ЮЖНЫЙ КАВКАЗ НА ПУТИ К ЕВРОПЕ

Георгий ЗУРАБАШВИЛИ


Георгий Зурабашвили, кандидат филологических наук, директор Института развития демократии (Тбилиси, Грузия)


После распада СССР на его территории возникли новые геополитические пространства, появление которых обусловлено созданием новых суверенных государств, так как некоторые из них, во-первых, располагают богатыми природными ресурсами, во-вторых, создают трансазиатский транспортный коридор стратегического значения.

С этой точки зрения особенно важным представляется Южный Кавказ. Наряду с экономическими и политическими проблемами переходного периода, после объявления независимости странам данного региона необходимо было решить острейший вопрос организации сотрудничества с международным сообществом.

Все три государства постсовестского Южного Кавказа — Азербайджан, Армения, Грузия — активно вырабатывают взаимоприемлемые схемы развития в глобальном процессе интеграции с мировым сообществом. Естественно, фундамент этих предложений — геополитическое положение упомянутых государств, стремящихся создать стабильную систему международного сотрудничества, способную обеспечить их политическую и экономическую безопасность. Налаживание двусторонних взаимовыгодных отношений, укрепление многосторонних связей в рамках международных, в том числе европейских, организаций и институтов, а также участие в реализации военных, финансовых и социальных программ — основные приоритеты внешней политики этих стран. Разумеется, на основе громогласных заявлений о выборе стратегического курса эти идеи не реализовать. Здесь необходимы радикальные структурные преобразования, отвечающие требованиям Европейского союза, НАТО и других международных организаций.

Несмотря на некоторые успехи в сфере демократизации стран Кавказа, Запад по-прежнему относится к ним с подозрением. Причем в данном случае речь идет не о правах человека, свободе слова или либерализации экономики, а о проблеме сугубо ментальной. Именно этим объясняется осторожность, с которой Европа строит свои отношения с государствами Южного Кавказа. Безусловно, западные политики не полностью признают Понтийское пространство частью старого континента и рассматривают регион как отдаленную, вернее, отчужденную часть Европы. Так что путь в европейское содружество хотя и определился, но он оказывается достаточно длинным и трудным. Однако у стран Кавказа нет альтернативного варианта, который способствовал бы укреплению их суверенитета, политической стабильности и экономическому росту.

Грузия

Грузия, несмотря на внутренние и внешние сложности, с которыми ей приходится сталкиваться, сумела занять в регионе лидирующие позиции в процессе интеграции его государств с Европой. Внедрение в нашей стране демократических принципов правления, отношение к свободе слова, защите прав человека, политическому плюрализму и многое другое способствовало тому, что она вступила в Совет Европы в качестве полноценного члена этой организации. Следует отметить, что в данном случае Грузия сыграла роль локомотива, так как вслед за ней в эту структуру приняли Азербайджан и Армению.

Естественно, идею вступления в большую Европу выдвинуло и реализует руководство страны, но необходимо отметить и поддержку народа в избрании этого пути. Сам факт того, что на президентских выборах М. Саакашвили получил огромный мандат доверия, свидетельствует о единогласии и полной поддержке избирателями вхождения нашего государства в европейские структуры. Ведь в предвыборной кампании Саакашвили отмечалось, что будущее Грузии — прозападная внешняя политика и безальтернативная интеграция с Западом. Конечно, мотивы "революции роз", произошедшей в стране в конце 2003 года, были более глубокими и многосторонними, но основные причины, заставившие народ выйти на улицы и свергнуть власть Э. Шеварднадзе, — экономический застой, который наблюдался в последние годы. Можно с уверенностью сказать, что абсолютная неспособность, вернее, нежелание прежней власти бороться с коррупцией и замораживание всех прогрессивных реформ, которые смогли бы вывести страну из глубокого кризиса, а также слабые государственные структуры и неудачные кадровые назначения послужили искрой в накопившихся страстях революции.

Справедливости ради следует отметить вклад бывшего президента страны Э. Шеварднадзе в становление Грузинского независимого государства, в реализацию идеи возрождения Великого шелкового пути, а также его неоднократные заявления о желании вступить в НАТО. Особо велика его роль в создании трансазиатских транспортных коридоров, в том числе безальтернативных маршрутов экспорта нефти и газа, добываемых в бассейне Каспия, по территории нашей республики. Все это в совокупности определило бесповоротный прозападный курс Тбилиси. Сюда же следует добавить твердую позицию Шеварднадзе относительно вывода подразделений российской армии, дислоцированных на территории Грузии. Эта позиция отражена в Стамбульских соглашениях, а затем и воплощена в реальных делах: две российские военные базы уже закрыты (правда, две другие все еще функционируют и точная дата их вывода до сих пор не установлена). Официальный Тбилиси весьма остро ставил на международном уровне проблему конфликта в Абхазии, стремясь таким образом повысить роль западных государств в его урегулировании. Эти усилия способствовали тому, что наша страна приобрела значимость в мировом масштабе.

Естественно, еще нельзя назвать день вступления Грузии в Европейский союз, хотя, по всей видимости, это произойдет после того, как она станет членом Североатлантического альянса. Сегодня же 70% населения страны проживает за чертой бедности и она входит в список беднейших государств мира. Новые власти предпринимают беспрецедентные меры по борьбе с коррупцией, но ее уровень еще очень высокий. В кардинальной реорганизации нуждаются системы образования и здравоохранения, микро- и макроэкономика. Улучшение положения в этих и других сферах, улучшение жизни населения и т.д. — основные требования, а значит, и предпосылки для вступления в Европейский союз.

Постепенное расширение НАТО на восток со временем охватит и страны Южного Кавказа, следовательно, они получат защитный зонтик, гарантирующий их безопасность. В этой сфере Грузия весьма удачно реализует программу "Партнерство ради мира", даже больше — она единственное государство региона, которое получило предложение участвовать в программе "План действий индивидуального партнерства". Весьма успешно внедряется и проект "Обучи и оснасти", финансируемый правительством США. В его рамках уже обучено четыре батальона грузинских вооруженных сил. Следует отметить, что в помощи, оказываемой Соединенными Штатами республикам СНГ на протяжении нескольких последних лет, наиболее значительная часть выделяется Грузии. Но, как бы успешно она ни осваивала программы, предложенные НАТО и отдельными его государствами, перспективы вступления в Североатлантический альянс еще весьма туманны. И так будет продолжаться до тех пор, пока Россия не выведет свои военные базы с территории республики. Конечно, у России есть свои интересы на Южном Кавказе, в частности в Грузии. Однако в последнее время Москва изменяет подходы к своему "ближнему зарубежью". Наилучший пример тому — недавние события в Аджарии, автономной республике, входящей в состав Грузии, где дислоцирована российская военная база, но, несмотря на данный факт, свергнут режим пророссийски настроенного лидера А. Абашидзе. Отметим, что при этом военные РФ соблюдали полный нейтралитет. Более того, в самый напряженный момент кризиса в Аджарии в его разрешении принял участие секретарь Совета Безопасности РФ Игорь Иванов, положительную роль которого в происходивших событиях трудно переоценить.

Необходимо отметить и то, что в нашей стране недавно был проведен российско-грузинский экономический форум, по итогам работы которого правительство республики предоставило значительные льготы и права российскому капиталу. А вопрос о выводе российских военных баз, который прежде был "гвоздем" повестки дня в ходе обсуждения двусторонних отношений, отошел на задний план и стал сугубо техническим, а не политическим. Кроме того, интенсивно рассматривается возможность строительства через территорию Абхазии нефтепровода Новороссийск — Супса (с его дальнейшим присоединением к трубопроводу Баку — Джейхан), а также разрабатывается план восстановления железной дороги Москва — Тбилиси, проходящей через ту же Абхазию.

Грузино-российские экономические отношения действительно необходимо улучшать, так как они будут способствовать дальнейшему укреплению и росту экономики обеих стран. Но как бы ни переплетались интересы Тбилиси и Москвы, двусторонние обязательства не смогут повлиять на наш внешнеполитический курс. Народ Грузии твердо заявил о стремлении войти в Европейский союз, о своей приверженности западным идеологическим ценностям, к тому же у нас достаточно сильна память о бывшем "коммунистическом сожительстве". Отдав свои голоса нынешнему президенту М. Саакашвили, народ сделал выбор, подтвердив свое желание быть частью единой Европы.

Азербайджан

Сотрудничество с Баку имеет для Тбилиси стратегическое значение. Ведь свою нефть Азербайджан экспортирует в Европу через территорию и порты Грузии. Если сравнивать все страны Южного Кавказа, то, как мы уже отмечали, наиболее демократические методы правления укореняются в Грузии, зато Азербайджан — наиболее политически стабильное государство региона, что и обуславливает его нынешнее экономическое развитие. Смена власти, недавно произошедшая в этой республике, не отразилась на ее внутренней и внешней политике (хотя местная оппозиция и отреагировала митингами на результаты президентских выборов — по ее мнению, сфальсифицированных). Следует отметить, что народ Азербайджана всецело поддерживает государственный курс страны, за что надо отдать должное ее бывшему руководителю Гейдару Алиеву. Преемственность политического курса — основной гарант успешного и бесперебойного экспорта энергоресурсов Каспия и обуславливает интерес Запада к Баку. Последнее особенно проявляется в свете нестабильной ситуации в Персидском заливе, а также беспрецедентно взвинчиваемых цен на нефть и нефтепродукты на основных мировых рынках, когда относительно дешевые углеводороды Каспия становятся все более значимыми для Европы.

Если учесть долю доходов, поступающих в бюджет республики от экспорта природных ресурсов, то отношения с Западом для Азербайджана определяются как жизненно важные. В этой связи понятно стремление официального Баку к интеграции в европейское сообщество и его структуры, а также желание вступить в НАТО.

Что же касается процессов демократизации — создания гражданского общества, в частности в сфере свободы слова, защиты прав человека, а также соблюдения других западных норм и принципов, — то в этих сферах Азербайджану еще предстоит большая работа.

Вместе с тем эта республика — единственное государство региона, сумевшее вывести российские военные базы со своей территории, а теплые отношения между Москвой и Баку могут служить примером для Тбилиси. Разумная политика Азербайджана позволила ему сбалансировать отношения с Россией, не ущемляя при этом свои интересы, связанные с прозападной ориентацией. Страна, расположенная на берегу Каспийского моря, видит свое будущее в приобщении к европейским структурам и демократическим завоеваниям.

В военной сфере официальный Баку весьма удачно сотрудничает с НАТО и реализует программу "Партнерство ради мира", а недавно заявил и о готовности участвовать в программе "План действий индивидуального партнерства". К тому же Азербайджан, как и Грузия, — член антитеррористической коалиции, в рамках которой обе страны предоставили свое воздушное пространство и наземные коридоры ее силам во время и после войны в Афганистане, а также направили ограниченный контингент военнослужащих в Ирак.

Что же касается перспектив вступления в Европейский союз, то для Азербайджана этот путь так же тернист и длинен, как и для Грузии.

Армения

Армения отличается от соседних стран ориентацией на Россию и активным участием в работе Содружества Независимых Государств. Эта структура создана Москвой после развала СССР как безальтернативный союз новых стран, в котором правила игры устанавливает РФ. Основная ее цель — не допустить полного распада связей между республиками. Кроме того, Армения — член Организации договора о коллективной безопасности, в которую наряду с ней входят Россия, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан. Этот договор предусматривает тесное военно-политическое сотрудничество, однако по ряду причин от него отказываются Грузия и Азербайджан, они считают, что укрепление военных связей с Россией способствует дальнейшей милитаризации региона. Общая численность военнослужащих в дислоцированной в Армении Четвертой армии Российской Федерации составляет не менее 20 тыс. Их присутствие в республике официальный Ереван рассматривает как гарантию его безопасности, а также обеспечения интересов Армении в нагорно-карабахском конфликте.

Это противостояние отличается от ситуации в Абхазии и Южной Осетии, так как оно — конфликт межгосударственный, вызванный этническими проблемами. Из-за него Армения оказалась в полной изоляции, ведь ее граница с Турцией и без того закрыта из-за неблагоприятных отношений, обусловленных известными событиями, происходившими в Османской империи в начале минувшего века. Единственный сухопутный путь, связывающий Армению с внешним миром, проходит через Грузию, которая далеко не полностью использует свои транспортно-транзитные возможности из-за конфликта в Абхазии, в том числе у нее прервано прямое железнодорожное сообщение с Россией. Правда, как уже отмечалось, в последнее время все больше муссируется идея о восстановлении этой железной дороги, что в геополитическом плане будет способствовать и развитию Армении. С юго-востока остается Иран, который не очень симпатизирует Западу, но является партнером России.

Только при мирном урегулировании конфликта в Нагорном Карабахе у Армении появится возможность открыть границы с ее ближайшими соседями — Турцией и Азербайджаном — и позволит Еревану принять участие в глобальных транспортных проектах.

Отчуждение этой страны от регионального сотрудничества проявляется и в том, что она не вступила в ГУУАМ — организацию, созданную рядом постсоветских государств в целях обеспечения своей безопасности и развития экономического сотрудничества. Отсутствие у официального Еревана интереса к этой структуре, по всей видимости, можно объяснить тем, что Москва оценивает создание ГУУАМ как покушение на ее монопольное доминирование на постсоветском пространстве. Вместе с тем Армения не исключает возможности пересмотреть вопрос о своем участии в работе этой организации. Перспективы и цели стран членов ГУУАМ соответствуют идеям таких важных проектов, как возрождение Великого шелкового пути и создание ТРАСЕКА. Разумеется, и с точки зрения региональной безопасности вступление Армении в эту структуру могло бы быть весьма полезным.

Армения — единственное государство Южного Кавказа, не заявившее о желании вступить в НАТО. Но вместе с тем Ереван настроен на интеграцию с Европой и ее структурами. (Несмотря на тесное сотрудничества с Москвой, он все чаще устремляет свой взор на Запад.) И для осуществления своих политических целей Ереван прибегает к своим огромным и влиятельным диаспорам за рубежом, помощь которых порой бывает незаменима.

Что касается внутренней политики, то у Армении практически те же проблемы и невзгоды, что и у соседей по региону — Азербайджана и Грузия: низкие экономические показатели, высокий уровень коррупции и тяжелый социальный фон характерны для всех трех республик Южного Кавказа. Там так же, как и в соседних государствах, звучали призывы к свержению руководства страны и обвинения действующего президента в фальсификации итогов выборов. Трудно судить о том, насколько оппозиционное движение можно считать общенациональным, но институты власти республики выдержали этот своеобразный экзамен на прочность.

Таким образом, недостаточно развитое гражданское общество, нарушения прав человека, дефицит альтернативных политических идей (на фоне глубокого осознания необходимости приобщения к западным демократическим ценностям) не выделяют Армению относительно других стран региона.

Заключение

Государства Южного Кавказа сегодня ассоциируют себя с Европой, видят свое будущее только в содружестве с ее странами и организациями. Это стремление четко выражено президентами государств региона, полностью подтверждено желаниями народов, которые одобряют прозападную ориентацию.

Наряду с экономическими и политическими проблемами переходного периода, с первого же дня своей независимости данные республики были вынуждены решать проблемы своих этнических меньшинств, что в начале 1990-х годов Россия хотела использовать для сохранения своего политического и военного присутствия в регионе. Однако ее попытки реанимировать здесь свою былую власть и гегемонию закончились неудачей, зато вызвали межнациональные противостояния в Абхазии, Южной Осетии, Нагорном Карабахе. Эти конфликты стали основным источником нестабильности на Южном Кавказе, мешают развитию сотрудничества между его странами, тормозят их полномасштабное участие в международных организациях и институтах, что, в свою очередь, является причиной значительных трудностей в укреплении региональных связей.

Неравномерное экономическое и политическое развитие данных стран обусловлено их разными возможностями в разработке и экспорте природных ресурсов Каспийского бассейна. Абсолютное неучастие Армении в транскавказских проектах по перекачке нефти и газа, а также в евразийском транспортном коридоре, где ключевые позиции занимают Азербайджан и Грузия, способствовало созданию в регионе социально-экономического дисбаланса. Ведь региональная интеграция основывается и на экономических факторах. Лишь политическая стабильность, для достижения которой необходимо создать прочный экономический фундамент, может принести значительные дивиденды. Нельзя забывать, что Европе нужны государства, доказавшие свою способность к международному сотрудничеству, в первую очередь в собственном регионе.

К сожалению, эти республики к тому же испытывают дефицит взаимного доверия и единого понимания общих демократических ценностей. Нельзя стать полноценной частью европейского сообщества, лишь декларируя это желание, зачастую отклоняясь от западных принципов построения гражданского общества. А в странах Южного Кавказа формирование такого общества зависит от их политических, экономических, исторических и культурных реалий. Этим обуславливаются разные темпы демократических преобразований и экономических реформ в республиках региона. Кроме того, отсутствие полноценного сотрудничества обусловлено и разновекторной внешней политикой данных стран. Так, Тбилиси и Баку однозначно ориентируются на Запад, а Ереван — на Москву. Следовательно, нет единой кавказской политики, значит, и невозможно использовать единую для них модель.

Тем не менее политика Европы сосредоточена не на развитии связей с каждой отдельно взятой страной Южного Кавказа, а на общерегиональном сотрудничестве. Запад рассматривает эту обширную территорию как одно целое, не замечая специфики внешне- и внутриполитических перемен в отдельных ее государствах. Такой подход делает и без того не ближайшие перспективы вступления в Европейский союз еще более отдаленными. Ведь процесс вхождения в эту структуру предполагает ее полномасштабное сотрудничество со страной-кандидатом, а не с ее соседями. Если ЕС рассмотрит возможности индивидуального сотрудничества с каждым отдельно взятым государством, то все страны Южного Кавказа почувствуют свою личную, незаменимую ответственность в ходе подготовки к выполнению соответствующих требований данной организации. Тем более что уже накоплен некоторый опыт индивидуального сотрудничества: Грузия, вступив в Совет Европы, "потянула" за собой Азербайджан и Армению. Что же касается Североатлантического альянса, то в НАТО уже разработаны и внедряются программы, учитывающие индивидуальное сотрудничество с отдельно взятыми странами. Такой подход обусловлен тем, что только две из трех республик региона заявляют о своем стремлении войти в этот военно-политический альянс.

Суммируя вышесказанное, можно выделить несколько значимых факторов, отделяющих перспективу сближения данных государств с Европейским союзом: их разноскоростная динамика демократических преобразований и разновекторная внешняя политика; конфликтогенность региона; отсутствие общерегионального экономического сотрудничества, следовательно, и перспектив интеграции в этой сфере; отсутствие у Европы возможности рассмотреть варианты индивидуального сотрудничества с каждой отдельно взятой страной.

* * *

Итак, Запад, исповедующий демократический плюрализм, либеральную экономику и свободное гражданское общество, стал безальтернативным стремлением стран Южного Кавказа, отвечающим нуждам их национальной безопасности. В связи с этим Европа должна осознать, что принятие республик региона в свою большую семью пойдет ей на пользу, так как будет способствовать укреплению ее безопасности на евразийском континенте.

Но прежде чем государства Южного Кавказа и Европы необратимо пойдут по пути интеграции, необходимо устранить отмеченные выше негативные факторы, характеризующие нынешнее положение дел в регионе. Очевидно, что его страны (с имеющимися у них сегодня политическими, экономическими и другими ресурсами) не смогут преодолеть отмеченные проблемы. Решающим в их разрешении может оказаться более активное участие Запада, в том числе Европейского союза.


SCImago Journal & Country Rank
build_links(); ?>
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL