РАСШИРЕНИЕ ЕВРОПЫ И ЮЖНЫЙ КАВКАЗ

Иджран ГУСЕЙНОВА


Иджран Гусейнова, доктор политических наук, профессор Бакинского университета (Баку, Азербайджан)


В последнее время международное сообщество и средства массовой информации муссируют важную тему — вступление 10 стран Восточной Европы в Европейский союз. В частности, политологи, журналисты, государственные деятели Азербайджана обсуждают перспективы, открывающиеся в связи с этим для республики, дискутируют о плюсах и минусах такой интеграции. Мнения они высказывают абсолютно полярные — от мрачных прогнозов до восторженных возгласов, приветствующих эту возможность.

В данной статье сделана попытка исследовать вопрос о вероятности присоединения Азербайджана к ЕС, расставить акценты при анализе разных направлений расширения Европы в контексте интересов стран Южного Кавказа, в первую очередь нашей страны.

Как это начиналось

Трудно представить, но идея о великом объединении Старого Света возникла еще в эпоху Возрождения. Позже, в ХVII веке, появилась мечта об объединении всех государств континента в единый Европейский федеральный совет, затем великий немецкий философ Иммануил Кант предлагал создать "Союз народов", а премьер-министр Франции Аристид Бриан был сторонником идеи "пан-Европы". В разное время аналогичные идеи провозглашали Наполеон и Уинстон Черчилль.

Однако в реальности интеграция началась со дня подписания знаменитой Декларация Шумана и Парижского договора, который зафиксировал создание Европейского объединения угля и стали (ЕОУС). Впоследствии окончательный выбор стратегии, приведшей в этом процессе к конкретным достижениям, был сделан в Риме, где были подписаны важнейшие документы, в первую очередь Договор о европейском экономическом сообществе.

В те годы Европа, оправившись от сокрушительных последствий Второй мировой войны, постепенно восстанавливала подобающие ей статус и геополитическую значимость в системе мировой цивилизации, объединяла усилия ключевых игроков и поступательно наращивала свой потенциал. Сегодня перед странами континента возникли и другие проблемы. "Пути противодействия гегемонии в коалиции, — отмечает С. Хантингтон, — определились еще до окончания "холодной войны": создание Европейского союза и единой европейской валюты. Задача Европы создать противовес доминированию США в многополюсном мире".

Вектор движения

Тенденция сейчас такова, что расширение ЕС на восток может постепенно изменить сложившийся мировой баланс сил в пользу Европы. В Евросоюз уже входят 25 государств. Это привело к тому, что данная организация стала структурой, более интегрированной, чем конфедерация, а в обозримом будущем, возможно, станет европейской федерацией.

Здесь важно не путать, что термин "федерализм", как отмечала Маргарет Тэтчер, в США и Европе имеет в виду разные трактовки. В Америке он означал возврат отдельным штатам прав и полномочий, которые, вопреки положениям Конституции страны, были переданы федеральному правительству. В Европе под федерализмом понимается практика Федеративной Республики Германии, то есть государства с верховной властью центрального правительства и достаточно широкой, но четко очерченной автономией на местном уровне. Такой федерализм подразумевает примат центральной власти, общенациональных интересов гораздо определеннее, нежели в американской политической системе.

Старый и Новый Свет — конфликт отцов и детей

Лейтмотив европейской устремленности определяется ее замалчиваемым на официальном уровне, укрытым флером дипломатических комплиментов, но отчетливо просматривающимся и хорошо знакомым нам яростным стремлением "догнать и перегнать Америку". В значительной мере оно обусловлено жесткой экономической конкуренцией, борьбой за контроль над оскудевающими природными ресурсами планеты, стремлением разрушить американскую гегемонию на мировых рынках, схваткой заокеанских финансово-промышленных монстров и не желающих оставаться на вторых ролях трансконтинентальных корпораций европейского происхождения. Более того, никогда не прекращалась, а с ростом значимости европейских институтов достигла небывало высокого уровня борьба с американскими культурными ценностями, насаждением в мире заокеанской ментальности, "денежно-силового подхода" к решению насущных проблем. Отторжение глобальной американизации порой выливается в неприятие даже английского языка в качестве универсального средства общения.

Стремление Западной Европы к самостоятельности на международной арене понятно: она значительно больше, чем США, зависит от внешнего мира. Так, торговый оборот ЕС со странами, не входящими в него, примерно на 25% больше, чем у США, и в два раза выше, чем у Японии. Доля экспорта в ВНП Германии равна 25%, во Франции и Англии этот показатель составляет 18%, в Италии — 15%. Таким образом, создание Европейского союза, введение единой валюты, конкурирующей с долларом, формирование зон собственного влияния дают возможность противодействовать доминированию США в многополярном мире.

Вообще там, где дело касается европейской экономики, где затронут интерес европейцев (относительно успешного функционирования их валюты, независимости индустрии, безопасности инвестиций, мирового уровня технологии, безопасности и расширения торговых потоков), на первый план выходит энергичная национальная самозащита, и они, не колеблясь, дают бой посягательствам из-за океана.

Европа и Южный Кавказ — кому это надо?

В контексте этих реалий понятен интерес ЕС к расширению сотрудничества с постсоветскими странами, в том числе с государствами Южного Кавказа, а среди последних в первую очередь с Азербайджаном, как наиболее богатой природными и трудовыми ресурсами, а также определяющей по своей геополитической значимости республикой. Немаловажное значение для Европы имеет и вопрос безопасности, желание, чтобы в быстро развивающейся, населенной преимущественно мусульманами стране и в отдаленной перспективе существовало светское демократическое государство со всеми атрибутами европейской правовой и общественно-экономической системы. Это подтверждает и разрабатываемая ныне европейская программа "Нового соседства" для потенциальных членов европейской семьи и находящихся в географической близости от Европы государств.

Если интерес европейцев к нам в целом охватывается сказанным выше, то вопрос "зачем нам Европа?" гораздо сложнее, полностью на него не ответить, поэтому обозначим лишь основные позиции. Упреждая возможное недоумение (мол, а кто против), следует сказать, что, к сожалению, противников (скрытых и явных) не так уж и мало. Хотя на властном уровне их вроде и быть не должно, но многие европейские стандарты в нашем обществе исподволь (либо открыто) воспринимаются в штыки. Например, назовем гендерные вопросы, равенство мужчин и женщин в семье, обеспечение равноправия женщин, инвалидов, национальных меньшинств при найме на работу и оплате труда, их представительство в структурах исполнительной власти. Большей частью все местное "европейство" сосредоточено лишь в столицах государств Южного Кавказа, да и то проявляется не во всех аспектах (в связи с этим большое значение имеет принятая недавно программа развития регионов Азербайджана).

Хотя в национальном законодательстве в целом успешно воспринимаются европейские правовые стандарты, но до их реального и повседневного исполнения еще очень далеко. Конечно, общество и менталитет населения одним росчерком пера изменить нельзя, но налицо то, что в Азербайджане темпы "внедрения Европы" сверху достаточно высоки, а их восприятия внизу — существенно отстают.

Высказываются опасения, что вхождение в "христианский клуб Европы" размоет наши национальные устои, заставит отказаться от вековых взглядов и традиций, предаст забвению обычаи и подходы к воспитанию, культурно-нравственному развитию, приведет к искусственному насаждению чуждых моральных приоритетов и ценностей. Но главное из этих опасений — позволит ли вступление в Европу решить проблему Нагорного Карабаха или, напротив, мы отрежем себе пути для силового восстановления территориальной целостности? По нашему мнению, эти страхи не всегда беспочвенны. Однако преимущества европейской интеграции перевешивают возможные риски, которые к тому же при сбалансированной и взвешенной политике, учитывающей национальные особенности и конкретную ситуацию в регионе, можно избежать.

Хотелось бы вкратце обрисовать эти преимущества. Среди них отметим следующие: выход Азербайджана на мировые рынки, продвижение наших товаров в Европе, доступ к новейшим технологиям, в частности перевооружение промышленного производства и сельского хозяйства, инвестиции, создание новых рабочих мест, военно-техническое сотрудничество, в том числе с НАТО. Сюда же следует добавить открывающиеся возможности более активного участия нашей республики в европейской и мировой экономике, завоевание подобающего места в мировой интеграции и глобализационных процессах, утверждение нашего влияния на международные отношения. К тому же наращивание совокупного потенциала Азербайджана, его мощи позволит нам также решить проблему Нагорного Карабаха и мирным путем добиться освобождения оккупированных земель.

Интеграция и региональные конфликты

Думаю, что ни Европе, ни мировым державам, ни самим странам Южного Кавказа уже давно не выгодно наличие региональных конфликтов там, где уже началось строительство глобального нефтепровода, где создаются трансконтинентальные транспортные магистрали и открываются иные колоссальные возможности для взаимовыгодного экономического сотрудничества. Мир становится все более открытым и взаимозависимым, и оставлять в подвешенном состоянии, откладывать на потом решение региональных противостояний уже не только невозможно для нас, но и невыгодно для планеты в целом.

По мнению автора этих строк, достойное решение Нагорно-Карабахского и других региональных конфликтов лежит в плоскости принятия странами Южного Кавказа условий вхождения в Европу. Наша позиция зиждется на международном праве, соответствует его принципиальным критериям. Однако Армения, оспаривающая территориальную целостность Азербайджана, при сохранении нынешней ситуации не сможет войти в ЕС, а в связи с угрозой оказаться на обочине мирового интеграционного процесса и опасностью утратить очевидные перспективы регионального и континентального сотрудничества вынуждена будет отказаться от химеры сохранения милитаристского контроля над частью нашей республики — члена мирового и европейского сообщества. (Предвидя возможные аналогии с кипрским вопросом, вывожу его за рамки данной статьи, поскольку это совершенно разные по генезису, истории развития и статусу конфликты.)

К тому же следует учитывать мировые тенденции по объединению усилий в борьбе с международным терроризмом, сепаратизмом, организованной преступностью и ревизией сложившегося геополитического устройства. Более того, сейчас отчетливо прослеживается стремление к установлению мирового порядка и к усилению контроля над безопасностью развития общечеловеческой цивилизации во всех сферах: политике, экологии, экономике и т.д. В этом плане не случайно недавнее (30 апреля 2004 г., Ватикан) выступление заместителя Генерального секретаря Организации Объединенных Наций, исполнительного директора Венского офиса ООН по наркотикам и преступности Антонио Марио Коста озаглавлено "Мировые угрозы управлению миром". Полагаю, человечество уже вплотную подошло к более предметному обсуждению идеи мирового правительства.

Есть ли другой способ вернуть Карабах?

Что же касается силовых методов, то позиция Азербайджана неоднократно озвучивалась и понятна: если будут исчерпаны мирные средства, страна пойдет на силовое решение. Кое-кто, отбросив экивоки, призывает прямо сейчас взяться за оружие. Вкратце рассмотрим и эту возможность. Нам противостоят хорошо вооруженные, имеющие боевой опыт, подкармливаемые извне и длительное время живущие в атмосфере военной тирании, иждивенчества, осадной психологии и страха оккупанты. Не подвергаю сомнению, что армия Азербайджана ждет лишь приказа Верховного главнокомандующего и готова освободить захваченные земли, даже если противнику будут помогать его покровители. Не рассматриваю в качестве серьезного и шанс вмешательства в военные действия партнеров Армении по Договору о коллективной безопасности СНГ, так как мы будем наступать не на границы Армении, а освобождать свои земли. Допускаю даже, что нам "позволят" воевать.

Тем не менее нужно будет готовиться к полномасштабным операциям, ведь рисковать мы не имеем права. Силовое решение связано с колоссальными затратами, заблаговременным переводом экономики на военные рельсы, мобилизацией, ограничением доступа к информации, введением цензуры, с отключением электроэнергии в городах (в целях гражданской обороны), с защитой населения от бомбовых ударов, а также с введением барьеров на въезд и выезд из страны, с ущемлением других прав человека и т.д. Процесс это длительный, характеризоваться он будет оттоком инвестиций, уходом с рынка практически всех иностранных компаний, замораживанием упомянутых выше планов по вводу магистралей, дополнительными расходами по предупреждению диверсий на всех жизненно важных объектах городов и населенных пунктов. А после победы необходимо будет восстанавливать не только Нагорный Карабах, но и другие территории, предстоят выплаты ставшим инвалидами, компенсации семьям погибших и т.д. Такие перспективы наглядно иллюстрируют тяжелые последствия военных действий не только для Азербайджана, но и для Армении.

Понимает ли Европа нашу позицию?

Сам факт недавнего учреждения должности "специальный представитель Евросоюза по Южному Кавказу" говорит о многом. На встрече с Хейкки Талвитие (Баку, 22 марта 2004 г.) президент Азербайджана Ильхам Алиев еще раз четко заявил, что стратегический выбор нашей страны — интеграция в европейские структуры. Этот курс, безусловно, — продолжение взятой в 1993—1994 годах единственно верной линии, основоположником которой стал возглавивший тогда республику Гейдар Алиев. Прошедшие 10 лет ясно показали, насколько дальновидным и мудрым был этот шаг. Ведь, находясь на распутье после развала империи, некоторые постсоветские страны выбрали другой путь, а сейчас лихорадочно пытаются наверстать упущенное время и навести мосты на Запад.

Таким образом, Азербайджан четко декларирует свой "европейский выбор", стремление интегрироваться в общеевропейские структуры и стать членом Евросоюза. Несомненно, у Европы в целом и в большинстве ее институтов сложилось четкое представление о позиции Азербайджана.

Понимаем ли мы Европу?

Однако нужно быть реалистом и осознавать, что одного нашего желания мало, необходимо, чтобы и ЕС был заинтересован в этом. Здесь важно не повторять прошлые ошибки, не вставать в позу обиженных, не сетовать на то, что наше искреннее стремление не встречает должного ответа со стороны Европейского союза. К предстоящим отношениям с Европой надо относиться как к своего рода будущему "брачному контракту" — четко прописать права и обязанности сторон, что даем мы, а что Европа. К тому же нам следует определить, что мы конкретно должны еще сделать в самой стране, чтобы плавно и безболезненно вписаться в общеинтеграционные процессы.

Сегодня одна из главных проблем для идеологов Единой Европы — вхождение Турции в ЕС. В 1960-е годы европейцы опрометчиво пообещали ей, что она будет членом данной структуры, но потом всеми силами стали тормозить это решение, мотивируя тем, что страна еще не достигла европейских стандартов, необходимых для вступления в эту организацию. Впрочем, в самой Европе мнения разделились. Ряд стран, считает, что отказ принять Анкару в Евросоюз может спровоцировать радикальные силы в Турции, а это способно привести к непредсказуемым последствиям и для самой Европы. Именно возможным развитием ситуации по такому сценарию объясняется нежелание ЕС заранее давать обещание о возможном принятии стран Южного Кавказа и приступить к реализации упомянутой уже программы "Новые соседи", цель которой — стимулировать новые государства к сближению с европейским пространством, но в то же время не обещать некоторым из них вхождение в данную структуру.

Для ЕС гораздо целесообразнее создать зону сотрудничества с уже "отлаженным", экономически, политически регионально интегрированным регионом, чем с каждой из наших стран в отдельности. Это, по мнению многих европейских политиков, может стать и основой для укрепления безопасности и стабильности на Южном Кавказе.

Готово ли азербайджанское общество осознать себя частью европейского пространства?

Курс на последовательную интеграцию в европейские структуры может стать и большим шагом вперед на пути консолидации азербайджанского общества в целом. Несмотря на все сложности, в нашей стране есть реальные предпосылки для того, чтобы интеграция в Европу была не только государственной политикой, каковой она сейчас и является, но и объективно воспринималась во всех слоях общества в качестве национального приоритета. Кстати, учитывая, что президент республики И. Алиев неоднократно призывал к этому все здоровые силы страны, думаю, что идеалы европейской интеграции способны отодвинуть на задний план споры и разногласия, раскалывающие наше общество.

Для Азербайджана уже настал момент, когда такая интеграция должна не только стать четкой задачей (как отмечено, она уже поставлена, концепция и стратегия есть, верный курс взят), но необходимо ее решать, основываясь при этом на резком повышении темпов восприятия и повсеместном внедрении европейских стандартов. И здесь мы можем (и должны) взять на вооружение позитивный опыт, накопленный за последнее время странами Восточной Европы и Балтии, недавно вступившими в ЕС, и государствами-кандидатами, еще готовящимися к этому процессу.

В ходе подготовки к вступлению в так называемый период реформирования во многих странах были созданы министерства интеграции, которые проводили мониторинг внутреннего положения этих государств и приведения их к европейским стандартам. К тому же эта работа шла одновременно по нескольким направлениям — от создания правовой, нормативной базы до экономических и политических преобразований.

В Азербайджане в этих целях также целесообразно сформировать Министерство интеграции либо соответствующую Национальную комиссию (как она названа в Молдове). Сразу же определимся: такой орган ни в коем случае не подменяет Министерство иностранных дел, наоборот, его задача — культивирование и реальное внедрение, мониторинг соблюдения европейских стандартов во всех пластах общества и власти страны.

Тезисно задачи такой структуры можно сформулировать следующим образом. Во-первых, постепенная интеграция во все инициативы и программы, связанные с ЕС. Во-вторых, активное выполнение совместных проектов как двустороннего, так и регионального сотрудничества со странами-членами процесса, которые также интегрируются в Европу (разумеется, исключая страну-агрессор Армению). В-третьих, стать локомотивом европеизации, принять необходимые меры по приближению к стандартам ЕС. С этой целью целесообразно разработать концептуальный и предметный план необходимых мероприятий и направить его Милли Меджлису, а после обсуждения в парламенте и придания ему статуса закона, правительство могло бы на его основе разработать программу действий, рассчитанную на конкретный период. В-четвертых, создать специальные департаменты в МИД, Министерстве экономического развития и в других ведомствах (там, где в этом есть необходимость). В-пятых, разработанный план в обязательном порядке представить для заключения странам-членам ЕС, возможно, и специальной Европейской комиссии по этому плану. В-шестых, интересы ЕС и Азербайджана не должны сталкиваться с интересами других стран. Поэтому важно поддерживать сбалансированную политику, увязывать наше стремление быстрее интегрироваться в Европу с ситуацией в соседних государствах, например в Турции, Иране, России. В-седьмых, широко и подробно разъяснять всему населению республики преимущества европейской интеграции, информировать его о конкретных мерах по совмещению европейских культурных ценностей с национальными традициями и обычаями. Другими словами, необходимо готовить людей к взаимопроникновению культур и к освоению навыков будущей совместной жизни. Вместе с тем нельзя допускать того, что европейские интеграционные процессы станут сферой интересов исключительно узкого круга ученых и специалистов. В эти процессы должен включиться каждый рядовой человек и осознанно в них участвовать.

Таким образом, по существу речь идет о создании своего рода штаба (координационного центра), имеющего властные полномочия и помогающего всем ветвям власти и общества правильно понимать "устав чужого монастыря" и сверять часы с европейцами.

Мировая политика богата непредсказуемыми поворотами. Не думаю, что даже сами идеологи ЕС могли прогнозировать именно нынешний ход европейской интеграции. Когда создавалась карта Общей Европы, мир еще не вступил в эпоху войны с международным терроризмом. Поэтому достаточно сложно предугадать все будущие проблемы ЕС. Однако Азербайджану, полагаю, и другим странам Южного Кавказа, весьма важно суметь понять логику и механизмы функционирования Евросоюза, чтобы в дальнейшем продвигать и лоббировать там свои интересы. А это, в свою очередь, должно подстегивать нас к использованию всех ресурсов (материальных и интеллектуальных) и направить их на то, чтобы наш корабль не сбился с курса и своевременно прибыл в безопасную европейскую гавань.


1 См.: Арах М. Европейский союз. М., 1998. С. 54.
2 S.P. Huntington. The Lonely Superpower // Foreign Affairs, March-April 1999. P. 45.
3 См.: М. Тэтчер. Искусство управления государством. Стратегия для меняющегося мира. М., 2003. С. 354.
4 См.: The World Factbook. Wash.: CIA, 1999; The World in 2000; The National Interest. Summer 2000. P. 18.
5 [www.undc.org].
6 См.: Бакинский рабочий, 23 марта 2004.

SCImago Journal & Country Rank
В продаже - фреза сферическая, цены ниже! Неликвидные остатки
frezograd.ru
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL