УЗБЕКИСТАН: ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ НАКАНУНЕ ПАРЛАМЕНТСКИХ ВЫБОРОВ

Абдуррауф САИДМУРАДОВ


Абдуррауф Саидмурадов, политолог, независимый исследователь (Ташкент, Узбекистан)


Неоднозначные процессы, ныне отмечаемые в политических партиях страны, обусловлены динамичным изменением их роли в общественной жизни республики. Констатация данного факта основана на результатах анализа, во-первых, рейтингов общей активности, во-вторых, предвыборных платформ, в-третьих, начавшейся политической конкуренции, в-четвертых, содержания заявлений лидеров, в-пятых, специфической тактики этих организаций. Современную ситуацию с партиями можно кратко охарактеризовать как стремление прогрессивных элит к обновлению статуса этих структур, а также как неспособность ряда партийных руководителей к внутреннему реформированию.

В силу сегодняшнего транзитного периода, естественно, в республике еще не может быть мощных партий западного типа. В Узбекистане они пока не научились в полной мере собирать стойкий электорат, аккумулировать настроения в цельные программные установки, претворять в жизнь положения предвыборных платформ, что подтверждают даже их лидеры и неоднократно признавал глава государства. Подобному положению способствует продолжающаяся хаотичная стратификация общества1 и персонифицированный характер политических организаций. Как неоднозначное явление мы бы выделили и отсутствие в стране (в отличие от соседних Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана) коммунистической партии. Этот явно искусственный запрет левизны, на наш взгляд, вызван недооценкой значимости всего политического спектра общества и, естественно, лишь стимулирует рост правых настроений.

Однако мнение о полной обезличенности и об отсутствии у политических партий должного опыта не выдерживает критики. Так, активная деятельность старейшей в стране Народно-демократической партии Узбекистана (НДПУ), созданной в 1991 году, подтверждает наличие в столице и в регионах достаточно большого количества людей, обладающих весомым опытом партийного строительства2, умеющих подбирать сторонников, относительно эффективно проводить избирательную кампанию и даже использовать новые политические технологии. У партийных функционеров очевиден лишь дефицит необходимых лидерам иных факторов: высокой политической культуры, веры в успех демократических реформ, популярности в народе.

Вместе с тем парламентские фракции и ряд местных отделений политических партий уже приобрели вес, необходимый для решения отдельных кадровых и финансовых вопросов. Так, должности председателей комитетов Олий Мажлиса (высшего органа законодательной власти) и их заместителей позволяют выносить критические решения о деятельности министерств и ведомств, обсуждать исполнение статей государственного бюджета. К тому же должностные возможности глав областных отделений партий в частности, НДПУ и Национально-демократической партии "Фидокорлар" ("Самоотверженные") способны влиять на принятие решений по важным хозяйственным вопросам муниципального уровня. В этой связи есть основания говорить о партийных функционерах как о самостоятельных фигурах, играющих значительную роль в политических процессах.

На социальной лестнице транзитного состояния узбекистанского общества партийный функционер занимает место между предпринимателем и работником бюджетной сферы (учителем, врачом, военнослужащим и т.д.)3. Материальное благополучие штатного партработника во многом зависит от принадлежности к элите, рыночной предприимчивости членов его семьи, желания строить служебную карьеру. В духовном плане работа в аппарате политической партии (в отличие от бизнеса и государственной службы) дает индивидуальную свободу и личную уверенность.

В последнее время существенно изменились приоритеты профессиональной принадлежности партийного функционера. При повышающейся значимости работы звеньев законодательной власти предпочтительнее становится юридическое образование, позволяющее ему успешно заниматься и частной профессиональной практикой. (Однако это не означает, что для партийной карьеры теряет ценность, например, высшее техническое образование.) От партфункционера требуются отличные ораторские способности, высокая жизненная энергия, знание государственного и английского языков, коммуникабельность.

Власть неоднократно подтверждала стремление к повышению уровня и качества работы партаппарата и партфункционеров, стимулируя деятельность специальных, ответственных за эти процессы учреждений. К основным центрам научной разработки современных методов партийного строительства и политических технологий4 можно причислить Академию государственного и общественного строительства, Институт стратегических и межрегиональных исследований при Президенте республики, Национальный университет, Университет мировой экономики и дипломатии, Ташкентский государственный юридический институт, Институт по изучению гражданского общества и т.д.

Опыт "продвинутых" стран (США, Великобритании, Германии и т.д.) укрепил в узбекистанском обществе мнение о том, что партийную деятельность необходимо рассматривать как непрерывный процесс, активно проходящий и после выборов. Этому способствует начатая в 2000 году в стране конституционная реформа, общий смысл которой можно кратко изложить как повышение в государстве роли законодательной ветви власти. Данная реформа вызрела как в результате постепенного приобретения партиями "квалификации" активного игрока избирательной кампании, так и в итоге недостаточной самореализации партий в Олий Мажлисе первого и второго созывов. Однако при всем законодательном оформлении повышающегося статуса партий весьма рискованно делать прогнозы о возможных итогах предстоящих парламентских выборов5. Сложность здесь заключается, как правило, в выявлении степени, величины и вариантов административного ресурса6. (Так, оптимистичные предположения большинства местных экспертов относительно очевидной победы "Фидокорлар" на парламентских выборах 1999 года не подтвердились: многие крупные специалисты ошиблись в определении, с одной стороны, симпатий руководителей областных, городских и районных администраций, а с другой — социально-экономических предпочтений электората.) Тем не менее можно выделить основные направления участия политических партий в избирательной кампании 2004 года.

I

Естественно, подготовка к выборам-2004 начинается с рассмотрения результатов избирательной кампании 1999 года, в частности, с анализа становления и эволюции "Фидокорлар", в 1998 году призванной стать правящей организацией нового типа. Действительно, тогда наиболее приоритетным ее направлением считалась работа с молодежью и с предпринимателями. Террористические акты 16 февраля 1999 года в самом центре Ташкента значительно повысили шансы "Фидокорлар", использовавшей ярко выраженные патриотические мотивы. На волне усилившейся общенациональной консолидации "самоотверженные" — учащиеся юноши и молодые бизнесмены — могли сделать новую партию главным (после НДПУ) в новейшей истории страны лидером парламентских выборов.

Среди специфичных для "Фидокорлар" и важных для понимания современного состояния партстроительства политтехнологий мы бы выделили создание в указанной партии региональных отделений районного уровня, а также рассчитанные на разные возрастные группы структуры: Ёшлар каноти" ("Молодежное крыло"), "Эъзоз" ("Почитание") и "Фидокор аёл" ("Женское крыло"). Политический расчет на "триедино-возрастную" структуру оправдался: каждая из перечисленных крупнейших групп потенциального электората считала эту партию "своей". Летом 1999 года "Фидокорлар" провела в областях страны массовые акции, сплотившие вокруг нее молодежь: спортивные соревнования и эстрадные шоу7, средства от которых распределялись на поддержку малоимущих слоев населения (так партия смягчала неизбежное влияние транзитности на свою популярность). Кроме того, она ежегодно проводит региональные форумы "самоотверженных предпринимателей".

Однако, несмотря на все эти усилия, в 1999 году "Фидокорлар" не смогла получить большинство на парламентских выборах. Среди организационных, кадровых, финансовых, технических и иных причин этих неудач, весьма важных для анализа современного партстроительства, многие эксперты особо выделяют одну, парадоксальную, по сути тактическую ошибку. Тогда "Фидокорлар" организовала тотальную критику бюрократизма и коррупции чиновничества, которое, в свою очередь, использовало административный ресурс, и объявленная "Фидокорлар" "война" хокимиятам бумерангом ударила по партии. Кроме того, юный возраст партии не позволил ей в полной мере использовать и силу региональных элит. По мнению большинства специалистов, "Фидокорлар" не смогла выработать и эффективную тактику противодействия НДПУ — своему главному политическому конкуренту.

Есть и иные, впрочем, характерные и для других современных партий ошибки, приведшие "Фидокорлар" (и в дальнейшем способные приводить) к неуспеху на парламентских выборах. Так, в дополнение к приведенным выше промахам, совершенным во время выборов 1999 года, она сосредоточила внимание на самых крупных, потенциально выигрышных и социально значимых областях республики (Самаркандской8, Ташкентской9, Ферганской и Наманганской), оставив практически без "опеки" сравнительно малые области (Сырдарьинскую, Навоинскую, Хорезмскую и т.д.). Возможно, "Фидокорлар" преследовала при этом определенные политические цели (например, стремясь получить большинство голосов любой ценой, усилиться на направлениях, где позиции религиозно-экстремистских течений были относительно весомыми).

После тех выборов партия решила сосредоточить усилия на работе в парламентских комитетах, комиссиях и в самой фракции10. При дефиците финансирования политических партий это было реальной возможностью не только укрепить свои ряды, но и анализировать ситуацию в регионах11. (В депутатский корпус "Фидокорлар" вошли весьма значимые фигуры, в том числе вице-премьер и руководители крупных предприятий республики, не освобожденные от этих своих обязанностей12, что, однако, стимулировало возникновение в партии болезни, получившей название "вождизм".) Вместе с тем, несмотря на прозвучавшую из уст главы государства критику13, партия ослабила повседневную работу в массах14, ограничившись, как в столице, так и в регионах, разовыми популистскими мероприятиями.

Наиболее серьезным испытанием для политических партий стали непопулярные, не получившие одобрения предпринимателей правительственные решения (2002 г.) об упорядочении оптово-розничной торговли, ужесточении таможенного контроля и налогового режима. Эти решения привели к разорению большого количества мелких торговцев, наживавших капитал на незаконном ввозе товаров и неуплате налогов, к упадку приносивших доход определенных торгово-посреднических структур. В этих условиях политическим партиям необходимо было сделать выбор: либо доступно объяснить массам целесообразность данных правительственных мер, либо подвергнуть их критике. Но все партии, как и прежде, не проявили смелость и отстранились от столь важного исторического выбора.

В 2000—2003 годах "Фидокорлар" опять, как и в случае с критикой бюрократизма и коррупции (в 1999 г.), оказалась в парадоксальной ситуации. С одной стороны, эту показавшую политическую слабость партию стали (теперь уже открыто и активно) упрекать политические оппоненты (например, НДПУ — за "дутую" статистику, завышающую количество членов организации, и за абсолютную неопытность руководства). С другой стороны, пока еще действующая "партия власти" автоматически брала на себя ответственность за отмеченные выше непопулярные правительственные решения. Властные структуры поняли, что в сложившейся ситуации терявшая рейтинг "Фидокорлар" станет на предстоящих парламентских выборах главным объектом критики со всеми вытекающими отсюда последствиями. Таким образом, уже к концу 2002 года "Фидокорлар" окончательно потеряла лавры "главной", а значит, и возможность использовать в своих политических целях административный ресурс.

II

Для объективного анализа деятельности политических партий республики необходимо учитывать не только внутренние, но и глобальные, а также региональные факторы. Основные события последних лет — предоставление (2001 г.) Узбекистаном военных аэродромов для подразделений антитеррористической коалиции в Афганистане, поддержка страной ввода войск США в Ирак, значительное укрепление американо-узбекских отношений — действуют на партии не меньше, чем правительственные решения по торговле. Значительная финансовая помощь Ташкенту, оказываемая Соединенными Штатами в связи с контртеррористической операцией в Афганистане, подспудно стимулировала ряд неоднозначных общественных тенденций, в том числе и поддержку американскими государственными институтами оппозиционных сил нашей республики. Декларация о стратегическом партнерстве между Вашингтоном и Ташкентом, подписанная в конце 2001 года, с обязательством сверхдержавы "поддерживать институты гражданского общества" воспринималась ослабленными ранее антиправительственными группами как правовая гарантия их деятельности.

Следует отметить, что группы "Бирлик" и "Эрк", возникшие в конце 1980-х и действовавшие до 1993 года, и до подписания данной декларации получали от Белого дома (своего главного покровителя) существенную помощь15. После восьмилетнего перерыва некоторые представители эмиграции (А. Пулатов, П. Ахунов, Б. Маликов и др.) стали предпринимать меры, призванные изменить имидж оппозиции как "порождения горбачевской перестройки" и исламистско-националистического движения. Ряд их интервью зарубежным средствам массовой информации (в частности, радиостанциям "Свобода", "Голос Америки" и т.д.), прозвучавшие в конце 2001-го и в 2002 году, в основном затрагивали правозащитную тему и ход экономических реформ. При этом оппозиционеры совершили, как выяснилось ныне, крупную тактическую ошибку — в отличие от проправительственной "Фидокорлар" они практически не обращались к бизнесу и молодежи (а именно эти имеющие самый конструктивный потенциал страты стимулируют общественные реформы). Представители "Бирлик" и других структур в основном делали ставку на прежних своих однопартийцев, многие из которых были осуждены и, как оказалось, слишком эмоционально оценивали действия власти. (Примечательно, что движение "Бирлик", еще в 2001 году проявлявшее активность, в том числе и в поиске "неординарных выходов республики из экономического кризиса" требовало, во-первых, чтобы Узбекистану выделили его долю в прикаспийской нефти; во-вторых, заявляло о необходимости упорядочить трудовую миграцию, то есть начать борьбу с нелегальным выездом; в-третьих, ратовало за поддержку малого бизнеса.) Несмотря на явные ошибки относительно привлечения электората, движение разработало (вероятно, не без помощи западных политтехнологов) новую линию своего политического поведения, утвержденную на очередном съезде в мае 2003 года. Эта линия предусматривала в основном мирный диалог с властью. Кроме того, на этом же съезде движение было переименовано в партию "Народное движение "Бирлик", что, очевидно, диктовалась юридическими соображениями и упомянутыми выше имиджевыми мотивами16.

Между тем уже в мае 2003 года официальная политтехнология занялась вопросом о формах и содержании "партии власти". Продолжавшийся кризис "Фидокорлар" стимулировал широкий обмен мнениями о перспективах экономических реформ в стране. С этой целью в июне — сентябре в Институте по изучению гражданского общества провели около 20 "круглых столов" (с участием около 860 лучших предпринимателей и фермеров страны), на которых было обозначено около 30 наиболее острых проблем, связанных в основном с административными барьерами в сфере бизнеса17. Решить их можно только на уровне законодательной власти. Если учесть, что в ходе "круглых столов" представители бизнес-структур выражали недовольство действиями "Фидокорлар" как партии власти, а также предъявляли претензии к Палате предпринимателей и товаропроизводителей, то есть к двум главным своим защитникам, то предложение о необходимости создать новую политическую партию появилось как бы само по себе18.

Политтехнологи пришли к выводу, что по содержанию такая партия должна быть либерально-демократической, ибо провозглашенный главой государства курс на либерализацию общественной жизни поддерживали все слои общества19. Эксперты призывали создавать новую организацию как "движение-партию", видимо, подтверждая мысль о том, что ее деятельность не должна ограничиваться лишь борьбой за парламентскую власть. Так в принципе и родилась (в октябре 2003 г.) партия "Движение предпринимателей и деловых людей — Либерально-демократическая партия Узбекистана" (ДПДЛ — ЛДПУ)20.

На самом начальном этапе ее работы отчетливо проявлялось то, что мы бы назвали ставшим обыкновенным и традиционным для большой страны "феноменом партийной безопасности". В Узбекистане партии, как правило (особенно "Фидокорлар" накануне выборов 1999 г.), исходя из стремления "сохранить предвыборную тайну", стараются не предоставлять всю информацию о своей деятельности. Другими словами, партийные лидеры и сотрудники партаппарата не дают интервью (последние при этом ссылаются на свое руководство), а рядовые партийцы не располагают сведениями, которые могли бы заинтересовать отечественных и зарубежных журналистов, что создает впечатление "закрытости" партии. Однако, на наш взгляд, есть и несколько других важнейших характеристик строительства ДПДЛ — ЛДПУ, отличающих ее от черт, в свое время присущих "Фидокорлар".

Во-первых, ДПДЛ — ЛДПУ пополняет свои ряды в основном за счет многочисленных фермеров, крупных и средних товаропроизводителей (но не работающих в торгово-посреднической сфере), преимущественно с высшим образованием, что, очевидно, связано с их ролью в реализации рыночных реформ. Кроме того, в партию привлекают представителей интеллигенции (в основном имеющих экономическое образование)21. (Ориентация "Фидокорлар" на известную российскую тактику "Голосуй — или проиграешь!", а также на преимущественный прием молодежи и предпринимателей, дала явный сбой, ибо не различала "членов" и "сторонников" партии.) В этой связи (в отличие от "Фидокорлар") правила приема в ДПДЛ —ЛДПУ укрепляют "долговечность" основного ядра партии.

Во-вторых, массовые акции либерал-демократов по привлечению электората обычно носят благотворительный характер и проходят в рамках объявленного в республике "Года доброты и милосердия". Причем порой бизнесмены, члены партии, даже строят в труднодоступных сельских и горных районах весьма благоустроенные здания средних школ, организуют выдачу денежных пособий или подарков предприятий-спонсоров малообеспеченным слоям населения. Разумеется, все эти мероприятия работают на имидж новой политической организации, что особенно важно накануне парламентских выборов.

В-третьих, Либерально-демократическая партия проводит уже ставшие довольно популярными семинары-тренинги для своего актива (от 25 до 80 человек), в основном по тематике, связанной с законодательством о выборах. Применение интерактивных методик привлекает к этому типу идеологических мероприятий партии большое количество участников. (Согласно закону "О финансировании политических партий", принятому в мае 2004 г., зарубежные фонды, объединения и организации не имеют права оказывать партиям материальную помощь. В связи с этим запрещена многолетняя практика проведения семинаров-тренингов с привлечением средств иностранных структур. Ныне подобные мероприятия организуют исключительно отечественные "потребители".)

В-четвертых, классическая традиция партийного строительства — создание "коллективного пропагандиста, агитатора и организатора" — вынудила ДПДЛ — ЛДПУ уделять особое внимание своему печатному органу, газете "ХХI аср" ("21-й век"). Она выходит в цвете, тиражом 4 тыс. экземпляров, привлекает популярных авторов, освещает и внешнеполитические проблемы. По мнению экспертов, газета постепенно становится лучшей в стране. К тому же коллектив редакции имеет негласное поручение своих учредителей готовить и публиковать исключительно острые материалы, в том числе критические, невзирая на должности22. "21-й век" (впервые после газеты "Фидокор" образца 1999 г.) публикует и статьи, анализирующие, разумеется со своих позиций, стратегию и тактику других политических партий.

В-пятых, партия формирует региональную сеть общественных приемных, экспертных групп и юридических консультаций, что также способствует привлечению электората. Для "партии власти" вполне естественно создание общественных приемных по разрешению конфликтных ситуаций, особенно в сфере предпринимательства. К разработке своей предвыборной платформы ДПДЛ — ЛДПУ привлекла экспертов (в частности, ученых-экономистов), которые участвовали в подготовке областных партийных мини-платформ, в их обсуждении в низовых парторганизациях, а затем помогали сводить эти материалы в единую общепартийную платформу. В условиях невысокой правовой культуры предпринимателей так называемые "станции скорой правовой помощи" (юридические консультации) помогают представителям малого бизнеса, то есть потенциальному электорату ДПДЛ — ЛДПУ бороться с произволом чиновников (читай, с бюрократизмом и коррупцией).

Но вместе с тем в практике партстроительства ДПДЛ — ЛДПУ есть и существенные недостатки. Так, она напрасно, по мнению автора этих строк, отказывается от услуг людей, имеющих длительный опыт партийной работы, например в НДПУ23. (В этой связи вряд ли целесообразно привлекать предпринимателей, то есть основной контингент ДПДЛ — ЛДПУ, на штатную партийную работу.) Если партия победит на предстоящих выборах, то ей необходимо будет организовать систематическое обучение своего актива (краткосрочные курсы и даже партийные школы).

III

На выборах в Законодательное собрание (нижнюю палату) парламента будут конкурировать преимущественно кандидаты от политических партий и инициативных групп избирателей. А Сенат (верхняя палата) формируется по более сложной схеме: 6 человек от каждой области избирают на специально созываемых для этого собраниях районных, городских и областных Советов народных депутатов24. Подобная процедура, очевидно, перетянет хокимов (губернаторов, мэров, глав администраций), как крупных акторов избирательной кампании, именно в верхнюю, а не в нижнюю палату. Если учесть, что данный созыв Законодательного собрания впервые в парламентской практике страны будет работать на профессиональной основе, то административный ресурс в основном будет использоваться на муниципальном уровне. Как следствие, вполне вероятно, что у центральных аппаратов политических партий появится большая свобода действий при формировании депутатского корпуса, особенно нижней палаты.

Разумеется, с завершением избирательной кампании возникнет вопрос о роли политических партий в верхней палате. Ведь сенаторы будут вынуждены отстаивать интересы не только своей партии, но и области, а они не всегда совпадают. Предположим, что сенатор, член НДПУ и депутат от какого-либо областного Совета будет отстаивать точку зрения партии относительно тарифов на жилищно-коммунальные услуги25, а его коллега, делегированный тем же Советом, но член "Фидокорлар"— выступать с диаметрально противоположных позиций. Трудно представить, как эти сенаторы смогут одновременно поддерживать позицию партии и защищать интересы областного Совета.

Кроме того, партиям выгодно выдвигать в состав своего руководства хокимов — так организация может укрепиться за счет региональных элит26. (Либерально-демократическая партия пошла еще дальше — приняла в свои ряды премьер-министра республики Ш. Мирзияева.) В то же время впервые в новейшей истории эти политические структуры получили шанс широко участвовать в формировании исполнительной власти.

Конституционная реформа способствует повышению роли местных Советов народных депутатов, дальнейшему разделению властей на провинциальном уровне и, как следствие, усилению так называемых "партийных групп"27. Понятно, это произойдет лишь в том случае, если государство предоставит Советам, в частности партийным группам в них, больше прав в решении кадровых (например, назначение глав профильных управлений и т.д.) и финансовых вопросов (формирование бюджета и т.д.). При этом внутрипартийные отношения "партийная группа — местное отделение" будут решаться в той степени, в какой они затронут (непосредственно или опосредованно) процесс законотворчества28.

Избирательная кампания столкнет политические интересы всех партий, а конкуренция их предвыборных программ и харизматических партийных лидеров будет способствовать росту влияния (или поражению) той или иной политической структуры. В отличие от 1999 года наибольшее число сторонников приобретут те предвыборные платформы, которые не только обозначат наиболее актуальные проблемы (обеспечение минимальной потребительской корзины и прожиточного минимума, реформирование государственной службы и т.д.), но и предложат убедительные варианты их решения. К тому же лидерам этих партий необходимо найти нужную (искреннюю) тональность в разговоре с потенциальным избирателем.

На наш взгляд, организационно-кадровую активность политической партии в какой-либо период можно определять с помощью четырех главных критериев. Это количество проведенных акций, охват ими населения, освещение проводимых мероприятий в средствах массовой информации. Необходимо учитывать и мнение авторитетных экспертов. На основе анализа предвыборной активности политических партий, проведенного в мае — июне 2004 года29, получены следующие результаты. Позиции НДПУ наиболее сильны в Навоинской и Бухарской областях, "Фидокорлар" (НДПФ) — в Самаркандской области и в Ташкенте, Социал-демократической партии "Адолат" (СДПА) — в Самаркандской и Ташкентской областях, Демократической партии "Миллий тикланиш" (ДПМТ) — в Ташкентской и Ферганской, Либерально-демократической партии (ЛДПУ) — в Джизакской и Хорезмской областях. Общий же сравнительный рейтинг организационно-кадровой активности политических партий выглядит следующим образом (см. табл.)30.

Название партии

10

мая

20

мая

30

мая

10

июня

20

июня

Средний

НДПУ

15

7

22

15

16

13

НДПФ

4

15

9

7

11

9,2

ЛДПУ

12

17

7

11

15

12,4

ДПМТ

6

6

13

10

9

8,8

СДПА

3

12

5

7

10

7,4

Отсюда следует, что НДПУ, как и 13 лет назад, сохраняет наибольшую организационно-кадровую активность, а рейтинг СДПА достаточно низок, вероятно, причина тому — рыхлость низовых структур.

По нашему мнению, позиции Народно-демократической партии будут зависеть прежде всего от прочности молодежного крыла31, хотя особенности национальной ментальности, в частности, уважительное отношение к пожилым людям, еще надолго сохранит этой организации ореол "партии мудрых". Если учесть, что в НДПУ — наиболее четкой партийной структуре республики — насчитывается большое количество штатных партработников, а многие из них прежде работали в аппаратах обкомов, горкомов и райкомов Компартии Узбекистана, то у этой партии сохраняются весьма высокие шансы получить на предстоящих парламентских выборах не менее 33% голосов избирателей.

Что касается социал-демократической партии "Адолат"32, то она имеет возможность использовать опыт аналогичных партий стран Северной и Центральной Европы, а также международную моральную поддержку. К тому же у нее есть все условия для того, чтобы стать партией "среднего класса"33. Демократическая партия "Миллий тикланиш", используя силу "четвертой власти", в свою очередь, может перетянуть на свою сторону голоса колеблющейся части электората. Кроме того, следует отметить, что в республике уже наработан определенный опыт создания блоков34 и даже объединения партий35. В этом плане идеальны, по сравнению с другими структурами, возможности "Адолат" и "Миллий тикланиш".

Вместе с тем накануне парламентских выборов не решена весьма важная проблема партийного строительства, которая становится все более актуальной, — соблюдение политической корректности. Можно привести немало примеров того, что партийные структуры используют так называемые "грязные технологии", в том числе "черный PR". Но подобная практика не получает должного отпора в силу той же национальной ментальности — нежелание бросать тень на благоприятный имидж страны за рубежом. Кодекс поведения партий будет идеальным, если его подпишут все участники избирательного процесса, тем более что это одно из требований ОБСЕ к проведению парламентских выборов.

* * *

По масштабам, роли внутренних и внешних факторов, значимости в общественно-политической жизни нынешнюю избирательную кампанию можно сравнить с парламентскими выборами 1989 и 1994 годов. В первом случае уровень политической активности населения зависел от действий реформаторского крыла Компартии Узбекистана, а втором — от попыток оппозиционных сил взять реванш за сужение сферы своего влияния в стране. Выборы-2004 года проходят без участия коммунистов и молодых оппозиционеров, но, как и прежде, от состава Олий Мажлиса зависит, насколько результативно будут осуществляться в стране социально-экономические реформы. И в этом контексте политическим партиям, особенно недавно созданным, предоставлена уникальная возможность доказать свою идейно-организационную зрелость.


1 В данном случае речь идет о социальном размежевании национального рабочего класса (трудящихся крупных, в том числе оборонных, заводов Ташкента, Чирчика, Алмалыка, Самарканда, Навои и т.п.) и колхозного крестьянства, а также чувствительная миграция научно-технической интеллигенции, то есть трех страт, которые в принципе способны составлять сплоченные группы партии. к тексту
2 Имеется в виду и массовое партийное строительство, которое началось в Узбекской ССР примерно в 1989 году (с формированием многопартийности) и приобрело организационные формы в 1990-м (после отмены пресловутой 6-й статьи Конституции Советского Союза о монополии КПСС в общественной жизни государства). Последующие пики партийного строительства приходились на канун выборов в Олий Мажлис республики первого (1994 г.) и второго (1999 г.) созывов. к тексту
3 Согласно статье 4-й Закона Республики Узбекистан "О политических партиях" "не могут быть членами политических партий судьи; прокуроры и следователи прокуратуры; сотрудники органов внутренних дел, службы национальной безопасности; военнослужащие; граждане иностранных государств и лица без гражданства". к тексту
4 Выборы 1999 года и выдвижение в Олий Мажлис ряда видных представителей интеллигенции подтвердили, что наряду с финансовыми и административными ресурсами фактором победы в избирательной кампании стало знание политтехнологий. к тексту
5 Накануне парламентских выборов 1999 года эксперты крупнейшего в стране Центра изучения общественного мнения "Ижтимоий фикр" констатировали, что 45,5% опрошенных ими людей ясно видят различия между существующими программами и целями партий. По результатам же выборочных экспресс-опросов, проведенных в Ташкенте группой независимых социологов, 67% респондентов не видели различий между партиями. к тексту
6 Положение с воздействием административного ресурса в Узбекистане усугубляется тем, что согласно принятой в 1992 году Конституции страны хоким (губернатор области, мэр города) одновременно является главой Кенгаша народных депутатов, то есть на местном уровне он руководитель законодательной и исполнительной власти, что, очевидно, сужает систему сдержек и противовесов негативного влияния на результаты выборов (хотя проводимая в стране административная реформа эту мощь местных органов исполнительной власти значительно сузила). Существовавшая до 2004 года законодательная возможность выдвижения кандидатов всех уровней от местных Кенгашей народных депутатов позволяла (с точки зрения властей) ограничить административный ресурс. к тексту
7 Политической удачей партии мы бы назвали вовлечение в ряды "Фидокорлар" популярнейшей эстрадной певицы Юлдуз Усмановой, а также лучших режиссеров, операторов, художников, дизайнеров, специалистов по рекламе и т.д. к тексту
8 Позиции той или иной партии Узбекистана на любых выборах в Самаркандской области можно всегда рассматривать как второй (после Ташкента) индикатор мощи политической организации. Наличие сильных предпринимательских и информационных структур делают эту область привлекательной и в избирательной кампании 2004 года. к тексту
9 Неоднозначные тенденции развития промышленности в прежде индустриально развитой Ташкентской области создадут дополнительные трудности в предстоящей избирательной кампании. Кандидатам от партий, на наш взгляд, необходимо будет представить реально выполняемые программы подъема фабрик и заводов, обеспечения занятости и т.д. к тексту
10 В результате увлечения фракционной работой в 1999—2003 гг. "Фидокорлар" потеряла ряд активных руководителей партийных организаций среднего и нижнего звена, которые впоследствии примкнули к Либерально-демократической партии. к тексту
11 Депутат Олий Мажлиса получает эту возможность благодаря систематическим командировкам в избирательные округа для встреч с избирателями. к тексту
12 Непосредственно парламентской работой заняты только члены секретариата Центрального совета "Фидокорлар". к тексту
13 Президент страны И. Каримов подверг, в частности, публичной критике деятельность лидера партии, известного юриста профессора Э. Норбутаева — очевидно, за несоразмерность политических амбиций "Фидокорлар" голосам, полученным ею на парламентских выборах. к тексту
14 Центральный аппарат партии ныне приводит такие цифры: в ее 1 700 первичных организациях насчитывается около 33,5 тыс. членов, что, однако, весьма сомнительно в связи с количеством выданных партбилетов. к тексту
15 Достаточно вспомнить требования бывшего госсекретаря США Дж. Бейкера к официальному Ташкенту легализовать деятельность "Бирлика" и отказ властей последовать данному нажиму. к тексту
16 Автор этих строк ограничивает анализ деятельности оппозиционных групп именно маем 2003 г., полагая, что данную проблему, как и вопрос о региональных элитах, следует рассматривать отдельно. к тексту
17 Подготовленная участниками "круглых столов" справка о наиболее актуальных экономических проблемах уже в сентябре 2003 года активно комментировалась на зарубежных веб-сайтах, в том числе и на сайтах Госдепа США. к тексту
18 Заключительный "круглый стол" прошел в зоне отдыха "Кумушкан" Паркентского района Ташкентской области, где и были собраны подписи под документами с заявлением о регистрации новой партии. Там же инициативная группа обратилась к главе государства с просьбой о встрече, которая состоялась 7 октября 2003 года. к тексту
19 Либерально-демократический "статус" будущей партии утверждался трудно ввиду того, что в народе она ассоциировалась с ЛДПР В. Жириновского. Примечательно также, что данный процесс проходил на фоне официальной критики либерализма в соседнем Казахстане. В какой-то мере эталоном для новой партии политтехнологи избирали Либерально-демократическую партию Японии. к тексту
20 Первый лидер партии Кобилджан Ташматов (считающийся, кстати, одним из ведущих банкиров Узбекистана, депутат парламента от "Фидокорлар") лучше многих других знаком с проблемами фермерского движения в стране. Личное обаяние, организаторские способности, ферганское происхождение, умение (и возможности) привлечь средства спонсоров позволили ему за короткое время создать на местах структуры партии. к тексту
21 В Узбекистане до сих действует введенный в действие после известного августовского путча в Москве (1991 г.) Указ главы государства о департизации творческих союзов, учебных заведений и т.п. Кроме того, согласно статье 5-й закона "О политических партиях" "мероприятия организаций политических партий осуществляются в основном в нерабочее время их членов и за счет средств этих партий". к тексту
22 Именно так, например, характеризуется опубликованное в одном из номеров открытое письмо хокиму (губернатору) Ташкентской области К. Туляганову и ряд других критических материалов. к тексту
23 Это особенно ощущается в региональных парторганизациях. Наглядно недостатки подобной политики подтвердились в мае 2004 года, когда пост лидера либерально-демократической партии (вместо упомянутого К. Тошматова) занял генеральный директор промышленного гиганта страны — Ташкентского тракторного завода — М. Ахмеджанов, имеющий опыт работы в советское время как в райкоме бывшей компартии, так и в НДПУ. Представляется, что этот верный шаг значительно укрепит в идейно-организационном отношении новую партию. к тексту
24 Согласно национальному избирательному законодательству порядок избрания сенаторов определяет Центральная избирательная комиссия. В силу возложенных на нее обязанностей она заинтересован в создании гарантированного правового поля, к тому же у нее среди прочих есть еще одна обязанность — не допускать вмешательства в этот процесс органов исполнительной власти. к тексту
25 НДПУ представляется как партия, наиболее активно защищающая социально уязвимые слои населения. к тексту
26 В первый состав Политического совета ДПДЛ— ЛДПУ вошли хокимы Хорезмской, Сурхандарьинской, Самаркандской и Джизакской областей. Однако Либерально-демократическая партия пока не проявляет интерес к тому, чтобы пополнить свои ряды хокимами районов и городов. к тексту
27 Ссылки на неготовность местных Советов к реформированию не выдерживают критики. В новейшей истории страны есть немало случаев, когда мнения низовых Советов (особенно в Ташкенте, Чирчике, Самарканде и т.д.) не совпадали с точкой зрения или противоречили позициям областных администраций, прокуратур и т.п. к тексту
28 Законодательство республики предусматривает фиксированное индивидуальное членство. Однако в нем не расписаны все аспекты деятельности парламентских фракций и партийных групп. Между тем дальнейшее расширение участия политических партий в государственной жизни приведет к необходимости решить некоторые правовые коллизии, связанные, например, с "перебежчиками", с ответственностью депутата перед своей фракцией и т.д. к тексту
29 Аналогичные анализы проводились и прежде. Но в силу того что данный был организован накануне утверждения нового закона "О выборах в Олий Мажлис" (вступил в силу 1 июля 2004 г.), он представляется наиболее точным, не "отягощенным" влиянием административного ресурса. к тексту
30 Рейтинг определялся из указанных выше четырех позиций (количество мероприятий, охват населения, освещаемость в республиканских СМИ и мнения экспертов). к тексту
31 Смену лидера НДПУ (недавнюю отставку А. Джалалова, известного в стране философа, бывшего кандидата в президенты республики, и утверждение в должности сравнительно молодого А. Рустамова) следует рассматривать как тактически верный ход. к тексту
32 Лидерство в партии известного в стране врача, академика Т. Даминова и преобладание в ее рядах медицинских работнков придают, к сожалению, социал-демократам определенные узкопрофессиональные отличия. к тексту
33 Неудивительно, что тема "среднего класса" стала доминирующей в политическом лексиконе страны. Курс на всемерную защиту предпринимателей обозначен в речи президента республики в августе 2002 года, на IХ сессии Олий Мажлиса. к тексту
34 При нынешних трудностях реализации социально-экономических реформ и в целях общенациональной консолидации создание блоков (например, ЛДПУ и НДПФ) было бы идеальным решением вопроса как с тактической, так и этической точки зрения. к тексту
35 После выборов 1999 года в единую "Фидокорлар" объединились партии "Ватан тараккиёти" и "Фидокорлар". к тексту

SCImago Journal & Country Rank
Научные статьи Биографии выдающихся личностей российской истории
grabmag.ru
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL