ПАРЛАМЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ В КЫРГЫЗСТАНЕ 2005 ГОДА И КРАХ ПОЛИТИЧЕСКОГО РЕЖИМА А. АКАЕВА

Зайнидин КУРМАНОВ


Зайнидин Курманов, доктор исторических наук, профессор, экс-депутат парламента Кыргызской Республики (Бишкек, Кыргызстан)


Как и предсказывали многие эксперты, следующим (после Грузии и Украины) пунктом "цветных революций", все больше охватывающих постсоветское пространство, стал Кыргызстан, некогда названный политиками "островком демократии" в Центральной Азии. Правда, в отличие от своих грузинских и украинских собратьев, кыргызской оппозиции не удалось реализовать мирный сценарий демократической революции, в основном из-за упорного нежелания официального Бишкека признать оппозицию в качестве альтернативной силы и пойти на переговоры с ней с целью выработки компромиссных решений. Безусловно, случившееся в стране не было предусмотрено в планах оппозиции, которая намеревалась прийти к власти мирным путем, и три дня в столице бесчинствовали мародеры.

Вообще-то, третий по счету, но официально объявленный как второй срок президентства А. Акаева складывался весьма трудно. Судьба как бы предупреждала его, что не надо цепляться за власть, пора подумать об уходе, люди устали от бесконечной демагогии, коррупции, надменности, тупости и продажности правящих кругов, нищеты и бесправия широких народных масс, снобизма и криминальных махинаций членов семьи главы государства. Напомним, что третье президентство А. Акаева началось с нападения отрядов международных террористов на территорию страны (осень 2000 г.). Бои с ними и понесенные немалые потери в людской силе обнажили еще одну острую проблему — низкую боеспособность национальной армии и необходимость ее тотальной модернизации, в том числе переобучения и перевооружения. Обсуждение этих вопросов вызвало трехдневный скандал в парламенте страны и чуть было не привело к политическому кризису, ибо оппозиционные депутаты обвиняли главу государства в нарушении Конституции и превышении своих полномочий при использовании армии против международных террористов.

Затем были события 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке, следствием которых стало размещение антитеррористической военно-воздушной базы США в аэропорте Манас (близ Бишкека). Ратификация договора об этой базе прошла в парламенте с большим скандалом и сопровождалась стихийными митингами и многочисленными антиамериканскими заявлениями левой оппозиции.

Ранней весной 2003 года парламент страны три недели обсуждал вопрос о ратификации кыргызско-китайского дополнительного протокола относительно передачи Китаю спорной территории Узенгуу-Куш, которая прежде фактически находилась под контролем СССР, а затем Кыргызской Республики. Эту рутинную процедуру оппозиция смогла превратить в крупнейший демарш против официальных властей, Акаев был обвинен в предательстве интересов нашего государства, что сопровождалось угрозами объявить президенту импичмент. В ответ последовали жесткие административные меры, ставшие причиной нового тяжелейшего политического кризиса в стране. Был арестован и взят под стражу оппозиционный депутат парламента А. Бекназаров. Cкандал вокруг его ареста закончился расстрелом мирной демонстрации в Аксыйском районе на юге страны, где было убито шесть мирных граждан. В результате правительство К. Бакиева было вынуждено уйти в отставку.

Движение за освобождение А. Бекназарова приобрело общенациональный характер, когда наряду с требованиями об освобождении своего земляка-депутата и привлечении к уголовной ответственности виновников расстрела мирной демонстрации протестующие избиратели-аксыйцы заявили о незаконности передачи КНР кыргызских приграничных земель. Эти события усугублялись политической борьбой за освободившиеся места депутатов Жогорку Кенеша (парламента), назначенных членами нового правительства. Попытки административного давления на неугодных кандидатов, в том числе и на бывшего премьер-министра К. Бакиева, которого южане считали незаконно уволенным и непричастным к расстрелу демонстрации, снятие оппозиционных кандидатов с предвыборной гонки привели к новой вспышке народного недовольства. В стране начались массовые демонстрации населения, готового идти мирным маршем на Бишкек во имя восстановления справедливости.

Именно тогда появились первые лозунги об отставке А. Акаева, одобренные широкими людскими массами. Лишь инициированная оппозицией конституционная реформа, поддержанная президентом, предотвратила возможность политического переворота и его отставку. Однако когда митинговые страсти удалось утихомирить и жизнь вернулась в мирное русло с помощью Конституционного совещания, которое, как казалось, достигло политического компромисса с властью, А. Акаев неожиданно ревизовал итоги его работы, навязав народу свой вариант Конституции. При некоторых незначительных демократических изменениях и усилении роли парламента этот проект Основного закона был все же направлен на защиту и укрепление режима личной власти главы государства. Предложенную А. Акаевым редакцию Конституции оппозиция особо критиковала за положение о переходе от пропорционально-мажоритарной системы формирования парламента к мажоритарной. Уже тогда дальновидные политики предрекали, что (с учетом народных волнений, проходивших в Аксыйском и Кара-Кульджинском районах на юге республики в 2003 г.) это может привести страну к новому политическому кризису, даже к ее расколу на Север и Юг и к гражданской войне. Но А. Акаев не услышал этих предостережений, и на инициированном им всенародном референдуме, который состоялся 3 февраля 2003 года, была принята новая редакция Конституции, что и оказалось прологом мартовской народной революции, которая смела антинародный режим.

После утверждения новой редакции Основного закона была разработана новая редакция избирательного кодекса; страна стала готовиться к очередным выборам парламента и президента. К тому времени (в результате аксыйской трагедии) А. Акаев неоднократно публично заявлял, что не будет баллотироваться на новый президентский срок. Однако действия главы государства, его администрации, политическая активизация родственников президента, создание семейной партии "Алга, Кыргызстан!" ("Вперед, Кыргызстан!") говорили совсем об ином. Становилось ясно, что Акаев не уйдет и готовит конституционный переворот.

Буквально за полгода до парламентских выборов 2005 года президента покинул его близкий друг, секретарь Совета безопасности страны М. Ашыркулов. Он публично заявил о создании оппозиционного "Гражданского союза за честные, справедливые и прозрачные выборы", в который также вошли некоторые радикальные и умеренные политики и депутаты. Этот акт своего соратника А. Акаев назвал "бегством с тонущего корабля" и тут же уволил его с должности. Но как бы ни трактовали это событие, оно свидетельствовало, что в правящем клане Акаева и его семьи, которая всегда весьма активно влияла на кадровые назначения, началась серьезная борьба за право стать преемником на посту президента.

Следует отметить, что наступление революции ускорило утверждение нового избирательного кодекса, согласно которому для выявления подлинно народного волеизъявления государство было обязано создать кандидатам на выборные должности равные условия и возможности, обеспечить справедливые, честные, прозрачные выборы. В этом плане архаическая (с точки зрения современного развития общества и государства) избирательная система страны, прописанная в редакции Конституции 2003 года, уже на начальной стадии подготовки и принятия парламентом страны доработанного Кодекса о выборах в недостаточной степени обеспечивала юридическое равенство всех субъектов избирательного процесса. Основной закон (п. 3 ст. 1) провозглашает народ Кыргызстана "единственным источником государственной власти". Это, конечно, аксиома. Но, как известно, порой избрание власти зависит не только от результатов свободного волеизъявления электората, но и от созданной в стране избирательной системы. Политологи не без оснований утверждают, что успехи или провалы на пути демократии во многом обусловлены моделью системы выборов. Именно по этой причине большинство африканских государств и некоторые азиатские страны провалились на пути демократизации общества1.

Поэтому выбор правильной модели избирательной системы, оптимально адаптированной к условиям страны (с учетом общепризнанных международных стандартов), всегда был архиважным процессом, ибо от него зависит решение судьбоносных вопросов. Среди них отметим следующие: каким будет парламент и его политический курс, как будут строиться взаимоотношения общества и государства, какими будут в стране политическая система (однопартийная, двух- или многопартийная) и политический режим, как будет формироваться политическая элита, каким будет социальный облик власти и т.д. Волеизъявление граждан определяется и тем, насколько органы, обеспечивающие проведение выборов, объективны и независимы от исполнительной власти, а их работа открыта и прозрачна, насколько общество контролирует механизмы финансирования кандидатов и политических партий и т.д.

Теоретически обновленный Кодекс о выборах должен был способствовать политическому балансу и активному участию граждан в голосовании. Депутаты предлагали ввести в избирательные комиссии всех уровней специальные квоты для представителей политических партий, общественных объединений и работников бюджетных организаций. Члены избиркомов на областном (городском), районном, окружном уровнях должны стать независимыми и не могли являться должностными лицами госорганов и местного самоуправления. Формироваться избирательные комиссии должны на паритетных началах. В составе избиркомов не могло быть более одного представителя от каждой политической партии, общественного объединения или собрания избирателей. Государственные и муниципальные служащие не могли составлять более одной трети численности комиссий. К тому же избиркомы (участковые, окружные, областные) должны формироваться по представлению соответствующих кенешей, но на основе предложений политических партий, общественных объединений и собраний избирателей. Кандидатуры, представленные от политических партий, утверждаются без процедуры избрания. Они также не могут составлять более одной трети от общего состава членов избирательной комиссии. Если же их количество превышает установленную квоту, то вопрос необходимо решать путем жеребьевки (ст. 11, п. 7 Кодекса).

Избирательное законодательство многих стран определяет порядок подготовки и открытия помещений для голосования. Избирательный участок открывается и считается готовым для голосования после того, как члены избиркома, доверенные лица и наблюдатели подпишут соответствующий протокол, а также после опечатывания урн для голосования в присутствии уполномоченных представителей, наблюдателей и доверенных лиц. Это пожелание учтено в новой редакции Кодекса (ст. 40, п. 1).

В избирательном процессе могли участвовать независимые наблюдатели от международных и отечественных организаций. Им предоставлено право знакомиться со списками избирателей, присутствовать при голосовании, вести подсчет проголосовавших граждан, получать копии протоколов участковой избирательной комиссии, обжаловать любые ее действия и т.д.

Однако ряд положений Кодекса изначально давал возможность для нарушений. ЦИК настояла на норме, что представители избиркомов должны тесно взаимодействовать с местной государственной администрацией и органами самоуправления, хотя это, безусловно, позволяло исполнительной власти существенно влиять на избирательный процесс и организацию голосования, используя так называемый "административный ресурс" в пользу "нужного" кандидата.

Отсутствие в Кодексе четко выраженного правового статуса ЦИК как независимого органа также привело к систематическому нарушению избирательного процесса и прав граждан. Особенно эти нарушения повлияли на избирательную кампанию оппозиционных и независимых кандидатов, так как под давлением исполнительной власти практически было проигнорировано большинство фактов нарушения прав как самих кандидатов, так и их избирателей, а обращения с исками в соответствующие органы просто становились бессмысленными. Избирательные комиссии даже не считали нужным письменно отвечать на такие заявления и уведомлять неугодных кандидатов о поступивших жалобах и т.д.

Одна из задач избирательного кодекса — обеспечение прозрачности деятельности избирательных комиссий на всех этапах их работы. Обновленный Кодекс о выборах предусматривал присутствие наблюдателей, в том числе и иностранных, на заседаниях избиркомов при подведении итогов голосования, составлении соответствующих протоколов и при повторном подсчете голосов.

Минимальный стандарт регистрации избирателей и составления их списков предусматривает обеспечение полной прозрачности этих процессов. Поэтому было важно закрепить в Кодексе положение о защите персональных данных и информации личного характера, собранных в период регистрации избирателей. Но в принятом документе такой нормы не было.

Для реализации своего избирательного права каждый гражданин должен быть включен в списки избирателей. Работу по их уточнению необходимо вести не только после объявления даты голосования, но и в межвыборный период. Однако и этого не сделали.

Параграф 7.8 Копенгагенского документа ОБСЕ требует от государственных органов не устанавливать юридических или административных барьеров на пути беспрепятственного доступа к СМИ политических партий и отдельных лиц, желающих принять участие в избирательном процессе. Однако все СМИ нашей страны установили настолько высокие расценки на рекламную продукцию, что они оказались не по карману многим кандидатам, чем воспользовались представители партии "Алга, Кыргызстан!". Они активно и бесплатно "пиарились" на страницах газеты "Вечерний Бишкек" и на семейных телеканалах, которые стали своеобразными филиалами пропрезидентских партий "Алга, Кыргызстан!" и чуть в меньшей степени партии "Адилет" ("Справедливость").

Международные стандарты рассматривают тайное голосование как главное право и обязанность избирателя. Но в ходе рассматриваемых нами парламентских выборов опять отмечались многочисленные нарушения этого правила и случаи "семейного голосования" за угодного кандидата, хотя в ст. 40-й, п. 2 Кодекса о выборах предусмотрено, что каждый избиратель голосует лично, голосование за других избирателей не допускается. Поэтому необходимо было установить жесткое требование обязательного предъявления голосующим документа, удостоверяющего его личность, и повысить юридическую ответственность за несоблюдение этого правила членами избиркомов. Но и этот момент прошел мимо внимания законодателя.

Голосование с помощью переносных урн всегда чревато нарушениями избирательного права. Поэтому в Кодекс внесли поправку, допускающую голосование путем использования этих урн лишь в случаях, когда избиратель физически не мог прибыть на избирательный участок. Кроме того, заявку на такое голосование необходимо подавать исключительно в письменной форме и обязательно до дня выборов. Однако, к сожалению, и эта норма в Кодексе не предусмотрена, допускается голосование вне избирательного участка на основе устной просьбы избирателя (ст. 42, п. 2), что создает широкие возможности для фальсификаций. Вместе с тем в Кодексе не указано, кто может наблюдать за процессом печатания избирательных бюллетеней и присутствовать при их доставке из типографии. Эти процессы также необходимо было сделать прозрачными.

Фактически же на многих избирательных участках комиссии подсчитывают бюллетени проголосовавших избирателей без наблюдателей, уполномоченных представителей и доверенных лиц кандидатов, которые могли бы контролировать достоверность подсчета голосов. Поэтому в Кодекс о выборах включена норма, запрещающая должностным лицам органов государственной власти и местного самоуправления, а также иным неуполномоченным лицам (например, сотрудникам МВД или военнослужащим) присутствовать при голосовании и подсчете бюллетеней на избирательном участке (ст. 44). Точно так же необходимо было внести норму, четко запрещающую присутствие на заседаниях окружных избирательных комиссий лиц, не имеющих на то права. В Кодексе также отсутствовали положения, допускающие судебное преследование зарегистрированных кандидатов, чтобы предотвратить использование органов прокуратуры в политических целях.

На первый взгляд казалось, что при подготовке нового Избирательного кодекса учтено все и у властей не оставалось шансов незаконно влиять на выборы. Однако юристы не зря называют мажоритарные выборы выборами "лошади Калигулы", ибо при такой системе депутатом парламента может стать кто угодно. Другими словами, обновленный Кодекс изначально (в силу недостатков самой избирательной системы, неточности формулировок и неясности ряда норм) не позволил участникам избирательного процесса реализовать свои права в полной мере. Все это, а также различное правоприменение норм этого документа избирательными комиссиями дали повод для многочисленных разбирательств в судебных инстанциях.

В итоге изначально было ясно, что парламентские выборы 2005 года не обойдутся без политических потрясений. Вместе с тем при молчаливом согласии оппозиции, которая все еще верила в порядочность официальной власти и думала, что она сделала все для предотвращения вмешательства руководящих кругов в избирательный процесс, политическое руководство страны во всеуслышании стало заявлять, что принят новый Избирательный кодекс, способный служить эталоном для многих государств.

Парламентским выборам, прошедшим в феврале — марте, предшествовали выборы в местные кенеши страны, состоявшиеся в октябре 2004 года. По существу, они стали генеральной репетицией перед выборами в новый, теперь уже однопалатный парламент, в который войдут 75 депутатов, избранных по мажоритарной системе в одномандатных округах. Прежний его состав формировался из двух палат — Законодательного собрания (60 депутатов), функционировавшего на постоянной основе, и Собрания народных представителей (45 чел.), работавшего на сессионной основе. Именно на выборах-2005 официальная власть успешно использовала все негативные механизмы административного давления и подкупа избирателей, что в конечном счете и обеспечило абсолютную победу представителям проправительственных партий. Акаеву удалось провести в парламент 71 депутата (из 75). На местных выборах из более чем 4 тыс. депутатских мандатов свыше 50% досталось проправительственным партиям "Алга, Кыргызстан!" и "Адилет". Остальные же — "Элет", "Новая сила", "Моя страна" — получили от 50 до 200 мест. А крупные оппозиционные структуры и вовсе довольствовались крохами: Компартия — 8 мест, "Ар-Намыс" — 1 место и т.д. Но бесчинства и массовые нарушения со стороны власти конституции и законодательства о выборах тогда не довели народные массы до бунта. Отдельные протесты и демонстрации не достигли общенационального масштаба и жестко пресекались. Это и придало тогдашнему руководству страны уверенность в том, что на парламентских выборах путем давления, провокаций, фальсификаций, массового подкупа избирателей оно сформирует послушный депутатский корпус, с помощью которого затем можно будет без проблем продлить полномочия президента А. Акаева и проводить решения, непопулярные в народе.

Мини-выборами в Жогорку Кенеш стала избирательная кампания в столичный кенеш, также проведенная с грубейшими нарушениями Основного закона и Кодекса о выборах. Власть нагло и открыто помогала кандидатам от правительственных партий, а против оппозиционных или независимых кандидатов работали все пропрезидентские СМИ, избирательные комиссии, учителя, врачи, сотрудники органов местного самоуправления, государственной власти, прокуратуры, милиции, даже криминальные структуры. В итоге из 45 депутатских мест больше 50% получили представители двух партий: "Алга, Кыргызстан!" и "Адилет". Партийное большинство обеспечивалось также тем, что ряд независимых кандидатов и представителей других политических партий под давлением были вынуждены написать заявление о вступлении в ряды этих партий. В столичных выборах участвовали 12 партий, из которых до финиша дошли лишь 4. В итоге, большинство кандидатов от партий на выборах в парламент зарегистрировались в качестве самовыдвиженцев. Таким образом, результаты голосования не подтвердили предсказания А. Акаева относительно того, что новая редакция Конституции республики подтолкнет в стране процесс партийного строительства, реальностью оказалось лишь тотальное лоббирование интересов проправительственных партий. На качественном же росте других политических организаций это не отразилось.

В конце декабря 2004 года президент подписал указ о проведении выборов в Жогорку Кенеш 27 февраля 2005 года. Этому указу предшествовала несколько затянувшаяся пауза. В обществе активно муссировались слухи, что А. Акаев, наученный горьким опытом проведения в 2003 году довыборов по мажоритарным округам в парламент страны, вызвавших массовые народные волнения, возможно, пойдет на продление полномочий старого состава представительной ветви власти с целью возврата к смешанной системе выборов. Но в самый последний момент инстинкт самосохранения отказал А. Акаеву даже на фоне событий в Грузии и Украине, и выборы были объявлены.

Оппозиция вновь встретила их не объединившись, что обуславливалось личными амбициями ее лидеров. Их больше волновал вопрос о том, кто придет на смену Акаеву, нежели проблемы будущего политического устройства страны. Правда, на активности оппозиционного движения положительно сказалось возвращение в республику известного дипломата и общественного деятеля Розы Отунбаевой (трижды министра иностранных дел, вице-премьера, посла в США и Великобритании, доктора философии). Она смогла вовлечь в оппозиционную деятельность молодежь и городскую интеллигенцию, создала и возглавила движение "Ата-Журт" ("Родина"). Другую группу интеллигенции и бывших крупных чиновников возглавил Мурат Иманалиев, также бывший дипломат, дважды министр иностранных дел, сформировавший политическую структуру "Жаны Багыт" ("Новое направление"). Но самую многочисленную (вместе с тем политически аморфную) организацию незадолго до начала парламентских выборов возглавил экс-премьер-министр и депутат парламента Курманбек Бакиев. Его пригласили в качестве лидера оппозиционного Народного движения Кыргызстана (НДК), куда вошло девять политических партий и ряд гражданских объединений. Для координации своих действий в предвыборный период "Ата-Журт" и НДК создали Координационный совет движения "Народное единство" под председательством К. Бакиева, которое и пришло к власти после революции. Потенциал этой организации значительно усилили независимые и оппозиционные депутаты парламента страны третьего созыва, среди которых существенную лепту внесли Азимбек Бекназаров, Оксана Малеваная, Арслан Малиев, Акылбек Жапаров, Болот Байкожоев, Ишенбай Молдоташев, Ташболот Балтабаев и другие.

Новый предвыборный сезон для официальных властей был омрачен очередным политическим скандалом, который возвестил о серьезных намерениях оппозиции побороться с Акаевым за власть. Группе бывших дипломатов, попытавшихся зарегистрироваться кандидатами, отказали в этом под предлогом отсутствия у них пяти лет постоянного проживания в стране. Причем, как утверждали представители правящей верхушки, эта абсурдная норма якобы внесена по вине оппозиции в ходе работы Конституционного совещания в 2002 году. Однако, как показывает анализ поправок в Основной закон, эта норма появилась еще в ходе конституционной реформы 1998 года, которую инициировал сам президент. В Кыргызстане, как в свое время и в СССР, направление на дипломатическую службу считается политической ссылкой для неугодных высокопоставленных чиновников, многие из которых возвращаются в республику в качестве оппозиционеров. Несмотря на все попытки оппозиции и ее депутатов, власти тогда добились нужного для себя решения. Дипломатов не допустили к борьбе за места в парламенте, а Р. Отунбаеву, уже прошедшую регистрацию в Университетской окружной избирательной комиссии № 1, где намеревалась баллотироваться в депутаты дочь президента Бермет Акаева, в тот же день сняли с предвыборного марафона. Именно тогда на центральной площади столицы, перед зданием парламента, сторонники Р. Отунбаевой поставили первые две палатки и организовали пикет. Но через день силами милиции эти палатки разобрали, а пикетчики (100—150 чел.) маршем прошли через центральные улицы Бишкека. Однако в целом жители города показали свою неготовность к массовым протестам против несправедливых действий власти.

В общей сложности на 75 мест в Жогорку Кенеш заявили свои претензии около 400 кандидатов, абсолютное большинство которых были самовыдвиженцами. Свои съезды по выдвижению кандидатов провели партии "Алга, Кыргызстан!", "Адилет", "Элет", "Новая сила", Партия коммунистов Кыргызстана, партия "Демократическое движение Кыргызстана", "Ар-Намыс" и т.д. В конце концов многие кандидаты, в том числе оппозиционные (кроме коммунистов), решили пойти на выборы в качестве самовыдвиженцев. В избирательных бюллетенях официально за места в парламенте боролись только четыре партии: "Алга, Кыргызстан!", "Адилет", "Новая сила" и Партия коммунистов Кыргызстана. Партию "Элет" сняли с выборов по решению суда с формулировкой: несоблюдение установленных процедур и неправильное оформление документов. Партия "Моя страна" и многие другие по просьбе их активистов не проводили съезды и предложили своим кандидатам идти на выборы в качестве независимых политиков.

Предвыборная кампания проходила в условиях беспрецедентного информационного вакуума в стране, финансового и административного давления на неугодных депутатов. Все ресурсы государства власти направили на обеспечение победы партии "Алга, Кыргызстан!", которая выдвинула около 30 кандидатов, а с учетом проправительственной партии "Адилет" эти две структуры совместно выдвинули кандидатов почти по всем избирательным округам. Более того, борьбу за места в парламент вели десятки "независимых" претендентов, экономически, финансово и политически связанных с кланом Акаева, кандидатами в депутаты зарегистрировались дочь и сын президента, несколько сестер его жены (Майрам Акаевой) и другие близкие родственники, сын премьер-министра, а также родственники некоторых губернаторов. В борьбе за депутатские мандаты участвовали представители исполнительной власти, а также лояльные бизнесмены. Все вместе они стремились сломить сопротивление оппозиционных кандидатов и обеспечить в новом парламенте абсолютное пропрезидентское большинство. О том, насколько честно и прозрачно прошли эти выборы в его избирательном округе (на юге страны), свидетельствуют слова нынешнего премьера, и.о. президента К. Бакиева: "То, что сегодня наблюдается во время выборов, — это самая настоящая вакханалия. Если бы лет 10 назад мне сказали, что такое будет твориться в Кыргызстане, я бы не поверил… Власти используют свой административный ресурс, совершенно не маскируясь, не стесняясь, в открытую и нагло. Это свидетельство того, что власть деградировала и находится в состоянии агонии…"2 Отметим, что у лидера оппозиции в его округе почти с двойным перевесом "выиграл" никому неизвестный предприниматель С. Нышанов. Впрочем, такая картина наблюдалась повсеместно, где баллотировались в депутаты представители партии "Алга, Кыргызстан!".

Кроме того, в ходе выборов имели место многочисленные случаи подделок подписей в списках избирателей, группового и семейного голосования, вброса бюллетеней за других людей, участия государственных служащих и работников самоуправления в агитации, нарушения при подсчете голосов и внесении результатов в протокол, подтасовки данных, голосования без предъявления удостоверения личности и т.д. А в это время А. Акаев изо дня в день многократно вещал во всех СМИ о том, что в стране проходят самые честные, чистые и справедливые выборы. Столь несусветная ложь, сначала забавляла людей, но затем стала серьезно раздражать их.

Первое предупреждение власти получили незадолго до первого тура голосования, назначенного на 27 февраля. Решением окружных избирательных комиссий, подтвержденным судебными инстанциями, с предвыборной гонки сняли двух прежних депутатов парламента: умеренного политика Арслана Малиева и социал-демократа Акылбека Жапарова. Второму противостоял Турдакун Усубалиев, бывший глава Компартии республики, 26 лет стоявший во главе Киргизской ССР. Вслед за этим жители Тонского района Иссык-Кульской области, а затем Кочкорского района Нарынской области провели первую крупномасштабную акцию протеста с требованием отменить незаконные решения в отношении названных кандидатов. Около 15 тысяч их сторонников захватили трассу, ведущую в Бишкек, и удерживали ее три дня. И только после обещания властей восстановить справедливость люди освободили магистраль. Но власти своего слова не сдержали, и напряженность росла. Сторонники опальных кандидатов в Кочкорском районе захватили местную госадминистрацию и назначили нового руководителя района. К тому же на их сторону перешла милиция.

Аналогичные стихийные протесты, как и ожидалось, начались на юге страны после голосования 27 февраля, когда ЦИК официально сообщила, что в первом туре победу одержал 31 кандидат. В их число главным образом вошли представители партии "Алга, Кыргызстан!", приближенные и обласканные властью. Среди победителей, кроме А. Бекназарова, не было ни одного яркого представителя оппозиции, которые всегда лидировали в предвыборных гонках.

С 4 марта многотысячные митинги в поддержку оппозиции начались в г. Джалал-Абаде и затем плавно перешли в южную столицу республики — полумиллионный г. Ош. А правительственные средства массовой информации продолжали утверждать, что ситуация спокойная, ритм жизни нормальный, люди удовлетворены итогами первого тура голосования. Однако по всей стране с молниеносной быстротой уже распространялись слухи… Жители протестующего юга были недовольны информационной блокадой событий в Джалал-Абаде и Кара-Суйском районе. Официальные СМИ каждый день оскорбляли митингующих, навешивая на них ярлыки "политических провокаторов", "кучки недовольных", "сторонников проигравших кандидатов" и т.д., что лишь обостряло ситуацию. Митингующие захватили здание областной администрации, милиции, других государственных учреждений. В Джалал-Абаде, Оше, Таласе были проведены областные курултаи, где делегаты избрали свою власть — "народные советы" и их руководителей. Милиция перешла на сторону народа. Официальный Бишкек утратил контроль над ситуацией на местах. Информационная блокада была прорвана лишь 9 марта, когда события в стране осветили западные и российские телеканалы. В частности, была показана акция по освобождению силовыми структурами здания областной госадминистрации от мирных женщин: с избиениями, ранениями, арестами. В ответ митингующие оттеснили милиционеров, снова штурмом взяли областную администрацию, а затем захватили и сожгли здание милиции. Манифестанты, уставшие от обещаний властей начать переговоры, выдвинули требования отменить итоги первого тура голосования в парламент и отправить А. Акаева в отставку. Многотысячные толпы возмущенных людей готовились к мирному маршу на Бишкек.

В то же время депутаты прежнего (третьего) созыва представительной ветви власти выступили с инициативой провести 10 марта чрезвычайную сессию парламента, чтобы обсудить итоги выборов и политическую ситуацию в стране. Но 9 марта здание парламента захватили сотрудники МВД, получившие приказ не пускать депутатов на рабочие места. (Законодательная ветвь власти была парализована вплоть до событий 24 марта и возобновила свою работу только в день победы революции поздним вечером.) А до того события развивались следующим образом. В ответ на захват здания парламента 10 марта депутаты собрались у его центрального входа, где огласили обращение к народу и международному сообществу с обвинением Акаева в организации государственного переворота. Чрезвычайную сессию провести не удалось из-за отсутствия кворума, так как многие депутаты были заняты своими предвыборными делами, а также по причине давления на них со стороны представителей исполнительной власти. Тем не менее депутаты приняли еще несколько обращений (последнее — 23 марта), в которых призывали признать состоявшиеся выборы нелегитимными и потребовали отставки А. Акаева, так как он не хотел идти на переговоры с оппозицией и специально тянул время.

13 марта состоялся второй тур голосования. Как и предполагалось, абсолютное большинство мест получили представители партии "Алга, Кыргызстан!". Из их 27—29 кандидатов, по данным ЦИК республики, 24 человека стали обладателями депутатских мандатов. Еще 4 места досталось проправительственной партии "Адилет". Оппозиция не получила даже 10% мест, хотя, по прогнозам, должна была получить не менее 30%. Официально "проиграли" выборы такие яркие политики, как Адахан Мадумаров, Курманбек Бакиев, Марат Султанов, Исмаил Исаков; многие из них не скрывали своих президентских и премьерских амбиций. Эти итоги подхлестнули участников акций протеста. Южные области страны и Таласская область, расположенная на севере республики, вышли из-под контроля центральной власти. Митинги протеста все чаще накатывались на Бишкек. В этих условиях А. Акаев принял решение ускорить легитимизацию парламента нового созыва, и 22 марта были официально объявлены результаты голосования. На следующий день депутатам выдали мандаты, в здании правительства спешно состоялось открытие первой сессии нового парламента, что еще больше обозлило недовольных граждан. 23 марта молодежно-студенческие и другие организации провели в столице, у памятника женщине-революционерке Уркуе Салиевой, митинг под девизом: "Бишкек, проснись! Мы хотим знать всю правду", на котором присутствовало около 1 000 человек. Митинг был жестоко подавлен силами спецназа МВД. Было задержано 30 человек, свыше 140 получили ранения.

Это насилие переполнило чашу терпения участников акций протеста и 24 марта 2005 года режим Акаева пал. Вечером того же дня состоялась чрезвычайная сессия парламента. Она приняла отставку правительства Н. Танаева, признала Координационный совет движения "Народное единство" временным правительством, избрав лидера этого движения К. Бакиева премьер-министром, а также и.о. президента страны. Но история революционных событий в Кыргызстане на этом не кончается...


1 См.: Конституционное строительство президентско-парламентских взаимоотношений на постсоветском пространстве. Сб. мат. сем. Б.: ОФЦИР, 2003. С. 71—79. к тексту
2 Общественный рейтинг, 11 марта 2005. С. 6. к тексту

SCImago Journal & Country Rank
build_links(); ?>
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL