маневров. Тотчас после начала военной операции в Афганистане Ташкент и Вашингтон опубликовали совместное заявление о том, что они будут стремиться строить новые отношения, цель которых — дальнейшее укрепление безопасности и стабильности региона. Кроме того, во второй половине 2003 года в Кыргызстане (вблизи г. Кант) была создана российская военная база, в результате чего эта Центральноазиатская республика стала единственной в мире страной, в которой расположены военные базы двух иностранных государств, бывших политических и военных соперников.

Дальнейшее развитие ситуации в регионе во многом зависит от того, как долго продлится в нем военное присутствие США. В свое время Вашингтон заявлял, что намерен вывести свои войска из Афганистана сразу после завершения войны. Однако сегодня на конкретный вопрос о времени окончания войны и времени вывода своих войск, Соединенные Штаты отвечают уклончиво и туманно. Безусловно, длительное американское военное присутствие в Центральной Азии оказывает сильное влияние на структуру сил и стратегический баланс, все державы включились в конкуренцию и сотрудничество на новом раунде, поэтому необходимо незамедлительно создать механизм диалога для сохранения безопасности региона и избежания столкновения между державами.

Чтобы такой диалог начался в тот период, когда после событий 11 сентября во всем мире возникло бурное антитеррористическое движение, Китай не стал пассивно наблюдать за событиями, а, наоборот, активно подключился к этому процессу. Например, Пекин четко изложил свой взгляд на послевоенное афганское правительство, подчеркнув, что оно должно представлять интересы разных сторон, быть принято этими сторонами, а также то, что ему необходимо стремиться поддерживать дружеские отношения с разными странами мира.

Положение и функции ШОС в обозначенном треугольнике

Шанхайская организация сотрудничества призвана способствовать развитию сотрудничества Китая со странами Центральной Азии в области политики, экономики, безопасности, науки и техники, а также и в других сферах. Сложившиеся сегодня связи стран региона с США стимулируют КНР более тесно общаться с республиками ЦА, разъяснять им свою позицию, выслушивать их голос, совместно находить проекты для разрешения кризисных ситуаций. ШОС — самый удобный и законный канал общения и надежное средство координации действий в Центральной Азии. Многие страны проявляют большой интерес к этой организации. Так, о своем желании стать ее членами заявили Пакистан, Монголия, а Индия хотела бы участвовать в работе ШОС в качестве наблюдателя.

Вряд ли будет разумно, если Россия и США будут сторониться Китая и стремиться играть ведущую роль в решении проблем ЦА. К тому же между этими двумя державами возникают разногласия, ярким примером которых может служить позиция Москвы по иракской операции США и Великобритании. Война в Ираке оказывает неблагоприятное влияние на безопасность Центральной Азии, поэтому ШОС и Договор о коллективной безопасности (ДКБ) ряда стран СНГ, как новые международные механизмы, должны играть важную роль в предотвращении скрытых угроз. В настоящее время международное сотрудничество против терроризма стало общей целью России, США и Китая, что совпадает с замыслами развития ШОС. Поэтому КНР предстоит строить свою центральноазиатскую стратегию вокруг ШОС, укреплять положение и совершенствовать механизм ее действий, искоренять функциональные недостатки этой организации, чтобы она могла играть ведущую роль в решении проблем региона. Как мы уже отмечали, на состоявшемся в 2002 году в Санкт-Петербурге саммите подписан устав ШОС. Кроме того, на этой встрече было принято решение создать в столице Кыргызстана (г. Бишкек) Антитеррористический центр при Шанхайской организации сотрудничества. Таким образом, была продемонстрирована решимость и уверенность этой организации (наряду с другими международными силами) совместно бороться против терроризма. Можно сказать, что ШОС фактически создана на Санкт-Петербургском саммите5.

Перспективы центральноазиатской стратегии большого треугольника

Будут ли в новой ситуации отношения между державами строиться на основе сотрудничества и взаимовыгодного равенства или пойдут по пути конфронтации? Вероятно, этот вопрос — одна из важнейших проблем мирового развития после окончания "холодной войны". Хотя у стран треугольника есть общие подходы к некоторым проблемам, это вовсе не означает, что они смогут перейти к сотрудничеству и гармонизировать свои отношения в Центральной Азии, не проявив доброй воли и выдержки.

США, как единственная после "холодной войны" супердержава, будут и впредь стремиться к укреплению своего влияния в регионе. Китай и Россия также не останутся в стороне. Надеемся, что длительная конкуренция между этими странами будет происходить на мирной, а не на военной основе, что является гарантией стабильности ЦА и всего мира. Говоря о перспективах развития центральноазиатской стратегии России, Китая и США, можно предположить, что возможны три варианта.

1. Соблюдение баланса интересов и сохранение нынешнего положения. Как единственный гегемон, при реализации своих планов США будут учитывать роль и решения ООН и другие международные нормы. При этом перед принятием важнейших решений по глобальным проблемам Вашингтон будет обсуждать их с Москвой и прислушиваться к мнению Пекина. В решении центральноазиатских проблем Соединенные Штаты постараются сдерживать свой эгоизм, не игнорировать интересы России и стран региона, будут стремиться к сохранению стабильности и спокойствия в ЦА, способствовать созданию эффективных механизмов антитеррористической борьбы. Нынешняя ситуация сложилась в силу объективной расстановки международных сил в Центральной Азии. Однако она явно имеет переходный характер, что объясняется неуверенностью и осмотрительностью внешней политики Москвы. Некоторые российские политологи считают, что присутствие американских вооруженных сил на территории региона представляет в большей степени угрозу безопасности Китая. Этот вывод основан на оптимистических перспективах дальнейшего сближения Кремля и Белого дома. Однако место, которое ЦА займет в американо-российских отношениях, зависит и от поведения КНР. Москва и Пекин поддерживают добрососедские отношения. Во время визита российского президента в Китай был подписан документ о стратегическом партнерстве этих государств. Кроме того, расширилось их двустороннее сотрудничество против терроризма в рамках ШОС. На наш взгляд, укрепление связей в рамках этой структуры — наиболее оптимальный вариант развития сотрудничества между КНР и РФ в Центральной Азии.

2. Конфронтация и столкновение держав. Россия осознает предел своему отступлению перед растущей угрозой ее интересам в Центральной Азии, исходящей от США. Изменение ситуации вокруг борьбы с терроризмом может внести перелом в американо-российские отношения и привести их к жесткой конфронтации. Несмотря на то что еще недавно Соединенные Штаты публично заявили о немедленном выводе своих войск, они оставляют их здесь на продолжительное время, используя для этого такой предлог, как поддержка демократических реформ в странах региона. А с появлением американских баз в ЦА возникает брешь в системе воздушной обороны России на обширной территории — от Северного Кавказа до Сибири6. К тому же связи с географическим положением Кыргызстана, где расположена военная база США, в пределах досягаемости американских истребителей находятся Афганистан, Узбекистан, Таджикистан и большая часть территории Казахстана. Возможно, именно по этой причине в 2003 году Россия создала свою, упомянутую нами выше, военную базу близ Канта. Дальнейшие шаги Москвы зависят от планов и действий Вашингтона. Осознав угрозу своим жизненным интересам, она может пойти на конфронтацию с США и при этом оказывать сильное давление на страны Центральной Азии.

Китай достаточно успешно развивает экономические связи с республиками региона и большинство центральноазиатских народов дружески расположено к КНР. Для России сближение США с Китаем является весьма нежелательным сценарием развития событий. Сотрудничество Москвы с Пекином в рамках ШОС и совершенствование механизмов этой международной организации могут служить противовесом политике Вашингтона в ЦА.

3. Отказ держав поддерживать баланс сил в регионе, когда каждый творит то, что ему вздумается. В связи с переживаемыми трудностями в деле возрождения своей государственности и учитывая новое расширение НАТО на восток Россия, взвесив все доводы "за" и "против", откажется от своего приоритетного положения в регионе. Этот вариант возможен лишь под давлением непреодолимых для Москвы препятствий. Однако он может вызвать цепную реакцию в геополитическом положении региона и самой России. Наряду с угрозой ее существованию, под влиянием конфронтационной стратегии США она потеряет контроль над своими приграничными с Центральной Азией территориями, включая Сибирь и Дальний Восток. Но и в таком крайне нежелательном случае Москва не откажется от приоритетной для нее казахстанской политики. Сохранение суверенитета соседнего Казахстана — одна из основных задач геополитической стратегии РФ. Для Китая также не желательно отступление России из Центральной Азии. А эффективная деятельность механизмов ШОС призвана способствовать сохранению влияния Москвы в регионе7.

* * *

Подводя итоги, можно сказать, что политическая стратегия трех держав не приведет ни к их столкновению, ни к отступлению, а будет направлена на сохранение статус-кво в Центральной Азии. По нашему мнению, все международные силы в Центральной Азии могут в равной мере воспользоваться рамками сотрудничества ШОС. У каждой стороны данного треугольника есть собственные интересы к ресурсам региона. Шанхайская организация сотрудничества расширила содержание своей деятельности, но ее главной целью остается борьба с терроризмом. Китай стремится ликвидировать террористическую группировку "Восточный Туркестан", Россия пытается удержать Чечню, США хотели бы контролировать Афганистан и Средний Восток. Объединение сил и сотрудничество в борьбе с терроризмом должны помочь трем державам в решении этих задач. На фоне антитеррористической деятельности треугольник Китай — Россия — США имеет все условия для получения взаимовыгодных результатов, без внезапных и кардинальных изменений в расстановке сил в ЦА. Безусловно, процесс развития отношений между державами будет насыщен многими сложными и непредсказуемыми факторами, этим странам предстоит еще пройти большой путь, на котором не избежать как противостояний, так и компромиссов.


1 См.: Токаефу К. Хасакэсытаньды дуйвай чжэнцэ (Токаев К. Внешняя политика Казахстана) // Вайцзяо сюэюань сюэбао, 2002, № 3. С. 11.
2 См.: Цзиньго Ван. Дуйюй Чжунъя шэхуй "элосыхуа" гайняньды лилунь таньтао (О проблеме "русификации" центральноазиатского общества) // Дунъоу Чжунья яньцзю, 2002, № 5. С. 64.
3 См.: Чжанлюэ шицзяо: Мэй чжу цзюнь Чжунъя чунцзи Элосы (Точка зрения: создание военных баз США в Центральной Азии — угроза интересам России) // Ляньхэ цзаобао (Сингапур), 8 февраля 2002.
4 См.: Хафизова К.Ш. Международные силы в Центральной Азии и глобализация. Международная научно- практическая конференция, посвященная Году России в Казахстане: "Казахстанско-российское взаимодействие в ХХI веке и вызовы глобализации". Астана: Казахстан, 2004. С. 90.
5 См.: Гуан Пань. Чжунъ Э гуаньсиды лянсин фачжань юй синь шисяды Шанхай хэцзо цзучжи (Благоприятное развитие китайско-русских отношений и Шанхайская организация сотрудничества в новых условиях) // Шицзе цзинцзи яньцзю. Специальный выпуск, 2002. С. 34.
6 См.: Панорама, 2 января 2002.
7 См.: Лифань Ли. Чжэ Чжун Мэй Э да саньцзяо юй Чжунъяды диюань чжэнчжи чжаньлюэ (Геополитическая стратегия "Большого треугольника" в Центральной Азии) // Шицзе цзинцзи яньцзю, 2003, № 4. С. 25.

SCImago Journal & Country Rank
build_links(); ?>
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL